Глава 2: НОЯБРЬ 1942 г.

Годы в Хогвартсе прошли в тонком танце союзов и тайн, где Никс Малфой и Том Реддл с величайшей точностью перемещались по запутанной паутине. Их связь углубилась, и их судьбы переплелись, как нити самой судьбы. В последние годы группа Слизерина расширилась за счет новых лиц, каждое из которых придавало ансамблю уникальную динамику: Джаспер Эйвери, с его сдержанной харизмой, обладал умением убеждать, что нравилось многим. Элис Тернер, талантливый гений зелий, обладала сверхъестественной способностью создавать эликсиры, граничащие с грани запретного. Эдвард Нотт, молчаливый стратег, часто наблюдавший из тени и предоставлявший бесценную информацию. А еще был Абраксас Малфой, старший брат Никс, который, несмотря на свой первоначальный скептицизм по отношению к Тому, начал уважать хитрость и находчивость младшего волшебника. Его авторитет и влияние в факультете Слизерина добавляли уровень защиты и престижа их группе. Братья и сестры Малфоев, благодаря своему семейному наследию, имели значительную власть над своим домом, и их влияние ощущали все, кто их знал. Прохладным вечером в гостиной Слизерина группа собралась вокруг мерцающего огня, их разговоры плавно сливались с потрескиванием пламени. Джаспер, полулежа на соседнем диване, оживленно подшучивал над Алисой, которая сидела на полу, скрестив ноги, рядом с котлом кипящих зелий. Случайный смех и дразнящие комментарии добавляли оживленного гула в комнату. Эдвард прислонился к книжной полке, погрузившись в книгу по продвинутой трансфигурации. Время от времени он поднимал глаза, чтобы оставить остроумное замечание или саркастический комментарий. С видом уверенности Никс откидывается на мягком зеленом кресле, а Том сидит напротив нее, между ними установлена шахматная доска. Пока Джаспер наблюдал за разворачивающимся шахматным матчем, его глаза озарились озорным блеском. — Реддл, мы собираемся проникнуть в сознание Никс с помощью легилименции, не так ли? – насмехался он, и на его губах плясала игривая ухмылка. — Что ты имеешь в виду? — спросил Том, притворяясь невиновным, не сводя глаз с доски, готовый сделать следующий ход. Никс, однако, закатила глаза на его театральность. Она знала, что Том уже много раз применял к ней легилименцию. — Не хочу вас огорчать, но сейчас это бесполезно. Я овладела искусством окклюменции. Самодовольная ухмылка украсила ее лицо, когда она бросила понимающий взгляд на Тома, быстро сосредоточившись на шахматной доске. Ёе разум был глубоко поглощен выработкой стратегии своего следующего хода.Том поднял бровь: —Впечатляет, моя дорогая. Мне придется найти другие способы разгадать твои тайны. Его взгляд задержался на шахматной доске, задумчиво обдумывая свой следующий ход. По ходу вечера темы разговоров менялись. Будучи провокатором, Джаспер рассказал о последних событиях в волшебном мире. —Вы слышали о последнем указе Министерства о магических существах?Кажется, они ужесточают правила, —прокомментировал он. Алиса, тщательно отмерившая ингредиенты для своего зелья, с интересом подняла глаза. — Ужесточение правил или ограничение нашей свободы экспериментировать? Это тонкая грань, не так ли? Ее глаза сверкнули озорным блеском, и среди группы распространилось общее понимание. Свобода исследовать границы магии была для них привилегией. Нарушив молчание, Эдвард вмешался вдумчивым замечанием: —Правила могут меняться, но наша способность адаптироваться и находить лазейки остается неизменной. Это суть выживания в нашем мире. Никс, не отрывая глаз от шахматной доски, кивнула в знак согласия. — Наша сила – в адаптации. Не волнуйся, Алиса. Я уверена, что мы сможем найти способ продолжить сбор ваших ингредиентов, — Она посмотрела на Тома, и они обменялись молчаливым согласием. Алиса оторвала взгляд от пенящегося зелья и выразила свою благодарность простым «Спасибо». Том кивнул, его мысли вернулись к продолжающейся игре. Он уже спланировал несколько ходов вперед, предвидя ответные действия Никс. По ходу матча группа вокруг них превратилась в плененную публику. В комнате разносились тонкие звуки скользящих по доске шахматных фигур, переговаривая редкими комментариями или стратегическим анализом зрителей. Эдвард наклонился к Алисе и прошептал: —Интересно, есть ли у Тома запасной план на случай, если Никс проявит свои секретные приемы. Алиса ухмыльнулась, ее глаза были сосредоточены на игре. —Зная Тома, у него, вероятно, есть дюжина запасных планов. Реальный вопрос в том, сможет ли Никс перехитрить их. Полностью поглощенная матчем, Никс перемещала свою фигуру с уверенной точностью, что говорило об умении и интуиции. Напряжение в комнате возросло, когда Том обдумывал свой следующий шаг, выражение его лица не выдавало ни одной из его мыслей. Не в силах устоять перед желанием добавить немного драматизма, Джаспер громко заявил: — Судьба общей комнаты Слизерина висит на волоске. Будет ли это победой Реддла или Никс станет действующим чемпионом по шахматам? Элис усмехнулась: — Меня больше беспокоит судьба эго Тома, если он проиграет. Когда игра достигла кульминации, Никс сделала стратегический ход, ошеломивший Тома. Коллективный вздох наполнил комнату, и даже Эдвард не смог не поднять бровь в знак признания. — Легкая победа, — заявила Никс, ее глаза сверкнули триумфом. Том, однако, сохранял самообладание и внимательно изучал доску. Следующие несколько мгновений затянулись, тишина нарушалась лишь потрескиванием огня в общей комнате. После стратегической паузы Том сделал свой ход. Напряжение достигло пика, когда Никс анализировала доску, продумывая возможные варианты. Наконец, на ее лице появилась самодовольная улыбка. —Шах и мат, — объявила она с удовлетворением и весельем. Зрители разразились смесью аплодисментов и стонов, и даже Том не смог сдержать улыбку от неожиданного поворота событий. Никс откинулась на спинку стула с торжествующим блеском в глазах. — Хорошо сыграно, Никс, — сказал он. Том уступил, с ноткой восхищения в голосе. —Кажется, я недооценил твое мастерство. Джаспер, наслаждаясь театральным зрелищем, воскликнул: — Исторический момент в истории Слизерина! Никс, непобежденный чемпион по шахматам! Никс, наслаждаясь славой своей победы, просто пожала плечами. — Это все очень весело, Реддл. Возможно, в следующий раз тебе повезет больше. Когда группа разошлась, в воздухе задержались отголоски смеха и тепла товарищества.