Часть 1, глава 4

Глава 4. Откровение. Таура медленно открыла глаза. Голова была будто набита ватой, но, по крайней мере, в глазах уже не двоилось. Через какое-то время она поймала себя на том, что уже несколько минут лежит неподвижно, прижав обе пары лап к себе и, раскинув крылья, смотрит в потолок. Потолок не спешил хоть чем-то намекнуть где она. Спине и крыльям при этом было мягко и удобно, поэтому она предположила, что находится в постели, что также подтверждалось лежащим поверх неё тонким одеялом, но хоть это и давало самый непосредственный ответ на вопрос где она находится, географию её теперешнего расположения не проясняло никак. Затем ей всё-таки пришлось повернуть голову, так как она услышала какой-то шум. Повернув морду на источник шума, она увидела драконицу примерно такого же размера как сама Таура, однако чешуя этой драконицы была не совсем черной: неразличимого оттенка между черным и фиолетовым, а от шеи шла на живот толи розовая, толи красная полоса. В общем, несмотря на сперва кажущуюся схожесть окраса, незнакомка выглядела совсем по-другому и явно не была черным драконом. Скользнув взглядом по незнакомке ещё раз, Таура отметила внушающую уважение корону шипов на голове, когти, будто сделанные из металла, внушительные когти на крыльях, также со стальным отливом, и виднеющийся шип охвостья, острый, как жало скорпиона, причем тоже производивший впечатление металлического. Увиденное свидетельствовало, что незнакомка явно должна была быть бойцом не из последних. Также на ней был надет кованый металлический ошейник и того же материала браслеты на передних лапах, что также убеждало в правильности предположения, а когда загадочная драконица шевельнула хвостом, еще пара похожих браслетов была обнаружена и на нем. Поворот головы Тауры, между тем, не остался незамеченным. Драконица подняла на неё сине-зеленые глаза (кажется, подумала Таура, этот цвет зовётся циановым) и моргнула, поймав ответный взгляд. Затем незнакомка заговорила: – Вижу, ты очнулась. Не спеши вставать, а если всё-таки попытаешься, делай это медленно, иначе снова можешь потерять сознание. – На её морде на миг мелькнула усмешка. – По себе знаю, после такого, как правило, чувствуешь себя некоторое время нехорошо. Таура медленно кивнула в ответ. Знать бы только как она тут оказалось и что с ней произошло. Но тут же на черную драконицу обрушились воспоминания. Она вспомнила кто она, что именно ей срочно надо было передать своим сородичам, а также, по возможности, и другим встреченным драконам. Вспомнила попытку бегства, рывок за хвост и темноту. Затем смутное воспоминание какого-то зала, явно не рядовых драконов в нем, так как их размер был близок к размеру Правителей и Стражей. Ах, да, кажется, она краем глаза видела и эту незнакомку. Кажется Таура успела выкрикнуть предупреждение, но пояснить не успела, так как сил почему-то практически не было. Потом – дикая слабость во всем теле, потеря равновесия, столкновение правой стороной морды с холодным полом и опять темнота. Тем временем, её собеседница продолжила говорить: – Ты в безопасности, находишься в Академии Драконов, меня зовут Синдер и дай мне, пожалуйста, буквально минуту и я отвечу на все твои вопросы. Ну, если буду знать на них ответ, конечно. Драконица, назвавшая себя Синдер, спрыгнула на пол, быстро процокала когтями к двери и, высунув в неё голову прокричала: - Эй, она проснулась! Кто-нибудь, принесите ей обед и чего-нибудь, что можно пить! И последнего лучше бы побольше! Действительно, только сейчас Таура почувствовала, что у неё во рту язык как будто присох к нёбу, а состояние сухости остальной части рта было подобно виденной ею однажды пустыне. Даже как будто бы ощущался песок в пасти. Оглядевшись, пока Синдер возвращалась обратно на свое место, Таура обнаружила, что кроме кровати, на которой она лежит, в комнате также имеется окно, через которое било солнце, шкаф, стоящий к ней боком, тумбочка, на которой стояла корзина с фруктами. На этом осмотр пришлось прекратить, так как аппетитный вид свежих фруктов и только сейчас дошедший до её ноздрей запах сразу вызвали громкое бурчание в животе черной драконицы. Решив поверить словам своей собеседницы, черная драконица подцепила когтем одно из яблок и отправила его себе в пасть. Некоторое время слышно было только как острые зубы буквально перемалывают яблоко в пюре. Конечно, одним яблоком дело бы не ограничилось, но любопытство, основанное на легкой тревоге, на удивление, было сильнее голода. Только Таура хотела начать задавать Синдер вопросы, как ей помешал дракончик с подносом между распахнутыми крыльями, быстро вошедший в дверь. Он был фиалкового цвета, золотистого цвета рога были направлены вверх и в стороны, пальцы крыльев были окрашены в желтый, а перепонки – в более близкий к оранжевому оттенок. Также ровная желтая полоса шла у него от головы через грудь и живот до самого хвоста. – Синдер, я принёс, что ты просила! – С порога заявил он. – Как полагаю, наша гостья уже проснулась и проголодалась? – Затем он быстро посмотрел прямо на Тауру. – О! Вижу, что да! Ух ты, а глаза у неё действительно зелёные! Таура немного смутилась. Она как-то не привыкла, что её внешность будут обсуждать в её же присутствии. Но повторное бурчание у черной драконицы в животе неожиданно разрядило обстановку. – И да, теперь я слышу, что она проголодалась, – сказал вошедший, после чего уже вся троица тихо захихикала, а Таура, в добавок, на миг покраснела. – Давай, поешь нормально, а вопросы потом. И, кстати, меня зовут Спайро, – сказал дракончик, теперь переставший быть для Тауры безымянным. Таура решила прислушаться к совету и, в итоге, пока всё, принесенное Спайро, не было съедено, в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь тихими звуками жевания и глотания. Краем глаза черная драконица заметила, что оба дракончика с улыбками за ней наблюдают. Что-то подсказывало ей, что эти двое явно привыкли работать в паре. Наконец, Таура отставила от себя пустой поднос, оставив в зоне досягаемости, на тумбочке у кровати, лишь стакан с соком и пузатый графин с ним же. Пора было получать ответы. Она села на кровати, обернув вокруг себя хвост, и спросила: – Итак, всё-таки объясните мне, как я здесь оказалась. Ну и заодно где находится это «здесь»? – Ты находишься в сердце земель драконов, в городе Варфанг, в одной из комнат Академии Драконов, – начал отвечать на заданный вопрос Спайро. – Со времен победы над Малефором прошло уже чуть больше года. Он надежно заперт в ядре планеты и не представляет угрозы в данный момент. Тут, наконец, Тауру озарило. Перед ней стоял фиолетовый дракон. Фиолетовый. А фиолетовые драконы, согласно пророчеству, появляются, как последний шанс, чтобы исправить катастрофу, произошедшую в мире. И вот, Малефор побежден, а перед ней сидит фиолетовый дракон. Очень просто было сложить два и два. – И уж не ты ли приложил свои лапки к тому, что Малефор теперь не угроза? – Спросила она. – Ну, я был при этом не один, – сказал Спайро, придвигаясь поближе к Синдер. – Без вот этой вот красавицы у меня бы ничего не получилось, – продолжил он, положив свою лапу на лапу Синдер. Алокрылая драконица в ответ благодарно улыбнулась.– Также мне помогали и другие, но, да, основной удар нанесли мы вдвоём. – Но так было не всегда, – внезапно продолжила Синдер. – Моё яйцо было украдено слугами Малефора. И вырастили меня тоже они. Вернее, не вырастили, а с рождения стали накачивать темной магией. Каково при этом было мне, их не интересовало. Но цели достичь им удалось. – Синдер явно было тяжело это вспоминать, но она все равно продолжала. – В итоге я стала, практически, правой лапой Малефора, пусть сам он был временно не у дел. И да, я тогда была гораздо больше. Потому, когда Спайро первый раз увидел меня вживую, то он при всей его храбрости просто… сбежал. Но, после череды приключений собрался с силами и пришел дать мне бой. И, как бы это не было удивительно, ему удалось не только победить меня, но и очистить от темной магии. В своем великодушии он не бросил меня на произвол судьбы. Напротив, будучи ослаблен после боя, надрываясь, он вытащил меня из того гиблого места. До сих пор не понимаю, как он умудрялся лететь, неся вес, почти равный своему. – Тут Синдер слабо улыбнулась. – Но, так или иначе, я получила свой второй шанс и решила искупить все свои злодеяния. И хоть и не сразу, но я присоединилась к Спайро, к его борьбе против сил зла, что продолжали угрожать миру. Таура потрясенно уставилась на парочку. Это оказались не просто два молодых дракончика, а герои, спасшие мир. Она незамедлительно глубоко им поклонилась и, не поднимая более взгляд на своих собеседников, всё-же решилась на то, чтобы спросить у столь великих драконов всё ещё мучившие вопросы: – Глубокоуважаемые герои. Не соблаговолите ли пояснить мне, как я всё-таки здесь оказалась? Спасители мира синхронно поморщились. Синдер аккуратно поднесла переднюю лапу к морде Тауры и приподняла её, заставив смотреть не в простыню, а на них. – Таура, пожалуйста, перестань себя так вести, – мягко продолжила она. – Мы назвали тебе свои имена и потому изволь именно так нас и называть. И, прошу, без всех этих расшаркиваний и поклонов. – Да, мы ими сыты уже по горло, особенно я, – добавил Спайро. – Синдер еще некоторые опасаются из-за её прошлого и просто держатся подальше. А что про меня, как говорится, слава обрушилась на меня так резко, что отскочить я уже не успел. И дня не проходило, чтобы мне не кланялись и воздавали мне почести. Сначала я, конечно, всему этому радовался, но ты не представляешь, каково это всё проходить изо дня в день. Так что, прошу, давай ты просто отложишь в сторону знания о нас и будешь относиться к нам просто как к двум обычным драконам. Мне только-только удалось сделать так, чтобы в Варфанге к нам все относились именно так и вздохнуть с облегчением. Таура поняла, что это может быть нелегко. Всё её воспитание вставало дыбом, как и её чешуя, от такого возмутительного непочтения к героям. Но, услышав, что у почитания и славы есть и такая, неочевидная и далеко не сладкая сторона, она поняла, что будет стараться. О чем и сообщила парочке. – Что же по-поводу тебя, мы к этому тоже приложили свои лапы, – продолжил фиолетовый герой. – Мы узнали про тайное хранилище Малефора, добрались туда и начали осматривать. Оно было пустым, но за фальшивой стеной мы обнаружили комнату, а в ней тебя. Впечатанную в кристалл времени. Мы с другими драконами перенесли его сюда и освободили тебя из кристалла. И мне показалось, или тебя насильно втягивали туда за хвост? Таура, наконец, получила ответы на свои вопросы. Она уже открыла пасть чтобы начать рассказывать, что же произошло, но Спайро прервал её. – Таура, не только нам интересно, как ты оказалась в таком положении. Через десять минут закончатся все занятия и студенты разойдутся по своим делам. Еще через десять минут мы выйдем отсюда в зал, где соберутся все Хранители и ты расскажешь нам свою историю. – Да, конечно, – ответила Таура. Решив, что раз у неё есть время, значит надо продолжить восстанавливать силы, Таура взяла ещё пару-тройку яблок, выпила сок и налила себе ещё из графина. В перерывах между поглощением еды, уютно оттягивающей живот, черная драконица спросила ещё один интересовавший её вопрос: – Скажите, а что вы теперь собираетесь со мной делать? – Это зависит от того, что ты нам расскажешь, – сказала вдруг посерьёзневшая Синдер. От такой внезапной перемены настроения собеседницы, Таура слегка похолодела и занервничала. – Ты просто расскажи всё без утайки и с тобой всё будет хорошо, – добавила Синдер, глядя на неё каким-то задумчиво-изучающим взглядом. Вскоре троица уже вышла из комнаты и поцокала когтями к месту встречи с остальными. Таура отметила, что на всём своём пути они не встретили никого, лишь пустые коридоры рождали дробное эхо, повторяющее цокот когтей по полу. Когда черная драконица попыталась узнать, почему так, она с удивлением услышала, что крыло, где они сейчас находятся, закрыто для посещения. Это связано с тем, что о её присутствии здесь пока знают немногие, а остальные драконы узнают о ней позже. И вот, наконец, они остановились у двери зала. Войдя в него, Таура с интересом отметила, что в зале нет ни одного стекла, несмотря на то, что окна в нём были. Потому, в зале гулял легкий сквозняк. В дальнем конце зала стояли, судя по всему, трое Хранителей. Это были те самые три дракона, которым она кричала предупреждение. Таура удивилась такому странному числу Хранителей, но спрашивать ничего не стала. – Итак, вот и наш найдёныш, – сказал Вольтир. – Расскажи же нам кто ты и как ты стала пленницей Малефора. Таура начала свой рассказ. – Я родилась и выросла у нас в столице. Простите, но я пока не могу раскрыть вам её местоположение. У нас всё шло своим чередом, пока к нам не заявился Малефор. Он предложил союз, улещевал, обещал большие перспективы и возможности. Некоторые черные драконы соблазнились и перешли на его сторону, но те, кто внимательно слушал его речи, поняли, что мёд в его словах на самом деле яд. Таура вздрогнула, произнеся последнее слово. Затем, тихо выдохнув, драконица продолжида свой рассказ: – В целом, мы ответили ему отказом. Он угрожал, что мы пожалеем и ушел. Через некоторое время он прислал гонца с письмом. В письме было написано что упорство заслуживает награды и предложил нашим правителям встретиться с ним на нейтральной территории, как и подобает в таких случаях, чтобы подписать договор о нейтралитете и ненападении. Так как всё это соответствует традиции, наши правители решили согласиться. Но, на всякий случай, собрали для своей охраны довольно крупный отряд. Я умоляла отца взять меня с собой. Он был против. Я чувствовала, что тут что-то не так, но мне никто не верил. Тогда, после ухода отряда, я тайно покинула город и, скрываясь, отправилась за ними. Отряд затемно пришел в уже обустроенный Малефором лагерь, где уже вовсю суетились мерзкие и противные обезьяны. Они были нам не соперники, думала я, да и отряд заметно расслабился, не видя в них никакой угрозы. О, как же мы ошибались… Правителей встретил сам Малефор и отвёл к главному шатру. Я, к тому времени, уже кралась в тенях по лагерю, никем не замеченная. Так как наш отряд расположился вокруг шатра боевым порядком, услышать, что там происходит, не получалось. Но через некоторое время… вдруг из шатра практически вывалился черный дракон. Он упал в конвульсиях, дергался и хрипел. Из пасти у него шла пена. У Тауры уже потекли слёзы из глаз, а голос иногда дрожал. Но она всё равно продолжала, будто выталкивая из себя слова: – Пока наши стражи ошарашенно смотрели на это, обезьяны достали какие-то луки, прикреплённые к дощечкам и направили на отряд. Я чуть не рассмеялась, а другие черные драконы лишь скептически улыбались, готовясь выпустить свои Стихии после нелепой атаки противника, ведь стрелой чешую дракона не пробить. Даже теперь, охрана собиралась использовать силу только в ответ на атаку, а не упреждая её. А дальше… дальше начался кошмар. Я не знаю, что это за оружие, но стрелы из него прошивали черных драконов как бумагу. И даже доспехи не помогали. Одним залпом обезьяны перебили весь отряд и никто даже не успел издать ни звука. Я уцелела лишь благодаря тому, что по-прежнему не выдавала своего присутствия, лишь прыгала из тени в тень. В лагере, – Таура начала всхлипывать между фразами, – не осталось никого, кроме прислужников Малефора. Затем вышел сам Малефор и рассмеялся. «Глупцы! Яд подействовал», сказал Темный. «Они поплатились за свою непокорность! Теперь, пока правители пропали, я захвачу их столицу, украду наследницу и выращу её так, чтобы племя черных драконов служило мне! Если же они попробуют сбежать, то их будет ждать более мучительная участь, чем этих упрямцев». Таура всхлипнула. – Я больше не могла ждать, – срывающимся голосом, сказала она. – Я знала, что наш народ не покорится Темному. Как бы ужасно я себя ни чувствовала, но я должна была добраться до столицы и рассказать об ужасной трагедии и ни в коем случае не попасться в лапы Малефору. Но всё пошло прахом. Как только я собралась с духом и взлетела, Малефор зарычал «Шпион!». Затем, я услышала шум крыльев за спиной, почувствовала резкий рывок за хвост, а потом темнота, через миг же я стою перед вами. Остальное вы знаете. Я всех подвела. Я не справилась… Не в силах больше сдержаться, рассказывавшая всё это драконица залилась слезами. Остальные же были потрясены её рассказом. В зале теперь слышался лишь плач черной драконицы. На некоторое время она не смогла принимать участие в обсуждении. Вдруг Синдер произнесла то, что Таура уж никак не ожидала от неё услышать: – Она не врёт. Владея стихией Страха, я бы почувствовала её ложь. Бедная девочка. – Она подошла к Тауре и обняла её крылом, одновременно вытирая слёзы и себе и ей. – Мы со Спайро многое пережили, но такое хладнокровное убийство… Поверьте, даже Ужас Небес так не поступил бы. – Эти, как выразилась Таура, «луки, прикреплённые к дощечкам», называются арбалетами. Одно из немногих оружий, что может действительно легко пробить и чешую дракона, и доспех, надетый поверх. Приспешники Малефора часто использовали их, но потом перестали. Примерно тогда же, когда генералом армии стала… кхм… Ужас Небес. Интересно, почему так вышло? – Сказал Сирилл. – Почему такое эффективное и страшное оружие вдруг стало забыто? – А вы не знаете? – Удивилась Синдер. – Могли бы и у меня спросить. Дело в том, что обезьяны не только быстры и ловки, но также отличаются посредственным интеллектом, низкой моралью и злопамятностью. А теперь представьте каково это, управлять армией, которая легко может тебя превратить в подушечку для булавок? Ну уж нет. Я постаралась как можно скорее убрать арбалеты как угрозу самой себе. – Что ж, похоже, эта загадка наконец решена, – сказал Вольтир. – Теперь осталось решить, как поступать дальше. Пока Таура выздоравливала, мы уже разработали несколько вариантов действий. Один из них нам вполне подходит. Мы должны отыскать столицу соплеменников Тауры и выяснить, что с ними случилось. Есть возражения? – Это будет оптимальным решением, – согласились два других Хранителя. – А кто полетит? – спросил Спайро. – Ну раз уж вы с Синдер заварили эту кашу, кому как не вам её расхлёбывать, – ответил Сирилл. Возражать ему было некому.