Часть 4. Ну и дура

Майя закрыв глаза и обхватив голову руками тяжело вздохнула. Сегодня она дежурила в ночную смену, доделывала отчеты, убирала дела в архив, и молча ненавидела себя за свои же мысли. В последние недели ее жизнь круто перевернулась с ног на голову, а ее саму будто окунули в холодную прорубь. Она старалась думать позитивно, если так произошло, значит жизнь хочет преподать ей еще один урок, очень болезненный, тот, который обычно оставляет шрамы. Про Кащея думать уже болела голова, мысли водили хоровод и казалось, что она медленно сходит с ума. Она не считала себя виноватой, что их нить разорвалась, ведь инициатором была не она. Майя до последнего писала, из дома, из Москвы, все ее мысли были с ним, с тем самым кудрявым парнем. На секунду она задремала, теплый желтый свет настольной лампы создавал ощущение уюта, а кружка горячего чая будто расслабила все мысли девушки. В коридоре послышались шаги и девушка вздрогнув проснулась, прошло всего минут пятнадцать, но силы взялись будто из ниоткуда. Едва успел раздаться стук в дверь, как она тут же открылась. В кабинет зашла знакомая фигура. Майя едва сдерживала улыбку, которая так и норовила появиться на ее лице, она не понимала почему Кащей до сих пор пытается с ней разговаривать, искать встречи, если она с ним ни разу не была приветлива. - Вообще-то, прежде чем войти, разрешение спрашивают. - Я постучал, считаю, что этого достаточно. – Кащей улыбался, он не скрывал, что был рад видеть девушку. - Мы вчера виделись, что-то успело случиться за сутки? Парень сел на стул, в руках у него был пакет, который он аккуратно повесил на спинку своего стула. - У меня для тебя две новости, хорошая и очень хорошая. Девушка закрыла журнал, который заполняла и отложила его подальше от себя. Парень достал из внутреннего кармана своего плаща стопку писем, грузно бросив их на стол. Клубы пыли взвились вверх, из самих писем высыпалась небольшая горстка земли. Брать их в руки не хотелось, большинство из них были порваны, хотя скорее пожраны мышами, а другая часть в потекших чернилах, оставался небольшой процент уцелевших, именно одно из них девушка и взяла. - И что это? Всю ночь рисовал? – Она вертела в руках один из конвертов. - Это мои письма. – Твердо ответил парень, потянувшись в другой карман и достав оттуда другую стопку, бросил и ее на стол. – А это твои. Майя даже не взяла их в руки, ей хватило одного взгляда, чтобы узнать свои письма, точнее свои конверты. - Откуда ты их взял? - У бати твоего в гараже лежали. Парень закурил сигарету. - И как ты там оказался? Ты же в курсе, что это чужая территория и ты по сути в нее вломился? - И? Арестуешь меня? – Кащей усмехнулся, стряхнув пепел с сигареты, взял ее в рот, зажав губами, протянул обе руки к девушке, показывая подобие того, будто готов чтобы на него надели наручники. Майя лишь закатила глаза, Кащей рассмеялся, достав сигарету, выкинул бычок в пепельницу. - В этом ты вся, Майя Михална, угрожаешь только, хоть бы раз арестовала. В общем, батя твой эту кашу заварил, добазарился с кем-то или сам может перехватывал, шкерил письма короче. Видимо не хотел, чтобы ты с зоны меня ждала. - Он этого не скрывал никогда, открыто говорил. – Майя откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула, будто вспоминая каждый разговор с отцом. – Еще и масла в огонь подливал. Тишина повисла в комнате, Кащей и Майя переглядывались друг с другом, периодические кидая взгляды на письма. Подумать только, столько воды утекло, ведь возможно все могло быть по-другому. - Так, все, хорош сопли на кулак наматывать, у меня для тебя подарок. Примирительный. Майя улыбнулась, искренне, впервые находясь с ним. Парень достал из пакета шапку. Самую настоящую меховую, такую, о какой мечтали все. - Смотри какая. – Кащей гордо положил ее на стол. - Какая? Ворованная? – Девушка уже не улыбалась, почему-то было не до смеха. Парень закатил глаза. Ему не нравилось то, в какое русло идет диалог. - Ну почему сразу ворованная? Он ожидал другой реакции, счастливые возгласы, бросания на шею, ведь именно так делали его пассии, которым он изредка дарил колготки. А тут целая шапка и никакой благодарности. Майя недовольно надула губы, уставившись на шапку. - Я не возьму. Отрезала она. Радость исчезла с лица Кащея. Майя была права в одном, шапка то действительно чернушная, может и не ворованная, но куплена на нечестно заработанные деньги. Кащей чувствовал себя в какой-то степени виноватым, но вида не подал, до последнего топил газ в пол. - Она. Не. Ворованная. – чеканил он. Тут он по сути тоже был прав. - Не возьму и все. Разговор окончен. Кащей психанул, открыв пакет, бросил туда шапку и письма, которые предназначались ему. - Ну и дура.