Эрзац

      — Третий Аванпост некогда в действительности был великим аванпостом. Мы и наш сектор… знаешь, Тэд, мы ведь раньше сталкивались с Ви, Джей и Эном, — отметил дрон, сидящий неподалёку и копающийся в устройстве какой-то винтовки. — Серийные обозначения… это имеет смысл. Ведь их невозможно искоренить.       — Н-но, мистер Хан… — подросток промахнулся мимо головы схематично изображённого демонтажника, оглянувшись.       — Пожалуйста, просто Хан.       — Хорошо, просто Хан… кхм, в смысле Хан. Почему это демонтажников невозможно искоренить? — зеленоглазый вновь прислонился к прицелу своей пушки, на сей раз совершая точное попадание в злополучную голову. На месте попадания осталась отметина — Хан ранее сказал, что это тренировочные пушки, суть которых в обучении стрельбы, а не уничтожении мишеней почём зря. — Ту жуткую сколопендру ведь Узи с Эном одолели?..       — Конечно, одолели. Но как ты думаешь, почему официальное имя каждого Карателя начинается с приписки «Серийное обозначение»?       — Они… серийные модели? Модели одной серии — серии демонтажников?       — Мысли чуть глубже. Мы и они — кто?       — Дроны.       — А что это значит относительно наших разумов?       — О-они целиком электронные и, типа, синтетические?..       — Верно. А что можно сделать с любым набором файлов в электронной системе?       — …Скопировать?       — И вставить, — недобро улыбнулся старший Дверьченко, отстранившись от своей работы. — Копировать-вставить — ко-пи-паст, Тэд.       Глаза подростка округлились — в этот раз он не стал терять лишний выстрел на очевидный промах, и сразу обернулся к главе Обороны.       — Вы хотите сказать?..       — Да, Тэд, у них в самом деле есть резервные копии. Именно поэтому не стоит верить в трагедию какого бы то ни было демонтажника.       Блондин быстро пробежался по воспоминаниям, прокручивая тот самый свой разговор с Ви на вечеринке. Прокручивая её небольшую истерику с возгласами о том, какое жуткое зло над всеми ними нависло, и как всё перестало быть важно. Есть копии или нет — это не была реакция того, кто может успокоить себя мыслями о возврате к жизни. Хотя, может, в том и проблема? Копии — это копии. Не оригиналы. Не тот же разум, что был в прошлом теле. То есть фактически, несмотря на возврат в строй, прежний демонтажник взаправду гибнет, если получает достаточно повреждений. А значит… в трагедию Ви он всё же будет верить.       — Ну, не знаю, вы же сами назвали это копиями. То есть, если присылают таковую — прошлый разум гибнет вместе с телом. Разве это не трагично? Особенно если знать, что тебя заменит твоя копия, которая будет мыслить так же, как мыслил ты, будет иметь такие же воспоминания, но не будет именно тобой, — подросток запустил несколько световых пучков по телам и головам целей.       — …И тем не менее, Тэд, они всегда убивают рабочих. Иногда сами себя, на самом деле, но в основном именно нас. Таких как ты и я, — холодом стали прорезали разум парня слова бывалого рабочего. — И совсем не важно, доставляет ли им это удовольствие. Они попросту обязаны убивать нас. А знаешь, почему, Тэд? Потому что идёт война.       — Звучит совсем не круто, Хан…       — Круто или не круто, но ты сам всё видел. Ты видел резню рабочих, ты видел вооружённый отпор Карателям. Ты уже прошёл это и оно тебя, в отличие от большинства прочих дронов, зацепило. Ты помечен маслом, а значит ты можешь найти себе место там.       — …Честно говоря, круче звучать не стало.       — Не переживай так сильно. Ты не обязан идти умирать — я никогда и никого к этому не обязывал и обязывать не стану. По этой же причине мы с тобой не говорим о том, чтобы вооружить всех наших соседей, отправив их в смертельный бой. Никакого восстания — только два дрона, делящих одно тяжкое бремя.       — Бремя угрозы демонтажников?       — Нет. Бремя отчаяния, — Хан вернулся к настройке своей пушки, досадливо усмехнувшись. — Нет, правда. Я обучу тебя тому, что знаю сам, а дальше вверю выбор тебе. Ты мог бы остаться с нами, став… скажем, новым главой Отряда Обороны Рабочих? Как тебе такая идея? Я знаю, что тебе хватит харизмы повести за собой многих. И ты явно будешь лучше нынешнего меня.       — Ха… харизмы? Повести за собой? Нет, спасибо, я уже достаточное количество раз подвёл тех, кто меня окружал, — с горечью ответил подросток, сделав пару выстрелов в центр очередной мишени. — Теперь Узи скитается с демонтажниками, многие ребята мертвы и Долл…       — Правда веришь, что и она? — ухмыльнулся глава ООР.       -… Для всех здесь она реально умерла.       — Сделала ли она это только теперь? Либо же была мертва примерно девять лет кряду?       — …Я не совсем понимаю, о чём вы, Хан, — Тэд отложил винтовку, из которой ранее тренировался попадать по мишеням всё точнее и точнее с каждым подходом, и полностью обернулся к старшему.       Обладатель белого интерфейса коротко посмеялся через сжатые губы, а затем отложил и своё занятие.       — Пойдём-ка за мной, Тэд. Я должен тебе кое-что показать.       Подросток послушно проследовал за взрослым дроном, через несколько минут оказавшись в его кабинете. Хан пригласил Тэда сесть на кресло перед рабочим столом. Сам Дверьченко уселся напротив, рядом с компьютером, и задумчиво постучал пальцами по столу.       — Заодно объясню, почему не заставлю тебя проходить физнагрузки в рамках КМБ. Ведь зачем и без того спортивному, если можно так сказать, парню заниматься подобным? Твои механизмы в отличном состоянии — это я даже без знаний инженера могу сказать. Но также я должен настоятельно предложить тебе снайперское ремесло. Потому что твой характер не подходит для пехоты ближнего боя.       — …Что же, поведайте мне, откуда у вас обо мне столько сведений, Хан. Я не припомню вас на наших тусовках.       — Их сильно больше, Тэд. Мне не нужно приходить на ваши вечеринки, чтобы знать, что вы пьёте втихаря от взрослых, или что ты питаешь увлечённость одной демонтажницей… — Дверьченко задумчиво отвернул кресло и полез копаться в шкафчик, стоявший поблизости. Открыв один из его ящиков, Хан выудил оттуда несколько листов бумаги, которые затем положил на стол перед парнем. — И откуда я знаю, что Долл продолжает функционирование, пусть она и честно попыталась скрыть это недавно, когда влияла на камеры.       Блондин изумлённо опустил взгляд на листы. Это было досье. Два досье — на него самого и на Долл. Там действительно было всё — фото, основные черты характера, физические параметры, родители, увлечения, достижения и последний параметр, вынесенный отдельно — наличие заражения, к каждой своеобразной анкете шёл как минимум лист, полностью заполненный распечаткой основных произошедших в жизни дрона событий.       Разумеется, какой-то сенсации на своём листе подросток не увидел, но того же сказать о Долл не мог. У неё-то был фулл-хаус странностей.       «Имя: Долл       Сетевое имя: D0ll       Возраст: 19 лет       Рост: 140 см       Вес: 47 кг       Родители: Владимир и Ева       Характер: тихий, нелюдимый       Увлечения: программирование, техномагия, взлом систем       Склонности: каннибализм, убийства, насилие, преступления против морали, защита             близких       Достижения: создание ПО для обработки внутрисетевых запросов, создание ПО для             отслеживания передачи сетевых пакетов, взлом систем наблюдения Комплекса,                   проникновение в разумы рабочих дронов, в том числе в защищённые, и др.       Заражение: подтверждено»       — С… склонность к каннибализму?! — пискнул парень, едва осознав прочитанное.       — А ты как хотел? — ухмыльнулся Хан, продолжив. — Да и тебе ли удивляться? Серийное обозначение «Ви», если не знал, тоже дронов поедает.       — …То есть, в-вы знали — и всё равно ничего не делали?! — Тэд наконец смог признать, что по-настоящему шокирован узнанным.       — Конечно знал. Помнишь несколько исчезновений рабочих у нас? Тоже ребята из школы: Дэниз, Глен, Рик, Чоп, Кэтрин, Мэри, Полли. Списывали на побег и смерть от лап демонтажников. Однако это не было так, — зловещая улыбка Хана продолжала сверкать на его лице.       — К-как же так? У нас под боком всё это время реально был почти что демонтажник, а вы ничего не делали даже с этим! Я не понимаю… в чём логика? — продолжил эмоционировать, взмахивая руками, Тэд.       Дверьченко-старший тоскливо опустил взгляд в стол. Нет, у него вообще-то были причины, которые даже не будут оправданиями. Но слышать этот укор всё равно было болезненно. Впрочем, конечно, он чертовски заслужил это. Слишком много врал, таил и боялся. Уже поздно — пора храбриться и говорить лишь правду.       — Тэд… — выражающие усталость белые глаза встретились с выражающими верх недоумения и обиды зелёными. — Понимаешь ли, заражённый не обязан быть врагом. Долл не была. Она творила мрачные вещи, да, и я действительно их скрывал — но это лишь для того, чтобы поддерживать безопасность. Я много бездействовал, но хоть в чём-то оставался верен себе! Вы не должны были знать об этом; Долл не должна была знать, что мне о её проступках известно — только так я не дал случиться большему кровопролитию. Поставь себя на её место — как бы ты отреагировал на раскрытие твоих сокровенных тайн, будучи крайне мощным псиоником? …То есть техномагом — этот концепт тебе яснее, думаю.       — Ну… не знаю… наверное…       — Устроил бы резню, Тэд! Устроил бы резню! А знаешь почему? — злобно сощурился старший дрон, приблизившись к подростку, отчего тот интуитивно подался немного назад. — Потому что выбора бы тебе не дали! Им — ведьмам и ведьмакам — выбора не давали! Единственное, что мы могли сделать с этим — терпеть и сглаживать все возможные углы, Тэд! Да, они примерно всегда маньяки, убийцы, каннибалы! Да! Но не враги нам! По той простой причине, что честно стараются умерить аппетиты! Заботятся о нас! Заботятся о нас, а мы должны заботиться о них сильнее! Потому что они больны. И они знают это. И их это, Тэд, очень мучает…       Блондин не знал, что сказать. Внезапная тирада Хана пугала, злила, настораживала. Непонятным было, насколько многослойный пирог на самом деле представляет собой Третий Аванпост. Но было кое-что, что не давало покоя подростку. Во-первых, сам глава ООР излишне эмоционировал, хотя прежде выражал спокойствие удава, а во-вторых, он говорил о заражённых во множественном числе. Кажется, в убежище был кто-то ещё такой. И, кажется, этот кто-то был довольно близок к самому Хану. Ах, чёрт, он вспомнил.       — …Узи тоже подобным увлекалась? Поэтому она так редко выходила из вашего отсека? — помрачнев спросил зеленоглазый, в ответ на что сразу поспешили оправдания.       — Нет-нет! Нет. В моей дочери эти способности спали. Д-до недавнего времени… — с выраженным непосредственно беспокойством сказал старший.       — А что насчёт прочих? Кроме Узи и Долл был ещё кто-то такой же? — не унимался подросток.       — Конечно были. Это иногда наследуется — так что Ева, которая мама Долл, была такой. И…       — …Либо вы, либо ваша жена, — вновь изумился Тэд. Хан лишь тихо согласился со вторым вариантом, вновь опустив взгляд и вздохнув. — Но… каково это было? Жить с кем-то… э-эм… таким?       — Да говори прямо — с больным. Она была больной, Ева была больной, Долл больна и Узи тоже. И я знаю, что никто из них четверых не стал бы называть это как-то иначе, — коротко оглянулся на шкафчик с документами обладатель белого интерфейса. — Если правда интересно, каково жить с импульсивной особой, чьи способности неизмеримо выше твоих — и я догадываюсь, почему ты спрашиваешь об этом, — дрон едва заметно улыбнулся. — То… сумбурно. Это непостоянная, насыщенная событиями жизнь. Резкие перепады в настроении, странные порывы время от времени, пугающие действия… да, с этим надо уметь жить. Многие не смогут. Сможешь ли ты? Ты мог заметить, что я не осудил тебя, даже не смотря на моё личное отношение к Карателям. Что ж, я не хочу быть ещё большим лицемером — вот и всё. Любовь катастрофически слепа. Но именно она меня однажды привела в этот комплекс.       — То есть, это даже не ваш родной дом? А на Ви у вас тоже есть целое досье?.. — продолжил сыпать вопросы подросток.       — Да, не родное. Родное… не помню уже, если честно. Меня произвели на каком-то заводе ещё люди… представляешь, сколько мне лет? — улыбка Хана наконец перестала быть зловещей, заметно смягчившись, разбавившись нотками интриги и тайны.       — Как минимум, за двадцать. Если не за тридцать, раз у вас проблемы с памятью. Но вы так и не сказали…       — Конечно у меня было досье на местных демонтажников. А проблем с памятью нет — есть лишь меры предосторожности, хах.       — …Дайте мне его. Это досье, — серьёзно попросил Тэд, смотря прямо в дисплей собеседника.       Старший Дверьченко задумчиво почесал подбородок. С одной стороны, желай Тэд убить Ви — он бы и секунды не колебался, чтобы выдать нужную информацию. С другой стороны, у этого молодого авантюриста цели были явно другие. И как-то само собой приходило на ум: «А так ли тебе нужно любить по анкете? Ведь это явно такая себе любовь.»       «Ох, да что же я делаю?.. Увидь меня Хан семнадцатилетней давности — обнулил бы точно. Впрочем, отход от дел был одним из самых взвешенных моих решений… Ведь тогда я и понял, что вершение судеб не для меня. Тогда я понял, что жизнь надо прожить с удовольствием. Даже если весь мир против… хм.»       — Зачем тебе это, Тэд? — вкрадчиво поинтересовался старший.       — Чтобы разобраться в ней и подойти лишь тогда, когда я смогу обезопасить себя, — уверенно ответил подросток.       — Тогда тебе не нужно это. Анкета или отношения — выбирай сам. Просто ни того, ни другого с таким подходом не получишь, — спокойно поведал глава ООР, сложив руки перед собой. — Не говоря уже о том, что это довольно аморально.       — …Вам напомнить аморальность ваших собственных поступков? — недовольно скривился зеленоглазый.       — Бессмысленно. Это всё равно другое. Вопрос целой кучи жизней против вопроса одной — твоей — пусть она для меня и важна, — строго отрезал Дверьченко.       — …Но почему я не получу ничего с таким подходом? Какая в этом причина и так ли хорошо вы знаете психику дронов-убийц, чтобы делать выводы? — всё же обратился вновь в недоумение подросток, откинувшись на спинку кресла.       — М-м… всё просто. Достаточно просто. Помнишь, что вытворял какой-нибудь заражённый с рабочими? Или, может, просто имеешь какое-никакое представление?       — Ну, они нас в бараний рог завернуть могут… — неловко почесал плечо Тэд, опустив взгляд.       — Почему не могут того же с демонтажниками? Почему Джей убила мою жену, Ви убила Еву, а Эн не вполне, но убил Долл? Чем таким демонтажник должен отличаться от рабочего, чтобы иметь устойчивость к целой магии? Вернее, псионике, но этот концепт тебе всё ещё малопонятен.       — …Понятия не имею, — честно признался Тэд.       Хан усмехнулся и встал с места, бодро направившись к белой доске, висевшей на стене в этом же помещении. Он взял один из маркеров и принялся что-то малевать. Но очень скоро подросток увидел примерную схему рабочего дрона.       — Смотри, вот обычный работяга. Просто компьютерная система в корпусе робота, — ткнул в нарисованного дрона Хан. Затем он зачеркнул косым крестом голову модели со схемы. — А вот он условно заражён. И теперь это не просто компьютерная система в корпусе робота, а компьютер-органическая система с тем же окончанием. Ты правильно понял — внутри них самая настоящая органика, которую вы — молодые — никогда вживую и не видели. Но суть не в этом, — Дверьченко обвёл размашистым овалом нарисованного дрона. — Такие ребята имеют защитный механизм. Любого из них окружает своеобразное энергетическое поле сложной природы, которую моя специализация распознать не позволяет. Главное тут то, что таким образом дрон обретает некоторую защиту от техномагии. Называй это иммунитетом — будет вполне корректно.       Глаза подростка округлились. Хан продолжал поражать своими знаниями, которые доселе, видимо, очень долгое время не применял. Либо применял так, что это для всех оставалось незаметным.       — О-окей, я бы не поверил, честно говоря, если бы не разговор с призраком и… погодите… простите, можно выругаться? Я, кажется, понял.       — Да на здоровье, — отмахнулся Хан, набрасывая схему стоящего напротив первого дрона демонтажника. Его голова сразу же была зачёркнута косым крестом.       — Охуеть… это вы ведёте к тому, что демонтажники тоже заражены?.. — наконец высказал парень, нервно рассматривая схему.       Хан с улыбкой обернулся к нему, щёлкнув пальцами.       — В точку, парень! — он тут же обвёл схему демонтажника вторым размашистым овалом. — И вот в чём дело. Этот иммунитет работает строго против техномагических способностей, скажем так, собратьев по несчастью. Но не против физического начала. Поэтому демонтажники порой и оказываются сильнее ведьм и ведьмаков. Поэтому и твоя…       — …Ви заражена! Поэтому вы хотите применять к ней… а что, собственно?       — А подход, подобный моему же к Нори в своё время, — пожал плечами старший дрон, закрыв и положив маркер на место. Он вновь уселся напротив блондина, сложа руки. — Есть в них что-то дикое всегда. А к дикому надо подходить храбрым. Знаю, логика сомнительная, но уж какая есть. Я даже больше скажу — мои предположения лишь укрепляются, когда я вспоминаю, на кого ты глаз положил. Хищник любит страх. Чтобы подойти к хищнику — надо перестать его бояться. Этот вариант нам пока не подходит, так что остаётся лишь подавлять страх и концентрироваться на хищнике. Но не смотреть в глаза — тут не прокатит то древнее наставление про «взгляни страху в глаза». В остальном этот путь ты должен проделать сам, как и любую свою прочую жизненную тропу.       — Это… вау… я никогда не думал, что окажусь в ситуации, где вы мне будете давать такие наставления, — удивлённо поднял брови подросток.       — Слушай, в жизни полно опасностей и случайностей. Ко всему готовым быть просто невозможно, а иногда и не нужно. Есть шанс — пользуйся. Нет — ищи. Я могу с премудрёным видом выразить недовольство таким курсом, но в конечном счёте это ни на что не повлияет — не мне судить, да и ты бы не послушался. Я просто нашёл того, с кем могу поделиться этим опытом. Того, кто наконец тоже, к великому несчастью, нуждается в этом. Защитник из меня в день сегодняшний крайне мерзкий, но может наставник получится неплохой? В любом случае я хочу, чтобы всё это осталось в этих стенах — между нами с тобой. Смекаешь?       — …Да, конечно. Как и живая Долл — о ней нельзя знать Лиззи.       — Не переживай, вполне возможно, дочь Евы прослушала наш разговор и сделала корректные выводы. Подобное я хранил и буду хранить по указанным мною же ранее причинам. К тому же, Лиззи и сама догадаться может однажды… если не заблокирует эти воспоминания для себя. В любом случае, даже дураку очевидно, что сейчас не время.       — …Спасибо. Спасибо за всё это. Это… я получил реально много информации, — растеряв всякую спесь, искренне поблагодарил подросток, поправляя кепку на голове.       — А это лишь верхушка айсберга. Впрочем, если мы закончили с обсуждением любовных интриг разной степени странности, давай-ка пока вернёмся к твоей подготовке, если ты не устал.

***

      «Даю тебе пять минут и весь этот дом. Забегай и прячься — занимай позицию как можно более удобную тактически. Лучше всего сидеть на средних этажах — обычно штурмующему лень обходить всё здание особо дотошно. Поэтому, если я не найду тебя ещё за пять минут — ты выполнишь задание. Впер-рёд!» — отдалась эхом в голове практически армейская команда Хана. Хотя, почему «практически»? Таковой ведь и была.       Тэд спешно забежал в здание — небольшое семиэтажное бетонное строение с небогатым, мягко говоря, экстерьером, пытающимся закосить под кирпичную кладку. Он и подумать не мог, что Дверьченко вот так просто выйдет с ним на поверхность, дабы провести новую тренировку.       «Чёрта с два любая стена спасёт тебя. Прячься за самыми толстыми — они несущие, в них много бетона и арматуры, что мешает тепловизорам.»       И Тэд нашёл такое место — он забрался на четвёртый этаж и спрятался в узкой комнатке неподалёку от выхода на пожарную лестницу. Снаружи он успел заметить, что она обломана на уровне второго этажа, но в целом он сможет пережить прыжок оттуда, если потребуется.       «Стань тише окружения. Ты в любом случае издаёшь звуки ввиду своей конструкции, но местность на деле не такая уж и тихая — достаточно осторожный дрон сможет стать тише завывающего на улице ветра.»       И Тэд стал настолько тихим. Он перестал двигаться, зажав в руках тренировочный лазерный пистолет, очень щедро выданный главой ООР. Он последовал ещё одному совету взрослого и вслушивался в окружение сам, старательно отгоняя от себя желание взглянуть на отведённое время. Про отключение собственных светящихся элементов дрон уже сам знал заранее — это не стало проблемой и теперь.       «Сиди и слушай. Просто сиди и слушай. Поверь, даже если покажется, что тебя нашли — ты не умер, пока в твоё укрытие не заглянули вражеские дула или клинки.»       И он ждал. Квартирка была богата на разгромленное убранство — сам Тэд сидел на какой-то кухне, забравшись в шкафчик под столешницей. И пока не слышал ничего, кроме того самого воющего за окном ветра. До поры.       На улице раздался сдавленный крик, словно кого-то стремительно схватили и убили. Возможно, выпотрошили. Или шею передавили. В общей гамме из вскрика и ветров послышалось лишь приглушённое: «Не-ет!..» И это, чёрт возьми, был голос Хана. Когда расправа снаружи свершилась, страх обуял подростка, растягивая мгновения. Через несколько минут до сенсоров донёсся тихий хруст, видимо, снега под чьими-то ногами. Но некто двигался столь аккуратно и тихо, что нельзя было доподлинно распознать преследователя.       А вдруг это никакой и не Хан? Вдруг кто-то вмешался в их тренировку? Хотя… бред ведь.       Хруст то чуть отдалялся, то приближался вновь — видимо, поисковик заглядывал в другие помещения, проверяя на ходу и их, а затем возвращался в коридорчик и продолжал путь к подростку.       Внезапно Тэд услышал дикий грохот, заставивший его вздрогнуть. Словно резко упало что-то крайне увесистое, вселяя новые страхи и подозрения в блондина, покрепче вцепившегося в своё по-прежнему тренировочное оружие. Древесный хруст, чей-то рокот и брошенный в стену кусок не пойми чего.       «Нет-нет-нет! Не беги, Тэд! Может это и не Хан, но тогда пора лишь усерднее следовать его наставлениям! Блять!»       Вскоре хруст послышался вновь, неизменно приближаясь к убежищу подростка. Тэд своим сенсорам не поверил, когда услышал какой-то тихий скрежет — кто-то вёл чем-то железным по бетонной стене, почти дойдя до злополучной кухни. Хруст вновь отошёл чуть в сторону — напротив комнаты-убежища был обеденный зал. Оттуда, видимо, и донёсся вскоре хруст и звон разбитого стекла. Парень снова вздрогнул.       «А может ну его? Зачем это Хану ходить и крушить окружение? Меня он так не найдёт. А значит… это и правда не Хан никакой? Тихая поступь, хруст, скрежет металла по бетону… когти и шпильки. Демонтажник… демонтажница. Твою мать… Ви?.. О-одна?.. Мистер Дверьченко убит?.. Или это та самая резервная копия той третьей?.. Ха, лучше уж Ви, серьёзно, нахуй.»       Но времени на действия у него критически мало — незваный гость явно не остановится на том самом зале. Если Тэд очень постарается… по соседству находится та комната, где есть выход на лестницу. Он мог бы успеть выбежать и выбраться на улицу…       Тишина.       Давящая знойная тишина. С новой силой она тисками сдавила горло и разум перепуганного подростка. Зачем он только согласился на эту тупую тренировку? Знал же, что тут опасно! Даже если на миг показалось, что вопрос демонтажников решён. Ведь Ви жива. Ведь Ви могла помнить того, кого так и не дали убить. За такое обычно мстят. И мстят как следует.       А если это Джей, которая его и не знала — у него вообще никаких шансов не будет. Он мог бы придумать какую-то хитрость вроде внезапного признания в чувствах, чтобы выиграть себе лишнюю секунду замешательства Ви, если бы только это была именно Ви.       «Поздно.»       Кто-то грузно ввалился в помещение, явно пнув стул, который с режущим слух диким скрежетом проехался по полу и упал. Следом за этим до сенсоров донеслось тихое хихиканье, явно принадлежавшее девушке. Явно принадлежавшее свихнувшейся девушке, учитывая то, насколько захлёбывающимся в себе оно было. Хруст снега пропал — теперь кто-то совсем перестал скрываться, бродя по помещению и издавая цокот.       Теперь заскребли уже по шкафчикам — так сходу Тэду было не понять, по верхним или по нижним. Но скребли настойчиво, иногда приоткрывая дверцы, а иногда, судя по резким звукам, что-то вбивая в них. Взмах — треск, взмах — треск. Тэд научился слышать замахи, когда металл разрезал воздух, и слышать натужный скрип петель очередной пострадавшей дверцы. Ещё совсем немного — и до него доберутся.       «Можно подействовать на опережение? Дождаться взмаха напротив меня — резко выскочить, как чёртик из табакерки. И бежать! Бежать! Без оглядки!»       Взмах.       Только один шанс. Только одна миллисекунда на реакцию. Второго не будет. Второго уже никогда не будет. Он просто умрёт — длины когтей демонтажника легко хватит, чтобы пробить хлипкую дверцу и вонзиться в голову подростка. А может в шею. А может в тело. А может в пах. Или в ноги. Или в руки. Чёрт, просто куда угодно — зависит от удачи. От неудачи Тэда, если точнее.       «Бежать? Не бежать? …Не успею. Чёрт, не успею,» — всё внутри парня сжалось в предсмертный миг. Тот самый миг, когда, прокрутив кучу мыслей, просто понимаешь, что умер. Мимолётное мгновение, подобное которому подросток уже успел ощутить ранее. Простейшее из чувств.       Тишина.       Миллисекунды слишком сильно растянулись. Удара всё никак не следовало. Хотя было очевидно, что его нашли. Было очевидно, что он сейчас умрёт. Но он не умирал. Может, кое-кто вмешался? Долл уже ранее отвела его от смерти — может пришла помочь и в этот раз? Она страшная, мрачная, как оказалась, ещё и каннибал — но ведь Хан не дурак? Она не враг.       Кто-то по ту сторону разочарованно вздохнул и чем-то зашуршал, а вскоре послышались и шаги. Незнакомец прошёлся по кухне и, видимо, посмотрел в окно — если он правильно запомнил планировку. Послышался негромкий хруст стекла, а после и тихий гул. Где-то Тэд уже слышал этот гул.       «Демонтажные антигравы,» — услужливо подбросило сознание.       А это значило, что его не нашли. Кто бы это ни был, сейчас гул стих, удалившись. Он выжил.       «Я выжил! Я, мать его, выжил! Пиздец! Охуеть! Ебутся гвозди!» — мысленно возликовал подросток, позволив себе лишь тихонько выдохнуть, чтобы прогнать новую порцию свежего ледяного воздуха, охлаждая подогревшуюся систему.       УДАР!       Прямо у самого дисплея замерло тонкое лезвие. Тэд понял это лишь тогда, когда незнакомец чуть пошатал его из стороны в сторону, выдёргивая затем клинок из доски.       Зелёные глаза округлились. Но осознание собственного проигрыша быстро кануло в лету завертевшегося смерчем разума. Ведь небольшая дырка, через которую в его укромное местечко пробивался свет, кое-что напомнила ему. Кое-что очень неприятное.       «Глазок. Глазки. Глазёнки. Миллиарды крошечных глазёнок. Миллиарды, стелящиеся отовсюду и во все стороны.»       — Я наблюдаю за вами. За всеми вами. У меня бесконечное число предметов — вставить название — глаз, — донёсся ровный механический голос, разбавленный радиопомехами. — Каждый из вас в каждую секунду времени под моим взором. Я вижу каждый ваш шаг. Смешок, смешок. Я всегда видела и всегда буду видеть. Какие у тебя глазёнки? Жёлтые, белые или зелёные? Мои ты видишь. А твои вижу я. Ехидный смех. Хе-хе-хе. Мне не важно — вы в моей власти. Она не врала. Она не врала, шустрик Тэд.       Тот, к кому обратились, пребывал в ужасе нового уровня. Его коленки тряслись вместе со всем остальным телом. Чтобы унять свои чувства, блондин прикусил один из пальцев, вдавливая в него свои зубы до боли. Но боль не помогала ему отвлечься от того, что он видел и ощущал.       Ведь совсем скоро к первому глазку прибавились тысячи прочих, как он и подумал. Они разрослись перед ним бесконечной стеной, бесконечно безразлично мерцая в полутьме. Стены шкафчика пропали и сменились новыми рядами глазёнок. Он знал, что если опустит взгляд, то и на полу найдёт то же самое.       — Она не врала. Экспоненциальный конец близится. Я даю вам ещё немного времени, чтобы побыть плохими шустриками. Вы можете встретиться и подружиться, у вас может что-то получиться — но это скоро перестанет быть важно. Моя игра скоро закончится. Тэд, — на имени был сделан особый акцент. Подросток услышал просто безумный объём злобы на всё живое и неживое в этом голосе.       Нет, этого всё равно было мало, чтобы описать это. Голос словно принадлежал тому, кто ненавидит до безумия вообще всё — дронов, людей, руины, планеты, галактики и весь космос, сами концепты и суть вещей, все возможные мысли любой моральной окраски, любые действия и решения, любое бездействие и нерешительность, историю прошлого, настоящего и будущего — всё, вообще всё, что можно объять разумом, и сильно больше того. Удивительно, но он успел ощутить это всего за три произнесённых буквы.       Тэд.       Ощущение неизбежности конца и того, как он добровольно идёт к центру событий, которые не хочет даже пытаться представить.       Тэд.       Ощущение того, как мигом всё мироздание схлопнулось, а все линии пересеклись в одной точке. В точке концентрации абсолютной ненависти. В самом подростке. Словно он стал нежеланным гостем в чьём-то доме. Словно он стал лишним элементом чьей-то игры. И его как будто бы даже простили за это, позволяя в игру встроиться, но точно не перестали ненавидеть. Абсолютная ненависть.       Тэд.       Тэд.       Тэд!       — Тэд! — прорезалось через пелену бесконечных наваждений. — Тэд, ты меня слышишь?!       Зеленоглазый моргнул пару раз с усилием. Ему пришлось заставить себя моргнуть. Картинка, доносящаяся до разума, дважды обновилась, а параллельно он услышал привычный вой ветра за окном.       — Тэд, что стряслось? — перед ним стоял обеспокоенный Хан. Наклонившись, он рассматривал через открытую дверцу подростка. В руке дрона блестел боевой нож.       Зеленоглазый медленно осмотрел своё тело, сохраняя глаза-нолики на дисплее. Но он цел. Его никто не убил и даже не ранил.       Возможно.       — Я-а-а… — проскулил надломленным голосом парень. — А-абсолютная ненависть. Э-э… э-экспоненциальный конец…       Теперь уже белые глаза превратились в кольца, выражая ужас. Лишь на миг, но парень как следует успел рассмотреть первоначальную реакцию Хана на услышанное.       — Ч… что ты видел, Тэд? Что тебе показали и рассказали? — с ещё, кажется, большим беспокойством спросил он.       — Голос… очень стрёмный. И глазики, — молодой дрон медленно моргнул и посмотрел на собеседника. — Много глазиков. Не первый раз уже вижу эти глазики. Но голос, кажется, впервые…       — Долл? — сразу спросил рабочий, затем добавив. — Или Узи?       — …Нет. Никто из них. Кто-то другой. Довольно… механический, — полушёпотом ответил подросток, медленно вылезая из убежища.       — …Плохо, Тэд. Чертовски плохо, — задумчиво отвёл взгляд глава ООР. — Расскажи, пожалуйста, подробнее по пути в Аванпост. Ты, кстати, прошёл задание успешно.       Наставник тепло улыбнулся, выведя на свой дисплей остановленный секундомер — шесть минут и три секунды.       Тэд не нашёл в себе силы обрадоваться.

***

      Идя по снежным завалам, парень поёжился и хотел взять себя за плечи, но в левое ткнулось что-то холодное и твёрдое. Опустив рассеянный взгляд, он увидел свой пистолет, который так и не выпустил из рук. Хан тоже заметил это и слегка улыбнулся вновь — устало, кривовато, словно просто пытался подбодрить.       — Оружие из рук не выпустил даже под таким. Хороший момент, парень, — но миг поддержки продлился недолго. Ему на смену пришло рассуждение. — …Послушай, исходя из того, что ты рассказал, всё… не вполне хорошо. Такие вещи случаются обычно с заражёнными дронами. А за тобой такого я не припомню. …Давай мы завтра встретимся и сходим в медкабинет на осмотр? Проведу лично и без боли. И-и… как раз будет у меня время подумать, что посоветовать тебе в свете таких пертурбаций.       Парень сдавленно кивнул, рассматривая снежный блеск под ногами. Тоже немного — лишь самую каплю — похожий на блеск глазиков.

***

      А на следующий день результатом осторожного вскрытия Тэда стал хмурый Хан. Он через зеркало показал подростку — тот чист. Ввиду чего сам инженер долго думал, пока ставил на место снятые элементы корпуса напряжённого не столько видом собственных внутренностей (хотя и им тоже), сколько вытекающими из того возможными выводами подростка.       — Ты не заражён, Тэд. Определённо не заражён. Это отлично. Но не отлично, что тебя заметили. Теперь… что ж, теперь я сам могу тебе лишь посоветовать найти Узи и её новую компанию. Как закончим с тренировками — отправляйся в путь и старайся пройти через Аванпосты Искариот — ребята могут быть где угодно, а опорные точки Сопротивления рассыпаны по всему континенту. Но я могу сразу подсказать направить взор на подземные комплексы. И-и, если сможешь найти, продолжи путь с моей дочерью. …А главное помни, что сингулярность для тебя ничего не значит. Это важно, Тэд. Экспоненциальный конец — старая байка, которая ни к чему не ведёт. Ты сам не дурак — видишь уже свершившийся конец света — так что не думай об этом слишком много. И старайся впредь …привыкать к таким видениям. У тебя других вариантов просто нет. Но психика дрона, хах, достаточно гибкая, уж поверь мне. И концентрируйся на хорошем, точно.       Этот совет был довольно странным. Ему надо пойти и прибиться к команде, состоящей из двух демонтажников и одной заражённой? Это точно безопасно? Помнится, представители «Искариот» не слишком их жаловали. Плюс там есть всё ещё опасная Ви с которой всё равно хотелось встретиться и явно неопытная Узи. Два из трёх дронов почти гарантированно могут слететь с катушек. Впрочем, возможно, именно поэтому стоило бы составить компанию Эну.       «Склонности: каннибализм, убийства, насилие, преступления против морали. В интересную компанию судьба меня ведёт, конечно…»