4. Не из этого мира

"...Разумеется, как и у людей, в обществе вампиров порой появляются декаденты или, как вы их называете, девианты. Больше всего в истории нашей расы запомнился вампир по имени Хагмар. Низменные инстинкты этого подонка были абсолютно лишены тормозов. Он убивал людей и представителей Старших Рас целыми поселениями. Не гнушался даже нападать на собственных сородичей. В один момент, его заточили на двести лет в одной из наших тюрем, раскиданных по Континенту. Догадываетесь, добрый человек, что он сделал после освобождения? Это риторический вопрос, не отвечайте. В конце-концов его схватили и увезли куда-то на Север. Куда именно, мне, к сожалению, не ведомо..."

Фрагмент из нашумевшего "Интервью с вампиром"

Первое, что осознал Атрей, придя в себя — то, что он очутился в кромешной тьме. Сколько бы полуйотун ни моргал, ему никак не удавалось разглядеть ни малейшего источника света. Кругом стояла могильная тишина. Ни единого звука. От того собственное дыхание казалось ему неестественно громким. Атрей пошевелил пальцами рук и ног. Ладони нащупали холодную, щербатую поверхность, похожую на голый камень. — И куда же тебя занесло, Локи? — спросил самого себя Атрей. Полубог попробовал было подняться, но всё тело будто сковало тяжестью. Юнец прокрутил в голове последнее, что запомнилось. Вот он плывёт по зеркально гладкой воде загадочного озера, покрытого туманом и от которого веяло холодом. В детстве, он слышал от Мимира, что именно такими водами славилась его родина — Аваллон. Атрей задался целью там побывать и после долгих лет странствий думал, что почти добрался до острова Сидов. Но вдруг на воде, из ниоткуда, образовался водоворот с ярко-белым чревом. Стало ещё холоднее. Он теряет управление лодкой, падает в воду, пытается побороть течение, но тщетно. И его затягивает в неизвестное. А потом последовала ослепительная вспышка и жёсткий удар обо что-то твёрдое. И вот он здесь. Так что же произошло? Оперевшись об пол, Атрей напружинил мускулистое тело, покрытое темными рунами, и медленно принялся подниматься на ноги. Убедившись, что сможет твёрдо стоять, парень повторно огляделся. Судя по всему, он в каком-то подземелье. Или, что более вероятно, в гробнице. В воздухе витал запах влаги и сырости. Откуда-то сверху со свистом повеял прохладный ветер. Полуйотун сложил руки в знак и прибегнул к силе, дарованной ему от материнских предков — ощущать потоки жизни везде, где это возможно. Атрей сосредоточился, взывая, скрытую в крови энергию. Но ничего не произошло. Атрей не сдался и повторил необходимые жесты ещё четыре раза. На последней попытке он уже не сдерживался и до предела сжимал кулаки, рассчитывая силой пробиться сквозь незримую преграду. Да что такое?! Полубог помнил формулы. Он заучил их до автоматизма, когда Мимир и Фрейя объясняли все способы прикоснуться к потокам чистой живой энергии. Но всё походило на то, что они или исчезли или перестали откликаться на его зов. Тогда воин воспользовался ещё одним трюком. Сняв со спины внушительный лук с обитыми металлом плечами, он скомандовал: — Скьялфа! Его голос звонким эхом отразился от каменных стен. Как Атрей и ожидал, тетива не вспыхнула золотом, а стрела не легла в пальцы. — Что же, сука, происходит?! — начал нервничать полубог. Только Атрей убрал лук и стал пробовать уловить дуновение ветерка, как нутром почувствовал, что за его спиной что-то происходит. Вмиг развернувшись, он увидел, как во мраке пульсирующим светом загорелся символ. На стене или скорее на кирпичном углублении, по форме похожую на огромную потайную дверь был изображён пурпурный треугольник с золотистой подводкой, который обвивал змей, пожирающий собственный хвост. Внутри фигуры также изображались круги поменьше с неизвестными письменами, вписанными в окружности. Небольших потоков света, исходившего от непонятного символа хватило, чтобы Атрей чуть-чуть, но смог подробнее рассмотреть место, куда его выкинул озёрный водоворот. Довольно просторный зал, внутри которого он стоял, действительно напоминал гробницу. Потолок окрашенный в белую известь, равно как и верхняя часть стен, поддерживали две гладко отполированные колонны. В другом конце помещения Атрей увидел проём в виде большой замочной скважины. Оттуда же поступал воздух. Только полубог оторвал взгляд от настенного знака, и развернулся было к выходу, как по подземелью прокатился жуткий пронзительный хор. Атрей тут же выхватил висящий на поясе двуручный боевой топор. Оружие было с широким лезвием и компактным бойком.  В ходе путешествий, Атрей не мог расстаться с мыслями о Левиафане — топоре выкованном братьями гномами для его матери Фэй и в последствии перешедшего к Кратосу — мужу Лафэй и отцу самого полуйотуна. Потому,  когда дорога завела его в Рейнские земли, он наткнулся на остатки народца, обликом похожего на его друзей Синдри и Брокка. И в обмен на несколько услуг попросил их выковать похожее оружие. Магической силы Нинурт, как его назвал Атрей, не имел, но был очень искусно выкован из метеоритной руды высочайшего качества и противников рубил знатно. Ухватив древко получше, Атрей наблюдал как прямо из напольных плит, в бирюзовых всполохах, появляются окутанные зловещим матово-зелёным светом человекоподобные фигуры. Неизвестные полубогу создания словно были бестелесны, так как парили над поверхностью, не касаясь земли. И выглядели как изрядно подгнившие покойники в красных капюшонах и обмотанными вокруг бёдер рубищами. Каждый сжимал в костлявых ладонях ржавый меч. — Вы что, нахрен, такое? — Атрей решил для начала попытаться поговорить с существами. Вместо ответа один «капюшон» вдруг испарился и тут же материализовался прямо перед Атреем с занесённым мечом. Полубог отпрянул и молниеносно рубанул наотмашь, вкладывая в удар всю силу. Существо завыло, а лезвие топора будто прорезало склизскую воду и прошло сквозь тело существа. Размышлять о произошедшем, у Атрея не было времени, так как уже парочка других живых трупов подплывали к нему. Подземелье заполонили визги призраков и всполохи изумрудного пламени. Атрей с потрясающей ловкостью уходил от атак злобных духов и бил Нинуртом в ответ. Оружие так и вертелось в его руке. Полубог наносил удары в живот, по ключицам, по рукам и в спину, но твари только кричали и, казалось, ничуть не слабели. Их гротескные, искажённые лица, частично скрытые тканью, исказили гримасы боли и неистовой злобы. Размытой тенью мелькнув меж призраками, Атрей  сданул ближайшего по шее. Тот завыл неистовее прежнего, безвольно опустил руки и исчез, охваченный зелёным пламенем. На пол упала горстка субстанции, похожая на эктоплазму. Значит, нужно бить их в шею или голову! Воодушевлённый Атрей крутанулся, и ударил в покрытую струпьями выю ещё одного духа, после чего тот, как и предыдущий, с протяжным воплем испарился. Осталось трое. Но тут со стороны выхода тоже послышались неестественные завывания и в соседнем зале появились ещё призраки. Атрей завертелся. Его топор будто слился с воздухом, настолько быстры были удары полубога. Меньше чем за полминуты ещё двое привидений отправились в небытие. Последний из тех, что появились в этом зале, оказался слишком юрким. Он постоянно исчезал, чтобы материализоваться за спиной. Один удар Атрей пропустил, и ржавая железка рассекла плечо. Парень за годы странствий привык к боли, потому не повёл и бровью. Горячая кровь струилась по руке. Казалось, этот безумный танец мог продолжаться вечность, но тут вспыхнуло зелёным, мелькнула белесая тень. Просвистело так, словно кто-то ударил плоским продолговатым предметом и призрак испарился. Атрей замахнулся по инерции, но вовремя затормозил. Рядом с ним, тяжело дыша, стояла молодая стройная девушка со светло-пепельными волосами и глазами цвета весенней травы. Из одежды на ней была бело-кремовая рубашка, тёмно-коричневый кожаный корсет и такого же цвета перчатки да сапоги. Вновь стало тихо. Только символ на стене продолжал гореть пурпуром. В правой руке дева сжимала что-то похожее на кортик. Отдышавшись и утерев тыльной стороной ладони пот на лбу, она заговорила: — Ummm,... salud. Piv bennak ma'z oc'h. Eus Skellige out, nann? Penaos oc'h deuet a-benn da zont betek amañ?! В ответ Атрей лишь похлопал глазами. Что она вообще сказала?! — Хм…, добрая леди,… тут такое дело, — опустил он топор и с глуповатой улыбкой ответил. — Я вас… Я ни слова не понял. Лицо пепельноволосой воительницы сделалось не менее удивлённым. — Petra? — недоумённо спросила она. *** Цири окончательно запуталась. Минут десять назад, она очнулась лёжа в густой траве, показавшейся девушке горячей, после пребывания в ледяных пустошах. Подняться получилось не сразу. Тело сковала дикая слабость, словно она не спала несколько дней. Но девушка преодолела дурноту и заставила себя принять вертикальное положение. Водя глазами по местности, она поняла, что портальный шторм выкинул её куда-то на Континент. Вокруг были лишь крутые холмы, покрытые буйной растительностью и редкими деревьями, да остатки какого-то строения, похожего на древний форт. Понимая, что на открытой местности, тем более ночью, лучше не оставаться. Если она ранена, то запах крови моментально привлечёт хищных зверей или трупоедов. Восстанавливая дыхание, Цири стала подниматься по довольно крутой тропинке в стороны развалин, где расчитывала найти укрытие хотя бы на время. Но едва преодолев опасно крошащиеся остатки лестницы, до неё дошли неестественные вопли и едва различимый человеческий голос. Похоже, что где-то под руинами бастиона шёл бой! И, судя по звукам, нападающими были отнюдь не люди. Потянувшись по привычке за мечом, Цири с ужасом поняла, что не чувствует привычной тяжести за спиной! Но долго удивляться, не было времени. Где-то под землёй застрял человек, возможно не один, и явно нуждался в помощи. Но пробраться внутрь руин оказалось не так уж и просто. Если в бастион когда-то и был вход, на что указывала полуразрушенная арка, то его, судя по характерным следам на светло-серой стене, как будто забаррикадировали. Интересно для чего? Цири поняла, что придётся воспользоваться Силой, хотя этот порыв вызвал у неё чувство опасения. Она помнила слова Геральта, что он убил Эредина, а нильфгаардский флот добил остальных Красных Всадников. Но неприятное, червём ползущее по внутренностям, ощущение тревоги до сих пор не исчезло. Проделав дыхательное упражнение, которому её научил Аваллак’х, девушка сконцентрировалась, представила в мыслях как эта развалюха устроена изнутри. После чего почувствовала знакомый шум в висках и окунулась в тёмное ничто. Скачок, последовавшее за ним ощущение лёгкости и через миг, она стоит на полуразрушенной платформе с чёрным провалом в полу. Мерзкие завывания стали куда громче — бой действительно шёл внизу. Чуть подрагивающими от перенапряжения руками, Цири расшнуровала мешок не поясе, и посыпала сероватой субстанцией кинжал. Серебряная пыль уже не раз спасала ей жизнь при столкновении с чудовищами. Например с веленским волколаком, которого малютка Гретка называла «волчьим королём». Интересно, как она сейчас? Рассматривая дыру, Цири убедилась, что высота безопасная, а значит, ноги она не переломает. Девушка наклонилась, свесилась с уступа и разжала пальцы. Едва она ощутила твёрдую поверхность под ногами, как в комнате из матово-зелёного огня появились трое грозно выглядящих призраков. Плохо, что у неё не было меча! С кинжалом придётся держать более близкую дистанцию. Но если подумать… Духи с шипением двинулись вперёд, но Цири неожиданно исчезла во вспышке и через миг уже оказалась сбоку от крайнего слева. Она молниеносно провела призраку кортиком по горлу и в сразу же телепортировалась при помощи Дара к самому правому. Удар и второе приведение исчезло. Третий успел замахнуться, но Ласточка снова переместилась с помощью силы, вовремя отклонила голову, спасаясь от удара мечом, и воткнула кортик монстур туда, где у него должен был быть глаз. Разобравшись с противниками в этом зале, Цири не медля забежала в следующий, мельком разглядев, что кто-то пытается зарубить здоровенным топором ещё одного призрака. Долго тот не продержался. И вот, окончательно расправившись с нечистью, девушка смогла в подробностях рассмотреть незнакомца. Вид у молодого человека был, мягко говоря, не безобиден. Рослый, с развитой мускулатурой, жёсткими голубыми глазами и тёмно-русыми волосами, он был одет в странную и, на взгляд Цири, непрактичную одежду, которая скорее обнажает покрытый странными символами торс, а не защищает. В руке он сжимал огромный топор, а на спине носил неплохо сконструированный лук. Каждая деталь облика парня, кричала о том, что тот родом со Скеллиге. Но песья кровь, как он оказался в руинах этой халабуды?! Собственно, Цири решила его спросить об этом прямо… Правда ответил он на чём угодно, но не на Всеобщем… и не на скеллигском жаргоне Старшей Речи. *** — Ég skil að það hljómi heimskulega... En ég skil ekki orð af því sem þú ert að segja! — неловко улыбнулся парень. — Скулега…, — недоумённо пробормотала Цири, будто пробуя слово на вкус. — Так ты, ты всё-таки со Скеллиге? — снова спросила она. — Ó, Mimir, ég vildi að þú værir hér núna, — тяжко вздохнул незнакомец и воздел очи к небу.   *** Атрей размышлял, что же ему предпринять. Девушка говорила на языке, похожем на аваллонский, которому его обучал Мимир, в периоды, когда он возвращался в Митгард после странствий. Но её произношение настолько отличалось, что он ни хрена не понимал. Брокк, да почиет он в мире, выразился бы куда грубее на этот счёт… — Ur seurt rannyezh Heng Llinghe eo pe petra? — снова затараторила девица. Атрей с надеждой посмотрел на неё. Она сказала Llinge?... А ведь точно! Ну как он мог об этом забыть?! ***   — Latina Lingua? Loqueris Latine? — спросил её Атрей. — Ita, — после недолгого молчания ответила девушка. — Et quomodo scis eam?— явно удивилась она. — Bene sane, — принялся отвечать Атрей. — Etenim lingua scientia haec est! Romanorum lingua. — Cuius lingua? Profecto Latine a phisicis Oxenfurt aliisque academiis dicitur. Non aliqui... Romani!. Похоже, догадался полубог, что бы он не сказал, всё заставляло пепельноволосую незнакомку недоумевать всё больше и больше. — Bene, — парень повесил топор на пояс. — Similis coepimus in pede iniuriae... Продолжить разговор помешал гулкий рокот, словно сработал неведомый гигантский механизм. Всё подземелье ощутимо содрогнулось. Атрей заметил, что символ с треугольником и пожирающим себя змеем погас. И снова воцарилась непроглядная тьма. — Что происходит? — задал он вопрос в пустоту, так как не видел лица девушки. — Ты меня спрашиваешь? — ответили ему из тьмы на латыни. Раздался звук удара камня о камень и на одной из колонн зажёгся факел. Воительница отбросила гальки и сняла пламенник с держателя. Теперь оба смогли разглядеть, что двигалась похожая на потайную дверь гигантская плита, на которой недавно горел странный знак. Цири и Атрей посмотрели друг на друга и двинулись вперёд. Перед ними открылась ещё одна комната, размерами не столь просторная, как та, в которой они только что находились. Все стены испещрили узкие и длинные следы, словно кто-то не единожды орудовал внушительными когтями. На полу покоилось изломанное в щепки кресло с цепями из причудливого металла. А рядом с ним… Атрей расширил глаза и невольно положил ладонь на рукоять топора. Цири вздохнула, побледнела, но не отступила. На пыльных плитах, обняв себя за колени, сидел невероятно худой, очень бледный и абсолютно голый мужчина с крайне длинными белыми волосами, спадающие на спину и ноги. Атрей подался вперёд, несмотря на предостерегающие жесты Цири, и потряс мужчину за плечо. — С вами всё в порядке? Не успел полуйотун удивиться, ибо на ощуп неизвестный был твёрд как мрамор, как мужчина резко поднял лицо. Атрей тут же отпрянул, краем уха услышав, как его нежданная спутница что-то выкрикивает. Вытянутое лицо незнакомца было изрезано морщинами, в приоткрытом рту виднелся ряд острых зубов. Глазные впадины имели тёмно-красный оттенок, а сами очи были с бледно-голубой радужкой и чёрной склерой. И в них читалась жажда. Невообразимая жажда. Полубог не успел даже открыть рот, как почувствовал, что ему в плечи впиваются чьи-то кисти, невероятная сила отрывает его от земли и ударяет об стену, выбивая весь дух. С рычанием монстр распахнул пасть и вонзил зубы ему в шею. Вслед за болью к охнувшему Атрею пришла судорога, захватившая конечности. По телу поползла омерзительная необъяснимая тягучесть. Позади раздался крик пепельноволосой. Та бросила факел, подбежала и стала ясростно дырявить кортиком плечи и спину вампира. Но тот даже не обернулся в её сторону, полностью поглощённый высасыванием животворной жидкости. Атрей ударил кулаком чудовище в бок без видимого результата. Вампир прямо таки с экстазным стоном, продолжал жадным глотками вытягивать кровь. Парню показалось, будто кончиком шершавого языка монстр облизывал ему шею. Атрей не сдавался, хоть и чувствовал, что быстро слабеет. Полубог ещё раз врезал чудовищу в печень, а затем правой рукой нащупал его лицо и большим пальцем надавил в глаз. Не сразу, но плоть поддалась, и парню на перчатку брызнуло нечто липкое. Вампир заорал и, наконец, отцепился. Атрей тут же поднял его в воздух, сдавив шею, но в глазах резко помутнело, и он с трудом удержался на ногах, упустив чудовище. Кровосос отлепил окровавленную длань от пустой глазницы и развернулся к Цири. Девушка на миг дрогнула под его взглядом, но переборола себя и снова напала с кортиком, целясь во второй глаз. Вампир одним ударом выбил из рук девушки оружие, схватил за горло и притянул к себе. Цири едва не лишилась создания от недостатка воздуха. Хватка была чудовищной. Сначала монстр с любопытством её разглядывал, а потом ощерился, обнажив покрытые кровавой слюной зубы. — Hiret lakhrarm veres, — прошептал ей что-то вампир на неприятно звучащем языке. — Nakh phuret clevipur… Avile eret veres kesu. Внезапно вампир взывизгнул и Цири успела сбросить его руку. Оказалось, что это оклемавшийся Атрей вогнал ему лезвие топора в ключицу. Из белой спины монстра брызнули потоки кармина. Прежде чем монстр оправился, Атрей подхватил его и с боевым кличем впечатал в колонну, вкладывая в удар всю силу материнских предков. Гладкая конструкция тут же пошла трещинами, но парень не остановился и неистово принялся бить вампира головой об столп. Цири отползла и в ужасе наблюдала за происходящем. Она не ожидала, что в таком, на первый взгляд, простом воине сокрыта столь чудовищная сила. По-своему красивое, хоть и не лишённое хищных черт, лицо молодого человека исказила гримаса бешенства. Спустя некоторое время вампир обмяк. Даже глядя тому в спину, Цири поняла, что от его физиономии осталось кровавое месиво. Атрей с хрустом выдернул топор из противника, широко замахнулся и с одного удара располовинил чудовище. Крови хлынуло столько, будто раздавили гигантскую, перезрелую вишню. На пол вывалились кишки и содержимое вампировского желудка. Поднявшийся запах и сама картина были воистину тошнотворны. Некоторое время Атрей, тяжело дыша, стоял над поверженным врагом, после чего пинком отбросил верхнюю часть тела вампира. Полубог закрыл глаза, вспомнил уроки из детства, проделал несколько глубоких вдохов и унял рвущуюся наружу ярость. К сожалению, это передалось ему от отца. Он почувствовал ладонь на полуобнажённой спине. — Успокоился? — немного грубо спросила зеленоглазая незнакомка. Атрей утвердительно кивнул, и она тут же схватила его за руку, принявшись куда-то тащить. — Тогда пойдём уже! — почти крикнула она. Вдвоём они вбежали в небольшой зал, и Атрей увидел дыру в потолке. — Высоковато, — пробурчал полубог. — Я мог бы прыгнуть, но голова ещё кружится, — пощупал он  уже начавшую заживать шею. — В этом нет нужды, — пепельноволосая крепче сжала его длань. — Что ты собираешься дел…,( Quid acturus) — хотело было спросить Атрей, но не успел. Зеленоватая вспышка и, оба моментально исчезли.   ***   Высший вампир, наконец-то освобождённый из своего узилища, медленно полз к спазматически дёргающейся нижней части собственного тела. Оставляющий кровавый шлейф, при скудном свете обронённого факела, он напоминал белого полураздавленного таракана. Вдавленный в череп нос с хрустом вернулся на место и принял прежнюю форму. Повреждённый глаз почти полностью восстановился. За века заточения кровь загустела, и регенерация шла не столь быстро, как ему бы хотелось. Но всё же шла. — Силён щенок, — пробурчал себе под нос кровосос, обдумывая пережитое. — Для человека, пожалуй, слишком. Добравшись таки до ног, он подтолкнул себя руками поближе и принялся ждать. Сгустки крови, плоти и сустав сразу же с хрясканьем начали соединяться. Скоро мир снова вспомнит о нём.   *** Когда Цири и Атрей материализовались возле наружной стены бастиона, оба, не долго думая, тут же стремглав помчались вниз по крутому склону в сторону тракта, который разглядели меж отвесных холмов. Вскоре бастион остался далеко позади и молодые люди остановились, дабы хоть немного перевести дух. За холмами просматривалась тёмно-зелёная полоска дремучего леса откуда ветер приносил затхлый запах топей. На западе возвышалась гора с огромным высохшем дубом на вершине. — Что это была за тварь? — первым делом спросил Атрей, припав к земле. — Местная разновидность драугра? — Не знаю как у вас, но мы зовём таких высшими вампирами, — ответила Цири, оглядываясь на бастион и держась за бок. — А теперь говори кто ты, и что делал в той крепости? — Может, лучше представишься? А потом будешь устраивать допрос? — начал сердиться Атрей. Девушка насупилась, осмотрела его с головы до ног и ответила: — Цирилла. Для друзей Цири. Ты прав, не стоило мне так сразу наседать. Но всё же, кто ты? — Моё имя Атрей,— смягчился полуйотун. — Возможно это прозвучит странно… В этих землях я точно не бывал, и вряд ли ты о подобном слышала, — пытался объясниться Атрей. — Я плыл в Аваллон и почти туда добрался, но в озере… возникла воронка с убийственно сильной энергией… и меня затянуло. А очнулся я уже внутри тех руин, — показал он на холм позади. — Вот и вся история, если совсем кратко. — Ты сказал Аваллон? — Цири уставилась на него, будто у парня на лбу выросли золотые рога. — Ну да! Страна, где живёт Народ Сидов… и вечно цветут яблони. А ещё там захоронили легендарного британского воина. Мимир много рассказал мне о своей родине, сразу всё и не вспомнишь! — повеселел Атрей. Девушка явно начала понимать о чём он говорил. Цири прикусила губу и опустила голову. Она стала расхаживать из стороны в сторону, не находя себе места от размышлений о только что услышанном. Когда Атрей уже собирался спросить, что опять случилось, он снова подала голос: — Тебе о чём-нибудь говорят такие слова как Темерия, Каэдвен, Нильфгаард? — Цири глядела ему прямо в глаза. — Э-э-э… впервые слышу, — растеряно ответил Атрей и с надеждой уточнил. — Это какие-то аваллонские земли? Снова подул ветер. Со стороны леса раздался гвалт из вороньих крико. — Ат… Атрей, правильно? — подошла к нему Цири и наклонилась. — Ты только не волнуйся, но… Кажется, я поняла откуда тебя занесло… В общем…ты… ну… попал в другой мир. Если не веришь, посмотри на небо и поймёшь всё сам. Потрясённый Атрей послушался и высоко задрал голову. На горизонте виднелись проблески рассвета, но звёзды ещё можно было рассмотреть… Но среди них не было ни одной знакомой! Большая Повозка…Палец Аурвандиля…Прялка Фригг… Вместо них сияли совершенно другие созвездия! Казалось, полубог с минуту разглядывал ночное небо, порой так сильно зажмуривая глаза, будто надеясь, что это наваждение или дурной сон. — Кажется мне…, — спокойно заговорил он, прочистив горло. — Мне нужен новый план. — Ладно, не раскисай, — Цири с улыбкой ободряюще хлопнула его по плечу. Ей казалось немного забавным, что такой здоровяк сейчас выглядел растерянным словно заблудившийся мальчик. — Скажу тебе по секрету, я как-то оказалась в похожей ситуации. Когда оказалась в твоём мире. — Ты была в Митгарде? — ещё больше удивился Атрей. — Не в Митгарде. В Камелоте. Но о людях твоего народа там тоже были на слуху. Вас называли… данами, кажется. Или норманнами. В этом мире, тебя бы приняли за жителя Скеллиге. — Мимир тоже мне рассказывал про Камелот, —  невольно улыбнулся воспоминаниям полубог. — Это один из моих наставников, — тут же объяснил он. — Похоже, мы о многом можем поговорить… Атрей, — Цири сщурила глаза и пригладила пепельную прядь. — Но давай сначала выберемся отсюда. Лучше через вон тот портал. Атрей проследил за её рукой и увидел похожий на драконий зуб, очередной холм, вздымающийся в двадцати пяти саженях он них. На его вершине стояла одинокая арка из розоватого мрамора. — Что-то не очень оно похоже на портал. — А вот я чувствую как фонит магией. Пойдём.   ***   Оба двигались по тропинке, время от времени осматриваясь по сторонам. И расспрашивая друг друга о всяком. — То есть ты наполовину великан, а твой отец бог войны? — скептически усмехнулась Цири. — Это уже что-то новенькое… Представляю лица Геральта и Йен, когда тебя увидят. Особенно Геральта! — Так и ты тоже не обычная девушка! — засмеялся Атрей и стал разглядывать лицо спутницы. — У тебя в роду явно светлые альвы, я угадал? — Можно и так сказать, — слегка помрачнела она. — Но «светлые»? Ха, я бы их так ни за что не назвала. Ни после того, что узнала про них. Заметив, что эта тема явно неприятна Цири, Атрей поспешил сменить тему. Так они и коротали путь. Как только оба дошли до подножия холма, арка из розового мрамора неожиданно активировалась, а из образовавшегося портала возник портал и вышел какой-то мужчина. Приглядевшись к нему, Цири чертыхнулась. Неизвестный носил чёрные с золотым солнцем доспехи нильфгаардской гвардии. Тот уже успел их заметить и зашагал навстречу. — Это ещё кто? — спросил Атрей. —  Не знаю. Какой-то офицер из нильфов. — Он друг? — Нет. Но нападать первыми не стоит. Послушаем, что он скажет. Когда отделявшее их расстояние сократилось до нескольких метров, нильфгаардец улыбнулся и приветливо раскинул руки. — Госпожа Цирилла! Хвала Великому Солнцу, вы целы. Позвольте представиться, меня зовут Ирредес. — маг поклонился в реверансе. Я один из боевых чародеев на службе Его Величества Эмгыра вар Эмрейса. По оценке Цири, он был такого же роста, как и Атрей, но из-за доспеха выглядел массивнее. Его золотисто-жёлтые глаза скользили по ней и полубогу, изучая каждую деталь их внешности. — А вы кто, юноша? — с любопытством спросил у того Ирредес. Атрей, естественно не понявший ни слова, лишь криво улыбнулся не зная, что предпринять. — Он со Скеллиге, — выручила полубога Цири. — Забавно получилось… Его зашвырнуло в эту пустошь вместе со мной.  Но гововорить с ним оказалось бессмысленно. Всеобщий он не знает и, судя по всему, ещё и немножечко слабоумный. Но силён как тур! — рассказывала Цири. — И правда забавно, — усмехнулся Ирредес, не отводя глаз от Атрея. — Порой, даже хорошо когда нет мозгов, зато в избытке сила. Ну да ладно. Понимаю, что вы утомлены после портального шторма, — снова обратился он к Цири, — но… нам лучше как можно скорее вернуться на острова. Вас там уже заждались. Не удивлюсь если Йеннифэр и Геральт уже весь Ундвик перевернули верх дном! — засмеялся чародей. — С ними всё хорошо?! — невольно поддавшись вперёд с волнением спросила  Цири. Но, тут же задумалась — Стоп. А откуда вы их знаете? —  Всё просто. Мне было поручено помочь Йеннифэр и дамам из Ложи вычислить место, куда вас выкинула Башня, — не вдаваясь в подробности бросил Ирредес. — Не сочтите за дерзость, госпожа, но нам действительно лучше поторопиться. С момента вашей пропажи миновало уже несколько часов, а Его Величество задержек не любит. — Уговаривать меня не придётся, мастер Ирредес, не беспокойтесь, — ответила Цири, после чего дала знак Атрею и двинулась в сторону арки. — Этим порталом можно — Лучше не стоит, — остановил их Ирредес. — Телепорт старый и работает искажённо. Я с большим трудом пробился в Велен. Цири хотела было предложить переместиться на острова с помощью её Силы, но вовремя себя одёрнула. Показывать такие навыки нильфгаардскому магу будет излишне. — И каковы ваши предложения? — вместо этого спросила она. Атрей, между тем, всё больше чувствовал себя не в своей тарелке. Переводя взгляд с Цири на смуглого незнакомца в странной броне, полубог пытался понять хотя бы по смыслу, о чём они  разговаривают. — Нужно сойти с возвышенности, подальше от арки, — начал объяснять чародей. — Тогда я без опаски смогу открыть свой телепорт, и мы без проволочек переместимся на Скеллиге. — Ладно, ведите, — подумав, ответила Цири. Ирредес благодарно кивнул и выдвинулся вперёд, ведя молодых людей к нужной точке. Когда троица спустилась обратно на тракт, Атрей наклонился к Цири и спросил шёпотом: — Куда мы идём? — К Йен и Геральту. Да, к тем самым, о которых я рассказала, — столь же тихо ответила девушка. — А почему именно этот тип нас ведёт? — Атрей недоверчиво посматривал в спину Ирредесу. — Думаешь я знаю? На всякий случай, приглядывайся к нему. — А кстати… что ты ему сказала, когда он обратился ко мне? — Что ты идиот. — Ну, спасибо! — А ты бы предпочёл, чтобы он понял, что ты не говоришь ни на одном из наших языков, хотя выглядишь как житель двуязычных островов?! — негодующе огрызнулась Цири. — Тогда вперёд! Расскажи ему о Митгарде и боге-отце — Твоя правда, — кивнул Атрей, вынужденный согласиться со спутницей. ***   Вскоре они свернули на обширную поляну, поросшую густой и влажной после дождя травой, что раскинулась недалеко от склона, с которого они только что спустились. Сразу после этого позади них раздался уже знакомый звук. Все трое тут же обернулись. Действительно, в воздухе жёлтым сияла круглая воронка, из которой на поляну вышли две женщины и беловолосый мужчина. — Геральт! — крикнула дева и замахала руками, привлекая внимание. — Цири, берегись! — подала голос Трисс. Прежде чем девушка поняла, в чём дело, она спиной прочувствовала сгусток колоссальной силы, и через мгновение Атрея отшвырнуло так, что парень пролетел десяток метров, врезавшись в одинокую ель и разломив надвое древесный ствол. От мощи кинетической волны даже трава припала к земле. — Атрей! — бросилась к нему Цири и чуть вскрикнула, когда чья-то стальная рука перехватила её и сильно прижала к себе, а другая приставила к шее что-то острое больно уколов кожу. — Не стоит глупить, Цири, — проговорил ей на ухо Ирредес. Дыхание чародея щекотало. — Тогда всё обойдётся малой кровью. — Иди в жопу, паскуда! — выругалась Цири, превозмогая боль. Хватка мага казалась крепче медвежьей. Девушка ощущала полную беспомощность в объятиях немаленького по габаритам мага. — Как вульгарно, моя девочка, — издевательски произнёс Ирредес. — Узнаю воспитание Йеннифэр… Дальше ни шагу, Геральт! Для убедительности своих намерений, Ирредес плотнее приставил кинжал к шее Цири. Подбежавший ведьмак разглядел струйку крови, лениво потёкшую под одежду дочери. — Если сейчас же не уберёшь от неё лапы, то через секунду их потеряешь! — хрипло прорычал Геральт, расставив ноги в боевую стойку. Из-за принятых в ходе пересадок Пурги и Грача, лицо ведьмака стало белым и пористым как творог, а кошачьи глаза сверкали в предрассветных сумерках не хуже углей. Такой вид мог заставить замереть в ужасе даже повидавшего всякое воина. Но только не Ирредеса. — Не стоит кидаться неосуществимыми угрозами, ведьмак. Уровень не твой, — ответил чародей то и дело посматривая  на пытающихся окружить его Йеннифэр и Трисс — Клянусь всеми богами…, — хотела что-то высказать ему Трисс, но тот не дал ей закончить: — Не стоит пугать меня теми кого никогда не видела, Меригольд! — Цири, — фиалковые глаза Йеннифэр смотрели только в зелёные дочери. — Если не можешь ходить, научись летать. Девушка не поняла ни слова, но тут же уловила небольшой импульс, и перед глазами предстал образ. Двор Элландерского храма… и два обруча на каменной брусчатке. Она вспомнила старые приёмы. — Неплохая попытка, Меригольд. Но бессмысленная, — Ирредес, тем временем без труда прозондировал мозг рыжей чародейки и разгадал её замысел с гвихиром. — А теперь бросай сюда меч, что так усердно тискаешь! Трисс чертыхнулась, проклиная эмоциональность, из-за которой мысли стали слишком «громкими». Обменявшись взглядом с Йеннифэр, она кивнула, демонстративно подняла над собой Ласточку и швырнула в сторону Цири и державшего её Ирредеса. Меч с глухим ударом приземлился в траве. Девушка сконцентрировалась, представив облачённую в чёрный панцирь спину. Шум в голове. Холод и звенящее ничто. Бледно-зелёная вспышка и силуэт Цири исчезает из рук чародея. Тут же образовавшись позади него. Ирредес развернулся на звук магии. Но опоздал на долю секунды. Цири с криком наполненным ненавистью ударила его кортиком в полузащищённое горло. Чародей раскрыл рот и вцепился девушке в руку, не позволяя отбежать. Геральт подскочил, но удар наносить не стал, опасаясь задеть дочь. Трисс и Йеннифэр сжимали вокруг мага кольцо. Цири выпустила рукоять кортика и принялась ругаться да и дёргаться, в безуспешных попытках выскользнуть из лап Ирредеса, в шее которого остался торчать её клинок. Небольшую горгера, в месте удара, покраснела от крови. — Отличный удар, Ласточка, — улыбнулся маг и свободной рукой вытащил оружие из раны, которая тут же начала зарастать. — Давненько не видел собственной крови. Ирредес подхватил Цири, крутанулся и швырнул её словно игрушку в сторону чародеек. Йеннифэр не успела прочесть левитирующее заклинание и уклонилась в последний момент. А вот Трисс не повезло. Звук ударяющихся друг о друга тел и рыжая чародейка покатилась по траве, вместе с Цири. Не медля, Геральт сложил пальцы в знак и ударил в Ирредеса столпом огня, но чародей провёл рукой, и пламя буквально впиталось в обтекаемую сферу. Ведьмак не стал растерялся и завертел мечом устрашающий вихрь. Раз за разом Ирредес отбивал смертоносные удары предплечьями, окружая себя и Геральта снопом искр и звуками удара стали о сталь. Не успел Геральт сменить позицию, как чародей вильнул змеёй, кулаком выбил из его рук меч, тут же замахнулся, и со всей силы саданул в область диафрагмы. Ноги ведьмака подкосились, и он рухнул на четвереньки. Не в силах вздохнуть от боли, Геральт почувствовал подступающий к горлу ком, после чего его тут же вырвало с кровью. Не оборачиваясь, Ирредес наколдовал прозрачную сферу, чтобы в неё тут же впились тоненькие красные молнии и с шипением раскалённой железки, окунаемой в воду, принялись обволакивать. Йеннифэр воздела вперёд руки, едва не теряя сознание от нечеловеческих усилий. Чародейка из раза в раз старалась пробить защиту Ирредеса, но его сфера не уменьшилась, ни на дюйм. — Ты представить себе не можешь, Йеннифэр как ты и твой ручной волчонок мне опостылели! — Ирредес встряхнул ведьмака, которого схватил за ворот брони. — Но ваш час ещё не пробил, о нет. А посему… Маг резко взмахнул, и Йеннифэр подняло в воздух. Чародейка извивалась угрём, выкрикивала контрзаклинания и обругивала врага такими словами, которых постыдился бы самый сквернословный из краснолюдов. Но магия Ирредеса была на несколько порядков мощнее. Чародей поднял её на двадцать футов и опустил руку. Геральт лишь бессильно наблюдал, как Йеннифэр падает на траву, неудачно приземляется на руку и коротко вскрикивает от нестерпимой боли. Ведьмак изловчился и чудом умудряется вытащить большой нож, которым обычно отрезал головы убитым монстрам. Неловко замахнувшись, он отчаянно всаживает его чародею в подколенный нерв. Ирредес вздрагивает и незамедлительно охаживает Геральта пинком. После чего приспустился и вытащил нож, как ни в чём не бывало. Ведьмак пробует встать, но второй удар чародея выбил из него остатки тех сил, что оставались после первого. Перед глазами расплывалась красная пелена. — Я уважаю твою волю и желание защищать девчонку, Геральт, —  голос чародея, вновь нависшего над ним, слышался так будто ведьмак опустился под воду. — Однако порой необходимо признать неизбежное, и с достоинством отойти в сторону. Но личный кодекс не позволяет это, не так ли? И ты продолжаешь мочиться против ветра, даже когда все штаны уже промокли? Что же… пусть это будет для вас с Йеннифэр предпоследний урок. Ирредес вбил ведьмаку его же нож в правую ладонь с такой силой, что даже пробил перчатку. Геральт дёрнулся и раскрыл рот в беззвучном крике. — Поверь, эта взбучка, — вплотную нагнулся к нему Ирредес. — Лишь комариный укус, по сравнению с той болью, что тебе ещё предстоит познать, Белый Волк. После этого чародей лениво перешагнул через него и зашагал в сторону Трисс и Цири.   ***   Она не верила, что сможет хотя бы до меча доползти, не говоря уже про то, чтобы встать на ноги. Но всё получилось. Борясь с болью, Цири с вытащила из красных ножн свой гвихир. Рукоять из кожи ската приятно липла к руке. Ирредес уже почти до неё дошёл. Его жёлтые глаза стали неестественно светиться, чем вызывали необъяснимое чувство тревоги. Словно некая чуждая, враждебная сила склизким червём заползала под кожу и  распространялась по организму, подавляя волю к сопротивлению. — Довольно драк, Цири, — остановился в двух метрах от неё Ирредес. — Мне кажется, я наглядно продемонстрировал, что со мной тягаться бессмысленно. Даже твои способности тут бесполезны, поверь. Девушка изо всех сил старалась оторвать взор от этих немигающих золотых ореолов. Всё вокруг начало меркнуть, в голове всё громче чудовищный хор голосов несчастных, которых он порабощал последние сто лет. Что стало с небом? Звёзды погасли. Рассвет стал красным как кровь. Его лицо… дьявольский лик стал серым и угловатым. Кожа покрылась чешуёй. Золотой взор манил… Завораживал… Приносил облегчение… Как же она устала… Нужно срочно поспать. Да… сон поможет… Поможет… Идиллия лопнула как офирский фейерверк. Округу заполонил ошеломляющий рёв. Цири моргнула и тут ощутила себя так, будто только что вылезла из ледяной проруби. Ирредес всё ещё стоял перед ней, но его лицо чудовищно трансформировалось. А сам «чародей» извивался на месте, в попытке сбросить с плеч знакомую ей тощую бледно-белую фигуру с длинными волосами, что с аппетитом вгрызалась ему в шею. — Уводи друзей, Цири! Скорее! Оглянувшись, она увидела, как израненный Атрей изо всех сил бежит в её сторону. Глаза полубога горели решимостью. Цири посмотрела на еле ползущих Геральта и Йеннифэр. Трисс же лежала с рассеченным лбом и стонала. Девушка опустила взгляд на гвихир и крепче стиснула рукоять, ощущая столь знакомую приятную тяжесть клинка. Что у нас тут?... Сразу два монстра. Значит хотите покуситься на моих близких? Ну, так я не позволю вам забрать их, сволочи. Потому что я ведьмачка! И я убиваю таких как вы. Цири подняла меч, проделала рывок с помощью своей Силы, утраивая тем самым силу удара, и вонзила Ласточку Ирредесу в грудь, насквозь проткнув как его, так и вампира обхватившего его со спины. Следом подскочивший Атрей и с налёту добавил своим топором, разрубив Ирредесу ключицу. Монстр, притворявшийся чародеем, взревел ещё сильнее. На этот раз, ему было по-настоящему больно. — Цири, не вынимай меч! — крикнул ей Атрей. — Но… Не успела девушка закончить, как полубог обхватил фрагмент меча, торчавший из спины высшего вампира и, напрягая мускулы, загнул его вертикально фактически пришпиливая чудовище к Ирредесу. Кровосос, поняв, что теперь он в ловушке, попытался вырваться, превращаясь в клубы угольно-чёрного дыма, но что-то, помиво загнутого меча, мешало ему трансформироваться. Ирредес же резко напружинился и стал медленно увеличиваться в размерах. Лицо чудовища вытянулось, а зубы стали коническими. Шокированная Цири осознала к чему всё идёт, приняла единственное, как ей казалось, верное решение. Она  обхватила Ирредеса за шею, чуть не столкнувшись лбом с рычащим вампиром и приготовилась к очередному перемещению. Разгадав её действие, Атрей крепче вцепился в рукоять топора. Вспышка зелёным и куча мала из четырёх тел исчезла. ***   Как же хорошо, что я тренировал задержку дыхания! Такова была первая мысль Атрея, после телепортации ибо Цири переместила их всех в океан, причём довольно глубоко под воду! Вокруг группы тут же поплыли воздушные пузырьки. Вампир ещё активнее пытался вырваться, а превращающийся непонятно во что Ирредес схватил Цири за ворот рубахи и отпускать не собирался. Девушка колотила его костяшками кулака в лицо, но добилась лишь того, что от резких движений ткань разошлась, оголив её небольшую грудь. Атрей, выпустив древко, подплыл к ней, ткнул Ирредесу в глаза, вынудив отцепиться от ведьмачки , после чего сразу же ухватил её за ворот рубашки и подтолкнул к поверхности. А сам опёрся ногами в чудовищ, используя как точку опоры, выдернул топор и оттолкнулся от них, догоняя Цири. Оба проследили как Ирредес и пригвождённый к нему вампир, хаотично размахивая руками и ногами, камнем пошли на дно, после чего быстро скрылись в непроглядной бездне, оставив за собой шлейф из пузырьков.   *** Первые лучи солнца опустились на Веленскую землю. Стояла утренняя дымка. Отделавшаяся наименьшими травмами Трисс, поила целебными зельями Йеннифэр и Геральта. Подруге сломали руку и одно ребро, а бывшему возлюбленному обеспечили повреждение внутренних органов и травмирову ладони. К счастью, принятые раннее эликсиры, и её магия, вскоре должны были поставить ведьмака на ноги — Трисс, куда делась Цири? — спросила сидевшая рядом Йеннифэр. — Только не говори, что этот урод её забрал! — Я не знаю, Йен! — чуть не плача воскликнула Трисс. Её руки задрожали. — Они… телепортировались…, — пробормотал Геральт, держась за живот. — Я видел… с ней был какой-то парень… Ирредес… он… Резко дохнуло морем, что-то сверкнуло и на поляну из воздуха свалились два человека. — Дочка! — Йеннифэр, игнорируя боль в зафиксированной руке, вскочила и побежала к лежащим на траве молодым людям. — Трисс… Она почувствовала слегка вибрирующее прикосновение ведьмака. — Геральт, — она бережно сжала его руку. — Даже не думай! После такого удара, ты не отправился за грань только благодаря метаболизму. Тебе необходим покой и точка! Йен сама со всем разберётся.   *** Атрей понимал, что спешная телепортация из морской пучины не пройдёт гладко. И не ошибся. Да, они оказались на той же поляне, среди крутых холмов, но материализовались в паре метрах над землёй. Приземлившись, он  понял, что вжался лицом во что-то мягкое . Оно пахло морем, а изнутри раздавались ритмичные удары словно… И тут до него дошло. Сгорая от неловкости, он поднял голову и увидел перед собой два съёжившихся от холодной воды соска. — Понравилось? — изогнув губы, спросила Цири. В момент падения она оказалась внизу. — А теперь, Атрей, будь любезен слезть с меня. — Прости, — пробормотал он, поднимаясь на ноги и помогая встать своей уже дважды спасительнице. Девушка незамедлительно прикрыла свои выпуклости, насколько это было возможно. — Цири! — Мама! Ведьмачка уткнулась в шею, заключившей её в объятия черноволосой женщины и неожиданно затряслась от плача. Атрей смущённо отвернулся. — Всё позади… всё позади, — шептала ей женщина. — Мы сделали это! — чуть успокоившись, ответила девушка. — Мы их утопили! — Мы? —  повернулась Йеннифэр и только  сейчас заметила стоявшего рядом Атрея. — Цири… это кто? — Ой… это долгая история, — девушка вытерла слёзы и подошла к полубогу. Атрей заметил, как она ему подмигнула, и сразу понял, что от него хотят. Вздохнув, он приветственно протянул руку чародейке: — Ég heiti Atreus. Og þú hlýtur að vera húsfreyja, Yennefer? Йеннифэр уставилась на него с полной обескураженностью. Не меняя выражение лица, она медленно повернулась к Цири. — Я же говорю, долгая история! — весело сказала ведьмачка, отжимая мокрые волосы. — Его зовут Атрей. Мы… познакомились час назад, но уже успели друг друга выручить. Он прибыл издалека. Очень издалека. — Пожалуй, — произнесла Йеннифэр и пожала полубогу руку. Она уже успела немного просканировать мозг парня и убедилась, что он им не враг. Атрей подметил, что у чародейки крепкое рукопожатие. — А где твой меч? — заметила пропажу Йеннифэр. — Остался в том… существе, — скрестила руки Цири. — Что это была за тварь, Йен? Никогда таких не видела! — Не знаю. И знать не желаю. Думала, что он просто сильный маг, но после такого… Говоришь ты и… Атрей отправили его на морское дно? Хорошо! — чародейка мстительно усмехнулась. — Пускай давление раздавит его в лепёшку. А по поводу меча не переживай. Я знаю одного оружейника в Мариборе, мастера Орта. За горсть драгоценных камней он  на заказ сделает первоклассный клинок. — Спасибо. А то без меча, я себя чувствую… будто черепаха без панциря. — Ладно, мальчишки и девчонки, — посмотрела на обоих Йеннифэр. — Мы тут болтаем, а Геральт и Трисс уже дышать забыли от нетерпения. Цири чуть не прыснула, когда увидела как Геральт и Трисс посматривают на их компанию, параллельно о чём-то переговариваясь. — Пойдём, — Цири поманила Атрея, снова заговорив на латыни. — Познакомишься с остальными. — Я так понимаю, это и есть тот беловолосый ведьмак? — показал парень на Геральта. — Он самый. Но ты не бойся, — подмигнула ему девушка. — Вы поладите, я уверена! *** Если бы кто-то, ранним утром, решил прогуляться по мысу Пейкс де Мар, покрытого желтоватым песком и зелёным подлеском, состоящего из из елей и пихт, если бы кто-то всматривался в бескрайнюю гладь Великого моря, то увидел бы как к берегу бок о бок летят чудовищных размеров дракон неизвестной породы и близкий размерами у человеку, но не менее монструозный крылатый гуманоид. Но никто в первое июльское утро тысяча двести семьдесят второго года не ходил по берегу Пейкс де Мара. И не мог этого видеть. Чешуя дракона была черна как смоль, а пылающие яростью глаза имели цвет плавленого золота. Гуманоид же выглядел как омерзительный гибрид орниторептилии и огромного нетопыря. Когда оба чудовища добрались до побережья, дракон бессильно рухнул, оставляя в песке глубокие борозды. Земля при этом сотряслась едва ли не на милю вокруг. Крылан приземлился куда осторожнее, но было видно. Что и он едва держится. Отдышавшись раскатистым рокотом, дракон сомкнул веки, на мгновение замер и начал стремительно уменьшаться. Нетопырь тоже решил принять более близкую к человеческой форму. Прошло меньше минуты и вот  на берегу уже  лежат двое полностью голых мужчин. Один был смуглолиц и мускулист, а другой словно в противовес бледен как смерть и худ. Но не менее силён и вынослив. ***   Солнце уже полностью осветило берег. В кронах елей шелестел ветер, спугивая птиц, вынуждая тех с криком перелетать с место на место. Ирредес подкинул ещё веток в костерок, который они с вампиром рискнули разжечь. Хоть он и был полубогом, невосприимчивым к жаре и морозам, но от банального комфорта никогда не отказывался. Собственное спасение из океанской пучины, а заодно и кровососа, которого сумел телепатически убедить действовать сообща, стоило ему немалых жизненных сил. Потому они и сообразили костёр вручную. У полубога не осталось сил даже на самую примитивную магию. Гениталии Ирредес  прикрыл связкой из листьев. Вампира же, похоже не смущала ни его нагота ни собственная, поскольку он продолжал расхаживать полностью обнажённым. Ирредес устроился поближе к костру и то и дело ковырял песок пальцами ног. — Не слабо он тебя рубанул, — раздался низкий голос. — Что? — поднял голову полубог. — Тот парнишка с рунами на коже, серьёзно тебя по плечу угостил,  — высший вампир указал собеседнику когтистым пальцем на красный рубец, тянущийся от правой ключицы до лопатки. Ирредес поморщился и пощупал опять начавшую кровоточить рану. Он и сам не понимал, почему именно этот удар так плохо заживает. От атак девчонки и ведьмака уже давно ни следа не осталось. Кое-какие мысли на этот счёт у него были, но Ирредес отметал их как невозможные. С вампиром они говорили на Старшей речи, ибо тот либо не знал, либо плохо помнил людские языки. — Сам виноват, — ответил полубог. — Цирилла уже была у меня в руках, потому расслабился и как идиот поверил в сказку про слабоумного островитянина, разумеется случайно, оказавшегося вместе с девчонкой. — Беленькая змейка, — иронично улыбнулся Ирредес. — Между прочим, у него такая же вкусная кровь как у тебя, — подметил вампир. — Говори яснее, будь любезен. — Это трудно объяснить вашими понятиями… Когда я из него пил, то ощутил такой прилив сил, словно осушил парочку людских деревень, — глаза вампира блаженно закатились. — Были времена… И после твоей крови было точно такое же чувство. Ирредес посмотрел на свой рубец и глубоко задумался. Да нет… Такого быть не может! — А что, собственно, ты делал в тех развалинах? Жил? — решил сменить тему полубог. — Если бы! — зубы кровососа опасно заострились. — Это проклятые ruharn Старейшины, позор нашей плоти, решили меня так наказать за «опасное привлечение ненужного внимания»! Сперва двести лет держали в Тесхам Мутна, а потом договорились заживо замуровать в другой тюрьме…. Который сейчас год? — вдруг спросил он. — Понимаю, —  с лёгкой улыбкой кивнул Ирредес и начал объяснять. — Что ж, я понятия не имею, как ваша раса ведёт летоисчисление, но с момента Сопряжения Сфер, а именно тогда вампиры попали в этот мир, миновало пятнадцать веков. Могу предположить, ты был именно из тех кровопийц-первопроходцев. И если утверждаешь, что сидел в этом Тесхам Мутна лет двести, то получается, ты провёл в заточении тысячу триста годиков. Вампир отреагировал на эту новость гневным сжатием губ. — Немало, — сказал он. — Даже по нашим меркам немало. — Ну…теперь ты свободен, — констатировал факт Ирредес. — Не без участия пепельноволосой девки, и её загадочного… заступника, — полубог снова потрогал сильно зудящую рану. — Как будешь распоряжаться таким подарком судьбы? — Пока не знаю. Прежде всего, хотел бы отыскать каждого из трёх Старейшин и выпить досуха этих трусливых мышат, — прорычал вампир. — А потом… потом, найти способ вернуться домой. В родную сферу, из которой нашу группу изгнали. Там тоже остались несколько не вспоротых глоток. Не знаю как сейчас, но тринадцать веков назад эльфы умели скакать по мирам как никто. Ирредес внимательно слушал, запоминая каждое слово. Полубог долго глядел на вампира, после чего спросил: — Знаешь, я ведь тоже хотел побывать в других мирах, — поднял он голову, глядя на небо. — Хоть и мои цели… несколько отличаются от твоих. Но, в любом случае, мы можем друг друга выручить. Вампир загадочно уставился на него. В его взгляде читалось требование объясниться. — Видишь ли, та пепельноволосая девушка, которую ты наверняка разглядел, носит в себе колоссальный магический потенциал — Старшую Кровь. Она даёт ей возможность свободно перемещаться во времени и пространстве. Где захочет и когда захочет. — Хм… от неё действительно пахло как от эльфов. Уж, не поэтому ли ты за неё так держался там под водой? — Да. Скажу без хвастовства, я последний в этом мире кто по-настоящему понимает, насколько ценен её Дар. Получив Цириллу, я бы смог изучить интересующие меня вещи. А ты вернуться в родной мир и отомстить обидчикам. Но, вынужден предупредить, что в силу… определённых обстоятельств быстро это осуществить невозможно. Зато, пока я разгребаю свои дела, могу также помочь тебе отыскать так называемых Старейшин. Так сказать, в качестве признательности. А заодно поставлять нужные порции гемоглобина, в том числе своего. Долгое время тишину нарушали лишь плеск воды и потрескивание костра. Вампир долго обдумывал слова нежданного союзника. С одной стороны, ему не хотелось от кого-либо зависеть, а этот Ирредес явно не так прост, хоть и кровь у него была действительно великолепная. Но естество требовало, как говорят люди, закрыть гештальт. А с его кровью, он и в правду мог стать сильнее. В конце концов, вампир принял решение. — Хорошо, красавчик. Ты меня убедил. Но ведь от меня ведь требуется что-то взамен, верно? — Только навыки идеального хищника, дарованные природой. И обязательство не нападать на других моих союзников. Как по мне, идеальная сделка. Я Ирредес аэп Аддандейт. Полубог поднялся и протянул руку. — Хагмар. Хагмар ваир Хильдегард. Мужчины обменялись рукопожатием.