За минуту сто несчастий, ты попробуй сосчитать

С поручня упала книга, которая могла своим весом причинить вред любому, кто бы там стоял. Не смог сдвинуться с места от неизведанного ранее счастья, потому пришлось резко притянуть Кесем Султан к себе, когда та немного подпрыгнула, испугавшись неожиданного хлопка. Книга же местила хадисы, понять которые и истинному правителю не просто, Кеманкеш же лишь пытался найти ответы на тревожащие его вопросы. - Не стоит бояться, тут никто не посмеет... - договорить не успел, а на голову уже летел ястреб. - Мустафа, люби... - потянула его к полу, могли упасть вместе, то бы не угрожало настолько, вот лишь могли придти все в самый ненужный момент. Если бы только гарем не начал гореть бунтом и не только им. Настоящий огонь был в глазах Хюррем, которую кто-то унизил напоминанем, что прошло уже достаточно долго, она же не была в главных покоях более. И слова о верности не помогали уже, гарем был готов разгореться от самой маленькой искры. Одна из хатун, к тому же, одела платья Бейхан Султан, в которых та давно не была, и решила появиться перед Кеманкешем. Знала, что с такой привязанностью как у воинов, обмануть их довольно легко. Много чего придумала на всякий случай, пусть и надеялась, что не придётся оправдывать себя каким-то из старых чувств к паше, а после оставаться около великого визиря, несмотря на положение, в котором он может оказаться. Прищурилась, осматривая коридор, что вёл прямо к золотому пути. Когда она тут, не остановит ничто. Разве лишь странные действия будут преследовать, так как золотой путь пропитан полностью душой, которая ищет возможность отомстить. Когда у него получилось, когда полностью вспомнил всю ту боль и окунулся в неё, не только в воспоминания. Взяла кинжал у стражника так, что тот и не заметил. Душа Влада помогла, никак иначе. Сердце превратилось в полностью растерзанное при том, что она и первого чувства не проживала ещё. Жизнь выдавалась сказкой, за которой существовала совсем другая Лилэ хатун. И та другая никогда бы не пошла на преступление, как бы то не было выгодно порой для неё самой. - Сейчас только встреча закончилась. - Как раз время расслабиться. - с лёгкой улыбкой, кинула и вплыла в покои, что ей открыли без лишних вопросов. Пару минут прошло, ни одного звука. Лишь сожаление, оно полностью собой заполнило скромную госпожу. В этих покоях ей было слишком уже тесно, не только из-за нехватки места; не хватало воздуха и свободы, настоящей, душевной. - Валиде передали мою просьбу? - Конечно, госпожа. - только краткие и понятные ответы, словно она всем навязывалась всю жизнь. Не было у Бейхан никогда и ни за что наказания, ведь именно она считалась всё время идеальной и была примером для других своих братьев и сестёр. Валиде Султан точно не раз за день вспоминала её покладистый характер с нежностью. Вот и причина такой любви, была достаточно подходящей обществу, а особенно семье. Статусу отвечала и успехами в науке, и возможностью остро чувствовать брата-повелителя, у которого не было более ценной родственницы. Что бы там не приходилось порой говорить Хюррем и даже Гюльфем, каким бы глубоким не было уважение к ней. - И тогда... Меня точно не звали на ужин? - спросила, скрывая волнение, в котором начала запутываться. - К сожалению. - еле улыбнувшись, кинула хатун. От неё ждать можно было всего, но точно не подобной попытки поддержать. Понимала же какой-то частичкой души, что может довести до нервного срыва из-за Кеманкеша и редкости их встреч. Настолько уже желанных, сердце без него в поле зрения, казалось, переставало биться, закрывая себя в такой же золотой темнице. Крутила довольно простое колечко на пальце и смотрела на чаек, которые пролетали достаточно редко с этой стороны. С грустью и попыткой донести мысли Мустафе.