Глава 21

Она не знала, как долго горела. Она не знала, как долго падала сквозь эту необъятную тьму. Чувство удушья было всепоглощающим. Она не могла дышать, но и задохнуться тоже не могла. Она звала и кричала, но из нее не выходило ни звука. Но боль была острой, и ей просто хотелось плакать, но слезы отказывались появляться. Выхода не было… Спасения не было… Она была потеряна… Она обмякла, упав на тьму, и все ее кости разлетелись вдребезги. * Эшлт резко открыла глаза с душераздирающим вдохом и увидела. Она больше не была в той тёмной яме — где же она? В тусклом свете комнаты ей потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что находится перед ней. Кто находится перед ней. Леон. Она собралась позвать его, но что-то заглушило её голос. Что у него во рту? Тот едва слышный звук заставил веки мужчины дернуться и приоткрыться. Его голубые ирисы с трудом различались в полумраке, но даже так Эшли смогла заметить глубокое покраснение в роговицах. Она увидела покрасневшую, опухшую кожу вокруг его глаз. Как будто он плакал. Понадобилась секунда, чтобы понять, что Эшли проснулась, но как только она это осознала, глаза Леона широко раскрылись. Она почувствовала, как его широкие руки в отчаянии схватили её за голову, а её лицо исказилось от страха и боли. — Эш? Это ты? Скажи, что это ты, ради всего святого… Эшли застыла от звука его голоса. Он был ужасно хриплым, а тон — отчаянной мольбой. Всё тело болело, но она собралась с силами и попыталась что-то сказать. Леон, похоже, заметил это и развязал узел за её шеей. Она облегчённо вздохнула, но тут же почувствовала, как его руки снова её обхватили. — Что… случилось? — её голос был едва слышным шёпотом в темноте, но для Леона эти слова звучали как музыка. Она была потрясена, увидев, как у него на глазах наворачиваются слёзы. — Я думал… что теряю тебя… — его прерывистый голос переполнял её, и её собственные глаза наполнились слезами. Леон крепко держал её, пульс его дрожал, и он приблизил лицо к её. Эшли вздохнула, когда их лбы встретились, а носы слегка коснулись друг друга. Леон почти в страхе потер носом её нос. — Я думал, что потерял тебя… — сказал он, не сдерживая рыдания. Эшли плакала вместе с ним, в голове мелькали образы. Тело её начало дрожать, и она прижалась к Леону под одеялом. Боже… теперь она вспоминала, через что прошла, но… часть её всё ещё не понимала, что именно случилось. Но то, как Леон держал её, словно от этого зависела её жизнь, дало понять, что она была на грани. И она могла только шептать его имя между собственными испуганными стонами. — Леон… Они оба рыдали в темноте, цепляясь друг за друга, словно души в горе. Она никогда не видела Леона таким, хотя… в ночь её кошмара он держал её похожим образом. Но ей было всё равно. Она просто хотела чувствовать его тело рядом с собой в этот момент. Сильные мышцы Леона напрягались с каждым движением Эшли. — Больно… всё болит… — прошептала она, всё ещё прижавшись носом к его. Он вцепился пальцами в затылок, и тёплое дыхание ласкало её губы. — Мне тоже… Я пытался позвать тебя, пока ты теряла сознание у меня на руках, но потом всё погасло, — прошептал он в полумраке. Эшли почувствовала, как по её телу пробежали мурашки от близости их лиц. Даже сквозь слёзы сердце её билось без надежды. Она скользнула ледяными руками по спине Леона под рубашкой, желая согреть их. Он вздохнул и напрягся от холодного прикосновения, но затем из его горла вырвался тихий рычание, и он расслабился. Эшли переплела ноги с его в поисках тепла, и он отдал его ей. Она засунула руки под его рубашку и вздохнула, прижимаясь к нему, пока сердце гулко стучало в груди. В темноте слышались лишь звуки движения тел под простынями, лёгкие вздохи и взволнованные вздохи. Эшли чувствовала, как тело Леона дрожит под её руками, закрыла глаза, их носы всё ещё касались друг друга. — Ты горишь… — с трудом прошептала она ему. — Тсс… не говори, Эш… ты слабая, — он поцеловал её в лоб, потом в нос, заставив её вздохнуть и чуть не застонать от приятного прикосновения. — А ты… охрипший, — слабо улыбнулась она. — Это не то же самое, — хрипло ответил он. — Боже… это не то же самое, Эш… ты так дрожала, у тебя была температура и пот. Я не мог оставить тебя, хоть и сам болел, тебе было хуже всех. — Он сжал лицо Эшли в своих руках, их дыхания переплелись в близости. — Ты звала меня… снова и снова, но не могла меня услышать, я не мог вытащить тебя оттуда, где ты была… У Эшли снова наворачивались слёзы. — Останься… не уходи, пожалуйста… там было так темно… Сердце Леона разрывалось, он чувствовал, как она пытается прижаться к нему ещё сильнее, хотя их тела уже были переплетены. — Я не уйду. Не оставлю тебя. Я буду спать с тобой, ты будешь отдыхать со мной, сколько захочешь, я рядом, я твой. Сердце Эшли пропустило удар, и Леон слушал, чувствуя, как его собственное сердце бьётся всё быстрее, а тело согревается. Всё, о чём она могла думать — это близость другого. Она крепко вцепилась в кожу Леона под рубашкой и вдохнула его запах. Их дыхания были прерывистыми, они ощущали дыхание друг друга на губах. «Он был её…» — думала она, вспоминая его слова. Она открыла глаза и встретилась взглядом с этими голубыми глазами, что притягивали её словно магнит. Они были так близко… им казалось, что они почти могут почувствовать вкус друг друга. Она почувствовала, как его руки нежно прижались к затылку, и скользнула одной рукой, змейкой, вверх по торсу Леона к его шее, крепко обхватив его так же. Их переплетённые тела словно звали друг друга, шептались каким-то своим языком, желая слиться воедино. Их учащённое дыхание смешалось у губ, и оба вспоминали, как близки были к тому, чтобы потерять друг друга. Эшли почувствовала, как маленькие дьяволята в её голове успокаивают здравый смысл и шепчут — вкусить эти запретные губы. Она почувствовала солоноватый вкус его слёз, а Эшли и Леон подумали, каким же вкусом обладает рот другого… Вдруг кто-то постучал в дверь, прервав едва коснувшиеся друг друга губы. Дверь открылась, и в проёме появился Крис с пистолетом в руках. — Леон? Эшли? Это всё ещё вы? Это был тот же вопрос, что Леон задавал мне. Ещё скрываясь в тени комнаты, они разошлись, и она слабо ответила: — Да, что случилось? Включился свет, и за Крисом появилась Нарссон с ужасно встревоженным выражением лица. Первым встал Леон, увидев, как страдает Эшли, он обхватил её за талию, помог сесть и опереться на него. Она благодарно вздохнула, губы её всё ещё горели. — Эшли? — дрожащий голос учительницы заставил блондинку повернуться к ней с слабой улыбкой. — Входи, Эмма. Женщина бросилась её обнять, но услышала стоны от боли и тут же извинилась нескончаемо. Она была ужасно обеспокоена. Когда услышали взрыв, Крис и Джилл отправились на место происшествия и попросили Эмму остаться с остальными археологами. Мир почти рухнул для неё, когда нашли Эшли и Леона с ненормальной температурой и в крови. Нарссон сказала, что им нужно в больницу, но… по какой-то причине Джилл и Крис отказались. Почему они не хотели, чтобы их видели медики? Энма схватила Эшли за руки и села на край кровати. — Кто напал на вас? — спросила, отводя несколько прядей волос с лица. Грэм задумался и посмотрел на свою старую наставницу. — Думаю, это была группа, которая пыталась тебя похитить. Крис нахмурился, думая о Вескере. — Мы их нейтрализовали, а местная полиция увезла, но я не знаю, сколько мы ещё можем здесь оставаться. — Крис вздохнул и спрятал пистолет. — Удалось ли сохранить улики? — спросила Эшли тревожно, вспоминая рюкзак, который носила, но не видя его рядом. Нарссон бросила на неё обеспокоенный взгляд. — Эшли, это сейчас не важно. — Важно, Эмма, — ответила она резко, заставляя учительницу почувствовать серьёзную обеспокоенность за ученицу. Вся эта поездка явно была гораздо более личной, чем казалось. — Рюкзак у нас есть, не волнуйся. Крис и я занимаемся фотографиями, — успокоила её Джилл с вздохом. Эшли взглянула на женщину и затем повернулась к Леону рядом с собой. — Вы уже проявили снимки? Но… сколько же мы уже лежим в постели, Леон? — Думаю, полтора дня. — Почти три дня, — вмешалась Нарссон с суровым видом. — Ты была в постели почти три дня, ради всего святого, Эшли, если ты в таком состоянии, нам надо бы вернуться в… — Я в порядке, Энма, — поспешил Грэм, сжав её руку. — Мне лучше сейчас. Болит тело, но думаю, завтра всё будет хорошо. — Но… — Профессор, не могли бы вы оставить нас наедине с Эшли и Леоном на минуту? — голос Криса заставил Нарссон с недоумением повернуться к нему. Она собралась отказаться, но жёсткий взгляд мужчины не оставил места для споров. Энма почувствовала укол в груди, осознавая секретность всей этой поездки с тех пор, как они покинули США. Она тяжело вздохнула и нехотя отпустила руку Эшли. Тихо вышла из комнаты, и Джилл закрыла дверь. Два бывших агента STARS сели напротив молодых людей и говорили прямо. — Я не понимаю, как вы вообще живы. Леон вздохнул, передвинув руку с талии Эшли на её плечи. — Я тоже. — У того солдата были те же симптомы, — добавила Джилл, массируя веки. Эшли снова посмотрела на них всех, не понимая, о чём речь. — Но о чём вы? Крис и Джилл переглянулись на секунду, затем кивнули Леону. Решение объяснять взял на себя Валентайн. — У того солдата был какой-то вирус. Не знаю, тот ли же, что распространялся в Раккун-Сити, но симптомы точно очень похожи. Эшли побледнела, голос дрожал, заставляя сердце Леона сжаться. — Симп…томы? — Высокая температура, бледная кожа, тёмные вены по всему телу, мутные и кровавые глаза. Леон, и особенно ты, перенесли всё это, но по какой-то причине… вы всё ещё «живы» и «в сознании». То, как он произнёс эти слова, заставило её вспомнить ганадос — и тех, кто ещё жив, и трупов, контролируемых паразитом. — Но вы уверены? Джилл вздохнула. — Я сама страдала от этой ужасной лихорадки и судорог. — И я наблюдал, как тело менялось под воздействием вируса, — добавил Леон. Эшли сначала посмотрела на женщину, потом на партнёра, который отводил взгляд, словно вспоминая что-то ужасное. — Но Леон и я… мы в порядке. — Эшли вытянула руки из-под одеял, чтобы показать их. — Мы выглядим… нормально. Крис посмотрел на конечности Грэма с подозрением. — Да, и в этом вся странность, именно поэтому Джилл и я думаем о том, чтобы отменить миссию. — Нет! — Эшли начала кашлять от внезапного восклицания и стонала, когда её мышцы болезненно сокращались. Леон держал её, озабоченный, пытаясь успокоить. — Тсс, успокойся, может, Крис прав, Эш, мы не знаем, что с нами произошло, — мягко сказал агент. Она подняла на него глаза, полные слёз и боли. — Но, Леон… у нас нет времени, мы не можем сейчас возвращаться. — Ценой твоего здоровья? Ценой нашего? Ты думала о том, как твоё нынешнее состояние влияет на нас, Эшли? Грэм была ошеломлена. Нет, она не думала об этом, и то, что ему пришлось ей об этом напомнить, было словно удар в живот. Эшли опустила взгляд, смущённая своей необдуманной реакцией. Она позволяла эмоциям затмить рассудок. — Я… извини, Крис, я… я не… я не понимала, — прошептала она, разочарованная собой. Крис не мог не взглянуть на неё нежно и протянул свою большую руку, чтобы мягко взять её. — Не мучь себя, я просто хочу, чтобы ты немного подумала о ситуации. Сейчас ночь, так что лучше отдохни, а завтра поговорим спокойнее, хорошо? Слова капитана немного её успокоили, и Леон почувствовал, как её плечи слегка расслабились. — Хорошо, — наконец прошептала она, и тёмноволосый мужчина улыбнулся ей, а затем встал вместе с товарищем. — Отлично. Давайте дадим тебе что-нибудь поесть, и мы втроём поужинаем внизу. Леон кивнул, наблюдая, как они покидают комнату и закрывают за собой дверь. Тусклый свет комнаты был их единственным спутником долгие минуты, пока Нарссон не принесла им еду. Хотя Леон и Эшли просили её не рисковать, учительница осталась ужинать с ними. И, честно говоря, молодые люди были этому благодарны, потому что… мысли о близости друг друга и их горячем дыхании, которое совсем недавно едва не слилось, всё ещё не покидали их. Они не знали бы, куда себя деть, если бы остались одни. Эшли была настолько слаба, что Нарссон пришлось помочь ей выпить воды. Учительница составляла им приятную компанию, но и задавала вопросы о том, что они видели там, внизу. Ночь становилась глубже, пока они разговаривали. Леон откинулся на изголовье кровати, а Эшли прислонилась к нему. Он всё ещё переваривал то, что они чуть было не сделали. — Я посмотрела фотографии кораблей, которые вы нашли. Голос Эммы вывел Леона из раздумий, и он увидел, что она протягивает им снимки. — Я не поняла, что написано в некоторых местах, — сказала Эшли, указывая на старинные руны. — Да, они сильно стёрты, но, думаю, это староисландский. Леон нахмурился. — Исландский? Преподавательница кивнула. — Да. Исландия была викингской территорией рядом с Норвегией, и по виду этих масок на носу, по сравнению с норвежскими, я думаю, они оттуда, хотя я до сих пор не могу понять эти гравировки. — Да, я хотела сделать ещё несколько снимков поближе, но… В этот момент они пытались утопить Леона, пока она играла в туриста. Эшли нахмурилась, всё ещё чувствуя себя виноватой, что не почувствовала запах того наёмника. Какая от неё была польза, если в такие моменты её обоняние подводило? Если бы она почувствовала раньше, Леона бы не зарезали, если бы она могла… — Эш, не думай об этом больше. Что сделано — то сделано. Тихий голос Леона у её уха заставил её дрожать на мгновение, а потом она опустила голову с вздохом. — Да, извини. Энма наблюдала за ними и видела усталость на их лицах. — Возможно, лучше вернуться. Мы могли бы обработать фотографии с помощью подходящих материалов и потом вернуться. После того, как вас тоже обследуют, конечно. Эшли, возможно, это не обрадовало, но она знала, что Нарссон просто заботится о них. — Прости, что втянула тебя во всё это, Эмма, — извинилась блондинка, раскаиваясь. — Не стоит. Это я согласилась, так что не вини себя, ладно? Ты моя ученица, даже если уже закончила учёбу. Тебе ещё многое предстоит узнать. Эшли смущённо посмотрела на неё, а потом подарила учительнице тёплую улыбку, которая её обрадовала. — Спасибо. — Пожалуйста, — ответила она улыбкой. — А теперь отдыхайте, завтра надо планировать, что делать дальше. Леон и Эшли кивнули и оба легли на кровать. Вскоре вошли Крис и Джилл, а так как двое раненых занимали матрас Криса, они переместились. Не без жалоб капитана, что его ноги не помещаются. * Она не знала, сколько времени смотрела на свои руки, а потом — в потолок. Она пересчитала доски на той стороне крыши. Всего сорок две доски. Теперь пыталась определить породу древесины. А когда разберётся — может, пересчитает узлы на каждой доске. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и позволила аромату своих спутников унять тревогу.Она всё ещё чувствовала запах селитры и водорослей в пещере, смешанный с гниющей древесиной. Вдруг по спине пробежал озноб, и она устало вздохнула. — Не можешь уснуть? Её тело дернулось, услышав шёпот Леона рядом. Она повернулась к нему и увидела его тёмные, словно океан, глаза, смотревшие на неё. — Нет, не особо, а ты? — Я слушал, как ты считаешь доски. Эшли тихо рассмеялась. Вот пара! Она помолчала несколько секунд, потом подняла янтарные глаза на него. — Что с нами случилось, Леон? — прошептала во тьме. Всё, что произошло в пещере, ещё путало её, а повязки на шее и плече напоминали, что укус был настоящим. Леон тяжело вздохнул. — Хотел бы я знать. Эшли вспомнила разговор с Крисом и Джилл о Раккун-Сити и не удержалась от вопроса. — Ты говорил… что видел развитие симптомов, от которых мы страдаем. Она заметила, как глаза Леона поднялись к ней, и, хоть вокруг было темно, почувствовала его нахмуренный взгляд. Этот жест заставил её содрогнуться, и холодок впился когтями в спину. — Да, я видел. — Его голос стал глубже и хриплым. — Полицейский, который мне помогал, был атакован коллегой… и я наблюдал, как он медленно умирал. Эшли слушала молча, ощущая, как тени воспоминаний Леона оживают в комнате. Она не могла не сглотнуть и осторожно прошептала: — Не было лекарства? — Если бы было — ты думаешь, я бы им не воспользовался? — Голос Леона стал резче, и она содрогнулась. Он сразу исправился: — Прости, я… хотел спасти его, но не смог. Как сказала Джилл, в лабораториях Амбреллы были экспериментальные лекарства, но их уничтожили. — Он снова замолчал. — Вот почему я не понимаю, как мы ещё живы. — Ты думаешь, это связано с плагой? Леон тяжело вздохнул под внимательным взглядом спутницы. — Не знаю, Эш, но что бы ни случилось с тобой — у меня тоже это внутри. Эшли замолчала. Леон был прав. Когда солдат её укусил, они ещё делили одну пробирку с кровью. Если бы она вырвала капельницу — Леон не заразился бы. Если бы она была быстрее… он бы не носил в себе то, что теперь у него в теле, если бы… — Эй. Она прекратила размышлять, услышав его голос. Тон, который говорил — он знает, о чём она думает. Окно в комнате дрожало от порывов ветра снаружи. Запах моря был еле уловим, но словно нежное напоминание. — Извини, не могу перестать думать. — Я знаю, — тихо прошептал он. — Я знаю, принцесса, и поэтому, возможно, Крис, Джилл и Нарссон правы. Может, разумнее вернуться и убедиться, что мы не опасны для остальных. Эшли позволила словам партнёра её успокоить. — Да. Пока мы никого не укусим, правда? — попыталась пошутить и вызвала лёгкую улыбку агента. — Верно. Давай избегать того, чтобы нас снова заклеивали кляпом. — Они оба рассмеялись в темноте. — Завтра спланируем возвра… Эшли резко прикрыла ему рот. Она побледнела, и в глазах Леона отразилось недоумение. Она мягко вздохнула, раздула ноздри, и пульс её забился как у мотоцикла на скорости. Леон резко открыл глаза, услышав биение её сердца. О нет. Он понюхал воздух ещё раз, и на его лице появилось выражение ужаса. У них проблемы. Она хотела вскочить сразу, но тело предало её болью. Она стонала от страданий, и рука Леона крепко схватила её за талию, чтобы помочь подняться. Он поспешил разбудить Криса, который заорал как медведь. — Что, чёрт возьми, Ле… — Эш что-то учуяла. Джилл и Редфилд вскочили с кровати и схватили оружие. Эшли разбудила растерянную Нарссон и собрала вещи, сдерживая боль в ослабленном теле. Она видела, как Леон хмыкнул, накидывая рюкзак на плечо. — Что ты учуяла? — прошептал Крис в темноте, застёгивая ботинки и закрывая сумку. Эшли снова глубоко вдохнула и с мучительным выражением лица ответила: — Нас кто-то нашёл. * Ветер был ледяным. Рёв волн звенел в ушах Леона, пока он вел их между домами, подальше от домика, где они жили. Они вышли через заднюю дверь. Джилл помогала Эшли идти, Крис поддерживал Леона, который прижимал к боку повязку. Нарссон шла посередине, её лицо было бледным, губы дрожали. Им нужно было уйти отсюда. Как они их нашли? Не послали ли им сигнал во время предыдущей стычки? Эшли чувствовала жжение в лёгких и тяжело дышала, как и Леон. Вирус, кем бы он ни был, оставил их в плохом состоянии. — Стоп, — прошептал Леон, подняв кулак. Все остановились, Леон показал им повернуть в другую сторону. Они не знали, куда идут. Оставили фургон у хостела и поспешно выбрались наружу. Добежали до угла и спрятались. Крис опустился на колено рядом с Леоном, а Джилл усадила тяжело дышащую Эшли. — Куда мы идём? Здесь всё прослушано, каждую нашу связь перехватят, — пробормотал Крис. Леон пытался что-то придумать, но у него тоже ничего не выходило. Эшли слушала их разговор, стараясь сосредоточиться, когда в нос ударил странный морской запах. Он отличался от привычной солёности моря — с особой, знакомой нотой. Она снова глубоко вдохнула, пытаясь понять, откуда исходит запах. — Пойдём к причалу, — тихо сказала она, улавливая в запахе смесь рыбы. Леон и двое других агентов повернулись к ней. — К порту? — прошептала Джилл, не понимая. Эшли кивнула, набравшись сил. — Может, сможем убежать на лодке или чем-то подобным, — ответила она, следуя за запахом, который всё ещё не могла точно определить. Остальные кивнули и пошли, избегая освещённых участков. Они крались по тропинкам, пока не услышали, как волны разбиваются о камни пирса. Запах растворился в воздухе вместе с селитрой и ветром, но они добрались до гавани. Эшли становилось всё тревожнее с каждой минутой. Не загнала ли их в тупик эта дорога? Не найдут ли их здесь? В городе под штормом никого не было — ну и что она ожидала? Тревога пожирала её, холодные руки скользили по напряжённой шее. Она почувствовала прикосновение верёвки и, вспомнив, что висит у неё на шее, глаза широко раскрылись. Тот странный человек с утёсов. Это и был тот самый знакомый запах. Вдруг сердце забилось сильнее. Он был где-то рядом. Их надо было найти, но… поможет ли он? А может, нет? Может, весь этот запах — просто плод её воображения? Эшли усомнилась в своих способностях, когда Леон поднял пистолет и велел спрятаться у стены. Что он услышал? Подождите, запах … Леон схватил тень за горло и прижал к деревянной стене. Захваченный охрип от боли и ругнулся по-норвежски. Глаза Эшли расширились. — Стой! — остановила она партнёра. Леон удивлённо повернулся к ней, всё ещё держа подозреваемого. Мужчина замолчал, услышав женский голос. — Турист? Когда блондинка услышала этот голос, поняла — всё, что она почувствовала, было настоящим. Едва не заплакала от облегчения. Дрожащим голосом и со страдальческой улыбкой ответила на своём языке: — Да, да, это я. Как вы сюда попали? Леон колебался, но в конце концов отпустил его, услышав, как тот разговаривает с Эшли. Но палец его оставался на курке. — Я рыбак, этот порт на моём маршруте. — Мужчина посмотрел на группу и, несмотря на сумрак, увидел обеспокоенные лица. — У вас проблемы? Эшли едва не задохнулась от боли. — Вы можете нам помочь? Пожалуйста, нас преследуют, нам нужно уйти отсюда. — Она умоляла хриплым голосом. Даже Леон удивился её отчаянному тону, но в такой ситуации выбора было мало. Агент посмотрел на рыбака — это был тот самый, кто говорил с Эшли на утёсе. На миг он подумал отказаться, оставить их на произвол судьбы, не желая вмешиваться в чужие дела. — Следуйте за мной. Это был ответ, которого не ожидали, но все поняли. Леон застыл, а Крис подтолкнул его прийти в себя. Все последовали за рыбаком по деревянному и каменному пирсу. С каждым шагом они оглядывались назад, почти боясь, что в любую секунду появятся наёмники. Холодный пот на коже, адреналин — единственное, что заставляло двигаться вперёд. Но их не было. Они бежали по гавани, пока не достигли рыбацкой лодки, пришвартованной у понтона. — Подождите, — сказал мужчина, прежде чем забраться на борт и войти в капитанскую рубку. Время возвращения тянулось бесконечно. Они чувствовали холодный дых ветра на затылках, мышцы не могли расслабиться. Леон был почти готов стрелять, когда мужчина внезапно вышел на палубу. — Поднимайтесь, — сказал он Эшли. Они незаметно забрались на лодку, и Грэм смог разглядеть ещё три фигуры. Это были те самые рыбаки, с которыми она разговаривала перед встречей с наёмниками. Они, казалось, узнали её и кивнули ей в знак приветствия, а затем повели в камбуз. Запах рыбы был настолько силён, что Эшли пришлось зажать нос, чтобы не стошнило. Она была слишком слаба, чтобы переносить резкие запахи. Мужчина, который помог им, говорил с товарищами. Он звучал как капитан, и Леон не смог разобрать, что тот им шептал, прежде чем один из мужчин поднялся в рубку. Группа спряталась в углу камбуза, пока корабль бесшумно отшвартовывался, заводил моторы и отходил от темной гавани. Лишь когда капитан сказал, что они достаточно далеко от берега, им удалось успокоить сердцебиение. Джилл поддержала Эшли, когда у той подкосились ноги, и помогла сесть. Шторм промочил их с головы до ног, и они изо всех сил сдерживали дрожь. Другие рыбаки решили помочь им, принесли толстые одеяла и предложили сушить промокшую одежду на печах в каюте. Эшли поблагодарила их и свернулась калачиком, снимая мокрую одежду, когда ей подали одеяло. Нарссон села рядом, и они поделились теплом. Преподаватель всё ещё была в шоке. Когда она согласилась участвовать в исследованиях Эшли, она и не думала, что «это личное» зайдёт так далеко. Она уже не понимала, насколько глубоко вовлечена в международный конфликт с опасными людьми, которые заинтересованы в них. Не ради этого ли пытались её похитить? Честно говоря, она начинала хотеть узнать об этом больше, но секретность Эшли и сдержанность Криса, проявленная в тот момент, когда молодая пара была без сознания, заставляли её сомневаться в правдивости той поездки. Но она согласилась, и Эшли не раз предупреждала её, что, возможно, это была не лучшая идея. Но теперь ей нужно было узнать правду. Мысли мучили её разум, сколько прошло времени — никто не знает, пока рыбаки не принесли им старую одежду, чтобы они могли переодеться, пока остальные сушились. Эшли ещё немного прижалась к Нарссон, её разум начал проясняться. Янтарные глаза долго смотрели в пол лодки, привыкая к запаху. С тех пор как она проснулась, по телу шло лёгкое покалывание, которое постепенно проходило. Она думала, чувствовал ли Леон то же самое, но… тут вспомнила, как близко они были к поцелую. Эшли спрятала лицо в одеяле рядом с Нарссон. — Ты в порядке? — тихо спросила учительница. — Да, — кивнула она и прижалась к ней так, чтобы казалось, что просто ищет тепла. Но теперь всё накрыло её, словно ураган. Что она думала? Вся их дружба, всё, что они пережили вместе и что создало их отношения. Она была на грани, чтобы всё это разрушить. Но он тоже был близок. Почему у них возникло это желание? Когда она проснулась в объятиях Леона, ей просто хотелось, чтобы он держал её. Чтобы он снова укрыл её, как когда-то давно. Но когда она увидела, как он плачет… словно что-то внутри неё всплыло на поверхность. Чувство, которое, как она думала, преодолела, хотя оно снова появилось, когда она искала его в Испании. Это чувство заставляло сердце гореть и биться в груди, словно молот. Эмоция, которой ей не следовало иметь. Потому что она верила, что работала над этим последние два с половиной года, чтобы забыть. И часть её была абсолютно уверена, но… прошло всего несколько месяцев, и сомнения вернулись. Она тяжело вздохнула, желая, чтобы внутренние голоса оставили её в покое, и она могла бы отдохнуть, но, видимо, этого не случится. — Эй, девушка, — прозвучал голос. Или, может, всё-таки случится. Эшли подняла глаза вместе с остальными — к одному из моряков, который позвал её. — Я? — удивленно ответила она. Мужчина кивнул. — Капитан хочет с тобой поговорить. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать сказанное, но потом она кивнула и встала. Она увидела, как Леон тоже начал подниматься, но остановила его. Ему было не по душе отпускать её одну, но Эшли успокоила его, сказав, что им помогли, и если понадобится — она позовёт его. Хотя Леон и неохотно, она поднялась по металлической лестнице в капитанскую рубку. Войдя, её янтарные глаза встретились с серыми глазами человека, который их спас. Норвежец слегка улыбнулся и указал ей на штурвал. — Ты хочешь поговорить со мной? — мягко спросила она, ведь они были одни. Мужчина кивнул. — Думаю, нам стоит обсудить эту странную ситуацию. Эшли глубоко вздохнула. — Я не хочу втягивать тебя в неприятности, я… — А давай сначала представимся? Я не хочу называть тебя туристкой, знаешь? Грэм внимательно слушала его слова — у норвежца был более сильный акцент, чем у Нарссон, и она устало улыбнулась. — Да, ты права. Меня зовут Эшли. Мужчина кивнул с удовлетворением. — Я Рагна, приятно познакомиться. Они пожали друг другу руки, и этот жест немного успокоил её нервы, хотя тревога полностью не исчезла. — Рагна… я очень ценю то, что ты для нас сделал, но я не хочу втягивать тебя в неприятности. — Ну, на этом этапе это уже сложно, да и ты сама сказала, что ищете монстров, но вопрос в том — где? Эшли замолчала на несколько мгновений, колеблясь, стоит ли говорить правду, но… он тоже заслуживал знать, после того как спас их жизни. Внутренние голоса спорили в её голове, но, взвесив все за и против, она поняла — нет смысла терзаться сомнениями. Тяжело вздохнув, она заговорила. — Исландия. — Она сделала паузу, наблюдая за реакцией Рагны, который всё ещё смотрел прямо перед собой. — В том городке мы нашли кладбище норвежских кораблей, и моя учительница смогла расшифровать древнеисландский, но не смогла определить место. Она больше ничего не сказала — по крайней мере пока. Не знала, насколько глубоко можно раскрыть информацию, но у неё было странное чувство. То же, что он уловил, когда они впервые встретились на утёсах. Будто этот человек знает о монстрах и демонах, о которых обычные люди и не подозревают. — Исландия… там живут многие тени древности, девушка. В отдалённых деревнях ходят легенды о людоедских демонах и кровожадных зверях. Что вы там ищете? Голос Рагны стал раздражённым и едва перекрывал рев волн снаружи. Эшли крепко прижала одеяло к плечам, и её глаза потерялись в бушующем море. — Ответы. По крайней мере на те вопросы, что у нас сейчас есть. — Она сделала паузу, чувствуя покалывание, пробежавшее по её шраму. — Мы ищем… нечто, что не должно было существовать, но пробудилось и вышло из глубин земли, превратив простую деревню в ад. Её слова были глубоки и осторожны, но вместе с тем наполнены эмоциями и ночными кошмарами, которые Рагна мог почувствовать. — Это ли ад — причина твоего пути? Эшли слегка кивнула. — Я не хочу, чтобы это повторилось. Я видела, что эти монстры всё ещё существуют — давно и долго, — но я не хочу ждать, пока они снова восстанут. Я хочу найти ответы, чтобы понять, что это за существа и где их искать. Рагна внимательно слушал молодую женщину, несколько удивлённый тяжестью её слов. Он не знал её, ничего о ней не знал. Для него она была едва ли не ребёнком, но говорила так, будто видела ужасы слишком рано и слишком близко. Казалось, она не та, кто играла с огнём, но именно она оказалась обожжённой. — Я бы хотел помочь тебе, — прошептал он, повернув свои пепельные глаза на молодую женщину рядом с собой, которая взглянула на него с тревогой. — Рагна, тебе не стоит… — Я видел многое в море, Эшли. Иногда думаю, что сошёл с ума, а порой — что рассказы, которые слышал в детстве, были правдой. Я говорил тебе, что есть ужасы, что этот мир хранит, и которые не должны пробуждаться, — и я хочу помочь тебе. Эшли смотрела на него ошеломлённо, но его слова были достаточны, чтобы она поняла — они в одной лодке. Она достала из внутреннего кармана штанов фотографию скелета, которого они нашли с древним паразитом на спине. — Это существо было среди тел на кладбище кораблей. Мы пытаемся найти происхождение этой штуки. Глаза Рагны застыли на фотографии, он замер, увидев создание. — Боже мой… Это похоже на рассказы, что мне рассказывали, когда я начал ходить в море. Эшли внимательно посмотрела на него. — Ты видел это? — её голос звучал более тревожно, чем хотелось бы. Но он отрицал. — Нет, но мне рассказывали о древних существах, с которыми боролись в некоторых деревнях Исландии. Старик, который говорил мне об этом, был из одной из самых отдалённых деревень на острове, но он никогда не говорил, откуда именно. Я могу только довести тебя до порта, где встретил его, извини. Эшли почувствовала, как сердце забилось от волнения — у них появилась новая зацепка. — Это уже многое, Рагна, правда. Я не знаю, как поблагодарить тебя за всю помощь, которую ты нам оказал, даже не зная нас, — сказала она с лёгкой улыбкой чистой благодарности, на что мужчина ответил такой же улыбкой. — Живи. Живи, чтобы мы встретились снова, и ты могла сказать мне, что этого монстра, которого ты ищешь, больше нет. Чтобы я мог спать в самые тёмные и тихие ночи, не боясь. Эшли смотрела на него с недоверием, всё ещё удивлённая добротой незнакомца. На её лице сияла огромная улыбка облегчения и искренности, и голос, слаще мёда, ответил с новой теплотой: — Я сделаю это, Рагна. Я обещаю. * Через несколько минут Эшли молча вернулась в каюты. Тусклый свет ламп освещал полулёжащие фигуры в комнате, которую им выделили. Всё скрипело и покачивалось. Никто из них не мог закрыть глаза — или, по крайней мере, не надолго, чтобы избежать возможного головокружения. Их духи были на самом дне. Несмотря на то, что Эшли сообщила, что Рагна везёт их в Исландию, напряжение оставалось тяжёлым. Они были одни посреди бури в океане. Скрип корабля, бьющегося о волны, был единственным звуком всю ночь. Эшли нашла уголок, чтобы сесть, но также не могла заснуть. Её мысли были слишком бурными, а воспоминания — ярче, чем обычно. Глаза её смотрели в далёкий мир, и она глубоко вздохнула. Нарссон наблюдала за ними и во время всего пути чувствовала ту тяжесть, которую все они несли. Их взгляды были мрачны, словно они видели что-то, ускользающее от неё. Она ощущала себя посторонним в этой мрачной атмосфере, просто зрителем, несящим незримый груз. Вой корабля, борющегося с нескончаемыми волнами, был единственным звуком. Пока она не начала слышать тихую мелодию. Её зеленоватые глаза поднялись к светловолосой девушке в углу, которая напевала тихим, приглушённым голосом, но настолько чётким, чтобы заметить лёгкое изменение в остальных. В тусклом свете помещения они погрузились в мягкий голос — смесь спокойствия, но теперь с оттенком глубокой ностальгии. Взгляды агентов не дрогнули, но она заметила, как их плечи слегка расслабились. Энма слушала молча, как и все остальные. Она позволила нотам вызвать неоднозначные чувства в себе, но как-то это успокаивало часть её тревоги. Она закрыла глаза, хотя знала, что не уснёт, но позволила атмосфере немного унять себя. Она почти могла видеть, во сне, тени, сидящие на плечах остальных спутников. Как тёмный дым, который не поглощал их, а ласкал холодными когтями. Хотя с этой мелодией казалось, что даже кошмары стали более добрыми. * Утром волны казались гораздо спокойнее. Лучи рассвета отражались в янтарных ирисах, устремлённых к горизонту. Глубокие тёмные круги под глазами отметили её лицо, а кожа побледнела от морской болезни, вызванной качкой лодки. Она опустила взгляд на ладони. Ни тёмных вен, ни странных отметин. Всё нормально. Постоянное покалывание, которое она чувствовала с прошлого дня, тоже прекратилось, и теперь она ощущала себя так, словно ничего не случилось. Она смотрела на свои ладони, задумавшись. — У тебя уже выросли чешуя или перья? — глубокий мужской голос вернул её к реальности, и она обернулась. — Рога были бы полезнее для тарана, — саркастично ответила она. Крис рассмеялся и оперся предплечьями на стальные перила палубы. — Как ты себя чувствуешь? — Кроме солёного брызга, зудящей головы, вони из-подмышек и накопившейся усталости — нормально. Редфилд тихо рассмеялся и глубоко вздохнул. — Чувствовала ли ты что-то необычное? — Нет, не особо. — Думаю, наши планы вернуться в Вашингтон придётся отложить. — Да, похоже на то. Оба молчали несколько минут, слушая, как волны разбиваются о корпус рыболовного судна. — Ты собираешься рассказать отцу? — прошептал капитан, вызвав вздох Эшли. — Да, я не хочу его тревожить, но после того как Виктор проверит меня и Леона, я уведомлю отца, — задумчиво ответила она. — Честно говоря, я немного боюсь того, что он обнаружит внутри нас. Крис взглянул на неё. — Постарайся не быть слишком пессимистичной, может, у вас есть какая-то сопротивляемость. — Ты так думаешь? Разве не так было с Джилл? — Нет. Джилл превратилась бы, если бы Карлос не ввёл ей противоядие. Как и девочка Биркин — её заразила инфекция, но спасла моя сестра Клэр, иначе она бы умерла. Эшли внимательно слушала. — Есть исключения? Крис переплёл пальцы и подул на них, чтобы согреть. — Я их не знаю. Эшли посмотрела в пол. — Но тот солдат превратился после того, как я его убила, он казался вполне нормальным. Крис замолчал на несколько секунд. — Не удивлюсь, если это были эксперименты Вескера. Грэм подняла глаза на темноволосого мужчину, ветер взъерошил её волосы. — Этот Вескер мог на такое пойти? — Он демонический социопат, но очень умный. Он сам — биологическое оружие, что сошло с ума. Он, вероятно, экспериментировал с новыми вещами, о которых мы не знаем. Понимаю, что он охотился за образцами плаги, вероятно, для своих адских проектов. Эшли слушала внимательно. — Мы не можем позволить ему получить новые плаги, — прошептала блондинка с тревогой. — И тебя тоже. Эти слова её удивили. — Что? — Мы не можем позволить ему узнать о твоих мутациях, как и Леона, но особенно твоих, — он сделал паузу. — Мы уже видели, что учёные вроде него предпочитают использовать женщин как инкубаторов. От одной лишь мысли Эшли пробежали жуткие дрожи по спине, но она сжала кулаки. — Придётся действовать осторожно. — Ты станешь объектом интереса. Эшли не смогла не усмехнуться тихо. — Я была объектом интереса с тех пор, как мой отец пошёл в политику. По крайней мере теперь я умею стрелять из оружия. Крис тихо рассмеялся и невольно поднял руки, чтобы ласково покачать её голову. — Но не забывай просить помощи, если она понадобится, ладно? — Принято, капитан. Они улыбнулись и стояли, глядя, как солнце восходит над волнами. Молчание длилось несколько минут, пока оба были погружены в свои мысли. Они оба осознавали хрупкость ситуации, в которой оказались, особенно с гражданской Нарссон посреди всего этого. По крайней мере сейчас она не чувствовала себя такой слабой и могла бороться без особых проблем. Но в идеале на данный момент лучше скрываться и избегать возможных конфликтов. Эшли взглянула на свой аквамариновый браслет и попыталась упорядочить мысли и события последних дней. В её голове царил хаос. Она тяжело вздохнула и наконец неуверенно произнесла: — Думаю, не стоит связываться с отцом. Крис вздохнул так же тяжело. — Не знаем, могут ли они перехватить наши звонки. Леон отключил все мобильники, так что… пока мы одни. Эшли почувствовала странное давление в груди. Дежавю унесло её обратно в ту деревню, где никому нельзя было помочь. Где они были одни. — И что теперь будем делать? — слова вырвались у неё сами собой. — Если ты не против, то горячий душ, нормальная еда и хороший сон были бы кстати. Внезапный голос заставил их обоих обернуться, они увидели бледную Нарссон с глубокими тёмными кругами под глазами. За ними поднялись по лестнице Джилл и Леон, и они выглядели не лучше. Правда в том, что все выглядели ужасно. — Я поддерживаю Нарссон, — устало подняла руку Джилл. — Я тоже, — пробормотал Леон, потирая шею. Крис и Эшли переглянулись и безнадёжно рассмеялись. Остальные трое присоединились, и этот простой жест немного поднял им настроение. Теперь, хоть они и были одни на этом пути, не зная, когда смогут связаться с Ханниган или отделом по борьбе с биотерроризмом, по крайней мере они были вместе. У них была поддержка друг друга. * Их путь до порта на северо-востоке Исландии занял целый день. Как только Нарссон ступила на сушу, она легла на землю и заплакала, восхваляя на норвежском того, кому молилась. Леон почувствовал, будто с его головы сняли ведро. Шум двигателя траулера грозил свести его с ума и лишить слуха. Он просто плюхнулся на траву с усталым ворчанием. Джилл и Крис практически рухнули на скамейку рядом с ним. Эшли была благодарна свежему воздуху суши, контрастировавшему с духотой траулера. Рагна и его команда остались на ночь для пополнения запасов. — Вот, Эшли, это мой номер. Если возникнут проблемы, не стесняйся звонить, — сказал он. Грэм взяла записку с номером и улыбнулась. — Большое спасибо, Рагна, куда ты сейчас направляешься? Мужчина почесал седую бороду. — В Канаду. В этот сезон охотимся на окуня. Эшли задумалась несколько долгих секунд и, наконец, решилась. — Мне нужно, чтобы ты сделал для нас ещё одно дело. Он внимательно посмотрел на неё. — Что угодно. Молодая женщина опустилась на колени и из крошечного внутреннего кармана ботинок достала связку денег. Затем взяла ручку и написала записку. — Мне нужно, чтобы ты отправился в Бостон и доставил это послание президенту Уильяму Грэму. Деньги на еду и топливо, чтобы ты мог отклониться с маршрута. — Эшли порылась в рюкзаке и достала пропуск, который им выдали в Норвежском музее. — Передай это им, скажи, что ты от моего имени и что мы потеряли связь, но мы в порядке и сейчас путешествуем по Исландии. — Она подняла янтарные глаза на его серые, полные мольбы. — Ты сможешь это сделать? Рагна был ошеломлён просьбой и суммой денег. Он молча пересчитал купюры, и Эшли почувствовала, как тревога начала разъедать её изнутри. Не совершила ли она ошибку? Не слишком ли доверяет незнакомцу? Может, и не стоило… — Этого достаточно. Эшли моргнула, и Рагна вернул ей часть денег. — Что? Он взял её руку и положил в неё оставшиеся купюры. — Оставь себе, я взял, что нужно. Сегодня перезагрузимся, проверим корабль и завтра уйдём. — Он мягко улыбнулся и нежно похлопал её по голове. — Я постараюсь. У тебя есть Вегрисир, что я дал? Эшли достала кулон из-под свитера, и Рагна удовлетворённо кивнул. — Хорошо, носи его всегда с собой, он будет вести тебя в пути. Блондинка почувствовала комок в горле и, не раздумывая, прижала кулон к себе. — Спасибо тебе огромное, Рагна… Боже, я не знаю, как тебя отблагодарить. Мужчина крепко ответил ей тем же жестом и ласково погладил её волосы, почти так же, как это делал Уильям. Возможно, именно поэтому он внушал ей столько доверия и уверенности. — Ты ответишь мне тем же. У меня такое чувство, что боги ещё свяжут наши пути. Эшли улыбнулась, чуть сдерживая слёзы, и бесконечно благодарила его, пока они не отпустили друг друга. Когда пришло время расставаться, они обменялись последней улыбкой. Мужчина направился обратно к своему кораблю, а Эшли — к своей группе. Молодая женщина крепко сжала металлический амулет. Теперь настало время слушать интуицию и идти дальше. Всегда вперёд. Она присоединилась к спутникам и, бросив последний взгляд на корабль и мужчин, что их спасли, они снова отправились в путь. * Ночью было открыто очень мало мест. Они шли по маленькому городу в поисках места, где можно было бы остановиться и отдохнуть. Все выглядели как ходячие трупы и были благодарны удаче, когда нашли достаточно тихий бар. Они сели за более уединённый столик и заказали что-нибудь поесть, обдумывая дальнейшие действия. К счастью, молодые хозяева заведения говорили по-английски, что не удивляло — Нарссон говорила, что английский обязателен в школах. Решили, что будут выдавать себя за простых туристов. Нарссон и Эшли немного понимали исландский, так как он относится к северным языкам, и если кто-то скажет что-то подозрительное, они смогут это уловить. Пока что они были просто путешественниками, посещающими северные пейзажи. Они вошли в страну инкогнито, поэтому лучше не привлекать к себе лишнего внимания. — Может, спросим у хозяев гостиницы, знают ли они о жилье поблизости? — спросила Джилл, потягивая пиво вместе с Крисом, жадно поглощая еду. Леон взял картофелину из своей порции. — Думаешь, Вескер узнает, где мы? — спросил агент, а Нарссон извинилась и пошла в туалет. Лоб Редфилда нахмурился, и он вздохнул. — Не думаю. Главный недостаток Вескера — его высокомерие, он не ожидает от нас многого. Скорее всего, он ищет нас на севере, в Норвегии. Эшли проглотила слюну. — Значит, у нас есть время. С чего начнём? Энма села обратно между Эшли и Леоном и стащила у того немного помидоров. Она выслушала вопрос блондинки и достала свой маленький блокнот. — Я записала несколько деревень с викингскими поселениями, может, спросим там, — посоветовала учительница. Эшли уставилась на свою бутылку с водой и невольно прикоснулась к талисману на шее. Ситуация была далеко не благоприятной. Рагна рассказывал ей, что слышал давние истории о монстрах, похожих на плагу, но это было много лет назад. Норвежец был примерно того же возраста, что и её отец, а старик, который поведал ему легенду, давно умер. В Осло они искали улики в музее, и скорее всего, Вескер именно там их найдет. Так что… возможно, стоит поискать другой путь. — А что если… поискать легенды? Группа обернулась к Эшли, недоумевая. — Что ты имеешь в виду? — спросила Джилл, заинтересованно. — Эти земли полны историй и сказаний. Это удалённые деревни с малым туризмом, так что мы могли бы спросить у местных о мифах — возможно, там что-то найдём. — Гнаться за сказками… — прошептала Нарссон задумчиво. Это было рискованно, и они не знали, куда это приведёт, но… Эшли нашла кладбище кораблей именно благодаря рыбакам, которых она спросила. Пока она была с работниками поселения, её догадки приводили к открытиям. Энма почувствовала лёгкую боль в груди, но не показала это, откинулась в кресле и кивнула. — Возможно, это хорошая идея, — наконец сказала Энма. — Мы могли бы найти кого-то, кто отвезёт нас в тот северный городок. Остальные казались убеждёнными в новом решении. — Но как мы найдём это место? — Извините, что вмешиваюсь, друзья, но я не мог не услышать ваш разговор. Нарссон озадачилась, а остальные четверо напряглись. Их взгляды стали холодными и устремились к источнику голоса. Эшли уловила запах мужчины, подошедшего сбоку, и встретила яркие изумрудные глаза. Его лицо украшала лёгкая асимметричная улыбка — хитрая и веселая. Тусклый свет бара играл разными оттенками в его светлых волосах, когда он приблизил стул к их столу. — Можно предположить, что вы туристы? — снова заговорил он на безупречном английском с заметным норвежским акцентом. С ним был ещё один парень, который просто наблюдал, позволяя товарищу говорить. Он был примерно ровесником Леона, может, чуть младше, а Эшли почувствовала приятный оттенок его запаха. От него исходила лёгкая, почти беззаботная и игривая аура, из-за чего Эшли невольно насторожилась. — А вас не учили не вмешиваться в чужие разговоры? Изумрудные глаза пристально смотрели на неё, удивлённые её резкостью. Молодой человек поднял руки в знак капитуляции, не желая ссориться. — Эй, мисс, я не хочу драки. Я просто подошёл, потому что слышал, что вы немного потерялись. Он улыбнулся мягко, а Эшли нахмурилась. — Мы не просили у тебя помощи. — Сначала она удивилась своей грубости, даже не понимая почему — из-за взгляда? Как будто она была симпатичной девочкой в беде? Или из-за того, что в его глазах читалась насмешка? — Не обязательно просить, чтобы хотеть помочь, не так ли? — он слегка кивнул ей. — Но нам это не интересно. Глубокий голос Леона заставил блондина повернуться к нему, и Эшли почувствовала лёгкое напряжение у незнакомца в шее. — Ты отправишь меня к чёрту, даже не выслушав предложение? Леон откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — Мы сюда не за случайными прогулками пришли. Блондин улыбнулся и повторил жест Леона. — Ну, тем более тебе стоит меня послушать. Если только ты не хочешь разбивать себе головы, пытаясь понять стариков, которые по-английски не говорят. А именно они знают больше всего историй. Эшли заметила, как челюсть Леона на мгновение напряглась. Он задумался. Его голубые глаза не отрывались от зелёных глаз незнакомца, словно он волк на стороже. Тишина заставила блондина решиться взять инициативу. — Слушай, Исландия довольно большая, и, судя по всему, вы ищете что-то очень конкретное. Вы можете принять мою помощь и помощь моего напарника, чтобы ориентироваться здесь, или начать слоняться, как курицы без головы, и в итоге оказаться в пустынной местности, не зная, как туда попали и как вернуться. Выбор за вами. Группа посмотрела друг на друга. Долгие секунды за столом царила тишина, и хотя никто не сказал ни слова, у всех была похожая мысль. Он — незнакомец. Ему нельзя доверять. Они не знали, пришёл он с чужой целью или просто за деньгами. Крис тонко посмотрел на Эшли и Леона. Они встретились с глазами капитана, и он заметил у них небольшой знак, прежде чем спросить. — Что тебе с этого? — глубокий голос Редфилда заставил блондина наклониться вперёд и улыбнуться с лёгкой насмешкой. — Конечно, наши услуги не бесплатны. Эшли и Леон поняли. Он хотел узнать, врёт ли он. Они несколько секунд присматривались, но не заметили ни особого запаха, ни нерегулярного пульса. Они оба посмотрели на капитана и едва заметно кивнули. Редфилд повернулся к Нарссон и тихо спросил. — Как считаешь? Энма выглядела удивлённой, что он спрашивает её мнение. Она подумала ещё несколько секунд, затем вздохнула. — Мои знания об Исландии ограничены, и если у нас уже поджимает время… Думаю, это будет лучшая идея. Крис выслушал её и кивнул — слова учителя были тем, о чём они все думали. Блондин широко улыбнулся и собирался заговорить, но Леон опередил его. — Город, куда нам нужно, находится северо-западнее отсюда. Если мои расчёты верны, мы можем добраться туда за шесть-семь часов. В зависимости от того, что мы там обнаружим, нам понадобится ваша помощь на более длительный срок. Мы оплатим топливо, но не питание, а цена услуги — продолжительность поездки, договорились? Улыбка блондина исчезла, он замолчал. Его зелёные глаза уставились в голубые глаза мужчины, и он подумал, как с ним торговаться, но выхода было немного — он мог лишь добавить мелочь. — И за услуги переводчика вы должны знать язык. Леон выпрямился и протянул руку, предвидя, что тот попробует что-то добавить. — По рукам. Незнакомец посмотрел на перчатку Американца и едва заметно стиснул челюсть от раздражения. Этот красавчик вовсе не дурак. Он думал, что просто устрашит их, но был застигнут врасплох и теперь должен был проглотить свою гордость. Он встал и крепко пожал руку Леону. — Договорились. — Он кивнул в сторону своего товарища, сидевшего за столом позади. — Это Свен, а я — Эйнар. Леон улыбнулся, и Эшли уловила в этом движении отработанную, тренированную манеру. Идеальная фальшивая улыбка. — Отлично, выходим на рассвете. Снаружи несколько глаз наблюдали из тени и мрака ночи.