6. Новое начало

"...— Перевал Эльскердег, — Бореас Мун повернул вертел и прервал неловкую тишину, — место, действительно пользующееся не самой лучшей славой. Я тоже видел кости в кострах, скелеты на кольях. Повешенных на деревьях. Здесь полным-полно диких жестоких культов. И существ, которые только и ждут, как бы тебя сожрать. Кажется..."

Анджей Сапковский, "Владычица озера"

Огненные горы, к востоку от Тир Тохаира, декабрь 1299 года. Двадцать четыре года спустя после Ночи Длинных Клыков. Прохладный ветер всколыхнул покрытые снегом верхушки древ. Со стороны бурелома раздались крики испуганных птиц, взлетевших над кронами навстречу ночной тьме. Высокий, очень бледный мужчина с молочно-белыми волосами и орлиным носом повернул голову, наконец-то обнаружил источник запаха. Его алые глаза, неестественно блестели в лесном мраке. Высший вампир узнал запах, но всё равно ощутил укол сомнения. Информаторы были проверенными, он работал с ними не первый год и в послании написали уверенно: сегодня объект будет двигаться по этому тракту, через Огненные горы. Но что если треклятые маги ошиблись? Хагмар ещё с минуту размышлял, застыв словно идол, после чего повернулся к сидевшему рядом чародею-уриаши: — Они почти здесь. Прикажи своим тихо продвигаться к перелеску двумя группами, но пусть не вздумают выходить на дорогу до моего сигнала! Первоочередная цель —рыжая шлюха Ведунья. Вперёд! Уриаши, незамедлительно спустился к притаившимся в зарослях, и подрагивающих от холода, дюжине семифутовым рогачам, вооруженных похожими на фламберг мечами с волнообразным клинком да джеридами, висевших на поясе. Тяжёлые наконечники копий и лезвия мечей были покрыты рунными камнями, специально созданных для борьбы с магами. Кожа у уриаши была разных оттенков: от бронзового до тёмно-серого, а волосы белыми. Суровые, уродливые по людским меркам лица, с пугающе хладнокровным взглядом и широкими ртами, заполненных коническими зубами, придавали им сходство с огроидами. Но уши заострены как у эльфов. По оценкам учёных и магиков — этот народ был результатом некоего древнего генетического эксперимента. Колдун передал приказ вампира, и уриаши поспешно двинулись сквозь сугробы и мёрзлые заросли, то и дело недовольно перешёптываясь на родном, гортанном языке. Когда они разговаривали, из их вырвалось облачко пара. Меньше чем за минуту гиганты заняли нужные позиции, устроившись таким образом, чтобы можно было без промедлений закидать противника копьями. Хагмар принял форму пульсирующего чёрного тумана, тенью преодолел лес и материализовался на тракте, вдыхая воздух, и внимательно изучая следы на щербатых плитах. Ни один человек, эльф или краснолюд не смог бы ничего различить на открытой земле при такой темноте, но для высшего вампира, обладавшего невероятно острым чувствами, что с годами лишь усиливаются, даже самый слабый световой блик был подобен свече в подземелье, поэтому кровосос подмечал все детали, попадавшие в его поле зрения. Ваир Хильдегард, в отличии от большинства сородичей, не любил использовать собственные когти в бою, поэтому обнажил, пристёгнутый к поясу, двуручный меч с клинком из неизвестного металла и особо сконструированным, зубатым лезвием. Легенды его народа гласят, что раны, нанесённые подобным оружием нельзя залечить. Кровь будет сочиться, пока не вытечет вся до капли. Даже уриаши не имели возможности видеть в темноте так же хорошо, как вампир, а потому передвигались неуклюже, порой практически на ощупь, то и дело задевая мечами кусты либо друг друга. Помимо свиста ветра, ночную тишину прерывал скрип снега и треск ломающихся веток. Неожиданно, оглушительно крича жуткими голосами, над отрядом промчалась стая козодоев. Рогачи замерли в недоумении. Козодои? В середине декабря?! Воины принялись горячо обсуждать уведенное, даже не пытаясь понизить голоса. Хагмар мгновенно материализовался рядом с ними и угрожающе рыкнул, обнажив полный комплект хищнически острых зубов. Уриаши мигом перестали спорить и опустили голову, стараясь не смотреть в глаза вампиру. Монстр с отвращением отвернулся и в форме тумана вернулся на тракт. Как же его раздражала необходимость иметь дело с этими сгустками плоти, вкус крови которых он обильно распробовал во времена Сопряжения Сфер! Но ради куда более качественного гемоглобина, которым с ним делился Ирредес, приходилось терпеть. Недовольство Хагмара росло с каждым мигом, ибо луна уже переступила зенит, а значит, он торчит в этих дебрях уже пару часов. И с кем? С распроклятыми уродцами, смрад которых донельзя забил его ноздри. Да весь Эльсгердег пропитался запахом этих тварей! Единственное, что его утешало – это их страх перед ним и отсутствие возможности передохнуть да согреться. Пусть колдун тоже поработает! К счастью, его организм вампира был неуязвим к перепадам температуры. Хагмар отвернулся, прищурил веки и снова принялся внимательно следить за трактом. Снова засвистел ветер, обрушив на вампира снежную пыль и окатив новой порцией дразнящего аромата тёплой крови. Похоже, кто-то из уриашей поранился об обломки веток, что не ушло от внимания одного из опаснейших чудовищ мира. Ваир Хильдегард почувствовал, как вытягиваются клыки, и вампир с рычанием приподнял верхнюю губу. Наконец, он услышал стук подков по камню. — К оружию! Ждите моей команды, — изменившимся голосом приказал Хагмар уриаши. Как же давно он этого ждал! От нахлынувшей эйфории, вампир проделал несколько молниеносных взмахов мечом. Если всё пройдёт так, как они задумали, то скоро Ирредес сможет открыть ArdGaeth и тогда он вернётся в родной мир, дабы свести старые счёты! Желтые глаза уриашей напряженно всматривались во тьму леса, силясь уловить источники тепла. Теперь и до них дошёл стук копыт, а затем, в двух верстах от места засады, замелькали едва различимые силуэты. Трое всадников на великолепных боевых скакунах легким галопом мчались по тракту, прямо в расставленную вампиром ловушку. Наездники подгоняли коней, явно стремясь как можно скорее миновать перевал Эльскердег. Двое ездоков были эльфами, чистых кровей AenSeidhe — с красивыми чертами лица и заострёнными ушами. Оба стройные, с гибкими и сильными телами, подобно нильфгаардским пантерам. За плечами у наездников были композитные луки и колчаны со стрелами из орлиных перьев. Замыкавший процессию черноволосый эльф в кожаной куртке с лиственными мотивами постоянно оглядывался по сторонам, стараясь увидеть во тьме возможную опасность. Его соплеменник, одной рукой держал поводья, а другой освещал путь особым светильником, сделанным из гнилушки и мха, запасы которого она когда-то давно одолжил у дриад Брокилона. Между мужчинами ехала высокая эльфийка с гордым, спокойным и красивым лицом. Длинные киноварно-рыжие волосы выбивались из под подбитого мехом капюшона. Знающая тоже была одета лишь в дорожную куртку, но нарциссово-жёлтого цвета. На поясе у неё висел длинный меч со слегка изогнутым клинком. Через плечо эльфийка перекинула кожаная сумка. Чародейка то и дело на неё поглядывала, желая удостовериться, что ремень не лопнул от постоянной тряски. Едва завидев их, Хагмар в форме тумана скрылся в зарослях. Один из эльфов, тот что был с тёмными волосами, что-то крикнула рыжеволосой AenShaeverne. Хагмар навострил слух. — Это скверное место, госпожа Ида, — сказал он. — Словно… сам воздух чем-то отравлен. — Чем ты удивлён, Галарр, — ответила Ида Эмеан аэп Сивней, легендарная Ведунья. — На этом Перевале полно жестоких культов, не гнушающиеся каннибализмом и человеческими жертвоприношениями. На Скеллиге есть похожий. — И всё равно я чувствую что-то… что-то неправильное. Лучше проехать вперёд и убедиться. — В таком случае, позволь мне. — Нет! Йож дал вам слишком важную миссию, и вам не следует напрасно рисковать. Хотя… я не знаю, чем нам поможет узница, проведшая вплену, в виде статуэтки, почти тридцать лет. — Ни за что не поверю, что тебя волнует исключительно заботы старого бывшего владыки-dh'oine, Галарр, — усмехнулась Ида. — Он ещё не забыл наши ночи в Саовину, — вклинился в разговор второй эльф, похожий на Галарра как брат-близнец. — Ванадайн! — фальшиво возмутилась Знающая. Разрядив обстановку разговором, всадники сменили позиции, и Галарр, прошептав что-то коню, поскакал вперёд, предусмотрительно вложив стрелу в лук. Ни о чём не подозревая, они приближались к месту, где притаились уриаши во главе с чародеем и высшим вампиром. Кто-то из рогачей заметно нервничал, выжидая приказа. Хагмар, тем временем, уже предвкушал скорую расправу, так как прекрасно знал каждого из троицы Сеидхе. Но тут эльфийская чародейка вдруг дёрнулась и посмотрела прямо в то место, где спрятался отряд уриаши. Кони ездоков тревожно заржали и замотали головами. Вампир едва слышно ругнулся. Он забыл, что животные легко чуят ему подобных, а рогатая бестолочь ещё и фонил магией. — Вы тоже это почувствовали? — спросила у спутников Ида. — Здесь явно применяли магию, —ответил Ванадайн, пытаясь успокоить брыкающегося коня. — И недавно. — Не только, —проговорила Ида и кивнула на коня секунду назад чуть не сбросившего свою хозяйку. — Гвинхаар никогда так себя не вёл. К магии он давно привык если только… Знающая охнула и побледнела. В её глазах отразилось понимание. — В галоп быстро! Не оглядывайтесь! — крикнула она всадникам. Эльфы удивились, явно не понимая такой реакции, но спорить не стали и, подгоняя коней пятками, помчались прочь. Ида не отставала. Галарр, которому достался породистый вороной жеребец, вырвался вперед, оставив спутников далеко позади. — Nib-lazixauddugat! Уриаши, опасаясь, что добыча ускользнёт от них, подняв клубы снега, выскочили из засады и выпустили в отставших Иду и Ванадайна тучу копий. — К обороне! — крикнул Знающая, чудом отбив мечом два копья. Но несмотря на её усилия, несколько пик вонзились в Гвинхаара. Конь заржал от боли, споткнулся и рухнул левым боком в снег. — Госпожа Ида! — крикнул Ванадайн и в тот же миг покачнулся в седле. Из его груди наполовину торчал наконечник копья. Чародейка, тигриным прыжком спрыгнувшая с седла погибшего коня, побежала на стащивших обмякшего Ванадайна уриаши, и одним ударом меча разрубил сразу двоих рогачей, окропив снег багровыми струями. Другой гигант метнул в эльфийку копьё, но та на лету перехватила оружие и, крутанувшись, кинула обратно в владельца. Вампир тоже решил включиться в бой и в форме тумана стремительно вылетел из-за дерева, устремившись к развернувшего коня Галарру. Хагмар материализовался прямо перед скакуном, неуловимо взмахнул мечом, вкладывая в удар силу обеих рук. Голова вороного взлетела и приземлилась за много метров от тела. Из разрубленной шеи фонтаном хлынула кровь. Галарр даже не успела защититься, как вампир в прыжке вырвал всадника из седла и впился в шею. Эльф вскрикнул, по его телу пробежала судорога. Галарр отчаянно принялся бить Хагмара кинжалом по груди и животу, но для кровососа это было не больнее иглоукалывания. Меньше чем за полминуты, руки Галарра обвисли канатами и Хагмар небрежно отпустил безвольное тело эльфа, упавшее на мёрзлые плиты. Тыльной стороной ладони вампир вытер кровь с губ и обернулся на звуки боя. Ида Эмеан яростно уродовала мечом, поражая гигантов одного за другим. Некоторых она била жуткими заклинаниями, заставляющие конечности воинов лопаться словно томаты, буквально купаясь в их крови. Не просто так эльфийка считалась одной из сильнейших чародеек этого мира. То и дело раздавались пламенные вспышки и земля с грохотом вздымалась, испаряя снег и лёд. Это чародей уриаши пытался на расстоянии поразить по кошачьи подвижную Иду. Одно за другим, изуродованные тела гигантов падали на землю. Однако, рогачи сумели добраться до тяжело раненого Ванадайна, пока другие их собратья отвлекали колдунью. Сопротивлявшегося эльфа буквально изрубили мечами на куски. Ида отчаянно пыталась пробиться к нему, но уриаши плотно обступили её. Эльфийка поняла, что их было слишком много даже для неё. — Не дай ей сбежать, тупорылое ты мясо! — крикнул, буквально подлетевший к уриаши, Хагмар. — Эмеан необходимо взять любой ценой! Услышав приказ вампира чародей сменил позицию и, крепче сжав дланью посох, принялся напевом зачитывать заклинания. Крик полный боли и ярости вырвался из уст Иды, после чего она взмахнула рукой. По земле прокатился гул, а десяток уриаши отшвырнуло кинетической волной. Знающая, воспользовавшись поднявшейся от магии снежной пылью как временным укрытием, спрыгнула с тракта в лесную чащу и устремилась вниз по склону. Уриаши быстро встали на ноги и помчались следом сквозь заросли, пытаясь догнать беглянку. Хагмар содрал с себя бардовый дублет, обнажив поджарое как у бегуна тело, прикрыл глаза и в следующий миг из его спины, там где располагались лопатки, выросли два чёрных кожистых крыла. За многие столетия практики, вампир научился частично трансформироваться в крылатую форму, чем периодически пользовался. Несколько взмахов и вампир взмыл в воздух, и принялся кружить над кронами деревьев. Осмотрев долину, он заприметил небольшой утёс, рядом с трактом. Обдумав пришедшую мысль, вампир сложил крылья и спикировал к догонявшему сородичей чародею, налету отдавая новый приказ: — Телепортируйся вон на тот выступ, и придумай как изолировать округу радиусом в четверть мили. Рыжую суку, я беру на себя. Гигант сделал всё как велел Хагмар. Оказавшись на выступе, уриаши воздел посох в небо и прокричал формулу: — Ayne verseos Enye! Из посоха мага тут же стали вылетать ослепительные лучи света, хаотично падая по всему лесу. В каждом месте, куда попадал луч, грохотало как при ударе молнии и тут же вспыхивали языки пламени. Уриаши, выпучив глаза от напряжения, водил посохом влево и вправо, выжигая один участок леса за другим, пытаясь создать таким образом огненное кольцо вокруг того места, где они с вампиром организовали для Иды Эмеан ловушку. Тут и там возникали языки пламени, с треском пожирая деревья и листву. Вскоре начало казаться, что по чёрно-белым холмам Эльскрдегского леса расползся колоссальный огненный змей. Вампир удовлетворённо качал головой, тёмной фигурой паря в небе, и высматривая траекторию бегства своей цели. В какой-то момент чародей потерял контроль над испускаемой посохом магией, и лучи начали стрелять в те места, где находились гиганты. Хагмар и в небе услышал их истошные вопли, полные боли, а потом сквозь ветви деревьев увидел, как сразу три луча ударили по утёсу, где стоял чародей, и ошмётки уриаши разметало по тракту вместе с кусками скалы. Оставшиеся в живых рогачи продолжали гнаться за чародейкой, пытаясь загнать в тупик. Она с невероятной грацией петляла по лесу, уворачиваясь как от потоков огня, так и от копий уриаши, пока не выбежала на небольшую полянку прямо над которой парил Хагмар. Вампир рассчитал траекторию, сложил крылья и молнией спикировал, приземлившись точно перед эльфийкой. Ида резко остановилась, и материализовала в руке посох со светящимя набалдашником. Другой рукой, она продолжал прижимать сумку, перекинутую через плечо. Вампир и Знающая прожигали друг друга ненавистным взглядом. Шум голосов нарастал, равно как и треск разрубаемых зарослей. На поляну выбежали враны, окружив Иду плотным кольцом, отрезав всякие пути к отступлению. — Игры кончились, госпожа аэп Сивней, — с ухмылкой сказал Хагмар и с хрустом втянул крылья обратно в спину. — Может, подойдёшь ближе? – с вызовом ответил Ида. — Хоть шаг, тварь, и я сотру эту улыбку с твоего лица! — Как не стыдно, дорогая Знающая? Хотели произвести впечатление? — вампир насмешливо обвёл взглядом присутствующих, — Увы, здесь нет пылких эльфов-молокососов. Уриаши дружно засмеялись хриплыми голосами. — Вернее, — продолжал издеваться Хагмар, — больше нет. Знали бы вы, насколько шикарной у того темноволосого мальчишки была кровь. Как понимаю, вы весьма неплохо знали друг друга? Да, я почувствовал это когда осушал его тёплое тельце кварт за квартом. Ваш запах, моя дорогая, — вампир жутко ощерил зубы, — остался на его коже. Смех постепенно утих, и гиганты опасливо переглянулись. Им слишком хорошо был известен этот взгляд… И интонации в голосе командира. В глазах Иды отразилось отчаяние перемешанное с желанием испепелить кровососа. Знающая уже было собралась атаковать Хагмара, но сразу же осеклась, вспомнив о сумке. К тому же, она несколько дней не спала, была измотана битвой. Даже у неё не было никаких шансов против высшего вампира, заставшего эпоху Сопряжения Сфер. Посох растворился в воздухе и чародейка гордо выпрямилась. Хагмар клокочуще засмеялся и стал медленно подходить к Иде, наслаждаясь её безвыходным положением. Позади них ревело пламя, разгулявшегося пожара, наполняя небо чёрным дымом. — А я так надеялся, что мы потанцуем под лунным светом… Ну что застыли? — обернулся вампир уриаши. — Берите её! Ида только этого и ждала. Как только уриаши плотнее обступили эльфийку, она сложила пальцы в знак и яростно выкрикнула формулу, ударяя кулаком в землю. Телекинетическая волна огромной силы прокатилась по поляне, сметая гигантов прочь. Хагмар на миг растерялся, но успел принять форму тумана. Долю секунды спустя, он попытался ударить Знающую мечом, но чародейка встретила его кулаком в лицо, усиленным магией. Вампир схватился за голову и зашатался, а Ида, пользуясь выигранным временем, быстро извлекла что-то из сумки, после чего отшвырнул её в кусты. Чародейка на секунду задержала взгляд на миниатюрной нефритовой фигурке молодой женщины. Ида поднесла её ко рту, нараспев что-то прошептала, а затем взмахнула свободной рукой. Воздух заклубился, вспыхнуло, и в метре от мужчин образовался круглой формы портал, светящийся зелёным. — Стой! — крикнул оклемавшийся Хагмар и прыгнул на Иду в попытке прервать задуманное, но опоздал. Знающая швырнула фигурку в искрящее нутро портала, и та скрылась в нём перед тем как тот с хлопком исчез. Обессиленная, Ида упала на снег. Слишком много сил ушло на вычисление столь далёких координат. Исторгнув яростный рык, которому позавидовал бы дракон, Хагмар принялся избивать эльфийку, переломав в процессе несколько ребёр, руку и сломав нос. Затем поднял оброненный меч и в неистовстве искромсал стволы ближайших деревьев, засыпав себя же бусинками льда и снега. Услышав стоны дизориентированных уриаши, вампир метнулся к ним и убил одного за другим. Четверых он просто изрубил как трухлявые пни, парочке вспорол животы, голыми руками вырвав дымящиеся внутренности, а у остальных выпил всю кровь, как недавно поступил с Галарром. Утолив жажду крови и ярость, Хагмар отбросил безжизненное серокожее тело и вернулся к дёргающейся в судорогах Иде. — Повезло тебе, шлюха, что твои знания нужны Ирредесу… Как и мне. Стиснув бледные длинные пальцы, вампир злобно смотрел на искалеченную чародейку. Та ничего не ответил, лишь продолжала с хрипом выдыхать холодный зимний воздух. На губах женщины то и дело возникали кровавые пузыри. Очевидно, он перестарался и одно из сломанных рёбер пробило лёгкое. Хагмар, на всякий случай, осмотрел место, где недавно горел портал, после чего стал обыскивать тела уриаши в поисках зелий для ускорения регенерации тканей, которые он же сам и сделал. Найдя нужные склянки, с ярко-голубой жидкостью, он вернулся к Иде. — Ну уж нет, — прошептал вампир, удерживая Знающую за капюшон и вливая зелья в рот. – Ты сдохнешь только когда, я тебе это разрешу. Ида проглатывал лишь половину, расплёскивая остальное по снегу, но Хагмар знал, что даже этих крох будет достаточно. Убедившись, что в сумке эльфийки больше ничего нет, вампир без особых усилий водрузил себе на плечи чародейку и бегом поднялся по склону обратно на тракт. Среди уже начавших остывать тел, стоял притаившийся в чаще конь одного из эльфов. Хагмар, при помощи воздействия на разум, заставил того подойти к нему, привязал Иду к седлу, параллельно нашёптывая коню слова на родном языке. Подняв голову вверх, Хагмар воздел руку к звёздам, словно призывая кого-то. Сразу же с одного из деревьев с карканьем спорхнул ворон, приземлившись прямо на ладонь вампира. Ваир Хильдегард прошептал птице свою просьбу и тот, не раздумывая, упорхнул в ночь. Прежде чем солнце взойдёт, ворон принесёт весточку одному связному в Боклере и из Молонариса за ним пришлют чародея. Хагмар запрыгнул на одурманенного скакуна и помчался в сторону имперской границы, оставляя позади трупы и выгорающий дотла лес Эльскердега.