3. О старой «подруге» и семейном проклятье.

Зима дошел до дома и не уснул в сугробе, его это радовало. В квартире стояла гробовая тишина, пугающе, однако. Он, не раздеваясь прошел в комнату сестры. Та сидела на кровати спиной к двери и втыкала в окно. Разглядеть мимо проходящих людей с постели, возможности не было, они все-таки на втором этаже живут, поэтому было странно, что девушка смотрела просто в пустоту, на улице даже птицы не пролетали. -Аря… - сказал он, прерывая, видимо долгую тишину в доме. -Блять! – крикнула она, обернувшись. -Ты дебил? Напугал меня! -Прости. – не смотря на понятие: «пацаны не извиняются», он попросил прощения, так он мог делать только для нее. -Ты че тут делаешь, в окно тупо сидишь втыкаешь. -Я медитирую. – девушка снова закатила глаза до звезд. -В журнале одном прочитала, помогает успокоится, мысли лишние выкинуть. – сказала она, отвечая на вопросительный взгляд брата. -Для этого нужно просто ноги сложить и в окно втыкать? – с насмешкой спросил брат. -Нет, нужно сосредоточиться на потоке энергии внутри тебя, и погрузиться в космические волны вселенной. – начала рассказывать теми же словами из журнала девушка. -Начитаешься журналов своих, а потом хренью страдаешь. -Пошел ты, братец бля. -Я че пришел то… Универсамовские с тобой познакомятся хотят. -Мне все равно. Я с ними знакомиться не буду. – сказала, как отрезала. Слыша холодный тон сестры, он понял, что уговаривай-не уговаривай, все равно не согласится. Да и сейчас она обиделась. Не сказать, что ее сильно задели слова брата про медитацию, просто она любила его вывести на что-то, что ей нужно, когда «обижалась». Зима наконец решил, что стоит загладить вину, и спросил: -Ну ладно, что мне сделать чтобы ты меня простила? Отвернувшаяся от него девушка улыбалась во все 32 зуба, но повернувшись к нему, сделала вид что не рада, и вообще, она думает, что же такого ему загадать, хотя уже знала, что за участь его ждет. -Помедитируй со мной. – резко выпалила она, после своих «раздумий». Тут уже Вахид закатил глаза, только не к звездам, как это делает обычно девушка, а до луны. Такие названия их реакций, дала им тетя Надя, тетя Авроры. В детстве, они любили лежать на улице ночью (чаще всего на песке в песочнице) и смотреть на небо. Когда к ним сзади подходила тетя Надя, и говорила, что пора домой, дети закатывали глаза так, что у Ари взор всегда падал на звезды, а у Вахида – на луну. С тех пор, всегда, когда они закатывали глаза, она говорила: «Ну снова к небу глаза закатили, один на луну, другая на звезды, уже поздно, домой пора». Так и прижилось. Зима сел на кровать рядом с сестрой сложив ноги как она. -Пальцы вот так соединяешь, и на колени кладешь. – наставляла его девушка, а тот покорно слушался, желая поскорее закончить, дабы пойти спать. -А теперь в одну точку смотришь, и думаешь о том, что за окном, а свои остальные мысли – отгоняешь. Аврора уже погрузилась в космические волны вселенной, или как она там говорила, когда Зима старался перебороть силу сна, всячески отвлекаясь на падающий снег за окном. Но как бы он не старался, парень проиграл в этой схватке, сон преодолел его. И теперь Вахид просто сидел с закрытыми глазами, пока девушка дергала его за плечо, дабы он проснулся, но все было тщетно. -Ничего нового, братец.

***

Мама Вахида должна была прийти уже сегодня с двухсуточной смены, а потом снова на такую же, только на другой работе. Аврора решила сходить купить что-то, и приготовить то ли обед, то ли ужин, чтобы хорошо встретить любезно приютившую девушку, тетю. Быстренько собралась, заплетя кудри в низкий пучок. Пару телодвижений, и дорогая песцовая шубка уже на плечах девушки, а весь образ дополнял шелковый белый платочек, закрывавший голову девушки от морозов. Шапку она носила редко, ведь она ей не шла. Обулась она в высокие кожаные сапожки на каблуке, благо додумалась купить не на шпильке, зная ее аккуратность на льду, уже бы лежала в Казанской больнице с переломом ноги и сотрясением мозга.

***

Покупки сделаны, теперь в холодильнике точно не произойдет самоубийство крысы. Пакеты тяжкие, да что делать, Зима спит как убитый, все еще в позе для медитации, если конечно не упал, неаккуратность в обычных делах у них семейное. А вот когда херни за уши навешать, еще и по карманам пошарить в поисках наживы, так они первые, и неосторожность не мешает. Правда есть еще один момент, который с лет 17 проявляется – язык без костей и хулиганство. Это начиналось у всех по линии бабушки Вахида и Авроры. Ведь именно в этом возрасте их семья начинает хулиганить и бездельничать, и язык без костей м в этом помогает. Зима например, в группировку вступил в 17, его мама в таком же возрасте, курить начала и с отцом его гулящим встречаться, который тоже бросил ее, как и маму Авроры, у нее кстати, ситуация такая же, но она смогла вырулиться из этого, на заработки поехала, и живет припеваючи, напрочь забыв о родной дочери. И все ждали, когда же это наследство наступит у Ари, когда ей кровь мамина в голову ударит, и буде ли у нее такая же судьба? Нет. У нее будет другая концовка. Счастливая?..

***

По дороге домой Аврора думала о том незнакомце, чье им она услышала лишь из уст брата. Валера. Чем он зацепил ее? Мозг все еще опровергал правду о том, что он ее зацепил, ведь бойкий характер не позволял такого. Ну уж нет. Влюбиться в этого гопника? Да он же выглядит как, как… Как? Как юләр . Обычный уличный пацан, которому палец в рот не клади – по плечо откусит. Одет в дешевые спортивки с рынка, спортивную олимпийку, красно-черный петушок, и курточку из «кожи молодого дермантина» с выцветшими картинками. А на ногах, черные от грязи, кроссовки «найк» - база. Пацаны в похожих прикидах – доверия не вызывали. Цепляли лишь глаза, мятные и резвые. В них можно утонуть, если вовремя не остановится. Вспоминая их, она действительно утонула, не слыша и не замечая ничего и никого вокруг себя. Очнулась от гипноза его взора она, тогда, когда стоящая перед ней девушка, потрясла ее за плечи, проговаривая: -Арька! Белякова! – девушка продолжала трясти Аврору, пока та не пришла в себя. -Люба? – спросила она. -Да я, я. Люба Шевцова. Иду, смотрю ты-не ты? А это ты! -А ты что приехала обратно? Я думала ты в Москве уже с концами. -Да не, решила вернуться. Тут же жизнь моя вся. И любовь… - с тяжелым вздохом ответила девушка. -А тут уж поподробнее, насколько я припоминаю, когда ты в Москву переехала, у тебя любви с Казани не было. -Да я его только недавно встретила. Я ж приехала две недели назад. -И уже влюбилась? -Ну да, знаешь, вот прям чувствую, что он мой человек. – с восторгом рассказывала Люба. Аря в мыслях усмехнулась, чуйка Шевцовой ее всегда подводила. Например, на втором курсе, Люба никогда не прогуливала ее любимый предмет – историю музыки. Но во вторник это была последняя пара, а ее как раз пригласил парень погулять, (про него она тоже говорила, что он ее человек, судьба и так далее, но в итоге он ей просто изменил с ее подругой, которая училась в меде) и как на зло, пригласил на время, когда начиналась пара. Чудная чуйка Любы сказала ей прогулять предмет, и пойти на свидание, но в итоге учитель, который вел этот предмет заболел, и поставили другого, а именно Иванову Светлану Олеговну, самую злую из всех преподавателей в колледже, и когда она проверяла присутствие на паре (что делают не учителя, а «старосты», которых обычно просят прикрыть за отсутствие), то оказалось, что Шевцова не пришла на пару. Потом отчитывалась в аудитории перед Светланкой – так обычно ее называли за спиной студенты, и девушке пришлось вымывать ее кабинет до блеска, дабы не получить «звоночек» в администрацию колледжа. -Парень такой красивый, Илья зовут, а кликуха – Сутулый. Он универсамовский. И я тоже! – гордилась перед Арей она. Шевцова всегда подражала Беляковой, старалась быть на нее похожей, и часто обсуждала ее с другими девочками. Такое поведение сначала порой раздражало, но потом Аврора забила, и постаралась не замечать схожесть повадок при разговорах. -У меня брат в «Универсаме», он там вроде один из главных, вроде такие суперами называются. – почему-то сейчас захотелось съязвить и похвастаться Любе. Раньше такой повадки она у себя не замечала. Никогда не хвасталась, и всего пыталась добиться сама, а не за счет авторитетного брата или парня. Парня?

***

Видимо наследство по маме начало передаваться. Язык без костей и язвительный бойкий характер – вот что ждало Арю в ближайшие месяцы, а дальше и всю жизнь. А она была и не против. Образ хорошей девочки надоел, спасибо, сыта по горло. На тебя все рассчитывают, а если не выполнишь – «как же ты нас подвела», услышишь. «Поучаствуй в олимпиаде по физике, математике, биологии и химии, нарисуй плакат на школьное мероприятия, сыграй на скрипке еще, и не забудь про сочинение на литературный конкурс на 4000 слов» - надоело. Все заваливают всем, не давая отдыха. Они не понимают как Аврора трудилась и старалась, когда говорили ей: «средненько»; «подучись еще»; «почему ты написала олимпиаду на 31 балл из 32? Мало старалась значит». Все это давило на нее с самого детства, Москва осталась у девушки не самым приятным воспоминанием в жизни, хотелось жизнь там спрятать в далекий шкаф сознания, и никогда не доставать, но появилась Люба – испортившая все планы. -Слушай, я тут спешу уже, приходи ко мне завтра, чай посидим попьем, расскажешь мне про брата своего. – заговорив про брата Ари, у Шевцовой скорчилось лицо под улыбкой, которой она всегда пыталась скрыть зависть и презрение. -Давай номер дам. – девушка достала из кармана листочек с ее номером. -Всем подряд номер свой раздаешь? – спросила Аврора. Ведь действительно, откуда у нее бумажка с ее личным номером? -Да мне там надо было в общем. – ответила Люба, протягивая листочек Аре. Та взяла его, моментально засунув в карман. Холодно было уж слишком, чтоб на морозе долго руки держать. -Ну пока, дорогая! – последнее что сказала Шевцова, перед тем как слащаво улыбнутся и уйти в туман. -Дорогая. – тихо перекривляла та фразу одногруппницы себе под нос.

***

Домой девушка пришла уже когда мама Вахида был дома. Они вместе приготовили поесть из продуктов, которые Аврора купила в магазине, и сели за стол. Зима все еще спал, тетя Надя хотела его разбудить, но Аря настояла на том, чтобы он еще поспал, оправдываясь: «Теть Надь, успеем, зато посплетничать чисто о женском». «Ну все братец, завтра спрошу с тебя, за то, что отмазала от надоедливых наставлений матери» - подумала Аврора, перед тем как начать слушать рассказы и басни тети, о том как же ее девочка повзрослела, и что жениха пора искать уже.

***

Следующий день выдался на удивление солнечным, что было редкостью в феврале то. Проснулась Аря, собственно, из-за лучей солнца, которые, как назло, закрывай шторы или нет – светили прямо в лицо. Сегодня у тети выходной, поэтому завтрак готовит не Аврора. Зайдя на кухню, она увидела уже доедающего свой омлет Вахида, который даже не обернулся на звук открывающейся двери. Он явно куда о спешил. -Доброе утро. – сказала Аврора. -Доброе Аречка. Как спалось? – поинтересовалась тетя Надя. -Хорошо, спасибо. -Добжое утжо. – наконец сказал Зима, дожевывающий пищу. Убедившись, что он дожевал очередную порцию, сестра дала ему подзатыльник, приговаривая: -Когда я ем, я глух и нем. Забыл золотое правило за столом? -Какая ты злая. – ответил Вахид, вставая со стула, у ни была не большая разница в росте, почти неощутимая. Она 174, а он 182. Высокий рост тоже по наследству. К слову, папины гены в ней почти не играли, все что от него осталось – зеленые глаза, ужасное детство и сломанная психика. За братом она идти не стала, да и расспрашивать куда он идет, смысла не было, все ясно и понятно – к пацанам. Поэтому Аря спокойно села за стол, начиная есть свою порцию. Тетя всегда знала сколько ей класть в тарелку, как сердцем чуяла. А вот мама девушки, всегда то не докладывала, из-за чего Аврора не наедалась, либо перебарщивала, и она не доедала, что потом сопровождалось мучительными для девушки, рассказами про то, что многие не доедают, а она едой направо и налево. К слову, тетя Надя действительно Арьку больше любила чем мать родная, потому что доченьку всегда хотела, а не сына мотальщика, пропадающего вечно где попало. Поела и решила Любе позвонить. Набрав номер с листочка, послышались тяжелые гудки, а потом протяжное: -Шевцова Любовь, слушаю. – было два варианта: либо она только проснулась, либо ей перед этим уже звонили несколько раз. -Привет. – первая начала разговор Аврора. -Ой, Аря, это ты? Думала опять папин начальник звонит, мол, позови отца, позови отца. Вот как ему объяснить, что ушел он, еще два дня назад и не вернулся? – вопрос риторический. Подтвердился второй вариант. Аврора про себя улыбнулась, хорошо она людей читала. -Не знаю даже, в милицию набери. – холодно посоветовала она. -Да звонила уже, сказали, что снова его по всему городу искать не будут. Наверное, опять до синьки набухался, и в кустах где-то заснул. -Да, отец у тебя, конечно, не из лучших. – папа Шевцовой, всегда был поводом для разговора. Люба еще на первом курсе о нем всем рассказала, может ожидала что пожалеют, думала в Москве такого нет, а ж никто не поддержал, пол страны с такими «отцами» дома сидят, так что не удивительно. Но Аврора то об этом знала, в столице с 5 лет жила, и все правила и уставы при первом же косяке на лету схватила, а вот Шевцова, только в 14 лет сюда приехала, и ожидала более счастливой жизни, чем в Казани, но на деле все оказалось так же, но безопаснее. -Да фиг с ним. Ты придешь? – спросила Люба. -Приду. Диктуй адрес. -Улица Малая Заречная дом 9, подъезд 2, квартира 41, на пятом этаже. -Хорошо. – Аря записала адрес, а потом отключилась, еще раз сказав, что придет. Собираться она начала, судорожно пытаясь найти что-то, что удивит Любу, и заставить ее локти кусать. К слову, дорогие и редкие вещи, получали только те, кто хорошо учился, а Шевцова, мягко говоря, училась не очень, поэтому браслетов с шипами и париков с прядями у нее не было в отличие от Ари. Из большого шкафа полетела вся одежда, в которой девушка начала рыться, дабы найти подходящую вещь. Выбор пал на яркий красный костюм из шелка, в котором была короткая юбка, и укороченный пиджак. Многие считали этот наряд слишком вульгарным, и Аврора поддавалась влиянию людей, и не носила его, но сегодня она просто обязана сиять, затмив при этом – Любу Шевцову. Раньше, Аря никогда не хотела быть в центре внимания, и как-то обращать внимание на подражания «подруги», но сейчас, наконец, в ней заиграли мамины гены, и она начинает становиться бойкой звездой-язвой, которая затмит всех и осветит себе путь в счастливое будущее! Счастливое?

***

Два стука в дверь. -Привет! – издала протяжное, завистливое и язвительное приветствие хозяйка квартиры. -Привет. – так же слащаво улыбнулась ей Аврора. -Проходи, раздевайся, как ты? – отошла немного Шевцова, дабы Белякова зашла в прихожую. Обычная квартира, ничего вычурного и роскошного, как у Ари в Москве. Ей не пришлось жить в общаге с тараканами, ведь мама организовала ей квартиру в самом центре столицы. Из-за этого, многие девочки часто просились к Аре на «ночевки», где они обсуждали всех и вся. Аврора сняла сначала сапожки, что явно были из натуральной, дорогой кожи. Потом на полку полетел шелковый платок, открывая вид на роскошные кудри, которым, к слову, все девочки тоже завидовали. Ее волосы не были с модной «афрозавивкой», нет, они, наоборот, укладывались волнами, и блестели на солнце. А снимая песцовую шубу, девушка и вовсе затаила дыхание, ожидая как Люба внутри просто взорвется от зависти. Шубу ей привезла мама из Питера, купила взамен на старую, из норки, которая уже вся осыпалась, ведь продавец обманул в ее качестве. И да, шубе тоже завидовали. Ведь у всех была дешевая с рынка, из непонятного материала, а у Аречки песцовая, белесая, еще и с Питера. Так, к слову, Авроре завидовали все и во всем. Кажется, что она идеал, хорошая и правильная, и в ней никогда не заиграют гены матери, о которой наслышан весь колледж, ведь когда-то, она пришла сюда на разборки с преподавательницей, что валила ее дочь по зачетам. С тех пор учительницу больше никто не видел, она просто-напросто уволилась, не желая огласки и еще большего скандала. Ведь мать была бойкой, стойкой. Бойкой, стойкой. Как Аря и думала, Люба уже взрывалась изнутри от зависти, ее выдавали плотно сжатые зубы, чей скрежет был слышен, наверное, даже в подъезде. -Красивый костюм. – с натянутой улыбкой произнесла она. -Спасибо. Этот шелк индийский так приятно к коже прилегает. – хвасталась Аря, отвечая хозяйке квартиры такой же слащавой улыбкой. -Әйдә, кухняга барыйк . – когда Шевцова говорила на татарском, означало что она очень раздражена, в то время как Аря, говорила на татарском, когда душа только пожелает. Кухня была достаточно просторной и светлой. Аврора села на деревянную табуретку, которая под ее маленьким весом сразу же противно заскрипела. -Чай будешь? – спросила Люба. -Буду. Пять минут и чай готов. Шевцова села рядом с Беляковой, подвигая к ней тарелку с печеньем, от которого Аря вежливо отказалась, сказав, что оно коже вредит. Люба, которая уже потянулась правой руку к печенью, отдернула ее. Снова подражает. Этого Аврора и добивалась. Она знала, что печенье – любимая сладость Шевцовой, и без него ей будет тяжело, но пусть помучается, может подражать перестанет. Белякова, по факту, может крутить ею – как марионеткой, притворяясь что не делает то или иное при ней, дабы та, в силу своего развития, снова не поняла, что ей управляют как детской куклой на ниточках. Потянула за первую – она не ест печенье, вторая – не носит синий цвет, и так далее. Аврора и не заметила, когда в ее мысли влезло желание насолить Шевцовой любой ценой. Любой ценой? И так не очень дружескую обстановку прервала играющая из-под окон музыка. Играла песня группы Наутилус – «Я хочу быть с тобой». Обе девушки подумали, что это снова компания «скорлупы» играет с магнитофоном. Разговор начала Аврора. -Ну так ты хотела мне про парня своего рассказать. – Люба, кажется, на миг забывая все обиды, начала кивать и рассказывать. -Ну так вот, универсамовский он. Сутулый кликуха, слышала может? – с надеждой в глазах спросила Шевцова. В то время как Аря, решила задеть за больную тему. -А он в группировке выделяется? Кто он там? – язвительно ответила вопросом на вопрос девушка. Поддерживала она группировки, или нет, Зима уже ей все уши прожужжал про разные понятия и законы. А поэтому и знала, что в группировке надо вес иметь. Вот ее брат – один из суперов, за скорлупой наблюдает, и вес имеет. Вахид многих назвал из старших, но кликухи – Сутулый, она не слышала. -Он… просто участник. – вновь сжав челюсть, ответила Люба. -А, ну тогда не знаю. – сказала Аря, стараясь не засмеяться в голос с обиженного лица Шевцовой. Всю «малину», испортил прилетевший в окно кухни снежок. Первая к нему подбежала Аря. Под подъездом стояла белая лада, которую окружила небольшая компания парней. Среди них она заметила черную потасканную шапку, которую еще утром подняла с пола в коридоре. Универсамовские. Кроме братца, взгляд Авроры зацепила уж больно знакомая кудрявая голова, раны на которой, она обрабатывала пару дне назад, благо он не смотрел в окно, как раз сигарету прикуривал. -Пошли! – все что крикнула стоящая рядом Люба, перед тем как рвануть в коридор за верхней одеждой.

***

Спускаясь по лестнице в подъезде, так как лифт сломался, Аря слышала все ту же песню, играющую на повторе уже где-то шестой раз. Когда они вышли из дома, их встретил по видимости парень Любы. Он подошел к ней и лишь немного приобнял. Наконец Арю заметил брат, подкуривший сигарету у Валерки. -Опа, сеструха. – сказал он, прежде чем скрыться за поворотом дома, дабы не получить очередных «люлей». Девушку не мог не заметить Сутулый. Он отпустил Шевцову и подошел к Беляковой. Взяв ее руку в свою, он галантно наклонился и поцеловал тыльную сторону ладони девушки. -Илья. – представился он, отрываясь от руки, и улыбаясь во все 32 зуба. -Аврора. – так же сладко ответила она, натягивая улыбку, и сдерживаясь, чтобы не издать наглый смешок. Она так и не заметила, с каким взглядом смотрели на них Валера и Люба. Но если у девушки в глазах бушевала ревность, то что показывали мятные очи парня? Ярость? Ярость? Сутулый будто и не замечал свою девушку, делая комплименты ее «подруге». Не успела Аврора и глазом моргнуть, как Илью уже кто-то до боли знакомый, отодвигает от девушки. -Поговорить надо. – сказал Валера, обращаясь к девушке. Та сглотнула ком в горле, и кивнула. Они зашли за дом, куда только пять минут назад свалил Зима. -Вот мы и снова встретились. – сказал парень. -Надеюсь это последний раз. – сказала она язвительно, не как в прошлый раз, ответила она. -Ты будешь говорить это каждую нашу встречу? -Да. – ответила девушка, на что парень только ухмыльнулся. -О чем ты хотел поговорить? -Я… - он не успел договорить, как к ним подбежал мальчик, лет 11. -Турбо, там это… - малой запыхался, видимо бежал. – Тебя Жигуль зовет. – от этого прозвища Аврора все же пустила смешок, что привлекло внимание обоих рядом стоящих буквально на секунду. -Пусть подождет. – холодно ответил мелкому Валера. -Но… - малой хотел возразить, но старший быстро его оборвал. -Лампа, сделай так, чтоб я тебя искал. Мелкий убежал, поняв, что попытки уговорить его прийти к этому «Жигулю», тщетны. -Турбо. Почему Турбо? – спросила девушка, привлекая внимание Валеры, что смотрел как отдаляется Лампа. -Быстрый я просто. – ответил он, поворачиваясь к Авроре. -Во всем быстрый? – слова вылетели быстрее, чем она подумала, что тявкнула. Еще и ухмылка с лица не сходила. Төрү . Семейное проклятье настигло ее именно в этот момент, какого хера? Язык без костей – это неплохо в случае, если тебе надо кого-то заговорить, но не сейчас, я же не развожу его на деньги, или не отвлекаю, пока другие шарят по карманам. По родству ей передавалась так же способность воровать. Они с Вахидом в детстве всегда воровали часы у дяденек, которые в центре гуляли, у них самые дорогие – как говорил брат. Пока он просто наблюдал, Аврора ходила, имитируя слезы, и что она заблудилась, потом «случайно» от «неуклюжести» падала на них, и стягивала часы. Сначала не получалось, и ее засекали, но со временем, она снимала их бесшумно и быстро, человек даже моргнуть не успевал, как оставался без любимых швейцарских часиков. Но она бросила эти воровские штуки, когда ей было лет 13. Парень долго думал, но все же ответил, прокашлявшись: -Во всем. – теперь слащавая ухмылка играла не только на лице Ари. -Так, о чем ты хотел поговорить? – вернула к тому, зачем они сюда зашли, девушка -Поблагодарить хотел, ты мне жизнь спасла. – сказал он более уверенно, чем когда начинал. -Не преувеличивай, всего-навсего раны обработала. – остановила она его, не смотря, на то, что ей нравилась похвала от него. -Но все же. – закончил благодарность Валера.

***

Аря не хотела надолго оставаться в такой компании, поэтому со всеми попрощалась и собралась уходить, когда Турбо сказал: -Я провожу. Отнекиваться смысла она не видела, все равно как упертый баран за ней попрет. Поэтому тяжело выдохнув, она направилась в сторону дома. Валера ускорил шаг и нагнал девушку, ведь до этого шел сзади.

***

Турбо вызвался проводить ее до самой квартиры, и проконтролировать, чтобы она зашла в нее, а не осталась в подъезде. Такое внимание в сторону Авроры ей вроде бы, как и льстило, но одновременно настораживало. Ключей у нее не было, поэтому по зданию снова разнеслись два глухих стука в дверь. Открыла тетя Надя. -Аречка, я уж переживать начала, где ты. – сказала она, улыбаясь и обнимая племянницу. -Валерочка привет! – необыкновенно нежно сказала она в сторону Турбо. -Не видела тебя так давно, чего не заходишь? -Здрасьте. Да времени все нету. – отмахивался он. -Ну ты заходи, чайку попьешь! – Аврора чуть воздухом не поперхнулась от сказанного. Какого нахрен чайку? Пусть домой идет. Но зная тетю, она не оставит эту затею. Турбо уже в коридоре. Тетя его уговорила. Только после его ухода, Аврора будет выслушивать тетю со своими расспросами. Почему с ним гуляла? Он тебе нравится? Вы встречаетесь? -Зайка, Вахида пойди позови. – сказала тетя Аре, уже усаживая Валеру на стул на кухне. -Хорошо, только разденусь. – тетя приметила красный костюм под шубкой, поэтому подойдя к ней впритык, попросила побыть в нем, и не переодеваться в домашнюю одежду, пока парень не уйдет. Фирменный жест. Она закатила глаза к звездам, сказав тихое: «ладно». Пошла помыла руки, а потом к Вахиду в комнату. -Эу, встаем. – сказала она, на что брат промычал что-то не разборчивое. -Шуруй на кухню, тетя Валеру в хату затащила. – парень заржал в голос, уже представляя галантного Турбо за чаепитием. На кухню они зашли уже вместе. Тетя увидела, как Валера посмотрел на племянницу, и решила оставить их наедине, забирая на «важный разговор» Вахида, благо начать его поможет язык без костей. Они вышли из кухни, закрыв за собой двери. -Тебе идет красный. – сказал он. -Спасибо, теперь я сожгу этот костюм вместе с остальными красными вещами. – с натянутой улыбкой сказала она. Турбо ухмыльнулся. -Ты можешь хотя бы раз не язвить? -Нет, семейное проклятье, ничего не поделаешь. Он закатил глаза. -Не закатывай глаза к солнцу. – снова сказала не подумав. К чему это? -К солнцу? -Забей. Валера сидел недолго, попил чай и ушел, как бы тетя не старалась уговаривать его остаться на ночь. Найдя себе новую «жертву», тетя Надя начала расспрашивать Арю об Турбо, но та лишь отмахнулась, сказав, что хочет спать.