2

Уже второй месяц Ильдару Юнусовичу доводилось слышать про ограбления, совершаемые молодой парой на мотоцикле. Двое неизвестных, предположительно, парень и девушка, в балаклавах, караулят поздними вечерами женщин, возвращающихся домой, и на полном ходу, прямо с мотоцикла, выдергивают из рук жертв сумки, пакеты и прочую ношу, которую сподручно выхватить. Эта парочка действует осторожно и пока не совершала ограблений в одних и тех же местах, из-за чего предугадать, где они появятся в очередной раз, было довольно затруднительно. Пока милиция занималась тем, что пыталась выстроить условную окружность из мест ограблений, чтобы вычислить равноудалённый от них центр, где и может быть логово грабителей. Эта схема уже неоднократно помогала в поимке преступников, но в данном случае пока не давала результата. Тем временем у самого Ильдара Юнусовича уже зародились некоторые подозрения. Он вообще был весьма проницательным, что во многом и помогло ему дослужиться до майора. И уж тем более он легко мог сложить два и два. Полгода назад пропали двое подростков: лично знакомый ему малолетний отморозок, каким он его считал, Марат Суворов и пытавшаяся совершить суицид жертва изнасилования — Айгуль Ахмерова. Оба были впутаны в историю с конфликтом двух уличных группировок, закончившуюся стрельбой и убийством. Убийцей как раз был старший брат пропавшего Суворова. Также Ильдару Юнусовичу удалось выяснить, что пропавшие состояли в романтической связи, что лишний раз подчёркивает, что и скрываются они вместе. К тому же такие трудные подростки вполне походили на людей, которым нечего терять, невзирая на трудный возраст. Потому подобные ограбления — это ещё самое безобидное, что можно было бы от них ожидать. Изгои общества, от которых все отвернулись. Никто не хочет якшаться с изнасилованной девкой и пацаном, который не брезгует об неё мараться. И у Ильдара Юнусовича уже почти не оставалось сомнений, что это именно они совершают ограбления. Но где их искать? Ильдар Юнусович всегда был индивидуалистом. Ему нравилось делать всё самому и чувствовать себя умнее других. Потому он и теперь не стал делиться ни с кем своими догадками, а решил самостоятельно попробовать раздобыть какую-нибудь информацию по своим каналам. Тем более, что у него всегда был удобный повод наведаться домой к близкому другу Марата Суворова, что он и сделал в первую очередь. Андрей впустил майора в квартиру очень неохотно. Но его мать, уже узнававшая знакомых, всегда была рада приходу Ильдара Юнусовича. Тем более, он всегда приносил что-нибудь на стол. В этот раз это был торт. — Ой, а у меня сегодня День рождения, да? — Обрадовалась Светлана Михайловна неожиданному подарку. — А и забыла совсем! У меня с памятью что-то… — Нет, мам, твой День Рождения не сегодня, — унимал её возбуждение Андрей. — Но ведь торт же… — Это просто презент к чаю, знак доброй воли, — улыбнулся ей Ильдар Юнусович. Но Андрей уже давно не доверял его улыбкам. И он знал, что этот мент редко приходит к ним домой просто так. Скоро начнутся неудобные вопросы… Так и случилось. Когда спектакль в виде душевных семейных посиделок был отыгран, и Светлана Михайловна ушла в комнату отдохнуть, Ильдар Юнусович не спешил покидать их дом. Он отодвинул от себя остатки торта и попросил Андрея «уделить ему минутку внимания». — Ну что…ты, конечно, так ничего и не слышал про своего пропавшего друга? — Спросил он, закуривая сигарету. — Вы это уже не раз спрашивали, — безразлично ответил Андрей, не глядя на майора. — Не могу вам сказать ничего нового. — Но при этом ты сам за него нисколько не переживаешь, смотрю, — продолжал Ильдан Юнусович, сверля взглядом Андрея. — А чего мне переживать? Он большой мальчик, справится. — Да не такой уж и большой, — процедил майор, выпуская изо рта плотную струю дыма. — Все вы думаете, что вы большие и взрослые. Что вам всё можно. Но по-настоящему взрослые люди наоборот очень ограничены. Потому что они осознают ответственность за свои поступки. Особенно, если они отвечают не только за себя, но и, например, за девушку. Разве я не прав? Андрей ничего не ответил, лишь на секунду поднял глаза на Ильдара Юнусовича, а потом снова упёрся взглядом в пол. Милиционеру этого было достаточно, чтобы понять, что Андрей что-то знает. — Я знаю, что у вас, мотальщиков, принято стоять друг за друга горой, — продолжал майор. — И за девушек своих. И из-за этого вы готовы пойти на что угодно. Как Вова Адидас, например… Майор сделал паузу, давая Андрею осмыслить услышанное. Было видно, как у того напряглись скулы. Рана была ещё свежа. — Я просто опасаюсь, что твой друг закончит так же, как его брат. А бедная девочка, которую он прихватил с собой, попадёт по его вине в очередную беду. Разве она и без того мало настрадалась? Она же хотела покончить жизнь самоубийством. Слышал, наверное? Андрей по-прежнему молчал, но вид его становился всё мрачнее. Его руки беспокойно потирали друг друга. — Так что ты подумай, действительно ли ты не можешь мне ничем помочь в их поисках. Не можешь ли ты ИМ помочь. А то наделают глупостей, как это у вас принято. Я же понимаю — молодо-зелено…любовь-морковь…слово пацана… А потом пацан раз — и в тюрьме за мокруху. Или сам — жертва мокрухи… Так что ты подумай всё-таки. Ильдар Юнусович затушил окурок и встал. Андрей слышал, как тот попрощался с его матерью в соседней комнате, а ещё через минуту захлопнулась входная дверь.