Сладкая месть(Анаган)

Мужчина сидит на кожаном диване, отдыхая и расслабляясь во вроде бы обычное время. Каким бы он не был спокойным - он очень легко возбуждаем, стоит появиться чему-то или кому-то любимому в поле зрения, как его разум уже рисовал различные картины, где юноша счастлив. Анаган положил руку под голову, а его ухмылка стала ещё шире, в уголках губ, которые были немного рваные, скопились небольшие следы крови. Сейчас его счастье переполняло чащу спокойствия, но он продолжал держаться из последних сил перебирая пальцами немного распутавшиеся дреды. Собственно, а почему ему не радоваться? Ведь у него в подвале лежит связанная феечка, которая, благо, уже не плачет, а просто отключилась от переутомления. Он один из секты чёрного круга, а у них в крови садизм и от части мазохизм. Так что не стоит удивляться тому как мужчина измывается над своими врагами, это просто уже вбито в голову каждого из них. Сейчас в его мыслях только то, что надо что-то сделать с отрезаными крыльями феечки. Хотя нет,это не особо верное высказывание. Анаган не просто вырезал их, он отрезал их... вместе с куском плоти - мягкой и слабой спины. Ему кажется что он делает что-то необходимое, у феечки же такое слабое тело, даже украсть это беспомощное создание не составило особого труда. Мужчина просто подождал до подходящего момента и на бегу схватил девушку, затыкая ей нос какой-то дурнопахнущей тряпкой. Не особо похоже что его преследуют определённые темы, он действует интуитивно, предпочитая постепенно идти к своей цели. Правда он и сам уже не помнит свою цель, вроде бы, до распада команды, его целью было убить как можно больше фей, но сейчас... Сейчас его берёт настоящее удовольствие от мук, которые он приносит всем этим чудесным земным созданиям. Анаган поднялся с дивана, опираясь руками на колени, похоже что старость всё-таки подходит к нему, теперь его состояние здоровья зависит от погоды и магнитных бурь. Он медленно начал перебирать ногами в сторону небольшой кухни, металлические бляжки звенели стуча друг об друга. Руки машинально потянулись к тарелке, с непонятным содержимым, и вилке, которая до сих пор лежала в раковине, хоть и была вымыта. Он навострил слух, где-то пищали мыши, даже они теперь едят друг друга, а виной тому вездесущий голод, который как едкая зараза медленно перемещается по всему острову и за его пределами. Шелестели немногочисленные ивы и ели, медленно сбрасывая свои одеяния в тягучие дебри. Только слепой не заметит, что даже это могучее болото умирает, оно требует жертву, которую никто ему не может дать. Анагану не особо нравилась перспектива остаться без дома, но и сделать что-то он явно не смог. Эх... Эти прекрасные создания - феи! Именно они, они и никто больше! Эти ангелы хранители, которые для своих врагов будут хуже ведьм. Прямой сейчас, в погребе лежала одна из виновниц торжества, ещё пару часов назад она молила о пощаде и грозилась утроить потом из слёз, но так и не сказала ничего важного, похоже что она сходит с ума... Мужчина задумался над этим и застыл по середине коридора. Его взгляд был направлен как будто сквозь дом, стены которого уже немного вздулись от вечной слякоти и сырости. В его мыслях было только то, что даже его гипноз не помогает в продвижении дела. похоже что девушке стёрли память, но это ничего страшного, её тело послужит предупреждению другим феечкам, что лучше остановиться сейчас. пока есть возможность. Собравшись с мыслями он спустился в подвал, пришлось зажечь факел, потому что таких благ как электричество ещё не придумали в болотах, но палка, обмотанная старой тканью и облитая вонючим керосином, помогает в этом грязном деле. После зажжения стало хорошо видно девушку, которая сидела на стуле связанная крепкой бечёвкой. Её тело было без сознания, голова свисала на её левое плечо, а руки расслабились напоминая как два рукава рубашки, правда крепко связанные руки всё равно не могли бы даже пошевелиться. Она была прекрасна, такая манящая и отталкивающая одновременно. Анаган сел на корточки рядом, крутя в пальцах небольшую прядку волос, они были тонкие и ломкие, похоже что за месяц жизни здесь, её организму стало не хватать витаминов.   Маг подошёл в плотную к девушке, её крылья были немного подрезаны, практически под корень. Волосы частично стали короче, где-то по плечи, где-то по щиколотки. Раньше они были заплетены в две густые косы, а теперь лохматыми патлами свисали до пола. Ещё совсем недавно её лицо было круглее, сейчас скулы стали впалыми, кожа приобрела нездоровый сероватый цвет лица.    Одежда стала напоминать не прекрасную ночную рубаку до середины бедра, а старую тряпку изготовленную ещё в прошлом веке.  Он разглядывал её тело, раздумывая о том чтобы с ней сделать, убивать её нет особого смысла, нужно чтобы они поняли вою ошибки.    Анаган ещё раз посмотрел в лицо девушки, рука непроизвольно потянулась к чужому подбородку, крепко сжимая челюсть. Она понемногу начала приходить в себя, вся в крови, слезах и других жидкостях, такая соблазнительная для перебитого ума мага. Другой рукой он взял старую кочергу с непонятным узором на конце. Медленно положив железо на активно горящий факел, его взгляд стал бегать по телу, высматривая идеальный участок на теле жертвы, чтобы оставшийся шрам был самым страшным напоминанием о произошедшем.     Пока железо медленно раскалялось на огне, мужчина начал оголять верхнюю часть бедра, подготавливая место для клейма. Феечка смотрела на всё это с затуманенным взглядом, как будто не понимая что происходит. Тело гудело и отнимались конечности, а из-за крепкой бечёвки вокруг конечностей, пальцы рук и ног начали понемногу синеть.    Ей уже ничего не оставалось кроме как просто смирится, даже после того как мужчина начал раскалённым металлом прижигать ногу. Уже через пару секунд стало вонять горелой резиной, а кожа плавилась и покрывалась волдырями. Кроме немых слёз ничего не выходило, голос пропал ещё давно и силы вместе с ним.    Она уже не видела смысла жить. Отрезанные крылья аккуратно висели на стене в рамке, прямо перед лицом девушки, чтобы та их прекрасно видела. Её тело было в шрамах и ссадинах, а былая красота бесследно ушла. Даже если бы она каким-то чудом осталась жива, то ненадолго. Думаете такие как она, убитые морально, будут долго жить? Сомневаюсь. Очень сомневаюсь.    Анаган посмотрел на феечку, всё-таки такой её вид безусловно возбуждал его. Эти бездомные глаза, какой бы цвет это ни был, когда в них поселяется безнадёжность, они становятся глубокими и неописуемо красивыми. Эти линии плеч и ключиц, раньше они были обычными, а теперь из-за долгих голодовок и стресса они стали через-чур точёными и острыми. Обычно такое выглядит странно для обычных людей, но кто сказал что один из магов чёрного круга будет адекватным?    ***   Утро. На главной площади висит измученное тело девушки. Этот инцидент теперь звучит из каждого угла, но никто не сможет узнать правду. Рядом с девушкой нашли законсервированную банку с мясом, женским языком. Теперь её уже не считают феей, ведь крылья всё также находятся в большой деревянной рамке за идеально чистым стеклом, они радуют его взгляд, ничего более.    Множественные раны, гематомы и шрамы дали понять что феям нужно произвести новое собрание по поводу сердца болот, которое они понемногу начинали уничтожать. Но теперь Анаган хочет другого, ему понравилось мучать эту феечку, возможно теперь будет всё больше и больше жертв его злодеяний, а возможно он обратно забёт к себе свою любимую игрушку, ведь за это время его чёрноточащее сердце успело привязаться к этой милой и нежной феечке.