3

Если Вселенная бесконечна, и в рекурсии отражает саму себя, в каждой её параллельной версии есть она — самая прекрасная, сама грациозность, словно нежное касание лучей утреннего солнца — моя Аня. Я хочу верить, что в каждой Вселенной я рядом со своим счастьем и держу её за руку куда бы она ни шла. Если есть мир, в котором нет людей, то мы в нём два неразлучных облака, если есть мир, в котором нет облаков, то она в ней звезда, а я её планета. Две бесконечности, столкнувшиеся и слившиеся воедино в чашке утреннего чая в её руках, пока она пытается проснуться. — Любимая, примеришь эту жёлтую рубашку? Мне кажется, она подчеркнёт твои глаза. — О-о-о, мой любимый цвет! Аня с радостью взяла рубашку и надела. Вертясь перед зеркалом, она пыталась рассмотреть себя со всех сторон. — Мне идёт? — Конечно идёт. Тебе нравится? — Очень! Спасибо, любимый! Она мягко улыбнулась и чмокнула в щеку. Как же великолепно она выглядит! Не терпится прогуляться с ней вдоль зеленого бульвара, взять банановый молочный коктейль, и долго смеяться, сидя на скамейке, разговаривая обо всем на свете. Я бы держал её за руку бесконечно долго и целовал каждый пальчик, повторяя снова и снова как сильно я её люблю. -… Кирилл?.. Кирилл, ты меня слышишь? — мои мысли прервал её обеспокоенный голос, — Милый, все в порядке? Ты какой-то задумчивый сегодня, в облаках витаешь. — Да, сладкая, все хорошо. Пойдём, прогуляемся? — Хорошо, милый, куда пойдём? Или просто будем идти куда глаза глядят? — Да, просто развеяться. Третьи сутки в квартире сидим, так хочется прогуляться. Аня снова улыбнулась и прижала к себе. Нежное тепло разлилось в груди, словно стакан молока, хотелось зарыться носом в её плечи и вдыхать её аромат. — Ну все, Ань, я тебя не отпущу. Вообще-вообще не отпущу. Её звонкий смех залил всю комнату, и я вспомнил как впервые услышал её смех, когда мы сидели поздним августом ночью за столиком в кофейне — такое чудо не забудешь никогда. — Всё, Кирилл, пошли! Я взял её за руку и переплел наши пальцы. — Ganz nah… — So weit weg von mir… — ответила она. — Люблю тебя, сладкая. — И я тебя люблю. Солнца лучи резвились на бульваре, а тёплая осень пахла дубом и кофе с корицей. Её любовь наполняла меня такой нежностью, на которую до этих пор моё сердце не было способно, её руки согревали меня и растворяли любые невзгоды, а в её голубых глазах я давно утонул…