Рискуй и играй в шахматы

Глеб был в бешенстве. Мало того, что этот придурок Валялкин связал себя с Ари связью, так еще и приглашает всех по цепочке пройти в её сознание? Насколько нужно быть идиотом без самоуважения, чтобы подобным образом давать собой воспользоваться, словно дешёвой вещью, и устраивать проходной двор там, где этого никак нельзя было допустить? Валялкин, неуверенно кивнувший после вопроса Глеба, все больше вызывал у последнего желание придушить его прямо тут, на месте, но в то же время мусорить не хотелось. Пока Глеб прикидывал, что же в итоге перевесит внутри, он увидел её. -Это ты.. – прошептал Бейбарсов. Ванька тут же исчез из поля зрения. Девушка, появившаяся словно из ниоткуда, шла к нему. Медленно – расстояние в двадцать шагов давалось ей трудно. -Русь! – он подбежал к девушке, забыв обо всех предостережениях Гробыни, дотронулся до руки, но увидел, что всё её тело слабо мерцает, словно маяк, а пальцы проходят через её кожу. Она посмотрела на него тяжёлым взглядом. - Снова ты? Тебе не надоело здесь ошиваться? – спросила устала Русь. Глеб понял, что она считает, что он ей только снится, но не знал, как подыграть. - Я просто хочу тебе помочь, - она резко рассмеялась, скидывая его руку. - Прекрати, Бейбарсов. Ты же не Валялкин. Да и мне невозможно помочь, - внезапно она посерьёзнела, - Я так устала находиться здесь..., - голос стал блеклым, она обратилась будто за спину Глеба, - Кажется, она всё же зовет меня... -Кто зовёт? – он потряс девушку, - Русь, пожалуйста… Расскажи мне, почему…-его голос стал будто бы срываться от волнения, - Что происходит? — Это, - она махнула рукой и внезапно вокруг них воздух стал гуще, у него появился странный железный привкус крови. Где-то на периферии сознания у Глеба появился странный образ. Деревня. Темнеет, пахнет летом. В центре кадра – большие, пушистые птицы, машут крыльями, поднимаясь всё выше, но при этом не издают ни звука. Присматриваясь, Глеб понимает, что никаких это не птицы. Это просто обычные осенние куртки. Пусть и очень маленькие, сшитые на детей лет пяти-шести, но до того теплые, что некоторые из них, при взлете, начали терять собственный пух, вшитый внутрь. Внезапно Глеба осенило -Хочешь, чтобы я не снился тебе больше никогда? Расскажи мне про свой сон. Про тот, который тебя мучает. Это ведь в нём все дело? - Не лезь туда, оно тебя сожрет, - произнесла Русь. Она пыталась его оттолкнуть, но он чудом поймал её руку. - Я никуда не уйду, пока ты мне не расскажешь, - как можно тверже сказал Глеб, смотря в посеревшие глаза – Решать тебе. - Я умираю. Ты доволен? - Нет! - он не ожидал этого и ответ получился похожим на возглас. - С чего ты взял, что имеешь право вмешиваться в мою жизнью? Кто ты? И почему такой настырный? Почему воображение сделало тебя сегодня именно таким? – он не увидел взмах руки, но шлепок, пришедшейся по лицу, прочувствовал каждой клеточкой тела. Тупая боль неожиданно придала интеллекта. Смотря в глаза, имея невероятно сильное желание подержаться за щеку, Глеб сказал несколько слов. Он не был уверен, что от них будет эффект, но внезапно лицо Ари вытянулось, рука подлетела к груди юноши, а сам он почувствовал до боли знакомое ощущение – как будто его засасывает неведомую воронку. Забыв про боль, он украдкой пытался нащупать трость во внутреннем кармане, и похолодел – там её не было. -В это же время- Попав в сон Ари, Шурасик огляделся и понял, что не видит ни Глеба, ни Ваньку. «Она и к лучшему» - тибидохский отличник потряс рукой с кольцом, произнес простенькое заклинание защиты, однако искры не последовало. «Значит, в подсознании магию не применишь», - он удовлетворительно выдохнул. Подобные вещи он читал только в теории и знал, что лишь в подсознании у очень сильных волшебников можно пользоваться магией, как в реальной жизни. Тот факт, что здесь этого здесь было сделать нельзя, немного его успокоил. Тибидохский отличник прекрасно понимал, что на более низкий уровень он никогда не спустится. Однако его любопытному носу было и здесь что посмотреть. Он уже предвкушал, как приедет в Магфорд и напишет работу в духе «Мысли женщины – невероятные трансформации подсознания особей с гомозиготным набором хромосом». С интересом оглядывая силуэты, в которых он узнавал дома, людей, каких-то странных животных, он начинал понимать, насколько же хаотично все на поверхности, и нет-нет, да думал, насколько упорядоченно может быть всё на уровень ниже. Параллельно с этим он пытался сравнить собственное подсознание с тем, что видит здесь, но понимал, что спустись кто к нему – увидел бы огромный шкаф, с кучей маленьких полочек, воспоминания были бы разложены по алфавиту, а на самом верху было бы что-нибудь ценное, вроде ручки «Паркер», которую ему подарил отец, когда он был совсем маленьким. -Что ты делаешь? – голос, прозвучавший за спиной так неожиданно, заставил его подпрыгнуть и развернуться в полёте. Шурасик так испугался, что буквально почувствовал, как сердце подлетело к горлу и, вернувшись на своё место, сердито и больно стукнуло в груди. За спиной, скрестив руки на поясе, стояла Ари. Она казалось полупрозрачной. «Вот же я попал… Возможно, получится её куда-то сплавить? Или здесь разбудить? Если я сделаю доброе дело – мне ведь только спасибо скажут?», - подумал Шурасик, а вслух, заикаясь, ответил. -Привет. Ничего, просто.. смотрю. - Неожиданно встретить тебя, - она нахмурилась, - Как ты здесь оказался? - Как-то, - он повел плечом. Рассказывать о махинациях Гробыни не хотелось, тем более что его могли после этого вышвырнуть как котёнка. - Просто так ничего не бывает, - она вздохнула, - Ну что… Может в шахматы сыграем? – она махнула рукой, и в воздухе появилась доска. Шурасик приложил все усилия, чтобы сохранить нейтральное выражение лица. Он быстро понял, что никаких сильных эмоций проявлять не стоит – подсознание может догадаться, что он – не продукт его творения. - Что, прямо здесь? – робко спросил он. Улыбнувшись, Ари толкнула его в грудь, и он упал прямо в мягкое кресло, появившееся позади него. - У тебя есть другое место на уме? – она щелкнула пальцами и внезапно они оказались в кофейне. Часть старого доброго Александра уже мысленно вскидывала кольцо, произносила заклинание выхода и улепётывала. Однако иная часть, которая появилась во время его учёбы в Магфорде, вопрошала: «Шурочка, а может стоить рискнуть? Чего тебе это будет стоить, зайчик? Перстень ты и так применить сможешь, да и из сознания всё равно выйдешь. Ну, когда же уже мы с тобой созреем?» Юноша буквально почувствовал запах миндального капучино, от которого тут же заурчало в животе. Он покосился на стакан на столике, что появился рядом. «Интересно, можно ли его пить? Чисто в теории, я ведь… Так, стоп, возьми себя в руки! Нельзя взаимодействовать с предметами из подсознания, иначе может остаться часть моей энергии.» Шурасик сделал ход пешкой. Ари, севшая напротив него на такое же кресло, сразу же ответила. Он сам не понял, как шахматная партия превратилась в безмолвную схватку, которую – позор на его светлую голову в очочках! – он чуть не проиграл. Отвоевав коня и ферзя, пожертвовав вторым конём, слонами и частью пешек, Шурасик все же поставил мат, перевел дух и вопросительно посмотрел на Ари. - Молодец, - она встала, отряхнула и без того чистые джинсы, - Ну что? Может, тебе куда-нибудь пора? – она подмигнула. Старая часть качала головой, новая улыбалась и манила. Шурасик смотрел на Ари с интересом зоолога, нашедшего новую бабочку, которая, в теории, могла и сожрать. - Куда-нибудь пора? – переспросил он - Ну да, - она пожала плечами, - в шахматишки мы с тобой сыграли, более того, ты смог меня победить. Может, разойдёмся до следующей встречи? - Можно, - согласился он, но сам при этом никуда не встал, - Только… Можно задать вопрос? Ари удивилась, но села обратно -И какой же? - А тебе не пора проснуться? Мы же опаздываем!! Уже давно пора! - Куда опаздываем? – нахмурилась Ари Шурасик, который пытался при этом найти лазейку в мысли, потерпел крупное фиаско. - На работу! И чайник у нас давно кипит! – слова вылетели прежде, чем он успел подумать. «Какая работа? А если она не работает? Какой чайник? Вот я дурак», - подумал он с сожалением. Ари напряженно смотрела на него. Внезапно шахматы пропали, как и кресло под ногами Шурасика. Появились уже знакомые клубы дыма, вот только теперь они смотрели на него вопрощающими лицами, пытались произнести слова, но лишь нелепо шлёпали губами - Кто ты такой? Откуда – её голос изменился и стал более грубым. Шурасик, который уже понял, что раскрыл себя, пытался стать более мужественным, но у него от страха стал заплетаться язык. «Вот же гадство! Костей же не соберу, если нормально из сознания выйти не получится! Надо было Ягуна сюда присылать, зря я полез, любопытство моё никогда до добра не доводило.» Он отпрыгнул, вскинул кольцо прямо перед её носом. -Редукио – он едва не запнулся, но – о, великие Боги! – увидел на пальце свечение, которое покрыло всю его кожу, - Кондовус руали…мммм – замычал Шурасик. Ари, зажавшая его рот ладонью, смотрела уже далеко не доброжелательно, а скорее даже враждебно. -Так-так-так, мой сладкий. Кажется, нам предстоит с тобой крайне интересная беседа, - едко улыбаясь произнесла она. Шурасик почувствовал, как его засасывает в воронку, прижал сжатую в кулак руку с кольцом к груди и отключился.