Глава 6. Начало нового.

      - Про "Оазис" я слышал, - заинтересовался Зверобой. - Сталкеры про него говорили, но только никто не знает, откуда пошла эта байка.       - Зона слухами полна, - согласился Стрелок. - Только я слышал, что Йога, вроде, знает, где "Оазис" может быть.       - И ты поверил? - неприятно удивился Зверобой.       - А я разве сказал, что поверил ему? Я про Йогу много слышал, но мне выпала "честь" с ним встретиться совсем недавно. Этого червя я встретил седьмого января на "Скадовске" среди людей Султана.       - Я со своими людьми его встретил в том году осенью по дороге с Агропрома. Со мной тогда Татьяна была и ещё трое моих людей. У меня были подозрения, что мы можем встретить группу бандитов. Мне по КПК пришло сообщение, что как раз видели несколько урков, идущих к Агропрому. Предупредил сталкеров в депо на Свалке и попросил прикрыть. Не прогадал и попались бандюги по дороге. Как ни прятал я за спиной девушку, он всё равно её заметил. Благо, вовремя помощь подоспела. С тех пор Йога пасёт Татьяну. О случаях, когда он хитростью пытался её выманить, мне рассказывали, - поведал Зверобой.       - Я в курсе. В прошлое лето он продал ложную информацию о местонахождении "Оазиса" наивным сталкерам, а на деле заманил их в засаду. Тех дураков убили, а бандиты озолотились. Сталкеры те - настоящий "джек-пот". Много денег было у них. Странно только, что Йога решил остаться, а своих корешей отправил за периметр с карманами, набитые деньгами, - ответил Стрелок.       - Раз он решил остаться, то для этого есть веская причина. Значит, натворил дел на большой земле, - злорадно произнёс охотник.       - Раз он пасёт Татьяну и хочет её похитить, то есть вероятность наткнуться на его засаду. Он ведь далеко не дурак. Слышал, что даже Воронин и Лукаш его опасаться стали, - серьёзно заметил сталкер.       - Ты не тот человек, Меченый, которого легко напугать! - похлопал Зверобой его по плечу.       - С чего ты решил, что я его боюсь? Я за нашу спутницу боюсь, - оглянулся и подмигнул Стрелок Татьяне. - Но сюда Йога вряд ли сунется. Тут территория Валета, а этот пахан предпочитает ни от кого не зависеть.       - Все бандитские паханы в Зоне поддерживают друг с другом связь. Валет ведь такой же жадный до денег разбойник. Он летом дал в долг Вано небольшую сумму. А когда Вано пришёл расплатиться, тот потребовал проценты. Бедный грузин не знал, что делать. Боялся лишний раз высунуться со станции. Валет ведь угрожал ему расправой, если в кратчайшие сроки долг с процентами не будет возвращён. Благо, Дегтярёв смог договориться и Вано на радостях с ним в Припять пошёл. Сейчас спокойно себе живёт на Армейских складах под крылом Свободы, - сказал Зверобой.       Татьяна и Бродяга шли позади и слушали разговор двух сталкеров. Когда речь зашла про Йогу, Таня слушала с особым интересом. Этот харизматичный бандит с очень красивой внешностью пугал её, и тем самым вызывал интерес. Про него ходит много слухов. Она помнит первую встречу с ним, заставившая опасаться его, как чуму. Все эти дни он не переставал писать ей сообщения, всячески уламывая покинуть базу Долга и довериться ему. Бывалые сталкеры говорили, что надо быть полным дураком, чтобы поверить Йоге. Последняя их встреча состоялась на "Скадовске". Если бы она была одна, то всё было бы очень для неё плачевно. Сталкеры, может, и заступились бы за неё, только это мало чем ей бы помогло. Интуиция подсказывает, что она ещё встретится с этим легендарным бандитом. Это лишь вопрос времени.       Стрелок и Зверобой болтали про Валета и обсуждали последние слухи. В бункере Стрелок говорил про "Оазис" и сейчас они идут на его поиски.       - Бродяга, а что за "Оазис" мы идём искать? - спросила она бывшего монолитовца.       - Точно не знаю, но я слышал, будто там бьёт из земли источник с живой водой, которая может вылечить любую болезнь и рану, - неуверенно ответил он.       "Любую болезнь?" - тихо обрадовалась Татьяна.       - Но то слухи. Не знаю, правда ли это, - добавил Бродяга.       - Для этого мы и идём проверить достоверность слухов, - остановился Стрелок.       - Сталкеры ради поддержания беседы готовы придумать всяких небылиц. Это же не повод всему верить, - грубо ему ответил Бродяга.       - И это мне говорит бывший монолитовец, который защищал мифический "Исполнитель желаний", известный в твоих кругах, как божество, по имени Монолит? - не менее грубо заметил Стрелок. - Только в отличие от тебя я видел, что это такое, и не дал запудрить себе мозги!       - То, что ты был на ЧАЭС, ещё не значит, что тебе всё тайное стало явным! Откуда тебе знать, что ты там видел?       - А ты всё ещё веришь в своего Монолита? Огорчу тебя. "Исполнитель желаний" - это всего лишь голограмма, скрывающая мощную пси-установку. Ты и остальные были всего лишь пешками в руках учёных О-Сознания!       Бродяга сжал кулаки. Снова намечается драка. Зверобой не вмешивался. То, что сейчас сказал Стрелок, явно озадачило его и Бродягу. Только Татьяне было всё равно. Не хочется затягивать своё пребывание в Зоне. После "расставания" с Виктором она хотела найти поскорее лекарство для матери, заработать достаточно денег и вернуться домой.       - Раз слух про "Исполнитель желаний" оказался выдумкой, то было бы неплохо проверить "Оазис". Много наивных искателей найдётся, готовых поверить в любую информацию о его местонахождении. Мы лишь одни из многих, - как бы "кстати" сказала Татьяна.       - Вот именно, - согласился Зверобой. - Только вот есть идеи, где нужно начать поиски?       - А разве Дегтярёв не пытался его найти? Он как-то обмолвился, - сказал Стрелок.       - Он однажды по моей просьбе убил химеру у вентиляционного комплекса. Говорил, что хотел туда заглянуть, да только после стычки с той тварью, ему надо было в себя прийти. Тут ещё Азот "чёрный ящик" смог разобрать. Получив оттуда указание, он сразу засобирался в Припять и махнул рукой на "Оазис", а я как-то не особо парюсь по этим легендам, - сказал Зверобой.       - Вентиляционный комплекс? Стоит проверить.       Зверобой и Стрелок снова шли и судачили между собой.       - Ты думаешь, что "Оазис" может быть там? - спросил охотник.       - Не знаю. Надо просто проверить. А так он может быть где угодно. Кто-нибудь вообще там был?       - Да, были слухи. Да только поговаривают, что там какая-то аномалия. Ты подходишь до определённой точки, а тебя телепортирует обратно.       - Это не пространственный пузырь случайно?       - Нет. Сталкеры, что там были, обратно потом возвращались. Иначе откуда я это бы знал?       Тане было непросто успевать идти за мужчинами. Зверобой и Стрелок шли быстро, Таня старалась не отставать.       - Ты бы шёл вперёд, к ним. Я немного отстаю, - обратилась она к идущему рядом Бродяге.       - Я хочу с тобой идти, - ответил он.       - Со мной? Я плохой собеседник. Тебе с мужчинами будет интереснее.       - Но не с этими, - презрительно кивнул он на них.       - Говори тише, - осекла его Татьяна. - Чем они тебе не угодили?       - Зверобой меня не жалует, а Меченый вообще ненавидит.       Таня с досадой вздохнула. Не везёт Бродяге в общении с людьми из-за своего прошлого. Она без спросу взяла его под руку. Он не возражал. Стрелок оглянулся и сразу остановился.       - Опять к ней лезешь?! - прорычал он. - Нарываешься?!       - Идите вперёд и болтайте. Мы идём следом, - сказала Татьяна.       - Руку от неё убрал! - проигнорировал Стрелок её слова.       Бродяга молчал. Тане пришлось отпустить его и идти самой. Она быстрым шагом прошла мимо Стрелка, не забыв смерить его сердитым взглядом. Он всё больше и больше её раздражал. Мужчины поспешили за ней, когда она быстро ушла вперёд.       - Не надо так, девонька, - остановил её Зверобой.       Пройдя немного, Таня шепнула Зверобою:       - Почему вы так плохо с Бродягой обращаетесь?       - Я не обращаюсь с ним плохо. Я ему просто не доверяю, - шёпотом ответил охотник.       - А почему Меченый с ним постоянно грызётся?       - Меченый сказал, что это их дело и просил тебе ничего не говорить.       "Опять какие-то тайны!" - обиделась девушка.       - Но я рад, что ты смогла прийти в себя, - снисходительно улыбнулся ей охотник.       - Я ещё не совсем отошла от минувших событий, - угрюмо пробурчала девушка. - То, что я видела, будет ещё долго преследовать меня в ночных кошмарах.       Татьяна оглянулась назад. Стрелок и Бродяга шли позади, но держались друг от друга на расстоянии.       - Здесь неподалёку есть КПП, - остановился Зверобой. - Там Валет со своими людьми. Будет лучше, если мы им не будем попадаться на глаза.       Стрелок взял бинокль:       - Их там человек двадцать. Может и больше, - посмотрел он в ту сторону.       - Вход в вентиляционный комплекс где-то недалеко. Сталкеры говорили, - проверил Зверобой карту на КПК. - Да, нашёл. Идём.       У холма внизу рядом с железной дорогой располагался небольшой вход в маленькое бетонное сооружение. Приблизившись, Стрелок показал жест своим спутникам, чтобы остановились. По своему ПДА он определил присутствие пятерых человек.       - Тут кто-то есть, - насторожился он.       - Свяжись с ними по КПК, - сказал Зверобой.       Стрелок отправил несколько сообщений, но ответа так и не получил.       - У меня плохие предчувствия, - напрягся он и снял с плеча Винторез. - Надо проверить.       Он посмотрел на Бродягу и кивнул ему в сторону здания:       - Пойдёшь со мной. Я проверю вход, а ты - окно.       Бродяга сделал шаг вперёд, как Зверобой сразу его остановил:       - Нет уж! Извини, приятель!       Бывший монолитовец с недоумением посмотрел на него.       - Извини, но я пойду вместо тебя, - снисходительно произнёс Зверобой. - Тебя с Меченым нельзя оставлять наедине. Вы друг друга можете поубивать. Ты лучше останься с Татьяной и будь бдителен.       Бродяга не возражал. Он снял с плеча свою снайперскую винтовку, готовый отбиваться в случае атаки.       - Ты, девонька, тоже не зевай, - ласково потрепал Зверобой девушку за подбородок и пошёл со Стрелком к зданию.       Таня приготовила дробовик. Бродяга через прицел осматривал окрестности на наличие противника. Стрелок и Зверобой тихо подошли, готовые атаковать на случай нападения. Охотник отошёл к окну и пригнулся, а Стрелок подкрался поближе к входу и прижался к стене. Он подобрал рядом камень и кинул его внутрь. Послышались шаркающие шаги и невнятное, пьяное бормотание:       - Ещё н-н-немного... Папа скоро вернётся... Ураааа...!       Зверобой первым открыл огонь, Стрелок присоединился.       - Зомби! - перекричал сталкер шум.       Противник, кряхтя, ворча и шатаясь пошёл в наступление всей группой. Стрелок достал гранату, выдернул чеку и кинул под ноги зомби.       - Зверобой, граната! - предупредил он.       Раздался взрыв. Выстрелы прекратились. Стрелок быстро заглянул внутрь. Зомби разбросало по всей комнате. Двоих разорвало на части. Один лежал и елозил. Стрелок добил его из пистолета выстрелом в голову.       - Чисто? - подошёл Зверобой.       - Пока да. Там спуск вниз. Надо проверить.       Охотник кивнул. Включив налобные фонарики, они медленно спустились вниз.       - "Ржавые волосы", - первым заметил Стрелок. - Вот за что не люблю бывать в таких местах. То "Жгучий пух", то "Ржавые волосы".       На потолке с металлической трубы свисало что-то, напоминающее чёрные, колючие лианы. Сталкеры окрестили эту аномалию "Ржавые волосы".       - Откуда она здесь? И почему чёрная? - посветил Зверобой на неё фонариком. - Эта аномалия любит солнечный свет.       - Значит, это новый вид "Ржавых волос", - подметил Стрелок. - Но атакует она, как и её родственник. Надо бы проверить на наличие артефактов.       Сталкер достал детектор. Рядом с аномалией из трубы выбежало несколько тушканов. Заприметив незваных гостей, они зарычали и накинулись на них.       - Только этих грызунов мне не хватало! - достал Зверобой пистолет и начал отстреливаться.       Стрелок не успел достать пистолет, как на него прыгнул один тушкан. Он успел его поймать и кинуть прямо в аномалию. Следом прыгнул второй тушкан, но и он ударом ноги был отправлен туда же. "Ржавые волосы" активировались и выпустили острые шипы. Два тушкана елозили и громко пищали, пытаясь слезть с шипов, на которые попали. Стрелок наконец достал пистолет и открыл по остальным огонь. Последний тушкан попытался скрыться в трубе, но аномалия распустила свои лианы и незадачливый грызун напоролся на выпущенные шипы. Сталкеры быстро перезарядились.       - Ловко ты, Меченый, этих двоих отфутболил, - похвалил своего друга Зверобой.       - Ничего особенного. Эти тушканы стали осторожнее. Мутируют под воздействием радиации. Если их писк раньше выдавал, то сейчас они стараются издавать меньше звука, - сунул Стрелок пустую обойму в подсумок и достал детектор. - Для Тани надо артефактами разжиться.       "Ржавые волосы" наградили сталкеров "Кристальной колючкой" и "Морским ежом". Их Зверобой сложил в свой контейнер.

***

      Татьяна отступила назад, когда Зверобой и Стрелок начали зачищать здание от зомби. Бродяга через прицел наблюдал, не забывая осматриваться по сторонам. Когда стрельба прекратилась, двое сталкера скрылись внутри здания.       - Может, нам стоит пойти следом? - предложила Татьяна.       - Нас пока не звали, - не отвлекаясь, ответил Бродяга.       Около пяти минут от сталкеров не было новостей. Татьяне показалось, что она слышала эхо выстрелов.       - Надо пойти и проверить, - занервничала девушка. - Может, им нужна помощь?       Бродяга взял девушку за руку и вместе с ней направился к входу. К горлу сразу подкатила тошнота, когда она увидела кровавую картинку внутри здания. Бродяга ногой пнул в сторону оторванные конечности и кишки и, крепче держа девушку за руку, прошёл с ней дальше. Таня смотрела на своего спутника, чтобы не поддаться соблазну посмотреть на жуткую картину. Первый раз она увидела зомби ещё на Кордоне. Ей тогда не хватило смелости даже просто добить раненного.       - Эй, вы там живы? - крикнул Бродяга в сторону лестницы.       Несколько шагов снизу и яркий свет.       - А, это вы! Хорошо. Не придётся звать. Идите сюда. Только осторожнее. Тут "Ржавые волосы", - откликнулся Зверобой.       Бродяга не отпускал Танину руку. Спрашивать она не стала, что здесь произошло. Её внимание привлекла аномалия.       - Что это? - спросила она.       - "Ржавые волосы", - ответил Зверобой.       Стрелок увидел большие ржавые трубы с лестницей внутри.       - Только не говорите, что придётся туда забираться, - сказал он сам себе.       Он повесил Винторез на плечо и собрался уже лезть по лестнице.       - Ты куда? - остановил его охотник.       - Как видишь.       - Я с тобой.       - Пойдёшь следом. Сначала я.       Стрелок карабкался по ржавой лестнице, уповая, что она от ветхости не сломается, а в трубе не окажется чего-то опасного. К счастью, ничего не произошло. Выбравшись наверх, он свистнул Зверобою.       - Вперёд, - позвал охотник Татьяну за собой.       Бродяга лез последним. Наверху их ждало ещё четыре большие трубы. Двери с боку были заперты намертво. Ещё одна труба с лестницей вела наверх. Стрелок снова первым полез туда, а следом за ним остальные. Наконец, преодолев эти трудности, искатели приключений обнаружили длинный коридор.       - Где это мы? - спросила Татьяна.       - Недалеко от вентиляционного комплекса, - проверил по карте Зверобой. - Если сталкеры не соврали, то мы должны выйти по коридору в большой зал с колоннами, а за ним другой коридор, который сразу телепортирует обратно.       - Вперёд! - пошёл Стрелок первым, а за ним остальные.       - Не люблю я подобные места. Этим диггеры обычно занимаются, - нервничала девушка, идя за охотником.       - Этим в Зоне Крот занимается. Лабиринты и подземелья - его конёк, - сказал Зверобой.       - Надо быть очень смелым и умелым, чтобы заниматься этим в Зоне, - подметил Стрелок, не теряя бдительности.       Вскоре перед ними предстал огромный, заваленный землёй и песком зал с колоннами. Путники остановились.       - Впереди телепортирующий коридор, - указал Стрелок. - Я пойду проверю. Я свистну вам с тыла, чтобы не напрягать, если телепорт действительно работает.       Он один отправился мимо колонн по середине. Его спутники притаились в ожидании. Стрелок прошёл вперёд в извилистый коридор и стал подходить к повороту направо, как вдруг перед его глазами что-то щёлкнуло и он очутился рядом с залом с колоннами. Он свистнул, как и говорил, и спустился к своим товарищам. Все, кроме Бродяги, на него удивлённо уставились.       - Проверил. Там и вправду телепорт, - подтвердил Стрелок. - Сталкеры не обманули.       - Я тоже проверю, - вызвался охотник и прошёл левее вдоль колонн.       Через две минуты Зверобой, как и Стрелок, телепортировался обратно.       - Никогда с таким не сталкивался, - заволновался охотник.       - Зато я сталкивался, когда смог попасть на ЧАЭС. Там телепортов было достаточно. А ещё трясло ужасно.       - Значит, это тебе я обязан своим пробуждением от контроля Монолита? - заговорил молчаливый Бродяга.       - Думай, как хочешь, но благодарить меня не надо. Я с тобой на пару распивать бутылку водки не собираюсь, - холодно ответил Стрелок. - Лучше давайте подумаем, что делать с "Оазисом". Что-то подсказывает мне, что он здесь. А если и нет, то тут есть что-то другое, что заслуживает внимания.       Таня, пока сталкеры между собой судачили, прошла чуть вперёд правее центральных колонн и увидела искристые снежинки.       - Мальчики, смотрите, - привлекла она из внимание.       Мужчины замолчали и подошли к ней.       - Зверобой, это ведь вы проходили левее от центральных колонн? - спросила она.       - Да, я, - ответил охотник.       - Видите? С последних колонн перед коридором падает пелена из искристых снежинок.       - Это всё не спроста, - подметил Стрелок и достал детектор с болтом.       Детектор не выявил наличие аномалии, когда он туда подошёл. Сталкер кинул туда болт. Тоже ничего не произошло.       - Вроде, всё в порядке, - подошёл он ближе и протянул руку под снежинки.       Искристая снежинка растворилась в воздухе, едва коснувшись ладони мужчины.       - Оно не опасно, - сказал остальным Стрелок.       - Но оно появилось, когда тут прошёл Зверобой. Я думаю, что это какой-то намёк или подсказка, - предположила девушка.       - Солидарен, - сразу согласился Стрелок. - Я прошёл по центру и этих искр не было. Зверобой прошёл левее и искры появились. Надо проверить другие колонны.       Он посмотрел на Бродягу:       - Теперь ты!       Бывший монолитовец ничего не сказал. Он повесил свою СВУмк-2 на плечо и прошёл вдоль колонн правее центральных. Его, как и других, телепортировало обратно. Выйдя к своим спутникам, в зале раздался звук электрического разряда и появились новые искристые снежинки, только по диагонали от другой колонны. Все посмотрели друг на друга и без всяких слов поняли, что нужно делать. Следующей решила пойти Татьяна:       - А телепортироваться не больно?       - Нет, - хором ответили мужчины.       Таню это не очень убедило. Она прошла вдоль колонн рядом со стеной. Идя в сторону невидимого телепорта, она всё сильнее волновалась. Но не успела она опомниться, как её телепортировало обратно.       - Вот это да! - воскликнул Зверобой, когда она к ним присоединилась. - Сразу несколько!       Колонны, вдоль которых она прошла, все заискрились. Путники были поражены этим.       - Кажется, я догадываюсь, что нужно делать дальше, - довольным тоном произнёс Стрелок. - Эти искрящиеся колонны что-то вроде прохода, который должен нас провести мимо телепорта. Остаётся только проверить.       Они вместе прошли под искрящимися колонами и вошли в телепортирующий коридор. В этот раз ничего не произошло и они прошли вперёд, оказавшись в вентиляционном корпусе. Внутри было много живой растительности, а под ногами хлюпала вода. Никакой угрозы не наблюдается. По центру стоит железная лестница на крышу, рядом растёт тоненькое дерево. На нём среди зелёных листьев что-то росло. Татьяна подошла и внимательно посмотрела. Нечто на дереве, похожее на большое светящееся яблоко, было красивого изумрудного окраса, переливалось и немного светилось. У дерева из земли бил минеральный ключ.       - Кажется, это и есть "Оазис", - предположил Зверобой.       - Судя по растительности, ты верно подметил, - сказал Стрелок и подошёл к Татьяне, рассматривающую красивое "яблоко". - А это интересно!       Он достал детектор по поиску артефактов.       - Стало быть, это "Сердце Оазиса". Редкий артефакт, - определил мужчина и снял его. - Вот ещё подзаработали.       Стрелок сунул артефакт в контейнер и наклонился посмотреть минеральный ключ:       - Что-то мне подсказывает, что это и есть источник живой воды. Он достал свою фляжку и выпил из неё остатки воды.       - Надо набрать. Пусть учёные проверят. Если эта вода действительно лечит, то никакие аптечки не нужны, - стал он набирать воду из ключа и обратился к остальным: - Советую вам сделать то же самое. Если вода не пригодна для питья, то её можно всегда вылить; а если целебная, то она всегда под рукой.       Татьяна увидела в коридоре, из которого они пришли сюда, два маленьких, красноватых огонька. Её спутники, ничего не подозревая, набирали местную воду. Два огонька разделились и теперь их было четыре.       - Смотрите! - привлекла она внимание мужчин на подозрительные огоньки.       Они оторвались от своего занятия. Вдруг в помещение забежало две серо-коричневые собаки, которые прямо на глазах раздвоились и их стало четыре. Одна из них подбежала к девушке и схватила за ногу.       - Пси-собака!!! - схватился за оружие Зверобой.       Другие поспешили вооружиться. Бродяга ударил прикладом мутанта, но он растворился в воздухе и рядом появился новый.       - Это фантомы!!! - отмахивался Стрелок. - Где сама эта псина?       Татьяну, словно тисками, сдавил ногу своей челюстью фантом. Она ударила наотмашь и фантом исчез. Из коридора в её сторону бежало ещё две. Там осталась стоять и наблюдать "хозяйка" этих иллюзий.       - Она в коридоре! - выкрикнула Татьяна и стала дробовиком отмахиваться от двух фантомов.       Бродяга ударил схватившего его за ногу "призрака" и, как только он растворился, направил свою снайперскую винтовку на "хозяйку". Над его головой раздался громкий, злобный мяу и на него сверху кинулся большой котяра. Бродяга упустил свою главную цель и, выронив винтовку, схватил кота-баюна за шкуру, пытаясь снять его с себя. Раздались выстрелы со всех сторон. Фантомы, едва их задевала пуля, исчезали и тут же появлялись. На Зверобоя со спины напал ещё один кот-баюн и крепко вцепился в плечи. Благодаря "Заре", охотник не получил никаких повреждений, но пришлось забыть о фантомах, что хватали его со всех сторон, и заняться котом, что грозно рычал на его плече. Стрелок только и успевал отстреливать фантомов пси-собаки. Однако когда и на него попытался прыгнуть третий кот-баюн, он успел одним выстрелом сбить его. Котяре оторвало заднюю лапу и ухо. Жалобно мяукая, он отполз в сторону. Главная зачинщица стычки всё ещё стояла в коридоре, охваченная тьмой, и наблюдала. Татьяна смогла отбить на пару секунд двух фантомов и достала пистолет. Не целясь, она стала стрелять туда, где стояла пси-собака, пока не закончились патроны в обойме. Раздался жалобный скул и все фантомы исчезли.       Бродяга смог сорвать с себя кота-баюна и резко швырнуть его об стену. Мутировавший кот сразу умер. Стрелок, когда угроза миновала, подбежал к Зверобою и убил кота на его плече ножом. Охотник сбросил мутанта с себя, громко чертыхаясь. Воцарилась тишина, не считая тяжёлого дыхания искателей приключений. Бродяга стоял, держа руку на лице. У мужчин был один вопрос: "Почему вдруг всё прекратилось?" Они посмотрели друг на друга и их взгляд остановился на Татьяне. Она всё ещё держала в руках пистолет, направив его в сторону, где был опасный мутант.       Стрелок подошёл к ней и забрал пистолет. Девушка стояла, словно поражённая. Она никогда не стреляла в животных. Это далось ей не легко. "Увы, таков закон выживания в Зоне! Инстинкт самосохранения никто не отменял!" - любил ей говорить дядя Серёжа. Но лёгкий ступор быстро прошёл. Она убила опасного мутанта, который мог убить их всех. Девушка испуганными глазами посмотрела на своих спутников. Они смотрели на неё, удивлённые таким поступком. Зверобой подошёл к ней и крепко обнял:       - А я уже решил, что мы станем обедом местной живности! Девонька, ты нас всех спасла!       - Мы твои должники! - взял её Стрелок за руку.       Таня увидела, что Бродяга, тихо охая, держится за лицо.       - Ты ранен? - встревожилась она и подошла посмотреть.       Бродяга отвернулся, чтобы не показывать своё лицо.       - Так, не глупи! - строго сказал Стрелок. - Покажи рану!       Зверобой подошёл и посветил на раненого фонариком. Бродяга убрал руку, показав им рану. Кот-баюн сильно разодрал ему правую щёку и подбородок, чудом не выцарапав глаза.       - Потрепало тебя, монолитовец, - с укором сказал Стрелок и достал из подсумки бинт. - Вот, приложи.       Бродяга, к удивлению, не стал отказываться. Он развернул бинт и приложил к щеке.       - Надо отсюда выбираться, - предложил Стрелок. - Давайте вернёмся в бункер учёных.       - Подожди, - подошёл Зверобой к мёртвому коту-баюну. - Помоги мне убрать этих отсюда. Кто знает, может, это действительно целебный источник. Не хочется отравлять его падалью.       Охотник взял двух мёртвых котов за лапы, а Стрелок - мёртвую пси-собаку, и оттащили в комнату с колоннами, где всё ещё искрились "снежинки".       - Будет, что продать учёным, - сказал охотник, отрезав котам и пси-собаке хвосты. - Сахаров любит изучать подобное. А если не возьмёт, то продам, как трофей, Сидоровичу или Бармену.       Сложив хвосты в мешок, они вернулись. Татьяна стояла рядом с Бродягой.       - Давай я обработаю твои раны, - снова, как и раньше, она предложила ему помощь.       - Не нужно. Не сейчас, - отказался он и приклеил бинт медицинским пластырем.       - Все набрали местной воды? - спросил Стрелок.       Таня отвлеклась. Она достала свою фляжку, вылила остатки воды и набрала целебной. Она посмотрела на капли, что стекали по горлышку. Чистые, как слеза.       - Если это вода действительно целебная, то, может, стоит ею обработать раны? - предложила она.       - Я бы не спешил с этим. Легенды легендами, но в достоверности надо убедиться. Может, эта вода не такая уж и целебная. Учёные должны проверить, - засомневался Зверобой.       - А что это за тварь на нас напала? - убрала она фляжку с водой.       - Это пси-собака. Внешне практически не отличается от обычной псевдособаки, за исключением отменной способности создавать опасные фантомы, которые способны наносить незначительный урон, - объяснил Зверобой. - Они исчезают, если в них выстрелить или ударить, но их "мамаша" тут же создаёт новых. Фантомы будут атаковать, пока не убьют "мамашу". Сама же она обычно стоит где-то неподалёку. Только убив её, фантомы окончательно исчезают. И тут, как не кстати, ещё баюны напали. Хотя и те, и другие живут по одиночке.       - Думаешь, они защищали это место? - спросил Стрелок.       - Возможно. Всё-таки тут местный "Оазис". Цветёт и растёт. И даже холод не доходит сверху. Тут и тепло, я заметил.       - Мальчики, - привлекла Татьяна их внимание. - Мы, кажется, хотели вернуться в бункер учёных.       - Да, хватит болтовни, - сразу согласился Стрелок. - Нашего монолитовца надо подлатать. Кто-нибудь ещё ранен?       - Фантомы потрепали, гады! - отряхнулся охотник.       - Я в порядке. Только пара царапин, - проверила Татьяна себя.       - Тогда уходим, - сообщил Стрелок.       Он первым полез по лестнице наверх.       - Обратно тем же маршрутом мы не пойдём. В Зоне не принято возвращаться той же дорогой, - добавил он.       Следом за ним полез Зверобой, затем Татьяна и Бродяга. Карабкаясь по лестнице, Таня успела заметить на деревце за листьями маленький изумрудный отблеск. Поднявшись ещё выше, она увидела, что это ещё одно "Сердце Оазиса", только совсем маленькое. Таня решила о нём не говорить. Интуиция подсказывала сохранить это в тайне.       Забравшись на крышу, Стрелок первым смог спуститься вниз. За ним спустился Зверобой и Бродяга. Снизу мужчины подстраховывали Татьяну, которая не сразу решилась спуститься по стене. До самого бункера никаких приключений не было. На пути встретилась одна плоть, которая тут же с визгом убежала. Бродяга шёл, придерживая бинт на щеке. "На меня теперь без слёз не взглянешь", - подумал мужчина. Татьяна шла рядом, немного переживая за него.

***

      Зверобой сидел в углу на стуле в "купе" и наблюдал, как Татьяна обрабатывает антисептиком шрамы на лице Бродяги.       - Придётся зашивать, - с сожалением сказала она.       Бродяга воспринял это молча. Не смотря на это, он выглядел довольным, особенно когда Татьяна заботливо хлопотала над ним. "Если бы ты была моей возлюбленной, то я ничего бы больше не желал!" - думал он, наблюдая за каждым её движением. Стрелок отнёс учёным "Сердце Оазиса" и другие два артефакта, которые взял Зверобой у аномалии "Ржавые волосы".       - У тебя есть банковские реквизиты? - зашёл он в "купе" и спросил у девушки.       - Да, есть.       В своём паспорте она хранила листок со своими и своей матери банковскими реквизитами. Она протянула ему листок:       - А зачем?       - Учёные за "Сердце Оазиса" готовы десять миллионов заплатить. Плюс сто тысяч за другие два артефакта, которые мы нашли.       Зверобой присвистнул, а Таня ахнула. "Значит, долги погашены!" - тихо ликовала она в душе. Через пять минут профессор Герман сообщил, что деньги переведены на указанный счёт. "Осталось только лекарство. Если эта целебная вода способна вылечить любую болезнь, то мои мытарства в Зоне закончатся!" - надеялась она. Стрелок сел рядом с Бродягой и легонько толкнул его плечом:       - Ты как?       - Жить буду, - равнодушно ответил тот.       - А что там с живой водой? - спросил Зверобой.       - Я отдал им свою фляжку. Воду забрали и фляжку вернули. Отмыл её.       - Я не про это. Учёные что сказали?       - Профессор Озёрский взялся её изучить. Позже будут результаты.       Татьяна села и посмотрела на мужчин. Стрелок достал из рюкзака две бутылки водки с хлебом и нарезанным салом:       - Предлагаю отметить это дело. Мы смогли найти легендарный "Оазис".       Зверобой с ним согласился. Он достал из своего кармана две банки норвежских шпрот, солёные огурцы и белорусский шоколад "Коммунарка":       - Теперь "Оазис" больше не легенда.       Таня есть не хотела. Она заглянула в свой рюкзак, чтобы тоже угостить мужчин, но увидела, что после её падения в подземный путепровод практически вся еда испортилась и пришла в негодность. Она вздохнула с досадой и выбросила её. Остался только чёрствый хлеб, кусочки сахара и чай в пакетиках.       - Присоединяйся, - пригласил её Стрелок.       - Я не пью. И мне пока не хочется есть, - засмущалась она.       Бродяга тоже не проявлял интереса к еде.       - Давай с нами, - снова его подтолкнул Стрелок.       Бродяга угрюмо на него посмотрел, насупился и повесил голову:       - Я свои запасы на Янове оставил. Мне нечего предложить.       - Мы угощаем, - настаивал Стрелок.       Бывший монолитовец не очень доверял ему, но не стал отказываться. На раскладном столе стояла лишняя пустая кружка. Бродяга её позаимствовал. Стрелок разлил всем троим водки.       - За нас! - предложил он тост.       Они чокнулись кружками и залпом выпили.       - Ты предложил этим ботаникам свои трофеи? - спросил Стрелок у охотника.       - Предлагал, но они не заинтересованы.       - А что теперь будет с "Оазисом"? - вдруг решила спросить Татьяна.       - Раз он перестал быть легендой, то оставим координаты для всех, - ответил Зверобой. - Пусть приходят все, кому нужно набрать целебной воды.       - По поводу целебной ещё не всё понятно, - напомнил Стрелок.       - А тебя, девонька, я заметил, смутила идея сделать "Оазис" открытым для всех, - сказал Зверобой.       - Просто я подумала, что раз Йога раньше проводил махинации с "Оазисом", то не попытается ли он или другие бандиты присвоить это место себе?       - Вполне вероятно. Тогда лучше открыть эту тайну долговцам.       - В "Долге" тоже есть негодяи, - приметил Бродяга. - Один из них продавал боеприпасы и снаряжение свободовцам и бандитам. Дегтярёв тогда помог с этим разобраться.       - Да, помню этот случай. Ну, если долговцам сказать, то они скажут свободовцам, а те по цепочке всем сталкерам. Но и в тайне такое тоже держать нельзя. Мало ли кому может понадобиться целебное свойство этой воды, - сказал Зверобой, делая себе бутерброд со шпротами.       - Вот ты этим и займёшься, - сказал Стрелок. - Если вода в самом деле лечит любую хворь, то будешь её раздавать всем нуждающимся.       - Мне в таком случае придётся целый бак ставить. Только я с ума сойду, если буду бегать за водой туда и сюда. Валет наверняка что-то заподозрит, когда меня увидит с вёдрами воды.       Все, даже Бродяга, дружно рассмеялись. Татьяна практически не участвовала в их разговоре и больше слушала, чем говорила. Бродяга иногда вставлял пару своих реплик, но тоже предпочитал молчать. Так незаметно за дружной беседой пролетело время.       - Молодые люди, я по поводу исследования воды, что вы мне принесли, - зашёл профессор Озёрский. - Распечатывать всё на бумаге я не стал и решил на словах всё рассказать. В общем, это вода как вода. Удивило меня только то, что в ней, в "сыром" виде, нет никаких микробов. Уж не в серебряном источнике вы её набрали?       - Нет, не в серебряном! - обиженно ответил Стрелок.       Учёный пожал плечами и вернулся к своей работе. Все сидели с угрюмым лицом, не говоря ни слова, и хотели дружно плюнуть. Татьяна с разочарованием вздохнула: "А я надеялась, что наконец-то мои мучения закончились!" Стрелок виновато посмотрел на неё и налил ещё водки. Он выпил, закусил солёным огурцом и, поставив кружку на стол, встал и недовольно заявил:       - Шло бы всё куда подальше! Зря мы что ли время потратили?       - Меченый, не зря, - спокойно заметил Зверобой. - Я так понимаю, что финансовую проблему Татьяны мы уже решили.       - Но у неё осталась последняя проблема - вылечить мать.       - А я считаю, что нельзя слепо верить учёным! - решил вставать своё слово Бродяга.       - Что ты хочешь этим сказать? - спросил Стрелок.       - Воду проверяли только на состав. На деле её не применяли.       - И? - заинтересовался Зверобой.       - Есть только один способ проверить, - сорвал Бродяга со своего лица пластырь с бинтом.       Он достал свою фляжку с набранной в "Оазисе" водой и брызнул на глубокие царапины. Никаких изменений.       - Значит, это обычная вода, - расстроилась Татьяна.       - Хм! - хмыкнул Бродяга и налепил обратно пластырь.       - Где же мне достать лекарство для мамы? - прижала она колени к груди.       - Танюша, если я тебе обещал, то своё слово сдержу, - напомнил Стрелок. - "Сердце Оазиса" сейчас исследуют. Кто знает, может, из него извлекут лечебные свойства.       - Только я могу не дожить до результата, - с грустью вздохнула она.       - Не говори ерунды, - упрекнул её Зверобой.       Татьяне вообще ни о чём не хотелось говорить. Она прикусила язык и больше не проронила ни слова. Стрелок разлил всем водки и их застолье продолжилось. Они заговорили по-украински. Бродяга говорил мало и смотрел в свою кружку. Он чаще смотрел на Татьяну, но не отказывался, когда ему наливали ещё. Водка расслабила его и он сидел, сонно глядя перед собой. Зверобой и Стрелок же, напротив, повеселели и опустошили вторую бутылку. Скорее всего они бы, напившись, так бы тут и уснули, если профессор Герман не попросил их прекратить веселье и вернуться на Янов.       - Так, думаю, пора бы и честь знать, - вяло сказал захмелевший Зверобой и, шатаясь, встал.       Бродяга, прислонившись к стене, сопел. Стрелок после водки выглядел так, будто его подняли посреди ночи с постели, а разбудить забыли.       - Танечка, девочка моя, - обратился Зверобой к девушке пьяным голосом. - П-прости, что н-напился. Утром буду жалеть об этом. Но знаешь..., скажу честно... эти приключения мне... о-о-очень понравились! Давно т-такого... н-н-не было!       Она кивнула, стараясь не смотреть на мужчин.       - Бродяга...! - промычал Стрелок, шатаясь. - Ты дуй-ка отсюда на Янов. Ботаники разрешили остаться только мне и...и... Танюше.       Бродяга что-то хрюкнул в ответ, продолжая дремать.       - Что за алкодром?! - громко возмутился профессор Герман. - К тому же один ещё и долговец!       Он, громко топая, вышел на улицу, накинув тёплую куртку. Через минуту учёный вернулся с четырьмя долговцами. Таня сидела в своём углу, прижав колени к груди, и виновато посмотрела на долговцев.       - Понятно, - произнёс один из них.       - Меченый пусть остаётся, а этих двух проводите на Янов! - указал Герман на Зверобоя и Бродягу.       - Н-недо...! Я сам! - промямлил пьяным голосом охотник и вышел из "купе".       Стрелок пошатнулся и плюхнулся рядом с Татьяной. Один из долговцев подошёл к Бродяге и попытался его растормошить. Тот что-то промычал и не двинулся.       - Придётся его тащить, - сказал другой долговец.       С трудом Бродягу вытащили из "купе".       - В тихом омуте черти водятся! - проворчал долговец, удерживая его за руку.       - Да ладно тебе! Он, может, впервые так расслабился. Надо порадоваться за него. Он друзей, наконец, нашёл.       - Вот пусть так и объяснит Шульге, когда проспится! - подхватил Бродягу другой.       Долговцы и Зверобой покинули бункер. Профессор Герман вернулся к своей работе, сердито качая головой. Стрелок встал, посмотрел на Татьяну вялыми глазами и, икнув, пробубнил виноватым тоном:       - Прости!       Он сел напротив неё и, тяжело упёршись руками в колени, склонил голову и тихо начал причитать:       - Ну, и ухайдокался я...! Полный ноль...! А группа моя...! Никого уже! Никого! Клык! Призрак! Только я остался!       Татьяна слушала его, не сводя глаз. В пьяном состоянии этот легендарный сталкер выглядит очень жалким. Почему он заговорил про Клыка и Призрака? И почему говорит, что "никого уже"? Значит, друзья либо бросили его, либо погибли? Таня до сих пор практически ничего о нём не знает. Что же ей мешает расспросить его, чтобы узнать получше? Таня чувствовала, что осталось ждать недолго, когда он выполнит последнее условие и не считала нужным узнать его побольше. Следующий ход будет за ней. Глядя на него в таком состоянии, она всё больше сомневалась, что сможет "заплатить" ему. Он завалился на койку, отвернулся к стене и заснул.

***

      Таня встала утром рано. Стрелок всё ещё спал. Сделав свои утренние дела, Таня с аппетитом ела гречку с молоком, которую ей предложил профессор Озёрский. Наконец, Стрелок проснулся. Он тихо нецензурно выразился про вчерашнюю посиделку и, охая от головной боли, побрёл в туалет. Оттуда он долго не выходил. Таня закончила свой завтрак и молча ждала, читая очередные сообщения от Йоги и Волка. Последнему она поведала о своих приключениях, а Йоге написала, чтобы он оставил её в покое. Стрелок вернулся и сел завтракать. Выглядел он бодрым, но морщился от головной боли. Таня уловила исходящий от него аромат мужского геля для душа. Он решил с утра помыться.       - Доброе утро! - промычал он девушке с набитым ртом.       Она кивнула.       - Приятного аппетита, - пожаловал Зверобой.       Стрелок махнул ему приветливо рукой, не отвлекаясь от еды. Охотник сел с ним рядом и посмотрел на девушку:       - Здравствуй, девонька. Извини за вчерашнее.       - Не надо извиняться, - скромно она ответила. - Было даже весело.       Зверобой выглядел серьёзным и по одному его взгляду было видно, что ему надо что-то сказать.       - Что-то не так? - спросила Таня.       - Вчера Бродяга себе на раны воды брызнул, которую мы набрали в "Оазисе".       - И что? - заволновалась она.       - Сегодня он пошёл к Костоправу сменить повязку. Когда тот её снял, у него на лице не осталось и следа от когтей баюна. Абсолютно никаких шрамов, будто их и не было.       Таня уставилась на Зверобоя, а Стрелок подавился.       - Значит, эта вода действительно целебная? - засияла она. - Значит, она способна вылечить любую болезнь?       Зверобой лучезарно улыбнулся:       - Мы не зря набрали этой воды. Я утром её хлебнул немного и через несколько минут головная боль прошла, а я чувствую себя бодро, будто не пил вчера.       У Татьяны на радостях подкосили ноги. Значит, теперь она может вернуться домой? Не выдержав, Таня расплакалась от счастья. Даже недавний кошмар в Припяти ушёл на последний план. Всё! Конец ужасам! Домой! Скорее бы домой!       - Всё это, конечно, замечательно, - сказал Стрелок, прожевав. - Только нам с Татьяной надо прогуляться обратно до Затона. Пройдёмся по аномалиям, продадим Бороде артефакты, если найдём. Лишними для неё деньги не будут. Я ей обещал.       Таня однако поняла это иначе и радости как не бывало. Ей он намекнул, что раз все условия договора выполнены, то пора бы расплатиться. Тут она хотела поспорить. В поиске "Оазиса" он участвовал не один. Противопоставить можно только поход в Припять. Если зайдёт речь об изменении условий, он может отметить, что Зверобой и Бродяга сами вызвались пойти с ними, а это не входит в их уговор. Таня вконец запуталась. Оспорить их "договор" не получится. Положение не в её пользу. Формально, Стрелок сдержал своё слово. Взвесив все события, она сделала неутешительный для себя вывод: ей всё равно придётся "заплатить" Стрелку, так как другие условия, кроме безоговорочного ему послушания, не оговаривались.       Радость была недолгой. Впереди её ждало последнее, как она надеялась, испытание.       - Что вы намерены сейчас делать? - спросил Зверобой.       - Прогуляемся сначала здесь по аномалиям, а потом отправимся на Затон, - доел Стрелок свой завтрак и выпил немного целебной воды.       - Тогда вам стоит сразу выдвигаться на Затон. Сегодня утром сталкеры хвастались артефактами, которые вчера собрали. Не думаю, что вы сможете хоть что-то найти. Тем более в некоторых аномалиях стоят датчики по обнаружению артефактов. У учёных же есть своя группа группа "Искра", которая помогает им в исследованиях. Как только датчик фиксирует наличие артефакта, "Искра" идёт и забирает его.       - Тем лучше. Значит, отправляемся прямо сейчас. Ты с нами?       - Нет, увы, - загрустил Зверобой. - Сегодня должны три сталкера прийти с Кордона. Волк сказал, что они хотят учиться у меня.       - Понятно.       Стрелок отнёс за собой тарелку и вернулся через несколько минут с запасом еды. Одну половину он положил в свой рюкзак.       - Это тебе, - указал он девушке на вторую половину.       Зверобой с тоской наблюдал за их сборами. Таня достала из рюкзака "Живые помощи" и вспомни о Бродяге. Он ведь не знает, что она сегодня уйдёт и они больше никогда не увидятся. Мысли о нём опечалили её.       - Мне надо на Янов, - скромно сказала она.       - Зачем? - спросил Стрелок.       - Хочу попрощаться с Бродягой и Шульгой.       - Девонька, лучше не надо, - грустно заметил Зверобой. - Бродяга не захочет тебя отпускать. Будет лучше, если вы не будете прощаться. Шульга ему потом всё объяснит. Или я объясню.       Татьяна ещё пуще опечалилась. Бродяга в Зоне был её самым близким человеком после Зверобоя, а она уйдёт, не попрощавшись и даже не отблагодарив его. Но Зверобой прав. Лучше ей уйти тихо, иначе расставание будет долгим и ничего, кроме боли, не принесёт. Она протянула охотнику "Живые помощи":       - Передайте ему это от меня и скажите, что я прошу у него за всё прощения!       - Хорошо, - взял охотник поясок.       - Нам пора. День будет трудный, - сказал Стрелок.       Таня взяла все свои вещи и в компании двух мужчин вышла на улицу. Снова светило солнце, будто пришла весна. Зверобой выглядел мрачнее тучи. Здесь возле бункера они и расстанутся.       - Ну, прощай, девонька! - грустно улыбнулся охотник и ласково потрепал девушку за плечо. - Буду в Минске - свяжусь с Капканом, чтобы узнать твои дела. А может и в гости приеду.       - Прощайте, Зверобой! - обняла она его. - Вы самый лучший мой друг! Вы стали мне родным!       - До встречи, Меченый! - по-братски обнял он Стрелка. - Надеюсь, ещё встретимся!       - Обязательно, Зверобой! Рад был с тобой повидаться!       - Береги Татьяну! И не разбей ей сердце! - прошептал ему охотник, чтобы девушка не услышала.       - Обещаю.       Татьяна прослезилась. Она не знала, увидит ли этого бравого охотника на местную нечисть снова. Хоть они не так много проводили время вместе, Зверобой в Зоне стал для неё что-то вроде крёстного отца. Но её путь в этом аду заканчивается и они должны расстаться. Он продолжит охотиться на мутантов, а она будет жить своей жизнью. Им останутся только воспоминания и надежда встретиться снова. Опытные сталкеры часто любят давать совет: "Никогда ни к кому в Зоне не привязывайся". Таня помнит этот совет. Когда она первый раз его услышала, то не поняла смысл. Только потом, когда четверо авантюристов ушли в рейд на несколько дней, а вернулся из них только один, она поняла его значение. Единственный выживший потерял своих друзей и не выходил из запоя, пытаясь утопить свою скорбь в алкоголе, пока в итоге окончательно не спился. Вчера Стрелок, выпив, с болью упомянул своих друзей. Рана от их утраты долго не заживает.       - Пойдём, - поторопил он девушку.       - Прощайте! - отпустил их Зверобой.       Таня поцеловала охотника в обе щеки, как делала это раньше. Он скромно улыбнулся и поцеловал её в висок. Стрелок ещё раз его по-братски обнял и вместе с девушкой отправился в путь.       Она шла, не оглядываясь, хотя очень хотелось. В жизни ей не хватало таких людей, как Зверобой. Удивительно встретить такого хорошего человека в таком месте, как Зона Отчуждения. Таня тихо шептала молитвы, чтобы Бог уберёг Зверобоя от смерти и прочих опасностей. Только когда Янов остался позади, она остановилась и оглянулась. Там остался ещё один человек, который оставил след в её жизни. Бродяга! С болью она представила себе, как он отреагирует на её уход. После того, что рассказал ей Шульга, Таня не сомневалась в чувствах бывшего монолитовца. Он питал надежду занять место в её сердце, а теперь они расстаются.       - В чём дело? - спросил Стрелок.       Она не ответила и пошла дальше. Бродяга не выходил у неё из головы. Сунув руку в карман, она нашла там немного помятую фотографию. На фото Виктор и она. Без колебания она разорвала фото пополам, отделив своё изображение, и бросила на землю. Всё! Она окончательно решила не оглядываться назад. Пусть пережитый кошмар её преследует в воспоминаниях, но она не сломается. Может, время не вылечит её полностью, но она не будет больше страдать.       И снова мысли о Бродяге. По дороге до Затона она пыталась себе представить, как бы развивались её отношения с ним. К ней он был очень добр и терпелив. Симпатичный и сильный мужчина, ненамного её старше, малообщительный, но дружелюбный. У него нет прошлого, но есть настоящее и будущее. Пусть и не долго, но он был её другом и она, поначалу тихо раздражаясь от его компании, к нему быстро привыкла. Но на этом всё. Он ей нравился, как человек, но она его не любила. Дала бы она ему шанс завоевать её любовь? Да. Может, со временем ей удалось бы его полюбить. Возможно, если бы он не совершил тогда ту роковую ошибку, повлекшая за собой его возвращение на Янов, то Стрелок для неё так и остался бы неизвестной легендой. Она и Бродяга вместе бы решили её проблемы. Не было бы того ужаса, что пришлось пережить в Припяти. "Или я всё равно бы настаивала на своём?" - засомневалась она. Возможно. Это и неважно. Но Бродяга был бы рядом. И она смогла бы полюбить его и они сейчас были бы вместе.       Но почему она просила Зверобоя передать ему, что она просит у него прощения? Девушка чувствовала себя виноватой перед ним за рухнувшую надежду. Он надеялся завоевать её любовь, а она разрушила его надежду своим уходом. Но это ещё не всё. Раскаивалась она и за своё молчание, наивность и невежество. Из-за этого её ждёт ночь в одной постели с легендарным Стрелком. Она и за это раскаивалась. Бродяга точно бы её не попросил переспать с ним взамен на помощь. Он слишком совестливый для такого. А у Стрелка совести, видимо, нет. Даже если она когда-нибудь и увидит Бродягу, ей не хватит смелости подойти к нему и просто хотя бы поздороваться с ним. "Боже, помоги ему! Не оставляй его! Будь ему защитником и наставляй в нелёгком пути!" - в мыслях молилась она о нём.

***

      Бродяга долго рассматривал в зеркале своё лицо, всё ещё не веря, что от царапин не осталось и следа. Казалось, что вчера баюн на него не нападал вовсе. Болела только голова после вчерашней попойки. Его пьяным привели долговцы на станцию и уложили спать. Сейчас он жалел, что выпил лишнего и смутил Татьяну. Раньше он себе такого в её присутствии не позволял, а тут вдруг подвернулся повод выпить. И почему он согласился? Как только Дегтярёв его и остальных бывших монолитовцев пристроил под надёжное крыло подполковника Долга Шульги, он не позволял себе выпить что-то крепче чая. Другие ему не предлагали присоединиться к пьяному застолью в силу его прошлого. Он держался вместе со своими товарищами по несчастью отдельно. Так они надеялись исправить свои грехи.       И почему он вдруг согласился выпить, причём со своим конкурентом? Был ли это намёк на дружбу? Или обман? Поиски "Оазиса" он хорошо запомнил. Получив ранение, он шёл со своими спутниками в сторону бункера, испытывая тихую радость. Сталкеры любили травить байки про всякие небылицы в Зоне. "Оазис" оказался реальностью. Но что же заставило Бродягу испытать неведомое ему чувство радости? Единство! Он однажды в команде Дегтярёва проделал опасный путь по подземному путепроводу в Припять. Те ещё приключения были. Но зато какая была сплочённость! Никому: ни Дегтярёву, ни Зулусу, ни Вано, ни лейтенанту Соколову не было дела до его прошлого. Раз он с ними, значит ему можно доверять. И вот ему посчастливилось снова испытать чувство единства. И неважно, что в команде был его конкурент. Главное, что Татьяна была рядом. И, как тогда на "Ростке", она хотела вылечить его раны.       Бродяга умылся холодной водой. Надо поскорее попросить Шульгу отпустить его в бункер к учёным. Хочется увидеть свою любимую девушку. Сегодня он обязательно поговорит с ней. Скажет, что очень любит её и попросит дать ему шанс проявить себя. Стрелок наверняка не будет стоять в стороне. Драка неизбежна. Ну, и пусть! Ради любимой Татьяны он готов на всё, лишь бы она была с ним. Надо торопиться.       Зверобой вернулся и рассказал Шульге, что Татьяна со Стрелком ушли. Подполковник знал, что Бродяга без разрешения отправился искать "Оазис", но не стал наказывать его.       - Пока Татьяна здесь, Бродяга будет стремиться к ней при первой возможности, - говорил он как-то.       - Теперь она ушла, - вздохнул охотник, уже тоскуя по ней. - Даже не знаю, как отреагирует Бродяга на это.       - В прошлый раз, когда Воронин велел мне его забрать на Янов, он спокойно это воспринял.       - Но не в этот раз, - подметил Зверобой. - Тогда он был полон надежд снова встретиться с ней. Теперь они расстаются навсегда.       - Может, не стоит ему говорить? Я отдам ему какой-нибудь приказ...       - Не сработает. Ты же сам говорил, что пока она рядом, он будет рваться к ней. Ты забыл, как он чуть не подрался с Меченым за неё?       - В том-то и дело! - напрягся Шульга. - Он может кинуться за ними следом и тогда кровопролития не избежать.       - Не кинется. Он же не знает, в какую сторону они пошли. А если и узнает, и попытается их остановить, то Меченый не будет стоять в стороне. Он тоже неравнодушен к Татьяне. Говорить Бродяге, куда они пошли, я не буду. Как бы он ни любил Татьяну, им лучше расстаться.       В дверь постучались.       - Разрешите войти, товарищ подполковник! - раздался голос Бродяги.       Шульга и Зверобой напряжённо друг на друга посмотрели. Оба поняли, что придётся всё Бродяге рассказать.       - Заходи, - разрешил Шульга.       Бродяга вошёл и встал смирно.       - Вольно, - сказал подполковник. - Хорошо, что сам пришёл.       - Товарищ подполковник, разрешите мне отлучиться в бункер учёных? - обратился Бродяга.       - Никак опять к Тане Лепре?       - Да, товарищ подполковник, - немного засмущался Бродяга.       Шульга не ответил. Ему вдруг стала интересна большая карта Зоны, нежели его подчинённый. Бродяга молча ждал разрешения. Он не сразу заметил в комнате Зверобоя. Когда он его увидел, тот тоже смотрел куда угодно, но не на него.       - Товарищ подполковник, разрешите повторить! - обратился Бродяга.       - Я слышал, о чём ты просил, - ответил Шульга и сказал Зверобою: - Давай, скажи ему!       Но охотник не решался. Бродягу это нервировало, но он держался.       - Тебе нет смысла идти туда, - начал охотник. - Её там нет.       - А где она? - уставился на него бывший монолитовец.       Зверобой встал и серьёзно посмотрел на него:       - Утром она и Меченый ушли.       - Куда ушли? - был пока спокоен мужчина.       - Они не сказали куда, но..., - соврал Зверобой.       Бродяга показал жест, чтобы он не продолжал. "Ушла. С ним", - прозвучало в мыслях. Это стало для него как гром среди ясного неба. Он медленно вышел из кабинета и направился к выходу.       - Не надо, - сказал Шульга, когда Зверобой встал и хотел пойти за ним следом. - Ему надо побыть одному.

***

      "Ушла. С ним", - снова и снова звучало в голове. В темном коридоре его кто-то задел. Он этого даже не заметил. Словно сомнамбула, Бродяга вышел на улицу и бесцельно направился к старой, заброшенной двухэтажной хрущёвке, но не дойдя до неё, у него вдруг подкосились ноги. Он упал на колени рядом с поломанной скамейкой и, громко закричав, ударил кулаком по асфальту. Захныкав, словно ребёнок, Бродяга через силу встал и, подойдя к дому, стукнул сердито по стене. "Ты снова ушла. Таня, почему ты ничего не сказала? Почему мы снова расстаёмся? Почему ты даже не попрощалась со мной?" - душила его разлука. По щетинистым щекам мужчины потекли слёзы, неведомые ему ранее. Впервые за много лет он плакал. Плакал из-за любимой девушки, которая покинула его, не сказав ни слова. Он уткнулся лицом в стену, тихо проливая слёзы. Ещё вчера всё было хорошо. Он верил, что у него появились наконец друзья, которые принимают его, независимо от прошлого. Он был готов подружиться даже с Меченым, но тот оказался хитрее. Он увёл у него Татьяну. Вот почему этот знаменитый сталкер так дружелюбен вчера был настроен. Он знал, что девушка уйдёт с ним. Но Татьяна? Она сидела, прижав колени к груди, наблюдая, как её компания празднует обнаружение "Оазиса". Бродяга ещё раз стукнул кулаком по стене и по щекам опять потекли слёзы. Она уже тогда знала, что должна будет уйти, но не сказала ему, потому что он был пьян. Или же он что-то не понимает? Что тогда её так напрягло?       Это было уже неважно. Ему никто не даст ответа. Ему никто уже не поможет. Девушка, которую он любил больше жизни, ушла. Из-за своего монолитовского прошлого он не помнил, можно ли так страдать от не взаимной любви. Или же она всё ещё была обижена на него за тот его порыв, который чуть не кончился изнасилованием? Бродяга каждый день ненавидел себя за это и был готов снова и снова на коленях просить у неё прощения. Когда он и другие за его проступок вернулись на Янов, для него разлука с ней была непростым испытанием. День за днём он надеялся, что сможет вернуться на "Росток", чтобы быть с ней рядом. Но миновали недели, а о возвращении на базу речи не заходило. Не мог он и написать ей. Она добавила его в чёрный список. И все те дни он только о ней и думал, вспоминая, как касался её, пытался поцеловать и овладеть. Тогда ничего не получилось, но он помнит, как ощущал тепло женского тела, вкус её губ, не смотря на сопротивление последней. Она за эти дни разлуки стала его мечтой, первой и единственной любовью, которую он впервые узнал после того, как очнулся от "монолитовского сна". Весть о том, как с ней поступил генерал Воронин, привела его в ярость. Он был готов убить обидчика, всё бросить и кинуться ей на помощь. Плевать было на Долг и приказы. Если пришлось, он бы и днём и ночью её искал, пока не нашёл. Но когда сообщили, что её местонахождение неизвестно и она попросту пропала без вести, это было для него последней каплей. Он бросился на её поиски, но ему не позволили.       Когда восьмого января сообщили, что она пришла на Янов и по её просьбе его выпустили из погреба, он на всех парах мчался, чтобы убедиться, что это она и с ней всё в порядке. Но ему сообщили, что она опять ушла, не дождавшись его. Что же это за игра? Что за издевательство над ним? Дурацкий розыгрыш? Он и так страдает за свои невольные прошлые грехи, а ему хотят сделать больнее. Эти мысли сильнее ранили его сердце. Он бы больше никого не стал слушать, кроме Шульги. Только его командир никогда так с ним не обращался. Он бы не поверил, когда Костоправ сказал ему, что Татьяна сейчас в медпункте на Янове. Но то велел передать Шульга и он сразу пришёл.       Его любимая Таня, растрёпанная и измученная, сидела, погружённая в глубокий шок. А когда ему сказали, где она была, с кем и что произошло, он пришёл в ярость и ужас одновременно. За его Таней не углядели! Не уберегли! За это он готов был убить Меченого на месте, если бы ему не помешали. Таня! Его любимая, единственная Таня! Как же ей было плохо! Он знал, какой кошмар она видела! И, самое паршивое, он не знал, как ей помочь. И когда она кричала от кошмара, что приснился ей! Он бы вырвал его из её памяти, лишь бы она не страдала! Но даже когда она смогла выйти из шока и сидела, прижавшись к Зверобою, он был рядом, положив свою руку поверх её, говоря тем самым, что будет рядом и защищать. Она тогда ещё развернула её ладонью кверху! Для него это был намёк, что она жаждет его помощи. Даже когда она легла спать, он не хотел уходить. И тут Меченый ему заявляет, что любит Татьяну не меньше. Тогда они и стали соперниками за право занять место в девичьем сердце. Их взаимные обвинения чуть не привели к драке, а Татьяну из-за предательства Виктора - к непоправимому самоистязанию. Бродяга, даже если бы она себя изуродовала, не разлюбил бы её. Если большинство мужчин любят заморачиваться о женской внешности, то его это совсем не волновало. Он любил Татьяну не за это. И когда она подошла к нему поговорить с надеждой, что Виктору можно помочь, он никак другой хотел бы утешить её. Но соврать - значит одурманить, нанеся ещё бо́льшую рану. Признаться ей, что Виктор стал Инквизитором по собственному желанию, для него было просто и непросто одновременно. Но он не солгал. Да, ей было больно, но она освободилась от иллюзий и ложных надежд, а у него появился шанс залечить её сердечные раны и завоевать любовь.       Бродяга опять захныкал из-за упущенного шанса. Тогда Татьяна была так уязвима и беззащитна, и он страдал от того, что страдает она. Осознание безысходности могли заставить её найти уединение, но нет. Она словно искала поддержку у него. И он был готов к этому. Она не сопротивлялась его объятиям. Он испытал в ту минуту приятную дрожь, прижимая её к своей груди. Любимая девушка была рядом, а его чувства стали только сильнее. И он дал им волю - потянулся к её губам, желая поцеловать. Но опять ему помешали.       Подул ветер и ему под ноги что-то прилетело. Бродяга увидел половину фотографии, а на ней изображена Татьяна. Он поднял фото и слёзы опять потекли по лицу.       - Бродяга, - подошёл к нему Зверобой и положил руку на плечо.       Мужчина встал, но стоял к нему спиной.       - Я никому не скажу, - шепнул Зверобой. - Ну..., что ты плакал!       - Мне плевать! - прорычал Бродяга.       - Послушай, Татьяна попросила тебе кое-что передать.       Бродяга резко повернулся к нему:       - Что?       Зверобой протянул ему "Живые помощи":       - А ещё она просит у тебя прощения!       Бродяга взял поясок с молитвами, осмотрел и спросил с надеждой:       - Она ещё что-то сказала?       Зверобой покачала головой. Бродяга печально вздохнул. Он поднёс поясок к губам и ощутил слабый запах церковного ладана.       - Она верующая христианка, - сказал Зверобой.       - Я знаю, - ответил Бродяга.       "За что она просит прощения? И почему?" - подумал он. - "Почему она больше ничего не сказала?"       - Куда она пошла? - снова он спросил с надеждой.       - Бродяга, оставь! Она получила то, что ей было нужно. Теперь она вернётся домой. Разве она тебе не говорила о своих целях?       - Говорила, но я... Я хочу уйти с ней! - снова давили его слёзы, но он держался.       - Бродяга, я тебе уже говорил, что вам вместе не быть...       - Не надо мне повторять! Я всё понял! - отрезал Бродяга и, утерев с лица слёзы, быстрым решительным шагом направился к станции Янов, сунув в карман половину фотографии и "Живые помощи".       Зверобой заподозрил неладное и пошёл за ним. Бродяга вошёл к Шульге без стука:       - Товарищ подполковник, мне надо с вами поговорить.       Шульга внимательно на него посмотрел.       - Я и другие бывшие монолитовцы, что в вступили в Долг, хотим покинуть группировку! Окончательно!       Подполковник часто заморгал. Он думал спросить причину такого желания, но увидев на щеках Бродяги следы от слёз, не стал спрашивать.       - Я поговорю с Ворониным. Дай мне время до вечера, - задумчиво ответил Шульга.       Но до вечера Бродяге ждать не пришлось. Уже через сорок минут Воронин дал разрешение и Шульга их отпустил, вернув старое снаряжение. Бродяга и другие его товарищи по несчастью - бывшие монолитовцы, ближе к вечеру покинули Янов. Они надели свою монолитовскую броню и, скрываясь ото всех, взяли курс на Дикий Остров.       - И что мы будем делать? Под покровом Долга было безопаснее, - сказал один из них.       Бродяга первым вступил на территорию заброшенного здания, что занимало бо́льшую часть острова. Оно ветхое, местами разрушено, но если хорошо потрудиться, то может стать отличным местом для проживания.       - В Долге нас всё равно не жаловали, - сухо ответил Бродяга. - Мы там были изгоями.       - И чем мы будем заниматься?       - Мы будем держаться вместе, как в первый раз, когда перестали слышать голос Монолита. Будем помогать таким же, как мы, монолитовцам, которые тоже потерялись. Если они захотят найти у нас приют и начать новую жизнь, то для них двери всегда открыты. А занятия мы себе найдём.       - Значит, мы создадим свою новую группировку? - спросил другой.       - Да, - сразу ответил Бродяга. Ему на глаза попались настенные часы среди прочего хлама. Стрелки на нём остановились на двенадцати часах. - Отныне мы ни от кого не зависящая группировка. А называться она будет "Полдень".       Никто не возражал. Немногочисленная группа бывших фанатиков разбрелась по зданию. Самое время начать хоть немного обживать это место, которое надолго станет приютом для всех монолитовцев, которые вышли из-под контроля своего "хозяина" и не знают, куда податься. Бродяга оглянулся назад. У него начинается новая жизнь, хоть он её себе представлял иначе. Он достал из кармана фото Татьяны. Увидит ли он её когда-нибудь хотя бы ещё один раз? Услышит ли её голос? Разум шептал: "Оставь эту надежду!" А сердце возражало: "Нет! Не отчаивайся! Кто знает, может, она вернётся?" По щеке снова побежала слеза, которую Бродяга тут же вытер. Он убрал фото обратно в карман и отправился помогать своим братьям.

***

      Татьяна шла за Стрелком, не теряя бдительности. С оттепелью местные секачи оживились, а на них начали охоту лесные хищники. Путь до Затона прошёл без приключений, что было редкостью в Зоне. Миновав перелесок, путники вышли на опушку. В низине холма две плоти копытами рыли влажную почву в поисках червей. Местная фауна лезла из всех щелей в поисках еды. Стоило ударить морозам, как они старались не высовываться из своих нор. Таня выбросила из головы мысли о Бродяге. У неё теперь сердце болело по другому другу - снорку Васе. Она вынуждена была его оставить на Затоне. "Как он? Что с ним? Жив ли?" Она обещала, что обязательно позовёт его после своего возвращения. Таня оглянулась. Поблизости на дереве каркали вороны, неподалёку трусливые плоти хрюкали, продолжая искать червей в земле.       - Стрелок, - скромно обратилась она к своему спутнику. - Я переживаю за Васю. Можно мне его позвать?       - Не сегодня, Танюша. Не сегодня. Нам надо прогуляться до одного места. Я ведь ещё не всё сделал, - ответил мужчина, не отвлекаясь от дороги.       Татьяна грустно вздохнула. Стрелок не держал её в курсе относительно своих планов. Но разум подсказывал ей, что сегодня ночью ей не уснуть. Мужчина со своей спутницей спустились с опушки и, пройдя немного, вышли на дорогу.       - Мы пройдёмся до одной аномалии, - сказал он. - Борода будет рад купить артефакты, если они там есть.       Приближаясь к аномалии "Цирк", он остановился и достал бинокль.       - Там никого нет, - сказал Стрелок. - Но и кое-что есть.       Аномалия "Цирк" представляла из себя большую, идеально круглую яму. Воздух внутри колебался, поднимая над собой редкие мелкие искры, что говорило о наличии нескольких "жарок". Вокруг крутились в противоположную друг другу сторону две "кометы". Из-за формы это место назвали "Цирк". Немногие сталкеры решались проверить это место на наличие артефактов. Из-за высоких температур не каждый бронекостюм способен такое выдержать. Подойдя ближе, Стрелок остановился, присмотрелся и сказал:       - Кажется, тут несколько артефактов.       Он указал на несколько несгораемых угольков, которых отталкивало в сторону колебанием раскалённого воздуха:       - Видишь? Если в жарке скачут такие "угольки", значит это артефакты. Только достать их будет непросто.       Стрелок ещё раз внимательно осмотрел окрестность.       - Тут никого нет. Я схожу и достану их, а ты стой здесь и не зевай. Если что подозрительное заметишь, то зови сразу, - сказал мужчина, доставая детектор.       Татьяне не очень понравилась эта идея. Стрелок уже дважды оставлял её в "безопасности" и ничего хорошего из этого не вышло. Но окрестности Затона были хорошо видны и заметить противника не составляло труда. Как Стрелок будет доставать артефакты из "Жарки", её совершенно не интересовало. Она в его сторону даже не смотрела. Когда раздались выстрелы из пистолета, она туда оглянулась. Стрелок во что-то целился. Таня не понимала, зачем он это делает. Аномалию обычно прощупывают болтами или камнями. Таня вернулась к дозору. Вдали, на другом холме, она обнаружила через бинокль несколько человек в плащах и куртках. Бандиты. Они пристроились под самодельным деревянным козырьком и развели костер. Их лица скрыты вязаными масками. Есть ли среди них Йога? Таня не забыла этого красавца с чёрной душой. Он ведь здесь, на Затоне, ошивается. Очень не хотелось бы встретить его за пределами "Скадовска". Но пока Стрелок занят артефактами, ей есть о чём подумать.       Если Стрелок хочет продать все найденные артефакты Бороде, и отдать вырученные деньги ей, значит сегодня придётся выполнить свою часть уговора. Да, она об этом помнит. Оно не даёт ей покоя ещё с Рождественского сочельника. Стрелок тоже не забыл, раз так усердствует. Стоит ли ей уповать на его благородство и безвозмездную помощь? Нет, это точно. Сейчас мужчины ничего просто так делать не будут. Ну, раз уж так нынче идут дела, то ладно! "Я дам ему то, что он просил. На том всё. Мы разойдёмся, как в море корабли", - настраивалась она. - "Но пока ещё не вечер. Может, он проявит благородство!"       Стрелок вернулся, неся в контейнере четыре артефакта: три "Глаза" и одно "Пламя".       - Везёт тебе, Танюша, - с ноткой зависти сказал мужчина. - Четыре редких артефакта. Они сейчас выросли в цене. Борода часто писал в чате, что ему эти артефакты нужны.       - А зачем ты стрелял?       - Чтобы вытолкнуть их из опасной зоны.       Она не ответила.       - Я бы предложил сходить ещё в кое-куда, но мест в контейнере нет, - сказал Стрелок. - Пойдём уж на "Скадовск".

***

      Возвращение на "Скадовск" омрачило и без того плохое настроение. Йога один стоял на улице возле входа. Он подбрасывал вверх гайку и думал. Сталкеры на него недобро косились. Они бы с таким удовольствием его убили, если бы была такая возможность! Но он каждый раз умудрялся изловчиться. В его планах было снова собрать свою банду и обустроить базу где-нибудь в людном месте, чтобы снова промышлять разбоем и грабежом. Шестерить у Султана ему ужасно надоело. Сам пахан недолюбливал его, но терпел. Йога был лучшим и мог выполнить любое задание без лишних заморочек. Но за его хитрость и коварство пахан был всегда на стрёме и держал в поле зрения. Йога отвечал ему взаимностью. Хуже того - этот бандит ненавидел соседство со сталкерами, считая это унизительным для блатных. Видя, как вольные бродяги продают Бороде и Сычу ценный хабар, у него свербило в сердце от злобы и зависти. Один трусливый бандит решился дать ему совет самому стать вольным сталкером. За это Йога выбил ему все зубы и бедняга вынужден питаться через трубочку. Но даже не это было причиной его злобы. От Султана со своими единомышленниками он может уйти, когда захочет. Благо, дефицита в этом он не испытывает. Его грызёт досада, что единственная женщина в Зоне не досталась ему. Он ей часто пишет, буквально унижаясь, но не получает ответа. Мужчина в нём кричит: "Женщину! Женщину!" Она есть, но недосягаема. Это душило его и доставляло неудобства в интимном плане.       Стрелок заметил Йогу у входа в "Скадовск" и сразу взял Татьяну за руку. Девушка не возражала. Но проходя мимо, она не смогла удержаться и посмотрела на этого бандита. Красивый! Убийственно красивый и очень опасный тип! И это делало его ещё более привлекательным. Её внимание польстило ему и он ощутил приятную дрожь. Похоже, она им всё-таки немного интересуется. Он важно сложил руки на груди и выпрямился, будто показывая своё величие. Но она прошла мимо. Йога плотно сжал губы. Женщина! Как же ему хочется женщину! Он зашёл следом, чтобы иметь возможность хотя бы просто наблюдать за ней.       Сталкеров на "Скадовске" было немного. Пока на улице светло и хорошая погода, они не сидели на месте. Лоцман был за своим столиком и исследовал новые маршруты на карте, Султан с аппетитом уплетал говяжью тушёнку, за свободным столиком четверо бандитов играли в карты на деньги, у прилавка Бороды ютились сталкеры. Гонты с друзьями не было. "Вероятно, они ушли на охоту", - подумала Таня. Их столик был свободен.       - Подожди меня там. Я продам артефакты, возьму еды и приду. Твои банковские реквизиты у меня остались, - кивнул Стрелок в ту сторону.       - А разве...? - хотела она спросить.       - Да, у Бороды тоже можно сделать безналичный перевод денежных средств.       Одна за столиком, она сразу привлекла к себе внимание. Йога буквально пожирал её глазами. Она знала, что лучше не замечать его, но не могла устоять. Ей не доводилось раньше видеть настолько красивого мужчину. Она знала, что он опасен и его намерения к ней совсем не благородные. Но с детства имея репутацию невзрачной серой мышки, ей льстило внимание такого красавца, хоть его мотивы были и дураку очевидны. Но она всё же была осторожна. Взгляда на несколько секунд ей было достаточно и она опускала глаза. Только Йога не переставал на неё смотреть. А когда она снова на него взглянула, он послал ей воздушный чмок. Девушка залилась румянцем и прикрыла лицо рукой. Но на этом Йога не остановился. Как только она снова глянула в его сторону, он опустил руку и пошевелил пальцами с соответствующим намёком. Таня его поняла и покраснела, как помидор.       Йога вынужденно прекратил эту "игру в гляделки", когда к ней подошёл Стрелок. Кажется, после Султана это второй человек, которого он ненавидит. Ему снова придётся отступить, но Татьяну из своего внимания он не выпустит.       - Удачная сделка вышла, - сказал Стрелок, поставив перед ней открытую банку "Завтрак туриста" и кружку с горячим чаем. - Сегодня проведём ночь здесь.       Таня поняла это по-своему. Ей вдруг захотелось провалиться сквозь землю от представленной картины: Стрелок закрывается с ней в комнате, включает погромче музыку и "получает плату за труды". Сталкеры догадываются, чем они занимаются, и тихо посмеиваются над ними. Вот ведь позор какой! У неё пропал аппетит, но она заставила себя съесть невкусный обед, чтобы заглушить навязчивые мысли. Сколько Стрелок выручил денег за четыре редких артефакта, её не волновало. Он ел с аппетитом. Как только с обедом было окончено, он кивнул на второй этаж. Таня напряглась. В общей спальне громко храпели два сталкера. Стрелок вошёл в частную комнату, где они ночевали перед походом на Янов, и сразу включил обогреватель.       - Можешь отдыхать. А мне надо кое-что сделать, - сказал он и вышел.       Тане стало немного легче. Она положила рюкзак на нижнюю койку. Стрелок подошёл к верстаку, где сталкеры могли починить своё оружие и подлатать бронекостюм. Перед "ответственным моментом" был пока перерыв. Таня прикрыла дверь и села на стул. Ей снова нужно ждать. Снова были мысли о плате натурой. Интуиция подсказывала, что ей этого не избежать. Пока день, Стрелок её не тронет. Сталкеры за день ужасно устают. В Зоне выспаться трудно и перед сном они любят выпить водки, чтобы расслабиться, отпраздновать удачную вылазку или помянуть павшего товарища. Значит, ночью, как только искатели приключений будут крепко спать, Стрелок ею овладеет.       В комнате стало гораздо теплее и Татьяна сняла бронекостюм, оставшись в балахоне и джинсах. Она распустила волосы и причесала их. Ей никак не удавалось не думать о том, что скоро из девушки она станет женщиной. Это нервировало её всё сильнее. У неё никогда не было мужчины в интимном плане. Невинные объятия и поцелуи - вот и всё. У некоторых была просто прелюдия без интимной близости. У неё даже этого не было. Как это происходит она знала. Что уж греха таить - она поглядывала порно и хентай чисто ради забавы и любопытства. Это заставляло её краснеть и хихикать. Всё-таки такое увидеть! Но теперь ей было совершено не до смеха. Будучи девственницей, она боялась, что будет больно. Некоторые девушки любят об этом делиться с неопытными. У кого-то было совсем не больно и без крови, а у некоторых и боль, и кровь. Именно этого Таня и боялась. Сейчас девушки лишаются невинности и в шестнадцать, и даже двенадцать лет. Тане было двадцать два и она ещё не познала мужчину.       Минувшей ночью она спала плохо. В Зоне вообще трудно высыпаться. Неудивительно, что Стрелок выглядит вечно сонным. Таня легла на кушетку и отвернулась к стене. В ожидании время тянулось долго. Таня старалась думать о доме. Через два-три дня она покинет Зону. Нужно ещё немного потерпеть. Близость со Стрелком она будет рассматривать, как визит к доктору на укол. Это не очень удачное сравнение. Доктор всандалил больной укол, немного поболело и прошло. В её случае "заживления" не будет. С каждой минутой ожидания Таня настраивала себя на последнее испытание. Она твёрдо решила, что обнажаться не будет. Для Стрелка это неслыханная честь. Тем более подробности "оплаты" не обсуждались. Про поцелуи не может быть и речи. Она просто ляжет поудобнее (лучше на живот, чтобы не видеть его довольное лицо) и позволит ему брать то, за что он дорого заплатил. Лишь бы это не затянулось надолго.       Место у верстака было свободно. Стрелок куском грязной тряпки смазывал маслом свой Винторез. Как и Татьяна, он думал над тем, что условия их договора практически выполнены. Девушка наверняка думает поскорее вернуться домой. "Приятно возвращаться туда, где тебя ждут!" - немного завидовал он ей. О своей родне Стрелок забыл, как и они о нём. Попав в Зону первый раз, он навсегда вычеркнул себя из их жизни. Потеряв однажды память, он с трудом смог вспомнить своих друзей Клыка и Призрака. Болотный Доктор помог ему собрать воспоминания, как пазл, воедино. Это, однако, не принесло ему облегчение и, скорее, навалилось тяжким бременем. По сути, ему возвращаться некуда. Зона стала его домом. А вот у Татьяны есть мать. Стрелок представил себе, как эта девушка покидает Зону, не оборачиваясь назад. Она сухо прощается с ним и уходит. Стало грустно. К ней он прикипел быстро, и разлука казалась тяжёлой. Ему понадобилось немного времени, чтобы не просто влюбиться, а полюбить её всем сердцем. И он завидовал Инквизитору Виктору. Татьяна так сильно его любила, что готова была пойти на любые жертвы. Вот почему Стрелок ему завидовал. Он хотел, чтобы его она полюбила так же. Мужчина тяжело вздохнул, обмакнул конец тряпки в пузырёк с маслом и продолжил смазывать оружие. Не забыл он о "валюте", которую попросил за свою помощь. Если бы Татьяна была такой же одинокой и неприкаянной, то он не стал бы ей ставить такие условия. Да что уж там! Он вообще хотел отказаться от оплаты. Но она скоро покинет Зону. Так хочется сохранить о ней какую-нибудь память! И он уже знает, что именно ему нужно. Ночь любви, чтобы навсегда запомнить её. Потом он будет вспоминать это, и ему станет тоскливо без тепла её тела. Стоит ли признаться, что он её любит? Стрелок решил с этим не спешить. До Кордона, пока они дойдут, он успеет ей раскрыть своё сердце. Только что это изменит? Она вряд ли захочет остаться ещё ненадолго. Стрелок запутался. Но одно знал точно: он её любит и хочет сделать всё, чтобы она долго не могла его покинуть. Понимал ли он, что идёт наперекор негласному правилу "не привязываться ни к кому"? Да, понимал. Но он человек и сердцу не прикажешь.

***

      Татьяна задремала. Она проснулась, когда на улице стемнело. Стрелка рядом не было. На тумбе стояла керосинка, парочка бутербродов с копчёной колбасой на салфетке и маленький кассетный магнитофон. Значит, он всё-таки заходил, но не стал её будить. С наступлением темноты сталкеры стекались на "Скадовск". У бара голодные бродяги громко отмечали свои достижения. Стрелок наверняка сейчас там, чтобы узнать последние новости. Ей он оставил бутерброды. Таня уже смотреть не могла на копчёную колбасу, а ещё периодические боли в желудке напоминали о том, что по возвращению домой надо будет обязательно сходить на приём к гастроэнтерологу.       Открылась дверь и вошёл Стрелок. Он закончил со своими делами и посидел немного в баре со сталкерами. Ясное дело, что он выпил. Татьяна ничего ему не сказала, когда ощутила запах водки. Он не был пьян, но всё же... Он тоже молчал и как-то странно на неё смотрел. Его взгляд блуждал по её телу. Он ощутил приятную дрожь, стоя с ней рядом. Они, не говоря ни слова, смотрели друг другу в глаза. Сердце у девушки замерло. Она поняла, что настал час платить. И как лучше это сделать? Стоя или лёжа? "Почему он молчит? Сказал бы хоть слово! Так, нет! Я не хочу с ним говорить! Не будем затягивать и приступим!" - всё внутри неё кричало. Таня прикусила язык, повернулась к нему спиной, тихо расстегнула ширинку и, не снимая джинсы, легла на живот, накрывшись покрывалом. "Только пусть это будет быстро!" - волновалась она. Стрелок закрыл дверь изнутри и включил магнитофон. Заиграла песня группы "Тату" - "Простые движения". Таня ненавидела эту группу, так как была ярой гомофобкой, но не стала требовать выключить эту песню. Накаляло обстановку ещё и то, что Стрелок выпил. "Чтобы растянуть процесс!" - нервировало её это.       Стрелок не торопился. Он понял, к чему идёт дело. Конечно, он себе представлял эту ночь иначе. Для смелости даже хряпнул две стопки водки и погрузился в грёзы о страстной ночи. Раз уж нет смысла ждать, то самое время приступить. Музыка заглушит ненужные звуки. Сюда никто не войдёт. Им не помешают. Татьяна отвернула лицо, чтобы не смотреть на него, если вздумает раздеться. Звякнула молния. Девушка чуть задрожала. Стрелок снял с себя "Севу", оставшись в свитере и джинсах. Рядом с девушкой прогнулась койка. Он сел рядом. Её дыхание от волнения усилилось, когда мужчина положил руку ей на поясницу. Хотелось рефлекторно оттолкнуть его, но она держала себя в руках. Стрелок лёг вплотную с ней рядом. Он просунул руку под её балахон. Девушка уткнулась лицом в матрас, терпя неприятные касания. Когда он попытался просунуть руку под футболку, чтобы ощутить тепло её тела, она сжалась, давая понять, что ей противна прелюдия.       Стрелок не настаивал, но на него уже нахлынуло возбуждение. Жаль, что нельзя увидеть и ощутить большее. Он расстегнул джинсы и приспустил их. Таня приготовилась и закусила кулачок. Стрелок стянул покрывало и взялся за её джинсы. Девушке требовалось всё самообладание, чтобы не запаниковать. Следом за джинсами стянули трусы. Таня покраснела от смущения, когда почувствовала горячую руку мужчины на своих ягодицах. Стрелок раздвинул ей ноги и расположился между ними. Наступает ответственный момент. Ещё ведь можно попросить его не делать этого. "Он дорого заплатил за это! Так что терпи!" - осекла она себя. Но всё равно жуть как не хотелось отдавать свою невинность этому человеку. Когда она ощутила, как Стрелок в неё "упирается", она поняла, что обратной дороги нет.       Войти в неё не удавалось, будто была какая-то преграда. Ему пришлось навалиться на неё. Она тихо ахнула, но не противилась. Без прелюдии процесс затруднялся. Когда он почувствовал лёгкое сдавливание, то сделал резкое движение. Таня закусила кулачок. Он проник в неё. Ещё одно движение. Стало больнее. Ещё! Из глаз потекли слёзы! Больно! Очень больно! Хотелось столкнуть мужчину с себя, но он, не подозревая о её боли, стал двигаться активнее. Слёзы текли из глаз от боли и обиды. Она отдаёт единственное, что у неё есть - невинность. "Прости меня! Прости!" - раскаивалась девушка. После нескольких движений боль утихла, а Стрелок, "разработав" её, ускорился. Она не понимала, как можно наслаждаться этим. Возможно, всё дело во взаимной любви. Но она не любила Стрелка. Он был ей противен. Чувствуя его внутри себя, девушка хотела, чтобы поскорее это последнее испытание кончилось. Получив желаемое, они расстанутся. Но время тянулось долго. Койка скрипела от активных движений. Тане стало жарко. Она приподнялась на локтях, чтобы немного отдышаться. Стрелок сразу обхватил её одной рукой за ключицу и плотнее прижался. Он уткнулся лицом ей в плечо. Его движения стали чаще и резче. Таня зажмурилась и стиснула зубы. Он застонал и, наконец, остановился. Сделав ещё пару резких движений, он выдохся и завалился на бок. После долгого воздержания, он получил долгожданную разрядку. Тело охватила приятная слабость и накопленная негативная энергия выплеснулась. Татьяна, как только Стрелок слез с неё, не сразу смогла встать. Сдерживая эмоции, она влажными салфетками вытерла всё, что осталось после мужчины. Кровь! А говорят, что при первом половом акте крови быть не должно. Плевать! Главное, что всё закончилось и теперь она может вернуться домой.