7

                            От лица Вики.        Чикаго.        На душе было не по себе, когда я вновь переступал порог дома. Все наши счастливые моменты с Дэвидом превратились в прах, который я была готова развевал где-то у моря. Он был дома… А я думала что спокойно соберу все вещи и уйду без единого разговора с ним. Но нет. Нам придется поговорить.        Открыв двери, я вошла внутрь. Больше посторонней обуви не было, как и запаха женских духов. В прошлый раз я их не заметила, но когда выбежала из дома то уловила цветочные нотки, которые не были моими. Я и раньше, не зная, что Дэвид изменяет мне чувствовала его, но списывала это все на порошок. Но теперь, зная всю правду, могу с уверенностью сказать, что это были духи Кэролайн. Все было перед моими глазами — доказательства его измены, которая я проигнорировала…        Сняв пальто и повесив его, увидела застывшего в шести шагов от себя Дэвида, который с неким сожалением смотрел на меня. Я же поджала губы, отвернулась. Теперь он сожалеет?! Нужно было думать раньше, а не изменять!        Пройдя рядом с ним, ничего не сказала, молча поднимаясь по лестнице на второй этаж, чтобы собрать вещи Мэтью. Но перед этим вошла в соседнюю комнату где стояло несколько чемоданов. Взяв один из них, открыла, подошла к шкафу и начала складывать одежду сына. Я чувствовала спиной взгляд парня. Он просто смотрел, ни слова не сказав. На глазах выступили слезы. Тяжело сглотнула, вытерев пару сказывающихся капель, поднимаясь и взяв любимую плюшевую игрушку Мэтью. Удивительно, как мой маленький вообще смог заснуть без нее?        Вновь прошла рядом, бросая колкий взгляд на него. Дэвид проговорил, сдавленно, с неким сожалением:        — Вики я не хочу, чтобы ты уходила.        — А я хочу, Дэвид, — сурово бросая на него взгляд, я принялась подниматься на третий этаж. — Я больше не хочу видеть и слышать тебя.        — Вики… Я сделал глупость, но прости меня за это, — его рука обхватила мое плечо, заставляя застыть на предпоследней ступеньке. Я от злости сжала ладони, тяжело сглотнула.        — Я тебя не прощу, никогда! — приглушённо проговорила, резко дернула плечом и пошла дальше. Войдя в нашу спальню, я направилась к своему шкафу, чтобы взять некоторые свои вещи.        — Я люблю тебя, моя дорогая. И я сожалею что изменял тебе. Обещаю, больше этого не повторится, — Дэвид пристроился рядом со мной, обхватывая меня за талию своими руками, хотел обнять, но я отпрянула от него, как от огня. Раздражённо посмотрела, тяжело задышала от подступающей злости.        — А я тебя не люблю! — словно отрывая от своего сердце, пропитывая эти слова той болью, которая бушевала во мне, проговорила, почувствовав некое облегчение. Любила, но теперь нет… — Не люблю, — шепотом вновь сказала, опуская взгляд.        — Не любила? За все наши года? — будто не веря в мои слова, он помотал головой, бросая взгляды по сторонам. Но словно опомнившись, он стремительно приблизился ко мне, схватив за плечи и встряхнул, почти что крича говорит: — Не любила?!        — Отпусти, мне это не приятно, — отвечаю ему, отбрасывая мужские руки. Дэвид сделал шаг назад, услышав меня, смотрел мне в глаза, ожидая ответа на свой вопрос. Его грудь тяжело вздымались. — Любила… — смягчено ответила, чувствуя поступающую боль. Любила… В моей памяти всегда останутся наши совместные прекрасные воспоминания, без недосказанности, без грубостей и где полно любви. — Но не как год. Ты изменился, стал холоден ко мне. Был груб и недоволен всем. Как думаешь, долго бы моей любви хватило на такие отношения? А ты просто трахался с моей лучшей подругой, позабыв о мне…        — Но как вижу, не хватило…        — Замолчи, я не договорила, — недовольно шикнула, обняв себя руками за талию. Грусть и обида заполнила мое сердце, которое начали болеть. — Все изменилось с того момента, когда Анника пришла в наш дом. Знаю, ты зол за то, что я усыновила Лаззора. Но пойми меня, это то, что я хотела больше всего — ребенка, — Дэвид молча слушал меня, присев на кровать, поставив локти рук на ноги, и, опустив голову зарылся пальцами в русые волосы. — У нас всегда разногласия и это было понятно, что нам оставалось недолго…        — Что ты такое говоришь…        — Если измена для тебя не окончательное завершения отношений, то для меня — да. Я не буду терпеть, зная, что ты словно вытер об меня ноги, изменяя. А ещё твои темные дела с мафией? Дэвид, это не серьезно. Бросай…        — Не тебе решать, что мне делать, — холодно ответил, не поднимая головы на меня. Я недовольно поджала губы.        — Вот видишь… — устало слетело с губ. Сделав пару шагов к нему, присела на пол, обхватывая его ладони, убирая. Я взглянула на голубые встревоженные глаза, которые когда-то заставляли меня трепетать лишь глядя на них, но не сейчас… — Нашим отношениям конец, Дэвид. Мы оба виноваты во всем… Я просто хочу остаться для тебя другом, как бы больно после всего не было.        Парень резко спускается ко мне, беря в ладони мое лицо, всматриваясь в него. На глазах выступили слезы. Но я пыталась не плакать. Не сейчас и не в эту же минуту.        — У тебя кто-то есть?        — Нету, — я отвернулась, легко убирая его руки от себя и поднялась. — Мне надо собрать вещи и ехать. У меня ещё много дел.        — Вики.        — Дэвид, я уже все решила. Я ухожу.        Запихнув несколько футболок, я закрыла чемодан и вышла из комнаты. Дэвид провожал меня взглядом, никак не удосужившись даже провести к двери. Я же на последок сказала, чтобы у него все были хорошо, прежде чем закрыть двери.        Я чувствовала себя опустошено. И единственное, что мне хотелось, это поскорее попасть в дом Евы и побыть со своим сыном. И с сестрой и ее дочерями. Хотелось заполнить эту пустоту радостью.        Войдя в дом, меня встретила Холли. Малышка подскочила от радости, увидев меня и обняла. А после на руках с Мэтью подошла сестра. Она улыбнулась мне, но улыбка спала, когда увидела мое поникшие лицо. Но увидев сына, на губах застыло что-то подобное улыбки. Сняв каблуки и верхнюю одежду, оставив чемодан, я подошла и забрала малыша, обнимая его. Мэтью радостно смеялся моим действиям.        — Мама, — проговорил брюнет, заставив сердце сжаться от нахлынувшей новым потоком радости. На глазах вновь застыли слезы.        — Мой малыш, люблю тебя, — прошептала.        — Ему нужно спать, а он не в какую! — весело проговорила Ева.        — Тогда пойдем спать, — хитро прищурилась, усыпаю пухленькие щёчки сына поцелуями. Он смеётся и сопротивляется, словно это игра.        Войдя в комнату, я закрыла двери, начала укачивать его на руках.        — Я хочу переехать, — говорю сестре, присаживаясь рядом. Мэтью долго не мог уснуть, пришлось повозиться.        — Куда? — удивлённо спрашивает Ева, убирая из ног ноутбук и небольшую мягкую игрушку.        — Мы же строим в Нейпервиле новое здание. Перееду туда и займу пост директора, — с улыбкой говорю ей.        — Это здорово, что мне не придется мотаться туда. Как раз присмотришь за ремонтом, — смеясь отвечает сестра. Но улыбка спала, а взгляд стал серьезным. — Как поговорили с Дэвидом?        — Никак, — честно ответила ей. — Он хотел, чтобы я вернулась. Но я этого не сделаю.        — И правильно. Пошел-ка он к черту, — недовольно бурчит Ева, складывая руки на грудь. — И когда же уедешь?        — Думаю, через пару дней. Конечно сначала поеду к Николь, если она согласится, побудем у нее, пока я не найду подходящую квартиру.        — Ей нужно в таком случае позвонить и предупредить.        — Знаю. Позвоню, когда поеду в один детский дом. Как раз сейчас, — бросая взгляд на наручные часы, я переводу взгляд вновь на Еву. — Мэтью не доставляет тебе хлопот?        — Доставляет конечно. Но он послушный и спокойный мальчик. Я и позабыла, что такое маленькие дети, — смеётся, поднимаясь с дивана, Ева направляется на кухню, взяв с собой чашку, которая стояла на небольшом столике.        Улыбнувшись, я взяла свой телефон и направилась к двери. Сейчас мне нужно ехать в детский дом, ведь время поджимало.        Приехав в этот детский дом, я вышла из машины, удивлённо посмотрев вперёд. Эррико Хайдом был другом моего отца, но что он забыл рядом с детским домам? Он тоже увидел меня, усмехнулся и направился в мою сторону. На темных волосах виднелась седина. Он был высок, не слишком полного, но в полное такого телосложения. Я бы сказала, плотного. На нем был тёмно-синий костюм, а возле груди был кармашек с белым платком. Его черные глаза остановились на моих.        — Здравствуйте! — радостно проговорила, улыбаясь ему.        — Какая встреча. Ты так выросла с последней нашей встречи, — мужчина протянул мне руку. Его манеры были элегантными и очень джентльменскими. Лицо украшали смешные небольшие усы, которые, как и загорелая кожа, напоминали о его мексиканском роде. Я протянула в ответ, чувствуя губы, прикасаюшиеся в знак уважения к титульной стороне моей ладони.        — Это уж точно… — мы и в правду давно виделись… Лет так десять наверное. — Что вы здесь делаете? Я думала у вас более важные дела, а вы у детского дома. Неужели хотите усыновить или удочерить кого-то? — моя улыбка стала шире. Но Эррико лишь усмехнулся, отпуская мою ладонь. — Я могу вам помочь.        — Нет-нет, что ты. Я стар для детей, — смеётся, приложив руку в еле видному животу. — Так, по делу. Мой друг интересуется.        — Это же прекрасно! — моей радости не было предела. С каждым таким хорошим человеком, который осмеливается взять ребенка с детского дома, словно даёт инициативу другом, чтобы у всех детей была семья, уют и комфорт. — Как у вас дела? — решила перевести тему. Но улыбка не сходила с лица.        — Да что ж, все по-старому, — усмехаясь ответил. — Вот думаю к твоему отцу зайти ещё в гости, когда закончу свои дела. А ты как? Слышал, что у тебя скоро свадьба.        — У меня тоже все «по-старому», — поднеся ближе к себе папку, посмотрела на наручные часы. — Да, должна была быть… — горько проговорила, а улыбка спала с лица, и я превратилась на словно угрюмое облако. — Но давайте потом ещё как встретимся, если вы планируете быть в Чикаго? Просто работа не ждёт, нужно спешить! — натянув улыбку, проговорила, радостно махнула рукой.        — Хорошо, но я сегодня уезжаю. Потом как-то, — мужчина вытащил из внутреннего кармана небольшую элегантную визитку, давая мне. — Это мой номер, если что. Чтобы не пугалась, что незнакомый звонит, — с улыбкой проговорил.        — Спасибо, до встречи, — он кивнул мне, а я визитку и пошла в сторону здания.        — Думаю, мы правильно друг друга поняли, — молвила блондинка.        — Конечно, Пенелопа. Вы можете обращаться к моей сестре в любое приемлемое время суток, — ответила, улыбнувшись. Девушка благодарно кивнула мне. Я кидаю злой взгляд на телефон, который уже какую минуту без перестану звонит.        На дисплее отображается имя «Дэвид», что раздражает ещё сильнее. Что ему нужно от меня? Пенелопа Маерс бросает на меня внимательные и полны интереса взгляды, в которых я увидела ещё и некое призрение. В важный момент меня отвлекает телефонный звонок, который не имеет никакой важности.        — Вики, хотела бы спросить, есть ли возможность обсудить финансовую помощь на срочный ремонт? — сложив руки на стол, вскинув слегка подбородок, проговорила Пенелопа.        — Да, конечно, но для этого должны быть причины, чтобы мы знали, во что вкладываем деньги, — ответила, чувствуя, как стыд подступает ко мне из-за далее сказанных слов: — Поймите правильно, мы не хотим, чтобы деньги ушли не в чужой карман, а на благое дело, если это касается будущего уюта детей.        — Я вас прекрасно понимаю, — уверила она меня, расслабленно улыбнулась. Я с неким подозрением посмотрела на неё. Но решила не повременять события. — Пару дней назад в одной из комнат обвалился потолок из-за, кажется, плохого материала данное ранее. Нужно исправить это, тепепь из-за этого девочки там не могут жить, ведь теперь задувает холод.        — Хорошо. Для этого вам нужно приехать к нам в офис и написать заявление. Сестра со всем разберётся, мы посмотрим спонсоров, которые добровольно помогут, — с улыбкой на лице ответила. Я понимала, что не в моем случае просить этой помощи. Но без нее бы давно наш с сестрой бизнес рухнул.        Пускай отцовское небольшое предприятие сетей кофеен приносит деньги, но этого не так много, чтобы покрывать расходы. Именно по этому Ева иногда уезжает на некие вечера, где знакомится с богатыми и с хорошим сердцем людьми и просит их помощи. Та и для них это хорошо, ведь в глазах других они будут выглядеть как настоящие боги. Я же сторонник этого, но иногда не бывает выбора…        — В ближайшее время я подъеду. Спасибо вам, Виктория, — молвила Пенелопа. Я киваю ей, улыбнувшись вновь.        — Мне пора, до скорого.        Выйдя на улицу, гневно бросаю взгляд на дисплей экрана. Дэвид до сих пор звонил мне. Тяжело выдохнула, подойдя ближе к машине ответила на звонок:        — Что-то важное? Если нет, то зачем названиваешь? — сдерживая злость, я пыталась смягчить голос. Перед Пенелопой я выглядела полной дурой из-за него.        — Это по поводу дома. Что будем делать? — его голос был странным как по мне. Он пьян? Похоже на то.        — Дом можешь оставить себе, — серьезно проговаривая, сев во внутрь машины закидывая на заднее сидение бумаги и на соседнее рядом со мной сумочку.        — Но Вики, это не сумасшествие! Мы вместе покупали дом. Давай продадим и поделим деньги…        — Нет, никто ничего не будет продавать, — настаиваю на своем. Мне просто не хотелось рушить единственное место, где я чувствовала себя прекрасно. Да, пусть этот дом стал местом боли, но она прошла. И рушить прекрасное здание я не хочу. Пускай Дэвид живёт себе там, ведь только ему могу доверить дом. — Живи себе там…        — А ты? Вики, я чувствую себя подонком, который словно вышвырнул тебя из собственного дома, — его язык слегка заплетался, что было немного сложно понять суть слов. Но разобрав их, я задумалась. Вышвырнул? Никто не поверит.        — Не думай об этом. Я уезжаю в другой город, там и найду себе жилье, — на душе потяжелело, словно на неё положили огромный камень. Я так спокойно говорю с ним… — Что-то ещё?        — Вики… Может ты никуда не поедешь и мы начнем все с чистого листа? — его голос звучал с надеждой. Я положила на лоб руку, тяжело вздохнула.        — Дэвид, я уже тебе все сказала сегодня утром. Перестань говорить ересь.        — Я люблю тебя… — эти три слова ввели меня в шок. На глазах выступили слезы, которые я одним взмахом вытерла. Нет, это говорит не он, а алкоголь…        Если бы он любил меня, то не изменял бы. Если бы любил, то не говорил все те гадости в мою сторону. Если бы любил, принял бы мою сторону и мои решения. Если бы любил… Но он… любил?        — Это все? У меня дела, — уняв дрожь в голосе, не смогла контролировать руки. Кончики пальцев содрогались на поверхности руля.        — Вики…        — Давай, пока. У меня и в правду много дел, — проговорив это, не дождалась его ответа, отключив телефон.        Делая глубокие и медленные вдохи, пыталась успокоить себя. Как он все ещё может говорить подобное после измены? Я этого не понимаю…        Смогу ли я найти свою любовь? Настоящую? Ту, которая будет радость и счастье, а не ядовитой и яростной. Но все те ранее года останутся лишь мгновенными счастливыми событиями, когда мы с Дэвидом по-настоящему любили. Не то, что уже второй год подряд было…        Я зажмурилась на секунду, сжимая крепко руль руками. Когда разжала, заведу её, тронувшись от земли по дороге. Сейчас нужно было обратно к сестре, а там договорится с тетей о том, чтобы мы были у неё. Главное, чтобы она приняла нас.        ***        — Что?! — вскрикнула Николь, что аж Ева подпрыгнула на месте. Я убрала на долю секунды телефон от уха, думая, что оглохла. — Да как этот сученых посмел!        — Все хорошо, тёть.        — Хорошо? Нет, Вики, это не хорошо, — по ту сторону провода послышался вздох разочарования. Я поджала губы видя, как сестра тихо насмехается надо мной. Она самого начала знала, какая будет реакция у Николь.        — Так что, примешь беглянку? — на губах тронулась усмешка.        — Конечно, — тут же ответила тетя. — Завтра приедете?        — Да, — ответив, села рядом с сестрой, бросая взгляд на комнату, где уже спал Мэтью. — Спасибо.        — Не за что. И Еву с собой бери, будете все вместе у меня, как раньше, — весело проговаривает Николь. Ева отрицательно покачала, приближаясь к телефону отвечает:        — Я бы с удовольствием, но у меня работа, — она немного приврала. Да, работа, но она может хоть на день быть свободной и навестить родную тётушку. Ева просто не хотела. Но зная ее, она не удержится от соблазна вновь на пару минут окунутся в атмосферу детства и приедет к ней, уже вместе будут попивать любимое вино Николь.        — Ладно, — просто ответила женщина. Я улыбнулась сестре, как и она мне. — Тогда жду завтра у себя. Прощайте мои девочки!        — Пока, — в один голос с Евой проговорили.        Отключив звонок, устало легла головой на изголовье дивана, закрывая глаза. На душе стало легче от осознания, что уже завтра я покину Чикаго. Но было и грустно, ведь здесь хранились приятные моменты.        — Я была сегодня у Пенелопы Маерс. Она просила денег на ремонт. Я сказала, чтобы обращалась к тебе, — лукаво улыбнулась, открывая глаза.        — Решила испытать мою нервную систему? — я кивнула ей. Пенелопа была хорошей девушкой, но когда ей отказывали, то наводила шуму. А отказывали по тому, что мы и в правду считали те небольшие инвестиции ненужными. Ведь это решали бы мы сами, без денежных средств. Но она это не поняла, кричала на все здание.        — Может в этот раз она будет благоразумнее?        — Не знаю, — зевая ответила Ева. — Ладно, ты как хочешь, а я спать. Девочки всю душу из меня вытрясли сегодня.        — Спокойной ночи, — с улыбкой проговариваю, поднимаясь следом за сестрой. Меня и саму клонило в сон.        — Взаимно, — потянувшись, Ева только тогда пошла дальше по квартире, входя в свою комнату.        Закрыв тихо дверь, я так же прошлась по спальне к шкафу, вытаскивая шелковые шортики и майку. Проникла в ванную, чтобы принять душ и немного расслабиться. Но я не позволила себе долго лежать в горячей воде. Вновь тихо прошлась по комнате, уже легла на вторую половину кровати, смотря на умиротворённое и спящее личико сына. Его черные волосы были кудлатыми, что шло Мэтью. А губки были такие маленькие и пухленькие, как и нос с щёчками.        Я смотрела на него, как на самое прекрасное Чудо Света. Как на самого невероятного сына. И так оно и было. Как только Лаззор появился в моей жизни, все стало по другому.        Но это было и на лучшее для меня. Ведь я узнала о предательстве и измене. И тут же обрела семью, о которой мечтала. Лаззор был не просто усыновленным мальчиком, а моим сыном. Пускай не я его родила, но я дам ему ту жизнь, которую заслуживает.        «Твой отец и в самом деле мертв…? Наверное, ведь, если бы нет, то нашел тебя ещё год назад» — я дотронулась к его темной пряди волос, поглаживая личико. — «Но это хорошо, что мертв, ведь никто тебя у меня не отберёт» — мне самой стало жутко от своих мыслей… Смерть это плохо, но…        — Мой малыш… — нежно проговорила, закрывая глаза, убирая руку в сторону. Хотелось сжать его в объятьях, но удержалась, ведь могу сделать это завтра.        ***        От лица автора.        Мексика.        Выходя из машины, Люцифер смотрел прямо, больше ни на кого. Ему было все равно на окружающих вокруг себя, которые шептались за его спиной. Его давно не видели люди и работники посольства. Люций проходил разные терапии, чтобы встать на ноги и жить как прежде. Доктор, который занимался здоровьем Дона мафии не очень схваливает, что он вернулся к прежним свои делам. Люцию бы отдых от этого всего не помешал, так считал врач.        Люцифера Морреи многие знали не как мафиози, а как крупного предпринимателя. Но основной сферой были поставки незаконных веществ. Это дело приносило больше прибыли. Ним занимался ещё отец Люция, который передал свое место ему