26. Чуть-чуть

      - Ад! Мне на улицу надо, к пацанам. Я могу тебя одну оставить?       - Можешь!       - Точно?       - Точно! Иди давай.       - Ну смотри мне, я к вечеру вернусь, не скучай!       Аида одна осталась. Пошла порезала овощи и с удовольствием, чего уже давно не было, поела.       В ванную боялась заходить, но заставила себя. На полу разводы кровавые, видимо Вахит пытался сам это все стереть. Тряпку берет, оттирает все, рука только болит, надо обезболивающее выпить.       После небольшой уборки девушка легла на диван и не заметила как провалилась в сон.       Когда организм решил, что достаточно выспался, Аида открыла глаза. За окном уже было достаточно темно, часы показывали одиннадцать часов сорок семь минут.       - Вахит - громко зовёт - Вахит! Ты дома?! В ответ лишь тишина.       Странно, обещал быть к вечеру, а сейчас уже ночь. Решила пока в ванную сходить, теперь с повязкой это долгий процесс. Когда только воду включила, раздался телефонный звонок. Внутри все как-то сжалось.       "Слушаю."       "Зорина Аида Сергеевна?" Голос знакомый какой-то.       "Да."       "Вас беспокоит майор милиции - Каримов Ильдар Юнусович, Вахит Зималетдинов ваш двоюродный брат, верно?"       "Верно! Что случилось?"       "Он, а также его, кхм, товарищи, задержаны и на данный момент находятся в отделении. Им всем грозит арест и суд, статьи я уж вам точно сейчас не скажу, там выбор большой, от 206 до 208 УК РСФСР точно." А Аида слышит как доволен мент этот, что так и прет гордость из него.       "Что вы от меня хотите?"       "Завтра в 10 утра жду вас в отделении на допрос и опознание, сами не придете, я за вами наряд направлю, ясно?"       "Предельно. Я приду."       "Вот и отлично, до скорой встречи!" Ада трубку положила с такой силой, что удивилась как телефон не раздолбала. Твою мать! А если его посадят?! А если там Вахит, то и вообще все? И Валера, Марат?       Внутри все сжалось, только теперь не грусть в душе, а злость. Как так можно?! Только подумала, что вырваться отсюда получается! Это плохо, очень плохо. И обратиться не к кому, кто поможет?       Слишком много мыслей в голове. Может собрать вещи и валить со всех ног куда подальше? Нет, не сможет, брата не бросит, вдруг получится его вытащить. Но как? Даже не понятно за что взяли и статьи она уголовного кодекса не знает.       В ванную возвращается, помыться пытается, но тело ее не слушает как будто, усилий много прилагает для действия каждого.       В комнату бредёт, на диван ложится, клубочком свернулась и тихо так плакать начала. Слишком много всего.       Всю ночь так пролежала, уснуть не смогла. В пол девятого встала, попыталась в порядок себя привести, кашу насильно в себя затолкала да в отделение пошла. Страшно ей, очень страшно.       Когда во внутрь зашла, сразу в камере ребят увидела. Все спят, друг к другу прижались. Ближе подходит, брата видит.       - Вахит, эй, проснись! Тот глаза открывает, на нее смотрит.       - Ад, ты чего тут?       - Вызвали меня, что... Но прервали ее.       - Оо, Аида Сергеевна! Утро доброе, я вас ждал! Какой же он все таки противный, отталкивает речью своей, поведением.       - Здравствуйте.       - Не надо вам сейчас разговаривать, пройдёмте со мной.       И уводит девушку, даже слово сказать брату больше не даёт. В кабинет темный заводит, на стул указывает.       - Ну что же вы, Аида Сергеевна, с такой компанией связались? Или по стопам отца идете?       - С какой компанией и при чем тут мой отец?       - Компанией группировщиков, отец ваш из таких же. Но правда теперь он вам не поможет ничем. Убит, верно?       - Верно.       - Вот, вы сами видите к чему такая жизнь приводит. Либо в тюрьму, либо в могилу.       - Вы меня вызвали, чтобы отца моего обсуждать или что?       - Нет, что вы, конечно нет. Ваш брат задержан за хулиганство, вернее будет - злостное хулиганство, а это до пяти лет лишения свободы. Есть что-то, что вы хотите мне рассказать?       - А что я могу рассказать? Вахит прекрасный человек, ничего плохого он не совершал.       - Правда? А тут - листочек достает какой-то - Сказано, что участвовал в воровстве, в драках, носил холодное оружие, нападал на представителей власти и ещё много чего.       - Мне об этом ничего не известно.       - Тогда давайте так. Вам знаком Валерий Туркин?       - Я фамилий не знаю ничьих.       - Кличка у него - Турбо. Можете не врать, вы тогда вместе в морг приходили.       - Знаком.       - Отлично! Он задержан за подозрение в убийстве. У Аиды сердце в пятки ушло.       - Убийстве?       - Ну да. У него был обнаружен пистолет из которого убили человека. Но вот я в это не верю, думаю, что виноват то Владимир Суворов, он же Адидас. Знаете что нибудь об этом?       - Нет. Тихо отвечает, осознание всего с головой накрывает.       - Ну как же так, Аида Сергеевна, со всеми общались, а ничего не знаете.       - Не знаю. Слезы по щекам течь начинают.       - Ну, ну, вы чего, не нужно слез. Этот список, со всеми именами и кличками, мне дал Марат Суворов, вас там упомянул лишь как сестру Вахита, но мне кажется, что он вас покрывает, как и брата своего. Вы ведь знаете гораздо больше.       - Я ничего не знаю!       - Глупо с вашей стороны так себя вести, очень глупо. У меня к вам предложение.       - Какое же?       - Я вам дам пять минут пообщаться с Валерием Туркиным и пять минут с вашим братом. Вам нужно попробовать получить от них информацию. Идёт? Девушка смотрит на мужчину с недоверием, но все таки кивает.       - Отлично! Пойдёмте.       Ведёт Ильдар девушку к камере, дверь перед ней открывает. А там, в серой, маленькой комнатке, Валера сидит, голова опущена, на руках наручники.       - У вас пять минут. И дверь за ней захлопывает.       Аида к парню подходит.       - Валер? А он глаза на нее поднимает, там отчаяние полное плескается.       - Ада?       - Да.. Ты как? Что случилось?       - Марат мне пистолет подкинул, представляешь? Наших всех сдал, гнида!       - Валер, ты же никого не убивал?       - Нет.       - Ты прости меня, Валер, но я не знаю как тебе помочь. Ладошкой волосы его аккуратно со лба убирает.       - Ад, уходи.       - Что?       - Уходи, уезжай, беги отсюда куда подальше. Нет тут жизни. Права ты была. Как можно скорее уезжай, слышишь?       - Валер...       Дверь открывают.       - Все, на выход.       Аида последний взгляд на парня бросает, сердце в груди сжимается сильно. А Валера голову опять опускает, чувствует как слеза одинокая скатывается, "Прости" - шёпотом говорит, но только не слышит этого никто.       - Ну что, сказал вам что-нибудь?       - Что невиновен.       - Очень интересно и бесполезно. Знаете, с братом я вам не дам пообщаться. Передумал.       - Что? Но почему?       - Вот так, вы сначала вспомните информацию нужную, а потом я вам пообщаться дам.       Аида руки в кулаки сжала, так плюнуть в него захотелось. А Ильдар ее из отделения выводит, в спину толкает.       - Вы обязаны быть дома, чтобы я мог в любой момент с вами связаться и вызвать на допрос, понятно?       - Понятно.       - Тогда, до скорой встречи.       Аида стоит, взглядом пустым в снег уставилась. Вихрь мыслей и эмоций. Что теперь делать то? Злость в душе бушует. Уверенным шагом к дому Суворовых пошла, уж очень с Маратом поговорить хочет.       Кое как по памяти дошла, в звонок звонит. Ей Диляра дверь открыла, по лицу ее видно, что не в лучшем эмоциональном состоянии пребывает.       - Здравствуйте, а Марат дома?       - Здравствуй, нет. Что случилось?       - Поговорить хотела, но раз его нет, то я пошла.       - Нет, подожди пожалуйста, можешь зайти?       Ада кивает только, в квартиру заходит.       - Ты не знаешь где Вова?       - Нет. Был у нас одну ночь, потом не знаю куда ушёл.       - Я тебя поняла. Уезжать ему надо, срочно. Отца его опозорили уже, обыски везде ведут, нелюди!       - Я вас сейчас очень понимаю. Из-за сына вашего, мой брат сейчас в отделении, его посадить могут. А он ведь хороший, очень хороший. И расплакалась опять сильно.       - Как из-за моего сына?       - Сдал он всех! Даже тех, кто не виноват ни в чём!       Женщина только глазами хлопает, понять пытается, что Марат сделал.       - Вы меня простите, но я пойду. Слезы вытирает, быстрее домой хочет сбежать.       В подъезд свой заходит, у двери ее Вова сидит. Это уже совсем девушку из себя выводит.       - Что ты тут делаешь?       - Ад, мне идти некуда.       - Заходи.       Одежду верхнюю снимают, на кухню идут.       - Вов, кого ты убил?       Парень замер даже от вопроса этого.       - Жёлтого, этот тот который..       - Айгуль изнасиловал?       - Нет, главный Дом Быта. Я не смог это так оставить и вот..       - Понятно. Вов, тебе уезжать надо и как можно скорее. Везде листовки, что тебя разыскивают.       - А ты?       - А что я?       - Поехали со мной? В Абхазию хочу, там детей тренировать буду, а ты в больницу сможешь устроится.       - Прям Ромео и Джульетта. Володь, они всех взяли, Вахита, Валеру, всех! Как я брата брошу?       - А как ты ему поможешь? Или тут жить хочешь, пока он сидеть будет?       - Нет.       - Тогда давай вместе уедем? Я с тобой хочу.       Аида задумалась, мысль у нее в голове одна быстро родилась.       - Хорошо.       - Что?       - Я говорю хорошо, давай вместе уедем. Только это надо делать прямо сейчас и желательно до другого вокзала доехать. Тут могут тебя караулить.       - Собирайся тогда, у меня все равно вещей нет.       - Деньги есть на билет?       - Да, мне пацаны собрали.       - Отлично, я быстро.       В комнату ушла, в сумку пару вещей для видимости закинула, у самой руки дрожат. Вова хороший, добрый, нежный, надо его спасать. Может и себя тогда спасти сможет.       - Как мы до вокзала другого доедем?       - Машину одолжим.       - Ты хотел сказать угоним?       - Ну можно и так.       - Хорошо, пошли.       Во дворе Вова машину вскрыл, завел. А у Ады бездна в душе все больше разрастается, страх сжимает.       Мимо здания большого проезжают. Володя останавливается.       - Почему остановился?       - У отца тут юбилей. Хочу зайти, попрощаться.       - Нет! Вдруг тут засада будет!       - Не переживай, все нормально.       - Вова, нет! Не смей, слышишь? Иначе я сейчас выйду и потом один будешь!       Смотрит Володя на девушку, видит по глазам, что не врёт. А ему приятно, что переживает за него.       - Ладно, потом ему позвоню. Аида выдохнула. Сейчас каждая минута промедления опасна.       Ехали долго, слава богу, что бензина хватило.       Ада в кассу пошла, два билета взяла, ручку у кассира одолжила, что-то на одном билете написала. Тут листовок о розыске нет ещё, отлично.       Отправление через пятнадцать минут, все складывается идеально.       В поезд зашли, у окна устроились. Вова смотрит на нее, улыбается.       - Ад, можно я тебя поцелую.       - Можно.       Парень к ней наклоняется, поцелуй нежный, мимолётный на губах девичьих оставляет.       - Через две минуты двери закрываются! Проводница объявляет.       - Вов, сейчас, минутку, мне у нее спросить кое-что надо.       - Что?       - Не переживай, сейчас вернусь.       И уходит девушка, за дверью тамбура скрывается.       Вова ждёт, но тут слышит, что двери вагона закрыли, хмурится, Аду не видит. Но тут в окне силуэт вылавливает. Голову поворачивает, Аида стоит. Он вскочил, на нее смотрит, а девушка головой в разные стороны мотает, "не надо" говорит. На билет в его руке пальчиком тычет.       Вова билет свой рассматривает, там сзади надпись "Не смей выходить, сгинешь тут " и номер телефона "позвони как устроишься".       На Аду сквозь окно смотрит, она улыбаться пытается да только видит слезы на щеках ее.       А поезд отъезжать начал, девушку на перроне одну оставляет.       Вова уехал тогда, послушал Аиду.       А она добралась на электричке до районов знакомых. По улочкам идёт, воздух морозный вдыхает, улыбается сама себе, чувствует, что скоро тоже уехать сможет, но чуть позже. Совсем чуть-чуть...       17 февраля 1989 года