Глава 3. Дворцовые эпизоды

      Прошло несколько дней. На королевский бал граф прибыл вместе с дочерью, которую теперь неизменно сопровождал жених, и насколько отца радовало это обстоятельство, настолько оно огорчало девушку. Но поделать ничего нельзя было. Впрочем, она не собиралась коротать время за скучной беседой с человеком, с которым у неё не было ничего общего, кроме благородного происхождения.       Господин Фьер, едва они зашли во дворец, тут же схватил первый попавшийся бокал вина, услужливо предложенный слугой, и отправился в зал, где уже сидели несколько аристократов за игорными столами. Не теряя надежды на выигрыш, он с неизменным постоянством проводил время за игрой в карты, раздавая пока долговые расписки направо и налево.       Эстель прошла в зал для танцев и, окинув взглядом присутствующих, со вздохом поняла, что того, кого она искала, здесь нет. Паскаль болтал без умолка о каких-то своих делах, чем наводил на девушку ужасную скуку, поэтому, чтоб избавиться от него хотя бы на короткое время, она попросила принести ей вина. Едва маркиз скрылся в поисках бодрящего напитка, как совершенно неожиданно рядом раздался знакомый приятный бархатный голос того, кто занимал все мысли госпожи Фьер.       —Добрый вечер, графиня! — поклонившись, господин Врэ поцеловал протянутую ему ладошку. — Разрешите пригласить Вас на танец.       —С удовольствием! — от смущения и радостного возбуждения девушка зарделась и отвела взгляд в сторону.       Когда они закружились в ритме танца, пришедший маркиз с досадой обнаружил, что его невеста упорхнула. Пытаясь совладать со злостью, что его так легко провели, и ненавистью к более удачливому сопернику, он стоял с двумя бокалами вина, осушая попеременно то один, то другой, и думал о том, как бы насолить этому придворному выскочке. А тот в свою очередь наслаждался обществом хозяйки своего сердца и вовсе не думал о её женихе.       —Рад снова видеть Вас, Эстель, — улыбаясь, произнёс он.       —Я тоже рада быть с Вами, Ильберт, — улыбнулась она в ответ.       —Ваши слова делают меня счастливым, — графиня опустила взгляд, снова смущаясь от его откровенности. — Значит, я не безразличен Вам?       —Моё сердце говорит мне, что уже принадлежит Вам, только мне страшно…       —Чего же Вы боитесь? — просиял от таких слов мужчина.       —Боюсь, что, давая Вам согласие на то, чтоб стать Вашей женой, навлеку на Вас беду.       —Вы думаете, Ваш отец столь мстителен?       —О, я не думаю, я знаю это. Он никогда не позволит нам быть вместе, если только мы не уедем подальше от его гнева.       —Поверьте мне, я найду способ усмирить Вашего отца, чтобы нам не пришлось никуда бежать.       —Есть ещё мой жених.       —О, маркиз нисколько не пугает меня.       —Я понимаю, Вы уверены в собственных силах, но что, если они не будут бороться с Вами честным путём?       —У них всё равно ничего не выйдет. Я сумею постоять за себя, что бы они ни придумали.       —И всё же будьте осторожны. Прошу Вас!       —Даю Вам слово, — он взглянул на неё так нежно, что приятная истома разлилась по всему её телу и, забывая обо всём, она отдалась счастью быть рядом с человеком, которого, заглянув в своё сердце, она признала, что уже полюбила.       В этот момент прекрасная мысль пришла в голову уже изрядно выпившему господину Дезире. Он не стал ограничиваться теми двумя бокалами, один из которых предназначался девушке. Рассудив, что последней сейчас не нужно ни вино, ни, тем более, он сам, Паскаль не нашёл ничего лучшего, как напиться с досады. И когда он обдумал пришедшую в голову идею, то отправился в соседний зал, чтоб раздобыть перо, чернила и бумагу. Набросав несколько строк, он попросил слугу передать послание стражнику. Довольный своим гениальным, как ему казалось, способом избавления от ненавистного человека, аристократ вернулся в зал для танцев. Ильберт со своей спутницей как раз стояли в стороне и не спеша пили вино, разговаривая о каких-то пустяках, когда едва державшийся на ногах маркиз подошёл к ним.       —Дорогая, разрешите пригласить Вас на танец.       —Я устала и хочу отдохнуть, — не глядя на жениха, раздражённо ответила графиня.       —В таком случае пойдёмте присядем, — настойчиво прозвучало в ответ.       —Оставьте меня в покое, маркиз.       —Не могу! — он схватил её за руку. — Вы — моя невеста, и я не хочу оставлять Вас в покое.       —Господин Дезире, держите себя в руках, — вмешался в разговор Ильберт, видя, как нахмурилась Эстель от прикосновения. — Вам же ясно сказано, чтобы Вы оставили девушку в покое.       —А Вы, господин авантюрист, мне больше не помеха! Да и по какому праву Вы смеете вмешиваться в мои дела с моей невестой?!       —По праву того, кому претит неподобающее обращение с дамой. А Вам не мешало бы проспаться, прежде чем приглашать её на танец.       —Не Вам указывать мне, что делать! — горячился тот, чувствуя себя храбрецом от изрядной доли выпитого вина. — Я сам разберусь со своей невестой без советов всякого отребья! — и он, отпустив руку графини, замахнулся ею, но Ильберт поймал её и сжал настолько сильно, что на лице негодяя отразилось страдание.       —Я же предупреждал Вас о том, чтоб Вы лучше подбирали слова! — отчеканил господин Врэ.       —Вы мне ещё заплатите за это и скорей, чем Вы думаете! — корчась от боли, грозно бросил маркиз.       —Всенепременно, — рассмеялся Ильберт, отпуская негодяя. — Сделайте милость, уйдите с глаз моих и оставьте девушку в покое, на сегодняшний вечер она занята.       Потирая запястье, Паскаль почёл сейчас за лучшее убраться подальше от обидчика, в душе уже ликуя, что скоро избавиться от него. Когда вечер подошёл к концу, Эстель с удивлением заметила, что её отец куда-то исчез, как и её жених. Второму обстоятельству она даже обрадовалась. Господин Врэ усадил её в экипаж, а сам не спеша пошёл домой пешком: идти было недалеко. Приехав домой, девушка узнала, что Рене дома тоже нет, что привело её в замешательство: куда пропал отец?! Утомлённая танцами и дорогой, госпожа Фьер не пыталась прояснить эту ситуацию и просто отправилась спать.

✶ ✶ ✶

      Следующим утром Ильберт вышел из дома, чтобы навестить своего друга. Вчера они не виделись, и мужчина хотел убедиться в том, что с Дегэйром всё в порядке. Едва он вышел на улицу и сделал несколько шагов, как на него налетел прохожий. Будучи человеком вежливым, господин Врэ уже собрался извиниться, хотя в случившемся не было его вины, как с удивлением обнаружил, что это не кто иной, как маркиз.       —Какой неприятный сюрприз! — улыбнулся Ильберт.       —В самом деле, — согласился Паскаль, и его собеседник тут же понял по его поведению, что господин Дезире толкнул его намеренно.       —Смотрю, Вы никак не уймётесь, рискуя поскорей распрощаться с жизнью. Видимо, она Вам не сильно дорога.       —Пустые слова, — самодовольно усмехнулся тот в ответ. — Я Вас не боюсь.       —Вот как! — в замешательстве проговорил мужчина, недоумевая, почему маркиз так в этом уверен.       —Желаю Вам приятного дня, господин авантюрист, хотя, боюсь, приятным он для Вас не будет, — Ильберт едва ли успел осознать столь странное заявление, как к ним подошли четверо королевских стражников и один из них тут же произнёс:       —Господин Врэ, именем короля Вы арестованы по обвинению в государственной измене! Вашу шпагу, сударь!       —Что за чёрт?! — не поверил своим ушам обвиняемый. — Я не понимаю, о чём Вы говорите.       —Нам велено арестовать Вас и сопроводить во дворец. Если Вы окажете сопротивление, мы вынуждены будем применить силу.       —Я, право, ничего не понимаю… — задумался мужчина и тут его взгляд остановился на самодовольной гримасе Паскаля. — Ах, вот оно что! Полагаю, этим недоразумением я обязан Вам, господин Дезире?       —Не понимаю, о чём Вы, — тут же стушевался тот. — Но мне приятно, что Его Величество наконец осознал, кого пригрел на своей груди, — с этими словами, не дожидаясь ответа, маркиз почёл за лучшее ретироваться.       —Господин Врэ? — настойчиво произнёс капитан, видя, что тот медлит.       —Я готов следовать за Вами, господа, — с этими словами он снял перевязь и вручил ему свою шпагу в ножнах.       Через четверть часа стражники вошли во дворец и препроводили арестованного к тронному залу. Капитан со шпагой обвиняемого вошёл первый и спустя мгновение вышел уже без неё.       —Господин Врэ, — огласил он, — Его Величество ждёт Вас, — и едва тот вошёл в зал, закрыл за ним дверь и вместе с тремя стражниками удалился.       —А вот и наш казнокрад явился, — насмешливо проговорил Его Величество Хильдеберт III, оставшись наедине с арестованным.       Король находился ещё в самом расцвете сил: по возрасту он был ровесником тому, с кем нынче разговаривал. Его каштановые волосы под короной волнами спускались на плечи. Короткая борода и усы придавали лицу серьёзность, но в его голубых глазах сейчас играли озорные искорки.       —Надеюсь, это шутка? — прищурившись, словно пытался прочитать мысли короля, произнёс Ильберт.       —Вовсе нет, — всё так же насмешливо прозвучало в ответ. — Боюсь, что не далее как завтра на рассвете ты отправишься на эшафот за то, что опустошаешь казну и живёшь в роскоши на государственные деньги!       —Какая презабавная глупость! — рассмеялся обвиняемый. — Я не сомневался, что Паскаль не смог бы придумать ничего более оригинального.       —Так это он кляузничает на тебя? На, полюбуйся, — Его Величество протянул ему лист бумаги.       Пробежав глазами содержимое доноса, господин Врэ, расхохотавшись, вернул королю бумагу.       —Но скажите мне, Хильдеберт, к чему был этот фарс с арестом?       —Как это к чему? — всё ещё дурачился тот. — Я же тебе сказал, что завтра ты отправишься на эшафот.       —Хватит, прошу Вас! — взмолился Ильберт. — Я оценил Ваше чувство юмора.       —Рад, что тебе понравилось. Я подумал, что слухи о твоём аресте должны дойти до ушей доносчика, чтоб при следующей вашей встрече его настигло смертельное разочарование.       —Вышло даже лучше, чем Вы предполагали: он присутствовал при моём аресте.       —Славно! — улыбнулся Хильдеберт, возвращая арестованному его оружие. — Хотел бы я посмотреть на него, когда вы теперь встретитесь снова.       —О, уверен, это будет для него трагедией. Он-то поди уже решил, что избавился от меня.       —В таком случае насладись сполна возмездием, — хитро подмигнул король. — А сейчас у меня есть для тебя поручение.       —Всегда к Вашим услугам, — уже надев обратно перевязь со шпагой, с готовностью проговорил господин Врэ.       —Это срочно. Отнеси это послание по адресу и возвращайся с ответом, как только его получишь. Можешь выйти через боковую дверь и зайдёшь обратно через неё же. Я буду ждать.       —Я мигом, — Ильберт, с улыбкой приняв послание, тут же удалился.

✶ ✶ ✶

      В это время Паскаль, который пришёл в дом к своей невесте, как раз имел счастье лицезреть хозяйку дома, соблаговолившую наконец спуститься к нему.       —Доброе утро, сударыня, — поклонился господин Дезире.       —Что привело Вас в такую рань в наш дом, сударь? — опуская приветствие, сразу же перешла к делу Эстель.       —У меня для Вас две новости: плохая и хорошая. С какой начать? — самодовольно улыбнулся гость.       —Как Вам будет угодно, сударь, — равнодушно отреагировала на это госпожа Фьер.       —Хорошая состоит в том, что одного известного Вам выскочку по имени Ильберт сегодня арестовали по обвинению в государственной измене.       —Этого не может быть! — равнодушие девушки как рукой сняло. — Скажите, что Вы это придумали!       —Нет, это правда, — довольный произведённым эффектом, заметил Паскаль.       —Я не верю Вам! — в глазах Эстель блеснули слёзы, а в голосе звучало отчаяние. — Он не может, он…       —Он отправится на эшафот и там ему самое место! — отрезал маркиз. — Вам бы лучше побеспокоиться о своём отце. Я случайно узнал, что вчера его арестовали за оскорбление какого-то мелкого дворянишки, который оказался влиятельным настолько, что Вашему отцу грозит нынче суд.       —Это, полагаю, была плохая новость?       —Именно так.       —Если новости у Вас закончились, господин Дезире, то потрудитесь оставить меня в покое. Мне некогда слушать Ваши глупости, я должна сосредоточиться на том, чтобы помочь своему отцу.       —Я пришёл предложить Вам помощь.       —И чем же Вы можете мне помочь?       —Нужно пойти к королю!       —И Вы пойдёте к нему?       —Нет, что Вы, я же не родственник пока Вам.       —Тогда всего доброго, маркиз, Вы только задерживайте меня! — с этими словами девушка поспешила в свою комнату.       —Я могу сопроводить Вас во дворец, — вдогонку ей крикнул жених.       —Благодарю Вас, сударь, дорогу я знаю. Потрудитесь покинуть мой дом как можно скорее, — уже поднявшись наверх, ответила ему невеста.       Пожав плечами, аристократ вышел и отправился домой всё же в прекрасном расположении духа. Эстель, приказав приготовить карету, переоделась и тут же поехала во дворец. Она даже не надеялась, что сможет сегодня выпросить аудиенцию у Его Величества, но ей несказанно повезло: хотя день был не приёмный, король милостиво согласился её выслушать. Едва она переступила порог и сделала пару шагов к трону, как государь произнёс:       —Мы слушаем Вас, графиня. Что привело Вас к Нам в такой ранний час?       —Ваше Величество, мой отец, граф Рене Фьер, вчера был арестован и сейчас, вероятно, находится в тюрьме. Я пришла просить Вас помиловать и отпустить его.       —Вот как! — король улыбнулся. — Насколько Нам известно, Ваш отец вчера имел неосторожность оскорбить иностранного посла, обвинив его в нечестности. Боюсь, если б не вмешалась стража, миловать было бы некого, поскольку, помимо всего прочего, Ваш отец бросился на посла с оружием, угрожая его убить. К счастью, ловкий посол его тут же лишил шпаги и едва не исполнил в отместку угрозу Вашего батюшки.       —Ваше Величество! — взмолилась девушка. — Я понимаю, что мой отец поступил безрассудно, но умоляю Вас простить его, — и она упала на колени.       В этот момент боковая дверь открылась и в тронный зал вошел Ильберт. Увидев, что король не один, он заколебался, но государь, заметив его, жестом пригласил пройти дальше.       —Эстель! — невольно вырвалось у вновь вошедшего, когда он увидел, кто находился рядом с королём.       Услышав своё имя, девушка подняла глаза и ахнула: она ведь думала, что этот человек пребывает в тюрьме, как и её отец.       —Ваше Величество, — проговорил тем временем господин Врэ, — не знаю, какова просьба этой девушки, но прошу Вас выполнить её.       —Вот как! — удивился король. — Мы не знали, сударыня, что у Вас имеются защитники при дворе.       —Ваше Величество, я очень хотела бы обратиться за помощью к господину Врэ, но маркиз Дезире сказал мне, что его арестовали сегодня по обвинению в государственной измене.       —Как быстро Ваш недруг разносит приятные ему новости о Вас, господин Врэ, — рассмеялся Хильдеберт. — Нам жаль разочаровывать Вас, сударыня, но арест Ильберта был недоразумением.       —Я так рада это слышать, Ваше Величество! — искренне прозвучало в ответ.       —В таком случае Мы будем рады оказать Вам милость, о которой Вы просите, с одним маленьким условием: не говорите маркизу о том, что узнали только что.       —О, с радостью, Ваше Величество! Благодарю Вас! — она, оперевшись на предложенную руку Ильберта, поднялась и присела в реверансе.       —Вот и славно! — король позвонил в колокольчик и явился слуга. — Приказ об освобождении, — бросил ему государь и, когда тот принёс ему бумагу, вписал в документ имя, поставил свою подпись и, заверив печатью, отдал его просительнице. — Возьмите, сударыня. Надеюсь, Ваш отец в следующий раз будет более благоразумным.       —Благодарю Вас, Ваше Величество, Вы очень добры.       —Не смеем Вас больше задерживать, сударыня. И Бог в помощь! — Эстель ещё раз поклонилась и, бросив благодарный взгляд на Ильберта, скрылась за дверью.       Едва девушка покинула зал, как король, оставшись снова наедине с господином Врэ, взял послание из его рук и удивлённо проговорил:       —Надеюсь, ты знаешь, за кого просил?       —Что Вы имеете в виду? — с недоумением прозвучало в ответ.       —То, что графиня приходила просить за своего отца, который угодил вчера в тюрьму за то, что покушался на жизнь иностранного посла.       —Пусть так. Я не в восторге от её отца, но, если бы она пришла ко мне с просьбой помочь в его освобождении, я бы ни секунды не колебался.       —А она знает, кто ты?       —Разумеется, нет. Она считает, как и большинство, что я, возможно, не дворянин вообще.       —Но ты ей, кажется, не безразличен.       —Я тоже на это надеюсь.       —И ты согласен породниться с ними, несмотря ни на что?       —Не понимаю Вас.       —Не понимаешь? — удивился король. — Неужели ты забыл, какую роль сыграл её драгоценный папаша в твоей жизни?       —Её драгоценный папаша? — повторил в замешательстве Ильберт.       —Да-да! Граф Рене Фьер!       —Что?! — в ужасе вскричал тот. — Отец Эстель — граф Фьер?!       —Значит, всё же не знал. А я-то думал, что у тебя память коротка.       —Конечно, не знал! Я никогда не слышал её фамилии!       —И что ты теперь намерен делать?       —К счастью, моя тайна известна лишь Вам и барону Фервэру, а вы, я уверен, об этом никому не скажете. Значит, я в безопасности. Я люблю Эстель и хочу жениться на ней. Граф же хочет выдать её замуж за Паскаля Дезире. Мстить за прошлое я, пожалуй, не стану, но, чтобы добиться желаемого, я пойду на всё.       —Ты уверен, что не хочешь, чтобы Фьер понёс заслуженное наказание? Я своей властью могу возродить давнее дело и напомнить ему, что за любое преступление следует наказание.       —Благодарю, Хильдеберт, но пусть прошлое останется в прошлом. Да, он, может быть, и не заслуживает милосердия, но я не хочу мстить таким образом. И потом… есть ещё Эстель. Вряд ли она мне простит, если я отправлю её отца на эшафот. Мало того, что она останется сиротой из-за меня, так ведь ещё и с таким позором столкнётся. Нет, я не готов к такому повороту.       —Как скажешь. Но если нужна будет моя помощь, ты знаешь, что можешь на меня рассчитывать, — улыбнулся король.       —Благодарю, Хильдеберт. Я знаю, — и они пожали друг другу руки и обнялись, словно были родными людьми, на чём и распрощались.