13. В каморке

      Только Аида останавливает Турбо.       - Зачем мне с вами бежать? Я вас только тормозить буду, а меня не тронут, не знают же, что я с вами.       - Знают, не знают. Я вот не знаю кого они будут трогать, а кого нет, может ты просто под руку попадешь? Подумала об этом? А мне потом что делать, если с тобой случится что-то?       - Перед братом моим отвечать боишься?       - Да чего мне Зима? Я сам себя не прощу тогда.       После этих слов у Ады в ушах зазвенело, а от пяток до макушки табун бабочек пролетел, приятно, что ещё кто-то заботится о ней теперь.       - Ну хватит, пошли спасать Адидаса!       Операционную быстро нашли, Марат каталку успел уже прикатить, Вову туда закинули, как мешок, врачи в шоке стоят. Блондиночка молоденькая все возмущается.       - Что сделать осталось? Аида у той спрашивает, пока парни каталку вывезти пытаются.       - Зашить до конца и обработать!       - Зовут вас как?       - Наташа.       - Вот по пути и закончишь все, Наташа, а то я опыта зашивать не имею. Ада хватает что на столике из медикаментов есть одной рукой, другой девушку за собой тащит.       До лифта быстро добежали, Валера девушек в лифт заталкивает, каталкой прижимает. И тут страшно стало, человек шесть налетело. Ада старается на них не смотреть, Наташе помогает рану зашивать, руки у обеих дрожат, но сосредоточиться пытаются. Вова очнуться успел, имя блондинки узнал, Дон Жуан усатый.       Даже не заметили как Турбо из огнетушителя поливать нападающих стал, чтобы двери лифта закрыть.       Дальше быстро все было, Аида просто бежала, лёгкие уже жгло сильно, когда на улицу выбежали ещё тяжелее стало, казалось дышать больше никогда нормально не сможет.       Турбо машину скорой помощи открыл, водителя выкинул, Аду на пассажирское сидение запихнул, Вову загрузили ребята, кричат, чтобы ехал быстрее Валера.       Стекло разбили им, орут все друг на друга, по кочкам прыгают, менты ещё на хвост присели. Аиде казалось, что так в кино только бывает, на Валеру смотрит, тот смеётся, в потолок кабины бьёт. Она сама от этого улыбаться начинает, заразительная улыбка у парня все таки.       К качалке подъехали, Адидаса выгружают. Девушка в сторону дома побежала сразу.       - Ад! Ты куда? - Турбо в след ей кричит.       - Домой, за аптечкой! У вас там нет ничего нужного.       Прибежала обратно она быстро, в каморку заходит, Вову уже на диван уложили, Турбо напротив его сидит, Пальто в кресле и Зима стоит. Аида на последнего смотрит, щурится, аптечку к груди прижимает.       - Где ты был?!       - Нет, что ты делала с этими оболтусами?! Взглядом друг друга прожигают.       Ада лекарства Андрею в руки сует, а сама к брату подходит, обнимает, носом в грудь его утыкается. Вздыхает тот, в ответ ее обнимая.       Валера за ними наблюдает, а у самого мысль в голове: Если бы у него была сестра, были бы у них такие же отношения?       Умеет ли он вообще по настоящему любить? Аиду он любит? Наверное любит, или это симпатия? А что такое любовь, как ее проявлять и что при этом чувствуешь? Мать на него всегда кричала, что он не такой, как надо быть, копия непутёвого отца да и вообще, не помнит он от нее слова хорошего. А отец его ушел от жены - истерички когда Валере было лет семь, с тех пор он его и не видел больше. Не было у него любви в жизни то никогда.       И вот сидит сейчас он, завороженно наблюдает за Вахитом с Адой. Как она пальчиками своими раны на лице брата изучает, губы поджимает, видно, злится. А Валере каждый пальчик ее поцеловать хочется, запах волос этих светлых вдохнуть, губами по шее нежной провести. Вздыхает, покурить выходит, чтобы хоть на минуту о девушке с глазами холодными забыть.       Адидас бормотать начал что-то, в себя потихоньку приходит. Аида с ним рядом на корточки садится, таблетку в рот сует, кружку с водой к губам жмёт. Вова смотрит на нее, глаза девичьи светятся как будто, успокоение дарят.       - О, очнулся - Турбо вернулся, на место свое прежние садится. Марат зашёл с банками солений каких-то.       - Ты где был - Володя к брату обращается.       - Тут был, тебя же вытаскивали.       - Нет, я про то когда на этих пошли. Сглатывает, голова раскалывается.       - Да там отец к тётке хотел отвезти меня силой, я пока сбежать смог...       - Что было то в больничке? Вова пытается картину последних суток в голове восстановить, на Аду все смотрит, которая с Вахитом рядом стоит, ссадины на лице тому протирает спиртом.       - Да там кто-то донес Хадишевским, что мы пацана их до реанимации довели.       - Я это был - Пальто тихо отвечает - Это тот, который Ералаша убил, а вас позвать времени не было.       Тут Турбо разошелся, на Андрея стал кричать, на Марата. А Вова тишины просит, говорит, что ночевать тут останется.       - Все, идите, я с Вовой побуду - Вахит начинает всех выпроваживать.       - Пошли, провожу тебя - Валера Аде руку тянет, Зима на него смотрит, как будто тот коня у него сейчас крадёт.       - Нет - Аида наконец голос подаёт - Что ты сделаешь если ему плохо станет? Анальгин только сунешь? И вообще ты сколько не спал дома и не ел нормально? Иди домой! Все уходите, я останусь с ним. У меня хотя бы какие-то знания медицинские есть.       Валера кажется челюсть на полу где-то оставил. Но в руки себя быстро берет, думает, что Аида просто слишком добрая и больного человека оставить не может, вот и всё. Прощается с ней и Адидасом да уходит.       - Если что, домой беги за мной, поняла? Вахит сестре говорит, сам Вове руку жмёт, уходит.       Тишина наступила, Аида руки в замок сцепила, на мужчину молодого оборачивается, тот улыбается ей, говорит тихо.       - Спасибо Аида, за помощь.       - Не за что, тебе поспать надо, легче сразу станет.       Сама на кресло где Пальто сидел устраивается, на лампочку одинокую смотрит. Свет теплый от лампочки этой, мощности ей не хватает, поэтому полумрак вокруг. Девушка руками себя обнимает, не нравится ей тут. Вспоминает как была маленькая, с воспалением лёгких ее в больницу положили, там также было, одинокая лампочка и полумрак.       - Аида?       - Да?       - О чем думаешь?       - Детство вспомнила.       - Можешь ко мне сюда сесть - двигается ближе к спинке дивана, место освобождая - Хочу тебя видеть да и холодно мне что-то. Улыбается хитро так.       Ада смущается немного, но подходит, аккуратно рядом с ним опускается, дотронуться боится до тела чужого.       Вова взгляд её поймать пытается, но девушка только стену перед собой прожигает глазами да пальцы перебирает свои. Володя ее руки своей ладонью накрывает.       - Ты чего переживаешь то? Расскажи мне лучше что-нибудь.       - Что тебе рассказать - голос хриплый от волнения.       - Что хочешь, а то на душе паршиво.       - Стихотворение хочешь?       - Давай. Пой же, пой. На проклятой гитаре Пальцы пляшут твои вполукруг. Захлебнуться бы в этом угаре, Мой последний, единственный друг. Не гляди на ее запястья И с плечей ее льющийся шелк. Я искал в этой женщине счастья, А нечаянно гибель нашел. Я не знал, что любовь — зараза, Я не знал, что любовь — чума. Подошла и прищуренным глазом Хулигана свела с ума.       Вова завороженно на Аду смотрит, красиво стих она читает, как будто на сцене, перед залом большим. Грусть почувствовал, она словно с каждым словом девушки все больше и больше собой комнату заполняла.       - Красиво, особенно, что про хулигана, кто автор?       - Есенин.       - Почему ты грустишь? Или я тебя так смущаю?       - Нет, просто - запинается немного - Просто много событий за последние недели произошло, все время гонка какая-то, вот и не спокойно на душе.       - Все хорошо будет, Ада. Нежно имя ее произносит, пальцами по щеке девушки проводит.       Аида встала слишком резко с дивана, ногу чужую задевая, Вова шикнул от боли.       - Прости! Прости пожалуйста! - выдыхает, на кресло обратно садится.       - Нет, нормально всё, я видимо не то что-то сделал - глаза прикрывает.       - Володь, поспи пожалуйста, утром легче тебе будет, обещаю.