2.

      Да, Лариса Владимировна злюка-учитель, зато какой!       Всего за пару месяцев проведенных в Казани девушка привыкла к женщине, и радостной походкой заходила к ней в кабинет. Там на нее злились, ругались, иногда даже кричали, но после, абсолютно всегда, угощали чаем с конфетами и поучительными беседами.       Говорила она кратко, да только как! От таких разговоров мотивация заниматься Роксаны поднималась, и всегда, после этих посиделок, она выходила с той же широкой улыбкой на лице, с которой и заходила.       И сегодняшний день был таким же.       — До свидания, Лариса Владимировна. — крикнула девушка, уже выходя из кабинета. Послышалось ответное прощание.       Пальцы ныли от двух часов занятий музыкой, от нотных листов уже тошнило. Кажется, она не сможет слушать игру на пианино до выходных и даже мама Марата, горячо любимая тетя Диляра, не заставит её сыграть ей любимые песни.       На ступеньках в коридоре сидела Айгуль, уже вышедшая со своих занятий. Выглядела она слегка помято, даже нервно как-то. Теребила край школьной юбки и облизывала губы.       — О, Роксана, наконец-то. — Айгуль устало улыбнулась.       — Ты чего? — девушка вопросительно посмотрела на подругу, чуть изогнув бровь.       — Занятие тяжёлым выдалось. — Айгуль попыталась придать своему виду чуть-чуть свежести.       Она встала со ступенек и ласково обняла подругу. После подняла ранец, пакет со сменной обувью и футляр для скрипки.       — В этом году не играю на концерте. — кисло улыбнулась девушка, — Но в прошлом-то играла.       — Мечтаю посмотреть на тебя из зрительного зала. — призналась Роксана. — Ты, наверняка, прекрасна.       Айгуль смущённо покраснела, улыбнулась и начала спускаться вниз. Роксана пошла за ней, усмехаясь реакции подруги.       — Как у вас с Мараткой? — поинтересовалась девушка.       Айгуль тут же перестала улыбаться.       — Ни слуху, ни духу от него, Роксан. — девушка угрюмо посмотрела в окно. — Ни встречи, ни звонка. Совсем про меня забыл, после дискотеки той.       Роксана старалась не вспоминать дискотеку. Хоть и была она пару дней назад.       Помнила она взгляд Валеркин, когда его в отдел повели. Помнила какие взгляды на нее кидал Патрон, когда мимо проходил. Помнила, как они с Айгуль, Маратом, дружком его новым — Андреем, да Иринкой, сидели.       — Девушек домой, эти со мной. — Роксане показалось, будто Андрей, который теперь Пальто, знает этого мужчину.       Они обменялись какими-то взглядами, а после Ирина подтолкнула Роксану к выходу. Девушка, провожая Айгуль, переживала за братьев. Вову то сразу в отдел отвезли, а Маратик сбежать смог. А если накажут? Что будет с ними? Что будет с ней, когда родители узнают, что их милиция поймала на дискотеке?       — Роксан, я пошла. — сказала ошарашенная Айгуль и быстро обняла подругу. Та лишь успела на секунду задержать подругу в объятиях.       Как она пришла домой, она не помнит. Помнит лишь, что тетя спросила где мальчики. Роксана дала расплывчатый ответ, что-то типа «У друзей остались» и пошла в комнату.       — Вот гад. Я говорила ему тебе позвонить хотя бы, а он совсем в своих делах Универсамовских потерялся. Я напомню, обещаю. — Роксана быстро спустилась до подруги и нежно взяла ее ладони в руки.       — Спасибо.

***

      Девушки погуляли чуть-чуть. После Роксана по обычаю проводила Айгуль до дома, чмокнула в щёчки и пошла к себе.       — Я дома. — крикнула девушка и на голос тотчас вышла тетя.       — Привет, дорогая. Кушать будешь? Как в школе?       — С удовольствием. В школе хорошо. Как дела? Марат дома? А Вова?       Девушка быстро разулась. Повесила пальто на крючок, зашла в ванную, сполоснув руки и оставив вещи в комнате братьев, пришла на кухню. Там сидели поникшие Марат и Вова, помешивая борщ в тарелке.       — Что случилось? — настороженно спросила Роксана.       — Ералаша убили. — Марат тяжело сглотнул. — Мы не хотели тебе говорить, но Кащей даже разбираться с этим не хочет. — Суворов крепко сжал руку с ложкой. Он перешёл на шепот, чтобы мать не услышала этого, пока набирала суп племяннице.       — Что? Почему? — в уголках глаз начали скапливаться слезы. Хоть она и не знала, кто такой Ералаш, но это тоже человек. Такой же, как и они.       — Говорит не на тех скорлупа жалуется. Врёт все. — подал голос Вова, разочарованно смотря куда-то сквозь девушку.       — Подкупили они его, вот он и болтает нам все, что угодно, лишь бы мы поверили. Но мы ведь не верим, Вов? — младший брат посмотрел на старшего.       Вова кивнул.       Но что же они будут делать? Мальчика этого, Ералаша, Роксане было до ужаса жалко. Что же твориться на улице, что кто-то может так спокойно убить человека?       Девушка ушла в себя, и не услышала, как из комнаты вышла тетя. Не слышала она и разговора братьев, которые пришли домой лишь за тем, чтобы поделиться такой печальной новостью с сестрой. Ведь она тоже часть Универсама, значит тоже знать должна.       — Как убили его? — хрипло спросила девушка.       — На голове его прыгали, гады. Мы видели его тело. Бабушка одна осталась. Бульончик взяла, да в больницу пошли мы. Нас к моргу привели. Как она кричала, Роксан… — девушку начало тошнить. Она едва добежала до ванной.       Бедный мальчик. Какими жестокими должны быть эти группировщики, чтобы вот так убить человека? Сколько ему лет было? Тринадцать? Четырнадцать? Марат же говорит — скорлупа, значит ещё совсем ребенок.       Гады.       Ужасные люди, которые не знают, что такое жалость. Как же спать они по ночам будут, зная, что человека убили? Или это у них уже как нормальный образ жизни? Что же этот Ералаш должен был сделать, чтобы они его так возненавидели?       Спустя пару минут она вернулась в комнату, плотно поджимая губы.       — А кто убил? — одинокая слеза стекла по щеке, оставляя мокрую дорожку.       — Разъезд.       — Да не могли же! — встрепянулась девушка. — Они же все на дискотеке были. Вы же с ними подрались. — девушка замотала головой.       — Это они, Роксан, пацан так сказал, Фантик этот. А он-то вместе с Ералашем был. — Марат опустил руку на ее плечо и ободряюще сжал.       Нет, нет. Скорлупа эта их ошибается. Весь Разъезд был на дискотеке, она помнит. Благо, Вовчик заставлял ее запоминать лица, и она запомнила, хоть и не все.       Но спорить с братьями Роксана не стала.       — И что делать собираетесь?       — Мстить пойдем. — серьезно проговорил Вова, вставая со стула.       — А Кащей?       — А что Кащей. Кроме него я есть. Я тоже старший. За мной люди охотнее пойдут, чем за этим пьяницей.       Вова вышел из кухни, оставляя Роксану с Маратом наедине. Она тут же подсела ближе, спрятав голову ему в грудь. Марат ласково гладил рыжие волосы сестры, что-то говоря про месть, про то, что потом все будет хорошо, что они найдут решение, что жизнь новыми красками заиграет.       Роксана не верила. Пока на свете есть такие люди, как эти парни, а девушка не признавала, что это Разъезд, жизнь не будет хороша. Жизнь не будет хороша, пока ты в страхе ходишь, боясь, что вот-вот какой-нибудь группировщик схватит тебя. Изнасилует. Украдёт что-то. Убьет.       — Боюсь я за тебя, Маратка. — тихо проговорила девушка, шмыгая носом. — И за Вовку боюсь.       — Мне за тебя больше страшно, Роксан. — в ответ сказал Марат. — Боюсь, что к тебе парни с других группировок будут приставать. Как на дискотеке этот Патрон. Турбо мне все рассказал.       — Да что там за меня бояться-то. Это не я дерусь со всеми подряд. Не я жизнь под угрозу ставлю.       — Ты в Универсаме состоишь теперь, Роксан. Говорил же Вова, не ходить на дискотеки. Ты либо под кем-то ходить должна, либо никак. Они же до тебя доберутся, Роксан. Будут тебя на субботники брать. Хоть ты и с Универсама. Им все равно, пока у тебя парня нет.       Под кем-то ходить?       — Что? — девушка непонимающим взглядом сверлила Марата. — Вы тоже так делаете?       — Для нас девушки выше стоят, чем для них. Сколько случаев было, несчастных. — Марат опустил голову на макушку сестры. — Тебя увидели, тебя запомнили.       Девушке хотелось кричать. Значит вот какие на улицах правила? Бери — если не чья-то? Когда же эти правила новые появились? Почему не помнит она их?       — Пойдешь на сборы? — вдруг сказал Марат. Он отстранился, и заметил искорки любопытства в глазах сестры. — Это вообще-то предложение Вовы. Чтобы на глазах была.       — А Айгуль? — вдруг спросила Роксана. Марат непонимающе уставился на нее. — Она то как?       — Все видели, все знают, что она подо мной ходит. — гордо сказал Марат.       — Ты ей хоть звонил?       — Ни разу. — честно признался Маратка. Тут же вскочил, напугав сестру. — Сейчас же ей и позвоню.       — А как же сборы?       — Блять. — Марат испуганно зыркнул в сторону комнаты матери, но оттуда лишь доносился тихий разговор Диляры с подругой. — Ну, пошли. Потом решим.       Девушка закатила глаза. Все же, Маратик — горе-романтик.

***

      В «коробке» было шумно. Все пацаны переговаривались между собой, кто-то дурачился, кто-то дрался. Турбо и Зима курили, наблюдая за этим всем. Они ждали Адидаса.       Вова с братом уходили, чтобы рассказать Роксане о том, что они собираются сделать. Турбо всегда настораживало то, что между этими тремя не было ни одного секрета. Все всё знали о друг друге, и Валера завидовал им, очень даже. У него у самого не было ни сестры, ни брата, с которыми он мог бы поделиться чем-то сокровенным. С Леной о таком и думать не стоит — все её подружки через некоторое время всю правду узнают.       Марат перепрыгнул через ограждение, помог это же сделать Роксане. Турбо переглянулся с Зимой. Что эта девчонка делает здесь?       Он старался не смотреть на нее, ведь выглядела она как всегда прекрасно. Один лишь яркий цвет волос приковывал взгляды, а к Турбо возвращались воспоминания того вечера дискотеки, когда она так решительно его спасла.       Смелая девочка.       Но что же она делает в кругу бандитов?       — Знакомьтесь — Роксана. Сестра моя. — прокричал Адидас младший, собирая толпу около себя.       Турбо и Зима протиснулись между скорлупой. Они посмотрели на Марата, на девчонку, которая поморщилась от сигаретного дыма. Турбо кинул сигарету и растоптал, только увидев недовольный взгляд девушки, на что удивился Вахит.       — Ты чё ее привел сюда? На сборах девкам не место. — Турбо смотрел на Роксану, ожидая ее реакции.       — Сам ты «девка». — выплюнула она, облизнув губы.       Очень смелая девочка.       — А ты, я погляжу, смелая слишком? — с хрипотцой спросил Турбо и усмехнулся. Увидел небольшой страх в глазах девушки.       Роксана подняла голову выше, чтобы встретиться взглядом с Турбо и сложила руки на груди.       — Ну, может, и смелая.       — А мы сейчас твой пыл охладим. — Турбо медленно подошёл ближе, смотря девушке в глаза. Роксана боялась отводить взгляд. Стояла.       В тот день он был не таким, нет. Он был даже мил, не был таким злым. Ох, не был.       Да, не несло от него в тот вечер сигаретами. Неужели это все ради девушки, с которой он танцевал медляк тогда? Любит ее?       — Турбо, успокойся. — сказала Роксана чуть дрогнувшим голосом. — Я теперь тоже Универсамовская, имей уважение.       — Уважение надо за-слу-жить. — холодно произнес Турбо.       Какая смелая она была. Уважения просит. Да только от одного такого взгляда в его сторону он готов бегать за ней, выручать ее, уберегать от проблем или создавать для нее новые.       Только от одного, блять, взгляда!       Турбо, ты поплыл. Валера, у тебя девушка есть. Тебя парни засмеют. Зима вот, стоит, взгляды какие кидает. Перед ним ещё и отчитываться потом.       Они никогда не были знакомы лично. Да, сестра Адидаса, да, Роксана, пригляди, посмотри, защити если что. Но чтобы разговаривать с ней о чем-то, узнать её получше — никогда. Братья оберегали ее все это время, пока живёт она тут, и когда приезжала в Казань на каникулы, и вовсе не хотели, чтобы их сестра хоть как-то пересекалась с Универсамом. Вообще с любыми группировками.       Но почему привели ее сегодня?       — Так чё ты привел ее? — подал голос Зима.       Марат напрягся. Знал ведь, что девчонкам на сборах не место, что здесь важное обсуждается. Но все равно привел же сестричку свою. Пусть теперь отмазывается.       Вместо него ответил Вова, уже вышедший из «спортзала».       — Чтоб на глазах была. — он вальяжно шел к ним, но было видно, что голова его занята чем-то другим, чем-то совсем другим.       — Чтоб всякие Хади Такташевские не подкараулили её около дома. — вторил ему Марат. Теперь пришло время Турбо напрягаться. Тот пацан из Хади Такташа поступал совсем не по-пацански, об этом должны знать все группировки.       — Главное чтобы не мешалась. — хмыкнул Турбо, а Зима кинул докуренную сигарету в снег.

***

      Роксана ненавидела больницы. Она боялась больниц.       Прошло уже пару дней, с того дня, как она стала Универсамовской. Но Роксана точно не думала, что это все настолько плохо.       Сегодня она просидела на стуле, около больничных коек Турбо и каких-то пацанов. Кажется, они даже не из Универсама.        Она сама и не поняла как так вышло.       Уже полтора часа она гуляет около дома. Не сидится ей на одном месте, вот и наматывает круги.       Переживает за Вову, переживает и за Марата — тот пропал, когда шел за кастетом для Адидаса. Ушли без него.       — Вовчик, может вы ещё подумаете? — уговаривала остаться Роксана.       Чувствовала, что что-то должно случиться.       Теперь на тех идут. Она была уверена в этом.       — Не уговаривай его, — покачал головой Турбо. Он был раздражён.       Эта девчонка мешала собраться.       — Вовчик… — начала было Роксана, но её перебил брат.       — Они нашего Ералаша убили, Ксан. — девушка выдохнула, но покачала головой.       — Я верю вам, но...       — Где Марат?       Девушка оглянулась. И вправду, младшего давно нет. Ох, случилось ли чего?       — Адидас, мы идём? — Турбо надевал свою любимую куртку, следя за братом с сестрой.       Девушка боязливо смотрела на ребят, которые шли на месть. Тот парнишка, Кирилл, был отшит, и Роксане было почти жалко его. Мог бы хотя бы не врать.       Теперь он чушпан.       А от этого взгляда Валере хотелось подойти к ней, обнять, успокоить, сказав какие-то слова о том, что все будет хорошо, что они только за Ералаша отомстят. А после вернуться к ней, увидев счастливую улыбку.       — Ты чё тут делаешь? — сиплый голос Турбо раздался словно из далека и девушка открыла глаза.       — Живой что-ли? — насмешливо спросила Роксана, оглядывая парня.       Валера то, никаких серьезных травм не получил, в отличие от Вовы — тому пробили ногу какой-то палкой с гвоздями. На операцию повезли.       — Ты мне тут шутки не шути. — Турбо вылез из-под одеяла, смотря на девушку. Успел взвиться.       — А то что? — девушка отвернулась к окну. Как много людей идёт.       Ох, кажется, кому-то сегодня будут «пробивать фанеру».       — А то...       — Турбо! Там, погляди. Это Разъезд? — Роксана перебила парня, который тут же подскочил с койки и подошёл к окну.       Своим телом парень прижал девушку к подоконнику. Рыжая голова коснулась его груди — да она совсем маленькая около него! Турбо усмехнулся мимолётной мысли и вновь обратил внимание движению за окном.       — Это Хади Такташ, Роксан. — нервно проговорил Турбо.       — Мстить пришли? — девушка обернулась, запрокинув голову, чтобы видеть лицо Валеры. Тот умилился, но виду не подал.       Умная девочка.       — Ты чё здесь делаешь то? — закатил глаза парень. — Дома должна сидеть, да с подружками общаться.       Девушка насупилась и отвернулась к окну. Валера не удержался — провел рукой по рыжим волосам.       Девушка выдохнула. Парень тоже.       — Маратик идёт! Смотри. — девушка ткнула в оконное стекло пальцем, чтобы показать на брата.       Он что, был в медицинском халате?       — Пошли. — Турбо схватил ее за руку, отводя от окна.       Они бежали. Нашли Марата, которого отец чуть не увез к тете, Вову, который, между прочим, был на операции. Забрали его вместе с медсестрой.       Турбо держал ее за руку и страшно почти не было.       Что же они творят?       — Блять, вы реально хотите на скорой уехать? — ругнулась Роксана, за что получила ладонью по рту от Турбо. — Охренел? — опять получила.       — Не надо нашим Универсамовским девочкам материться.       — Я сама решу, что мне надо.       Роксана первая залезла в машину. Вслед за ней погрузили Вову, который лежал то ли без сознания, то ли просто спал. Валера сел за руль.       — Ты ещё и водить умеешь?       — Не мужчина, а мечта. — усмехнулся Марат.       Мама Андрея появилась из ниоткуда. Девушка пригнула голову, чтобы ее не увидели. Турбо усмехнулся.       — Мам, а Андрей шарф снял! — прокричала смешная сестрёнка Андрея.       Её, кажется, никто не услышал.       — Я скоро вернусь, мам. — мать что-то говорила в ответ сыну, но тот уже не слышал, залезая в машину.       Погоня.       Вот это пиздец.       Прямо за Хади Такташем выехала милиция. Те разбежались, чтобы не получить.       Турбо гнал, изо всех сил. Роксану мутило. Так быстро она ездила впервые. Девушка схватилась за сиденье Турбо и приложила голову к спинке. Впереди послышался смешок.       — Впервые? — догадался парень.       — Да.       Милиция почти догоняла. У Роксаны сдавали нервы.       Куда она ввязалась?       Марат кричал Турбо, чтобы тот гнал, словно парень и сам не знал. Нервы сдавали и у Турбо.       Куда они ввязали эту смелую девочку?       Просьбы остановиться.       Ох, как тут остановится то?       — Все хорошо будет. — послышался шепот Турбо.       Девушка почти верила.       Адидас кажется отходил от наркоза. Ну и слава богу.       — Вов, не брыкайся. — девушка помогла Марату придерживать старшего, и даже чуть отстранилась от водительского сидения.       Милиции перегородили путь. Роксана выдохнула. Парни закричали. Турбо улыбнулся, увидев расслабленную улыбку на губах у Роксаны.