Глава 5

      Входная дверь стремительно захлопнулась за комсомолкой. Вылетая из подъезда, Надия почти сталкивается с Иркой.       — Ты чего тут? — Немного удивилась Сабурова.       — Отец твой позвонил спозаранку, разбудил всех моих. Просил приглядеть за тобой сегодня утром: встретить, пойти в школу от дома. — Затараторила подруга.       — Чегоо? — Надия была готова провалиться сквозь землю. Какой позор. Перед подругой выставляют ребёнком каким-то.       — Да не расстраивайся! Мы вчера не договорили с тобой, как раз нагоним!       — Не хочу я болтать об «Универсамовских»… — устало ответила Надия, вяло пошагивая в сторону лицея.       — Ладно, давай не о нём… — закатила глазки Позолотская. — Просто это чуть ли не первый парень, которого ты упомянула за все наши годы дружбы.       — Потому что не до парней мне.       — Ясно всё с тобой. Ладно, тогда я расскажу про Витьку… — на одном дыхании начала свой монолог Ира. Говорить про мальчиков, особенно которые проявили какой-то знак внимания — это святое для Позолотской.       Так подруги дошли до своей гимназии, да и за другой болтовнёй день незаметно пролетел. Девушки уже выходили из школы, как вдруг Ирка воскликнула:       — Ой! Шарфик забыла!       — Иди спроси у гардеробщицы. — Усмехнулась невнимательности подруги Надия. — Подожду на улице. — Подружка улетела обратно в холл лицея, пока Сабурова начала спускаться по главной лестнице, замечая знакомый силуэт справа. Точно. Валера этот опять.       Парень стоит, весело болтает с какой-то девочкой и парнишей в голубой куртке. Надия надеялась, что он не обратит на неё внимание, но лишь на секунду попав в его поле зрения, услышала:       — ЭУ, привет, Надь. — Она обернулась, испытывая ужасное раздражение:       — Надия. Нельзя моё имя сокращать в «Надь».       — Чего? — Турбо с усмешкой сделал вид, что не расслышал её. Сабурова громко выдохнула, но подошла к компании.       — Чего говоришь? — Повторил Валера, улыбаясь и потягивая сигару.       — Я Надия, не Надя. Татарское имя.       — Разницы ноль. Познакомься лучше с людьми — Адидас младший, Айгуль. — Турбо кивнул в сторону парня и девушки.       — Приятно познакомиться. — Подала руку Айгуль.       — Взаимно. Надия Сабурова. — Ответила на жест девушка.       — А, тогда Айгуль Ахмерова. — Поправила себя девочка. Адидас младший просто кивнул без слов.       — Я говорил ребятам, чтоб помогли вывеску для видеосалона нарисовать. Не художница случаем? — С долей издёвки спросил Турбо.       — Случаем не художница. — С такой же интонацией ответила Сабурова.       — Жаль. Тогда просто предлагаю посетить наш салон.       — К сожалению, ни копейки с собой. Как жаль.       — На твой счёт запишем, должна будешь.       — Тогда ладно. — Пожала плечами девушка. Из лицея вылетает Ирка, чуть не грохаясь на ступеньках, она кричит:       — Нашла!!! — Но радостное выражение лица быстро сменилось на удивление. — А это кто?       — Турбо. — Решил сам представиться Валера, а затем начал перечислять всех, кивая в их сторону:       — Вон Айгуль, Адидас младший… Надия — Выделил он особым тоном Сабурову.       — А я Ирка… Ира. — Смутилась золотоволосая девушка.       — Мне Турбо предложил к ним в видеосалон посмотреть кино…       — И это было последнее свободное место, к сожалению. — Не искренне взгрустнул Валера. — Так что тебе, Ирка, в следующий раз повезёт к нам попасть.       — Но твой папа просил… — начала Позолотская, но Турбо перебил:       — Я провожу её, не стоит об этом переживать. — И кивнул золотоволосой девушке в сторону домов, мол топай отсюда.       — Тогда ладно… — Ира выглядела расстроенной, но Надия сразу прочитала в её взгляде: «Вечером тебе позвоню и только попробуй мне всё не рассказать!!!» — Пока. — Позолотская быстро скрылась из виду компании. Ребята не долго ждали, чтобы самим направиться в видеосалон. Марат что-то рассказывал, его очень внимательно слушала Айгуль. Быть считай никем в этой компании, конечно, вызывало у Надии некоторую неуверенность и неловкость. Она переживала над каждым словом, каждым жестом, боясь поставить себя впросак, не поддержать общую атмосферу.       Возможно, благодаря своему природному чувству юмора, Сабурова с каждой минутой стала сталкиваться с всё меньшим количеством преград в общении. Айгуль была очень милой, приятной девочкой, от чего у Надии возникло чувство, будто это её младшая сестричка.       Подойдя к видеосалону, Валера скомандовал:       — Маратик, иди-ка с Айгуль рисуй вывеску. — На что Адидас младший ничего не ответил и пошёл вместе со своей возлюбленной «работать».       — А с тобой у меня разговор. — Обратился парень к Надии с таким тоном, что по спине пробежали мурашки.       — Чего тебе?       — Вчера говорил со старшим про Молочника твоего. — Начал Валера, подходя к ближайшему турникету. — Разное об этом говорили, выводы сделал. — Он невозмутимо запрыгнул на него и начал подтягиваться.       — Какие выводы? — Единственное на что надеялась Надия — что сейчас её обман не раскроют, иначе не ясно, что могли с ней сделать.       — Молочник твой сейчас уехал, по области дела решает, сама знаешь.       — Угу. — Девушка делала максимально уверенный вид.       — А живёшь ты на нашем районе. В общих чертах, мне сказали на неопределённый срок поглядывать за тобой. Устроим нейтралитет с «Тяп-ляпами»… И всего остального по-мелочи. — Турбо уверенно спрыгнул с турника, потирая ладони после десяти полных подтягиваний.       — Но…       — Ну если не согласна, можешь с его товарищами обговорить. Это как пожелаешь. Согласишься — поможешь нам, откажешь — ходи, жди своего жениха. Но помощи не жди от наших.       — Мне не сложно вам помочь. — Надии показалось, что выбор очевиден — Турбо вызывал доверие. И только она подумала, что он будет за ней приглядывать, сердце застучало быстрее и стало как-то волнительно.       — Ты только это… Предупреди друзей своего возлюбленного, чтоб я не получил по фанере.       — Хорошо.       — Надия, помоги ровно повесить! — Громко позвала Айгуль.       — Иду. — Улыбнулась девушка.       Фильм про роботов был очень интересный, Надия видела его впервые и не могла оторвать глаз. Турбо стоял у входа основную часть времени, но под конец фильма уселся с ней рядом.       — Хороший видик, да?       — Угу…       — У нас столько кино и мультиков, что обалдеть можно.       — Не плохо зарабатываете наверное. — На это парень промолчал, а Надия продолжила внимать экрану. Когда фильм закончился, он подошёл к Марату и что-то ему нашептал, на что тот возмутился.       — Пошли, проведу до дома. — Почти командным тоном произнёс Турбо и Сабурова не заставила его долго ждать.       Время было не позднее в этот раз: около пяти часов дня. Осень раскидывает свою палитру красок по всему городу: желтые и оранжевые листья на деревьях рассыпаются на ветрах и тихо засыпают тротуары, вызывая аплодисменты от шагающих по ним; солнце невозмутимое в оранжевом небе, пытается скрыться за облаками, но его яркий свет проникает сквозь них и освещает улицу, создавая мелькание теней на асфальте.       Ненавязчивое тепло осени наполняет воздух. Автомобили медленно скользят по дорогам, изредка перебрасывая звонким, металлическим собачьим лаем, отражаясь в лице Валеры и интеллигентной Надии. Даже шорох близлежащих листьев, которые делают путь не шумным, а живописным. Статные деревья, которые некогда усыпала зелень, слегка изменили свой наряд, превратившись в гравюру сгустка красных, золотых и коричневых красок. Они стоят хранителями и свидетелями, молчаливыми зрителями вечных прогулочных постановок, в которых участвуют каждый день люди города. По обе стороны улицы граничат дома, выстроенные в строгом порядке, в которых живут самые разные люди: от крепких рабочих до увлекающихся искусством интеллектуалов.       — Чем занимаешься пока жених весь в темах?       — Хочешь все мои тайны узнать? Потом Молочника? А потом в засаду их? — Пошутила девушка, но, похоже, Валера воспринял это всерьёз:       — Мы в спину не бьём. — Сабурова невольно хмыкнула:       — Что именно интересует?       — Что любишь слушать?       — Мираж…       — Я больше по Ласковому маю. — Вроде на этом разговор мог и закончиться, но на удивление, Турбо продолжил, — так чем интересуешься?       — Книги люблю.       — Умное дело… — задумчиво ответил Валера.       — Да не особо, читаешь, будто кино смотришь.       — Это скучнее и дольше. Когда учился в школе, не любил читать.       — А сколько тебе лет? — Удивилась Надия.       — Девятнадцать в декабре.       — А в армию…? — Турбо опередил её вопрос:       — В техникуме сейчас на слесаря числюсь.       — Числишься?       — Особо времени появляться там нет. У нас недавно с Афгана вернулся вот… Брат Марата, брат Адидаса младшего. Нет и желания в эту армию, но и другого выбора нет. — Вслух рассуждал Турбо. — Пока так двигаюсь. Хочу себе «Чайку» купить. Потом посмотрим, может в Ленинград переберусь, говорят красиво там. А может в Сочи, кто знает…       — А ты эстет-мечтатель оказывается. — Хихикнула Сабурова.       — А ты типа без мечт. — Хмыкнул Валера. — От шикарного платья бы точно не отказалась или жить на море.       — У меня мечты простые: помада «Новая Заря» и духи от них же «Красная Москва»… Ну и свою библиотеку…       — А Молочник помадку не дарит? — Удивился Турбо. Надия немного испугалась быть раскрытой, но взяла себя в руки:       — Он говорит, я мала для такого и нравлюсь без красных помад.       — Это он правильно говорит. Прислушивайся. А вот духи бы я тебе подарил. — Ляпнул Валера, добавив: — если бы был на его месте. — Они снова остановились у подъезда. Они оба смотрят на небольшой замызганный замок на входной двери. Холодный ветер проносится по улочке, шурша листвой на тротуаре. Надия оберегается от неприветливого ветра, натягивая воротник своего пальто повыше.       — Чай хочешь? — Она сама удивилась своему предложению, а потом подумала:       Родители всё равно на работе, так ещё и допоздна…       — Хочешь, чтобы обчистил квартиру? — Усмехнулся Валера.       — А ты попробуй. Молочник потом порядок наведёт на районе.       — Хватит пугать меня, бурёнка.       — Фу! Не называй меня больше так!       — Посмотрим. — Решил не обещать парень. Они зашли в подъезд и поднялись на второй этаж. Девушка прошла в прихожую, Турбо последовал за ней, заранее вытерев обувь об коврик у входа.