Я тебя научу Универсам уважать

— Ну вот сука он, мразь. Иди сюда Маратик! – сказал он, когда в толпе пацанов все таки увидел напуганное лицо младшего Суворова. Пацан сделал пару шагов вперед к старшему и сразу на плечо легла рука, что крепко его держала, чтоб он не убежал. — Ну че, пиздец тебе, родной! — Турбо я не виноват… - на первое оправдание он получил удар в живот, отчего согнулся пополам, следующий удар последовал по ребрам с ноги, и когда он упал, шикая от боли, Валера присел на корточки рядом. Вова порывался помочь брату, но парни его держали в другом углу помещения. — Адидас, стой, где стоишь, когда с Маратом закончу и с тебя спрошу. Рассказывай, как ты ментовской крысой стал. — Да не сливал я ничего ментам, честно. Может это другие. — Я тебе специально напел про выезд из Казани, что там тачки будем передавать, и как ты думаешь, где уже были менты в 8 утра? Я тебе ща палец отрежу, прям тут, если ты не начнешь говорить. Марат просто молча смотрел на Валеру, он никак не мог сказать правду. Турбо взял с полки какой-то старый перочинный нож и схватил левую руку пацана. — Турбо, не перегибай, я тебя прошу подумай! – послышался наконец голос Светы, которая смотрела на всю эту картину чуть ли не плача. Она всегда даже не при пацанах называла его по имени, но что изменилось сейчас? — Марат, скажи правду, скажи, что не сливал ментам, - сказал Вова, который все еще верил в невиновность брата. Турбо уже был на пределе, он сделал надрез на безымянном пальце, и Марат не выдержал, закричав от боли. — Это я сдал тебя! Я! Вся группировка прибывала в шоке от слов младшего Суворова, Зима сражу же оттащил друга от Марата, потому что знал, чем это может закончится. — Валер, не мороси. Ты ж его сейчас убьешь. — Он своего старшего сливает в ментовку, а я должен стоять и разговаривать с ним? Забить его надо как козла. Отпусти меня, Зима! — Они хотели копать под Вову… — это, все что добавил парень, держать за глубокий порез на пальце, пытаясь хоть как-то остановить кровь. — Да хоть под мать родную, мне похеру. Если меня посадят, ты тоже за мной подтянешься. Валера выбрался из хватки лучшего друга, пару раз вмазал по роже с ноги и плюнул в Марата. — Ты отшит, еще раз увижу – башку тебе отрежу, а не палец. Вали отсюда, пока я добрый. Света сидела рядом с Турбо, молчали вот уже битый час, очередную сигарету, что он прикурил, девушка забрала и сделал затяжку, чем вызвала негодующий взгляд в свою сторону. — Давай уедем, пока не поздно, себя не жалко, так хоть Лерку пожалей, девочка и так из-за ваших дел родителей потеряла, а может еще и тебя лишится. — Свет, мы уже об этом говорили. Если ты боишься, то я насильно рядом тебя не держу. — Какой же ты дурак, Валера. Куда я от тебя уйду? Я же тебя, идиота, люблю. До этого момента ни один из них не говорил таких слов, все было и так понятно. К чему слова, если поступки говорят громче, такой позиции придерживался Турбо. Он был благодарен, что девушка все еще была рядом в самые трудные моменты, конечно они оба знали, чем это может закончиться, но какой смысл бежать друг от друга из-за мнимой безопасности? Как только в дверном проеме появился Вова, то Валера одарил его тяжелым взглядом. — Пошел нахер, Адидас. Ни тебя, ни твоего брата-чушпана я видеть не хочу. Тебе повезло, что я и тебя еще не отшил. — А я-то тут причем? Я тебя не сдавал и не собираюсь. — Потеряла ваша семейка доверие, гуляй Адидас. — Валера, пойдем, пока ты еще не натворил дел, Леру надо со школы забрать, - сказала Света и пошла к выходу. — Че Турбо, баба теперь тобой крутит? - крикнул в след Вова. — Ну он просто нарывается, что тут поделаешь, - пожал плечами и сказал он, смотря на разочарование на лице девушки. В драку Валера влетел первый, ударив уже видимо бывшего друга, тот тоже не терялся, завязалась серьезная драка, которую почему-то никто не решался разнимать, кроме Светы, которая пыталась их раскидать по разным сторонам, но случайно получила от Вовы по лицу. — ОТОЙДИ! – крикнул Валера на нее и больше не собирался рассчитывать силу во время драки, пелена ярости перекрыла связь с реальностью, он бил Адидаса, пока тот совсем не перестал подавать признаки жизни. — Еще раз до Светы дотронешься, прям на пороге перед базой закопаю, - сказал он, плюнул рядом с ним и вышел из помещения. — Да сколько вы меня будете сюда забирать? Обвинения будут или так и будем переглядываться? – спросил Турбо, когда в очередной раз, через неделю после печальных событий в Универсаме, он оказался в милиции. — Будут. Стать 208 – приобретение или сбыт имущества, заведомо, добытого преступным путем. Статья 210 – вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность. Статья 206 – хулиганство. Статья 207 – угроза убийством, нанесения тяжких телесных повреждений. Статья 108 – умышленное тяжкое телесное повреждение. Достаточно тебе обвинений, Туркин? Лет на 20 сядешь. — Да вы на меня всех собак то не вешайте. Куда я несовершеннолетних вовлекал, в какую преступную деятельность? — Заводите, - сказал следователь и в дверь вошел Марат, который сел напротив Турбо. — Узнаешь? — Впервые вижу. Мальчик, ты кто? Это вот этот про меня нарассказывал, а вы ему конечно же поверили. — Вахит Зималетдинов, Владимир Суворов, Марат Суворов, Илья Сутулов, Ренат Ахмедов, Павел Краснов, Кирилл Сибирцев и там имен еще на пять страниц – все твои подельники, сдай их всех и может получишь лет 10. — Че вы мне тут имен накидали, я никого из этих людей не знаю. Что, мне больше заняться нечем, с малолетками возиться и еще в преступную деятельность их вовлекать, как вы сказали. Меня дома невеста ждет и племянница, у которой родителей убили, а вы тут все, вместо поисков убийцы, какой-то херней занимаетесь. Валера прекрасно видел, как Марат прожигал его взглядом и вот-вот хотел что-нибудь ляпнуть против него, но также, он понимал, что пока Турбо не сознается или не найдутся еще люди, что дадут против него показания, то он вскоре выйдет отсюда и точно его убьет. — Если вы тут обвинения закончили, то либо отпускайте, либо в камеру уводите, мне больше нечего сказать. В общей сложности Валера провел в милиции шесть дней, так и промолчав на всех допросах, и ментам ничего не оставалось, кроме как пока что отпустить его до выявления новых обстоятельств. Дома была полная тишина, никаких признаков жизни, ни играло радио, ни слышались голоса людей, на звук открывающейся двери вышла мать, а за ней и Лера, которая кинулась обнимать дядю, Валера взял ее на руки и с улыбкой посмотрев на мать, спросил. — А Света где? Вроде суббота, дома должна быть. — Она в больнице уже два дня. Весь хрупкий мир, что еще остался, после всех событий, будто рухнул в один миг, улыбка от встречи с родными тут же сошла на нет. — Что с ней? – безэмоционально спросил он, уже поставив Леру обратно на пол и собираясь выходить из дома. — Я не знаю, врачи ничего мне не сказали. — Сидите дома и не высовывайтесь. Я скоро буду. Машина, что осталась от старшего брата, которая в свою же очередь тоже была угнана, перешла «в наследство» Валере, он конечно не охотно в нее садился после той аварии, но сейчас было нужно не пешком прогуливаться, а быстро гнать в больницу. Он быстро узнал у работников, где находится девушка и поднявшись на 3 этаж, нашел нужную палату. Света видимо еще спала, точнее он надеялся, что она просто мирно спала. Валера подсел к ней на кровать и аккуратно дотронулся до руки, отчего она открыла глаза и тепло улыбнулась. — Слава богу, тебя отпустили. — Что произошло, Свет? — Я не помню, помню только домой к вам шла вечером и у дома меня кто-то по голове ударил, да так сильно, что я даже вскрикнуть не успела, а очнулась уже тут – в больнице Сейчас у него из «врагов» остались только менты и Суворовы, и менты явно не бьют девушек монтировками по голове. Нужно было разбираться, но так, чтобы больше не попасться, ведь сейчас за ним пристально следят, дабы хоть где-то он ошибся.