Часть 1, глава 5

Глава 5. Кому – в дорогу, а кому - учиться. Мягкие объятия Синдер постепенно успокоили Тауру. Она перестала плакать, да и всхлипы прекратились. Окончательно черную драконицу в чувство привёл прошедший по всему залу очередной сквозняк. Окинув взглядом окна, Таура вдруг, неожиданно, сама от себя не ожидая, спросила: – А почему в этом зале в окнах отсутствуют стёкла? Что с ним случилось? – Ты с ним случилась, – с усмешкой ответил Спайро. – Половину посекло при вскрытии кристалла, ну а вторая половина твоими стараниями… И кстати, ты теперь должна Террадору новые очки. Правда, как я подозреваю, со зрением у него всё в порядке, а надевает он их иногда просто для солидности, но, тем не менее, ты их тоже того... – Я? Как??? – Растерянно спросила Таура. – Ну, видишь ли, твой возмущенный вопль стёкла не перенесли. Но я вполне понимаю тебя, зная теперь его причину, – ответила Синдер. – А теперь пошли, уже скоро стемнеет. Я вижу, рассказ измотал тебя. Отдохнешь пока в той же комнате, а завтра представим тебя всем и познакомим тебя с академией, – сказал Спайро, направляясь к двери. – Хранители решили, что тебе, скорее всего, есть еще чему учиться, да и в целом хотят увидеть, на что ты способна. Обратный путь был ничем не примечателен, и вскоре Таура уже лежала в кровати. Заснуть получилось не сразу. Она слышала, что нашим героям дали поручение найти других черных драконов, потому Тауру переполняли одновременно и радость, от перспективы встречи с соплеменниками, и беспокойство за них же. Также перед черной драконицей встала дилемма. Столица черных драконов была тщательно укрыта от посторонних глаз и выдавать её расположение кому попало было нельзя. Но эти драконы были явно дружелюбны, они победили самого Малефора и уже этим были достойны большего. Измученная выбором, Таура, наконец, уснула. *** Солнечные лучи медленно крались по подушке, пока не осветили голову спящей на животе черной драконицы. Почувствовав приятное тепло на морде, та неосторожно открыла глаза. Попавшее прямо в глаза солнце вызвало громкий чих, крылья рефлекторно распрямились и выбросили тонкое летнее одеяло куда-то в угол комнаты. Выдохнув, Таура открыла глаза. По ним снова безжалостно ударили солнечные лучи и всё повторилось. И снова. И снова. На пятом чихе у Тауры уже стал заканчиваться воздух в лёгких. Чтобы выйти из этого замкнутого круга, она скрутилась в клубок, засунув голову под себя, в итоге – пятый чих ушел куда-то в сторону задних лап и глаза наконец удалось открыть без повторения начальной ситуации. Затем Таура подпрыгнула от раздавшегося рядом голоса: – Интересно, а все черные драконы спят в такой странной позе? – Судя по голосу, это была Синдер. – И давно ты тут? – С трудом проглотив лезущее на язык «вы» и с таким же трудом заставив себя не согнуться в поклоне, ответила вопросом на вопрос Таура. – Ну, три твоих последних чиха я уже была внутри, – рассмеялась Синдер. – Давай, пошли быстро приведем тебя в порядок и представим перед завтраком всей Академии. Хранители решили, что так будет проще и тебе и всем остальным. Пара дракониц быстро поспешили в сторону ближайшей уборной. После непродолжительного умывания, Таура тихо вздохнула и сказала: – Я готова, веди. Они пошли по направлению к главному залу, где на праздники обычно собиралась вся академия. У входа их уже ждал Спайро, который, едва их завидел, засунул голову и лапу в дверь, по-видимому сделав какой-то жест тем, кто был внутри и быстро закрыл дверь перед носом у дракониц. – Сейчас, Хранители кратко расскажут о тебе и ты войдешь, – пояснил он Тауре. Тем временем из-за двери донесся голос Сирила: – Тишина! Я понимаю, для вас непривычно то, что мы собрали вас здесь с самого утра и ничего не объясняем. Но на это была веская причина. Недавно наши разведчики обнаружили ту, чей род считался давно угаснувшим в глубине времён. Она смелая дочь своего народа и отныне будет учиться с нами в одних стенах. Да, её вид несколько необычен, но смею вас заверить, она такая же, как и мы! Итак, встречайте: Таура, из рода Черных Драконов! После последних слов, Спайро и Синдер синхронно открыли обе половинки дверей, быстро пропихнули ошарашенную Тауру в зал, так же быстро зашли следом и, по-видимому, хвостами, закрыли за собой дверь. В зале повисла тишина. Все смотрели на новоявленного черного дракона с любопытством, напополам с настороженностью. – Скажи хоть что-нибудь, – прошептал Спайро. Таура, огорошенная тем, что на неё смотрят столько пар разноцветных глаз, смогла лишь слабо пискнуть «Привет!». Увидев, что зрачки в глазах драконицы стали меньше булавочной головки, она впала в легкий ступор и больше от неё в данный момент ничего не добьешься, Вольтир сказал: – Что ж, предлагаю продолжить знакомство в более привычной обстановке, в столовой. – После чего Хранители двинулись к выходу. Спайро и Синдер увидели, что черная драконица застыла и не реагирует ни на что. Они быстро стали толкать Тауру обратно, в сторону выхода. В итоге вся академия услышала и увидела, как Таура, неподвижно, как памятник самой себе, и, в сопровождении скрежета собственных когтей по полу, стараниями двух всем известных драконов, скрылась в дверном проёме. За дверью ступор спал и, всё ещё подталкиваемая Спайро и Синдер в грудь, Таура с размахом припечатала свой… хвост по самые задние лапы к каменному полу. – Эй, ты как? Всё в порядке? – Практически в один голос, сочувственно поинтересовалась наша пара героев. – Теперь, похоже, да, – тихо ответила Таура. Если бы не полумрак коридора, дракончики бы заметили, что она покраснела. – Я должна была бы быть готовой к этому, но, похоже, к такому невозможно подготовиться. Троица поспешила в столовую, но, в отличие от того памятного утра в день доклада, гораздо более спокойно и гораздо менее сногсшибательно для окружающих. Там уже собралась большая толпа, однако, на удивление, никто не кинулся знакомиться с новенькой. И дело, похоже, было не только в желании побыстрее набить чешуйчатое брюхо, по утрам свойственном любому разбуженному и отправленному на час-полтора без завтрака непонятно зачем и куда молодому, растущему организму. Возможно, дело в уважении к двум нашим спасителям мира? Но нет, вокруг столика, занятого троицей, будто образовался невидимый круг метра три-четыре в диаметре. Конечно, Спайро и Синдер не впервой, что без крайней необходимости никто не подсаживается к ним (и бывали моменты, когда это им даже нравилось!), но раньше такой зоны отчуждения вокруг них в столовой не наблюдалось. Вскоре подошли и Хранители. Один из них, Вольтир, направился к ним. – Разрешите вас ненадолго отвлечь, юные дарования, – сказал он. – У меня есть вопрос к нашей новой ученице. Скажи, Таура, ты знаешь свои Стихии? – Да, знаю. Тень и Молния, – ответила черная драконица. – Отлично! К сожалению, Хранителя Тени у нас в Академии нет, но я могу помочь тебе совершенствовать Молнию. Так что после завтрака приходи на занятия именно ко мне. – Желто-оранжевый дракон развернулся и пошел к своему столику. – Замечательно! – Сказал Спайро. – Я, как раз, тоже эту неделю посвящаю именно практике Молнии. Так что, по крайней мере, одна в незнакомом коллективе ты не останешься. – Спасибо, Спайро, я действительно хотела бы иметь хоть кого-то знакомого в первые дни в учебной группе, – поблагодарила Таура в ответ. Дальнейший завтрак прошел спокойно, в ничего не значащих беседах. Таура восхищалась Академией, сравнивая её с тем, как было устроен процесс обучения в столице, Спайро и Синдер внимательно слушали, иногда уточняли необычные для них моменты. Позавтракав, Спайро и Таура попрощались с Синдер, у которой на этой неделе расписание не совпадало, и пошли на занятие к Вольтиру. У Вольтира занятия шли своим чередом. Поделив всех драконов на группы, он расставил их по залу так, чтобы каждый мог отрабатывать полученные ими знания (а эта неделя была посвящена именно практике, а не теории), а сам он, между тем, кивком указал Тауре на арену. Арена была закрытой для посторонних глаз и предназначалась для индивидуальных занятий, требующих свободы маневра. Таким образом, никто даже не увидит, что и как отрабатывали с новой ученицей. Если, разумеется, не будет специально подсматривать. – Ну что ж, покажи, для начала, что ты умеешь, – сказал Хранитель молнии. – Вот метод, которым мы обычно испытываем своих учеников: я защищаюсь только щитами, не контратакую. Твоя задача просто задеть мои щиты, а лучше ударить в них, поняла? По результатам воздействия на них я смогу понять, что нам делать дальше. Знакома с таким способом, или у вас было по другому? – Да, Мастер, у нас тоже было такое, - ответила Таура. Ей действительно была знакома эта методика. Мастер таким образом мог проверить силу удара своего ученика. Это было привычно и безопасно. – Начали! – Воскликнул Вольтир и вокруг него соткался голубовато-белый щит, с пробегающими по нему разрядами. Черная драконица сконцентрировалась, почувствовала Стихию внутри себя и выпустила её через пасть. Изо рта черной драконицы вылетел бледно-синий электрический разряд, длиной не более сантиметра, и, с тихим треском, пропал. Глаза Тауры от удивления расширились. Она вдохнула и повторила попытку, вложившись по полной. В этот раз, с характерным хлопком, был выпущен разряд сантиметров двадцать длиной. Вольтир удивленно поднял бровь. Таура, раздраженная таким поворотом, пробовала еще и еще. Теперь рекордом было уже тридцать сантиметров, но вскоре и это стало недостижимым. В очередной раз, разряд закончился, даже не покинув её рта и она сдалась. Опустив крылья и тяжело дыша, она заговорила: – Я… Я не понимаю! Я же… Я же умею!. Я же знаю! Я же это могла! Да я Молнией владела одной из лучших среди сверстников! Почему??? Почему теперь моя молния теперь способна, разве что, только подпалить крылья бабочке??? Вольтир, который еще после пятого раза уже снял свой ненужный щит, подошел поближе и коснулся её плеча лапой. – Не расстраивайся, – ответил тихо учитель. – Ты долгое время была в таком истощающем состоянии, что это и неудивительно. Возможно, дело в том, что ты не до конца восстановилась. Вот, возьми кристалл маны, восстанови силы и попробуй еще раз. Таура попробовала. На этот раз, с пятой попытки, она побила свой рекорд, улучшив его до сорока сантиметров. Но всё было напрасно. Сила и ярость Молнии, ранее лившиеся рекой, теперь напоминали полупересохший ручей в пустыне. А когда Таура попыталась почувствовать в себе Тень, она… не почувствовала ничего. – Мастер, наверное, мне пока еще рано учиться у Вас новому, если я и старое не могу сделать, – горько сказала она. – Я, наверное, не буду тратить ваше время… – Возможно, сейчас, ты действительно не готова, но продолжай пытаться! Твоя Стихия обязательно вернется к тебе в полной мере! – Сказал ей вслед огорченный результатом и собственной недальновидностью Вольтир. Ведь он предполагал подобное! – Двери моего зала всегда открыты для тебя! Таура шла по коридору, грустно опустив голову и хвост к земле, волоча по ней свои крылья. Очень быстро её догнал Спайро, который, увидев ушедшую до конца занятия из зала драконицу, сообразил, что тут явно какая-то проблема, потому быстро отпросился у Вольтира, чтобы утешить черную драконицу, попутно узнав, что не получилось у Хранителя. – Таура! Ты как? – окликнул драконицу, бредущую куда глаза глядят, фиолетовый дракончик. Та оглянулась на него и на скулах блеснули на миг следы слёз. Молча покачав головой, Таура отвернулась и двинулась непонятно куда. Дракончик одним прыжком оказался сбоку от неё и молча пошел рядом. Через некоторое время он заговорил: – Знаешь, а я ведь тоже проходил через подобное, даже хуже, – утешающе сказал он. – Я когда отдал все силы в бою с Синдер, вообще потом даже маленькой искорки из себя не мог выдавить. Пришлось осваивать всё заново. А у тебя уже сразу, хоть и слабый, но результат. Таура тяжело вздохнула, покосившись на фиолетового утешителя. – Но ты хотя бы потерял свои силы спасая мир, а я просто благодаря сидению в этом дурацком кристалле! – смахивая слезинки на ходу, ответила черная драконица – Ты пошел до конца и спас мир. А я… Я только всё испортила. – Раздался всхлип. – Я бездарная драконица, плохая дочь, бесполезная, почти без магии. Знаешь, – она подняла голову и прямо посмотрела на Спайро, – я хотела отправиться вместе с вами разыскать своих сородичей, но теперь я вам буду в путешествии только обузой. Летите. Летите без меня. Я… я скажу вам, где и как найти место, где жили черные драконы. – И все равно не расстраивайся, – сказал молодой фиолетовый дракон. – Обещаю, мы их найдем! И они будут счастливы, что ты вернулась, они примут тебя такой, какая ты есть. И не наговаривай на себя, ты не такая. Если что, даже у героев бывают плохие дни, мне ли не знать. – Спасибо, – тихо в ответ прошептала черная драконица и ей действительно стало чуть легче. *** К вечеру Синдер попыталась подселить Тауру к кому-нибудь из дракониц, у кого в комнате была свободная кровать. Студенты жили по двое, но была и тройка-пятерка комнат со свободными местами. Однако, по разнообразным причинам, все отказывали ей, лишь узнав, кого к ним собираются подселить. Одна из полусвободных комнат была и у самой Синдер – никто особо не горел желанием жить в одной комнате с бывшим Ужасом Небес, хотя общались с ней уже гораздо лучше, чем с новенькой, которую, как оказалось, к вечеру откровенно избегали, несмотря на то, что с утра была, скорее, настороженность. В общем, пришлось Синдер самой обзавестись соседкой. На следующее утро, пожелав Тауре удачи, Спайро и Синдер, заучив всё, что черная драконица рассказала им о том, как найти черных драконов, (записать или отметить на карте это они всё-таки не решились, так как эту тайну доверили только им), отправились в путь. Таура же осталась одна. Она исправно ходила на занятия. Ввиду того, что со Стихиями пока не складывалось, хотя она не бросила пытаться, она посвятила своё время другим предметам, таким как история, ближний бой и прочее, что необходимо знать молодому дракону. Другие по-прежнему не хотели с ней общаться, пару раз она даже слышала шепотки у себя за спиной, в которых слышно было «Темная», «Её народ служил Малефору», «Почему её здесь терпят?» и прочие нелицеприятные высказывания. Черная драконица старалась это игнорировать, надеясь, что постепенно к ней привыкнут. Но пока что, кроме Хранителей, ей было абсолютно не с кем поговорить, а их, вечно занятых важными делами и обучением, как и других преподавателей, она видела лишь на занятиях, не решаясь подойти в свободное от занятий время и выговориться.