Глава 10.

С того ужасного вечера прошло пару дней. Полина не появлялась в школе, да никто и не интересовался её состоянием. Милену и Айгуль напрягало это. После уроков они решили сходить к ней домой и узнать, про состояние подруги. Уже в подъезде они остановились, прежде чем постучать. Переглянулись. — А если не откроет? — Откроет. Мама у неё же не работает, ты знаешь это, значит хотя бы она да откроет. — Давай тогда. Айгуль постучала в дверь, смотря на подругу. Девочки стояли в ожидании, что двери откроет Полина и они поговорят с ней, попытаются поддержать. Однако двери им открыла мама девочки. — Вам чего? — Полина дома? — Нет её. Чего приползли? В больнице она. — Что случилось? — Умом тронулась вот и увезли. Чего глазки то забегали? Это ты мою девочку довела в весь этот ужас! Она всё твердила мне про изнасилование! Эмоции её матери было невыносимо сложно описать, ведь всё смешивалось в одну кучу, непонятную массу. Гнев и отчаяние боролись за первое место, не давая сосредоточиться. Из-за чего внешне эмоции вовсе не показывались. Но это только на секунды. Буквально в тот же момент она подорвалась с места, намереваясь ударить Милену. Видимо самая ужаснейшая его эмоция взяла вверх. Агрессия, то, что он никак не может удержать в себе. Нервов не хватало и ни на один вздох. Вся энергия и разъярённость, переплывала в кисти рук, которые горели от желания уничтожить ими что-то. Пальцы судорожно дергались и постепенно сжимались в кулак. — Вы что делаете? В какой она больнице? Скажите уже! Он даже не давал сказать и слова сразу, начиная затыкать и выплескивая все на невинную блондинку. Так же ни раз он замахивался, собираясь ударить её, но хоть не делать этого у него хватило ума. — Проваливайте отсюда! Это вы загубили ей жизнь! Вы отправили её в психушку! — Женщина истерично прогоняла двух девочек, что просто хотели узнать что да как с Полиной. — Пойдём отсюда лучше. До добра это не доведет. — Да уж. — Будьте вы прокляты, твари! Они забежали в старый лифт и поехали прочь отсюда. Выходя на улицу, девочки стали бурно обсуждать произошедшее. — Думаешь, что она в психушке? — Так она же сама про это сказала. Бедная Полина... — Я думаю, что навестить нам её не позволят. — Ты права. Нужно ждать, может там ей помогут. — Будем надеяться. Ладно, мне домой надо. — Увидимся. Они расходятся в разные стороны. Милена добирается до дома и стремительно раздевается уже дома. На кухне снова кто-то сидел. Это была инспекторша ПДН. — О, явилась. Садись, разговор будет долгим. Они обсуждали ситуацию, что произошла с отцом Редучевой, параллельно упоминая про ужасное поведение своей дочери. Разговор продолжался на протяжении пары минут, потом же Ирина попросила выйти родителей девочки и поговорить с ней наедине. — Ну, Милена... Ты вроде бы примерная девочка, учишься хорошо, скрипкой владеешь отлично. В чём проблема? Девушка говорила без всяких наездов, спокойно и рассудительно, просто констатировала факт. — Мама твоя сказала, что с группировщиком и ты общаешься. Как так получилось? — Какая вам разница? Как это связано? — Если это он избил твоего папу, то он должен быть наказан. Ты можешь помочь восстановить справедливость. Я уже и не говорю про твою подругу Полину. Её тебе тоже не жаль? — Жаль, но никто не виноват в этом, тем более она. То животное, получит по заслугам. — Почему такая уверенность? Сейчас время страшное, на улицу сама не выйдешь, мало ли что. Говоришь, что получит он? Полину твою выставляют виноватой. Всем на это дело фиолетово. — Как вы вообще можете так говорить!? — Это не моё мнение, а мнение всех. Я лишь пересказываю их слова. Да, приличная милая девочка, отличница, с людьми добра, жаль, правда. Но без чётких доказательств мы не сможем его задержать. — Это просто какой-то ужас. Вы должны выполнять свою работу. — Знаю. Так что, кто тот парень? Ирина была уверена, что заговорит девчонку и информация сама слетит случайно с её губ. — Я ничего не скажу. — Очень зря. Не ту сторону ты выбираешь, Милена. — Вам пора. Редучева уходит к себе в комнату, а родители провожают инспектора. Блондинка забивается в угол, притягивая к себе колени. Её это всё травмирует не меньше, чем отца и Полину. Ей было грустно от мысли, что всё это из-за неё. Ведь возможно, если бы она не начинала ничего с Валерой, то всё было бы нормально. Бросить его она не может, слишком любит, что жить не сможет без него. Она заплакала. Это невероятно глубокое ощущение пустоты, которое проникает в каждую клетку тела девушки, словно туман, окружающий её со всех сторон. Душу бедной девицы уже разрывает на части от отчаяния и разочарования, ведь фактически виновата во всём была она. Она понимала, что ни к чему успешному не приведут их отношения с Валерой, но все равно выкидывала из головы мысли о расставании. Не сможет она без него уже. Даже сейчас, ей хотелось прижаться к нему, чтобы успокоиться, но рядом его не было. Из соседней комнаты доносились крики, подходящие на ссору родителей. Так оно и оказалось. Чтобы не терпеть всего этого и не попасть ненароком под раздачу, Милена стремительно одевается и покидает квартиру без всякого разрешения. У подъезда она сталкивается с Валерой, которой видимо и направлялся за девушкой. — О, я как раз к тебе. — Не ожидала. — Ты расстроена? Турбо подходит к своей возлюбленной, обвивая тонкую талию аккуратно, не спеша. — Что ты, нет-нет. Всё нормально. — В ДК пойдёшь со мной? — Сейчас? — Ну да. — Я в школьной. Мне переодеться бы. — Я же говорю, что ты в любом виде как принцесса из сказки. Улыбка на его лице, которая сводит с ума, кружит голову. — Ну ладно, идем. Они шли молча, лишь изредка перекидываясь фразами. Дойдя до ДК они как обычно оставили верхнюю одежду в гардеробе и прошли вглубь. Среди толпы она видела знакомые лица. Универсамовские уже были здесь и тоже расслаблялись, отрываясь по полной. Наконец-то погружаясь в атмосферу дискотеки, Милена сдружилась с другими девочками и они танцевали вместе, хихикая и что-то обсуждая. Валера отошел выпить со своими куда-то на второй этаж. Сегодня у какого-то важного человека было день рождение, они поэтому и притащили сюда выпивку. И под видом небольшого праздника решили прибухнуть, чтобы не выгнали за распитие. В принципе всё шло замечательно. Каждый здесь веселился, напивался, кто-то даже заводил новые знакомства. Проходит где-то час, прежде чем Милена наконец сталкивается с Турбо. Она решила пойти в уборную, чтобы обмакнуть лицо холодной водой, было жарковато. Как раз таки перед дверью она и столкнулась с ним. Того слегка пошатывало. Заметно, что он напился. Не до упаду конечно, но был пьян. Милена решила не обращать внимания и зашла за дверь, что тут же открылась следом. Валера зашел внутрь и закрыл её на защелку. — Что ты... Она не успевает договорить. Парень в порыве страсти прижимает её поясницей к раковине, сжимая точеную талию так сильно, что тут уже даже о контроле и речи не шло. Турбо целовал без намека на нежность, кусал родные губы, смаковал их требовательно, чувствуя своё превосходство над Миленой. Она невольно прикрыла глаза, чувствуя сейчас всё настолько остро. Ощущения отражались на лице, покрывая его малиновой, пылающей краской. Одной рукой он подцепляет ногу девушки и закидывает себе на бедро, тем самым старовясь к ней еще ближе. Внезапный стон в его губы заставляет желать большего, чем нужно. — Валера... Он не обращает внимания, целует так беспощадно, позабыв о том, что он не в состоянии. Когда Турбо пил — это запоминалось надолго. Если его хоть капельку кто-то разозлит, мало не покажется никому. Было пару таких случаев, что он набил морды двум тваринам. И ещк один случай, когда он чуть не сорвал всю свою агрессию на девчушку. — Подожди... Остановись. Требовательные поцелуи смещаются на шею, ускоряя темп поцелуев еще больше, спускаясь всё ниже. Руки пытались забрать школьное платье, дотронуться до нижнего белья. Миниатюрные руки уже упираются в его часто вздымающуюся крепкую грудь, пытаясь отодвинуть от себя. Страх. Он овладел ей. Голубоглазая понимала, что это так не может продолжаться. Слишком уж он много себе позволил. — Валера, прекрати! Хватит!   Живот  скрутило, появились неприятные покалывания, заставляя девушку слегка согнуться в теле и опереться на ближайшую стену. Мысли путались, ноги подкашивались, а руки заметно дрожали, в голове девушки крутилась лишь одна мысль, валить отсюда, подальше от него, как бы ни хотелось расставаться сейчас. Его сильная рука обхватывает хрупкую шею девушки, сжимая посильнее, удерживая рядом, пока вторая рука шарит где-то под платьем, пытаясь избавиться от бюстгальтера. Воздуха катастрофически не хватает, но она бессильна против него. Она не сможет дать отпор. Резкий, отчётливо устремившийся взгляд по всем углам помещения, стараясь найти точку отвлечения, дыхание участилось, став отрывистым, а затем и вовсе сбилось. Буквально недавно спокойные, положительные эмоции в миг сменились оставляя за собой жгучие покалывания в груди. Ощущения не из приятных... На лице играли эмоции страха и впечатление небезопасности. — Мне больно... Она разочаровалась в нём. Она знала, что ни за что в жизни, никогда, не причинит он ей боль. Оказалось, не так уж всё и радужно. Не хотелось этого делать, но собрав всю волю и силу в кулак, она ударяет парня между ног коленом. Пользуясь моментом, выбегает отсюда прочь. В след лишь слышит какой-то мат. Это действие сильно разозлило Турбо. На данный момент, не намерен он оставить это просто так. Девушка хватает шубу и по пути застегивает пуговицы на ней. Зимний вечер окутывал её тело пронизывающей прохладой, а взгляд расфокусирован. В глазах всё плывет из-за слёз. Блондинка вдыхала мороженую свежесть, которая наполняла её лёгкие. Внутри всё разрывает из-за поступка Валеры. Она же доверяла ему... В каждом своём вдохни она ощущала живительную силу зимы. Снегопад был сильным, снег валил прямо в лицо, смешиваясь с слезами, на мокрых щеках. Тишина, прерываемая только громкими характерными всхлипами с хрустом снега под ногами. Редучева чувствовала пустоту, но при это её до сих пор трясло. Быстрый шаг сменяется на бег. На пороге дома её тоже никто не ждал. Разве что родители, которые начали орать и устраивать скандалы ни с чего. — Опять по своим гопникам скакала? Не стыдно тебе? Чего ревешь, дура? — Отвалите от меня! Достали вы меня уже! Она хлопает дверью в свою комнату и утыкается в подушку, начиная громко рыдать. Хлеще, чем на улице. Родители продолжают ругаться с ней, не обращая на истерику своего ребенка. Им было наплевать на её чувства. Им нужна была дочь, которая будет отлично учиться, прибираться дома, помогать, не будет гулять и грубить родителям. Но она не такая. Она другая. Она смогла раскрыть себя только рядом с Валерой, который так обошелся с ней. Эти домогательства переросли бы во что-то большее, во что-то более кошмарное для неё. Пару минут она просидела в ванной, пытаясь расслабиться, а потом легла в постель, почти сразу засыпая. Утром её разбудил отец, а вот матери похоже не было дома. Она работала. Мужчина по доброму улыбался, поглаживая любимую дочку по голове, как пару лет назад, когда она была еще маленькой девочкой. — Доброе утро, Миленочка. Я тут, тебе кое что принес. Для тебя возможно это слишком, но зато защита и самооборона от таких мразей, — Указывая на свои незажившие оставшиеся раны. — И к нему купил тебе сумку, чтобы удобнее носить было. Она принимает из рук отца красивую сумку, что была идеальной для девушки. Она давно такую хотела, но смотря на цены до сих пор сомневалась просить её у папы. Насторожили слова отца про самооборону. Медленными движениями она открывает сумку и достает оттуда небольшой пистолет. — Он заряжен, но пожалуйста, будь умной девочкой, не доставай его просто так и никому не показывай. — Хорошо... Ходить с пистолетом в сумке было рискованно, но ради своей же защиты. Невольно в голове вспоминается тот момент из кафе «Снежинка», что очень хочется выбросить из головы и забыть, но такое не забывается. Отец обнял дочь, прикрывая глаза, а девочка принимает его «извинения». Её тревожил один вопрос. Ей хотелось разобраться и наконец сделать выводы окончательно. — Пап, а можно вопрос? — Конечно. — Ты же помнишь хоть что-то с того дня? — Помню. — Что ты помнишь? Можешь описать человека, который тебя так? — Только одежда, возможно рост и всё. Она кивает, готовая слушать всё очень внимательно. — У него спортивки были, куртка кожаная с какими-то рисунками, свитер такой, — Мужчина активно жестикулировал руками, пытаясь хоть как-то предельно ясно описать всё. — Ростом он выше меня. Может 180-190. — Господи... До неё доходит всё сказанное, но виду не подаёт. Она не скажет отцу про то, что она знает этого человека. — Я пойду до Айгуль схожу, к вечеру вернусь. — Хорошо, только вовремя давай. Девочка в спешке начинает собираться. Принимает ванну, завтракает, одевается и выходит из дома, при этом взяв с собой новый папин подарок. Она направляется на улицу, чтобы подышать. Хочется разорвать всех вокруг. Этот удар в спину, жестокая правда режет глаза девчонке, заставляя заплакать. Редучева не знает что ей делать. Она лишь садится на ближайшую лавочку и рыдает как не в себя, закрыв лицо руками. Мимо проходит какая-то бабушка, направляющаяся к ближайшему подъезду и тут же не по далеку Милена замечает Турбо, что шел к ней. Сердце пропускает несколько ударов и она забегает в подъезд, хватая в последний момент ручку двери. Вот оно, спасение.