Гордомаринские Будни

Карета Марианы Вайер неспешно катилась по улицам Гордомарина, славной столицы Нортумбии. Мариана с заворожением смотрела в окно своей уютной кареты, перед ней медленно плыли украшенные еловыми ветками и красными игрушками, разноцветные столичные фасады, теснённые белой как снег рустой. Город уже вовсю готовился к празднованию рождества, главного праздника северной страны. Именно в рождественскую ночь острова открыла рыцарская экспедиция, этот знаменательный день считается днём основания королевства Нортумбии. Для госпожи Вайер это был первый за год случай посещения столицы, признаться честно, она была не сильно довольна обстоятельствами вынудившими её отправиться на остров Святой Марии. Мариана опоздала на назначенное время, однако она была не единственной. Ещё полчаса ушло на ожидание оставшихся опоздавших вельмож, без которых это заседание не могло начаться. Темы обсуждения были совершенно различны, от цен на зерно, до армейских реформ, однако главным на повестке дня была пропажа короля. Формировался регентский совет. Три сословья схлестнулись в словесных баталиях, по залу неслись ругательства, лозунги, возгласы, призывы, сливающиеся в постоянную какофонию. Вайер всё это не интересовало, она не искала власти и не желала участвовать во всей этой политической борьбе, несомненно она беспокоилась происходящим в стране, однако как-то повлиять, кроме как стать пешкой в чужой игре, она не могла.

***

Улица наполнялась людьми, рабочие возвращались с заводов к семьям. Полиция как обычно вылавливала подозрительных людей из толпы, однако что-то пошло не так. Задержанный шёл не один. выстрел и полицейский упал замертво. рабочий откинул от себя труп и сам взялся за пистолет - самопал, собранный из излишков заводского производства и ручки от топора. Полиция явно была не готова к вооружённому отпору, наряд тут же оказался перебит. Внезапная победа над псами монархии вдохновила проклятьем заклеймённый народ. — Пёра братия и сёстры, пёра свёргнё рёжим, дёлёй крёвёсёсёв и дьявёлёв. Врёмя былё настёё, нёт у нас другёгё шанса свёргнё кёрёлёвскёх мразёй, впёрёд к пёбёдё! Речь вдохнула в уставших рабочих новые силы, они годами терпели унижения и лишения и вот их час настал. В одночасье рабочий трубного завода Вильям Мартинез ненадолго стал лидером восстания. Восстание шло к зданию парламента, набирая всё больше и больше людей в свои ряды, полицейские кордоны не справлялись, а многие переходили на сторону восставших, кто-то из сочувствия, а кто-то, просто боясь за свою жизнь.

***

Кучер незаметно проскользнул в палату парламента и подошёл к Марианне, она сидела на 5 ряду позади самых влиятельных людей в Нортумбии, предпочитая компанию мелких дворян. Кучер Джон Баклер был одет подстать мелкому Нортумбийскому дворянину, Марианна хорошо постаралась, выбирая ему одежду, когда они только приехали сюда. Для тех, кто заметил, как он вошёл, Джон был не более чем очередным легкомысленным молодым дворянином. — гёспёжа, нам надё идтё — шёпотом сказал Кучер — я былё слышёё выстрёлы, в гёрёдё намёчёё чтё-тё ужаснёё. — хёрёшё, я ёсь вёрё вам Вайер и Баклер спешно покинули здание парламента, в карету уже были запряжены лощади. Экипаж двинулся, ворота открылись, напоследок кучер кинул офицеру мешочек золота, за то, что тот отпустил их без лишних проволочек. Лошади гнали что есть мочи поднимая за собой тучи снега. Выстрелы становились всё чаще, но к тому моменту как они переросли в непрерывное стрекотание карета уже находилась на окраине Гордомарина. — Я знаё гдё мёжнё пёрёнёчёваё, тут нёпёдалёку пёмёстьё ёднёгё мёёгё хёрёшёгё друга, близ дёрёвушки Хурёнд, этё к югу ёт сюда. — значётё ёдёмё в Хурёнд — донеслось через заслонку купе. Мариана со страхом наблюдала ужасающую картину. Казалось, что небо почернело - гигантский столб дыма раскинулся прямо над городом, будто бы поглощая его в свою непроглядную темноту. То и дело освещаемый редкими вспышками от выстрелов и взрывов, он предзнаменовал начало нового порядка в Гордомарине.