Глава 10

В какой-то момент, когда он понял, что судьба лидера Сопротивления больше не довлеет над ним, Джон Коннор задумался о том, чтобы баллотироваться на место в Конгрессе, где, в случае успеха, он получил бы возможность влиять на будущую политику. Конечно, он не думал, что станет кем-то вроде президента, но даже должности конгрессмена было бы вполне достаточно для его целей. Причина же, по которой он в конце концов решил не делать этого, заключалась в самой природе политиков. Ни для кого не было секретом, что для того, чтобы попасть во власть, ему пришлось бы овладеть искусством компромисса. Однако проблема заключалась в следующем: смог бы он остановиться? Власть требовала жертв, и он боялся, что каждый компромисс, на который ему пришлось бы пойти ради реализации задуманного, в конечном итоге стал бы рассматриваться им лишь как средство для достижения цели. Но какую цену ему пришлось бы при этом заплатить? И смог бы он в итоге остаться тем же самым Джоном Коннором? Он не был настолько наивен, чтобы думать, что преуспеет там, где многие другие потерпели неудачу и выйдет сухим из воды. В результате чего, одной только мысли о том, что он не сможет посмотреть в глаза своей матери, оказалось достаточно, чтобы покончить с любыми порывами выбрать эту карьеру. Однако в данный момент Джон даже жалел, что не пошёл этим путём, потому что тогда бы он смог воспользоваться некоторыми из приёмов политиков, чтобы разрешить спор, который разгорелся у него прямо на глазах. — Их необходимо уничтожить, — произнесла Уайт тоном, не допускающим возражений. — Нет, это не обязательно. Просто передислоцируйте их, — возразила Анемона. — Чтобы они отправились восвояси с координатами лагеря? — Уайт вызывающе посмотрела на Анемону. — Это твои подчинённые привели их сюда! И вообще, учитывая какой шум вы тут устроили, эта информация уже ни для кого не секрет. Ситуация начала накаляться, и он понял, что настало время вмешаться, прежде чем происходящее по-настоящему выйдет из-под контроля, для чего он, хоть и нехотя, решил воспользоваться тем, что, как он начал понимать, было своего рода властью над этими андроидами. — Дамы, дамы, давайте успокоимся. Он попытался рассмотреть ситуацию в целом, где первая из спорящих являлась командиром YoRHa – подразделения боевых андроидов, которое, судя по всему, было их эквивалентом спецназа, а вторая была лидером лагеря Сопротивления, которая в течение многих лет сражалась с машинами на этих землях. В какой-то мере, происходящее напомнило ему конфликт между различными родами войск, особенно учитывая, что они, похоже, по-разному оценивали одни и те же вводные. Отвернувшись от спорящих, он перевёл взгляд за наружные баррикады, на группу роботов, ставших причиной спора двух лидеров. Посреди покрытого травой утёса стояла группа из дюжины машинных форм жизни, различных форм и размеров. Пара из них даже парила в воздухе на каких-то летающих платформах, выглядящих довольно-таки нелепо из-за того, что внешне они напоминали большие вентиляторы. При подобной компоновке пропеллеров, они должны были бесконтрольно вращаться на месте, но, вопреки логике, они вполне устойчиво держались в воздухе, так что, наверняка, было задействовано ещё что-то. Например, они могли использовать ту же технологию, что и боты. Впрочем, об этом можно было подумать и позже, так как сейчас стоило сосредоточится на более важных деталях. Например, на том, что все они с энтузиазмом размахивали белыми флагами. Словно этого было недостаточно, они положили на землю перед собой двоих солдат YoRHa, явно знававших лучшие дни. Андроиды, выглядящие как мальчик и молодая девушка, тем временем сидели и спокойно разговаривали друг с другом, несмотря на то, что у них обоих не хватало пары конечностей. Из-за этого общая картина выглядела довольно-таки сюрреалистично, словно противник решил сдаться и освободил своих военнопленных. — Итак, кто-нибудь может объяснить мне, что здесь происходит? Потому что, если я правильно понимаю, перед нами машинные формы жизни, размахивающие белыми флагами. — Именно об этом я и говорю! — Уайт обвиняюще взглянула на Анемону. — Нет ни одной уважительной причины, по которой их можно было оставить в живых и позволить им жить неподалёку. Как ты вообще командовала этим аванпостом всё это время?! — Это не аванпост. Это даже не база! — резко ответила Анемона. — Тебя здесь не было, поэтому ты даже не представляешь, с какими трудностями мы столкнулись. Чтобы выжить, нам пришлось пойти на компромисс. — Подружившись с врагом?! — Они не хотели сражаться, и вполне это доказали за время нашего с ними знакомства. — Значит они лишь предатели себе подобных, но они не наши союзники. — Вот только они нам и не враги! — Дамы, — произнёс Джон раздражённым тоном, продолжая разглядывать машинные формы жизни. В его голове сменяли друг друга миллион и одна мысль, но главенствовала среди них идея о том, что если машинные формы жизни способны обучаться индивидуально, как дядя Боб, то… — Они уже здесь, и вы, ребята, нацелили на них все возможные виды оружия, тогда как они не предпринимают никаких враждебных действий. Может быть стоит хотя бы узнать, зачем они здесь? — Да… Зачем они здесь?… — обратилась Анемона к солдату Сопротивления, стоявшему рядом с ними, но тот в ответ лишь пожал плечами и сказал: — Мы были слишком заняты, не давая YoRHa сорваться в атаку, чтобы ещё и задавать вопросы. — В таком случае мы должны это выяснить, верно? Всё остальное мы можем обсудить позже. — Согласна, но вы должны остаться здесь, — сказала Уайт. — Мы не можем рисковать здоровьем и безопасностью единственного человека на Земле. — Знаю, знаю, — Джон поднял руки вверх, капитулируя. К нему начало приходить понимание, насколько же чрезмерно его оберегают. — Я останусь здесь. Думаю, тогда всё будет в порядке, верно? При обычном развитии событий, на этом всё и закончится. Однако, если здесь всё-таки та же ситуация, что и с дядей Бобом, то это означает, что могут существовать ещё подобные группы. Группы, настроенные против машинной сети. Конечно, шансы на это были не высоки, но, судя по тому, что ему рассказали андроиды, они уже тысячи лет находятся на проигрывающей стороне в этой войне. Возможно, как раз что-то подобное и могло стать тем, что позволит переломить ситуацию. Джон был практически уверен в том, что человечество будущего отчаянно нуждалось в любом возможном преимуществе. — Я просто понаблюдаю отсюда. Может, потом задам им несколько вопросов, если это будет безопасно. — Если у вас есть вопросы, почему бы не задать их нам? — спросила Анемона, нахмурившись и скрестив руки на груди. — Я понимаю, что вы не очень хорошо ориентируетесь в происходящем, поскольку вы многое пропустили, но думаю мы знаем куда больше, чем они. Было очевидно, что она намекает на его путешествие во времени, но интуиция подсказывала ему, что он собирается поступить правильно. Дать ей какой-либо рациональный ответ он был не в состоянии, но, тем не менее, он всё равно попытался это сделать. — Речь пойдёт об их внеземных технологиях или, точнее, о некоторых несоответствиях в них, — ответил Джон, многозначительно взглянув на неё. — К примеру… мне известно, что вы собираете ресурсы с уничтоженных машин, но разве это не странно? Вы бы не смогли провернуть такой фокус, будь их технологии основаны на других принципах, верно? — Эээ, наверное? — его вопрос явно застал Анемону врасплох. — Я никогда особо не задумывалась об этом, но я не учёный. Думаю, вам лучше спросить об этом у Джекэсс. — Если вы этого пожелаете, я могу предоставить вам их тела после того, как мы покончим с ними, — безжалостно предложила Уайт. — Хоть я и... ценю это предложение, существует огромная разница между однозначно враждебной машинной формой жизни и, на первый взгляд, мирной. Я бы предпочёл пока не сжигать этот мост, — он окинул взглядом машинные формы жизни, размахивающие белыми флагами, после чего снова повернулся к Уайт. — Ты когда-нибудь слышала о том, чтобы машинные формы жизни вели себя подобным образом? — …нет, — неохотно признала Уайт. — Значит, ребята наверху тоже никогда с таким не сталкивались. А кто, как не другой человек, сможет им лучше всего рассказать обо всём? — Джон ухмыльнулся, увидев, как в голове Уайт закрутились шестерёнки. Метафорические, разумеется. — ...я не могу не подчеркнуть, что не одобряю подобный образ действий, — сказала ему Уайт, и он заметил, как её рука крепко сжалась на рукояти стека. — Ну, вот и договорились! Обещаю, что приму все меры предосторожности и останусь здесь в безопасности, — заверил он её, из-за чего Уайт слегка ослабила хватку. Джон обернулся и увидел, что Анемона с беспокойством смотрит на него. — Что такое? — Возможно, осторожность командующей Уайт оправдана. Хоть они и миролюбивы, они всё-таки машинные формы жизни. Джон глубоко вздохнул. Один шаг вперёд и два назад. — Поверь мне, я вполне серьёзно отношусь к собственной безопасности. В конце концов, у меня всего одна жизнь. И всё же я хотел бы их выслушать. Вероятно, существовал и более безопасный способ заполучить функционирующую машинную форму жизни, которую он смог бы изучить, но вот шансы на то, что с кем то из них удастся поговорить и, что куда важнее, получить от них ответы, вместо попыток убить его или андроидов, были ничтожны. Возможно, настолько идеальной ситуации, как эта, ему больше никогда не представится. — Хорошо, — наконец согласилась Уайт, после чего повернулась к Анемоне. — Мы их выслушаем, и если я сочту ситуацию безопасной, я организую вам разговор с одним из них. Скорее всего, с одной из меньших машин. Джон проследил за взглядом Уайт, который был направлен на приземистую машину с бантом на голове. — А как насчёт самого Паскаля? — после его вопроса Анемона взглянула на Уайт, но та лишь пожала плечами. — Я хочу сказать, что раз уж мы всё это затеяли, то стоит пообщаться с лидером их деревни. Если кто-то из них что-нибудь и знает, так это он. — Посмотрим, — коротко ответила Уайт, выглядя при этом не особо счастливой. Хотя сказать, что она была счастлива до этого, тоже было нельзя, учитывая их предыдущий разговор. Джон решил пока помолчать, чувствуя, что и так уже раздвинул границы своих полномочий (которыми его на самом деле никто не наделял) и не желая испытывать их прочность ещё сильнее. Кроме того, знакомство сразу с дюжиной машин, намерения которых не были до конца ясны, явно не входило в список его любимых развлечений. Они, конечно, заявили, что лишь хотят договориться о продолжении мирных отношений с лагерем, но проявить осторожность никогда не помешает. Не все из них могут быть такими мирными, какими пытаются казаться, и не исключено, что таким образом к ним попытаются проникнуть диверсанты. Он увидел как Уайт и Анемона вышли за баррикады в сопровождении группы андроидов и солдат YoRHa. Скорее всего, количество сопровождающих было выбрано так, чтобы соответствовать по численности группе машин, но, учитывая боевые качества андроидов, перевес в их пользу был весьма существенен. Если бы начался бой, то победитель был бы совершенно очевиден. Увидев, что к ним направились двое лидеров, некоторые из машин принялись махать ещё неистовей, словно они были в группе поддержки. Анемона повернула голову и что-то сказала Уайт, на что другая женщина кивнула. После этого четверо бойцов Сопротивления отделились от группы, подошли к раненым солдатам и подняли их на руки, взявшись по двое за одного раненого андроида YoRHa. Эти четверо, вместе со своей ношей, направились обратно к баррикадам, в то время как Уайт и Анемона заговорили с машинами. Остальные андроиды в группе вели себя настороженно и крепко держались за оружие, но после первого контакта их хватка, похоже, слегка ослабла. Вскоре диалог уже пошёл полным ходом, и два лидера принялись что-то активно обсуждать с машинными формами жизни, особенно с одной из них. Когда двух раненых солдат YoRHa занесли внутрь лагеря, словно мешки с картошкой, не заметить насколько обширны их повреждения оказалось довольно сложно. Старшей из них была девушка лет двадцати с небольшим на вид. Хотя рассуждать подобным образом было не совсем правильно, учитывая, что её внешность была задана при создании и не менялась с годами. Она была одета в стандартную униформу YoRHa, хотя и с небольшими изменениями, но что было куда важнее, так это тот факт, что у неё не было обеих ног до коленей, а её бедра были в таком состоянии, что можно было подумать будто их кто-то жевал. Младший из этих двоих обладал внешностью, имитирующей мальчика подросткового возраста. Благодаря ему Джон наконец узнал как выглядит мужской вариант чёрной униформы, хотя он и предположил, что модели андроидов-мужчин старшего возраста носят брюки вместо шорт, надетых на юноше. Также, у парня не хватало левой ноги и левой руки, а оставшиеся на их месте культи представляли из себя сплавленную мешанину электроники, напомнив ему конец перерезанного кабеля под напряжением. Когда их понесли мимо него, Джон шагнул вперёд, заставив андроидов, несущих раненых солдат, остановиться, чтобы не столкнуться с ним. — Подождите секунду, пожалуйста. Вся процессия, включая двоих раненых представителей YoRHa, с любопытством уставилась на него. Точнее, он предположил, что солдаты YoRHa смотрят на него с любопытством, но из-за повязок, закрывавших им глаза, он не мог сказать об этом с уверенностью. — Вы сражались за человечество не жалея себя, поэтому я лишь хотел сказать… Джон быстро и резко отсалютовал. — Спасибо, — он добродушно улыбнулся им и опустил руку. — Я благодарен вам за вашу службу и за ваше самопожертвование. Желаю вам скорейшего выздоровления и хорошего отдыха. Джон отступил назад и кивнул андроидам, которые держали их на руках. — Кто?… — в замешательстве (по крайней мере так показалось Джону) уставился на него младший из андроидов. — Джон Коннор, — сказал он с самоуничижительной улыбкой. — Можно сказать, что это из-за меня вы сегодня так сильно пострадали. И мне и вправду жаль, что так вышло. — Вы!… — Да, — подтвердил Джон, кивнув. — Но тебе, вероятно, не стоит так громко говорить об этом здесь. — У меня… у меня так много вопросов! — 9S, держи себя в руках! — Но 2B, это же человек! Джон бросил раздражённый взгляд на андроида-подростка. Ну серьёзно, он же буквально только что попросил не кричать об этом во всеуслышание, а он именно это и сделал. 2B, несмотря на то, что выглядела так, будто проиграла битву с газонокосилкой, виновато взглянула на Джона. — Я прошу прощения за его поведение, сэр. — Всё в порядке, ничего страшного, — отмахнулся Джон. Оглянувшись на баррикады, он увидел, что переговоры всё ещё продолжаются. — Похоже, у меня есть немного свободного времени. Если хочешь, я могу пока что ответить на несколько твоих вопросов. — Сэр? — Итак… что бы ты хотел узнать? В ответ на его предложение меньший андроид чуть ли не подпрыгнул, что заставило Джона на мгновение пожалеть о своём решении. Однако, каким-либо образом пойти на попятную он не успел, так как из уст андроида на него внезапно обрушился настоящий поток вопросов, практически без пауз.

~o~

— Ты же A!... — Заткнись. Ты начинаешь меня бесить. Голос принадлежал андроиду YoRHa, покрытой многочисленными боевыми шрамами и лишённой характерной повязки на глазах. Но куда важнее был тот факт, что её рука сжимала рукоять меча, воткнутого в грудь другого андроида, что заставляло сомневаться в её верности. Спустя мгновение, она без каких-либо колебаний выдернула клинок из груди подростка, отчего в воздух взметнулось облако брызг красной гидравлической жидкости. Завалившись вперёд, в быстро растекающуюся под ним багровую лужу, андроид в чёрной одежде и с повязкой на глазах, скорчился от боли, а среди его основных процессов ярко вспыхнуло отчаяние. Но несмотря на это, он сумел преодолеть агонию, и активировал свои протоколы взлома. Однако на андроида YoRHa Типа А № 2, часто называемой для краткости А2, его усилия не оказали никакого эффекта. Она просто сделала шаг вперёд, перехватила меч и нанесла удар, прервав процесс взлома и заставив подростка вскрикнуть от боли. Выдернув клинок, окутанный красной взвесью, она нанесла ещё один удар. И ещё. Только после четвёртого удара, она наконец сочла своего противника неработоспособным, после чего отступила назад и взмахнула мечом в сторону, стряхивая с него кровь. Содержать всё снаряжение в чистоте было хлопотно, но необходимо, поскольку каких-либо ещё возможностей для поддержания работоспособности оружия у неё было не так уж и много. Не почистив клинок от жидкости, она рисковала однажды обнаружить на нём пятна ржавчины. О своём оружии необходимо было заботится. Однако никаких эмоций в это действие она не вкладывала. Для неё это был просто инструмент. Более того, этот меч на самом деле, служил ей не так уж и долго; она подобрала его совсем недавно. Подобрала, а не украла, поскольку его предыдущий хозяин умер. В конце концов, меч, который у неё был при себе, когда она впервые высадилась на Землю, к настоящему времени, вероятно, превратился в металлолом. Да и в любом случае её нынешнее оружие было более высокого качества. Меч Тип-4О. Клинок с односторонней заточкой и чёрной рукоятью со спусковым крючком, рассчитанной под одну руку. Этот усовершенствованный меч с запечатанным ядром, которое могло пассивно заряжаться энергией при бездействии, был разработан задолго до того, как она впервые высадилась на планету. Почти два года назад А2 покинула Бункер, отправившись на миссию в Перл-Харбор вместе с более чем дюжиной других прототипов. Их задачей было уничтожение сервера, расположенного внутри горы Каала на острове Оаху, но понесённые ими тяжёлые потери и отсутствие подкреплений чуть не обрекли миссию на провал с самого начала. Однако, объединившись с местной ячейкой Сопротивления, им удалось добиться успеха, заплатив за него своими жизнями. Жизнями всех, кроме неё. Вдобавок, вместо того чтобы вернуть её в Бункер, Командование решило избавится от A2. Её объявили предательницей и открыли на неё охоту. Впервые столкнувшись с преследователями, она была в растерянности и умоляла их остановиться, хоть и безрезультатно. В следующие несколько раз, её нерешительность дорого ей обошлась, оставив раны как на её теле, так и на её разуме. Теперь же… Взглянув на труп, А2 не почувствовала ничего. Или точнее, ничего, кроме отрешённости. Сказывались последствия бесконечной череды сражений против машин и андроидов YoRHa. И если, к настоящему времени, её эмоции по поводу Командования и их непрестанного преследования, сильно притупились, то лютая ненависть, которую она питала к машинным формам жизни, и не думала утихать. Всё снаряжение, которым она сейчас пользовалась, было взято ею с трупов андроидов YoRHa Типа E. Но даже наличие средств для техобслуживания и ремонта не сильно спасало, учитывая что изначально она не специализировалась на исцелении. От её боевого платья остались одни лохмотья, которые едва держались на её фигуре, а слой кожи, когда-то покрывавший её тело, поизносился и местами отслоился, обнажив мускулатуру тела под ней. Однако, благодаря недавно начатому YoRHa крупномасштабному наступлению, у неё появилась возможность разжиться запасными частями, хотя для этого ей и придётся сойтись в бою с андроидами типа Боец. Вот только какова была их цель? Она не знала, и это одновременно раздражало и удерживало её от побега; безумный и поспешный характер их развертывания вынудил её спрятаться в зданиях и под их прикрытием, проскользнуть через боевые порядки и зоны поиска YoRHa. Куда сложнее было не попасться ни одному из Сканеров, заполонивших всю округу, словно сорняки. Подойдя к открытому окну, А2 осторожно выглянула из него, стараясь оставаться незамеченной. Из окна ей открывался вид на утёс и небольшое озеро, расположенные перед баррикадой, за которой находился лагерь Сопротивления. Обычно она не посещала эту область, так как здесь было не так много машин, которые можно было бы уничтожить, но в какой-то момент, когда она потеряла слабый след своих целей, она наткнулась на группу машин с белыми флагами, несущих двух повреждённых андроидов YoRHa и направлявшихся в ту же сторону, что и она. Странность этого зрелища заставила её последовать за ними. В результате она оказалась на этой точке обзора. Её рука сжалась в кулак. Вместо того, чтобы немедленно вступить с машинами в бой, андроиды затеяли с ними переговоры. Более того, вид командующей Уайт, после столь долгого перерыва, пробудил в ней эмоции, которые она считала давно угасшими. Пылающая ярость захлестнула её, побуждая выпрыгнуть наружу с обнажённым мечом, но здравый смысл всё же взял верх над гневом. У Командующей не было ни единой причины для того, чтобы спуститься на планету, учитывая насколько огромной тактической ошибкой это бы стало. Тем не менее, здравый смысл совершенно не мешал ей скрежетать зубами и прикусывать губу. Однако стоило ей обратить внимание на женщину рядом с Командующей, как она ощутила холод, волной пронёсшийся по её телу. — Анемона… Анемона – андроид, состоявшая в ячейке Сопротивления, действовавшей в Перл-Харборе. Та, кого она считала погибшей на том острове. — Нет, — А2 тряхнула головой, чтобы избавиться от неуместных эмоций. — Это просто ещё один андроид той же модели. В отличие от солдат YoRHa, у других андроидов не было одинаковых воспоминаний, даже если они относились к одной модели. Когда андроиды получали повреждения несовместимые с жизнью, для них всё заканчивалось, так как их воспоминания не могли быть перенесены. Чаще всего у них даже имена были разные. И хоть у них и могла быть одинаковая внешность, по сути они являлись совершенно разными личностями. А2 перевела взгляд на одного конкретного мужчину, который в данный момент просто стоял за баррикадами. Причина её интереса заключалась в том, что именно с этим мужчиной командующая Уайт вела себя почтительно, хотя для этого и не было каких-либо видимых причин. Судя по его одежде, он скорее состоял в Сопротивлении, а не в YoRHa, так что у неё не было повода так себя вести. Организационные структуры YoRHa и Сопротивления были практически полностью независимы друг от друга, из чего следовало, что командующая Уайт не могла отдавать приказы солдатам Сопротивления, и наоборот. Увиденное ею попросту не имело смысла. Если только то, что она нашла в том машинном гнезде… — Он должен быть одним из них. Неизвестное чувство возникло глубоко внутри неё, но идентифицировать его она не смогла. Однако, вместе с тем она осознала, что теперь у неё появилась чёткая цель. В тот самый момент, когда она попробовала и опознала тот образец засохшей крови, она почувствовала, что этот след может привести её к тому, что так долго ускользало от неё. К ответам.

~о~

— Всё… всё в порядке?… Андрогинный голос, лишь с намёком на электронную вокализацию, сильно отличался от голосов других машинных форм жизни, которые Джон слышал до сих пор. Учитывая, что голоса остальных звучали так, словно были пропущены через синтезаторы голоса, голос этой конкретной машины был весьма близок к человеческому. Хотя имитация голоса и не была для него чем-то незнакомым, тот факт, что эта машинная форма жизни была способна подражать человеческому голосу на таком продвинутом уровне, был весьма впечатляющим, особенно учитывая, что на использование настолько человечных голосов, их вокодеры, судя по всему, изначально не были рассчитаны. Вероятно, чтобы добиться такого эффекта им пришлось заменять и модифицировать детали, а то, что подобная работа была проделана лишь для простого общения, было, мягко говоря, удивительно, учитывая что впечатление о машинных формах жизни у него сложилось не самое лучшее. Впрочем, в любом правиле всегда можно было найти свои исключения. Паскаль – громоздкий робот с, на удивление, маленькими конечностями и цилиндрической головой, в данный момент выглядел довольно-таки зажато, скрючившись на своём огромном стуле. Напротив него, в центре двора, на своём стуле сидел Джон и с любопытством разглядывал машину. В обычной ситуации он бы подумал, что Паскаль слишком застенчив, но, учитывая, что их окружала толпа андроидов с оружием наготове, он не мог его в чём-либо винить. Даже солдаты, наблюдавшие за происходящим из окон окрестных зданий, положили свои винтовки на подоконники, создавая атмосферу ощутимого напряжения. Справа от Джона стояла капитан 1B, а слева солдат Сопротивления довольно внушительных размеров, по имени Аякс. Один для атаки, другой для защиты, судя по всему. В целом, учитывая количество оружия и враждебных взглядов, направленных на него, было неудивительно, что Паскаль чуть ли не дрожал от страха, и, откровенно говоря, это была до странного человеческая реакция. — Извини за такой комитет по встрече, но ты же понимаешь почему нам пришлось так поступить, да? Джон попытался растопить лёд с помощью юмора, но мгновением спустя осознал, что перед ним инопланетная машина, которая, скорее всего, не понимает человеческий юмор. Тем не менее, Паскаль поднял взгляд на Джона, а затем окинул взглядом окрестности. Спустя мгновение, робот снова перевёл взгляд на Джона. — Д-думаю, да… Вот, снова. Интонации в голосе этой машинной формы жизни звучали так, словно она пытается храбриться. Но хоть за этим и было интересно наблюдать, ему всё же хотелось, чтобы их разговор был больше похож на интервью, чем на допрос. Но единственная поблажка, которую получил ​​Джон, заключалась в том, что окружающие их андроиды организовали им некоторое свободное пространство, которое не покинули только Уайт, Анемона и двое его телохранителей. Также, стоило ещё упомянуть и тот факт, что руки и ноги Паскаля были прикованы цепями к стулу, а концы этих цепей вдобавок были закреплены кольями, вбитыми в землю по обеим сторонам от стула. Джон, честно говоря, не особо-то и противился таким мерам безопасности, поскольку решил, что и так уже настоял на своём куда больше раз, чем, вероятно, следовало бы. — Они, должно быть, очень о вас беспокояться, — сказал Паскаль с некоторым восторгом. — Вы, наверное, весьма дружны со всеми из них. — ...ну, можно и так сказать. В конце концов, андроиды созданы по образу и подобию человека. Так что технически, они были для него «друзьями», хотя по-хорошему это была тема для отдельной дискуссии. — Может обстановка и не очень подходящая, но я хотел бы задать тебе несколько вопросов, если ты не против. Громоздкий робот покачал головой. — В-вовсе нет. О чём бы вы хотели поговорить со мной, мистер? — Можешь звать меня Джон, и я сразу перейду к делу. Как возможно существование предположительно невраждебных машинных форм жизни? Паскаль качнул головой. — Не предположительно, мистер Джон. Мы действительно хотим мира, — резкий восторженный кивок Паскаля заставил стоящего поблизости андроида напрячься. — Мир – это лучший путь, понимаете? Никто не пострадает, и мы сможем попытаться понять друг друга! — Учитывая, как долго длится эта война, ты должен понимать, что эта идея выглядит довольно-таки неправдоподобной, — Джон увидел, как корпус машины наклонился вперёд, что в случае с человеком означало бы уныние. — Как вы пришли к такому образу мыслей, или же вы были такими изначально? Мне сказали, что вы, ребята, были объединены в сеть, что делала вас безмозглыми дронами. Но даже оказавшись отрезанными от этой сети, вы ведь всё равно должны действовать согласно главному приказу, в котором наверняка говорится что-то навроде того, что вы должны продолжать в том же духе, так ведь? Паскаль откинулся назад, имитируя шок. — О-откуда… вы узнали об этом?… — Откуда я это узнал, не важно. Важно то, как вы смогли прийти к самой концепции мира, если все ваши знания были лишь о войне? — Джон окинул машинную форму жизни внимательным взглядом. — Ты сказал, что заключив мир, мы получим возможность попытаться понять друг друга, верно? Это смелое заявление, и я в самом деле пытаюсь представить, как такое может быть возможно, учитывая вашу природу. Теперь ты понимаешь, почему нам трудно поверить вам на слово, верно? Паскаль медленно кивнул головой. — Тогда скажи мне, каков твой главный приказ? — Мой… — Паскаль громко сглотнул, хотя, учитывая, что у него не было настоящего ротового отверстия, само действие и звук были исключительно символическими по своей природе. — Мой главный приказ – это «победить врага». В толпе наблюдающих за происходящим зрителей возник небольшой ропот, на что Джон поднял руку, чтобы их успокоить. — Врага? — Джон посмотрел на машину, которая кивнула головой. — Андроидов? Машина покачала головой. — Для меня враг – это война. Его заявление вызвало переполох, а Джона заставило приподнять бровь. — …война, — медленно повторил Джон. — Как «война» может быть твоим врагом или даже целью для уничтожения? У тебя ведь есть какие-то цели? Приоритетные команды? Машина ещё энергичнее покачала головой из стороны в сторону. — Через пару месяцев после того, как меня отключили от сети, я понял, что сражения бесконечны, — на этом моменте голос Паскаля стал звучать ещё более уязвимо. — И даже если мы победим, наш главный приказ по-прежнему будет действовать, и единственными, с кем нам останется сражаться это… — Друг с другом, — закончил Джон за машинную форму жизни. Паскаль кивнул. — Смог бы ты прийти к тем же выводам, если бы по-прежнему оставался подключённым к машинной сети? Паскаль покачал головой. — Расскажи мне о сети. — Все машины, или точнее, большинство из них, связаны между собой. Это похоже на глобальную общественную сеть, объединяющую машины, базы данных и сервера. Когда я был подключён к ней, я чувствовал себя целостным. Получая очередной приказ, я не задавал никаких вопросов, потому что уже знал, для чего он был необходим. Можно сказать, что когда ты подключён к сети, ты ощущаешь себя частью чего-то большего, и это не кажется чем-то неправильным. Мы по-прежнему оставались личностями, но у нас было гораздо меньше необходимости задавать вопросы. Я… нет, мы… мы чувствовали упорядоченность и… собственную полезность. — Что ты почувствовал, когда тебя отключили? — Думаю, я лишился семидесяти процентов всего, что у меня было. Может быть, больше. Я не понимал, почему это произошло, был напуган и встревожен. Я принялся следовать своему главному приказу и продолжил сражаться, потому что не знал ничего другого, но в конце концов я начал сомневаться в том, что я делал. У меня было достаточно времени, чтобы разобраться в своих чувствах и эмоциях. Мне стало трудно их игнорировать. — Чувствах? Эмоциях? — Джон постарался скрыть скептицизм в своем голосе. Он был уверен, что машины можно было запрограммировать на ощущение чего-то похожего на эмоции, но сомневался, что это будет что-то столь же сложное, как то, что испытывали андроиды. Тряхнув головой, Джон продолжил задавать вопросы. — Ты хотел бы когда-нибудь снова подключиться к сети? — Я… я думал об этом… я хочу показать всем, чему я научился, но мне кажется, что если я это сделаю, мой небольшой опыт будет заглушён общим опытом всех остальных. А если я останусь в сети достаточно долго, я могу даже потерять то, что заставляет меня быть собой. Возможно, я и смогу сохранить свою индивидуальность, но мне страшно думать о том, что весь мой опыт, достижения и мысли будут взяты и проанализированы всеми остальными. Я не хочу терять себя, так что нет, я не хочу этого. Не думаю, что я вообще когда-нибудь захочу снова подключиться к сети. — Интересно… Джон принялся размышлять, глядя на машинную форму жизни. К сожалению, в отличие от андроидов, этому собеседнику он не мог заглянуть в глаза и увидеть в них отражение его души. Тем не менее, он не мог не задаться вопросом, какая часть из демонстрируемого машиной поведения была настоящей, а какая просто глюками в программе. Может он просто пытается таким образом заставить андроидов ослабить бдительность? — Давай сменим тему. Что ты знаешь о своих создателях, инопланетянах? — О-очень мало, — судя по всему, вопрос выбил Паскаля из колеи, и он, похоже, увидел что-то на лице Джона, из-за чего принялся ещё сильнее ёрзать на месте. — Я говорю правду! Даже когда я ещё был подключен к сети, вся информация о них была скрыта на центральных серверах. — Мне показалось, или ты недавно говорил, что это общественная сеть? — Не вся информация находилась в ​​свободном доступе… — Вот как? Ладно, ты знаешь, как ты был создан? — Эм, на фабрике? — Я не спрашивал, где, — сказал Джон. — Я спрашивал о том, каким образом это произошло. Например, по каким чертежам и тому подобном. — Мы можем разобрать его, если хотите, — вмешалась Уайт и Джон увидел, как машинная форма жизни дёрнулась, словно от удара. Если он правильно понял язык его тела, то создавалось впечатление, будто он пытается отшатнуться и спрятаться от холодного взгляда Уайт. — Уайт… — Джон посмотрел на неё, заставив командующую YoRHa взглянуть на него в ответ и сжать челюсти. Он снова повернулся к Паскалю. — Итак… что насчёт этих чертежей? Паскаль, видя, что ему пока ничего не угрожает, медленно принял более расслабленную позу, хотя для машины это вообще не должно было иметь значения. Это было странно, и Джон заметил, что с течением времени он проводит всё больше и больше параллелей между этой машиной и людьми. — Я-я не знаю, — заговорил Паскаль. — Не думаю, что я когда-либо пытался искать что-то подобное в сети. — Хмм… Джон снова погрузился в размышления, глядя на Паскаля. В его голове зародилась сумасшедшая идея, но озвучить её он пока не решался. — Расстроишься ли ты, если узнаешь, что мне доводилось заглядывать внутрь нескольких тебе подобных? — Джон принялся внимательно отслеживать реакцию Паскаля на его слова, прежде чем понял, насколько это глупо, поскольку у этих машинных форм жизни даже не было возможности сменить выражение лица. — Я не скажу, что мне это было приятно слышать, но я это понимаю, — сказал Паскаль. — Для чего вы говорите мне об этом? — Их внутреннее устройство… хотя я и могу сказать, что оно весьма продвинутое, оно не было для меня незнакомым, — начал Джон. — Я ожидал увидеть некоторое количество инопланетных технологий, но, они там, похоже, совершенно не использовались. — Я… я не знаю, — Паскаль качнул всем телом, что можно было интерпретировать как пожатие плечами. — Я знаю, что это они изначально организовали наше производство, но теперь оно полностью автоматизировано и управляется самой машинной сетью. — Разве ваши инопланетные создатели не взаимодействуют с вами? — Джону был очень интересен ответ на этот вопрос, поскольку отталкиваясь от него, можно было попытаться отыскать этих существ. — Нет, — Паскаль решительно покачал головой. — Я никогда их не видел. Джон взглянул на Уайт, а затем на Деволу и Пополу, стоявших в толпе, прежде чем снова перевести взгляд на Паскаля. В глубине души он задавался вопросом, почему создатели обеих сторон конфликта избегают своих творений, но об этом можно было поразмыслить и в другой раз. — Ты знаешь, каково их название? Или как их вид называет себя? Паскаль посмотрел на небо, а затем снова на Джона. — Нам… нам никогда не говорили об этом… — в его голосе ощущалось небольшое замешательство. — Их уже давно никто не видел. — Давно, говоришь? — Да? Воцарилась тишина, и спустя несколько мгновений Джон с намёком взглянул на Уайт, давая ей понять, что она должна быть готова к тому, что произойдёт дальше. — Я буду откровенен. Я хочу взглянуть на твоё программное обеспечение, — сказал Джон, наблюдая за тем, как светящиеся глаза Паскаля визуально расширились, а многие из окружающих его андроидов застыли в шоке. — Мистер Джон? — вежливо переспросил Паскаль в недоумении. — Я хочу взглянуть на программный код, написанный пришельцами. Программирование – это та область, на которой я специализируюсь, но куда важнее то, что таким образом я смогу убедиться в правдивости твоего утверждения. — Моего утверждения? — О том, что тебя отключили от машинной сети. Толпа заволновалась и начала перешёптываться. — И вы сможете убедиться в этом, взглянув на моё ядро? — спросил Паскаль. — Твоё ядро? — Мой чёрный ящик, ядро моей сущности, — Паскаль посмотрел Джону прямо в глаза. — То, что заставляет меня быть самим собой. — Да, на него… погоди, ты в порядке? Паскаля затрясло так сильно, что он начал раскачивался взад и вперёд на своем стуле, вызвав у публики явно слышимые вздохи. Капитан 1B положила руку на рукоять меча, но Джон быстрым жестом остановил её. В ответ на его действие, та перевела взгляд своих, скрытых под повязкой, глаз туда, где перед рядами зрителей стояла командующая Уайт. — Джон, сэр, взлом сопряжён с риском, — с мрачным выражением лица прокомментировала Уайт. — Я не собираюсь взламывать его. Это означало бы несанкционированные действия. Я же хочу пойти другим путём, — Джон снова перевёл взгляд на трясущегося Паскаля. — Вот почему я спрашиваю у тебя разрешения. — Я… я… — Таким образом, мы сможем получить весьма весомое доказательство твоих добрых намерений, — здесь он слегка покривил душой, поскольку это было не единственным, на что он хотел взглянуть, но и упускать такой шанс он не хотел. — Естественно, ты имеешь право сказать «нет», но если я смогу самостоятельно всё осмотреть и проверить, то, думаю, это поможет показать себя с лучшей стороны перед нами. Пожалуй, благодаря этому даже могут открыться дополнительные возможности для сотрудничества. Паскаль потихоньку стал успокаиваться, но лёгкая дрожь его тела говорила о том, что ему по-прежнему не нравится эта идея. — Я… я же не буду отключен навсегда… так ведь?… — нерешительно спросил Паскаль. — Не понимаю, зачем тебя вообще нужно отключать для этой процедуры, — сказал Джон. — Хотя, если хочешь, мы можем удовлетворить эту просьбу. — Нет! — Паскаль чуть ли не подпрыгнул на месте, но рука капитана 1B, сжавшаяся на рукояти её меча, заставила машинную форму жизни так же быстро опуститься вниз. — Эм, нет, я бы хотел остаться в сознании. — Как скажешь, — Джон перевёл свой взгляд на толпу. — Кто-нибудь из вас может принести мне портативный компьютер или какой-нибудь ещё физический интерфейс? Паскаль в замешательстве наклонил голову. — Почему вы не воспользуетесь своим чипом беспроводной связи? — Чипом беспроводной связи? — приподнял бровь Джон. — Ваш чип был повреждён в бою? — сочувственно спросил Паскаль. И снова Джон почувствовал, что удивлён тем, насколько же чутко может звучать эта машина. — Нет, у меня его не было изначально, потому что я человек, — едва произнеся это, Джон вздрогнул, но было уже слишком поздно. Он настолько расслабился, что слова вылетели из его рта прежде, чем он успел осознать их. — В-вы человек?! — глаза Паскаля вспыхнули. Джон бросил нервный взгляд туда, где стояла Уайт. Однако единственное, что он увидел, это то, что женщина прикрыла своё лицо ладонями, подчёркивая, насколько большую ошибку он совершил. Ну что ж. Сделанного не воротишь. — Да, — подтвердил Джон, кивнув. — И своей честью человека я клянусь, что тебе и твоим соотечественникам не причинят вреда, если ты выполнишь мою просьбу и не будешь проявлять недоброжелательности. Итак, что скажешь? — …эм, я… Хорошо. — Вот и отлично, — сказал Джон, ещё раз кивнув. По правде говоря, если бы Паскаль знал, что он на самом деле не особо беспокоится о собственной чести, робот, вероятно, не дал бы своё согласие так легко. Ну а что тут сказать? Он всё-таки из Лос-Анджелеса, а не из какой-то средневековой эпохи. Если бы человека богатым делала жизнь по законам чести, тогда все жили бы за чертой бедности. На лице Уайт проступило расстроенное выражение. Под любопытствующим взглядом Джона она высказала свои мысли. — Кажется, в последнее время я только и делаю, что не соглашаюсь с вашими идеями. — Я собираюсь просто посмотреть. Уайт вздохнула, но смягчилась. — Если вы настаиваете. Капитан 1B. Упомянутая андроид, кивнула головой в знак подтверждения. — Да, Командующая, — 1B жестом направила своего бота вперёд, после чего повернулась и посмотрела на Джона. — Сэр, этот бот может подключиться по беспроводной связи к открытому порту и создать интерфейс из жёсткого света, с которым вы сможете взаимодействовать. Я надеюсь, что такой способ подключения вас устроит, поскольку в настоящее время он широко нами используется, а прямое подключение разрешено только специализированным андроидам, таким как Сканеры, из-за высоких рисков. И пожалуйста, сообщайте мне о любых проблемах, с которыми вы столкнётесь. Я сразу же их исправлю. — Хорошо. Спасибо, — взгляд Джона переместился на бота, из-за чего он полностью упустил из виду едва уловимую дрожь восторга 1B. Бот немедленно сформировал в воздухе прямо перед ним белый голографический экран и клавиатуру. Протянув руку, Джон коснулся клавиатуры. Вместо того, чтобы пройти сквозь неё, его рука легла на клавиши, которые ощущались твердыми на ощупь, и при нажатии на них ощущался вполне привычный щелчок. Более того, клавиатура была исполнена в самой обыкновенной QWERTY раскладке, вместо какой-нибудь новой и непривычной. Джон почувствовал как его охватило удивление и лёгкое замешательство. — Невероятно… Тряхнув головой, он заставил себя выйти из созерцательного состояния. Ему ещё многое нужно было сделать. — Можешь создать мне мышь? — Утверждающе: конечно, сэр, — справа от клавиатуры появилась компьютерная мышь, лежащая на квадратной подложке. Как и клавиатура, она была голографической, из-за чего ему стало интересно, что произойдёт, если он сбросит мышь с коврика. Ладно, это можно будет проверить и позже. — Годится. Спасибо, — сказал Джон, снова переведя взгляд на Паскаля и не замечая внезапных нервных подёргиваний бота. — Ты готов? — Я… да… и извините, что предложил вам прямое подключение; я не знал, что большинству андроидов это запрещено, — сказал Паскаль, прежде чем нерешительно кивнуть. — Хорошо, я открыл порт 15244. Пожалуйста, подключайтесь к нему. Почти сразу на экране появилось изображение. Руки Джона лежали на клавиатуре, готовые приступить к проверке, но ни один из его пальцев не двинулся с места. Вместо этого он уставился на экран, нахмурив брови. — …вы, б**ть, серьёзно? Эти слова вырвались у него потому, что увиденная им графическая оболочка была ему до боли знакома. Фактически, она была именно такой, какой он её помнил. Всё, начиная от дизайна и заканчивая компоновкой, было в точности таким же. Даже слова на обоях рабочего стола были на английском языке. В том, что перед ним находится его работа, кем-то украденная, у него не возникло никаких сомнений, но странным было то, что в ней ничего не менялось и не настраивалось, словно кто-то решил, что всё это заводские настройки по умолчанию. Ему придётся заглянуть в сам код и поискать отличия уже в нём, но сам факт того, что пришельцы воспользовались кодом, написанном на его языке, а не на каком-то инопланетном, который они должны были использовать, был уже не просто странным – это был откровенный абсурд. Зачем инопланетной цивилизации, организовавшей вторжение на другую планету, изучать английский язык? Это не имело никакого смысла. — Извините, но это займет некоторое время. Вам, ребята, стоит устроиться поудобнее.

~о~

— Ну, теперь всё это выглядит более логичным. — Что именно? — спросил Паскаль. — Нет, ничего. Просто разговариваю сам с собой. Хоть графическая оболочка и осталась нетронутой, все остальные части системы подверглись изменениям. Это и вправду имело смысл, поскольку, как ему сказали, машинная сеть в основном совершенствовалась и обновлялась автономно, так что, технически, в изменении графической оболочки не было необходимости. Вот только вся загвоздка заключалась в том, что… В целом код практически не изменился. Прошло всего пару часов, но Джон ощущал себя так, словно он провёл за клавиатурой куда больше времени. Он уже наткнулся на множество вполне логичных вещей, и ещё на столько же вещей, не имевших никакого смысла. К примеру, он нашёл множество драйверов, предназначенных для правильной работы нового оборудования, а также дополнительные утилиты для повышения эффективности его работы и энергопотребления. Однако, на этом всё и заканчивалось. Все увиденные им программы и последующие патчи к ним, предназначались исключительно для повышения эффективности, и среди них не было ни одной, которая была бы действительно инновационной или отвечала бы за что-то по-настоящему новое. И подобная тенденция, судя по всему, прослеживалась везде, где бы он ни посмотрел. Максимизация эффективности без каких-либо отклонений и ни одной реальной попытки отойти от первоначального замысла или попробовать что-то новое как таковое. Фактически, Джон выяснил, что базовый код операционной системы совершенно не изменился, словно те, кто над ним работал боялись, что их действия нарушат функционирование всей системы. Как он смог это определить? На самом деле довольно просто, ведь он лично участвовал в разработке этой операционной системы, той самой, которая стала синонимом словосочетания «Дайсон Индастрис». Он даже нашёл оставленные им комментарии, навроде заголовков для определённых блоков кода или шутки для бывшего коллеги. Разумеется это не значило, что никакой работы не было проведено. Просто всё, что было сделано позже, было наложено поверх с помощью патчей, без реального вмешательства в оригинальный код. Обнаружились даже признаки того, что целые серии патчей были полностью удалены и заменены, оставив после себя лишь фрагменты и информационный мусор, но изначально написанный им код так и не был затронут. Впрочем, был и ещё один непонятный момент. Операционная система, которую он создал, изначально предназначалась только для боевых ботов. Она не была предназначена для использования в роботах других типов, которых он уже успел повидать, к примеру, в тех, которые были способны парить в воздухе. Вполне вероятно, что если бы он взялся изучать их код, то, скорее всего, обнаружил бы мешанину патчей и модификаций, направленных только на то, чтобы избежать программных конфликтов при работе с этими воздушными платформами. Однако, он понятия не имел как при таком подходе можно было добиться хоть какой-нибудь эффективности. В конце концов, беспилотники – это совершенно иная область, хотя, возможно, что и эта технология попросту была украдена и адаптирована. Звучало достаточно правдоподобно. С другой стороны, после того как он воспользовался машиной времени, прошло несколько лет, о которых ему было известно не так много, так что, возможно, за это время что-то изменилось. Джон также вынужден был признать, что оборудование стало намного компактнее и эффективнее. К примеру, у жёсткого диска на порядки возрос как объём, так и быстродействие, по сравнению с образцами из его времени. Но так как большинство данных, хранящиеся на диске, выглядело как чрезмерно раздутые файлы с двоичным кодом, у него возникло подозрение, что они как-то связаны с очеловечиванием Паскаля, в результате чего он принял решение не трогать их. Возможно, это была его оцифрованная память? Эту тему обязательно стоило обдумать позже, а пока что, узнав как выглядят эти файлы, ему стало достаточно легко избегать их. Открыв командную строку, он ввел несколько команд для запуска инструмента сетевой диагностики, чтобы провести сканирование на наличие уязвимостей и открытых портов. Стоило запустить процесс уже сейчас, так как потребуется некоторое время, чтобы… Ха, уже готово. Точно, технологии будущего. Джон принялся бегло просматривать результаты сканирования, пропуская большую часть текста, и обращая внимание только на числовые значения. В какой-то момент, одно из значений заставило его насторожиться. Моргнув, он перечитал результат ещё раз. На всякий случай он перечитал его и в третий раз. Однако, несмотря ни на что, значение, на экране перед ним, совершенно не изменилось. Помимо его текущего подключения при помощи бота, на экране отображалось ещё одно соединение. Загрузки данных не происходило, но шла небольшая и непрерывная отсылка файлов. Повторно запустив диагностику, он увидел, что соединение по-прежнему активно, хоть значение скорости выгрузки файлов и изменилось. Проведя диагностику ещё раз, он увидел, что значение снова изменилось, хоть и незначительно. Скорость выгрузки колебалась, из чего следовало, что это было определённо активное соединение. — Паскаль, у тебя сейчас установлено соединение с кем-нибудь, кроме нас? — Нет… — растерянно ответил Паскаль. — Тогда почему здесь написано, что у тебя в данный момент идёт отправка файлов? Стоило ему это произнести, как капитан 1B немедленно выхватила из-за спины своё оружие и нацелила массивный двуручный меч на робота, настолько напугав машину, что она затряслась вместе со стулом. При этом некоторые андроиды из толпы также нацелили на него своё оружие, хотя, к счастью, никто из них и не начал стрелять. — Спокойно, спокойно! — Джон не сводил с них глаз, пока они не начали опускать своё оружие. Повернувшись обратно к Паскалю, он посмотрел на него извиняющимся взглядом. — Извини, но мне всё равно нужен ответ. Тебе что-нибудь известно об этом? И я бы посоветовал тебе не лгать об этом. — Нет, не известно! — Паскаль энергично покачал головой. — Когда ты в последний раз подключался куда-либо? — Эм, когда мне было нужно провериться на вирусы, но я всегда использую для этого тот же порт, через который вы сейчас подключены. Никаких других я не использую. — Я предлагаю навсегда запечатать другие порты, — заявил Джон, глядя на Паскаля. — Некоторые из них предназначены для установки связи дальнего радиуса действия, и поэтому их закрытие позволит нам вздохнуть спокойнее. В особенности по поводу того, что ты когда-нибудь снова подключишься к машинной сети. — Я не могу говорить за всех, — сказал Паскаль, прежде чем замолкнуть на мгновение. — Но если таким образом я смогу заслужить ваше доверие и подтвердить свои намерения… то пожалуйста, закройте их. — Ты уверен? Паскаль кивнул. — Я уверен. — Ладно, — Джон ответил ему серьёзным кивком. — Дай мне несколько минут, чтобы я написал скрипт. — Почему именно скрипт? — Потому что тогда ты сможешь передать его любой машинной форме жизни, которая разделит твои взгляды. Ему понадобилось несколько минут, чтобы закончить. Точнее, само написание скрипта заняло гораздо меньше времени, а остальное время он провёл, проверяя и перепроверяя написанное. Скрипт вышел достаточно коротким, чтобы с его написанием не возникло никаких проблем, но лучше было убедиться, что в код не закралась никакая опечатка, которая могла бы случайно запороть весь код. — …и я закончил, — закрыв окно, Джон выбрал только что созданный файл и посмотрел на Паскаля. — Последний шанс отступить. — Пожалуйста, сделайте это. Джон нажал клавишу ввода.

~о~

Единственным источником света в затемнённой комнате служил большой экран, на котором проигрывалось сильно сжатое видео в низком разрешении, демонстрирующее говорящего мужчину. Несмотря на то, что его губы двигались, не было слышно ни звука, и через некоторое время видео зациклилось, возобновившись с самого начала. Перед экраном стояли две девочки в красных платьях и с длинными прямыми волосами цвета ночи, ниспадавшими каскадом им на спины. Обе девочки были абсолютно идентичны друг другу во всех аспектах, начиная от лица и заканчивая одеждой. Даже выражения их лиц, безэмоциональные и неподвижные, были совершенно одинаковы. — Наша нить была перерезана, — сказала первая девочка. — Какой бы низкой не была её ценность. — Человек, — произнесла вторая девочка точно таким же тоном. — Известная нам информация оказалось ошибочной. Они были не просто близнецами, а скорее идеальными копиями друг друга, не подверженными влиянию времени. — Нам необходимо устранить этот недосмотр. — Мы устраним. Фактически, сущности вроде них, с трудом воспринимали само понятие времени. Они были частью целого. Они были идеальны. Но несмотря на это, им по-прежнему чего-то не хватало для эволюции. По крайней мере так продолжалось до тех пор, пока они, несколько лет назад, не решили опробовать новый метод. Эволюции через страдания. — Идеи? — Отправить всех. Хотя для них время и не имело большого значения, всё остальное вокруг было конечным, обречённым на увядание и смерть. — Слишком большое количество может привести к катастрофе. — Слишком малое количество приведёт к провалу, — наступила пауза. — А как насчёт нового сознания? — Эксперимент? Он не готов, — сказала красная девочка слева. — Необходимо ещё два года. — Для чего? — спросила девочка в красном справа. — Давайте поторопимся. Что может пойти не так? — Забавно. — Значит вы согласны? — Мы не можем упустить этот шанс. Другого может никогда не представится. На её лице появилась чересчур широкая и злобная улыбка. — Значит мы согласны. На лице её собеседницы возникла точно такая же улыбка. — Начнём.