Глава 5. Дева Зоны.

      Таня быстро утёрла слёзы радости. Ещё вчера Свобода и Долг были врагами, а сейчас они обнимаются, словно братья, которые встретились после долгой разлуки. Таня посмотрела на небо. Среди серых туч наконец-то выглянуло солнце. Впервые за столько дней после дождей! "Слава тебе, Боже! Ты примирил двух врагов!" - тихо благодарила Таня Господа Бога. - "Теперь всё будет иначе. В этом нет сомнений". Сейчас ей лучше тихонько уйти и вернуться в свою бытовку. Ничего особенного она не сделала; разве что просто немного поспособствовала примирению Долга и Свободы. Да, это мелочь. Лучше не воспринимать это всерьёз и вернуться на базу. У Бармена или Богдана наверняка есть для неё работа. Девушка развернулась и тихо пошла в сторону "Ростка". За её спиной раздались громкие и быстрые шаги. Прежде, чем она успела оглянуться, двое здоровых и высоких мужчин окружили её по бокам и взвалили себе на плечи. Это оказался Зулус и незнакомый ей свободовец. Их со всех сторон окружили остальные, продолжая кричать "Ура". Подошёл Лукаш и Воронин. В руках у них были флаги с символами Долга и Свободы.       - Ты, Лепра, ангел-миротворец! - с гордостью громко заявил Воронин.       - Да. Ты Дева Зоны! - согласился Лукаш. - Дева Зоны!       Они дали ей в руки свои знамёна и вместе хором скандировали: "Дева Зоны! Дева Зоны! Да здравствует мир, равенство и братство!" Остальные поддержали и вскоре все кричали: "Дева Зоны!" Таня, сидя на плечах Зулуса и незнакомого свободовца, держала знамёна, но была совершена растеряна. Её несли так, словно она является центром этого союза. Себя такой она не считала. И её смущало, что Долг и Свобода нарекли её Девой Зоны. "Это неправильно. Так нельзя. Я не Дева Зоны!" - всё кричало у неё в душе. Но что она могла сделать? Просто улыбаться и наслаждаться вниманием к своей персоне. Таня улыбалась, но её одолевала робость. В прошлом она была эдакой серой мышкой, белой вороной, не достойная внимания к своей персоне. А тут она вдруг оказывается в самом зените славы. Ей хотелось скрыться от всех в своей бытовке. К такому вниманию она не привыкла и оно её пугало. До самого "Ростка" её так и несли под лозунги о братстве и единстве. Сталкеры на базе, узнав, что Долг и Свобода теперь союзники, вышли им навстречу, чтобы в этом убедиться. Уже через несколько минут вся Зона гудела от новостей. Сталкеры-нейтралы ликовали, а бандиты, наёмники и другие, враждующие со всеми группировки, злились.       Таню опустили на землю возле штаб-квартиры Долга. Она отдала знамёна Зулусу и его товарищу, а сама тихонько улизнула в свою бытовку. Зайдя, она тут же закрылась. Снаружи на улице ещё долго будет стоять шум. Столь знаменательное событие обязательно надо отметить. "Жди, Таня, долгие пьянки и похмелки! Работы у Богдана прибавится, а Бармен озолотится. Водка потечёт рекой!" - тихо причитала Таня. Она взяла свой ПДА и увидела несколько непрочитанных сообщений. Опять ей пишут незнакомые сталкеры. Снова предложения познакомиться, пообщаться и секс за деньги. Таня их все перечитывала, надеясь, что ей обязательно напишет Виктор. Но уже миновал сентябрь и октябрь вступил в свои права несколько дней назад, а от Виктора нет никаких вестей. Написал ей Волк, Зверобой и даже Гонта со своими друзьями.       - Танечка, я очень по тебе тоскую! Ты снишься мне каждую ночь. Каждый раз во сне я обнимаю и целую тебя! Хочу долго не просыпаться, чтобы хотя бы во сне побыть с тобой. Скажи, ты подумала над моими словами? - написал Волк.       - Дорогой Волк, события этих дней не давали мне расслабиться. Вы правы были, когда сказали, что Зона не прощает расслабуху. Ваш уход меня огорчил. Но если вы ещё не в курсе, то хочу вам сообщить, что Долг и Свобода заключили союз. Может, ради такого великого события Воронин готов простить недавний случай и позволить вам приходить на "Росток" как раньше. Сейчас я не смею его об этом просить, так как Долг и Свобода намерены отпраздновать заключение союза, - ответила она.       Следующее сообщение было от Зверобоя:       - Девонька, тут на Янове грянула революция! Я подумал, что всех накрыла волна пси-излучения, когда увидел, как Долг и Свобода стали обниматься, как давние друзья. Из их громких радостных криков я смог определить лишь "союз" и "братство". Я так понимаю, что Воронин и Лукаш помирились. Это отличные новости. Но ещё я узнал от Воронина, что ты закрутила роман с Волком. И Волк мне написал с просьбой, чтобы я отдал тебя ему под его опеку. Объясни мне, девонька, что происходит!       Таня плотно сжала губы. Воронин наплёл о ней небылицы, и Волк ещё подлил масло в огонь.       - Дорогой Зверобой, хочу поблагодарить вас за очередную посылку с едой. Что же касается союза Долга и Свободы, то тут долго рассказывать. А что касается моих отношений с Волком, то они не выходили за рамки учителя и ученицы. Но Волк, по правде говоря, дал волю своим чувствам, за что Бродяга с ним подрался. Воронин решил на год запретить Волку приходить на 'Росток" из-за его чувств ко мне. Но, положа руку на сердце, хочу сказать, что ничего любовного у меня с Волком не было и быть не могло. Если Волк честный человек, то он вам расскажет, как было дело. Я ни с кем даже не заигрывала, - был её ответ.       Следующее сообщение было от Гонты. Он писал, что соскучился и что на Скадовске сталкеры часто рассказывают юмористические монологи, которые она любила рассказывать в "Сто Рентген". Краб и Гармата тоже написали, что скучают по ней. Таня отложила ПДА и прилегла на кушетку. Рядом лежал дробовик Стрелка. Таня лениво посмотрела на роспись, которую Стрелок оставил на нём. Этот человек всё больше и больше становился недоступен для неё, и Таня начала считать, что он так и останется в её представлении только легендой. Один самозванец захотел воспользоваться его легендарностью, но ничего хорошего не вышло из этого. Зверобой предупреждал, что Стрелок не станет разглашать о себе на всю округу, и будет скрываться под другим прозвищем. Вполне возможно она уже встретила его, но сама об этом не знает. А что она сделает, если увидит его? Просто посмотрит. А если он заговорит с ней? Что она ему скажет? Ничего.       Когда шум на улице немного утих, Таня вышла, захватив с собой деньги и свой новый нож. Долговцы и свободовцы сидели у костра и выпивали. Таня услышала, как один из свободовцев рассказывает что-то интересное.       - Ну, вот. Короче, лежу на солнышке и тучи считают. И тут такое слышу по громкоговорителю: - Яр? - Да. - А что у меня есть! - Ну, и что там у тебя есть? - А ты заходи и посмотришь. - Да у тебя даже бабам смотреть нечего! Заходи, у меня посмотришь! Или тебе отсюда показать? - Ай, извини, дорогой! У меня микроскопа нету! - Так, вы там что, совсем охренели?! Пиписьками в бане меряться будете! А сейчас заткнулись оба, ясно?! - заткнул их Чехов.       Все вокруг громко рассмеялась. Таня тоже не удержалась от смеха. Мужчины её заметили и замолчали.       - Ого! Дева Зоны! Так её прозвали, да? - спросил один из свободовцев.       - Да, так. Она наша! - с гордостью заявил незнакомый долговец. - Она однажды принесла нам на блокпост на Свалке чай, конфеты и печенье.       - Ууууу... Прямо ангел милосердия! - воскликнул другой свободовец. - Упитанная девчуля! Есть за что потрогать!       - Ты на чужой каравай рот не разевай! - предупредил его долговец. - Воронин к ней бывшего монолитовца приставил сторожить.       - Он её для себя бережёт? - спросил кто-то из них.       Таня смутилась и поторопилась уйти. Но скрыться от ненужного внимания ей не удалось. Ещё никогда на "Ростке" не было столько народу. Свободовцы, долговцы и сталкеры были на каждом шагу. Рядом не было Бродяги, которые должен её защищать. Все прохожие пялились на неё голодными глазами. Подойдя к столовой самообслуживания, Таня увидела, что там полно народу. Пройти мимо них незаметно она не сможет. Её попросту затолкают в угол и пустят по кругу. Долговцы ей не помогут. Они слишком сейчас заняты весельем.       Таня думала уйти к Васе и оставаться у него до тех пор, пока праздник двух группировок не закончится. Но идти к нему с пустыми руками стыдно. Таня думала отнести ему большой кусок сало, что ей прислал недавно Зверобой вместе с остальными припасами. Но его она решила приберечь для долговцев.       - Эй, красотка! Помнишь меня? - подошёл к ней свободовец.       Таня посмотрела на него и покачала головой:       - Нет. Простите, но я вас не знаю.       - Я тот, с кем ты говорила по рации, пока Лукаш не подошёл. Короче, я тот снайпер, которому ты ещё рукой помахала.       - Понятно. Рада была встрече.       - А куда ты? Я тебе экскурсию обещал. Пойдём к нам на базу!       - Простите, но нет.       - Да ладно! Всё будет окейно.       Таня отвернулась от него и пошла обратно.       - Куда ты? Давай хотя бы погуляем! - не отставал он.       Навстречу к девушке торопился Бродяга. Таня первый раз за всё время была рада его видеть.       - Это мой телохранитель! - довольным тоном заявила она.       Мужчина откланялся и быстро ушёл.       - Пристают? - подошёл Бродяга.       - Да, но я пока сама справляюсь, - застеснялась девушка. - Тебя Воронин послал, да?       - Да. Но я с радостью согласился! - улыбнулся он.       Таня приятно удивилась, увидев улыбку Бродяги. Он так редко улыбается, что она забыла, как выглядит его улыбка.       - И долго будет веселье?       - Я не знаю, - виноватым тоном ответил Бродяга.       - Я хотела пройти в бар, но...       - Не советую. Там сейчас яблоку негде упасть.       - Значит, Бармену нужна моя помощь. Где там служебный вход?       Бродяга кивком головы велел ей следовать за ним. Пройдя несколько шагов, он вдруг взял её за руку. Таня не возражала. Он привёл её в незнакомый переулок, где была одна единственная дверь.       - Сомневаюсь, что Бармен откроет мне дверь. Дверь закрыта, - дёрнула Таня за ручку. - Как ни стучи, он не услышит.       Дверь внезапно сама открылась и наружу свалился пьяный Красный. От него ужасно воняло водкой, сигаретами и... Штаны у него сзади были испачканы чем-то коричневым. Таня отвернулась и зажала нос.       - Сколько же надо выпить водки, чтобы обделаться? - скривив лицо от отвращения, спросила она.       - Когда он проспится, то обязательно спросим, - холодным тоном ответил Бродяга.       Он схватил за руки Красного и оттащил в сторону.       - Он хоть живой? - спросила Таня.       Красный громко вскрикнул и рыгнул.       - Живой! - убедилась она. - Думаю, что его теперь точно уволят.       Она и Бродяга вошли. В баре было ещё более душно, чем обычно, и стоял такой шум, что уши закладывало. Из склада за прилавок, из прилавка на кухню метался Бармен. Он не сразу заметил Татьяну с Бродягой.       - О, как раз вовремя! - запыхался Бармен. - Бродяга, дуй на склад. Там с ящиками помощь твоя нужна. Лепра, топай на кухню.       Они переглянулись и, тяжко вздохнув, отправились по своим местам.

***

      Приготовить основные блюда потребуется время. На столе стояла пустая бутылка водки с недоеденным бутербродом, три открытые консервы с говяжей тушёнкой и макароны. Убрав всё лишнее, Таня быстро помыла руки в умывальнике и приступила к готовке. Пока варились макароны, она нашла на складе гороховый суп в брикете, консервированные жаренные колбаски с терияки, несколько видов консервированных килек, паштеты, немного твёрдого и плавленного сыра. Бармен забегал и проверял, всё ли готово. Таня пока успела наделать различных бутербродов и простых закусок. Бармен их забирал. Как только сварились макароны, она их поделила. Одна часть была с тушёнкой, другая - с тунцом, третья - с сыром или консервированными колбасками. Сталкеры, долговцы и свободовцы скупали всю еду, что предлагал Бармен. Но одна Таня едва справлялась с готовкой и мытьём посуды. Бродяга на складе только и успевал вскрывать новые ящики с едой. Работы сегодня хватило для девушки.       Бармен взвыл. Все запасы еды быстро разлетались. Чтобы совсем ничего не осталось, он объявил, что бар скоро закрывается. Сразу поднялся шум недовольных клиентов, требующих продолжить банкет. Таня и Бродяга вместе мыли посуду. Сколько прошло времени за работой? Оба успели проголодаться и устать.       - У всех праздник, а у нас работа, - сетовала девушка.       - Нет, не у всех. Дозорным тоже праздник обломали, - ответил Бродяга.       Домыв посуду, они сели отдохнуть. От усталости хотелось ещё и спать. В баре становилось тише. Зашёл на кухню Бармен. Потный и замученный, но довольный, он зевнул и произнёс:       - Эх, почаще бы был такой ажиотаж! Столько жратвы продал!       Он протянул Тане двадцать тысяч рублей:       - Твоя зарплата на сегодня.       Таня посмотрела на деньги, пересчитала и убрала в карман.       - Красного я уволил. Будешь работать вместо него? - предложил Бармен.       - Мне одной на кухне работать непросто, - устало ответила она. - А когда столько народу я не успею и приготовить, и посуду помыть.       - Твой приятель пусть тебе помогает, - кивнул Бармен на Бродягу.       - Он не обязан, так как за это ему не платят.       - Не беда. Помощники будут. Ну, так как?       - Мне надо подумать.       Бармен настаивать не стал и отпустил их. Таня встала и с её ремня упали нож, который она нашла в пещере Васи. Бродяга нагнулся, чтобы его поднять. Он резко выпрямился, айкнул и отдёрнул руку от ножа.       - Ты чего? - удивился Бармен.       - Меня обжог этот нож, - ответил Бродяга, рассматривая свои ожоги на пальцах.       Бармен наклонился и протянул руку к ножу.       - Ай! Меня тоже обожгло! - отдёрнул и он свою руку.       Таня с подозрением посмотрела на свой нож. Пока он висел на её поясе, ничего такого не было. Она опустилась на корточки и протянула руку к ножу, не касаясь его. Не было от него никакого жара. Таня быстро коснулась кончиком пальца его края, но ожога не последовало. Она потрогала нож полностью, но он был совсем не горячий.       - Как ты его можешь держать? - ещё больше удивился Бармен.       - У меня нет ожога, - заметил с подозрением Бродяга. - И жжётся уже не так сильно.       Таня взяла нож в руки и вынула его из ножен. В её руках он снова светился лунным светом. Бармен глухо выругался матом и уставился на нож так, словно никогда ничего подобного не видел:       - С ума сойти! Это же "Бритва"!       Таня посмотрела на него, не понимая:       - Что вы сказали?       - "Бритва", - повторил он. - Иначе её ещё называют "Перо Зоны" или "Клык смерти". У неё несколько наименований, но в местных легендах этот нож зовут просто "Бритва"! Никогда не думал, что увижу его! Откуда он у тебя?       - Я его нашла. Но не скажу, где именно, - прижала Таня свою находку к груди. - Я пыталась найти информацию об этой вещи, но не нашла.       - И не найдёшь! - не сводил Бармен глаз с ножа. - Эта вещь - крайне редкая. Если легенды не врут, то их всего две. Никто не знает, откуда взялась "Бритва". Он уникален тем, что мутанты, даже самые опасные, его боятся. Стоит вынуть его из ножен и мутант, едва его увидев, тут же начнёт отступать. Говорят, что у "Бритвы" есть особая аура. Ни бюррер, ни контролёр, ни полтергейсты, ни пси псевдо-собака никак не смогут использовать против тебя свои способности. Говорят, что "Бритва" признаёт только своего хозяина, то есть ему она не навредит никогда. Стоит любому другому попробовать её взять, как она сразу обжигает его. Продать "Бритву" нельзя ни за какие деньги. Её можно только отдать или подарить.       - И что дальше?       - Как только тот, кому ты отдаёшь, возьмёт её в руку, она будет считать его своим хозяином. А ты уже не сможешь к нему прикоснуться без угрозы обжечься. Даже если ты её отдала, а тебе за неё попытались заплатить любым способом, то она сразу теряет свои свойства и становится обычным ножом.       - Этот нож живой, вы хотите сказать?       - Получается, что да! Ты наверняка уже пробовала его в деле.       Таня не ответила. Она не знала, что и подумать. Ей попалась такая драгоценность! "Вот уж повезло!" Бармен смотрел теперь с завистью:       - Если бы его можно было продать, то ты бы озолотилась. Но...       - Но я его не буду продавать, - твёрдо заявила Таня.       Она убрала нож в ножны и прицепила к своему ремню. - Тут осталось немного еды. Можно нам её съесть? - спросила она.       Бармен пожал плечами и ушёл. Таня разделила на двоих оставшуюся еду и вместе с Бродягой съела.

***

      На следующий день Таня решила нарезать бутербродов для долговцев. Утро выдалось холодным и пасмурным, но без дождя и ветра. Она нарезала большой кусок сала, сыр и хлеб и всё сложила в пакет. Чай она заварит у Бармена. "В этот раз возьму два двухлитровых термоса", - надевала она плащ-палатку. На улице у костра уже сидел Бродяга и дожидался её. Таня глубоко вздохнула. Она уже привыкла к нему и он её больше не раздражал. Вчера его компания была очень кстати.       - Доброе утро, - с улыбкой поприветствовала она его, когда он подошёл.       - Привет, - скромно ответил он. - Опять пойдёшь свой тайник проверять?       - И туда тоже. Но сначала хочу сходить на блокпост на Свалке. Только зайдём в бар за чаем.       Бармен был очень занят. Он пересчитывал вчерашнюю выручку и сверялся со своими записями. На вопрос взять два термоса и четыре банки тушёнки он что-то промычал, не отрываясь от своего дела. В самом баре царил бардак после вчерашнего разгула. Бульбаш и Беломор настежь открыли двери своей ночлежки, когда Таня и Бродяга проходили мимо.       - Здравствуйте, - поздоровалась она.       - Привет, - устало пробубнили они.       - Что-то случилось?       - Случилось, - принял Беломор измученный вид. - Ночлежка была забита до отказа, плюс ещё не совсем трезвые личности заблевали четыре хороших матраса. Про другие неприятности молчу. Дел теперь хватит.       Бульбаш тихо матерился.       - Что на Новый год будет, я боюсь представить! - причитал он. - Придётся новые кровати ставить и деньги брать за бронь. Иначе тут передерутся все.       Таня и Бродяга пошли дальше. На блокпосту она не стала задерживаться. Всем долговцам она раздала по два бутерброда с салом и сыром и налила чай. На обратном пути она попросила Бродягу подождать её у дороги, а сама быстренько сбегала к Васе и накормила его тушёнкой. У неё ещё оставался чай и бутерброды. Она угостила пятерых долговцев на южной заставе и на границе с Дикой Территорией.       - Долговцы тебя любят, - сказал Бродяга, когда она всё раздала.       Последний бутерброд с салом она отдала ему.       - Спасибо, - принял он угощение и сразу съел.       Дальше ей заняться было нечем и она пошла в бар, чтобы помочь навести там порядок. Бармен всё ещё был занят своими счетами. Таня собрала всю грязную посуду и снесла на кухню.       - Ты не обязана это делать, - заметил Бродяга.       - Знаю, - ответила она и продолжила.       Грязной посуды оказалось много. Бродяга стоял и наблюдал за ней. Было жарко. Только холодный сквозняк давал небольшое облегчение. Таня сняла плащ-палатку. Хочется снять балахон, под которым спортивная обтягивающая футболка. Таня уже собралась снять его, как случайно опрокинула на себя кастрюлю с водой и намочила и балахон и джинсы.       - Ты в порядке? - подошёл Бродяга.       - Да. Просто задумалась.       Таня взяла полотенце и вытерлась. Балахон прилип к телу, облегая её грудь. Подул сквозняк. Бродяга замер и уставился на Татьяну, а она, ничего не заподозрив, продолжила мыть кастрюлю.       - Помоги, пожалуйста, вытереть посуду, - вежливо попросила она и протянула ему сухое полотенце.       Бродяга взял, но глаз оторвать от Татьяны не мог. Его дыхание участилось и он часто глотал слюну. Она перемыла всю посуду, а Бродяга всё протирал одну металлическую тарелку. Подул опять сквозняк.       - Холодно стало, - задрожала Таня. - Было жарко, а теперь холодно. Ещё и облилась случайно водой. Бармен открыл двери, наверное, чтобы проветрить.       Она вытерла руки и посмотрела на мужчину:       - Всё одну тарелку вытираешь? - заметила она. - Друг мой, что с тобой?       Бродяга не ответил. Он так и не мог от неё оторваться. Таня посмотрела на него. Выглядит он напряжённым и смотрит не в глаза, а на её грудь. От влаги балахон прилип к её телу. Вот почему Бродяга так смотрит. Очень неловкая ситуация. Засмущавшись, она быстро взяла плащ-палатку и поспешила уйти. Стыдно. А ещё холодно.       - Подожди, - пошёл он за ней.       Таня не останавливалась. Она плотнее закуталась в плащ-палатку, прибавила шаг и вышла через запасной выход. Теперь понятно, почему он так смотрел на неё, пока она мыла посуду. Невольная провокация. Лучше скрыться в своей бытовке.       На улице стояла ночь, но праздник и не думал прекращаться. И громкоговоритель не вещал о постоянном призыве вступить в Долг. Теперь играли хитовые песни по радио, а сталкеры, разделяя радость Долга и Свободы, травили анекдоты и пили за долгий, нерушимый союз двух группировок. Таня больше не разделяла их радость. Ей хочется скрыться ото всех, особенно от Бродяги. В темноте плохо видно. Здесь нет настенного уличного фонаря. Таня остановилась и попыталась достать из кармана ПДА. Хлопнула дверь за её спиной и она резко обернулась.       - Таня! - приближаясь, тихо позвал её Бродяга.       Она ничего не успела ответить. Его сильные и крепкие руки обхватили её за талию и прижали к холодной стене.       - Таня! - возбуждённо произнёс он.       На своей щеке она ощутила горячее дыхание, а затем прикосновение губ.       - Таня! О, Таня! - страстно шептал ей Бродяга. - Я люблю тебя!       Она опять не могла понять, что происходит, и снова растерялась. Только она открыла рот, чтобы ответить, как Бродяга страстно впился в её губы. Он жался к ней, дав волю похоти. Таня попыталась оттолкнуть его, упёршись руками ему в грудь. Он перехватил её руки. Она попыталась отвернуться, чтобы разорвать поцелуй. Он стал целовать её более страстно, стараясь просунуть ей в рот свой язык. Таня плотнее сжала губы и смогла разорвать поцелуй. Бродяга сразу закрыл ей рот рукой и стал покрывать её шею поцелуями, царапая кожу своей щетиной. Другой рукой он смог нащупать ширинку на её джинсах и расстегнуть. Она заскулила, пытаясь привлечь внимание сталкеров неподалеку. Бродяга ещё сильнее прижал её к стене.       - Я люблю тебя! Таня! Таня! Ты меня с ума сводишь! - шептал он ей на ухо.       Когда он взялся за свою ширинку, Таня воспользовалась моментом и смогла оттолкнуть его. Не разбирая дороги в темноте, она бросилась бежать, придерживая на ходу свои джинсы. Она увидела штаб и сразу ломанулась к своей бытовке. Забежав внутрь, она на ощупь нашла замок и сразу закрылась. Через пару секунд дверь дёрнули с улицы. Таня забилась в угол рядом и притихла. Постучались, но она не ответила.       - Таня, я знаю, что ты там, - услышала она взволнованный голос Бродяги. - Прошу тебя, открой! Позволь поговорить! Пожалуйста!       Таня вынула свой нож. В темной бытовке своим лунным светом он казался ещё более красивым. Его свечение подействовало успокаивающе, но то, что было несколько секунд назад, долго не выйдет у неё из головы. Сначала Шмель попытался ею овладеть, потом Волк дал волю своим чувствам, теперь ещё и Бродяга. Её положение становится с каждым разом всё более шатким, а круг друзей сужается. После того, что сделал Бродяга, она ни за что не подпустит его к себе. И даже не заговорит с ним. Об этом случае надо обязательно рассказать Воронину и, наверное, обойтись без телохранителя.       Бродяга всё не уходил и долго ещё просил открыть дверь. Таня так и сидела в углу, дрожа от холода, ожидая, когда он уйдет. И Бродяга ушёл, осознав, что ему она не откроет. Таня встала и зажгла керосинку. Мокрую одежду она сняла и повесила на дверцы шкафа. До завтра высохнет. А пока она надела другой балахон и джинсы и включила обогреватель. Снаружи снова раздался смех. Таня глянула в окно. Один из свободовцев встал и для всех начал танцевать лезгинку. Таня грустно улыбнулась. Она очень любила народные танцы мира. Захотелось выйти и посмотреть поближе, как этот мужчина исполняет свой народный танец. Но среди зрителей она увидела Бродягу. Только он один был безразличен к общему веселию. Он сел среди долговцев и понурил голову. После того, что он хотел сделать, Таня видеть его не могла. Она прикрыла окно занавеской и села за стол. Бродяга однозначно больше не будет её телохранителем. Не зря она опасалась его. И вот случился момент истины. А чего она могла ожидать? Она опрокинула на себя кастрюлю с водой. Пусть это произошло случайно, но балахон намок и прилип к телу, подчеркнув её красивую грудь. Тут ещё и холодный сквозняк подул. Бродяга, давно не имевший женщину, не удержался и сорвался, словно голодный пёс на сочный кусок мяса. Виноват ли он в этом? И да, и нет. Шмель не устоял, Волк не устоял, и Бродяга тоже. Почему? Потому что она девушка, а они мужчины, и после долгого воздержания держать себя в узде в её присутствии становится с каждым разом всё труднее. Понять такой порыв можно. Но как же тогда монахи? К ним в храм ходят женщины. Как же они держатся? Очень просто - в прихожанках они стараются видеть своих сестёр. Здесь никто в ней не будет видеть сестру. Кроме Зулуса, наверное. Он с самой первой встречи называет её сеструха. Может, Воронин поставит его вместо Бродяги защищать её? Таня покачала головой. Нет! Нет никаких гарантий, что Зулус не попытается ею овладеть, а детина он здоровый и она против него, как воробей против орла. Значит, будет лучше ей быть одной. Но без защиты она станет совсем уязвимой. Что же делать? "Паранджу надеть!" - сама себе она ответила. - "Чем меньше ты показываешь себя, тем лучше для других и для тебя!" Да, это будет правильно! Но надолго ли? Тогда, может, написать Зверобою и попросить его забрать её к себе? Нет, не пойдет! Придётся всё ему рассказать? Нет, лучше этого не делать, иначе и ему она создаст проблем.       Таня долго сидела за столом, без интереса читая сталкерские новости. Ей снова написал Йога:       - Весьма впечатляет, милая! До меня дошли слухи, что Долг и Свобода теперь кореша. Какого тебе теперь живётся? Не надумала ли ты прийти ко мне?       - А вы меня разве звали? - без интереса написала она ответ.       - Конечно, звал. Волка ты отшила. Круто! Он тебе не пара! Зачем тебе этот жалкий сталкерюга, когда ты достойна большего? - ответил Йога.       - У меня есть парень! Что вы от меня хотите? - оставила она в конце сердитый смайлик.       - Я хочу тебя!       - Что же, хотите дальше!       Он снова что-то написал, но она не стала читать. Снаружи шум долго ещё не утихнет. Таня прилегла на кушетку и погасила керосинку. Лёжа в темноте, она слушала, как на улице у костра свободовцы играли на гитаре, а долговцы подпевали. Почему-то Таня почувствовала себя очень несчастной. Возможно, это из-за Бродяги. Он третий, кто посягает на неё. Интуиция ей подсказывает, что это не последний случай и рано или поздно так случится, что она окажется в постели со сталкером. Она отвернулась к стенке от таких мыслей. Нет, этого не будет. Никто и ничто не заставит её лечь с одним из мужчин Зоны. Они долго не моются, небритые, потрёпанные и невоспитанные. Лучше подумать, что ей готовит предстоящий день. А что может быть? Всё как всегда. Не хочется только больше видеть Бродягу. Но завтра он точно придёт просить прощения. Думая над этим, Таня не заметила, как уснула.       Ей снова снился один и тот же сон, только в этот раз таинственный сталкер, что бежал за ней и звал, стал ближе. Но его всё равно не удаётся хорошо разглядеть. Таня проснулась позже обычного. Каждое утро на базе её будил громкоговоритель. Сегодня он молчит и Таня возможность подольше поспать не упустила. Выспавшись, она привела себя в порядок. Самое время для завтрака. Она выглянула в окно. У костра никого не было, что очень удивило девушку. Каждое утро её у костра ждал Бродяга. Но сегодня там никого нет. "Тем лучше! Не о чем мне с ним говорить!" - подумала Таня. Захватив с собой немного денег, она отправилась в бар.       Бармен уже был на ногах.       - Поможешь приготовить завтрак? - сказал он вместо приветствия.       - Здравствуйте. Я бы и сама не отказалась от еды. Только вчера вы обмолвились, что припасы почти закончились.       - Что-то осталось. Я уже отправил заказ. На неделе должны привезти. Теперь закупок будет больше. Ну, так поможешь?       Конечно, поможет. На завтрак она сварила овсянку и пшено, а к ним открыла варенье с клубникой. Клиентов было немного и Таня смогла спокойно поесть.       - А где твой телохранитель? - зашёл на кухню Бармен.       - У меня его больше нет, - равнодушно ответила девушка.       - Что это так? Неужели опять что-то случилось?       Таня промолчала. Бармен не стал настаивать.       - Я думаю нанять кого-нибудь для работы на кухне, - сказал он обыденно. - Сейчас пока октябрь, но время пролетит быстро. Не успеешь оглянуться, как Новый год наступит.       - Ваше дело. Меня беспокоит, что Осведомитель сюда не торопится, - сказала Таня.       - Всему своё время, дорогуша.       - Эх, ладно! - смирилась она. - У вас ещё запасы консервов остались?       - Есть. Хочешь купить?       - Да.       Бармен принёс ей пять банок консервированной ветчины:       - Вот. Что-то много ты покупаешь еды. У тебя такой зверский голод?       - Нет, - немного задела её его шутка. - Просто откладываю на всякий случай.       - Понятно. Заплатишь сразу или вычесть из твоего оклада?       - Вот, - сразу она оплатила.

***

      Таня вышла на улицу. Бродяга так и не появился. Куда он мог деться ни с того ни с сего? Проходя мимо Арены, она увидела Зулуса и Арни. Зулус помахал ей рукой.       - Здравствуйте, - поприветствовала она их.       - А где твой телохранитель? - не поздоровавшись, спросил Зулус.       - Не знаю, - пожала она плечами.       - Зато я знаю. Он в клетке сидит.       - Что? Как? - ахнула она.       - Не знаю. Воронин велел его посадить туда.       "За решёткой? Как так? Кто же видел вчерашний инцидент? Ведь поблизости никого не было!" - задумалась она.       - Скоро будет поединок на Арене. Восемь бандитов против двух сталкеров. Не хочешь сделать ставку? - предложил Арни.       Она не ответила и ушла прочь. Значит, Бродяга за решеткой. Его велел туда посадить Воронин. Пойти и попросить отпустить Бродягу? Нет, он виноват и должен это понять. Или пойти и поговорить с ним самим? А о чём они будут говорить? Ей сказать ему нечего. Лучше оставить пока всё, как есть. Таня направилась к Богдану. Он после вчерашнего праздника мучился от похмелья и работы у него для неё не было. Таня направилась к своей бытовке.       - Лепра, подожди, - окликнул её Шульга.       - Здравствуйте, - остановилась она и поприветствовала его.       - Привет, - подошёл он к ней. - Ты занята?       - Нет.       - Хорошо. Надо поговорить. Что вчера произошло у тебя с Бродягой?       Таня покраснела от стыда.       - Я должен знать! - настаивал Шульга.       - Он...зажал меня вчера...за баром..., - опустила она лицо.       - В смысле? Расскажи подробнее, что у вас было.       Таня приняла позу провинившегося ребёнка и всё ему рассказала. Шульга задумчиво почесал подбородок:       - Теперь и он. Тогда понятно.       - Он сейчас в тюрьме, - сказала она.       - До завтрашнего дня.       - Его выпустят? - напряглась Таня.       - Да, только не спеши радоваться. Воронин отдал приказ вернуться на Янов. Поскольку Бродяга входит в состав моего батальона, то завтра мы отбываем на Янов.       - Это из-за меня Воронин приказал вернуться на Янов?       - Не совсем.Так-то Воронин хотел оставить Бродягу здесь, но после вчерашнего случая передумал.       - Но кто ему рассказал об этом?       - Некий сталкер Сало.       Таня серьёзно посмотрела на подполковника:       - Тогда я не удивлена. Он же человек Йоги.       - Что? Ты серьёзно? Почему ты об этом не рассказала раньше?       - Я сказала об этом Воронину. Он обещал принять меры. А сам Сало потом заявил мне, что долговцы его обыскали, но ничего подозрительного не обнаружили. И к тому же он на гражданке совершил тройное убийство.       - Хм! Удивительно, что Воронин ничего не сделал. Он, кстати, просил тебя зайти к нему. А с Сало я сам разберусь. Спасибо, что предупредила.       Таня кивнула и хотела уйти, но Шульга её задержал. Он положил ей руку на плечо и тепло сказал:       - А ещё я хочу лично сказать тебе спасибо за твой вклад в Долг!       Таня посмотрела на него и скромно улыбнулась.       - Могу я что-нибудь для тебя сделать? - спросил он.       - Нет, товарищ подполковник. Мне ничего не нужно, - тихо ответила она.       Он пожал ей руку:       - Помни, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Если что понадобится, то обращайся. А сейчас ступай к Воронину. Он не из тех, кто любит ждать.       Шульга направился к Богдану. Зачем Воронин велел ей прийти, она догадывалась. Спустившись к нему в бункер, она застала его за столом со стаканом водки и бутербродом с солёным огурцом. Он залпом выпил и закусил.       - Ненавижу похмелье! - тихо бранился он.       - Здравствуйте, товарищ генерал, - поприветствовала его Татьяна. - Вы хотели меня видеть?       - Да, хотел. Проходи.       Воронин откашлялся, занюхал куском ржаного хлеба и обратился к своей гостье:       - Теперь и Бродяга к тебе в трусы пытался забраться?       Такое вульгарное выражение смутило её.       - Я всё знаю. Теперь он посидит без еды и воды сутки за решеткой, - продолжил Воронин.       "Сутки без еды? И даже воды нельзя?" - ужаснулись она. Это же жестоко! Да, Бродяга виноват и заслужил наказание, но не до такой степени.       - Завтра утром он вернётся туда, где начинал, - добавил генерал. - Но я не только по этому поводу тебя позвал. Тут для тебя есть два подарка. Подойди.       Воронин отошёл к своему рабочему столу и поставил на него два контейнера:       - Здесь два артефакта. Один от меня, а другой от Лукаша. Вообще-то, не в моих правилах дарить артефакты. Но в этом случае я сделаю исключение. Все слышали, как тебя окрестили Девой Зоны. Так что без награды ты не уйдешь.       Таня подошла к столу. "Золотая рыбка" и "Пустышка" лежали в контейнере и издавали лёгкое свечение. Редкие и дорогие артефакты. Таня на время забыла о Бродяге. За них можно выручить хорошую сумму.       - Но у меня нет контейнеров, чтобы их взять, - скромничала она.       - Бери вместе с контейнерами. Можешь продать Бармену. Тысяч пятьдесят выручишь.       Таня взяла, поблагодарила генерала и хотела уйти, но он её задержал:       - И ещё я хочу попросить тебя вечером разделить со мной ужин.       Таня кивнула, не сказав ни слова.

***

      Всё происходящее ей казалось каким-то странным. Ещё вчера было веселье и на каждом углу пели песни о дружбе и единстве, а сегодня вчерашние гуляки приходили в себя. Одни хватались за голову, проклиная водку, других рвало прямо на улице, а третьи в бане отмывались и стирали свои трусы со штанами. Лишь немногие чувствовали себя бодрячком. В столовой самообслуживания сталкеры после вчерашней пьянки крыли матом всех и вся, хватаясь за голову от каждого громкого звука. Головная боль была невыносимой. Один из мучеников упёрся лбом в холодную стену и мямлил что-то про завязку. Таня быстро прошла мимо них в бар, куда стекались за похмелкой вчерашние пьяницы. Бармен протирал стол за своей стойкой, насвистывая любимую песенку.       - О, опять ты? - не отвлекаясь от своего дела, проворчал Бармен. - Что-то ещё?       Таня положила перед ним на стойку контейнеры с артефактами:       - Тут "Золотая рыбка" и "Пустышка".       - Да? Интересно. Пойдём-ка со мной в подсобку.       Таня пошла за ним, но в саму подсобку входить не стала. Бармен быстро проверил, что за артефакты она ему принесла, а потом быстро выпил антирад:       - Самое то! Беру! Пятьдесят косарей! По рукам?       - Да, - сразу она согласилась.       Деньги были немаленькие. Про долги, что остались за периметром, Таня не забывала ни на минуту. Эти деньги нужно отправить матери.       - Скажите, пожалуйста, а вы не знаете, как эти деньги можно передать одному человеку? - поинтересовалась она.       - Я не Western Union, но передать могу.       - Сколько это займет времени?       - Несколько минут. Только это не бесплатно. Сколько ты хочешь перевести?       - Все пятьдесят тысяч.       - Тогда минус пять тысяч мне за перевод.       - Минус пять тысяч? - громко воскликнула она.       - А ты как хотела!? Отсюда перевести деньги сложнее. Здесь нет банков и банкоматов.       Таня глубоко с досадой вздохнула. Она достала из кармана пять тысяч:       - Вот! Только можно вас попросить изменить адрес отправителя?       - Можно. Что указать?       - Чукотку.       - Ого! Чукотка! Далеко ты забралась. Какой город указать?       - Анадырь. И, если можно, напишите: "Дорогая мама, у меня всё хорошо. За меня не волнуйся." За это я, надеюсь, вы деньги не возьмёте?       - Нет. Какие реквизиты указать?       Таня написала реквизиты на бумаге. Через пять минут Бармен вышел из своей комнаты, где у него был ноутбук, и сказал:       - Я отправил деньги. Что-то ещё?       У Тани осталось пятнадцать тысяч. Она протянула тысячную купюру:       - Хочу купить еды.       - Ты же уже купила.       - Это не для меня.

***

      Только в тюрьме, куда долговцы сажали нарушителей порядка, было спокойно. Сегодня всего один виновник. Бродяга сидел на скамейке, понурив голову, и ничего вокруг себя не замечал. За столом, листая мужской журнал, сидел пятидесятилетний мужчина в старом советском бушлате и рваной шапке-ушанке с папиросой во рту.       - Что надо? - не отрываясь от журнала, спросил он.       - Я к заключённому, - тихо ответила Таня.       Мужчина оторвал взгляд от журнала и посмотрел на девушку.       - А, это ты та самая Дева Зоны? - прищурился он, глядя на неё.       - Как видите! Я могу пройти к заключённому?       Бродяга услышал её голос, встал и подошёл к решётке.       - Воронин велел никого к нему пускать и ничего ему не давать, - строго ответил мужчина, сжав зубами папиросу.       - А для меня можете сделать исключение? - вежливо попросила она.       - Если Воронин разрешит, то без вопросов. А так - не могу!       Таня протянула ему тысячную купюру:       - Это вас убедит?       Мужчина взял, сунул купюру в карман и брякнул:       - Я ничего не видел и не слышал!       Таня подошла к решётке, за которой сидел Бродяга. Его снова побили и на лице остались шрамы с запёкшейся кровью.       - Воронин опять тебя учил дисциплине кулачным методом? Не сдержал он слово! - ахнула она.       - Таня! Ты пришла...! - виновато произнёс Бродяга.       - Да, пришла! Воронин тебя посадил на сутки без еды и воды. Завтра ты вернёшься на Янов с Шульгой и остальными, - с ноткой упрёка произнесла она.       - Таня, выслушай меня, пожалуйста! - начал Бродяга нервничать. - То, что произошло вчера...я...сам не знаю, как это вышло...!       - Вот и объясни мне, как так вышло! - сердито смотрела она на него.       Бродяга уставился в пол и крепко сжал руками решётку:       - Скажи, ты не замечала за мной, что я пытаюсь сблизиться с тобой, хотя до этого держался на расстоянии?       - Замечала.       - Таня, я ведь говорил, что плохо помню своё прошлое. Все эти дни, пока я сопровождал тебя повсюду, мне казалось, что жизнь у меня пошла по другому курсу.       - А до этого разве было что-то не так? - сложила она руки на груди.       - Не так. Я молча выполнял приказ вышестоящих. Поначалу мне не понравилось, что меня заставили тебя сопровождать. Но когда ты говорила со мной на равных, проявляла уважение и вообще была великодушна ко мне, я ощутил, как меня влечёт к тебе. Я хотел снова и снова ощутить то доброе отношение, которого был лишён. Ты единственная, кто относился ко мне, как у человеку. Другие меня ненавидят или боятся из-за моего прошлого, которое всё ещё в тумане. Ты видела во мне человека и обращалась, как с равным. Я быстро к тебе привязался и... влюбился! Я постоянно думал, как тебе признаться в своих чувствах, но боялся. Ты однажды извинилась передо мной. До этого никто не просил у меня прощения. Сталкеры могли безнаказанно меня оскорблять самыми ужасными словами. Но ты...! Ты не только извинилась, но и позаботилась обо мне! В тот день я окончательно осознал, как ты мне дорога!       Таню глубоко тронули его слова, но она сохраняла хладнокровие и не перебивала его:       - То, что произошло вчера..., честно... я сам от себя такого не ожидал! Просто ты пролила на себя воду и...одежда округлила твои женские формы. И ты ещё подошла ко мне и что-то сказала...! Ты была так близко! Я не устоял и захотел тебя! - дрожал его голос. - После того, что я сделал, меня совесть сводит с ума! Я понял, что натворил. И я глубоко раскаиваюсь за это! Прости меня, если сможешь...!       Таня смотрела на Бродягу и обдумывала то, что он сказал. Она верила и не верила ему. То, что он хотел её, звучит правдоподобно. А вот про чувства что-то не верится. Она опустила взгляд, всё ещё думая над его словами. Его раскаяние звучит искренне и Таня простила его в ту же минуту.       - Я знаю, что завтра уйду, - обречённо произнёс он. - Как бы я хотел остаться...с тобой!       "Нет! Тебе лучше уйти!" - подумала она. - "Ты больше не сможешь быть моим телохранителем!"       - Я простила тебя, Бродяга! - мягко сказала она.       Он улыбнулся и на его глазах блеснули слёзы:       - Таня, спасибо!       Она снисходительно улыбнулась. Стало немного легче на душе, но всё равно Таню одолевало странное чувство. Ей казалось, что в происходящем виновата она. Сначала выгнали Волка, теперь выгоняют Бродягу. И это не предел. Интуиция не молчит и шепчет, что однажды придётся и ей уйти. "Конечно! Я не намерена вечно тут торчать!"       Бродяга так и смотрел на неё, смущая тем самым. Таня достала аптечку:       - Давай я твои ранки обработаю.       Он кивнул. Спиртовой салфеткой Таня сначала вытерла с его лица кровь, а потом ваткой с антисептиком стала их обрабатывать. Бродяга так и смотрел на неё. Он повернул лицо к её руке, прижал к своей щеке и стал целовать. Таня побледнела:       - Что ты делаешь?       Бродяга продолжал целовать её ладонь, пока она не выдернула свою руку.       - Прости, - виновато произнёс он. - Я не знаю, что со мной.       "Ему точно лучше уйти! Он пугает меня!" - напряглась Татьяна. - "А пока лучше отвлечь его!" Она дала ему три бутерброда с колбасой и налила горячий чай:       - Поешь.       Бродяга не отказался. Он опустился на колени и с удовольствием поел.       - Таня, я знаю, что завтра уйду с "Ростка", - закончил он есть.- Ты ведь можешь уговорить Воронина оставить меня.       - Ты хочешь остаться? - сухо спросила она.       - Я хочу остаться с тобой.       Таня покачала головой:       - Ты же знаешь, что Воронин не передумает.       - Но он к тебе прислушивается.       - Не в этот раз, Бродяга. Я тоже считаю, что тебе лучше уйти.       Он воспринял это как оскорбление:       - Так ты сама этого хочешь? Из-за вчерашнего случая?       - Да! - честно ответила она.       - Таня, я обещаю, что больше этого не сделаю!       - Нет, Бродяга. Я тебе не верю!       Мужчина посмотрел на неё, словно она его предала:       - Вот оно как! Ты не хотела, чтобы Волк уходил! Хочешь, чтобы ушёл я! Думаешь, что Волк не попытался бы тобою овладеть?       - Не в этом дело. Волк был моим учителем.       - Всё равно! Ты его совсем не знаешь! Воронин и до тебя с трудом переносил его присутствие. А знаешь, почему? Это Волк принёс тогда взрывчатку долговским дезертирам. В прошлом он был наёмником. Однажды он ушёл с Кордона на Армейские склады, поручив новичков Фанату. С его уходом в лагерь сразу пожаловали наёмники. Благо, что Меченый помог новичкам отбить лагерь. Видишь? Наёмники неумолимы.       - Ты бы не увидел в его глазу сучок, если бы заметил бревно в своём. Сам ты в прошлом был монолитовцем, - с укором заметила она. - Тебе было всё равно, кого убивать во имя своего бога.       - Монолитовцы не ведают, что творят. Их взяли за мозги и лишили воли и права самим думать, оставив только слепо следовать приказам вышестоящих.       - Может и так, но ты пугаешь меня. Долговцы шептались о тебе. По ночам ты делаешь поклоны и призываешь своего несуществующего бога.       - Это единственное, что я помню хорошо. Я уповаю, что это поможет мне вспомнить всё.       Таня замолчала и посмотрела на старого сталкера, что продолжал читать журнал.       - Таня, посмотри на меня, - привлёк он её внимание. - Я люблю тебя! Дай мне шанс проявить себя. Только с тобой я чувствую, что живу, а не существую. Попроси Воронина оставить меня.       Она опять покачала головой:       - Нет. Мне очень жаль, что с тобой столько всего случилось, но я не могу ответить тебе взаимностью.       - Из-за моего прошлого? - обиделся Бродяга.       - Нет, не из-за этого. У меня есть любимый мужчина и я пришла в Зону ради него.       - Что-то не похоже, что ты в поисках сдвинулась с мёртвой точки. Если от сталкера нет давно вестей, то он либо мёртв, либо стал "обращённым", - холодно заметил Бродяга.       Это напугало Таню:       - Что это значит?       - Значит зомби.       - Нет! Я в это не верю! - вспылила Таня.       - Твоё право - верить или нет. Но он недостоин тебя, раз вынудил идти за ним в такое место, как Зона.       - Бродяга, что ты, что Волк говорите, что любите, но на деле я не видела этого. И им, и тобой движет лишь одно - вожделение.       Таня встала, оставила ему еду на стуле рядом с решеткой и ушла. Бродяга просил её не уходить и выслушать его, но она не остановилась. Может, ей и не стоило говорить с ним таким тоном, но она ни о чём не жалела. Зверобой ей сказал никому не верить. Доверять она может только ему, Бармену и Стрелку. Но Стрелок для неё так же далёк, как Плутон от Солнца. Встретить его она не надеялась.

***

      До самого вечера Таня просидела в бытовке. Она снова думала написать Зверобою, что происходит на "Ростке", но так и не решилась. Он и так помогает, как может. Если ему рассказать обо всём, то легче ей не станет, а вот для Зверобоя она лишь создаст лишние хлопоты. Лучше пока ему не знать. Может, всё обойдётся само собой! "Мне не хватает его! Он ведь стал для меня как второй отец, а Гонта, Гармата и Краб - как братья", - тосковала Таня. У неё было немного денег на жизнь. Богдан за работу платил медикаментами, а Бармен был не менее алчный, чем Сидорович. Её утешала мысль, что хоть какую-то сумму удалось отправить матери. Этого маловато. Можно рискнуть и попробовать сделать ставку на Арене, но тогда у неё совсем ничего не останется. Как только стемнело, Таня вышла из бытовки. У штаба стоял и курил Пуля. Его она видела ещё на Свалке. Он ей помахал рукой. Она подошла и поздоровалась.       - Как дела? - спросил он.       - Хорошо, - ответила она.       - А я вот в Тёмную Долину завтра пойду. Воронин и Лукаш думают выкурить оттуда бандитов. Поговаривают, что Йога снова собирает вокруг себя всех, кому хочется блатной романтики.       Таня кивнула. Пуля докурил и отправился в казарму:       - Пойду отосплюсь хорошенько. А то потом нескоро посплю в комфорте.       - Доброй вам ночи.       Таня спустилась в штаб Долга, не дожидаясь, когда её пригласят.       - Уже пришла? А я как раз хотел тебя позвать, - удивился генерал.       Стол снова был накрыт вкусной и сытной едой. Воронин включил радио с приятной музыкой и пригласил её за стол.       - Я давно хотел поужинать с тобой наедине, - налил он себе и ей вина.       - У вас и вино есть? - скромно спросила Таня.       - Это подарок от Лукаша. Я ему подарил коньяк, который он очень любит, а он мне - вино. Говорит, что Ашот смог достать. От вина ты не откажешься?       - Я не пью, товарищ генерал, - напомнила она.       - А разве женщины не любят вино? Не откажи мне и выпей хоть немного.       Она уступила.       - Хочу выпить за тебя, Лепра. Ты теперь знаменита на всю Зону, - предложил Воронин тост.       Она сделала один маленький глоток и спросила:       - Разве я сделала что-то такое, что меня прославило на всю Зону?       - А как же? Сталкеры не перестают удивляться, что тебе удалось примирить двух врагов.       - Я ничего такого не сделала. Я всего лишь попросила Лукаша вступить с вами в переговоры о мире. Остальное всё сделали вы.       - Ты не честолюбивая. Это хорошо. Но ты зря так недооцениваешь себя. Я наслышан, как ты по своей инициативе угощала моих людей чаем, конфетами, печеньем и бутербродами. Они тебя любят. Ты подняла их боевой дух.       "Приятно осознавать, что твои труды не напрасны и их ценят другие", - скромно она улыбнулась.       - Такие люди, как ты, очень нужны Долгу, - продолжил генерал. - Хочу предложить тебе вступить в Долг.       Таня выронила вилку. "Вступить в Долг!" - пронеслось у неё в голове.       - Что-то не так? - спросил мужчина.       - Ээээ...нет, - подняла она вилку.       - Что ты скажешь о моём предложении вступить в ряды доблестных защитников мира? - с энтузиазмом спросил Воронин.       "Именно этого я и боялась. Зверобой советовал не вступать ни в Свободу, ни в Долг. Но что мне делать? Я не могу согласиться. Но и отказать тоже не могу", - задумалась она. Воронин допил свою порцию вина и ждал её ответа.       - По правде говоря, товарищ генерал, я не задумывалась над этим. И ваше предложение для меня оказалось неожиданным, - неуверенно ответила она, ковыряясь вилкой в еде.       - Я всё понимаю. Если тебе нужно время подумать, то у тебя его достаточно. Я надеюсь, что ты подумаешь и согласишься, - с надеждой смотрел он на неё.       Она кивнула и невнятно что-то промычала. Ужин прошёл в тишине, если не считать тихо играющее радио. Таня съела свою порцию до последней крошки.       - Давай потанцуем, - подошёл к ней генерал.       Таня хотела допить вино в своей кружке, но после предложения потанцевать, передумала.       - Простите, товарищ генерал, но я не танцую, - вежливо отказалась она.       - Почему? - неприятно удивился Воронин.       - Я никогда не танцевала..., в смысле в паре с мужчиной. Меня никогда не приглашали.       - Боишься, что ноги мне отдавишь? - усмехнулся он. - Ничего. Учиться никогда не поздно.       Генерал ей не нравился и танцевать с ним не хотелось. Но Таня в каком-то роде зависела от него и была перед ним в долгу. "От меня не убудет, если я просто с ним потанцую", - успокаивала она себя. Девушка встала. Генерал взял её за руку, обнял за талию и начал плавно кружится с ней в медленном вальсе.       - Когда я был молодым парнем, то мне часто приходилось танцевать с женщинами на различных корпоративных вечеринках, - улыбнулся он.       Таня старалась не смотреть на него. Её пугало, что Воронин тоже оказывает ей знаки внимания, пытаясь добиться её расположения. Принимать их она не хотела, но и отказать боялась. "Только бы он не захотел большего!" - уповала она.       - Товарищ генерал, благодарю вас за прекрасный ужин и танец. Но сегодня день у меня был тяжёлый и я очень устала, - скромно попросила она.       - Я понимаю. Что же, тогда не смею тебя больше задерживать, - отпустил он её. - Но надеюсь, ты не откажешь мне, если я снова приглашу тебя на ужин.       "Он точно пытается за мной приударить!" - убедилась она.       - Конечно. А там время и обстоятельства покажут, - лукавила она.       Таня покинула штаб и вернулась в бытовку. Врать она не любила, но приходилось. Воронин ей совсем не нравился, особенно когда она узнала о его методе наказания Бродяги. О последнем она старалась не думать из-за противоречивых чувств. С одной стороны, ей было жаль его, а с другой стороны, ему лучше уйти. Вспомнив его обжигающий поцелуй и страстное покусывание на своей шее, Таня прослезилась от обиды. "Вот ведь кобель похотливый! Пусть убирается отсюда! Видеть его не хочу! Простить я его простила! Но на дружбу пусть не рассчитывает." С этими мыслями Таня легла на кушетку и быстро забылась сладким сном.       Утром её разбудил громкий, командный голос за окном:       - Смирно! По порядку рассчитайся!       Таня встала, протирая сонные глаза:       - Что там опять?       Напротив штаба гордо стоял Воронин, спрятав руки за спиной. Подполковник Шульга стоял перед ротой долговцев. Среди них Таня увидела Бродягу и Зулуса. Шульга подошёл и отчитался перед Ворониным. Когда он закончил, генерал подошёл к долговцам и что-то им говорил. Бродяга, как заметила Таня, выглядит таким же хладнокровным и безучастным к происходящему, как и раньше. Ей показалось, что он поглядывает в сторону бытовки, в надежде, что она выйдет проводить его. Но Таня не собиралась выходить, пока он с остальными не уйдет. Когда генерал закончил свою нудную речь, вооруженные и готовые к любым трудностям долговцы под командованием подполковника Шульги маршем вышли с территории штаба.       - Теперь они вернутся на Янов, - загрустила Таня.

***

      Дождливый октябрь сменился ноябрём с ночными заморозками и промозглым ветром. Сталкеры приходили и уходили. Продадут хабар, немного расслабятся в баре и снова навстречу опасным приключениям. Среди них Таня не переставала надеяться встретить Виктора или Осведомителя. Она снова и снова писала в чате о поисках Виктора. Но пролетали неделя за неделей, и ничего не изменилось. Каждый день ожидания давался тяжело. Начинался день с надеждой, а заканчивался огорчением. И так из раза в раз. Таня, как и раньше, помогала Богдану, но в основном работала на кухне у Бармена. Воронин часто приглашал её на ужин. Иногда она соглашалась, но чаще отказывалась. Он ей после Бродяги никого в сопровождение не дал. Но оно и не нужно было. Таня пользовалась большим уважением среди долговцев и сталкеры её не трогали. Но были и те, кто не переставал пошло шутить с ней. Гнилой постоянно к девушке подкатывал и оказывал знаки внимания. Бывало, он унижал её и высмеивал. Таких, как он, хватало. Отвергнутые поклонники писали ей всякие гадости. К такому она давно привыкла. В отношениях с противоположным полом ей всегда не везло. В остальное время Таня была одна. И к одиночеству ей тоже не привыкать, но оно в последнее время стало тяготить. Лев, Сирота и Скала, когда не уходили в дозор, составляли ей компанию у костра за чаем. Чтобы развеять её скуку, они демонстрировали, чему научились, служа в десантных войсках. Особенно её впечатлило, как они разбивали бутылку об голову. Ещё Вася, у которого она могла теперь задерживаться подольше, как-то скрашивал её одиночество. Его она взялась учить играть в шашки, но ничего из этого не вышло. Он не думал и двигал шашки, как хотел. Не получилось научить его и говорить, как люди. Он рычал, мычал, ворчал и что-то лепетал, пытаясь выговорить самые простые слова. На самом "Ростке" тоже произошли небольшие изменения. Бульбаш и Беломор в свою ночлежку поставили ещё несколько двухъярусных кроватей и старую советскую мебель. Также было решено навести порядок и утеплить небольшой цех, и сделать из него отдельный госпиталь, чтобы простые сталкеры не ходили на территорию штаба Долга. Свободовцы часто заглядывали в гости, но им было строго запрещено приносить на территорию Долга наркотическую траву, которую они любят курить. Долговцам приходить к Свободе без вышестоящего запретили. Им не возбранялось выпить, но если их ловили за курением наркотической травы, то Воронин наказывал по военному кодексу.       В середине ноября выпало немного снега. Бармен начал заранее готовиться к Новому году. В общем сталкерском чате он выложил объявление, что принимает заказы на новогодние блюда и напитки. Любой желающий должен ему написать в личном сообщении, чтобы подтвердить заказ, а потом в баре внести предоплату. Новогоднее меню он заранее обговорил с Таней. Из мяса и рыбы будет приготовить сложнее. Они выйдут по цене дороже, и доставка больно ударит по карману. Бармен сказал, что несколько килограммов свинины он всё же заказал для самых богатых сталкеров. Она предложила приготовить плов и жаркое. Эти блюда будут самыми дорогими. Насчёт других блюд Таня не стала ничего обсуждать и сказала: "Привезите сначала на своё усмотрение, а потом решим". Заказов поступало много. До тридцатого декабря надо успеть сделать заказ. Но большинство сталкеров, у которых были семьи за периметром, планировали встретить Новый год дома. Заработав достаточно денег, они собирались небольшими группами и выбирали день и маршрут. Так миновал и ноябрь.       Наступил холодный декабрь. Многие сталкеры, что решили остаться в Зоне на Новый год, постепенно стекались на "Росток". Таня из-за мороза стала носить долговский бронекостюм, который ей однажды подарил Воронин. Она провожала взглядом группу сталкеров, что возвращались домой на праздники. "Я надеялась, что смогу вернуться к Новому году домой вместе с Виктором, деньгами и лекарством. Но я не сдвинулась с места в решении своих проблем", - сетовала она. - "То самозванцы, выдающие себя за Стрелка, достают меня, то всякие обманщики пытаются выманить отсюда. Но я не могу здесь сидеть вечно. Повторять историю "Юноны и авось" я не намерена".       Таня стояла, прислонившись плечом к фонарному столбу. Опускались вечерние сумерки. В декабре дни короткие. Стоял лёгкий мороз, с неба падал редкий снег. Унылая и, одновременно, красивая картина. Таня любила зиму за Рождество, Крещение, свой день рождения и именины. Новый год она никогда не любила; разве что только в детстве за хоровод вокруг нарядной ёлки и подарки. Но детство миновало и началась взрослая жизнь. Мимо прошло трое бывалых сталкеров, неся на плече увесистый мешок. "Охотники!" - догадалась девушка. - "Несут продавать трофеи!" Кажется, что этот Новый год будет самым грустным в её жизни. В уходящем две тысячи двенадцатом году остаётся самое худшее: предательство отца, болезнь матери, долги, потеря друзей и много слёз. Кто-то верил, что как встретишь Новый год, так его и проведёшь. Таня в это не верила. Зато она верила, что если загадать Богу желание в Рождественскую ночь или в полночь на Крещение, то оно обязательно сбудется. Главное - довериться Богу. "Вот тогда и загадаю желание!" - решила она.       - Мороз не велик, но стоять не велит! - услышала она за спиной знакомый и добрый голос.       Таня оглянулась. Зверобой! Девушка радостно ахнула:       - Зверобой! Это вы!       Позабыв о своей робости и женской неприкосновенности, она подошла и крепко обняла его.       - Рад тебя видеть, девонька! - устало произнёс он.       - А как я рада вас видеть, мой дорогой друг! - аж прослезилась она от радости. - Мне очень вас не хватало!       - Ну вот, я пришёл.       - А где же Гонта, Гармата и Краб?       - Они вместо меня пока на Янове. Зимой мутанты особо агрессивные.       - Вы выглядите усталым. Пойдёмте скорее ко мне в бытовку. Я вас накормлю.       Зверобой не отказался. Таня быстро включила обогреватель и усадила своего гостя за стол. У неё был термос с горячим чаем и электрическая плитка, которую она одолжила у Бармена. Зверобою она положила макароны с тушёнкой, налила чай и сделала бутерброды с плавленным сыром.       - Спасибо, - приступил её гость к трапезе. - На Янове о тебе часто говорят. Ты теперь у всех на устах.       - Знаю. Только эта слава мне не в радость. До вашего прихода мне хватило тут приключений, - налила она себе чай и села напротив.       - Ну, расскажи. Я послушаю с интересом. Воронин меня в курсе не держит.       Таня всё ему рассказала, кроме снорка Васи. Как только Зверобой доел, он угрюмо произнёс:       - Ну, это не приключения. Это чисто мелкие неприятности. Да, тебе, как девушке, приходится не сладко. Но я пришёл сюда не просто так. Сегодня двадцать девятое декабря. Я достаточно заработал денег и хочу вернуться домой к жене на праздники. Сюда я зашёл, чтобы предложить тебе поехать со мной. В Минске я посажу тебя на поезд до Москвы и ты сможешь встретить Новый год дома. Незачем тебе тут торчать.       Таню это сильно удивило:       - Вы едете домой?       - Только на праздники. Мне ещё подарки надо успеть купить жене и детям.       Девушка хотела сразу же сказать: "Да, поеду с вами". Но интуиция снова её удержала:       - Я бы очень хотела поехать с вами. Мне всё здесь надоело, но... Я хочу всё же дождаться вестей от Виктора. И ещё Бармен мне обещал хорошие деньги за работу в новогоднюю ночь. Я так мало отправила маме денег!       - Я видел Осведомителя и рассказал ему о твоём парне. Он его не знает, но обещал всё о нём разузнать.       - О, тогда мне тем более лучше остаться! Я его обязательно дождусь! - обрадовалась она. - И ещё я попрошу Бармена и Воронина никому про Виктора не говорить. Меня Йога пытается выманить отсюда.       - Йога со своими людьми перебрался на Затон к Султану, чтобы перезимовать. Я его там видел. Ой, и не рад он был меня видеть! Сказал мне, что караулит тебя. Может, ты всё же поедешь со мной? Завтра утром вместе с другими охотниками мы доберёмся до белорусской границы, а там и до Минска на машине доедем.       - Я не могу, Зверобой! Я, правда, очень, очень хочу домой! Но... вы и так всё знаете. Скажите, вы вернётесь?       - Вернусь, конечно. Хоть я уже не молодой, но у меня есть ещё порох в пороховницах. К тому же Зона так просто не отпускает сталкеров; особенно, если они успешные.       - А вы виделись со Стрелком? - с надеждой спросила девушка.       - Нет. И вестей я от него не получал, - немного грустно ответил Зверобой. - Но я очень хотел бы его увидеть. Друг всё-таки. Ну, я пойду в ночлежку.       - Одну минуточку, - задержала его Таня.       Она отвязала "Бритву" от своего пояса и положила на стол перед Зверобоем:       - Это вам.       - Нож?       - Это "Бритва", - ответила она и вынула нож из ножен.       Усталости у мужчины как не бывало. Он уставился на нож, как будто увидел что-то невероятное. Тане понравилось его удивление и она задиристо улыбнулась. Зверобой смотрел на "Бритву", не говоря ни слова. Он поднёс аккуратно руку к ножу, не касаясь. Лунное свечение ножа сразу окрасилось огненно-красным.       - Значит, те байки - не пустая болтовня! - не сводил Зверобой глаз с ножа. - "Бритва" существует на самом деле! Но откуда у тебя такая вещь? Где ты её нашла?       - Я её нашла в одном секретном месте, но не могу сказать, где именно.       - Не может быть, чтобы "Бритва" могла валяться под носом у сталкеров и её не заметили. Если легенды не врут, то таких штук всего две. И найти их можно только в пространственной аномалии.       Таня снисходительно рассмеялась:       - Зверобой, не имеет значения, где я её нашла. Вы мне всё время, пока я находилась на "Ростке", присылали еду. Я перед вами в большом долгу. И я хочу сделать вам подарок. Он перед вами.       - Ты хочешь подарить мне "Бритву"? - воскликнул мужчина. - Ты хоть понимаешь, что даришь? Эта вещь - предел мечтаний каждого сталкера! Даже у Стрелка такой штуки нет!       - Я понимаю. Но Зверобой, вы ведь охотник на мутантов и вам этот нож нужнее. Вы мне и так очень помогли. Не откажите.       Зверобой смотрел задумчиво то на девушку, то на нож. Таня ждала, что он скажет.       - Ты уверена? Не будешь жалеть? - усомнился он.       - Уверена.       - Тогда тебе надо взять его в руки, протянуть мне и сказать: "Я дарю его вам". Только тогда нож признает меня как нового хозяина. И вернуть его потом не удастся, даже если я скажу, что дарю его тебе. Быть хозяином такого ножа можно только один раз, пока не умрёшь или не подаришь другому.       Таня сделала, как он сказал. Зверобой взял нож в руки и долго его рассматривал. Возможно, Таня сделала большую ошибку, подарив ему нож, но она не думала об этом. В Зоне есть закон: помогли тебе - помоги в ответ или достойно отблагодари. У Тани ничего ценного нет, чтобы отблагодарить Зверобоя, кроме этого ножа. Пусть он его забирает. Ему, как опытному сталкеру и известному охотнику, он нужен больше, чем ей.       - Спасибо огромное, девонька! Никогда не забуду твой щедрый подарок! - от всей души поблагодарил её Зверобой. - Я вернусь в Зону десятого января. И я обязательно тебе привезу что-нибудь из Минска.       Таня с улыбкой кивнула:       - Хорошо. Я счастлива за вас. Можно мне завтра утром вас проводить?       - Я встану завтра в шесть утра.       - Ничего. Я и раньше могу встать.       Таня проводила Зверобоя до ночлежки и пожелала ему доброй ночи, а затем вернулась в бытовку, легла спать и быстро уснула. Утром она встала пораньше, чтобы проводить Зверобоя. После быстрого сытного завтрака он и ещё несколько попутчиков собирались уходить. У заставы Таня крепко его обняла.       - Девонька, передумать ещё не поздно. Пойдём с нами, - снова предложил он.       Таня прослезилась и покачала головой. Она уже всё решила!       - Ну, ладно! Обещаю, что я вернусь. Всё будет хорошо! - подбодрил он её. - Береги себя!       - Обязательно! Я буду вас ждать. Ангела-Хранителя вам в дорогу!       Таня перекрестила Зверобоя и, как в прошлый раз, поцеловала его в обе щёки. Зверобой улыбнулся и ласково потрепал её за плечо. Девушка стояла и провожала взглядом группу сталкеров. Она немножко завидовала им. Сегодня они вернутся домой, обнимут своих родных, встретят Новый год в кругу семьи и будут спать в комфорте и тишине.       - А меня ждёт самый ужасный Новый год среди неотёсанный и невоспитанных сталкеров! Эх, одни сплошные приключения у меня! С тех пор, как я пришла в Зону, одни приключения! То похотливые самцы, то волна мутантов, то выбросы! Эх, перечислять можно долго! Да пошло оно всё куда подальше! - тихо сетовала девушка, медленно бредя обратно в бытовку.       Да, событий ей за эти дни хватило. Но она сильно недооценивала свои приключения, потому что после ухода Зверобоя, на "Росток" пожаловал человек, который навсегда изменит её судьбу.

***

      На "Скадовске", как и на "Ростке", кипела жизнь. Это место, где вольные сталкеры и бандиты могли жить бок о бок. "Скадовском" управлял добрый сталкер Борода. Своё прозвище он получил из-за густой, чёрной бороды. Его основным промыслом была покупка и продажа артефактов и провизии. Из всех торговцев в Зоне, он по хорошей цене покупал артефакты и принимал на них заказы. Соседство с бандитами его мало радовало, но бандитский пахан Султан держал своих людей в ежовых рукавицах. В отличие от Йоги, он не был таким жестоким и алчным и жил по тюремным понятиям. Его первая попытка заставить Бороду платить за "крышу" провалилась. Теперь от безысходности Султан пока просто жил со своими братками на старой посудине. Йога был более расчётливым и хитрым, и Султан, закрывая глаза на его жестокость, пригласил его с людьми перезимовать на Затоне.       Сейчас Йога сидел в углу на ящике с банкой дешёвого пива в руках. Когда он был не в духе, никто, даже его друг Кочерга, не осмеливался к нему подойти. Йога перечитывал сообщения от Татьяны уже в сотый раз. Он не переставал ей писать, зная, что она ни на какие его предложения не согласится. Она не отвечает ему и все его сообщения даже не читает. Это злило его. Прошло столько дней, а она так и не покинула базу Долга. Вожделение съедало его, а воздержание приносило ужасный дискомфорт. Скрипнула металлическая дверь. Вошедший отряхнулся от снега и осмотрелся, словно искал кого-то. Его взгляд остановился на Йоге и он сразу к нему направился.       - Чё те? - прорычал Йога.       - Я Сало. Тот самый, что тебе информацию о девчонке сливал.       - И что? Почему ты здесь, а не там?       - Не суть. Я могу сказать, что девчонка осталась без телохранителя и опекуна.       - Конкретнее или вали! - крепко Йога сжал банку с пивом.       - Скажу. Только что мне за это будет?       - Подошвой в рыло тебе будет, если не скажешь мне, что ты узнал! - с угрозой посмотрел на него Йога. - Скажешь - получишь пиво. Я халяву никому не даю! Но если ты меня обманешь, я своими руками вырву твой лживый язык и заставлю сожрать!       - Ладно. Короче, она осталась без телохранителя и опекуна...!       - Я это уже слышал! - рявкнул он. - Того монолитовца выперли. А про опекуна что?       - Зверобой её опекун. Он ей хавчик периодически передаёт. Он вечером заявился на "Росток". Девка с ним уединилась в бытовке и они долго оттуда не выходили. Но потом она вышла проводить его до ночлежки, а утром он ушёл. Как я смог выяснить, Зверобой ушёл из Зоны на праздники.       - У них, типо, трахен-трахен был?       - Не думаю. Она смотрела на Зверобоя, словно на родного отца.       - Ясно. Я в нём не ошибся. Зверобой слишком порядочный, чтобы наставлять рога своей жене. Что ещё ты узнал?       - Вроде как он предлагал ей пойти с ним, но она отказалась. В ночлежке он говорил со сталкерами. Сказал, что виделся с Осведомителем в Госпитале.       - Ага! Вот это я и хотел узнать! Теперь этот попугай никуда не улетит! Значит, девчуле он тоже сказал про Осведомителя. Мои догадки подтвердились! Попались, пташки! - обрадовался Йога.       Он допил своё пиво и, достав из кармана вторую банку, швырнул её Сало.

***

      "Этот день станет самым трудоёмким!" - тихо ворчала Таня, делая макияж. Карандашом для глаз она нарисовала красивые стрелки на веках и накрасила ресницы тушью. Да, у неё с собой оказалась косметичка. Её она положила машинально, когда собиралась в такое место, как Зона Отчуждения. Зона, конечно, не то место, где косметичка уместна. Без всякого макияжа она привлекает к себе внимание. Глаза у Татьяны карие, большие и выразительные. Немного макияжа подчеркнули красоту её глаз. Она сама считала свои глаза очень красивыми. Когда она была ещё ребёнком, взрослые говорили: "Какие красивые глазки! Как две вишенки!" В школе на выпускном вечере директор отметил, что своими глазами она его успокаивала на уроках. И в институте преподаватель сказал про неё: "Эти глаза напротив...!" И Таня не видела ничего такого, чтобы подчеркнуть их красоту. Красить губы она не будет. Макияж будет совсем не броский.       Таня надела свой привычный балахон с джинсами и повязала бандану на голову. С собой она захватила ПДА, влажные салфетки, карандаш для глаз и складное зеркальце. Сегодня тридцать первое декабря и работы у неё на кухне хватит надолго. Она встала рано, чтобы всё успеть. Бармен нанял двух сталкеров-новичков на первое время и сейчас они наводили порядок в общем зале.       - Ого! - приятно удивился Бармен, когда она пришла. - При параде! Красивые глазки! Любого наповал можно сразить одним лишь взглядом.       - Ага! - ответила Таня.       Сталкеры на днях принесли ещё два рабочих холодильника из ближайших заброшенных деревень. Очень кстати! Таня и Гарик готовили салат "Оливье", крабовый салат и "Мимозу". Сколько будет стоить одна порция, Таня боялась спросить. Бармен потратился знатно, чтобы доставить в Зону такие продукты, как варёная колбаса, яйца, майонез, мясо, крабовые палочки и ещё многое другое. Такой ассортимент, с его слов, бывает только на Новый год. Все холодильники были забиты до отказа. Вот и пришлось сталкерам за дополнительную плату найти ещё два холодильника, где будут храниться готовые блюда. Новогодняя атмосфера вдохновляла некоторых обитателей уже начать праздновать. Они приходили, напивались и их быстро выпроваживали.       В небольших перерывах Таня перекусывала галетами с вареньем и чаем. Плов, жаркое, отбивная, запечённая в духовке курица и копчёные свиные рульки. Каждая порция таких блюд стоила от полутора тысячи рублей и выше. Полноценный праздничный ужин на одного, включающий в себя любой гарнир на выбор, мясо, салат и закуску по сумме выходил за семь-восемь тысяч. Коньяк, шампанское, джин, виски и вино по десять-пятнадцать тысяч за бутылку. Не смотря на такие заоблачные цены, от покупателей не было отбоя. Заказы принимались заранее и товар не пропадёт. С наступлением вечера клиентов становилось всё больше. Бармен и это предвидел и места в баре сделал с почасовой оплатой. Время летело быстро. До Нового года оставался час. Таня сидела на кухне на раздаче еды и поправляла свой макияж. Двое сталкеров, что должны были ей помогать, решили быстро перекусить на складе. У всех было новогоднее настроение, кроме Татьяны. Ей сейчас хотелось вернуться в бытовку и лечь спать. В зале стоял шум. Сталкеры провожали старый год.       - Здорова! - громко кого-то поприветствовал Бармен. - Твой столик свободен, приятель. Сейчас будет твой заказ.       Таня задремала с полотенцем в руках.       - Вставай, соня! - растормошил её Бармен. - Я тебе не за это плачу! Иди работай! Вот заказ. Поставь всё на поднос и отнеси на первый столик!       Он ей сунул из блокнота бумажку с заказом.       - Я так-то не официантка! - возразила девушка. - Ваш клиент может и сам забрать свой заказ!       - Это почётный клиент! К нему особое отношение! Сама потом поймёшь, когда увидишь его!       - Меня это не волнует! - недовольно огрызнулась она.       Таня зевнула, встряхнула головой, чтобы прогнать сонливость и поставила на поднос пюре с отбивной, салат "Оливье", бутерброд со шпротами и бутылку коньяка с кружкой.       - Клиент у него важный! Тут все важные! - причитала Таня, неся поднос.       Все столы были заняты. Таня шла аккуратно, стараясь никого не задеть. Первый столик находится в левом дальнем углу рядом с барной стойкой. За ним стоит спиной к ней мужчина в комбинезоне "Сева" и что-то читает в своём ПДА. "Мог бы и сам подойти и взять! Ишь Цаца какая!" - ворчала она себе под нос. - "Ладно! Поставлю всё и уйду!" Таня подошла и стала расставлять на стол еду. Мужчина к ней повернулся и убрал ПДА в карман.       - С наступающим Новым годом и прия...! - собралась она уже уйти, но замерла, когда увидела его.       Таня уставилась на мужчину так, словно увидела привидение. Перед ней стоял самый известный сталкер в Зоне. Те же усталые, карие глаза, немного оттопыренные уши, короткая стрижка под ёжик с залысинами на лбу, в меру пухлые губы, недельная щетина и чуть кривой нос. Он смотрит на неё, как будто они знакомы.       - Привет! - сказал он грубым голосом с лёгкой хрипотцой.       Таня быстрого забрала поднос и, отступая назад, случайно задела одного из посетителей. Он так и смотрел на неё, пока она не скрылась в подсобке. Сердце у неё бешено застучало. Не может быть! Как же так? Что делать? Таню сковал страх и вспомнился выстрел, просвистевший над её головой во время визита в подземелье Агропрома, и ещё серия выстрелов за спиной, когда она смогла улизнуть от него. И теперь он здесь, в баре. Вот так встреча! Таня ухватилась за голову. Её сковал страх. Так она встретилась в третий раз с Меченым.

***

      Выходить в зал ей не хотелось ни в какую. Пока там Меченый, она туда не сунется. Таня сидела на кухне и махала на себя газетой. Её пробрал пот и от жары, что стояла в баре, и от страха, что внушал ей Меченый. "Он меня нашёл! Этот маньяк! Теперь застрелит!" - тряслась она.       - Опять ты тут сидишь? - вошёл уставший Бармен. - Слушай, я не могу один работать. Иди и собери посуду.       - Пусть сталкеры сами её несут. Я в зал не выйду, пока там Меченый, - пропищала она.       - Пока Меченый там? Чем он тебе не нравится? Он стоит, ест и слушает радио. Иди, иначе урежу зарплату! - прорычал он и ушёл обратно.       "Идти туда? А если он меня ножом пырнет? Или выстрелит из пистолета с глушителем? Он же хочет меня убить! Тогда в подземелье ему это не удалось. Теперь он завершит начатое!" - не унималась она.       - Ты всё ещё сидишь тут и свой жирный зад протираешь!? Живо работай! - рявкнул на неё Бармен.       "Ладно, придётся выйти! В зале много людей и он не рискнёт меня убить!" - чуть успокоилась девушка. Она взяла пустой поднос, но идти в зал было всё равно страшно. Она вся похолодела, когда вышла. Тут ещё и Гнилой напился. Он точно не упустит момент поприставать к ней. В сторону Меченого она не смотрела, но чувствовала, что он смотрит на неё. "Делай свою работу. Тебе ничего пока не грозит!" - мысленно она себя успокаивала и складывала на поднос грязную посуду. Помочь ей вышел молодой парень, в чьи обязанности входило мытьё посуды.       - Эй, Лепра, давай потанцуем! - взял её за запястье Гнилой, когда она отдала поднос с грязной посудой своему помощнику.       Гнилой не удосужился помыться даже перед Новым годом и от него воняло ещё сильнее.       - Я не танцую! - попыталась она вырваться, но не смогла. - И не смей меня трогать!       - Да ладно! Не будь недотрогой! - настаивал он.       - Я же сказала, что не танцую! Тем более с тобой! - снова попыталась она вырваться.       - Почему? - пьяным голосом спросил Гнилой. - Почему ты мне всегда отказываешь?       - Потому что я её уже пригласил! - раздался за её спиной голос Меченого.       - Уууу... пардон, пардон! - прорычал Гнилой и отстал.       Меченый развернул её к себе и, положив руку ей на талию, стал с ней танцевать. Когда он взял её за руку, ей почудилось, что сквозь неё прошёл мощный электрический разряд, что земля ушла из-под ног и она стоит только благодаря неведомой силе. На Меченого она побоялась смотреть. В танце он медленно отвёл её от стола Гнилого. Таня думала вырваться и уйти на кухню.       - Это чтобы он к тебе не лез, - тихо произнёс он.       Она не осмелилась ему ответить. Гнилой, икая, наблюдал за их танцем и Тане пришлось взять свой страх в руки и смириться. Она смотрела куда угодно, только не на Меченого. "Я танцую со своим будущим убийцей!" - кричали у неё мысли. Когда её взгляд упал на Гнилого, который еле стоял на ногах и не переставал таращиться на девушку, он высунул язык между двумя пальцами и пролепетал:       - Дай полижу твою мохнатку!       Его друзья и сталкеры рядом громко рассмеялись, а Таня снова почувствовала себя опозоренной и оскорбленной. Не смеялся только Меченый. Он в танце направился с девушкой к столу Гнилого и, приблизившись, резким, сильным ударом левой руки заставил его замолчать. Гнилой перелетел через свой стол. Все разом замолчали. Таня прижалась спиной к барной стойке и, вытаращив глаза, зажала руками рот.       - Извинись, падаль! - пнул Меченый ногой Гнилого.       - Ты мне зуб выбил! - прошепелявил Гнилой.       - Я тебе сейчас все зубы выбью, если не извинишься! - снова пнул его Меченый.       - Прости! - простонал Гнилой, сплёвывая кровь.       Это было уже слишком. Таня убежала на кухню и расплакалась. Ей было страшно и обидно одновременно. Этот Новый год оказался самый ужасным в её жизни. Хуже ещё то, что Меченый нашёл её, а значит ждать беды.