Часть 13

      -Ну, за здоровье! -За здоровье мужики. Послышался приглушённый звук рюмок, мужчины выпивали уже несколько часов, закусывая это дело луком, колбасой, хлебом. Турбо, нацеленный на подлость, пробрался к их столу, обращая на себя все взгляды. Он знал, что делать это ему не стоило, может понимал, что за это его накажут, посадят, а может и вовсе убьют, но он пацан. Он с улицы. Все вокруг враги и чушпаны, к которым не должно быть жалости. И вот в его глазах Карина была именно такой. Пока все остальные сочувствует ей, он знает, что она угроза, она делает их слабее, она мания парней, они ведутся на её голос, на её выразительные глаза, пухлые губы, над которыми красуется родинка. Большая грудь, сладковатый запах...она мечта и он был пленён ей, но также быстро и отстранён. Карина - враг, которого нужно срочно устранять. -Ты смотри! Кого занесло. Чё надо, Турбо? — спросил Кащей, вставая со своего места и протягивая руку. — Пожмёшь, али нет? -Пожму, чё тут, — без раздумий сказал Турбо, крепко сжимая руку мужчины. -Ну и зачем пришёл? -Дело есть, Кащей. -Слушаю. Выпьешь с нами? -Не хочу. Лучше закурю и пошли выйдем. Кащей кивнул, беря свою кожаную куртку, и хлопая собеседника по плечу, мол, вернусь, жди. Далее вытянул по сигаретки, подсобил зажигалочкой и они оба вышли из ресторана. Мороз был жгуч, поэтому Турбо поёжился, принимая подарок. -Ну так, говори, чё кота за яйца тянешь. -Ну так говорю. Пацаны наши совсем долбанулись. Карину помнишь? -Эту сучку? Кншн, помню, как я блять ногами-то её отпинал, а! И чё с ней опять? -Отшили её. Ментам сливала нас. Кащей харкнул в сторону, показывая всё пренебрежение к этой девушке. Потом усмехнулся, пожал плечами, будто говоря, что всегда знал это. -Если коротко, фавлёрша она, а пацаны с неё всё носятся, мрази конченные. С каких пор мы чушпанам помогаем? Вот когда ты был, Кащей, всё было в порядке, приехал Адидас, сразу порядок изменился. Пора решать это, а то так ваще Универсама может и не быть. -Серьёзно что ли? -Зуб даю! Помогай, а то плохо будет. -Нет, ну чё, помогу кончено по старой дружбе. И вообще, мы-то с тобой хорошо бы управляли Универсамом вместе, да ведь, друг? — Кащей наигранно обнял Турбо, прижимая его к себе. -Да. Только помогать нужно сейчас, а то пропадём. -Ну так чё сиськи жмём, пошли. Я своих парней запрягу, щас быстро вразумим. Он гордо затопал вперёд, гася сигарету. Созвав всех друзей, они направились в качалку, где уже были готовы выходить все Универсамовские, но не тут-то было. Кащей прилюдно, плюнул в сторону Адидаса, набросился на него, а затем и все начали колотить друг друга, в то время как Турбо стоял со своей ухмылкой, думая о том как же там Карина. Умерла или ещё борется со своим оружием с Домбытовскими.

***

Я стояла, оглядываясь по сторонам. Всё давно было готово, патроны в патронники, удобная одежда, нож, который также принадлежал отцу. Он его никогда не любил, говорил, что с таким ни на охоту, ни по грибы, ни на драки нельзя, но я думала обратное. Если захочешь, то можешь убить даже листом бумаги. В эти минуты я могла бы уйти, но меня удерживала какая-то сила, разговаривавшая со мной. Всё повторяла и повторяла: отомстить, отомстить... Да. Я отомщу. За Айгуль, за себя. Я убью Рому. Не достойного жизни. Может если бы я убила его тогда, в ту ночь, всё бы было хорошо? Он бы не рассказал. Да. Возможно, но не точно. А что если всё это уже было давно запланировано и мы просто исполняем этот план? А что если я сегодня умру? Я буду бороться, чтобы кто-то однажды рассказал моему сыну, что его мама была хорошим человеком, готовым пойти на всё, чтобы спасти своих людей. Из-за угла показалось несколько человек, впереди которых шёл незнакомый мне пацан. Я вспомнила про свои двенадцать патронов, пистолет, и подумала, что всех перестреляю и ничего мне за это не будет. Но резко их количество увеличилось и теперь Домбытовских было около сорока. Я обомлела от ужаса. Дура! Какая же дура! А вот и Колик, в своем сраном черном берете. Для него пуля всегда найдётся. Впереди начали шептаться, шёпот переходил на задних, а потом опять вперёд. Знакомое лицо вышло вперёд с распростёртыми объятиями. -Бабочка! А ты какими тут судьбами? -С вами драться. Кто-то рассмеялся, я кинула недоброжелательный взгляд, ищя в толпе это смехуна. Он умрёт вторым. Медленно вытаскивая пистолет, Призрак, с которым я была знакома так давно, понял, что я не шучу, взглянул на своих, таких же растерянных и сбитых с толку. -Завязывай, Карина, а то ведь так и отхватить можно. Сто пуд даю, что он не заряжен, — сказал один из пацанов, выходя вместе с Коликом вперёд, а за ними и двинулась вся толпа. Думают, что я испугаюсь. Мне уже нечего пугаться, нечего терять, меня никто не ждёт. -Проверим? — спросила я, поднимая ввысь пистолет и сама того не ожидая стреляя в Призрака. Руки мои сотряслись, меня оглушило. Только через несколько секунд я поняла, что выстрелила в человека. Голова резко закружилось. Как? Я? Не может быть. Я не такая, не убийца! Нет. Отомщу. Второй выстрел и вторая жертва. Я целилась в сердце, не в голову, ведь знаю, что если будут хоронить, так пусть в открытом гробу. -Ах, ты сука! — крикнул Шрам, подлетая ко мне, и, выхватывая пистолет. Раз удар, два удар, я не сдаюсь. Я начала искать самое ближайшее, что было у меня под рукой. Кроме ледяных глыб ничего. В момент, когда я схватила одну из таких глыб, почувствовала свою же кровь, но это ничего не значило. Шрам пал замертво, его кровь алой лужицей растеклась вокруг него. -Карина! — крикнул Рома, толкая меня на труп, и, останавливая своих товарищей, готовых накинуться на меня с кулаками. — Что тобой произошло? Посмотри на себя. Что бы сказала твоя мама? А чтобы сказал Петя? Думаешь он бы гордился тобой? -Ром, — задыхаясь, говорила я, всё ещё формулируя мысль. — Его забрали, усыновлять хотят. -Оу, ты ж моя бедненькая, — докоснулся он своей ледяной рукой до моей щеки, я вспомнила первую встречу...такую животрепещущую, которая изменила представления о парнях. Он был рядом со мной ласковым, заботливым, и вот я сейчас вновь будто окунулась в то время... Нет. Он ублюдок. Нельзя. Никогда. Он убил Айгуль. Из-за него она бросилась вниз. -Пошёл нахуй! — крикнула я, убирая его руку. -Даже так? Ты не перестаёшь меня удивлять. Пацаны, можно. Разрешаю. Пусть сдохнет, мразь. Я рад, что твоего выродка забрали. Кому он здесь нужен? Ошибка природы. Моя ошибка, что я связался с такой как ты. Я силилась встать, уворачиваясь от ударов. Но как только я собиралась подняться, меня вновь усаживали на земь, бросаясь глыбами, камнями, снегом, снимая с меня свитер, а в это время Рома, как последняя мразь ходил вокруг и говорил свою речь. Будто он готовил её ещё заранее, зная что именно я приду и захочу убить его. -А ты помнишь наш первый поцелуй, а я бы мог целоваться с кем-то другим. Но ведь это тебе приспичило сходить на теплотрассу, поорать, что Дом Быта Короли Казани, будто мы без этого не знаем. Видишь, как, оно получается, Жёлтый отшил меня, а я вернулся, потому что пацаны верят мне. Вы сами просили. И мне так похер на эту Айгуль или как её там. Сбросилась и слава богу. Хоть не будет мозолить глаза...Когда мне сообщили, что ты родила, я готов был убить его, а потом и тебя, но что-то меня останавливало. А знаешь что? Любовь. Да. Сраная любовь, заставляющая делать людей неосознанные поступки. К херам её... Я была избита, вся. На мне не было живого места, но среди толпы, среди их ботинок, ударяющих меня, я нашла свой пистолет. И тогда во мне заиграла такая злость, что я больше не боялась, не было хаотичных движений. Я стреляла четко в голову. Да, промахнулась, а потом ещё раз, и ещё, но нескольких всё же смогла лишить жизни. Так им всем. Не жаль. -Блять, менты, бежим! — крикнул Рома своим, те опомнившись ринулись вперёд, поскальзываясь на гололеде. Милиционеры начали гнаться за ними, а я знала, что меня посадят. Мой пистолет крепко держала рука, а вокруг лежали трупы. Я знала, что остался один патрон. На меня. Я готова была убить себя, при этом ничего не чувствуя. Я была обнадёжена, я не хотела в тюрьму. Зажмуриваясь, я подставила пистолет к виску. Меня ждёт мама. Ждёт мама... -Карина, сюда! — кричали мне из переулка, а я же резко вскочила, будто не замечая, вывихов и ран. — Давай, давай, давай, закинь руку на меня! Как мне казалось мы бежали час, а может и два, но по факту оказалось всего меньше пяти минут. Быстро преодолев милицию, мы юркнули в подъезд. -Я...убила, сама убила. Марат закрыл дверь, следя через небольшое окошечко за происходящем. -Ты дура скажи мне? Ты дура? -Может и дура. Но я хотела отомстить за Айгуль! И я отомщу. -Нет. Сиди на месте, пока ещё жива, — оторвавшись, он присел рядом со мной, давая платок. — Я это сделаю. Не ты. Я клянусь, что убью Колика ради Айгуль...ради тебя. -Меня посадят. -Не посадят. Андрей вступиться, а там и я. Всё правильно ты сделала. Такие как они не должны жить. -Не боишься, что отошьют? Я думала для тебя место в Универсаме важнее всего. -Айгуль была важнее. А сейчас...я приходил в ментуру. К отцу твоему. -И? — спросила я, кашляя в платок, пачкая его своей кровью. За эти три недели я потеряла её столько, что можно было бы снабдить ею весь дом. -Говорит всё: пиши, да пиши. А я спрашиваю, чего писать? Он говорит всех кто у нас был и всех кто в Доме Быта. -Написал? Марат замолчал. Опустил свою голову, осознавая что сделал непоправимое, но сделал он это ради справедливости, ради своей любимой, которую не вернуть. -Да...идём к маме моей. Она поможет. -Ты уверен? А если там Вову ищут? -Не бойся. Идём.

***

-Ты чё Кащей? Совсем берега попутал? -А вы? Шлюху приютили, а потом спасать идёте? Совсем ебанулись? Мы улица! Мы такого не делаем никогда. -Это ты её принял. Не мы. Так что вина на тебе. -Да? Адидас по-моему тебе скоро пиздец. Везде твои фотки, везде тебя ищут, а знаешь из-за кого? Из-за шлюх этих. Надеюсь, что и вторая скоро в окно выйдет. Грязные они, понимаешь? Они вообще за людей не считаются. -Завались! — крикнул на него Андрей, не боясь получить сдачи. -А ты чё? Защитник её? А? Смотри, что делается Адидас! Все вокруг спят с вафлёршами. -Иди вон. Ты давно не наш уже, а Карина хоть и мразь, но сделал побольше, чем ты. Кащей закусил щёку, развел руками и всем видом дал понять, что они уже потеряны. Их не спасти. Особенно с таким главарём как Адидас. После его ухода напряжение снялось, все начали более менее отходить от этой бессмысленной драки. И все понимали для чего она была устроена и кем была подговорена. -Карину там потрепали знатно, наверное. -Без понятия. А не всё равно? -Нет, — коротко ответил Андрей, глядя на Зиму. Может он тоже что-то чувствовал, переживал, но не показывал. -Вов, а чё делать будем? Как себя спасать будешь? — спросил Турбо, усаживаясь в кресло с видом довольным и удовлетворенным. Адидас почесал свою голову и уставился в одну точку. По прошествии нескольких минут он выдал свой ответ, который был всем известен. -Не тем мы чем-то занимаемся, пацаны. Так не должно было быть. Забылись мы. Теряем мы Универсам. Я уезжаю. Без меня как-то, не хочу участвовать больше в этом. -На...навсегда? — уточняюще спросил Валера, заинтересовавшись делом. -Не знаю. Пока всё не успокоиться. А за главного пусть Зима будет...и про Карину. Забудьте про неё уже. Что сделала, то сделала. Давайте, бывайте, пацаны. -Давай, Володь. Осторожней будь там! — говорил Зима, сплетаясь в рукопожатиях. -Пока, Адидас, — где-то из-за спины сказал Лампа. -Удачи, — ответил Андрей. Делая глубокий вздох, Адидас огляделся, зная, что не вернётся сюда больше, больше не будет тех вечеров, больше не будет как раньше, всё в прошлом, всё рушиться с неистовой силой. Таким развитием событий конечно же был рад Турбо. Теперь он мог творить всё что угодно, ведь с Зимой они реальные братаны. Куда он, туда и Турбо. Он уже просчитал свои действия, знал, что ждёт его завтра, поэтому поднялся и выдал: -Завтра на сборах быть всем. Отшивать будем помазка. Андрей напрягся. Потерять это место было ужасней, чем смерть. Если он станет чушпаном, с ним никто не будет общаться, опять начнутся вымогательства, издевательства и его другом станет ментура. -Чё так напрягся, Пальто? Не тебя, дебил. Хотя...я подумаю.

***

Я лежала в комнате Адидаса младшего, Диляра, заботливая мама Марата, обрабатывала мне раны и к нам ехала скорая, которая бы вправила мне кости. Надеюсь без переломов, а то ведь не смогу нормально функционировать. -Сынок, ты пока побудь с Кариной, я сейчас чай заварю, чтобы согрелись. -Да не стоит. Я в порядке. -Нет! Я настаиваю. Сейчас всё принесу. Насколько возможно я улыбнулась, и присела чуть выше, пытаясь не задевать больную руку и ногу. Марат же поставил стул и присел рядом со мной. Повисла нелепая пауза, почему-то было не привычно и как-то стыдно. -Что делать-то будем? — прервала я эту тишину. Он лишь пожал плечами, а я прочувствовала всю его боль. Он был не таким, взор его потух, стал стеклянным. Без неё он не мог жить, не мог больше дышать, есть и спать. Я знаю это чувство...оно мне знакомо. -Отомщу за Айгуль сначала, а потом посмотрим. Завтра к пацанам иду, а тебе наверное лучше к отцу идти. Или к сыну. -Забрали его...не являюсь я матерью, да и не являлась. -В смысле забрали? Кто? -Я не знаю. Какие-то пижоны из Москвы. -Так поэтому ты там...готова была разнести свой череп? -Да и не только поэтому. Виновата я во всём. И никто не воспринимает меня обычным человеком, все косятся, даже деньги из моих рук не берут, просят всё, чтобы я положила их на стол. Как после такого жить? -Ты это, не смей умирать. У тебя жизнь ещё вся, а сына заберём. Если надо я впрягусь, Андрей тоже, батя твой. -Не уверена... -А я уверен. Слово пацана даю тебе, заберём. Я искренне усмехнулась. Всё серьёзно. Дал слово, значит точно сдержит. Отомстит, вернёт сына и будет счастье, хотя не очень-то вериться. В дверях появилась Диляра с подносом и двумя кружочками чая. Для меня и для Марата. Обо мне заботятся, взрослые люди, я кому-то нужна? Кто-то не считает меня шлюхой? -Ты пей, он этот, ну офигенный, кароч. Травки всякие, цветочки...наверное Айгуль понравилось бы. Я...верил, что у нас всё получиться. Но честно, я больше не смогу полюбить также как я любил её. И до сих пор люблю. Я не смогу предать её. -Знаю...она тоже любила тебя, очень. Постоянно говорила о тебе. -Да? — повернулся он ко мне, а я увидела глаза, наполнявшиеся болью, такой которую нельзя было описать. Она разрывала его. -Да, — проговорила я, смахивая слезинки, он же в свою очередь отставил кружку и отошёл к окну. Наверное не хотел, чтобы я видела его таким. Но ведь все свои, столько всего пережили. В это время в дверь зазвонили, послышались шаги и тишина. Мы притаились и начали прислушиваться. -Здравствуйте, младший лейтенант милиции, Курских Виталий Дмитриевич. -Ильдар Юнусович, сотрудник милиции. У нас есть ордер на обыск. -Про...проходите...