Дыхание

      — С-серьёзно, Хан, я хочу услышать объяснение произошедшего там, — Тэд откинулся на спинку кресла, переведя свой хмурый взгляд с плана Третьего Аванпоста на задумчивого теперь инженера.       Тот немного промедлил, а потом обернулся к подростку с лёгкой беззаботной улыбкой.       — Знаешь, почему я учу тебя в основном лишь стрельбе и пряткам? — вкрадчиво поинтересовался старший.       — Потому что рабочий может лишь стрелять и прятаться? — закатил глаза подросток, вскинув руку. Он тут же поёжился, когда нашёл жест обычно свойственным Лиззи.       — Нет, конечно, не только это, — задумчиво кивнул взрослый, впрочем не теряя в улыбке. — Но это — самая верная тактика. Стрелять и прятаться. Это просто как палка и эффективно столь же.       — Хорошо, но как это отвечает на мой…       — Прямо. Вполне прямо. Знаешь, кто твой главный враг в тот миг, когда ты сидишь в укрытии, затаив дыхание?       — Внезапное пост-травматическое стрессовое расстройство? — криво улыбнулся во весь рот парень, пожимая плечами.       — Ха-ха, хорошая шутка. Но нет, — собеседник поджал губы, на миг отведя взгляд. — Оно является лишь следствием. А причина, которую я и называю твоим главным врагом — твой страх. Вернее, страхи во множественном числе. Вот на них я и давил, Тэд.       — Погром в соседних помещениях?.. — блондину хотелось подробно разобрать уловки, которые на нём использовали. И, кажется, Хан был только рад объяснить.       — Сил рабочего вполне хватает устроить это. Чтобы сложить впечатление о буйном Карателе поблизости, — развёл руками глава ООР. — Да и резкие громкие звуки могут заставить тебя вздрогнуть, пискнуть, дёрнуться, побежать — это ведь тоже надо понимать, Тэд. Твои встроенные реакции оборачиваются против тебя — рабочие запрограммированы подобным образом реагировать на внезапные раздражители, чтобы на производстве избегать лишних утилизаций.       — Хорошо, значит и скрежет по стене тоже был для демонтажного антуража? — уже зная ответ спросил подросток.       — Само собой, парень. Это было полноценное представление от меня — тебе. И ты справился. Но, признайся, тебе ведь было не по себе? — вновь несколько зловеще улыбнулся рабочий, щуря прикрытые толстой красноватой линзой своих очков глаза.       Тот лишь согласно кивнул, дав старшему время подумать о чём-то своём и вернуться к сборке непонятного устройства. Прямоугольный корпус, окрашенный в тёмные цвета, смутно напоминал подростку что-то. Но его больше интересовало другое.       — А как насчёт хихиканья? Ваш голос ну точно не может брать такие ноты, даже если вы реально не в себе.       — Ну ты будто никогда не разыгрывал никого чужим голосом, Тэд, — изогнул бровь старший, на короткий миг подняв взгляд исподлобья. — Обычная запись голоса нездоровой мадам. Романтично и иронично, не правда ли?       Видимо, ирония заключалась в том, что Ви и обладатель того смеха — скорее всего Нори, — обе не вполне ладят с головой. А может и романтика в этом была. Хотя парень не знал и вдумываться не очень хотел — иногда логика Хана была настолько сложной, что создавала впечатление её полного отсутствия.       — Кстати, момент перед приступом меня интересует всё же.       — Когда вы тренировали ножевой бой на дверцах? — уточнил зеленоглазый, сразу увидев лёгкий кивок. — Ну, я всё ещё думал, что это демонтажница. Правда сейчас я понимаю, что зря думал о двух вариантах — вы имитировали именно Ви. Это… как будто именно её стиль.       — Что ж, ты угадал… — губы собеседника вновь дёрнулись в улыбке, а сам он сильнее склонился над сооружаемым орудием. — Но может ты ещё что-то интересное заметил?..       «А что я мог заметить? Я в темноте сидел и молился, чтобы когти не вонзились в моё тело. Хотя…» — поразмыслил парень.       — Я, кажется, сумел тогда услышать звуки взмахов. Когда ваш нож воздух рассекал. Странно, что именно это, а не звук ваших сервоприводов, — тут же задумался подросток, опуская взгляд.       Ведь точно. Очевидно, что воздух рассекается лезвием тише, чем жужжат механизмы дрона. Пусть даже он и готов предположить идеальное состояние системы инженера Хана. Но слышал он именно сами взмахи — не то, чем они должны были сопровождаться.       — Разум дрона довольно адаптивен. Наши слуховые сенсоры не стоит недооценивать, хоть они и заметно хуже оных у демонтажников. Дело же тут именно в том, что твой собственный разум расставляет акценты уже немного по-другому. Привычные звуки отходят на второй план, и разогнанный страхом процессор старается распознать лишь новые, доселе остававшиеся незамеченными. Психология, Тэд, — поднял внезапно серьёзный и вдумчивый взгляд дрон напротив.       — Скорее уж тогда восприятие. Я-я не прогуливал особо пары именно по психологии и помню, что там этого не было.       Глава Обороны лишь скромно улыбнулся, пожав плечами.       — Ну и ладно, всё равно не моя специализация.       Тэд вновь задумался, теперь глубже. Ему всё не давало покоя произошедшее в конце тренировки. То, что он видел и чувствовал, и тот голос. Хан явно его не слышал — было ли всё произошедшее строго в голове у парня? Если да, то почему? Неужели это из-за связи с Долл? Хотя это было бы слишком странно — значит, что-то другое. Там ведь было что-то про «дам вам побыть плохими шустриками и встретиться». Это о Ви? Хотя, как бы то ни было, интереснее другое — вопрос, который тоже необходимо озвучить.       — Хан, вы, вроде, говорили что-то про то, как бороться с приступами. Что надо концентрироваться на хорошем. Так вот… как концентрироваться на хорошем? Я помню те ощущения — там всё хорошее было о-о-очень далеко. Так далеко, что в голову и не думало возвращаться. Только страх, тлен и ужас были. Я-я не думаю, что мне подходит этот способ, — с волнением выдал подросток, перебирая свои пальцы.       — Лишь потому что тебе надо постоянно держать в голове заветную веточку доброго, — дрон напротив даже перестал копаться в устройстве, явно желая с самым серьёзным видом дать новое наставление. — Постоянно, Тэд. Просыпаться, держась за это, работать и даже уходить в спящий режим, не отпуская светлые мысли. Весь мир вокруг выглядит не слишком жизнерадостно и постоянно дарит страдания, а потому тебе надо самому следить за этим. Самостоятельно напоминать себе, ради чего ты проходишь всё. Или ради кого. Иначе ты, уж извини, свихнёшься. А вкупе с твоими приступами из этого может получиться… много чего нехорошего. Я сам не всё ведь знаю. Но чётко знаю простую истину — твои собственные идеи, гранитом выбитые в твоём уме, не раз и не два спасут тебя. Поэтому, Тэд, ты можешь в дальнейшем увидеть множество фанатиков разных сортов. Они будут всегда о разном — личности достаточно индивидуальны у тех, кто добровольно отошёл от линии партии. Но они всегда будут и об одном. Это не парадокс — они всегда будут о полном самопожертвовании перед лицом идеи. Вот какова твоя? Лишь научиться давать отпор? Или уйти из трусливого Третьего Аванпоста к тем, кто будет смелее нас и с большей готовностью отбиться? А может тобой всё-таки правит желание быть кое с кем? У тебя не так мало вариантов, но вот последнее — одна из самых мощных вещей, когда-либо созданных миром. Иными словами, прячься от стрёмных приступов за любовью. Даже если это лишь влюблённость, которая скоро кончится.       Внимательному слушателю потребовалось с десяток секунд на осознание. И когда оно оказалось готово, зелёные брови поползли вверх.       — Именно поэтому и вы сами когда-то осели здесь, верно?..       Старший Дверьченко промолчал некоторое время, нахмурившись — словно сам глубоко задумался о чём-то своём, раскапывая откровения в недрах собственного сознания. Но это не продлилось долго — едва Тэд решил начать извиняться, помня о судьбе Нори, дрон заговорил.       — Да, в сущности, всё именно так. У меня было три пути — стать бездушным палачом, управляющим действительно большой группой дронов, если не целой армией; списать себя в одном из боёв или за их пределами; либо взять жизнь в свои руки и пойти за манящей фиолетовой загадкой — моей вернейшей напарницей. Я долго думал, и выбор мой ты уже видишь. И выбор этот… в конечном счёте был не слишком правильным, но я о нём всё равно не жалею, оглядываясь на прекрасные моменты прошлого. И у меня к тебе вот какой вопрос. Ты осознаёшь ценность семьи? Ты любишь свою семью, Тэд? Ведь сейчас и у тебя есть примерно три варианта выбора — новый цикл фактически неизбежен.       Блондин задумался, невольно отведя взгляд — что-то давящее вновь оказалось во взгляде Хана. Он словно не первый раз уже ловил себя на ощущении иррациональной тревоги, когда их взгляды встречались. Это было похоже на взгляд Долл. Впрочем, задумался подросток даже не об этом, а о вопросе собеседника. Действительно ли он любит свою семью? Он хоть помнит имена своих родителей?       «А я… реально не помню,» — с ужасом понял Тэд.       — Н-нет, видимо, не очень. Я даже не помню, как их зовут. Я с ними ведь и не виделся почти. Я… вот блядь! — пальцы впились в обшивку лица, задевая волосы и сдвигая кепку назад, когда обескураженный юноша пытался прийти в себя.       Он действительно помнит Ви, но не помнит быт своей родной семьи.        — Я мог бы сказать, что ты плохой сын, если бы ты действительно был таковым. Но не могу не вернуть тебе пассаж про проблемы с памятью, — усмехнулся старший, мигом чем-то напомнив свою дочь в подобные моменты ехидства. Лишь на секунду, за которой последовала очередная серьёзная реплика. — Не переживай, Тэд, на самом деле. Они уж точно не винят тебя, а ты уж точно не стал плохим сыном, если забыл слишком малочисленные времяпровождения с близкими. Это может быть довольно грустно, но правда в том, что мы забываем менее важное в угоду более важному. А если тебе всё-таки нужно будет вспомнить их имена — в моём шкафчике всегда лежит целое досье на тебя и них.       Странным образом эти слова быстро вернули изрядную долю душевного равновесия Тэда. По факту ведь Хан был прав, да и страховку предложил тут же. Он может просто попросить и вспомнить это — возможно, даже вспомнит какие-то конкретные сцены из прошлого. Проблема тут в другом. И даже не в том, что в поддерживающей речи Хана между строк читалось: «Твой разум подвержен чужеродным воздействиям, и ты ничего с этим не можешь поделать.» Проблема была в непонимании Тэда. Он словно встал на моральном распутье своей судьбы вновь.       Вариант первый — авантюра. Он завершит подготовку и отправится шляться по убежищам Коалиции. Необходимые боевые навыки даст Хан, пушку даст их склад, цель уже задана — найти Ви и Узи, чтобы продолжить путь вместе с ними. Дорога на поверку полна опасностей — его могут убить не только демонтажники, но и рабочие. Он может оказаться втянутым в мутные дела мутных личностей. А может ему на голову просто упадёт какая-нибудь внезапная беда в лице условного кирпича, который мигом завершит весь путь парня. Это не говоря про опасности, которые могут встретиться ему уже на одном с Узи и Ви пути. А ведь там скорее всего кроется нечто безумное, своим масштабом готовое сожрать целый разум.       Вариант второй он не выберет. Он уже подумал пару раз о том, чтобы прекратить своё существование добровольно, но всё же нет. Это не его путь, да и как он тогда встретится с ребятами? И Хана подведёт…       Вариант третий — Аванпост Третий. Остаться в домике и сидеть в ожидании непонятно чего. Он уже может дать какой-никакой отпор возможным вторженцам, но даже если он окажется в самой удобной позиции с кучей выстрелов под рукой — этого ведь мало для защиты приличных размеров подземного комплекса. Он отчётливо понимает это. Понимает, что даже если они вместе с Ханом будут пытаться защитить весь скотный двор — проиграют. Эти суждения слишком быстро заводят в омут липкого тлена, которым теперь пронизан весь Аванпост. А может был пронизан всегда. Возможно, Долл и Узи именно это и понимали, и именно поэтому решили вырваться из круга. Но разве он такой же крутой? Он ведь всё ещё не заражён, не призрак и не демонтажник. Просто парень из среды рабочих. Немного плут, что ж, не без этого, если вспомнить его прошлые любовные похождения и образ жизни, но за всем этим лишь простой рабочий.       Лишь простой рабочий с пушкой, навыками снайпера и горящим «сердцем».       — Это… не нужно, — наконец выдохнул парень, поднимая взгляд на внимательно следящего взрослого. — Пусть их имена останутся в вашем досье. Думаю, пора вычеркнуть из этого меня. Думаю… — не сдержавшись, выдавил одинокую слезинку подросток, понимая, что всё равно уже не сможет жить как прежде. — …мне лучше уйти. Так что покажите мне не досье, а… способы борьбы со всеми ними. С демонтажниками и рабочими.       — …Это твой выбор, молодой дрон, — негромко отметил Дверьченко, вздохнув в ответ. — Мы с тобой ещё не провели сегодня тренировку. Давай исправим это?

***

      Таким образом Тэд и оказался здесь — перед большим небоскрёбом, тянущимся в туманную вечность. Хан стоял по правую руку и так же задумчиво осматривал здание. Ледяной ветер лишь совсем немного продувал военную форму, покрытую серым камуфляжем в стиле «Урбан», в которую теперь был облачён подросток.       — Значит, тренировка похожа немного на прошлую, но теперь твоя цель — логически обоснованное и тактически выверенное бегство от меня, — заговорил наконец глава ООР, крутанув на пальце странного вида пистолет. — У меня в руках простой тренировочный пистолет, который если и навредит тебе, то разве что косметически. Но ты должен понимать, что это лишь имитация оружия посерьёзнее, и уклоняться тебе надо как от настоящих выстрелов. Если я попаду в тебя пять раз — ты проиграл. С первого раза вряд ли пройдёшь, но наша цель в самой тренировке. Желательно чтобы ты с каждым разом проигрывал на всё более высоком этаже. Доберёшься до крыши живым — считай победил. А теперь я засекаю пятнадцать секунд форы, которую даю тебе. По-ошёл!       И он пошёл. А точнее побежал. Широкие стеклянные двери давно разъехались в стороны, ещё прежде чем электричество пропало, а за ним и лёд появился на пару с обломками всякой утвари, окончательно заблокировав их. Но главное, что они легко впустили подростка.       Внутри первым встреченным оказался холл с вестибюлем. Помещение крайне просторное и свободное. Даже слишком свободное — всю мебель составляли несколько диванов и стойка самого вестибюля. Но Тэда всё равно интересовал лишь ход на верхние этажи. Поэтому он, оббежав по дуге половину зала, выбил с локтя двери, за которыми оказалась лестничная клетка с лифтом. Понятное дело лифт бесполезен — подросток сразу рванул вверх по лестнице.       А уже на втором этаже он услышал торопливые шаги снизу — фора кончилась, и теперь Хан ринулся в погоню за ним. И отчего-то Тэд точно знал, что старый плут отлично знает планы этого здания. Возможно, на это намекала сторона, в которую внезапно удалились звуки чужой беготни. В любом случае думать у него времени не было — подросток оперативно взбежал на третий, а за ним и четвёртый этаж.       Тут-то и случилась первая проблема — лестничный пролёт оказался рухнувшим. Значит, ему надо бежать к другой лестнице, но вот проблема — он слышит, как где-то в здании, примерно напротив него уже приближаются тяжёлые и быстрые шаги. Впрочем, не спускаться ведь ему теперь? Поэтому, собрав всю скудную храбрость в кулак, подросток выбежал с лестничной клетки, оказываясь в коридоре и на миг лишь встречаясь взглядами с маниакально улыбающимся рабочим, что живо выстрелил прямо в Тэда два раза.       Впрочем, Хан оказался не безупречен в стрельбе — первый залп попал в щёку, оставив тёмное пятнышко как отметку о ранении, а второй пролетел где-то возле виска парня, давая больше шансов. Тэд воспользовался этим и рванул прочь из коридора, выходя в низкий, но очень большой офисный зал, где уже было приличное количество укрытий, пусть и представляющих собой в основном лишь тонкие стеночки из поликарбоната или чего-то в этом духе, и офисных столов с креслами.       — Один есть! Осталось четыре! — раздался позади весёлый голос. Тэд лишь поджал губы и юркнул за бетонную колонну, уходя от последовавшего тут же ярко-голубого лазерного выстрела в спину.       В одном он просчитался — Хан мог просто встать на выходе из коридора, чтобы ожидать ошибку парня — ему ведь всё равно нужно вернуться к лестнице. Так Хан взял — и сделал это. Воцарилась тишина, прерываемая лишь воем ветра и сбивчивой работой кулеров дронов.       — Ты же понимаешь, что сам себя в ловушку загнал? Давай заново? — поинтересовался «охотник».       — Нет уж, я слишком рано не сдаюсь! — выкрикнул Тэд, прижимаясь спиной к колонне и выстраивая в голове примерный маршрут бегства, что вот-вот начнётся.       «Это ведь как бег с препятствиями. Давай же, Тэд, ты сможешь!»       Гулко выдохнув, подросток рванул влево от колонны, запрыгивая за один из столов, стоявших чуть ближе к выходу, чем прошлое укрытие. Хан ответил парой промахов. Аккурат через миг Тэд выскочил из нового укрытия, перепрыгнул ещё один стол, пригнувшись забежал за офисную перегородку и кубарем влетел под другой стол, встретившись головой с монитором. К счастью, монитор оказался более хлипким, чем дисплей Тэда. Но болевые импульсы всё равно пришлось стерпеть. Лазерный пучок же пролетел лишь один — видимо, Хан не ожидал такой прыти от загнанного в угол подростка.       — Ловко, парень! Но тебе стоит помнить, что в настоящем бою такие преграды легко прострелят! — наставнически отметил глава Обороны. Тэд рефлекторно кивнул в знак согласия, хоть между ними и не было зрительного контакта. — А знаешь, что тебе стоит использовать в подобной ситуации? Что-нибудь отражающее, вроде зеркала! Тогда ты смог бы получить обзор на своего врага и скорректировать тактику.       «Вот чёрт, точно же!» — и как он сам не догадался?       Впрочем, блондин в последнее время не очень дружил с зеркалами, а Лиззи он и в помине не являлся, так что ничего подходящего под рукой сейчас не было.       «Хотя…»       Взгляд медленно покосился на встреченный лицом монитор. Да, тот потрескался, но всё ещё с горем пополам мог отразить хотя бы свет от интерфейса дрона. Впрочем, он слишком большой, чтобы его использование было удобным. Тем не менее, руки схватили пластину за боковины, медленно и неуклюже подняв её над укрытием подростка.       Бам!       В устройстве осталась кривая оплавленная дырка. Вскоре к ней прибавилось ещё пять, прежде чем дисплей выпал из рук, с грохотом ударившись об пол. Он успел заметить лишь два белых пятнышка и несколько голубых выстрелов позади и чуть справа от себя. Чёртово матовое покрытие.       — Ха-ха-ха, нет, Тэд, ну не до такой же степени! — рассмеялся дрон.       Подросток воспользовался мгновением и выскочил из-за стола, пробежав ещё метров десять, петляя меж других столиков и перегородок. Остановился лишь тогда, когда перед самой оптикой пролетел ослепительно яркий голубой луч, а ноги закономерно запнулись друг о друга, роняя тело вниз. Очень вовремя — следующие выстрелы бы принесли поражение. А подросток лишь теперь решил перевести дух и высказать претензию.       — Вы с ума сошли?! Почему выстрелы только что прошили моник насквозь?! — а ведь последние лучи могли и самого Тэда убить, раз уж на то пошло.       — Да нет, Тэд, тут мощность легко и быстро меняется, хех, — успокаивающе ответил взрослый. И сомневаться в его словах смысла не было.       Хотя он всё равно усомнился. Да, на краткий миг, но он готов был поверить, что у Хана какие-то шарики заехали за ролики. Мало ли — дрона с явно боевым прошлым могло и перемкнуть в подобной ситуации. Да и он помнил те удары ножом.       Впрочем, лирика мешает тактике. Ему осталось всего-то метров пять до выхода из зала обратно в коридор. Проблема в другом — перед самым выходом явно стоит во всю ждущий момента рабочий, держа наготове свой пистолет. Поэтому Тэд и осмотрелся, дабы придумать хоть что-то, что в теории поможет ему избежать обидного проигрыша сразу. И он нашёл. Кабель от одного из системников чёрной и неподвижной змеёй тянулся аккурат за соседний столик. А он и стол Тэда прикрыты перегородкой. Чем не шанс?       Аккуратно взявшись за розеточный штекер одной рукой, подросток резко потянул провод на себя, вызывая смесь из скрежета, стуков и последующего грохота завалившегося соседнего офисного стола. Отличный набор для уже бежавшего с другой стороны молодого бойца. План сработал — Хан промедлил несколько секунд, в которые Тэд успел добраться до него, так что подросток получил лишь один выстрел в лицо (и не умер, что было хорошо), оперативно скрываясь в коридоре. Там он со всех ног понёсся к лестнице, взбираясь на пятый этаж. Позади вновь послышалась беготня догоняющего под возглас о втором попадании. Но это уже не было важно — парень подобно молнии нёсся на шестой, а затем и седьмой этаж.       Оказавшись на полпути к восьмому этажу, Тэд на пару секунд замешкался — следующий пролёт зиял приличных размеров дырой, а Хан вообще-то не отставал. Поэтому к моменту, когда подросток набрался решимости с короткого разбега перепрыгнуть дыру, в него прилетел ещё один выстрел. А во время самого прыжка — ещё один. Но он всё равно справился, да ещё и от Хана оторвался как следует — вряд ли пожилой вояка пойдёт повторять акробатические приёмы молодого дрона.       — Четыре попадания! Остался последний шанс и целых сорок два этажа побегушек! — обладатель малость хриплого голоса явно от души веселился.       А ведь действительно. Ему ещё до умопомрачения бежать вверх. И ведь совсем не факт, что следующий лестничный пролёт окажется на месте. Или что не будет завален. Или что обе лестницы не оборвутся в один момент, вынуждая искать выходы вроде других лестниц. Тэд кротко выглянул за перила — лишь на секунду, чтобы найти взглядом топающего внизу Хана и окинуть беглым взором верхние пролёты — и сразу же поймал головой последний выстрел. Очень глупо вышло.       — Пять из пяти! Ха! Есть ещё порох в пороховницах! — со здоровым злорадством победителя игры выкрикнул снизу глава ООР. — Тэд, давай спускайся!       — …Хорошо, но лишь чтобы переиграть сразу же! — с толикой обиды ответил подросток, чуть свесившись вниз через перила. Он вообще-то очень хотел победить.       Правда на это у него ушло примерно десять часов неустанных забегов. Во второй попытке он добрался до тринадцатого этажа и был расстрелян Ханом, когда споткнулся о поваленный дверной косяк и рухнул. В третьей Хан настиг его на семнадцатом этаже, чуток замешкавшегося перед очередной дырой в лестнице. Пятая и шестая попытка вовсе были провалами, закончившись на пятнадцатом и одиннадцатом этажах. Седьмая попытка оказалась на какое-то время самой удачной — Тэд добрался аж до тридцать первого этажа, когда ему в спину прилетели три «добивающих» выстрела. За ней последовала ещё целая серия провалов, в какой-то момент надоевшая Хану до такой степени, что он предложил перерыв, чтобы выпить масла и подзарядиться. Тэд тогда отпирался, но в итоге всё же сдался и не пожалел. Следующая двадцатая попытка обернулась почти полным успехом — сорок девятый этаж и аж два шанса на победу. Беда возникла с дверями — с локтя выбить мигом не удалось, за что подросток и поплатился. Затем было ещё несколько менее удачных заходов, за которыми наконец проследовал триумф подростка.       — Двадцать четыре попытки — и вот я здесь! Да есть же, мать-перемать! — в истовой радости вскинул руки зеленоглазый, ощущая приятный ветер на лице. Ветер победы над матёрым догоняющим, который уже поднялся к нему и подошёл, положив руку на плечо.       — Ты большой молодец, Тэд. Взгляни на видок, открывающийся отсюда, — тепло улыбнулся Хан, поправляя свои усы.       Довольный подросток проследовал совету и окинул внимательным взглядом округу. Туман уже изрядно поредел, а ночь ещё не успела состояться, давая лицезреть практически весь город, за исключением пары ещё более высоких зданий, сверху. Это выглядело примерно так же, как он и полагал, но всё-таки иначе. Ранее он видел разрушенное человеческое наследие лишь с высоты роста ребёнка тех же людей — теперь он увидел намного больше масштаба. И размах разрушений поразил его. А чуть позже и едва ли не напугал, когда он увидел стёртые под ноль целиком кварталы города.       Ошибки быть не могло — так не было задумано. Он отчётливо видел сейчас вдали несколько кривых прямоугольников бетонной крошки, почти ровным слоем лежавшей на земле. Хан выдал ему изрядный перечень человеческого и пост-человеческого оружия, и теперь это лишь сильнее сбивало с толка. Люди во время последних лет существования использовали преимущественно электромагнитное оружие, почти отказавшись от привычной артиллерии и бомб. Да и на работу последних это похоже не было — не тот характер повреждений, учитывая целёхонькие — по меркам апокалипсиса — дома рядом с такими «пробелами».       — Ё… Мистер Дверьченко… Хан, а это… — парень в шоке кивнул в сторону увиденных аномалий на лице города. — Это результат чего вообще? Не припомню, чтобы плазменные орудия или тротиловые снаряды умели подобное…       Глава ООР присмотрелся, приложив руку к своему красному визору — теперь Тэд понял, что он точно является чем-то большим, чем просто защитной линзой для оптики, — чтобы разглядеть больше деталей. А через пару секунд старший с какой-то теплотой и тоской улыбнулся.       — Это, Тэд, наглядный пример того, почему на наш с Нори, Владимиром и Евой отряд было опасно покушаться. Пример могущества моей любимой и Евы, — наконец выдал он. — Телекинез высшей пробы — очень злая колдунья может чуть ли не по щелчку пальцев стирать целые здания в пыль. Хах… да, весёлое было время. Представь, что некогда люди сидели и корпели над планами всех тех несомненно сложных железобетонных и кирпичных сооружений, лишь чтобы потом они были вмиг уничтожены просто потому что, цитирую: «Меня заебали эти крылатые упыри! Ева, помоги мне.»       Дрон отвёл взгляд, словно смутившись брани, одновременно с тем, впрочем, посмеиваясь через сомкнутые губы. Тэда всё это изрядно заинтересовало. Увидев такие последствия, он задумался о том, что Ви, по словам того же Хана, тоже вообще-то заражена. Могло ли это значить?..       — А заражённые демонтажники тоже способны на такой ужас? Во время их нападения на Аванпост я не припомню ничего подобного, — с беспокойством поинтересовался подросток.       Хан обернулся к собеседнику, теперь выглядя задумчивым, а вскоре потрепал кепку подростка, резко контрастировавшую с его униформой.       — Нет, Тэд, не переживай об этом. Они… они как малые дети. Они не знают, на что способны. Возможно, лишь поэтому мы с тобой и живы сейчас, — грустно улыбнулся вернувший некоторую прежнюю усталость рабочий. Впрочем, довольно скоро он оживился, улыбнувшись чуть шире. — Ну, или их тела как-то экранированы, что снижает эффективность того, что внутри них.       Тэд не нашёл в этом ничего забавного, но позволил себе лишь робко кивнуть, мысленно надеясь, что предположения Хана верны. Ведь если заражённый может стереть из бытия целое здание — что помешает той же Ви при их следующей встрече от великой обиды стереть из бытия самого Тэда?

***

      «Нет, я понял, почему я к ней так тянусь. Это потому что она намного сложнее любого из тех, кого я встречал прежде. Вы, конечно, тоже оказались тем ещё многослойным тортом, Хан, но вы и не рвёте на куски тех, кто вам не нравится, сутулясь и хихикая взахлёб. …Я это к тому, что ей пришлось, похоже, пережить намного больше каких-то потрясений. И я думаю, я хотел бы помочь ей с этим.»       С момента того их разговора о «величии заражённых» прошло несколько дней. Хвала высшим силам, что дроны обучаются намного быстрее людей. Только поэтому они с Ханом и смогли провести целую массу тренировок и лекций. Он многое узнал и многому обучился. Взять ту же подготовку к стрессу, когда Хан бродил позади лежачего Тэда и стрелял в пол совсем рядом с ним, приучая не дёргаться. А не дёргаться ему приходилось — ведь иначе прицел бы сбился, чего почти состоявшийся снайпер Тэд себе позволить не мог. Помимо этого было и несколько интересных тренировок рукопашного боя, в ходе которых больше открытий для себя сделал сам Хан, нежели Тэд. Впрочем, некоторые приёмы блондин всё же с удовольствием освоил, видя их отличие от киношных ударов.       «Какого бы дрона ты ни видел — старайся первым выстрелом поразить его грудной отдел. Там нет процессора, но есть хотя бы один из трёх вариантов, в зависимости от того, заражённый это, простой рабочий или демонтажник — чувствительная плоть, масляный насос или нанитовый блок соответственно. Обычно в ответ на попадание цель поворачивает голову в сторону стрелявшего — так что второй выстрел обязательно посылай в открывающуюся морду или другую часть головы. Если и не убьёшь — сможешь сбить с толку, а это может спасти кучу жизней. Если торчит только конечность или малый кусок тела — не пали, потому что толку будет мало. Два выстрела — один труп, Тэд. Запомни. Если стреляешь в лежачего — тоже два выстрела, просто оба в голову. Всё достаточно просто.»       И он запомнил. И теперь, лёжа на крыше невысокого здания, аккуратно устроившись подле железной квадратной трубы от вентиляции, напряжённо всматривался в прицел. На нём надет светло-серый маскировочный халат с вкраплениями белого, дающий неплохо сливаться с большинством пространств на этой условно безжизненной экзопланете. Голографическое перекрестье прицельной сетки медленно гуляет из стороны в сторону, рассматривая окна стоящего где-то в километре от самого Тэда здания.       «Когда-то именно подобным обрядом сопровождались людские дуэли.»       Хан отметил поэтичность их расхождения по позициям, ведь начали они из центра площади, улёгшейся между огневыми точками снайперов, встав друг к другу спиной. Да, старший Дверьченко тоже примерил личину скрытного и дальнобойного стрелка, надев похожий маскировочный халат, который лишь был темнее, чем тот, что на Тэде, и взяв похожую тренировочную лазерную винтовку. И теперь его задача была предельно проста — поразить Хана двумя выстрелами раньше, чем он сделает это с Тэдом сам.       Он раньше даже не задумывался, сколько движения на самом деле царит вокруг. Раньше, глядя на руины, он видел лишь неподвижные остовы домов, навеки скованные льдом. Теперь же он научился видеть, как медленно покачивается обломок оконной рамы на углу второго этажа, или как мерно раскачивается дверца кухонного шкафчика через три окна и один этаж от первого замеченного движения. И сильно больше того. Время от времени казалось, что вообще весь дом качается из стороны в сторону, словно у него тяжёлая одышка после длинного забега.       Маленькая красная точка набрела на дверной проём одной из ближайших комнат дома напротив. Тэд отчётливо видел, как там что-то мелькнуло на короткий миг. Параллельно с тем зелёная подсказка в правом верхнем углу прицела отметила дальность, составившую тысячу шесть метров.       «Это Хан, как пить дать,» — спокойно подумал подросток, ведя прицел влево — куда, как он полагал, и проследовал мелькнувший в проёме дрон.       Однако ничего не было видно. Лишь зияющие тёмно-серым провалы окон и пара распахнутых балконных дверей — на перилах одного из балконов висел людской скелет, рёбрами зацепившись за железные прутья. Блондин и знать не хотел, там ли закончилась жизнь того человека, или всё-таки он оказался в столь незавидном положении, раскачиваясь на ветру, сильно позже.       Прицел вильнул сильно вправо — мало ли то был обман, а Хан уже целится в него из совсем другого окна? Прогулявшись по этажам, впрочем, перекрестие никакого противника не нашло. Значит, надо искать в другом месте. Сперва ниже.       Снова ничего. Конечно, в каком-то смысле нижние этажи могли бы стать неожиданной снайперской позицией, однако явно не в этот раз — у него было много времени, чтобы пристально рассмотреть каждый чёрно-серый маленький прямоугольник. Впрочем, само время сейчас стало чем-то эфемерным, тотально замедлив свой ход. Либо ему просто так казалось.       Прицельная сетка поднялась до самой крыши. Мало ли они избрали одинаковый подход? С крыши ведь открывается наилучший обзор. Красная точка медленно побрела по верхнему контуру здания, огибая по дуге торчащие там же трубы и короба выходов наружу. Оптика Тэда отчаянно пыталась зацепиться за хоть малейшее изменение очертаний — и в какой-то момент сделала это. Правда, не возле такой же трубы вентиляции и даже не в дверном проёме лестницы — нет. Небольшой новый уголок возник над какой-то плитой, лежавшей на крыше между парой труб. Палец потянул спусковой крючок на себя, чтобы совершить выстрел… но вовремя остановился. Уголок не двигался. Совсем. И определённо точно не походил на макушку одетого в маскхалат Хана.       «Обманка?..» — только и успел подумать подросток, как вдруг заметил на предпоследнем этаже движение в одном из окон.       Резко перекинув прицел уже туда, он вновь едва не выстрелил. Однако ему каким-то чудом хватило скорости реакции, чтобы отпустить спусковой крючок в последний миг — он увидел обычную кастрюлю, которую кто-то приподнял над полом аккурат так, чтобы снайпер смог заметить это и выстрелить, приняв по неосторожности за цель.       «Хитрый Хан… нет, не поведусь. Сам ведь рассказывал мне о таких уловках,» — ухмыльнулся парень.       БАМ!       Тонкий красный луч врезался в крышу совсем рядом с Тэдом. Как он полагал, по другую сторону от его трубы-укрытия. Но это было уже не важно, как и обуявший подростка страх — он заметил, что выстрел произвели из соседнего с кастрюлей оконного проёма. Прицел мигом перестроился в новую позицию и… опять никого не нашёл. Но зеленоглазый уже был слишком уверен, что стрелял Хан именно оттуда. Поэтому теперь он принялся неустанно пялиться в прямоугольник, заставив перестать гулять красную точку центра перекрестья.       Сколько они уже играют в эту игру? Минуты? Десятки минут? Или часы? Кажется, уже изрядно стемнело — хотя выходили они на позиции когда едва смеркалось. Его прицел уже успел раз тридцать прогуляться по всему зданию напротив, изучив досконально каждый элемент картины. Окошки, дверки и скудную лепнину, трубы на крыше и перила ограждений на балконах, некоторые трещины в стенах и даже часть утвари комнат — всё. И всё ради того, чтобы произошли два финальных выстрела — его или Хана. В целом, сколько бы времени на это ни понадобилось — он не потеряет концентрацию, потому что ему ясно дали понять, что это экзамен, который надо просто взять — и пройти с нахрапа.       «Спасибо хоть не насмерть,» — невесело отметил подросток.       В последнее время он замечал странное рвение Хана. Его странную живость. Прежде дрон походил на тень личности — вечно хмурый, ворчливый и усталый. Архетип скатившегося на самое дно персонажа из триллеров. Инженер-неудачник, который ни в своём ремесле после создания дверей не преуспел, ни в семейном счастье, потеряв по частям всю эту самую семью. Конечно, лишь теперь трагизм удавалось прочувствовать как следует — когда подросток поймал себя на шальной мысли, что они в чём-то чертовски похожи. Например, в странных наклонностях, в потере связи с родными, в горьких провалах, и, наконец, в ненависти к себе. Но, как бы то ни было, в дне сегодняшнем он уже видел горящий взгляд белых глаз. Каждую их встречу руки Хана были чем-то заняты, как и его разум. Казалось, что Дверьченко-старший что-то вновь готовит. Что-то грандиозное, возможно. Но на любые вопросы об этом всегда следовал простой, совсем не грандиозный ответ: «Я просто снова увлёкся своим хобби.»       Что за хобби? Чёрт его знает. Видимо, хобби Хана — постоянное создание каких-то приблуд. Одну из них Тэд, кажется, почти узнал. Он теперь был уверен, что совершенно точно видел нечто подобное ранее. Правда, с фигурой Хана то воспоминание сочеталось слабо. Впрочем, он опять отвлекается на свои мысли — потеря концентрации в любой миг может обойтись очень дорого.       «Спасибо, что не насмерть,» — повторил мысленно подросток, переведя перекрестие на кастрюлю, а через миг — совсем капельку левее от неё.       Он ощущал, что исход приближается. Он не просто так неустанно следил за этими двумя окнами — в одном из них вот-вот должен был показаться белоглазый дрон. Это могло произойти только так — дверной проём помещения был полностью виден подростку. Вместе с ним видно было и то, что комнату никто не покидал.       Однако старый лис, кажется, снова обвёл юнца вокруг пальца. Едва блондин успел почувствовать вкус приближающейся победы, как над самой его макушкой пролетел новый лазерный залп, едва не засчитав Хану половину победы. Времени подумать вообще не оставалось — прицел тут же рванул по диагонали вверх и направо, находя выглядывавшего из проёма выхода на крышу дрона, запускавшего второй выстрел прямо в лицо Тэду. Пришлось резко сгруппироваться и дёрнуться всем телом назад, едва уходя от атаки. К счастью, тренировки не прошли даром — сам подросток уверенно нажал на спусковой крючок дважды, едва только точка остановилась на красном визоре вновь. Два зелёных луча отправились в стрелка и не пролетели мимо.       «Отличное попадание, Тэд! Тест сдан!» — тут же донеслось по рации, которые были у снайперов как раз для связи друг с другом, дабы отметить победу или поражение.       Позже, уже в столовой Аванпоста Дверьченко рассказал, что действительно использовал имеющиеся у него уловки, дабы запутать Тэда. На вопрос об уходе из комнаты с кастрюлей старший лишь загадочно улыбнулся, сказав: «Нельзя выйти из комнаты, в которую ты не входил.» Тэд сделал вывод, что тот стрелял из коридора, а не из самого помещения — именно поэтому подросток и обманулся, дав Хану кучу времени на перемещение к другой позиции.       «Вообще я и заметил-то тебя лишь потому что сам бы спрятался в подобном месте из-за его тактического удобства. Сбоку большое укрытие, да и обзор приличный.»       Так и закончилось начальное обучение Тэда — дрона, решившего начать совершенно новую жизнь, теперь куда более опасную и, быть может, интересную. Им с Ханом оставалось лишь поговорить ещё раз напоследок и попрощаться. А ещё Дверьченко обещал выдать Тэду лучшую лазерную винтовку, которую только сможет. За сим парень почти сумел обрести гордость собой вновь; почти забыл чувство опустошения, либо восполнил недостающее.       «Зи, Ви, я иду за вами.»