Глава 20, в которой друзья расстаются, и Гермиона наконец встречает Синюю ведьму

Друзья покинули дом семьи Золдик, и, спустившись с горы, подошли к вокзалу. Они подошли как раз к приходу поезда, едущего до Аль-Джазаира, столицы республики Падокея и, купив билеты, сели в него. Гермиона заняла место у окна, облокотившись на стекло, и смотрела на проходящие мимо засеянные поля, сменяющиеся широколиственными лесами, а потом и бурными реками. Хоть у Гермионы и был портключ, который мог сразу же перенести её в дом мадам Когтевран, но она хотела провести как можно больше времени со своими новыми друзьями. Вдруг они видятся в последний раз! И у Синей волшебницы найдётся способ вернуться в родной мир, где её уже, наверное, разыскивают все вокруг. Ведь в этом мире она уже находилась чуть больше полутора месяцев, и, конечно же, её пропажа в родном мире не могла остаться не замеченной. Но, во-первых, какова вероятность того, что учителя поймут, что она попала в другой мир? И во-вторых, смогут ли они вернуть её домой? В очередной раз в голове Гермионы возник вопрос, который раньше она пыталась сразу отогнать от себя: возможно ли вернуться назад в свой мир? Она до сих пор не знала, как попала сюда. Почему маховик, до этого весь год работавший исправно, вдруг взял и перенёс её в другой мир? Единственным объяснением было то, что во время спасения крёстного Гарри и Клювокрыла, маховик всё-таки как-то пострадал, а остальные разы использования окончательно сломали его. Но тогда не должна ли она была очутиться в прошлом в своём мире? Хотя Гермиона должна была быть благодарна хотя бы за то, что не умерла, затерявшись в потоках времени. Однако теперь возможность вернуться домой, как никогда раньше замаячила перед глазами. Она, наконец, встретится с мадам Когтевран, которая точно знает больше неё. И если даже Синяя волшебница не знает способа, как вернуться домой, это всё равно будет прогресс. И она обязательно найдёт способ вернуться домой. Как-то же она попала в этот мир. Хоть здесь у Гермионы и появились друзья, она хотела домой. Она хотела кинуться в объятия мамы и папы, которых не видела уже почти год. И рассказать о том, как же сильно она их любит и как хочет проводить с ними как можно больше времени. И какой же она глупой сейчас себе казалась, когда думала, что у неё есть проблемы с родителями. Но на фоне гуляющего где-то отца Гона и жестокой семьи убийц Киллуа, её отношения с родителями были просто прекрасны. Гермиона после встречи с Гарри уже радовалась хотя бы тому, что у неё есть родители. И после ужасающего рассказа Курапики, которая в один день лишилась всех родных людей, Гермиона поняла, как ей повезло иметь не только родителей, но и многочисленных родственников отца. И как же ещё Гермиона хотела обнять Гарри и Рона. Сейчас она была даже готова слушать их восторженные дифирамбы квиддичу! Как же она хотела вернуться в свой мир. Снова бродить по запутанным коридорам Хогвартса, зачитываться книгами в библиотеке, изучать магию на уроках и даже влипать в опасные ситуации вместе с мальчишками. И сейчас, когда встреча с мадам Когтевран была так близка, Гермиона подрагивала от нетерпения. Но при этом ей было грустно от того, что придётся навсегда оставить Гона, Киллуа, Курапику и Леорио. Они столько опасностей прошли вместе и столько пережили! Но выбирая между чужим миром и ними, выбор без сомнений падал на свой дом, родителей и Гарри с Роном. Всё это время её друзья тихо разговаривали, но Гермиона была полностью погружена в свои мысли и почти не обращала внимание на их разговор. Пока громкий возглас Киллуа не отвлёк её. — Чего? Ты по туристической визе ехал сюда, — удивился Киллуа, — вы же Хантеры, могли бы лицензией воспользоваться. С ней можно сколько угодно за границей находиться. Гермиона переглянулась с Леорио, который устало вздохнул и ответил: — А мы ему и предлагали лицензией воспользоваться. — Я уже решил: пока не отдам должок, лицензию не доставать, — твёрдо сказал Гон. — Ты кому-то должен? — Во время экзамена Хисока одолжил мне свою плашку, — начал рассказывать Гон, доставая из кармана значок с номером «44», — дам ему по наглой морде и с чистой совестью верну! А до тех пор пускай лицензия пылится в кармане. Да и домой мне путь заказан. Да уж, очередные выкрутасы упрямства Гона. Когда-нибудь такими темпами он сам себя в могилу сведёт! — И где сейчас Хисока? — поинтересовался Киллуа. — Как бы… — Гон неловко засмеялся, почёсывая голову. — Так и знала, — пробормотала Гермиона. Леорио только устало вздохнул, а Киллуа с сомнением в глазах продолжал смотреть на друга. Скорее всего, как и остальные, не мог поверить в такую безалаберность друга. Но вообще, Гону бы в ближайшее время и не следовало встречаться с Хисокой. Разница между их силами была огромна, что понимал даже Гон. Но это бы совсем не остановило его от самоубийственных выходок. — Я знаю, где он, — вдруг сказала Курапика, продолжая сидеть с закрытыми глазами. — Что, правда?! — Откуда? — настороженно спросил Леорио. — От Хисоки. — Так вот, что он шептал, — понял Леорио. Кажется, он имел ввиду поединок между Хисокой и Курапикой, во время которого фокусник что-то ей сказал, а потом сдался. — Нет, то было после лекции, –ответила девушка, сидя со скрещёнными руками на груди, как бы ограждаясь от их вопросов. Курапике, скорее всего, не очень хотелось говорить на эту тему. Но, вообще, она часто принимала закрытые позы и всегда выглядела отстранённой, но её прошлое многое объясняло. — Но одно с другим связано? — уточнила Гермиона. — Вроде того. — Давно хотел спросить. Что же тебе такого сказал Хисока? — осторожно спросил Леорио. — Он сказал, что может рассказать мне о пауках, — Курапика открыла глаза, загоревшиеся холодной ненавистью. — О Геней Рёдан? — неприятно удивился Леорио, сразу же нахмурившись. — Не припоминаю, чтобы при Хисоке хоть раз о них упоминала. Скорее всего, подслушал нас во время первого этапа, либо узнал от кого-то третьего. Паук — символ Геней Рёдан: те кто тесно связан с группировкой, предпочитают называть её именно так. Мне очень нужна была информация. — Вот как… — с сомнением произнесла Гермиона, не решаясь задать вопрос, который возник наверное в голове у каждого. Каким образом Хисока связан с пауками? По хмурому виду Курапики можно было сказать, что её очень беспокоит этот вопрос, на который фокусник так и не ответил. — После лекции я попросила его рассказать. И он сказал, что будет ждать первого сентября в городе Йоркшин. — Первого сентября? — задумчиво проговорил Леорио. — Значит, у нас впереди полгода? — спросил Гон, кажется, уже решив тоже туда поехать. — Что же такое в Йоркшине намечается? — О, точно! Там же начнётся самый крупный в мире аукцион, — с озарением воскликнул Леорио, подняв палец вверх. — Именно, — кивнула головой Курапика, — с первого по десятое сентября там пройдёт аукцион, где будут выставлены редкие предметы и ценности мирового значения. Туда съедутся люди со всего света в надежде утолить свою жадность. Такой горы денег нигде больше не увидишь. — И Труппа тоже туда заявится? –напряжённо уточнил Леорио. — Они ведь воры. Кто же захочет упустить такой шанс поживиться, — с презрением сказала Курапика и мрачно добавила, — Хисока тоже будет где-то в городе. — Ясно, первого сентября. Запомню, спасибо. — с улыбкой сказал Гон, который теперь точно решил в этот день заявится в Йоркшин. — С Киллуа мы встретились — я свою задачу выполнила, — продожила говорить Курапика, — денег для участия в аукционе потребуется тонна. Поэтому я отправлюсь искать того, кто захочет нанять Хантера. — Раз так, я, наверное, поеду домой, — с улыбкой решил Леорио. — И ты тоже? — с лёгкой грустью спросил Гон, вместе с Киллуа повернувшись к мужчине в очках. — Знаете, я ведь по-прежнему мечтаю стать доктором. Если примут в Медицинский, теперь будет чем покрыть стоимость обучения, — радостно сказал Леорио, доставая свою лицензию и показывая её им всем, — так что пора садиться за учебники. — А я пойду к мадам Когтевран, — сообщила Гермиона и воодушевленно добавила: — Она из моего мира и тоже волшебница! Может быть, поможет мне вернуться в свой мир. — Ну, тогда удачи всем вам! — пожелал им троим Гон, а потом посмотрел на беловолосого мальчика: — А ты что будешь делать, Киллуа? — Ещё спрашиваешь? Конечно, с тобой пойду. Не для того же, чтобы путешествовать в одиночку я из дома убегал! — с небольшой обидой сказал Киллуа, сложив руки на груди. Гон засмеялся, смотря на надувшегося Киллуа. А потом два мальчика начали строить планы на своё путешествие. Гермиона снова отвернулась к окну, краем уха слушая, как Гон и Киллуа решили в итоге потренироваться в Небесной башне, в которой можно было и подзаработать. Как оказалось, эта башня представляла из себя арену для подпольных боёв, только в этом случае разрешённых. Но в этих боях никаких правил не было и во время них можно было легко распрощаться с жизнью. Гермиона озабоченно нахмурилась. И зачем было выбирать такое опасное место для тренировок?! Хотелось бы ей пойти с мальчишками, но возможность вернуться домой как никогда маячила перед глазами. А Гон и Киллуа уже смогли пройти экзамен на Хантера, и Гермиона сомневалась, что в Небесной башне будет опаснее. *** Поезд приехал в Аль-Джазаир ближе к вечеру. Небо уже окрасилось в красные и оранжевые тона, когда пятёрка друзей собралась на перроне проститься друг с другом перед тем как каждый пойдёт своим путём. — Тогда до скорых встреч! И давайте тогда встретимся первого сентября в Йоркшине? — Я постараюсь, но не знаю, получится ли у меня? Вдруг я домой смогу вернуться до этого времени, — неуверенно сказала Гермиона. — Грустно, конечно, что мы можем никогда не встретиться, — с печалью в голосе сказал Гон, а потом вдруг подошёл к Гермионе и обнял. Девочка сначала растерялась но, слегка покраснев, обняла в ответ. А потом вдруг со спины на неё со смехом накинулся Киллуа, стиснув в железных объятиях. Гермиона захрипела, и забила ладонью по рукам Киллуа. — Полегче! Ты же меня так убьёшь, — еле выдавила из себя Гермиона. Конечно, она понимала, что с такой семьёй Киллуа если и привык объятиям, то только к таким убийственным. Но надо же силу сдерживать! Леорио в стороне засмеялся и подошёл к ним, как и Курапика с мягкой улыбкой на лице, тоже присоединившись к групповым объятиям. Гермиона грустно улыбнулась, оказавшись в самом центре объятий. Именно их девочке не хотелось оставлять, покидая этот мир. — Гермиона, надеюсь, ты сможешь вернуться домой. Но если не получится, то давай встретимся первого сентября, — мягко сказала Курапика, первой разрывая объятия. — Удачи тебе! Но если сразу не получится, то не расстраивайся, — сказал Леорио, положив ладонь на её голову, и, взлохматив волосы. — Да, когда-нибудь же у тебя должно будет получится, — тоже попытался поддержать её Киллуа, но Гермиона признала, что получилось у него это довольно плохо. — Тогда встречаемся вчетвером первого сентября в Йоркшине. А у тебя как получится, Гермиона, — подвёл Гон, вытягивая руку вперёд. И Курапика и Леорио тоже протянули руки и накрыли его ладонь своими. Потом положил Киллуа, и последней сверху накрыла своей ладонью Гермиона. Обещание было дано, и в следующий раз они встретятся только через полгода в Йоркшине. С одной стороны Гермиона хотела бы задержаться и ещё раз встретиться с друзьями. Но она уже и так провела в этом мире почти два месяца, и оставаться здесь ещё на полгода было нельзя. Ведь тогда уже начнётся новый учебный год в Хогвартсе! И что будут делать Гарри и Рон, которые постоянно влипают в неприятности без неё? К тому же она не хотела ещё полгода ждать встречи с мамой и папой. Курапика и Леорио, напоследок улыбнувшись, ушли первыми. И за ними последовала Гермиона, достав кольцо-портключ. — Даже не знаю какие слова подобрать, — замялась Гермиона, не зная что сказать напоследок, — хотелось бы ещё встретиться, но и назад в свой мир я хочу вернуться как можно скорее. Поэтому просто пожелаю удачи вам двоим! И ещё ты, Гон, постарайся быть более осторожным. А тебе, Киллуа, желаю найти свой путь в жизни. И проследи, пожалуйста, за этим безбашенным дураком! — Не беспокойся, со мной он в полной безопасности, — пообещал Киллуа, и по решимости в его глазах девочка поняла, что он на удивление полностью серьёзен. — Я и сам могу о себе позаботиться, — недовольно пробурчал Гон, сложив руки на груди, чем вызвал их смех с Киллуа. А потом Гермиона с грустью оглядела своих новых друзей, нервно крутя в руках кольцо. Эта встреча может быть для них последней. И она никогда больше не увидит их. Гермиона нервно покусала губы, но так и не придумала, что может ещё сказать. Поэтому решила просто уже переместиться порталом. — Ума палата дороже злата, — назвала Гермиона пароль, активирующий портключ. Гермиона ещё слышала, как Киллуа удивлённо присвистнул, и увидела как на лице Гона появилось восторженное выражение, когда её закрутило в пространстве. А уже через несколько секунд она оказалась совсем в другом месте. Несколько секунд она оперевшись о колени, пыталась придти в себя глубоко дыша, пережидая когда вокруг всё перестанет кружиться. С помощью портключа она путешествовала впервые. Но вообще все способы перемещаться в пространстве были одинаково неудобны и сопровождались головокружением и тошнотой. Поэтому немного отдышавшись, Гермиона чувствовала себя отлично и уже с интересом оглядывалась по сторонам, осматривая прихожую, в которой оказалась. Входная дверь с окантовкой из железа, лицом к которой Гермиона появилась здесь. Несколько книжных шкафов, что смотрелись несколько странно в прихожей. Хотя для такой любительницы книг, как Гермиона это уже говорило много хорошего о хозяйке. И Синяя волшебница, кажется, оказалась истинной когтевранкой. Пол, по которому Гермиона сделала несколько шагов к картине, висящей на каменной стене, в некоторых местах комбинированная с деревом, тоже оказался каменным. Девочка с интересом вгляделась в движущую картину, на которой был изображённый Хогвартс. Но замок выглядел каким-то не таким, и сколько бы Гермиона ни всматривалась, не могла понять, что же её в нём смутило. Ещё от прихожей отходило два коридора, ведущие в противоположные стороны. А со второго этажа спускалась деревянная лестница. От всей этой прихожей веяло духом средневековья, передающим немного мрачную и в тоже время уютную атмосферу. Гермиона услышала приближающиеся шаги, и в следующую секунду она увидела величественную женщину, медленно спускающуюся по лестнице. Девочка встретилась с ней взглядом и застыла на месте, заворожённая её синими глазами, в которой плескалась вековая мудрость. Она была одета в средневековое чёрное платье, расшитое серебряной нитью по краям. Шею её обнимал сапфировый кулон, сережки сияли синим в ушах, а кольцо на указательном пальце было очень похоже на только что перенесший ее портал. Её иссиня-чёрные волосы струились по всей спине, увенчанные на голове диадемой, сапфир которой сверху обхватывал орёл. Такая знакомая диадема… Она точно где-то её видела. Глядя на эту волшебницу, невозможно было сказать, сколько лет этой величественной женщине. Ей можно было дать до сорока лет, но её глаза были такими древними, что казалось, она намного старше. — Здравствуйте, мадам Когтевран, — опомнившись, сказала Гермиона и представилась, неловко присев в поклоне, от чего тут же раскраснелась. Эта волшебница выглядела, как средневековая королева, и невольно девочке захотелось выглядеть в её глазах достойно, — меня зовут Гермиона Грейнджер. — Я ждала, когда ты придёшь, Гермиона. Айзек рассказал мне, что ты задержишься ради спасения младшего Золдика, — сказала Синяя волшебница, спустившись с лестницы и остановившись рядом с ней. Гермиона вначале недоуменно посмотрела на старшую волшебницу, пытаясь понять, про кого она говорит. А потом вспомнила, что Айзек — это имя председателя Нетеро, — у тебя получилось спасти своего друга? — Да, он смог покинуть свой дом. Правда, мы с друзьями не сильно смогли ему в этом помочь, — рассказала Гермиона, зачем-то напоследок поделившись и этим. — Вам с друзьями повезло уйти невредимыми. Вы, дети Годрика, всегда рискуете, — сказала синяя волшебница, смотря на её красно-золотой галстук и мантию, по бокам обшитую красной тканью. А у Гермионы тревожно зазвенело в голове. Диадема, обращение «дети Годрика», а не гриффиндорцы, средневековая одежда и дом, а ещё ледяные глаза, наполненные мудростью. Но это просто невозможно! — Я рада, что мы наконец встретились. Меня зовут Кандида Когтевран. — Что? Но… Но как?! Это же… Это же невозможно! Гермиона была не в силах сказать ничего связного и только неверующе смотрела на основательницу Хогвартса во плоти. Она в отрицании покачала головой и сделала несколько шагов назад. В её голове картина всё никак не могла сложиться. И появлялись только одни вопросы. Что основательница Хогвартса делала в этом мире? Нет, как она вообще оказалась жива?! Она же жила целую тысячу лет назад! Может, всё это просто такая шутка? Но ей было совершено не смешно! — Понимаю, ты удивлена. Ведь в нашем мире прошло уже целых десять столетий. Ты учишься в Хогвартсе, — мадам Когтевран слабо улыбнулась, с гордостью смотря на нашивку герба на её мантии, — я рада, что наше детище существует до сих пор. Никто из нас даже ожидать не смел, что Хогвартс будет принимать учеников даже через столько столетий. А Гермиона так и продолжала стоять застывшая, словно в неё бросили Петрификус Тоталус. Она с трудом начинала понимать, что перед ней и правда во плоти стоит сама основательница Хогвартса. Но тогда возникал вопрос: как мадам Когтевран оказалась в этом мире? Она ведь жила целую тысячу лет назад! И что вообще это значит?