Песнь Седьмая. Явление Ангела, Черная Злоба

      Рать человечьих родов — воеводой Тии́рсом бесстрашным       Собрана, — воды разлома промеж двух земель пересекши,       Холм покорила, и в город вошла, что раскинулся перед       Ясными взорами мудрых мужей — во лощине, буграми       Златоблестящими созданной. Войско шагнуло в селенье;       5       Улицы, жизни лишенные, вскоре его перейдя и       Лагерь разбивши, остались. Но латы свои боевые       Снять не успели, как громом рокочущим грянул владыка       Демонов Черная Злоба Воо́тис Пустой. Кровожадный       Четвероногий, двенадцатирукий, двуглавый; подобный       10       Рыбе морской, и зверю лесному, и птице небесной.       Следом за ним из разбитых домов поселенья возникла       Тьма демонических чудищ и в спину ударила рати.       Когти свои обратил воеводу разить неприглядный       Дьявол. Вдруг время свой ход прекратило; лишь только остался       15       Милис, младой светлокудрец, что дланью Господней отмечен, —       Не был затронут всевышним движеньем эфира. По промыслу       Божьему небо полде́нное взвыло, и тотчас подобные       Оку врата светоносные в сад неземной отворились.       Милис свой взор непорочный воздел к облакам белоперым.       20       Ангел к нему был отправлен с небес Божьей волей, а после       Пе́редал дар неземной сотворенный народом старинным:       Пурпура цвета кольцо с диском из мрамора белым,       В нем неглубокое лоно — лазурного камня пучина       Сходна с небес синевою. И дар передавши, поведал       25       Милису Ангел: «Отправлен я волею Господа нашего,       Бога Людского, в учи́тели мужа блаженного. Милис,       Чистый душою и оком пронзающий тайны избранник       Божий, отныне дарована сила тебе направленья,       Дабы указывать путь из чащобы неверия душам       30       Жаждущим жизни небесной». Крылами взмахнул Ангел Божий,       Милису светлое знание молвив: «И силой кольца сим       О́тперты тайны душ смертных тебе, о избранник, и вечных.       Перст облачи же в подарок Господень, блаженный, — увидишь       Мудрость и знания тех, кто носил его прежде, их подвиги       35       Богу угодные». «Я, — отвечал рассудительный Милис,       Очи к земле опустивши, — по воле Твоей воплощенной       В Ангеле, перст не могу облачить во кольцо из лазури:       Люди, так мною любимые, Черной окованы Злобой,       Нет им спасенья от гибели в лапах коварных, когтистых».       40       Крылья расправил Владыки посланник, свой взор обративши       В небо, где оку подобные были открыты лучистым       Светом врата в сад Господень. «Получишь ты силу великую,       Дар сей принявши, блаженный, — ответил ему громогласно       Ангел эфирный, — тогда твой народ под защитою будет       45       Верной и стойкой». Задумался Милис, младой светлокудрец;       Молвил: «Как мудрость поможет мне верную, стойкую людям       Сделать защиту, коль телом я слаб и порочен, о Боже?       Меч мне держать не доверили сильные воины эти, —       Вкруг посмотрев, говорил рассудительный Милис блаженный».       50       «Мудрость есть сила, которая людям дарована Богом,       Что́бы сильнее их сделать зверей и драконов, избранник, —       Ангел небесный ему отвечал непреклонно, — и мудрость       В даре, тебе Человечьим Всевышним отмеренном ныне,       Скрыта, подобной какой не сыскать во всех книгах и песнях,       55       Им обладали из дольного рода ярчайшие души:       Царь Махешва́ра Мана́са — людей величайший правитель;       Вещий ум Эйлер — мудрейший среди мастеров чародеев;       Бронзовый Лев Зак Скиталец — хитрейший из рыцарей смелых;       Моря владычица Лайла — скорейшего флота хозяйка.       60       Каждый совет драгоценный со рвением даст, ясноокий».       Милис блаженный же, взор на кольцо устремивши, воскликнул:       «Ангел, посланник Господень, я, внявши тебе, понимаю —       Тягостно я заблуждался! Прощения нет за отказ мне       Перст облачить в дар, отмеренный Богом; молю о пощаде!»       65       Неба посланник эфирный ему отвечал громозвучно:       «Милостив наш Государь и гневится не станет, избранник —       Доблесть похвальна твоя, ты ее не истрати напрасно:       Грех пред Всевышним то будет, его не искупишь мольбами.       Вечен Господь Вседержавец, но время мое быстротечно —       70       В сад богосозданный час подошел возвратиться вратами.       Ты же кольцом наибольший длиною руки твоей десной       Перст облеки». Рассудительный Милис блаженный дар Божий       Вновь оглядел проницательным взглядом, что был от рожденья       Лёгок ему да посилен. Тогда же и перстня могучего       75       Слово ему отозвалося — тотчас на правую руку       Милис надел дар Господень; премудростью древних героев,       Землю браздивших втаго́да, его озарило в мгновение.       Вслушался Милис смиренно в слова, что кольцом открывались;       Царь Махешвара Манаса ему говорил велегласно,       80       Низкоутробно, и голос его глубок был и грозен:       «Чистый душой, ты весь мир покоришь, коль изволишь — лишь слово       Властью, дарованной свыше, скажи и колени преклонит       Всякий; приказ твой исполнит, увидит, услышит, узнает,       Что пожелаешь, ведь разум отверзнутый чуждый — отныне       85       Раб и невольник тебе, благороднейший мыслей владыка».       Лайла, владычица моря, и плутовства мастерица       Криволезвийных мечей воевода, боя волчица       Милису юному смело и страстно шептала помогу:       «Золото враг твой увидит в лощине и ею же сгинет;       90       Страхом, навеянным волей твоей, сдаст без боя корабль;       Дрогнет рука, в тот же миг отсечешь ее ты умело;       В скалы гребцы беззаветно и смело судно направят;       Вот, как триумф снизойдет до тебя, благонравный».       Ангел небесный, крылья расправив, в воздух поднялся —       95       Громоподобно замолвил: «Избранник, уйду я, и время       Ход восстановит природный, тогда же не медли и силою,       Днесь тобой обретенной, народ защити твой надежно;       Как ни поступишь ты, будь милосерден, ведь Богу угодно       Всяко деянья, что имя его не порочит, а славит —       100       Милостив Вышний и строг, так служи же во благо его       Добронравно. Сегодня уснувши, войдешь ты в Чертоги       Божьи, где Слово тебе отворится — ответ на загадку       Коль, ясноокий, снедаем ты ею и мучим напрасно.       Всякий секрет: творение мира рукой непорочной,       105       Гибель рожденного смертным дольного сына иль дщери,       Корень порока и зла, что земной причина печали,       Замысел Божий об мире, исход присносущного света, —       Аще поможет несть благовестную правду, отверзнут       Станет тебе». Замерцали в эфире подобные оку       110       В сад, неподвластный тленью земному, врата отворенные       Господом, Ангелу чтоб обеспечить надежно дорогу.       Милис блаженный, прощаясь, решительно вестнику молвил:       «Слову внимаю, ведь Бог Вседержавец им чрез тебя       Истину ясно глаголет. Мудрость его недоступна       115       Думе людской, но теперь же толику знания древнего       Взявши, я понимаю: по миру польется мой путь, и       Волею Божьей добрую правду нести я готов;       Даже коль ляжет на плечи она неподъемным доспехом       Латным, я непреклонно и твердо слово продолжу       120       Молвить Твое, Государь Всевластитель небесный».       Вестник эфирный ввысь устремился, но не поспел он       Сквозь неземные врата в сад Господень пробраться, как время       Ход возвратило, тогда же смертонесущая схватка       Между родов человеческих ратью и демонов тьмою       125       Вновь завязалась нещадно и копьезвеняще. Воо́тис       Дьявол Пустой друг о друга когти зао́стрил аспидные,       Дабы разить воеводу Тиирса бесстрашного; он же,       В латы, блестящие сребром, крепкие весь облаченный,       Войско свое направлял шлемокрытое в сечу чернильную.       130       Смертных тогда же мир Ангел покинул; вспышкой лучистой,       Пламенем жарким и грохотом молний врата затворились       Божии. Все обратили свой взор (муж дольный и демон)       В небо лазурное. Милис блаженный, — взгляд свой поднявший       Тоже, — услышал вдруг силой кольца проявленную мудрость:       135       Зака Скитальца умелого слухоласкающий голос       Молвил свое наставление: «Чувства меня не подводят —       Слышу клинка моего всеразящего песню, соратник!       Спешно его обрети — и угроза из самых свирепых       Вмиг пораженная станет, слово даю я почетно;       140       Меч, благородный напарник, коль скоро даст тяжесть ладони,       Подвиги все ты мои повторишь без большого стесненья:       Духа я с ним одолел, что пространством владел и простором;       Судно пустынь Бегемот большетелый пронзен неуклонно;       Красный дракон, величайший из тварей небесных, сражен им;       145       Горы искусен тесать был, чтоб путь проложить для народа».       Милис блаженный от самого часа, как Ангел небесный       Ввысь улетел во врата, эманаций его испытавши,       Сам лучезарно брезжил подобно рассвету морскому;       Храбрый Тиирс воевода на Милиса взор обратив же,       150       Спрашивал: «Видели мы, как вспыхнуло небо цветисто,       Нынче же сам, ясноокий мой друг, ты искра́ми пылаешь;       Ангел являлся тебе иль другой небожитель бессмертный?       Весть ли какая пришла? — Ты ее сообщи нам немедля!       Много нас вел ты равниной озерной, проточной родной нам —       155       Более подлой, коварной тем самым, — но усмотреньем твоим       Омуты в реках стремитьельных, топи в болотах зловонных       Жизнь никому не отня́ли — ведь зорок твой глаз и любовен;       Пиками гор снежнобелых, что сне́дены ревом драконьим,       Также нам путь указал незаметный, но паче безбедный;       160       После же гор каменистых в лесах, (где народ обитает       Дикий, со зверем роднящийся), гады ползучие, ртутью       Пасти наполнивши, нас погубить устремились; но словом       Кротким, тобою глаголанном, вмиг усмирились; и в норы       Дальние, в корни скрипучие тихо ушли — невозвратно.       165       Верим тебе как отцу, как родителю, Милис — теперь же       Правду скажи, что за весть тебя посетила: ведь всякий       Знает, что дланью Господней ты от рожденья отмечен».       Так воевода Тиирс кароокий юному молвил       Милису; тот, повернувшись едва ли к речи знакомой,       170       Зака Скитальца умелого слухоласкающий голос       Вновь услыхал: «В ладони могучего мужа сего я       Меч ощущаю знакомый! Вот только отнюдь не открыта       Сила ему боевая — напрасно эфес он сжимает;       Остр и разящ мой искусный ксифо́с и в руке непутевой —       175       Сирый возьмет, и лишь безупречным мечом обернется,       Мощи в котором природной не будет и доли ничтожной;       Муж прозорливый же сможет извлечь благую подспору —       Пламенем звездным тогда всеразящего взмах обратится       Бронзы волшебной клинка. Так скорее, скорее, соратник       180       Меч обрети. В том поможет перст драгоценный, что палец       Днесь твой надежно объял, ясноокий». Милис блаженный       Зака Скитальца умелого мудрому следуя слову,       Прямо, стремглав к воеводе пробрался сквозь ровные строи;       И, к удивленью его и смятенью великому, полно       185       Сердцем жестокий, но мудрый людей величайший правитель       Царь Махешвара Манаса сказал велегласно и грозно:       «Разум его подчини и мечом овладей — тусклоумый,       Слабый муж этот зреть то не сможет: властию правой       Ты наделен, благородный — действуй же ей сообразно».       190       Милис блаженный нахмурился — царь Махешвара Манаса       Молвил, помедля: «Меч создан народом моим ясноумым       Перстню подобно; знаю я образ, как верно прибегнуть       В битве к нему». Отринул слово зловредное Милис,       «Грезу ему покажи, как разишь ты ксифосом могучим! —       195       Лайла, владычица моря, так говорила младому       Милису. — Дланью своей к челу прикоснувшись, поведай       Знания те, что, избравши, представишь ты́, благонравный».       Милис, однако же, спешно к Тиирсу, блестящему сребром       Чистым, прибли́зясь, мудрого слова послушав не сразу       200       Девы, клинок чей быстр и крив, ответствовал скоро:       «Опытный друг мой Тиирс, многомудрый наставник, удачей       Доброй отмеченный, Ангел и впрямь мне являлся со светлой       Вестью; дал он мне перстень могучий, но долог рассказ мой       Будет — силой кольца же, стоит коснуться мне тонко       205       Лба твоего семипядного, сразу узнаешь ты все и       Словом ответишь, веришь тому ли, что видел и слышал       Явственно». Храбрый Тиирс воевода Милису молвил:       «Права мне нет отказаться, ведь тягостный грех неотмольный       Грузом на плечи возлег с того дня как губителем стал я       210       Другу, с которым от самых пелен белоснежный и мягких,       Тканных вдвоем матерями его и моею любовно,       Братьям подобно родным мы вместе росли и играли;       Сына его сиротою я сделал, супругу — вдовою       Горькой случайностью, умысла всякого злого лишенной.       215       Милис, мой друг ясноокий, коль даже сгубить меня вздумал,       Слова сказать никакого не смею я против; делай что       Должно». Жарко Тиирс говорил, воевода бесстрашный,       После лоб свой подставил высокий благостной длани,       Очи закрывши от света дневного и битвы жестокой.       220       Милис, совету последовав меднокудрявой       Лайлы, перстами немедля чело воеводы Тиирса       Тронул; сила кольца всколыхнулась, вскипела послушно —       Ум воеводы Тиирса познанье постигло: увидел,       Как неземной являлся Милису Ангел Господень;       225       Дар передавши, что молвил, какую людям защиту       Божией правдой чрез Милиса он обещал; также слово       Зака Скитальца умелого, меч распознавшего верный       В сильного мужа ладони мозолистой. Вот что узрел он.       Милис младой светлокудрец плавно перста свои отнял;       230       Храбрый Тиирс разомкнул свои вежды и, к ножнам тянувшись,       Молвил осипло: «Погибель принесши старинному другу,       Горем сраженный, я слезы соленые выпил и твердо       Клятву в тот день же дал роковую жертвы собою,       Случай настанет когда его сыну, что чтим мною свято,       235       Жизнь сохранить, на мою обменяв; и теперь настает он».       Так говорил он, из ножен доставши меч свой искусный       С Лезвием острым цвета песчаной породы. И взявши       Дланью могучей клинок, ясноокому Милису о́тдал.       Милис, младой светлокудрец, ксифос переня́л осторожно;       240       Крепко эфес меднорудный, каких не сыскать совершенней,       Взял он, и тотчас отверзнулась сила ему боевая —       Речью бессловной, но ясной клинок отозвался, поведав       Тайну, как звездное пламя рождает он взмахом всесильным;       Время какое потребно, чтоб звездное пламя окрепло,       245       Дабы единым ударом разить чернотельную Злобу;       Души же чистые он сохранит неизменно, не тронув.       Милис блаженный то внявши, демонов войско окинул       Взглядом решимым и твердым; после же молвил Тиирсу:       «Меч сей могуч, и взмахом он может целое войско       250       Чести лишенных демонов гадких разить непреклонно,       Срок же, однако, немалый нужен ему чтоб напиться       Силы природной, что вкруг нас витает, волшбу порождая;       Также людей, что любимы так мною, он сохранит,       Ран никаких им не сделав напрасно болезненных, страшных.       255       Друг мой Тиирс, храбросердый воитель, губитель угрозы       Всякой, что дольному роду козни подлые строит,       Бога провиденье верное даст мне Черную Злобу       Мощным ударом сразить, истребить безвозвратно, вот только       Времени нужно мне вдоволь — то значится в сердца ударах       260       Две или три полных сотни». Так говорил ясноокий       Милис блаженный. Тиирс воевода задумался; хмурым       Взор его сделался. После на воинства он обернулся:       Бились, лишь солнцу палящему зримые с синего неба,       Демон коварный да муж человеческий храбрый неравно.       265       Молвил бесстрашный Тиирс, посмотревши в лазурные очи       Милиса юного: «Знаю я, близок мой час, но последий       Долг свой исполню. К тебе не пробьется диавол скаре́дный       Как он ни будет стараться, зловредные чи́нить лукавства;       Ты же, мой друг ясноокий, сделай, что Богу угодно —       270       Дух мой бессмертный тогда лишь на небо вернется, коль скоро       Жизнь сохранят мой народ, мои земли и ты — всех превыше,       Милис! Меч я возьму у Антареса — юный кузнец он,       Пылкий да богобоязненный, в мать весь пошедший Шау́лу».       Так говорив, кароокий Тиирс воевода в кипучуй       275       Бой направлялся смело — и гордо держа подбородок;       Милис, младой светлокудрец, вслед кивнув головою       Другу любезному, взялся теперь за ксифос смертоносный,       Обе ладони сложив на эфесе меднозеленом;       Руки воздел к небесам голубым, и правдиво устами       280       Милиса слово свое говорил сам Господь Вседержавец:       «Время твое на земле, безобразный диавол, прошло уж —       Полно народ мой томить; посланец один лишь из многих       Хитрого Де́нницы ты, что Отца и людей обманувши,       Власть получил не по мере ему, не по мудрости светлой.       285       Темный, как ночь, как пучина морская ты, Денница хитрый,       В мира самое сердце низвергнут, понеже многия       Злыя дела совершал — не избегнешь вечной же муки;       Многие годы пройдут, долгия минут эпохи,       После явлюсь я тебя истребить и назад отобрати       290       Силу, что ты получил чрез предательство, подлый отступник —       Так говорю я, Отец Всетворитель, властитель небесный!»       Тою порою Тиирс воевода среброблестящий       Взял у младого Антареса, крепкого торсом могучим,       Меч боевой, остротою подобный полде́нного солнца       295       Жгучим лучам или брызгам соленой воды океанской,       Брег каменистый коли волну разбивает сурово.       Взявши меч боевой, он, исполненный доблести жаркой,       В сечи жестокой направился самую темную гущу;       Черная Злоба Воотис Пустой тогда встрепенулся,       300       Равного в силе противника скорое чуяв явленье, —       Дюжиной гадких аспидных когтей бесчестно пронзил он       Шесть человечьего рода бойцов отважных и храбрых,       Шесть из своих — тех, что имени честного вовсе не носит;       По́ трое, о́ земь их грохнув и почву чужую смочивши       305       Мо́згами, жвалами серыми плоть им терзая, пожрал всех,       По́ трое бросил же в землю, где затоптал тех ногами —       Козьи копыта, металлом покрытые, сто́пам наместо       Носил он. Видевши это, разгневался храбрый Тиирс и       Меч, Антаресом данный, стиснул прежнего паче;       310       Бросился стрел он скорей самых скорых к диаволу — тотчас       Три из двенадцати лап поразил единым ударом;       После же так говорил величаво и громкоголосо:       «Подло твое бытие — ты детеныш старой гадюки,       Выводок свой пожирающей, только на свет что родился;       315       Жизни тебе не видать, порожденье клубистого мрака:       Будешь сражен ты рукою моей или Милиса сильной,       Кровь поелику пролил ты людей, чего не прощает       Род наш долинный и многоразумноголосый!» Диавол       Ревом ответил тогда Тиирсу бесстрашному громким,       320       Когти аспидные в грудь ему направляя; звонко       Взмахом меча боевого Тиирс отразил их, движеньем       Тем же лапу одну отсекая. Чудовище взвыло,       Ядом горючим и смертонесущим плюнув из пасти;       Прыгнул изоку подобно Тиирс воевода — потоки       325       Ртути багряной пред ним на жаркую землю плеснулись;       Капля от них оторвалася, руку ему поразивши,       Меч боевой что держала — десницу могучую, — страшно.       Крик удержал воевода и шуйцей могучей не меньше       Крепко эфес захватил; но теперь уж ослаб он, конечно,       330       Подлою ртутью отравленный. Черная Злоба ужасно       Жвалы осклабила — в три́ ряда зубы за ними скрывались;       Снова ударил Воотис, лапы быстрее чем прежде       Двигая буйно. Две на сей раз поразил воеводы       Меткий клинок; заревело страшилище, кровью плеснувши       335       Красной, горячей, как бронза текучая, гнойной отравой.       Птице подобно и зверю, и рыбе вдруг закричавши,       Черная Злоба наполнилась силой природной, ту взявши       В долг неоплатный тяжелый; острее движения стали,       Громче рык раздавался зловредного монстра отныне.       340       Когти аспидные звонко о меч, что Антаресом скован,       Искры секли. Отбивался Тиирс воевода бесстрашный,       Больше слабея; и силы собравши последние, взмахом       Две отрубил напоследок лапы, четыре оставив       Твари. Тогда же упал на колено, и взгляд обративши       345       К Милису, тихо кивнул. И тотчас же острые когти       Грудь героя пронзили. Милис тою порою       Зака Скитальца искусный ксифос руками сжимая,       Зрел, как сражался Тиирс, как погиб он, герой, воевода.       Меч задрожал всеразящий — звездное пламя окрепло;       350       Мудрого Эйлера слово звучало отрывисто, кратко:       «Всех — умертвить». Рассудительный Милис блаженный тогда же       Скорым к земле движеньем ксифо́с могучий направил —       Звездное пламя, сошедши с тверди небесной, земную       Твердь облачило пожаром, страшными молнией, громом       355       Ярко вспыхнуло трижды: гранатом, лазурью и розой;       Свет ослепляющий вышел из самых глубин и расколов —       Демонов гадких всех поразил без остатка и дальше       Прямо направился: с лёгкостью холм впереди истребивши,       Моря соленого воды он перешел и по лесу,       360       Жизнью зеленой кипучему, путь проложив скороходно,       В гору ударил высокую — ревом драконьим объята,       Снегом вершины покрыты, — камень ее уничтожил,       Путь продолжая из леса — к озерному синему краю.