Часть 2

Ранее утро. Солнце только вышло, а в кабинете господина уже кипела жизнь. Сэрон стоял в центре комнаты и четким громким голосом докладывал обо всём господину. — Лабораторию успешно закрыли. Все дети были отправлены в проверенные добрые руки. — Хорошо, — одобрительно кивнул Когат. — Так же покупатели просят привезти ещё товар. Отправить наших людей туда? — Нет. Я сам хочу туда съездить. — Хорошо, господин Когат… — что-то брякнуло возле двери. В воздухе повисло напряжение. Сэрон решительно достал меч из ножен, подошёл к двери и со всей силы открыл их. За дверью тихо сидел ребёнок, он испуганно посмотрел на мужчину в недодоспехах. Мужчина без раздумий схватил мальца за ногу и, подняв, занёс в комнату. — Господин Когат, нас подслушивали! Когат еле сдерживая смех сказал, — Сэрон, отпусти его, а то запугаешь до смерти. — Слушаюсь, господин. — и он опустил мальца. Накэ, опустившись на землю, подбежал к столу и спрятался за спинкой сиденья Когата. Накэ изредка выглядывал из-за неё. — Теперь ты свободен, Сэрон. Можешь идти. — Слушаюсь Вас. — Сэрон отдал честь и вышел из комнаты. Когат, не обращая внимания на Накэ, продолжил что-то писать. Маленький мальчик наконец высунул свой нос и, встав на носочки, начал водить носом по столу. Он молчал, внимательно следив за движением руки Когата, и через какое-то время наконец что-то сказал. — Вы красиво пишите. Я тоже хочу красиво писать, как Вы. Когат улыбнулся и, не отрывая взгляд от бумаг, произнес, — А ты не умеешь писать? — Нет, не умею. Я умею только чуть-чуть читать. — Хорошо, тогда я научу тебя писать. Куплю тебе сегодня прописи. — и он взглянул на сияющее лицо мальца. — Да, ура! Я научусь писать! Накэ начал кружиться по комнате, тем самым смеша господина который пытался не засмеяться. В этот момент в дверь постучались и мальчик, вздрогнув, нырнул под стол. В кабинет зашёл Вист, который был немного раздражён. — Что-то случилось? Ты выглядишь немного злым. — спросил его Когат. — А каким мне надо быть, если скоро начнутся очередные твои звериные побои? Конец месяца уже через неделю с небольшим… — Когат прислонил указательный палец к своим губам, а потом показал вниз. Вист понял, что эту тему нужно будет обсудить позже, без лишних ушей. — Я хотел сказать, что карета готова. Тебе стоит поторопиться, а то мне кажется, что вечером пойдет дождь. — Я тебя понял. Жди меня на улице. — после этих слов Вист ушел. Когат встал из-за стола и присел на корточки. — Малыш, я отлучучь по делам. Приеду часика через три, хорошо? — Хорошо… А… Господин Когат, Вы точно приедете обратно? — Конечно, куда ж я денусь, ведь здесь ты будешь ждать меня. — Улыбаясь, сказал Когат. На прощание Накэ обнял господина, а потом он долго смотрел в окно, следя за коретой, пока она не исчезла. После в комнату зашла Жанна. Она проводила мальчика в столовую, принесла ему завтрак, пирожные и чай. — Жанна, а м-можно я кое-что у тебя, — мальчик осекся, — Вас спрошу.? — Да, конечно. — Ну… А что обычно бывает в конце месяца? — с дрожью в голосе неуверенно спросил Накэ. — К сожалению, на этот вопрос я не могу ответить. — О, эм, ясно… Извините… — Приятного аппетита Вам.

***

— Я хочу побыстрее закончить все дела, так что говорите быстро и по делу. — лицо Когата стало серьёзным, а голос стал строгим. — Дело в том, что она все пытается найти Вас и… — Если Вы про ту девушку, то не тратьте мое время в пустую. — Но… — На этом разговор окончен. — Когат развернулся, взмахнув плащем, и ушел. — Господин, она же может и в правду кого-то убить! — господин остановился. — Если ей так хочется увидеть меня, то пусть просит встречи у меня и больше ни у кого. На этом точка.

***

Возвращаясь обратно, Когат нервно постукивал рукой по раме. Этот звук очень раздражал Виста, и, не выдержав, он рявкнул. — Да Господи, прекрати! Ведёшь себя как ребенок! Как будто тебе ли не знать о состоянии нашей страны, и что в ней есть, а чего нет. — Но я же обещал… — Тебе сколько лет, дитя?! Тебе 16 уже! Ты взял ответственность за живого человека! За ребенка! Так и веди себя соответствующе, — Когат опустил голову вниз и сделал виноватое лицо. — Прости… — Мне то что твое прости. — Вист закатил глаза и отвернулся. — Прости за то, что тебе приходиться возиться со мной лишь из-за моих прихотей. — Вист не знал, что ответить, поэтому оставшуюся часть пути они сидели в тишине.

***

Бряк! — в коридоре послышался разбивающийся звук. Жанна выбежала из кабинета господина с тряпкой в руке, с ужасом посмотрела на разбитую вазу и ребенка который пытается убрать её осколки. — Вы не поранилась? Давайте я сама все уберу. — служанка подбежала к Накэ и, сев рядом с ним, начала ему помогать собирать осколки в тряпку. — Господин меня убьет за эту вазу, — сквозь слезы начал шептать мальчик. — Не волнуйтесь, господин Когат добрый, он не накажет Вас за разбитую вазу. — Жанна начала успокаивать малыша. В этот же момент она порезала палец осколком и тихо ойкнув, прижала ранку. — Вы порезались? Извините, это все из-за меня. — Накэ притянул её палец к своим губам и начал дуть на порез. Потом он поцеловал ранку и, оторвав маленький кусочек ткани от рукава, перевязал палец служанки. — Можно я заберу осколки и склею их обратно? — Конечно, я помогу Вам с этим… — Нет, я сам разбил и сам склею. У Вас и так много хлопот. — Жанна улыбнулась на его слова. — Хорошо, тогда я принесу осколки и клей.

***

К обеденному времени господин вернулся в дом и тяжёлой пошел умываться. Еле заставив себя, он решился пойти пообедать. Перед тем, как зайти в столовую, Когат натянул улыбку на свое уставшее лицо и с радостным возгласом вошёл в комнату. — Я вернулся! — С возвращением, господин Когат — сказала одна из служанок и отодвинула стул. — Сейчас накрою Вам. — через пару минут Когат, сидя напротив Накэ, тоже обедал. Он с беспокойством смотрел на лицо ребенка, который за все время трапезы так и не поднял головы. — Что-то случилось? — решился спросить Когат. Накэ вздрогнул и, наконец взглянув на господина, с дрожащим голосом произнес. — Д-да. Я разбил Вашу вазу, которая стояла в коридоре. Я почти её склеил. П-простите меня пожалуйста. — Когат улыбнулся и встал. Мальчик сжался и закрыл глаза, думая, что сейчас его начнут ругать или даже бить, но господин лишь развернул стул и сел перед ним на корточки. — Малыш, я тебя прощаю. — Когат взял маленькие руки в свои и произнес — Знай, я всегда тебя прощу, не смотря ни на что. Что бы ты не сделал, что бы ты не сказал, я всегда тебя прощу. — Всегда-всегда? — недоверчиво произнес Накэ — Всегда. Даже если ты меня предашь и захочешь потом вернуться, я открою тебе дверь. Это поместье будет твоим домом, а я всегда буду тем, кто тебя простит. — Накэ после этих слов расцвел, а потом решительно сказал. — Но вазу я все равно доклею. — Когат рассмеялся — Хорошо. — господин улыбнулся ему в ответ.

***

За окном светила луна. В кабинете господина горела лампа, а сам он клевал носом, аккуратно выводил буквы на бумаге. В кабинет вошёл Вист. — Чем ты занимаешься посреди ночи? На время хоть смотришь? Часы для чего повесил в кабинете? Для солидности что-ли? — М? А, я просто пишу прописи, мы ведь их так и не нашли. Я уже почти все доделал, так что можешь идти спать. — Вист схватился за голову и подошёл к креслу, за которым сидел Когат. Он начал следить за его рукой. — Хочу поинтересоваться насчёт его руки. Ты все правильно делаешь, как я сказал? — Да, она уже лучше у него сгибается. — Это хорошо. Тогда я могу быть более-менее спокоен. — Когат кивнул. Вист тяжело выдохнул и пошел к выходу. Открыв дверь, он остановился и, повернувшись, добавил. — Прошу, поспи сегодня. Хорошей ночи. — в ответ послышалось сонное «Угу» и двери закрылись.