Часть 30

И вдруг перед ним возникла белая пелена, сквозь которую смутно проступили два силуэта. Он увидел их: страдающих брата и сестру, охваченных безмерной утратой. Он видел… он мог видеть… Стоя в стороне, Андрей легким касанием холодной и трепещущей ладони коснулся лба. Острая боль пронзила его, и он, тяжело вздохнув, закрыл глаза, но не нашел слов для Миши и Даши. — Поехали, вставай, давай,— подбадривал Миша, помогая сестре подняться. Он взял ключи от её машины. — Побудь дома, ладно?— спросила Даша, глядя на Андрея. Её глаза, от слёз опухшие, приобрели розоватый оттенок, наполнившись болью. Кисляк молча кивнул, и они вышли из квартиры. Впервые он увидел свою жену и всю ту невыносимую боль в её глазах. Вспомнив о сыне, он направился в комнату. Зайдя, он подошёл к кроватке, где его сын, ещё не спавший, играл с игрушками. С восторгом Андрей поднял его на руки, не опасаясь ошибиться. — Здравствуй, сын,— они улыбнулись друг другу. —Твой папа видит,— и поцеловал его в щёчки. Посмотрев на время, он решил провести с сыном мгновения, пока дома никого нет, а затем позвонил отцу, чтобы сообщить новости. Даша и Миша прибыли в больницу, куда привезли их дядю, и где находились его дети — Лиза и Максим, с которыми Даша почти не видела и не общалась. — Дашка… — увидев сестру, девушка бросилась ей навстречу и крепко обняла. В объятиях друг друга сестры пускали слезы: одна хранила скорбь о потерянном отце, другая — о дяде. Вдруг к ним подошел Максим, который, не поздоровавшись, сказал с пронзительной болью: — Это всё из-за тебя! Из-за тебя умер мой отец!— Даша взглянула на брата с искаженным от горя лицом. — Что ты такое говоришь? Ты себя слышишь? Как тебе не стыдно? — Ему было все равно на нас, он заботился только о тебе! — Максим, прекрати! — воскликнула девушка, стараясь не слышать угрозы от брата. — Ты перегибаешь, — тихо произнес Миша, в чьих объятиях Даша нашла утешение. Они разрешили все дела в больнице и отправились домой, чтобы проститься с еще одним членом семьи. По дороге Даша свернула в другую сторону, что испугало брата, не понимающего, что происходит. На окраине города она вышла из машины и, присягнув на камень, смотрела на щедро мерцающий огнями мегаполис.Пономарев сел рядом и взял её за руку. — Почему судьба так жестока? Я теряю всех, кого люблю… — шептала Даша, не утирая слез, похожих на мелкий дождь. — В чем я провинилась? Где допустила ошибку? За что так испытывает меня Господь? — Ты ни в чем не виновата, — сказал Миша, убирая с её лица мокрые пряди. — Мы были слишком счастливы. Но, такова наша судьба. Нам не по силам это изменить, — произнес он с грустной улыбкой. — У меня больше никого не осталось, — горячие слезы потекли из её глаз. —Не говори так! — он прижал её к себе— У тебя есть мы: я, Андрей, сын, Виктор Анатольевич, которому ты как родная дочь. Мы есть друг у друга. Мы не одни. И никогда ими не станем.  —Ты всегда был рядом со мной, — она грустно улыбнулась и обняла его. Их присутствие здесь длилось недолго, и вскоре они вернулись домой. Дома их встретили Андрей и Виктор Анатольевич, который был рядом с сыном и внуком. Мужчина обнял свою невестку, в то же время ставшую дочерью. Он знал её с детства, поддерживал в тяжёлые годы, когда погибли её родители. Даша передала сестре собранный список родственников и знакомых. Через два дня, когда всё было готово, они решили проводить в последний путь дядю. На похороны пришли родные, коллеги, друзья, все те, кто знал его и работал вместе с ним. Даша и Миша облачились в тёмные одежды, прикрепив фотографию дяди к сердцу. —Теперь вы все рядом, — со слезами на глазах произнесла девушка, глядя на обновлённые памятники. Она опустилась на корточки, коснувшись холодной земли. — Прости меня, дядя… — её взгляд потянулся к серым облакам. В памяти всплыл улыбающийся дядя. В этот миг её накрыла волна истерики, и вокруг не осталось равнодушных. —Даша, — Виктор Анатольевич взял её за руку, ведя прочь от могил. Она уткнулась в его пиджак, оставив следы слёз. — Нам нужно ехать. —Я не могу… мне тяжело… — прошептала она. —Так нельзя, но это ненадолго,— произнес Андрей, подходя к жене и беря её под руку. Он стремился поведать ей о возвращении своего зрения, но решил подождать более подходящего момента. Они сели в машины и отправились в столовую, где уже был накрыт поминальный стол. Вернувшись домой к дяде, они остались лишь в своей компании, среди детей дяди. В этом большом доме всё ещё витали запахи дорогих духов, раздавался смех и крики. Как только Даша переступила порог, перед ней пролетели воспоминания о детстве, проведённом здесь — о счастливых и грустных днях. Вся компания уселась за стол, за которым когда-то завтракал, обедал и ужинал их отец. Стул главы семьи остался пустым, словно в молчаливом почтении. Им подали ужин, который все приняли из уважения. — Эх, Ваня, Ваня, говорил же я тебе: «Лечись, за здоровьем надо следить», — тяжело вздохнул Виктор Анатольевич. — За этим столом я получил немало наставлений от него, — сказал Андрей с грустной улыбкой, бросая взгляд на молчаливую Дашу. —Ты не знаешь, папа оставил деньги?— наклонившись к сестре, тихо спросил Максим, его голос едва слышен, но все взгляды тут же устремились к нему. —Что ты такое говоришь?— вскрикнула Лиза, её брови резко нахмурились. — Максим, наш папа умер! А ты лишь о его деньгах думаешь! Позор тебе! — Даша, полная отчаяния, закрыла глаза, надеясь не слышать их. —Почему ты молчишь? Скажи хоть слово,— обратился он к молчаливающей Даше. — Папа ведь тебе отдал всё наше наследство! Ты оставила нас без гроша! —Максим, прекрати!— Виктор повысил голос. Даша знала, что он слишком много выпил и не понимает, что говорит, но напряжение нарастало.  —Да, управление компанией он передал мне и Мише,— спокойно ответила Даша.— Что сделано, то сделано, Максим.Неужели ты любил своего отца только из-за денег?  —Я хотел, чтобы это досталось нам, а не тебе!  —Я рада за тебя и твои желания. —Ты уже сошла с ума. —Пусть будет так,— ответила она, не желая разгуливать конфликт. —Почему ему стало плохо? Это твоя вина!— крикнул Максим. —Макс, прекрати,— Андрей повернулся к нему. — Даша весь день была со мной. Ты ошибаешься в своих обвинениях. —Отец мне сказал, что едет к ней! — Максим крикнул так, что все в комнате затаили дыхание. Все обменялись встревоженными взглядами, и Даша вспомнила, как её телефон разрывался от звонков, на которые она не отвечала. —В тот день я была на встрече…— дрожащим голосом произнесла она, и, слезы наполнив глаза, вышла из-за стола. —Это правда?— удивлённо спросил Виктор. —Простите,— Андрей встал из-за стола, уверенно двигаясь к выходу. —Ты видишь?— удивилась Лиза. —Да,— произнес он, забыв, что никто здесь не в курсе, и с решимостью направился за Дашей.Найдя её на балконе, Андрей закрыл дверь за собой и подошёл ближе. —Даш… —Я хочу побыть одна,— тихо сказала она, думая о том, как Андрей, не имея возможности видеть, нашёл её. —К сожалению или к счастью, я вижу,— спокойно ответил он. — Давай обсудим это позже? —Хорошо…  —Не обращай внимания на Максима, он не в себе. —Он прав, Андрей, прав…  —В каком смысле?  —В тот день дядя много раз звонил мне, но я не услышала, не увидела, телефон находился на беззвучном режиме… — С ее щек вновь покатились слезы. — Я могла… могла бы спасти его! Он звонил мне, надеялся… а я… Дура! Дура! Это я виновата! —Ты не виновата… — тихо произнес он, не позволив ей ударить себя по голове, обнял. — Ты ни в чем не виновата. —Он надеялся на меня! Он звонил… — Невзирая на объятия своего мужа, она продолжала кричать и обвинять себя.   —Даш, ты не виновата, слышишь? Здесь нет твоей вины. Сердце — такой капризный орган, не знаешь, когда и чего ждать, понимаешь? Оно может остановиться в миг, а пока врачи доедут, шансов нет… — После его слов она опустила руки и бессильно упала на пол рядом с ним. После того, как она успокоилась, они решили спуститься вниз. Но, теряя равновесие, она упала и покатилась по ступенькам. Испугавшийся Андрей немедленно вызвал скорую помощь. Все вскочили. Виктор поднял без сознания девушку и бережно положил её на диван. Вскоре прибыла скорая, готовая увезти её в больницу.