Встреча

- Ну здравствуй, Ходилки. Как дела? - Шахматы начал стандартную беседу, как ни в чём не бывало: будто не было пяти лет разлуки. Но ему пришлось вспомнить про эти «пять лет», когда в следующий миг до него дошло, что его крепко обнимают знакомые худющие руки. Прямо как пять лет назад… - Шах, как же я скучал… В ответ на проникновенный шёпот куда-то в плечо – игра в вероятность доставала другу лишь до него, – бывший король лишь усмехнулся, сам не замечая, как обнял в ответ. - Ход, ты мне писал каждую неделю. - Я всё равно скучал, - повторил «кругосветный путешественник», как порой дома называли его друзья. Хотя, теперь это прозвище больше подойдёт Шахматам. Который, кстати, на реплику старого друга обречённо вздохнул. Пару минут спустя раздался несильный хлопок по спине. - Ладно, пойдем в дом, чай пить. На Шахматы подняли почти плачущий взгляд. - Агх, Ход! Тебе не пять лет! Давай без излишних нежностей. - Мы не виделись пяяять леееет… - Хооод… В этот раз в ответ раздалось только шмыгание. Бывший король неслышно выдохнул: буря миновала, Ходилки решил не «одаривать» его пятичасовой истерикой, как часто бывало, если его сильно что-то взволновало. - Пойдём в дом, - чтобы поскорее «миновать рифы и не влететь в шторм», Шахматы вновь вернулся к теме чая. В который втихаря уже собирался добавить успокоительное. - Ага, хмфх, - Ходилки высморкался в платок. - Как раз скоро остальные должны подойти. Если ты не против… - вдруг забеспокоился он, но был успокоен одним точным предложением. - Конечно, я не против. Кстати, - чёрно-белая игра хмыкнула, кое-что вспоминая, - ты мелкого хорошо так напугал, он аж сверкая пятками убежал. Ходилки зарделся от смущения: он совсем не собирался пугать подросшего Шашки, и обнял его лишь из-за того что сильно скучал. К его счастью, Шахматы не стал заострять на этом конфузе внимание, предпочтя поскорее завести друга в дом. - Пойдем, перезнакомиться будите, заодно с Имаджинарией познакомлю тебя. Ты же помнишь, я о ней тебе рассказывал? Она потрясающа… Дальше Шахматы принялся с жаром описывать свою возлюбленную. Однако, едва зайдя в дом, ему пришлось прекратить: в дверь снова постучали, в этот раз три неровных раза. Не говоря даже «кто там?», Шахматы молча открыл дверь. На пороге стояла ПиД. - А ты совсем не изменилась, - отрешённо протянул бывший король, после чего ему на шею сразу бросилась миниатюрная девушка в светлом комбинезоне. - Шааааахматыыыы… - О Господи, за что мне это… - вымученно задал вопрос в пустоту парень, ощущая, что если каждый будет так на него вешаться, он быстро состариться и вновь станет сентиментальным мальчишкой. Прямо как пять лет назад. - ПиД, давай без этого: он это не любит, - с сарказмом просветил несведущую подругу Ходилки. Шахматы без притворства возмутился. Это с какой это стати вдруг у друга стало так быстро меняться настроение? Только что сам чуть не ревел, а теперь – ни слезинки? Безобразие! - Да? Прости, Шахматы… - Девушка отошла, вытирая слезящиеся глаза рукой. - Я так скучала… Мы все скучали… Как бы сам Шахматы не отрицал, но ему было приятно видеть, как друзья – пускай пока только двое, всё ещё впереди, – радуются их встрече. Видно, долго ждали, совсем извелись перед его приездом, вот теперь и эмоций сдержать не могут. Приятно. На лицо сама по себе вылезла тёплая улыбка. Парочка друзей определённо её заметила, но сам хозяин нет; игры не стали ничего говорить, только заулыбались в ответ. Так в идиллии прошла минута. А через полчаса начали собираться остальные.

***

Потирая челюсть – Дурак при встрече не рассчитал силы и, обняв его, словно клещ или какая-то многоножка, случайно ударился затылком о его подбородок, – Шахматы оглядывал происходящее. Некогда аккуратная гостиная, в которой совсем недавно заимели привычку отдыхать они с возлюбленной, превратилась в место объединения больше десяти разных игр. Причём разных не только по характерам, но и по габаритам. Так, например, Дурак с ростом почти в два метра стоял рядом с маленькой ПиД. Зрелище комичное, будто рядом со светлой феечкой стоит настоящий Джокер: только безумного хохота не хватает, да крылышек с волшебной пыльцой. «Они совершенно не изменились», – подытожил Шахматы, с какой-то ностальгией оглядывая присутствующих. Вон, Покер разговаривает с Ходилками и снисходительно смотрит на выглянувшего из своей комнаты Шашки, но стоило только азартной игре почувствовать на себе чей-то взгляд, она тут же повернулась. Чёрно-белая игра с дежурной улыбкой кивнула; Покер заторможенно качнул головой в ответ, вскоре отворачиваясь обратно к осмелевшим Шашкам. Его тёмные кудряшки за эти пять лет не подверглись никаким изменениям. Шахматы искренне был рад этому, и тому, что некогда лучший друг пришёл с ним встретиться. Но он не знал, как с ним говорить после всего им сделанного, и избегал прямой встречи. Пускай это и не помешало Покеру, только явившемуся на порог вместе с Дураком, одарить Шахматы крепкими долгими объятьями. Вечеринка шла в самом разгаре, и где-то лишь через полчаса в дом заглянула Домино. С ней, что было очевидно, пришёл и Лото. При взгляде на изменившегося даже в манере себя держать бывшего товарища, безэмоциональная игра с извечно зелёным галстуком обомлела. Шахматы запомнился ей как бледный парень с тёмными кругами под глазами и сожалением напополам с горечью, застывшими в глазах. Сейчас ничего этого не было: Шахматы даже не сутулился и, наоборот, гостеприимно улыбался, пропуская их в дом совершенно непринуждённо. Будто… Ничего никогда и не было… Домино встретила бывшего ухажёра с смятением и озадаченностью. Друг выглядел не так, как прежде: одет по-простому, в одну белую рубашку и брюки, смотрит легко, без попыток что-либо скрыть, и выглядит… счастливым. И, пускай девушка не рассчитывала на подобную встречу, – скорее, ожидала холодности и отчуждённости, – но Шахматы удивил и… порадовал. Домино улыбнулась, провожая взглядом уже уходящую внутрь фигуру в громких тапочках. Да, её женское самолюбие и гордость были чуточку задеты, но она действительно радовалась, что давний близкий знакомый и лучший друг, наконец-то стал самим собой. Отчего-то рассмеявшись и вызвав недоумение Лото, игра с безликими глазами повела парня в дом. Её глаза вновь сияли, как яркие звёзды.