Глава III. Плен

Кейтилин вместо с Огоньком покинула территорию лицея, когда все уроки уже давным-давно закончились. Первым, что она заметила, было отсутствие Луны. Вторым, что она заметила, был молодой мужчина, достаточно молодой, чтобы Кейтилин смело могла называть его «пацаном». Кейтилин быстро узнала в нём одного из членов «Адского глаза». Кто же знал, что они способны на подобные действия? У них что, сменилось руководство? Так вот, «пацан» сидел на тротуаре рядом с Раскэ, гладя того по голове своей левой рукой с чрезмерно длинными ногтями, больше напоминавшими когти. Раскэ довольно урчал, не понимая подвоха. На коленях у «пацана» сидела её любимая чёрная кошка, которую он нежно гладил правой рукой. Эклипса громко мурлыкала, как будто одну из её подопечных только что не похитил «Адский глаз». Кейтилин разочарованно покачала головой: она ожидала подобного от Раскэ, но не от Эклипсы. Прохожие не обращали никакого внимания на «пацана», занявшего вместе с соворлом и кошкой полтротуара. Лишь изредко они шептали что-то про «пьяниц» и «бомжей» в адрес «пацана», а тот в ответ посылал их всех далеко и надолго. Кейтилин не намеревалась быть настолько терпеливой, особенно сейчас, когда Луну похитила группа недо-злодеев. Не то чтобы она чувствовала реальную угрозу, исходившую от «Адского глаза», просто ей не терпелось как можно скорее перейти к самой весёлой и захватывающей части. — Эй, пацан, может быть, ты уже слезешь с моего соворла? — крикнула она «пацану». Тот в ответ лишь криво усмехнулся. — Он больше не твой соворёл. Теперь он никому не принадлежит, ведь я даровал ему свободу! — пафасно объявил «пацан». — Нет, ты просто пытаешься похитить моего соворла, как до этого твои сообщники похитили сестру Луны Великой. — Во-первых, не сообщники, а сообщница и весьма красивая, между прочим, хотя меня женщины не интересуют и, к тому же, моё животное нутро за милю чует в ней её ястребиную натуру. Во-вторых, ничего мы не похищали, а просто мимо проходили, эта девчонка к нам сама в гости напросилась. В-третьих, я выступаю за гуманное отношение к животным, — сообщил «пацан», не переставая гладить Эклипсу и Раскэ. — Потому что ты сам животное? — с самой невинной улыбкой на свете спросила Кейтилин. «Пацан» хотел было ответить ей что-то явно грубое и нецензурное, но тут их непродолжительную перепалку внезапно нарушил Книг, который задержался в школе после уроков на каком-то факультативе. Причём сделал он это весьма оригинальным способом — по-прежнему смотря в пол, тихим голосом сообщил «пацану», что воспитанные магистры так себя не ведут. От ошарашенного лица «пацана» Кейтилин ещё больше развеселилась, и лишь необходимость вытрясти из него информацию о местонахождении Луны, а потом еще и идти спасать её из плена, омрачала её в этот момент. Пока «пацан» сообщал бледнеющему с каждым словом Книгу, кто он и куда ему следует пойти, Кейтилин бесшумно подошла к нему сзади и одним сильным ударом своей сумки по голове вырубила его. Книг, который сначала хотел куда-то уйти, возможно, в места, указанные «пацаном», передумал и осторожно прошептал ей, что она совершила уголовно наказуемое преступление, но ей было глубоко плевать и на слова Книга, и на законы Эстании. «Пацана» связали, приковали цепью к забору и разбудили, облив водой. Допрос несчастного вела Кейтилин. Книг, как поняла Кейтилин, был давним фанатом Луны Великой, а потому, узнав о похищении её сестры, решил помочь ей и Огоньку, несмотря ни на что. — Я понимаю, зачем она скрыла от меня свою личность, но всё равно ужасно расстроен, что не смог понять, кто передо мной и пообщаться с ней побольше. Это было ужасно глупо с моей стороны. Медведь и Взрыв были совершенно правы на мой счёт, — пессимистично поделился ботаник с Огоньком. Тогда Кейтилин сообщила ему, что Луну приняли в лицей, и она будет учиться в их классе, после чего перешла к допросу Клыка, оставив Книга в состоянии эйфории шёпотом рассказывать Огоньку информацию о том, как правильно пытать политзаключенных, полученную им из книг про времена Златокорона I. — И так, пацан, где сейчас Луна? — для начала спросила Кейтилин. — Иди на… — тут «пацан» ненадолго замолк, осторожно смотря на Книга, который как раз в красках описывал Огоньку, почему четвертование лучше, чем потрошение. — Я ничего вам не скажу просто так, но согласен на равноценный обмен. — Ты правда думаешь, что мы согласимся с тобой на хоть какой-нибудь обмен, когда ты в полной нашей власти, пацан? — насмешливо спросила Кейтилин. — А ты правда думаешь, что какая-то верёвка сможет сдержать меня? — нахально сказал «пацан». — А ещё я никакой не пацан, мне двадцать шесть лет… будет через месяц, — добавил он, превращаясь в орла, тем самым разорвав связывающую его веревку. — Надо же, орёл и по знаку, и буквально, — весело произнесла Кейтилин, глядя на то, как разорванная верёвка вновь становится целой и схватывает орла, при этом светясь то сиреневым, то зеленым цветом. — Поверь мне, твое умение превращаться в зверушек не поможет, Клык, эти веревки созданы самым ботанистым ботаником из всех ботаников в Магистрии — Книгом, — сказала Кейтилин, наблюдая затем, как орёл сначала превратился в гремучую змею, а затем в огромного льва в попытке высвободиться, но волшебные верёвки были все равно сильнее. — Кроме того, ты все еще прикован к забору, Клык. — Откуда ты знаешь мое имя? Ты моя фанатка? — спросил Клык, вновь став человеком. — Хочешь подпишу, разумеется, в обмен на свободу, тебе твои… — Не смей, — отрезала Кейтилин. — Ты и так весь прошлый день торчал в виде змеи возле моего сада, думая, что тебя никто не видит. Вот в моё время тайные шпионы не менее тайных мировых правительств были такими, что их искали минимум год, не то что сейчас, — с крайне серьёзным видом произнесла она. Конечно, это было не совсем правдой, ну и что с того? — Но ты младше меня! — возмутился Клык. — Ты всего лишь жалкая малявка! Кейтилин прищурилась, стараясь сдержать гнев, вызванный этой фразой. Ей никогда не нравилось, когда ей указывали на её малый возраст. Что, впрочем, совершенно не помешало поступить Совету так, как они с ней поступили. Лицемеры. — Еще раз ты меня так назовешь и отправишься исследовать просторы космоса, — предупредила Кейтилин. — Кроме того, если ты не заметил, то ты находишься в плену у этой «жалкой малявки». — И что ты мне сделаешь, мелкая? Мамке пожалуешься? — после этих слов Клык от одного сильного удара Кейтилин пролетел над несколькими большими белокаменными домами, яростно вопя и ругаясь на пяти различных языках. Кейтилин сделала несколько глубоких вдохов, переставая злиться на этого несмышлённого идиота — слава сёстрам, её гнев в основном был быстротечен. — Я перестаралась, не так ли? — неловко спросила Кейтилин у двух сообщников. Чёрт бы побрал её извечные проблемы с самоконтролем и гневом. Разве маги воды и воздуха не должны быть спокойны по своей природе? Почему у неё вечно всё не так? Книг молча вручил ей листочек с надписью: «Ваша оценка — 12+++». — Буду считать это за комплимент, ботаник. А теперь, — Кейтилин повернулась к Эклипсе и Раскэ, — что я вам говорила насчёт подозрительных незнакомцев, владеющих дикой магией? В своё оправдание Эклипса и Раскэ рассказали что-то про очень вкусных белых полевых мышей, и Кейтилин была вынуждена признать, что «Адский глаз» не так сильно безнадёжен, как все о них думали. Конечно, чтобы давать взятки, большого ума не надо, но для них даже подобные действия — достижения, учитывая изначальный крайне нелепый план победы Ворона над Розокороном III. Валяющегося без сознания Клыка малолетнее ОПГ Эстании нашло на площади Солнцелуча Ледико. Раскэ тоже пошёл вместе с ними, а вот Эклипсе было приказано на всякий случай остаться у лицея — вдруг там ещё раз произойдёт что-нибудь интересное. К огромному облегчению Книга (Кейтилин было плевать на большинство законов, а Огонек являлся княжичем одного из самых влиятельных эстанских княжеских родов, что делало его практически неприкосновенным), Клык приземлился весьма удачно, по крайней мере, гораздо удачней, чем патриарх Курил, то есть прямо в фонтан с золотой статуей Солнцелуча Ледико. Тонущее тело почти двадцатишестилетнего «пацана» из воды с помощью телекинеза аккуратно вытащил Книг. — В этот раз пойдем быстрым путём, — заявила Кейтилин, когда Клык благодаря паре «воспитательных методов» (лещей) очнулся. Клык явно хотел что-то ответить на столь серьезное заявление, но не успел — в глазах Кейтилин появились голубые и синие спирали, после чего до этого активно сопротивляющийся «пацан», лишь украдкой просмотрев в её глаза, впал в гипноз. — С каких пор ты владеешь гипнозом? — удивленно наблюдая за тем, как в глазах Клыка появляются точно такие же голубые и синие спирали, спросил Книг. — С тех пор, как пала Тризантия, ботаник, — ответила Кейтилин. Она всё равно не могла сказать ему правду. — Но она пала шесть тысяч лет назад, — заметил Книг. — Когда племя тюри под предводительством хана Тюри-Али вторглось в столицу Тризантии, Константу, и разгромило её, после чего от Тризантии осталась лишь небольшая часть ее земель — Олимпия. К слову, именно этим и решил воспользоваться король Ореи Айс I Белокаменный, чтобы захватить как можно больше южных земель Стрии, и если бы не Лу… — Достаточно, ботаник, — прервала Кейтилин. — У нас есть дела поважнее, забыл? — Точно! Сама сестра Лунаты Великой — Лунита Тайпановна Орлова была похищена злодеями! Мы должны сообщить об этом идеальной долговременной инспекционной организации-оппозиции терроризму! — выпалил Книг, мигом позабыв о своей зажатости. Кейтилин отметила, что, вероятней всего, Луна Великая была ключевым фактором, позволяющим ему просто быть собой, а не страдать из-за огромной неуверенности и ненависти к себе, вызванной социумом. С этим можно было работать. У Огонька, когда они только познакомились, всё было ещё хуже. — Книг, не хочу тебя огорчать, но всё, что они могут сделать — это соврать всем, что все окей, — сказал Огонек. — Я как-то раз, когда еще маленьким совсем был, в лесу потерялся, так они меня месяц искали! Месяц! В лесу сто на сто метров! Так это еще мой отец им доплачивал за «более быстрые поиски». Поэтому спасать Луну нам придется самостоятельно. — Но мы можем сообщить об этом Совелию Сапсанычу, — неуверенно предложил Книг. — Нет, мы не можем сообщить об этом Совелию Сапсанычу. Он прямо сейчас занят очень важным делом — выпивает все запасы своей валерьянки на год. Нельзя отвлекать его. И вообще, разве ты не фанат Луны Великой? — напомнил Огонек. — Я не просто фанат Лунаты Великой, я — самый преданный и фанатичный фанат Лунаты Великой! — с гордостью заявил Книг. — У меня есть ее алтарь в моей комнате и я всегда ношу ее изображение с собой! И я помогу вам спасти её бедную сестру! — всё это было произнесено очень громко и с обычно несвойственным Книгу энтузиазмом — видимо, именно таким он был до того, как над ним стали издеваться одноклассники. — В таком виде он меня еще больше, чем в подавленном состоянии, пугает, — прошептал Кейтилин Огонёк, но ей было не до этого — она только что подтвердила свои догадки — Книг действительно очень сильно заводился, когда речь шла про Луну Великую. Это было вполне решаемой проблемой, учитывая имеющиеся у неё на руках козыри. Конечно, никто не нанимал Кейтилин работать бесплатным психотерапевтом для неуравновешенных детей и подростков (тем более она сама всё ещё была крайне неуравновешенным подростком, а в Эстании большинство людей даже не признавали эффективность психологов и психотерапевтов), но она видела в Книге (как и в Огоньке пять лет тому назад) огромный потенциал. Такие редкие изумруды, как он, нельзя просто так выбрасывать в мусорку. — Тем более она так вежливо протянула мне учебник сегодня в полдень, когда мы с ней случайно столкнулись. То есть, она очень милосердная и добрая, совсем как её сестра, и с моей стороны было бы крайне невежливо не ответить ей тем же, — чуть менее решительно произнёс Книг. Нет. Кейтилин не могла допустить того, чтобы столь ценный изумруд вновь потрескался из-за стресса. — Книг, ты абсолютно прав — Луна Великая сейчас же нуждается в нашей помощи, — аккуратно произнесла Кейтилин, внимательно наблюдая за реакцией Книга. Хм, она очень редко называла его по имени, а не «ботаником». Быть может, ей стоит делать это почаще? — Так чего же мы ждём! — выкрикнул Книг с тем же рвением, что и в первый раз. Как она и планировала. Чего Кейтилин точно не ожидала, так это того, что Книг, подойдя вплотную к Клыку, накинется на него со словами: — Говори, где вы держите Лунату-младшую, иначе… иначе я поставлю тебе ноль баллов по математике! За год! — ладно, часть про математику была очень правдоподобной и как раз в его духе. — Ботаник, он же не ученик, хотя с его-то умом, сомневаюсь, что он окончил хоть какую-нибудь школу — учителям просто-напросто надоело двадцать раз подряд оставлять его на второй год. Но в любом случае, сейчас он не учится в школе, так что ему плевать на оценки. К тому же, он под гипнозом и слушается только меня, — объяснила Кейтилин. — Клык, сейчас же скажи мне, где ваша дурацкая злодейская организация держит Луну, — приказала она. — На Скалистых берегах, — ответил Клык равнодушным голосом. — Скажи, где именно, — велела Кейтилин. — Ну там, на скалах, где орлы водятся, — на этом все подробности, полученные ею от Клыка закончились. Кейтилин разочаровано зарычала. Конечно, она не ожидала от Клыка многого, но всё же? Как он мог не знать, где находится его собственный дом? Скалистые берега длятся не один десяток километров, и практически везде там водятся орлы. — Ладно, фиг с тобой. Сейчас мы полетим к Скалистым берегам, и ты всё нам покажешь. А теперь кивни. Клык послушно кивнул. Кейтилин ухмыльнулась. Ладно, с этим можно было хорошо повеселиться. А заодно вселить в Книга хоть немного уверенности. Внезапно Кейтилин подумала, что ей бы тоже не помешала капля уверенности, но быстро оттолкнула от себя эту мысль. Она сильная, она справится со всем этим одна: что тогда, что сейчас. Никому не нужно видеть её внутренних демонов: ни Луне, ни Книгу, ни даже Огоньку — единственному человеку, которому она полностью доверяла. — А на чём мы полетим? — шёпотом спросил Книг, в надежде смотря то на неё, то на Огонька (в основном всё же на неё — он был очень смышлёным мальчиком и быстро понял, кто именно является негласным главой их небольшого отряда). — Неужели на этом соворле? — он с восхищением посмотрел на Раскэ, на спине которого гордо восседала Лунни. — А на чём же ещё, ботаник? — улыбнулась Кейтилин. — Как видишь, других транспортных средств у нас здесь нет. Книг закричал от восторга, после чего на радостях внезапно обнял Кейтилин. Ну почему все вечно бросаются её обнимать? Кейтилин ненавидела обнимашки с тех пор, как ей исполнилось десять. «Ладно, это было мило», — решила Кейтилин. Она не стала отгонять от себя Книга. Тем более, объятия длились не больше десяти секунд — это было вполне легко пережить. — О пресвятые сёстры, я еще никогда не летал на соворле! А я обожаю соворлов почти также сильно, как Лунату Великую. Конечно, я понимаю, что соворлы не совершили столько же великих свершений, как Луната Великая, но разве они не прекрасны? — восторженно спросил Книг. А вот и новая зацепка для Кейтилин. — Ещё я очень сильно люблю сов и кошек, но вам, наверное, до этого всё равно нет дела, — улыбка медленно спала с его лица. — Простите, что я опять потревожил вас своими дурацкими разговорами. Это было очень глупо и невежливо с моей стороны. Мне очень жаль. — Всё нормально, Книг, всё нормально, — спокойно возразила Кейтилин. Ладно, она ошибалась — состояние Книга было гораздо хуже, чем состояние Огонька пять лет тому назад. — О, хорошо, — облегчённо выдохнул Книг. — А я-то подумал, что опять всё испортил. Ну, знаете, как обычно. — Надо не забыть подарить ему на Новый год билет на бесплатный приём к западным мозгоправам. Так резко настроение не меняется даже у моего отца, когда он смотрит спортивные матчи по всевидящему оку, — прошептал Огонёк так, чтобы Книг её не услышал. Кейтилин согласно кивнула — Книг действительно был крайне нестабильным ребёнком. «Совсем как ты», — шепнуло ей её подсознание, и она не стала с ним спорить.

***

Луна очнулась из-за того, что кто-то облил её водой. Второй раз за день. Если на небесах действительно есть что-то всемогущее и всевидящее, то оно явно было не на её стороне. Открыв глаза, она увидела злобно ухмыляющегося мужчину, который был очень похож на Огонька. Он был одет в оранжевую мантию, расписанную золотом, и носил на голове олимпийский венок, его волосы целиком состояли из огня, а его метка представляла собой красно-оранжевое пламя огня с пятью концами и красным глазом внутри. Сначала Луна подумала, что над ней нависает Пламень Порохов, неуважаемый отец Огонька, который хочет заключить с ней брачный союз, но вскоре она поняла, что видела лицо мужчины на доске с разыскиваемыми преступниками, хоть и не запомнила его имени. Действительно, как его звали? Красногонёк? Глазоогонёк? Красноглазоогонёк? Красноокоогонёк? — Меня зовут Ад, — словно прочитав мысли девочки, сообщил мужчина. — Мне двадцать шесть лет, я — эстанец и мужик, тебе понятно, девка, или твой слаборазвитый женский мозг до такого не допрёт? Луне грубые слова мужчины пришлись не особо по душе. — Я тебе не девка! — гневно возразила она, приподнявшись с двухспальной кровати, на которой она сейчас лежала. Аду это не понравилось — он крепко схватил её за подбородок и доходчиво объяснил свою позицию: — Ты не мужик? Не мужик. А если не мужик, то кто? Баба. Молодая баба — девка. Так что не спорь с мужиком и помалкивай, девка. Небось, уже и нечистая. Луна предположила, что перед ней представитель тех людей, которые совращают маленьких девочек. О них ей когда-то давно рассказывала её мама, и Луна всегда очень сильно боялась их. Теперь же, встретившись с одним из них лицом к лицу, она испытывала неподдельный ужас и к тому же понятия не имела, что надо делать в такой ситуации. Нет, конечно, Луна прекрасно осознавала, что в каждой фентези-истории должны быть коварные злодеи, но обычно они появлялись в конце приключения, когда герои уже преодолели множество испытаний и научились использовать свои сверхъестественные способности, а не в самом начале. Она ведь знает только одно заклинание света! И как прикажешь с такими входными данными сражаться со злом? Разве что в глаза ему посветить, чтобы оно ослепло. А это неплохая себе идея, если подумать. — Не стоит пугать нашу гостью, Ад, — внезапно раздался женский голос, холодный и равнодушный. — И тебе действительно следует задуматься над своими женоненавистническими высказываниями. Ад тут же отпустил Луну и отошёл на несколько шагов назад, не отводя от неё своего презрительного взгляда. «По крайней мере, он тут явно не главный», — подумала Луна и повернулась в сторону, откуда доносился голос: у окна стояла красивая женщина, неторопливо рассматривающая обложку книги «Магистр Тодер и философская коробка». Это была Магика — именно она похитила её, взломав защитный барьер магического лицея. Луна пыталась сопротивляться и звать на помощь, но Магика крепко опутала её своими шипастыми розами, полностью завязав ей рот, а после — усыпила с помощью запаха какого-то огромного ярко-розового цветка. Но зато ей наконец-то удалось создать шар света. Не то, чтобы это стоило целого плена, но всё же… — Я рада, что ты наконец очнулась, Луна Ларцева. Я, пожалуй, слегка переборщила с пыльцой сонного цветка, ведь ты проспала гораздо больше времени, чем нужно, — всё также равнодушно произнесла Магика, открыв свою книгу. Только сейчас Луне удалось увидеть её метку — это была роза нежно-розового цвета. Почему же её тогда зовут Магикой, а не Розой? Быть может, эта нежно-розовая роза обладала какой-то могущественной магической силой? Или Магика сама сменила своё первое имя на более крутое? — Помнишь ты этого или нет, но меня зовут Магика, а большего тебе знать и не нужно, дитя. Сейчас придут Ворон, Светосвод и Метеор, и мы начнем. «Что начнём? — в страхе подумала Луна. — Неужели они все вместе это со мной будут делать? А как же Магика? Она же вообще женщина! Господи, да это пропаганда нетрадиционных ценностей какая-то! Меня же за это посадить могут! Господи, боже мой, помоги мне, пожалуйста! — замолилась она. — Прости, что смотрела «Адского босса», и мне это нравилось… местами. Клянусь, что больше так делать не буду!» Закончив молиться, Луна бегло осмотрела комнату, в которой её насильно заперли вместе с Магикой и Адом. Комната была маленькой и имела всего одно окно, наполовину закрытое оранжевыми шторами. Напротив кровати, где лежала Луна, стоял огромный деревянный шкаф. Больше никакой мебели в комнате не было. «Жить можно, — оптимистично решила Луна. — Кроме того, пускай Ад меня и пугает, но Магика выглядит довольно любезной и доброй. Быть может, она и не злодейка вовсе, а так, жертва обстоятельств или антигерой с серой моралью». Внезапно деревянная дверь отворилась, и в комнату зашли трое мужчин, прервав размышления Луны о Магике. Первый мужчина был худым, бледным, черноволосым, с мешками под пронзительно чёрными глазами, в которых зрачок и радужка слились в единое целое. В отличие от большинства магистров мужчина, как и Магика, не носил мантию. Вместо этого он был одет в тёмно-серо-коричневые брюки, высокие чёрные сапоги со странным символом в виде перевёрнутого трезубца, светло-серо-коричневую накидку и плащ такого же цвета, что и его брюки. Его меткой был чёрный ворон, так что Луне не составило труда понять, как его зовут. Тем более, его фотография тоже висела на той доске с преступниками. У второго мужчины были обычные рыжие волосы, не имевшие ни намёка на огонь — видимо, он не был огнемагом. Он носил выцветшую светло-коричневую мантию, а сзади эффектно развевался его коричневый плащ, к которому были прикреплены два меча в ножнах. В правой руке мужчины тоже был меч, замаранный чей-то кровью (что вызвало ещё больший ужас у Луны, и она просто стала молчаливо надеяться, что это кровь принадлежала не человеку, а животному, специально выращенному на убой), в левой — коса с двумя лезвиями. Через плечо у него висела коричневая сумка, которая, как уже позже узнала Луна, была целиком и полностью забита холодным оружием. Метка у него была в виде кометы. Метеор — его фотография также висела на доске. Третий мужчина имел очень длинные белоснежные волосы (кажется, они доставали ему до бёдер) и золотой обруч на голове, напоминавший ангельский нимб. Его лицо было белым, как чистый снег в лесу, взгляд — спокойным и безмятежным, глаза же имели разные цвета: левый — серый, правый — золотой. Он был одет в белую изящную мантию, а его метка представляла собой свечу на фоне светло-голубого облака. В отличие от Ада, Метеора и Ворона его не было среди розыскиваемых ИДИООТами. В общем, кем бы ни был этот мужчина, он совершенно не всписывался в группу злодеев с подозрительными наклонностями похищать маленьких девочек. — Здравствуй, Луна Ларцева (Клык любезно сообщил мне, что ты предпочитаешь именовать себя именно так), надеюсь, пребывание в нашей скромной обители не принесет большого ущерба твоим планам на этот чудесный день, подаренный нам самими пресвятыми сестрами. Позволь мне представиться — меня зовут Светосвод Небесный, — сказал Светосвод. — Быть может, ты уже слышала обо мне от других магов. Луне действительно показалось, что она уже слышала это имя и фамилию, но только вот где и когда? — Зря ты с этой девкой любезничаешь, Светик, — недовольно произнес Ад. — Как бы она себя равной мужику не возомнила. Я их, баб, хорошо знаю. Им спуску давать нельзя. — Ад, я не могу позволить себе этого, ведь твои слова противоречат древнему писанию и заветам пресвятых сестер, — мягко сообщил Светосвод. — Кроме того, меня зовут Светосвод, а не Светик. — Чёрт, опять ты со своими пресвятыми бабами, — скривился Ад. — Нифига они мне не равны, вот их батя — реально молодец, раз таких баб известных заделал. Ему поклоняться надо, а не этим бабам недоделанным. — Ад, пожалуйста, хватит, — с едва заметным английским акцентом попросил Ворон. — Не при Магике. — Ты переходишь черту, Ад, — холодно сказала Магика, откладывая книгу. — Я, — Ад перевел взгляд с Ворона на Магику (и от Луны не укрылось его внезапное смущение от слов последней). — Я… — он окончательно смирился, затих и отошел в дальний угол комнаты, подальше от остальных. — Можно мне его немного попытать? — совершенно спокойно попросил Метеор, который до этого с абсолютным равнодушным видом оттирал от крови свой меч. По спине Луны пробежали мурашки. Ладно, Ад всё равно был самым худшим из её похитителей. — Мои взгляды притесняют! — выкрикнул Ад из своего угла. — Нет, Метеор, — запретил Ворон. — Ад, пожалуйста, успокойся. — Дай мне отрезать ему пару пальцев — и он станет гораздо спокойней, — вновь всё с тем же равнодушным видом попросил Метеор. — Клянусь, что даже не буду предварительно снимать с них кожу. — Нет. Луна передумала — Метеор был гораздо хуже, чем Ад. — Это еще хорошо, что с нами нет Клыка, — с тенью улыбки заметила Магика. — Джентльмены, вы забыли про нашу дорогую гостью. Это очень невежливо. — С вашей стороны очень странно называть их джентльменами, — заметил Светосвод. — Называть их как-то по-другому тоже было бы крайне невежливо, — пояснила Магика. — А истинная леди и княгиня должна быть вежлива со всеми, даже если с ней невежливы в ответ. — Блин, опять у них возвышенные разговоры начались, — недовольно пробормотал Ад. — Хохол, угомонись! Всё равно Магика будет моей, а не твоей! — С твоей стороны, Ад, очень грубо утверждать, что я могу принадлежать кому-либо, тем самым наделяя меня признаками неодушевленного предмета. И еще более грубо оскорблять Светосвода, исходя из его национальности, — Магика холодно и с некоторыми оттенками презрения посмотрела на Ада. — Прости, Магика, я не хотел обидеть тебя! — извинился Ад, и Луна окончательно поняла, что он был самым обычным лицемером. — Но признай, ведь Сводя действительно хохол! Я просто констатировал факт! — Ад, пожалуйста, хватит! — в который раз устало попросил Ворон. — Ты вносишь в «Адский глаз» больше раздора, чем Клык! Так давайте уже займемся тем, ради чего он весь прошлый день шпионил за двумя девочками-подростками, а Самэтти неделю искала редчайшие камни антилунной материи! Кстати, а где же сейчас Клык? Магика? — В последний раз я видела его, когда вместе с усыплённой Луной села на спину Истребителя, — ответила Магика. — Он захотел остаться с соворлом и кошкой Луны, Вран. Думаю, мы потеряли его примерно на следующие десять дней. Луна встрепенулась — с её любимой кошкой проводил время какой-то незнакомый ей мужчина. А вдруг он причинит ей какой-нибудь вред? Пускай Лунни и решила, что её главная цель — помочь Луне Великой, которую, если верить словам Огонька и Кэт, вот уже как сто двадцать лет никто не видел, но она всё равно оставалась её фамильяром, а значит, Луна была обязана заботиться об её благополучии. — О пресвятые сёстры, Клык, — простонал Ворон. — Неужели он не может ненадолго забыть про свои потребности поговорить с каждой встречной им зверушкой в тот день, когда вот-вот должна свершиться судьба всего мира? Я понимаю, что он этот, как его там, зоозащитник, но всё же? — ладно, по крайней мере Лунни и Раскэ ничего не грозило. Никто не смог дать вразумительный ответ на вопрос Ворона, и вскоре на неизвестного Луне Клыка было решено забить, и все четверо насильников-маньяков плюс Магика приступили к активным действиям касательно их пленницы. Луну поместили в наколдованный Вороном черный непробиваемый шар, и в таком виде вынесли из комнаты и потащили куда-то по длинному, освещаемому одними лишь факелами коридору. В конце концов, её принесли в большой зал с длинным чёрным столом посередине. В зале уже находились черноволосая женщина в чёрной мантии и остроконечной шляпе, скрывающей её метку, на плече которой сидел чёрный ворон, а также низкорослый толстый мужчина с ужасными шрамами на всём его лице и меткой в виде какой-то птицы. Фотография женщины висела на доске у лицея, мужчины — нет. Оба магистра (кажется, их звали Самэтти и Рябчик) усердно вставляли большие голубые камни в потолок, зачем — Луна не имела ни малейшего понятия. Как только Самэтти увидела мрачного Ворона, она радостно улыбнулась, но, заметив рядом с ним величественную Магику (которая была гораздо красивее Самэтти), бросила на неё презрительный взгляд. — О, мой любимый цветочек, ты как раз закончила, отлично, отлично, — похвалил слегка покрасневшую Самэтти Ворон, не обращая ни малейшего внимания на Рябчика. — О, Врани, а ты, как я погляжу, опять предпочел общество, — Самэтти бросила ещё один презрительный взгляд на Магику, — некоторых. Не то, чтобы я была против… — Раз ты не против, тогда давайте быстрей приступим к делу! — совершенно не понял намёков Ворон (и на этом моменте Луна была готова поспорить на что угодно, что даже отношения Марка и Ларисы были более простыми, чем отношения этих двух черноволосых похитителей детей). Он щёлкнул пальцами, и шар, в котором находилась Луна исчез, а она с грохотом упала на пол. — Эй! Больно! — возмутилась Луна. — Если вы собираетесь сделать со мной то, что обычно делают мужчины с маленькими девочками, предупреждаю: у меня есть связи! Я знаю принца на белом коне, который спасёт меня! — разумеется, она не знала никаких принцев, но зато знала Кейтилин и Огонька. Они точно придут ей на помощь. Во всяком случае, Луна очень сильно надеялась на это, ведь других способов выбраться из плена она сейчас не видела. — Что, чёрт возьми, она несёт? — не понял Ворон. — Ад, ты что, опять решил что-то насильно влить в рот маленькой девочки, чтобы доказать всем, что женщины — круглые идиотки? — Нет, эта девка сама эту лопуху мелет. Я не причём! — возмутился Ад. — Ад, мы же обсуждали это с тобой, — спокойно произнесла Магика, смотря на Ада все с тем же равнодушным видом. — Невежливо так говорить о наших гостях. Врани, к тебе это тоже относится. — О да, конечно, Магика, — одновременно сказали Ад и Ворон, и по их смущенным взглядам Луна поняла, что у Самэтти есть довольно большие поводы ревновать своего черноволосого «Врани». — Луна Ларцева, мы здесь не для того, чтобы совершать над тобой такие ужасные, тяжкие и безбожные грехи, — попытался успокоить Луну Светосвод. — Однако, я полагаю, что некоторые из нас, — он бросил взгляд полный печали на Ада и Метеора, — захотят воткнуть в тебя что-нибудь острое. — Не надо в меня ничего втыкать! — вскрикнула Луна, в страхе отползая на несколько метров от своих похитителей. — Ох, не волнуйся, мы не причиним тебе ни капли вреда, если твоя великая сестра сразу откликнется на нашу небольшую просьбу, — совершенно невинным тоном произнёс Ворон. — Мы не какие-нибудь злые злодеи, нам просто нужно обезвредить твою сестру, чтобы она не могла помешать нашим планам. И еë мы тоже убивать не будем. — Лично я только за, если Луна Великая отправится на тот свет, — мрачно сообщила Самэтти. — Она ничем не лучше совета девятнадцати, если за столько лет даже не попыталась изменить наш отвратительный государственный устрой. Если раньше Луна ещё могла испытывать хоть какую-нибудь симпатию к Самэтти (хотя бы потому, что та была довольно красивой женщиной), то после этих слов вся симпатия к ней сразу же иссякла. Пускай Луна никогда в жизни не виделась со своей кровной сестрой, ей было очень неприятно слышать, как кто-то другой желает её сестре смерти. — Не волнуйся, Самэтти, как только Луна Великая придёт сюда, то мы её кокнем, — Метеор заулыбался как истинный маньяк. Луне больше нравилось, когда он выглядел равнодушным. — Точнее я её кокну, но сперва немного с ней поиграюсь. Да, сначала я выколю ей глаза, потом отрежу руки, а затем воткну мой меч в её… — Пресвятые сестры, оставь нас без подробностей, — попросила Магика. — Ты бы знал, как ужасно звучишь со стороны, Мэт: пошло, грубо, а бедное дитя уже и так порядком дрожит от всех ваших высказываний, — она посмотрела на Луну, которая, вцепившись в ножку длинного чёрного стола, стоящего посередине зала, с тревогой наблюдала за развитием событий. — И Самэтти, не стоит желать смерти человеку, которого ты едва знаешь. Думаю, у Луны Великой были свои причины поступать так, как она поступала. — Сомневаюсь, — огрызнулась Самэтти, с вызовом смотря прямо в глаза Магике. — Луне Великой всегда было плевать на простых людей. Она была княгиней. Самым молодым высшим магистром за всю историю Магистрии. Великая спасительница — скажут одни, а я скажу, что она была высокомерной эгоисткой, которая подвела свою собственную страну и её жителей, а потом просто позорно сбежала, исчезнув на целых сто двадцать лет. — Не смейте говорить такое о моей сестре! Вы её даже никогда не встречали! — возмущённо воскркнула Луна. — Как и ты, — заметила Самэтти. Её ворон кивнул и что-то прокаркал. — Откуда вы знаете? — нахмурилась Луна. — Клык рассказал нам про игры со временем, устроенные твоим «отцом». Ты этого не заметила, но он следил за тобой и твоей подружкой весь прошлый день, — сообщила Самэтти. — Так объясни же мне, Луна Ларцева, если мы обе никогда не встречали Лунату Великую, почему твоё мнение должно считаться важнее моего? «Потому что Лунни сказала, что ей нужна помощь, а Лунни никогда не лжёт», — подумала Луна, но рассказывать это Самэтти она категорически не хотела, а поэтому просто промолчала. — Видишь? У тебя нет ответа, — снисходительно улыбнулась Самэтти. — Я тебя не виню — ты всего лишь маленькая девочка, которая, как попугай, повторяет то, что ей сказали другие. Когда-то я сама была такой, но однажды ворон принёс мне новую песнь, — было непонятно, про какого ворона говорит Самэтти: про того, что смирно сидел на её правом плече и изредко что-то каркал, или про её возлюбленного магистра. — Мэтти, хватит, — устало сказал Ворон, подойдя к Самэтти и положив ей руку на левое плечо. — Не сейчас. Придёт время, и все, кто был виновен в твоих страданиях, заплатят… — Конечно заплатят, сестричка, — писклявым голосом поддакнул Рябчик. Кажется, это был первый раз, когда он осмелился заговорить. Ворон бросил на него презрительный взгляд. — …ну а пока, мой любимый цветочек, мы должны сохранять терпение и милосердие. — Я знаю, — прошептала Самэтти, — я знаю, просто… — Да что вы всё болтаете да болтаете! — выкрикнул успевший знатно заскучать Ад, перебив Самэтти. — Давайте уже поймаем эту дев… — он замялся под пристальным взглядом Магики, — кхм, эту Луну Великую. — То есть я правильно поняла: вы похитили меня для того, чтобы шантажом заставить мою кровную сестру, которую, как мне вежливо сообщила Самэтти, никто не видел уже больше ста лет, прийти сюда? — спросила Луна. — Конечно, а для чего ж ещё? — пожал плечами Ворон. — Но она же самый могущественный магистр в мире! Как вы вообще собираетесь её победить? Да она вас в пух и прах разнесёт! — Луна ещё ни разу не встречала свою кровную сестру, но уже верила в её непревзойдённые таланты. — Этого-то ты ведь не можешь отрицать, Самэтти? Самэтти ничего не ответила, резко отвернувшись от Луны. — Не волнуйся об этом, благодаря самой талантливой магистре на свете — Самэтти — нам удалось раздобыть камни антилунной материи, которые блокируют всю магию стихии воды, включая легендарного ледяного дракона и управление луной, которыми так славилась твоя сестра, — рассказал всю подноготную Ворон. Он, видимо, страдал от серьёзного недостатка общения. — Моя сестра могла управлять луной? — удивлённо спросила Луна. Ни Кейтилин, ни Огонёк ей ничего подобного не говорили. — Конечно, ведь все магистры с меткой месяца или луны на лбу имели способность управлять луной. Кроме тебя, хотя не стоит из-за этого серьёзно расстраиваться — ты третий человек в мире, имевший такую метку после твоей сестры и Луната Великого, — невозмутимо сообщил Ворон. — Слушайте, раз мою сестру уже больше столетия как никто не видел, может, она уже давным-давно мертва? — предположила Луна, пытаясь на ходу придумать способ выбраться из сложившейся ситуации. — В смысле, как можно так долго прятаться от людей, чтобы тебя никто не заметил? Думаю, вы зря меня похитили, так что давайте просто разойдёмся по домам на дружеской ноте. Как вам такой план? — Луна Ларцева, позволь задать тебе встречный вопрос, неужели княжич Порохов и его девушка забыли сообщить тебе, что все высшие магистры могут менять свою внешность как угодно, стоит им только этого пожелать? — удивлённо спросил Светосвод. — Единственное, что они не могут изменить — это цвет глаз, ведь он напрямую связан со цветом магической энергии. — Что? — вырвался удивлённый вскрик из уст Луны. — То есть любой магистр с голубыми глазами в перспективе может оказаться моей сестрой? — спросила она, заметив, что пока что ещё не познакомилась ни с одним человеком, имевшим голубые глаза. Интересно, насколько сильно распространён в Магистрии этот цвет магии? — Ага, как только этой бабе нужно куда-нибудь смотаться, она превращается в другую бабу, и все ведутся. Я бы не повёлся. Уж я-то точно смогу вычислить Луну Великую в любой её бабьей маскировке, — гордо заявил Ад. — Спорим на сто серебряных, что нет, — предложил Ворон, и самоуверенный Ад кивнул в знак согласия. — А мне можно поучаствовать? — пытаясь как можно дольше потянуть время до прибытия Кэт и Огонька (или других её возможных спасителей), спросила Луна, несмотря на то, что единственным ценным, что у неё было с собой, являлся телефон, смирно лежавший в глубоком кармане её мантии. — Нет, ты ещё слишком молода для денежных ставок, — отрезал Ворон. Луна закатила глаза — в этот момент он внезапно напомнил ей её родителей. — А теперь давайте поторопимся, ведь я уже очень подробно распланировал весь этот день: в шесть часов вечера обращение к Лунате Великой, в семь часов — пир по случаю победы над Лунатой Великой, в восемь — начало конкурсов на тему «правители Эстании разных эпох: от Луната Великого до Розокорона III», а ровно в десять часов ночи — отбой. — Десять часов — это ещё вечер, — поправил Светосвод. — Ночь наступает с одиннадцати, по крайней мере в Эстании и Знарфии. — А почему отбой так рано? — запротестовал Ад. — Мы с Клыком и Мэтом собирались всю ночь играть в «Дурака» на раздевание. — Я не буду участвовать в ваших дурацких посиделках, лучше займусь чем-нибудь полезным, например, буду пытать мелких детей, их крики — музыка для моих ушей, — мрачно заявил Метеор. — Я всегда подозревал, что у тебя нет слуха, — пробормотал Ворон. — Ад, ты ляжешь спать в десять, как и все остальные, и мне плевать, на какие части тела Мэта так активно желал посмотреть Клык. — Только через мой труп, — пробормотал Метеор, вероятно, имея в виду желание Клыка. — Аналогично, — добавил Ад. — Как скажите, — пожал плечами Ворон, после чего повернулся к Луне. — А теперь садись в круг посередине этого зала, и мы начнём. В середине зала действительно был круг, начерченный белым мелом, совсем как в «Вие», правда, Луна никогда не смотрела «Вия», что уж таить, она вообще ни разу не слышала об этом прикольном произведении Гоголя (Гоголь в шоке, он в первый раз слышит, что его произведение оценили как «прикольное»), поэтому отсылку она не оценила. Но зато решила кое-что уточнить. — А если я откажусь садиться в круг? — Тогда тебя ждёт… — Ворон не успел договорить предложение, так как его совершенно не по-джентельменски перебил Метеор. — Смерть, — с жуткой улыбкой произнёс он, вытаскивая свой второй меч из ножен. — Мэт, хватит. Сейчас же убери все свои мечи, — приказал Ворон, после чего обернулся к сильно побледневшей Луне. — Я хотел сказать, что в таком случае тебя ждёт принудительное перемещение в круг с помощью левитации. И, пожалуйста, не слушай Метеора или Ада, Луна — они… они просто немного… странные, — с трудом подобрал нужное слово Ворон, причём говорил он это таким уставшим тоном, что Луне даже стало его немного жаль. — Что же, это, конечно, звучит лучше, чем смерть, но пожалуй, я лучше сама сяду в этот совсем нисколько не подозрительный круг, — Луна действительно самостоятельно села в круг, и тут же почувствовала, что ее как будто охватывают невидимые веревки. Терзаемая сомнениями, она попыталась положить свою левую руку за пределы круга, но внезапная невидимая преграда помешала ей сделать это. — Ты не сможешь выйти из круга, он заколдован, — мрачно произнёс Ворон. — Вы нарисовали его проклятым мелом? — ужаснулась Луна. — Нет, — покачал головой Ворон, почему-то удивлённый вопросу девочки. — Значит, заколдован был уже сам круг? — Нет. — Заколдовано само это место? — Нет. — Тогда как вы добились такого эффекта? — Ну мы просто взяли и нарисовали мелом круг. Разве в том мире, где тебе пришлось жить целых двенадцать лет, это так не работает? — с искренним удивлением спросил Ворон. — Эм… нет. — Очень странный мир, — заключил Ворон. — В любом случае, что-то я опять заговорился, давайте уже приступим к шантажу Лунаты Великой. — Я ждала этого момента двенадцать лет, — мрачно улыбнулась Самэтти. «В Азкабане», — моментально дополнила Луна в своей голове. Многоразовый просмотр «Гарри Поттера» навсегда оставил в её разуме огромный след. Магика, Самэтти, Рябчик и Ад встали с разных сторон вокруг Луны и, выставив правые руки ладонью вперёд, хором произнесли на латыни: «Appare ante nos, o Oculus Omnividens, et Magna Luna!» Тут же из ладоней Магики и Самэтти прямо в центр круга, где была заключена Луна, вылетело по одному черному большому лучу, из ладони Рябчика — золотой, но очень тонкий, у Ада он предсказуемо был оранжевым и меньше, чем у Магики и Самэтти, но больше, чем у Рябчика. Всё лучи слились воедино и после небольшой вспышки прямо над Луной образовался огромный огненный глаз. — Познакомься с Всевидящим Оком, Луна, — мрачно заявил Ворон. — Эм, привет, Око, — Луна нервно помахала волшебному глазу правой рукой. — А оно и правда всё видит? — Даже сама Смерть не ведает того, что ведает это Око, — загадачно прошептала Самэтти, продолжая подпитывать Око своей тёмной магией. — А нельзя было просто нормально ответить? — раздражённо пробормотала Луна. — Что ж, теперь, когда мы все тут с друг другом знакомы, Светосвод, можешь начинать! — воскликнул Ворон, смотря прямо на Всевидяшее Око. — Мы же это обсуждали, Ворон. Я никого и никогда не буду пытать, это противоречит моей вере. — А вступать в преступные организации случайно не противоречит твоей вере? — скептически поинтересовался Ворон. — Хм, — на секунду задумался Светосвод. — Нет, не противоречит. — Слышишь, Луна Великая, сам патриарх Знарфии… — Бывший, — любезно поправил Светосвод. — …бывший патриарх Знарфии согласился пытать твою сестру ради общего блага, так что в твоих интересах будет как можно скорее прилететь сюда и добровольно сдаться в плен. — Мне, кажется, ты немного неправильно меня понял, Ворон — я не соглашался пытать Луну Ларцеву, — с невозмутимым видом произнёс Светосвод. — Зато я согласен, — уведомил Метеор. — Пытать людей — это моё призвание. — Мы знаем, Мэт, а теперь, будь добр, заткнись, — попросил Ворон. — А зачем вам вообще меня пытать? Разве Луна Великая не должна прийти сюда в любом случае? — нервно спросила Луна. — Так что давайте просто дождёмся её прибытия, чтобы вы смогли осуществить свой коварный план? — Одно дело просто тебя похитить, а другое дело похитить и сказать твоей сестре, что мы собираемся тебя пытать, — пояснил Ворон. — Все знают как сильно Луната Великая любила свою сестренку, она непременно придет за тобой и попадётся в нашу ловушку. Но не бойся — на самом деле мы не будем тебя пытать, нам достаточно заставить твою сестру думать, что мы будем тебя пытать. — Так вы что, просто блефуете? — разочарованно спросила Луна. Она-то надеялась, что её похитители окажутся настоящими злыми магами, а не кучкой второсортных злодеев. — Погодите-ка, вы же Адский глаз, да? — Конечно, — кивнул Ворон. — Я польщён тем, что ты слышала о нас, хотя пробыла в Магистрии всего два дня. — Да, Кэт и Огонёк упоминали, что вы все просто горстка ничего не стоящих неудачников, над которыми потешаются все эстанцы, — с задумчивым видом пробормотала Луна. Левый глаз Ворона нервно дёрнулся. — Меня вообще кто-нибудь воспринимает всерьёз, кроме Мэтти и Магики? — жалобно простонал он. — Никакие мы не неудачники, глупая девка! — закричал Ад, ненадолго отвлёкшись от подпитывания своей магией Всевидящего Ока. — Когда твоя тупорылая сестра попадёт в нашу ловушку, мы убьём её, и тогда никто больше не сможет остановить нас от свержения Розокорона III, этого златоволосого ублюдка-короля! — Свержение Розокорона III? Боже, как же это банально, — закатила глаза Луна. — Вообще-то, мы собираемся… — хотел сказать что-то Ворон, но был безбожно перебит Луной. — Восстановить справедливость во всем мире? Осчастливить всех людей на планете? Я смотрела слишком много фильмов и мультиков, чтобы считать это чем-то «оригинальным». Ворон выглядел так, как будто он вот-вот заплачет. — Почему все эстанцы такие злые? — Она слишком наглая, предлагаю отрезать ей язык, — посоветовал Метеор Ворону, но тот, к счастью для Луны, отказался. Следующие тридцать минут семь магистров, как полные идиоты, ждали прибытия Луны Великой, но та почему-то всё никак не хотела прибывать. Луна не знала что и думать по поводу — все говорили, что её кровная сестра очень сильно любила её, и она хотела в это верить, ведь было бы круто иметь аж две любящих её сестры вместо одной — Ларисы, но реальность доказывала обратное. Быть может, у неё были какие-то другие дела или она просто задерживалась в дороге? Ладно, в любом случае любимой сестрой Луны навсегда останется Лариса. Луна Великая может и умела управлять луной, но Лариса зато была с ней рядом двенадцать лет, а это достижение не так-то просто переплюнуть. В конце концов, Метеору всё это надоело, поэтому он одним молниеносным рывком приблизился к Луне, замахнувшись на неё мечом, как вдруг… — МЕТЕОР! — раздался яростный крик Ворона, сумевшего в последний момент перехватить рукоятку меча. Ещё бы секунда — и он вонзился бы Луне в правую руку. — Почему… ты… всё… время… мне… мешаешь? — тяжело дыша, спросил он. — Я пытаюсь помочь тебе, Вран. Спорим на продление сегодняшней вечеринки, что ровно через минуту Великая будет здесь? — Я не буду ни о чем с тобой спорить, Мэт, — заявил всё ещё злой Ворон. — Может, ты еще скажешь, что сейчас вот эта стена, — он указал на одну из стен зала, — взорвётся? И тут стена взорвалась, оставив после себя огромное количество пыли. От этого момента офигели все, кроме Магики и Светосвода — те явно повидали многое. Всевидящее Око, естественно, тут же пропало. — Ворон, чтоб тебе твои же собратья-вóроны язык выклевали, — выразил общую мысль Метеор. Ворон не ответил — он в шоке смотрел на то, что ещё секунду назад было самой обычной стеной. Луна была готова поклясться, что он даже моргать перестал. — А ведь я ему говорила, что многолетнее пренебрежение сном плохо скажется на его психическом здоровье, — глубоко вздыхая, произнесла Самэтти. Она подошла к своему возлюбленному и принялась ласково гладить его по спине. — Всё хорошо, Врани, всё хорошо. — ЮХУА! — из пыли выскочила улыбающаяся Кэт и одним ударом правой руки отправила ближе всех стоящего к ней и совершенно не готового к такому повороту событий Ада в нокаут, впрочем, все, даже его коллеги по завоеванию мира, были этому только рады. Вслед за Кэт из пыли выбежал Огонёк. Луна обрадованно улыбнулась — она верила, что Кэт и Огонёк во что бы то ни стало придут её спасать. Последним, как ни странно, появился Книг — Луна не понимала, почему он пришёл спасать её вместе с Кэт и Огоньком, если они случайно встретились всего лишь один раз и разговаривали примерно минуту, и при этом Книг даже не знает, что она сестра Луны Великой. Ну, то есть не знал — вероятно, его уже обо всём проинформировали, её будущий одноклассник, как-никак. Когда пыль из-за взрыва стены рассеялась, Луна увидела Раскэ, смиренно ждущего их у новоявленного выхода. — Истребитель, разберись с ним! — выкрикнул Рябчик, после чего на Раскэ моментально напал другой соворёл. Между двумя огромными хищными птицами разгорелась нешуточная битва. — Давай, Раскэ, я знаю, что ты никогда не позволишь этому жалкому соворлу победить тебя! — подбодрила соворла Кэт. — Он не жалкий, — тихо пискнул Рябчик. — Я… я его лично тренировал! Кэт и Огонёк скептически уставились на него. Вообще, как немногим позже выяснила Луна, этот день был очень значимым для каждого из троих её человеческих спасателей. Кэт узнала, что у них с Книгом одинаковые психические болезни, Огонёк — несколько дельных способов изготовления взрывчатки от своей девушки, Книг — что в мега-супер-пупер-прочной защите Магистрограда есть куча брешей, через которые спокойно можно нелегально летать туда и обратно. — А вы ещё кто? — ошарашенно спросил Ворон, наконец отправившись от долгого шока. Смотря то на Луну, то на её спасителей, то на огромную дыру в стене зала и дерущихся в небе соворлов, он размышлял над тем, как именно они будут чинить весь этот устроенный тремя подростками и одним соворлом бардак. — Я Кейтилин Грейт-Игл! — представилась Кэт. — А ты, как я поняла по твоему ужасному акценту, родом из Орении. Как там тебя зовут? Кажется, Ворон, и ты лидер самой позорной команды злодеев в истории. — А Кейтилин — это прям эстанское имя, — пробормотал Ворон. — И нормальный у меня акцент, я в Эстании с шести лет живу, между прочим, причём не по своей воле… И, в отличие от тебя, у меня хотя бы эстанское имя, пускай изначально меня и звали Рэйвен. Конечно, ещё меня иногда называют Врани, но это прозвище можно использовать только моим самым близким людям, — он улыбнулся, бросая влюблённый взгляд на Самэтти. Та улыбнулась ему в ответ. — И да, во-первых, мы не злодеи, во-вторых, мы не такая уж и позорная компания, особенно после того, как к нам присоединились два новых члена. — Отлично, Врани. Этот ботаник — Книг, ну а самый горячий парень этой истории — Огонь Порохов, соворла зовут Раскэ, и раз мы все тут познакомились, да начнётся бой! — слишком кровожадно улыбнулась Кэт. — Я же сказал, что это прозвище только для самых близких людей, — раздражённо возмутился Ворон. — Не волнуйся, сейчас мы все с вами основательно сблизимся! — пообещала ему Кэт. Она вытащила из своей сумки один кинжал и кинула его прямо в Луну. Та зажмурилась, но как только кинжал подлетел к ней достаточно близко, Кэт щелкнула пальцами и выкрикнула: «Ignis», после чего кинжал распался на двенадцать искр, полностью испепеливших нарисованный круг. Затем Кэт на огромной скорости подскочила к Луне, но взять её помешал Светосвод, заключивший Луну в золотой шар. Кэт отпрыгнула назад и с явным удивлением в голосе сказала: — Ладно, признаю, вот это по-настоящему странно. Что в «Адском глазе» забыл высший магистр, да ещё и патриарх Знарфии? — Скажем так: я заблудился по дороге жизни, — абсолютно серьёзно ответил Светосвод. Луна непроизвольно хихикнула — по её мнению, это было единственное логичное объяснение, как Светосвод смог попасть в «Адский глаз». Для Кэт этого объяснения тоже было достаточно, поэтому она коротко кивнула и с совершенно невозмутимым видом предложила Ворону следующее: — Хочешь пари, Врани? Кто победит, тому и достанется эта прелестная сестра Лунаты Великой. Луна надеялась, что Кэт знала, что делает. Всё-таки трое подростков против семи взрослых магов — не самый лучший расклад. — Девочка, ты правда считаешь, что вы трое сможете одолеть нас? — нервно массируя свой лоб, спросил Ворон. — Ладно, я согласен, только не обижайся, когда проиграешь — жизнь бывает ужасно несправедлива к детям, по себе знаю, — грустно усмехнулся он. — Ах да, не смей называть меня «Врани»! После его слов Кэт довольно хлопнула в ладоши, и по команде в зал с улицы залетел молодой парень с длинными каштановыми волосами и меткой в виде клыка — видимо, это и был тот самый Клык, который предпочёл общество в виде Раскэ и Лунни «Адскому глазу». Он был одет в потрёпанную коричневую мантию, а его ногти больше походили на звериные когти. Внимательно присмотревшись, Луна заметила голубые и синие спирали в его глазах, которые не имели зрачков. Жуткое зрелище. — Разберись с Метеором, Клык, — приказала ему Кэт. Луна вспомнила, как Кэт говорила ей, что владеет гипнозом. Теперь же ей довелось увидеть его в действии, и она быстро поняла, насколько же это крутая способность — иметь возможность заставить человека сделать всё, что только захочешь. Не самая гуманная и моральная, но крутая. К тому времени Ад пришёл в себя, и сражаться с ним было поручено Огоньку, Книгу достался Ворон, а Кэт, видимо, предпочитавшей женщин в качестве противников, — Самэтти и Магика. Рябчик испуганно сжался в углу и в битве участия не принимал, а Светосводу калечить детей мешала его вера (хотя, тут еще не совсем понятно, кто кого покалечит), поэтому он просто охранял шар с Луной, которая с неподдельным интересом наблюдала за битвой, как между магистрами, так и между соворлами, всё ещё происходившей где-то на заднем плане. Вскоре она вытащила телефон (всё ещё со стопроцентным зарядом) из кармана мантии и принялась записывать всё происходящее на видео. Не хватало только попкорна, но на вопрос о нём Светосвод коротко ответил, что еду нельзя создать с помощью магии. Видимо, законы вселенной «Гарри Поттера» работали и в этом мире. Битва Ада и Огонька была очень проста: один атаковал огнём, другой тоже атаковал огнём, увы, но первый за счёт большего количества опыта атакования огнём явно был сильнее второго. Был, правда, в их битве один нюанс — если в процессе сражения с Огоньком что-то случится, то за Адом придет все его огненное семейство, и тогда его от смерти уже ничего не спасёт. Ад, естественно, знал об этом, а потому их битва с Огоньком целиком сводилась к базовым огенным атакующим заклинаниям, которые не могли причинить наследнику Пороховых хоть какой-нибудь существенный вред. Пускай огнемаги и не могут гореть в огне, но перестраховаться никогда не помешает. Однако Ад не знал, что Огонёк помимо стихии огня в свободное время занимался изучением стихий воздуха, земли и даже противоположной ему воды. Поэтому, когда Огонек совершенно наглым и бесчестным способом облил Ада водой, затушив его прекрасное огненное пламя, тот знатно так приофигел. Впрочем, скоро это офигевание сменилось глубоким гневом, а потому Ад со словами «ты не уйдешь» погнался за Огоньком по всему убежищу восьми будущих властителей мира, с явным намерением прибить наследника Пороховых, чем бы это ему не грозило. Пока Ад и Огонёк играли в догонялки, Книг пытался придумать идеальную стратегию победы над Вороном. Тот особо не церемонился и в лучших традициях Пороховых стрелял в противника огнём, правда не обычным красно-оранжевым, а чёрным, подобно его волосам и глазам. Тёмномаг, как-никак. Книг лишь уворачивался от всех атак, ибо, между нами говоря, хоть теорию магии он и знал на отлично, но вот с практикой у него всегда были проблемы. Кэт же получала от сражения с Магикой и Самэтти лишь одно удовольствие. Хотя правильнее будет сказать, что сначала ненавидящие друг друга Магика и Самэтти сражались между собой за право сражаться с Кэт, пока та с интересом наблюдала за ними. Победила Магика — ей удалось вырубить Самэтти ударом по голове. Ворон Самэтти недовольно прокаркал, но против Магики ничего ровным счётом поделать не мог, и поэтому он лишь позвал Рябчика, чтобы тот, дрожа от страха, унёс тело своей сестры подальше с поля боя. И так начался бой между Кэт и Магикой. Поначалу, Кэт и Магика просто спокойно махались на мечах, но потом вторая заметила, что два меча первой против её одного меча как-то не справедливо, и Кэт согласилась перейти на магическое сражение, сразу отправив в противницу огромный огненный шар. Магика с легкостью остановила его, создав стену из земли, которую тут же сломал огромный поток ветра от Кэт, от которого Магика защитилась уже ледяной стеной. Кэт быстро взяла управление льдом на себя, но чёрный огонь Магики полностью уничтожил его. Тогда из-под расплавленного льда появилось полчище изумрудных змей, молниеносно связавших Магику, но та подожгла саму себя обычным огнём. Змеи быстро сгорели, а Магика успела потушить огонь прежде, чем он смог навредить ей, но тут в её спину внезапно прилетел мощный удар Кейтилин, и её отбросило в другой конец зала. Туда же мгновенно переместилась и Кэт, заковав всё тело противницы, кроме головы, в лёд. — Для двенадцатилетней школьницы ты слишком сильна, — заметила Магика, расплавив руками лёд. — Спасибо, я тоже так думаю, — улыбнулась Кэт. — А как давно ты состоишь в «Адском глазе»? Я тебя раньше здесь не видела. — Несколько месяцев, — кратко ответила Магика. — Благодарю за ответ, — продолжила улыбаться Кэт, кидая в Магику кинжал. — Это же… — договорить Магике не дал громкий крик «Explosio» и последующий за ним взрыв. Взрывная волна отбросила Магику вправо, она быстро встала на ноги, слегка пошатываясь от ран, и потушила горящую левую руку огромной струёй воды. Её платье, волосы и светлая кожа были замараны кровью, левая рука продолжала кровоточить, а рукав её платья был полностью разорван, но Магику, казалось, всё это совсем не волновало. Луна, с интересом наблюдавшая за битвой, заметила, что у Магики почему-то не осталось никаких ожогов от взрыва. Тут на Магику с клыками и когтями напал Клык, всё ещё находившийся под гипнозом Кэт (максимальная длительность гипноза составляла целых два часа) и одолевший Метеора (которого Рябчик тоже утащил подальше от поля боя). Учитывая, что садист использовал в битве только холодное оружие, не прибегая к магии, это было совсем не трудно. Но Магика с легкостью отправила несчастное животное в потолок. Клык очень удачно стукнулся головой, а после свалился на Рябчика и участия в дальнейших событиях не принимал. Кэт с двумя мечами атаковала Магику в ту же секунду, как она избавилась от Клыка. К несчастью, Магика успела среагировать на выпад, отскочив вправо, и даже умудрилась своим чёрным пламенем выбить из левой руки Кэт меч — тот улетел куда-то подаль. Правда, Кэт другим своим мечом успела хорошенько задеть раненую руку противницы. После этого она обратила внимание на редчайшие голубые камни антилунной магии в потолке, после чего высоко подпрыгнула и, схватившись за огромную люстру со свечами, залезла на неё. Устроившись на люстре поудобней, Кэт принялась активно кидать файерборы в Магику, Ворона и очнувшуюся Самэтти, пришедшую на помощь возлюбленному в его нелегком деле — добивании тринадцатилетнего уставшего подростка. Естественно, те не могли оставить такую вопиющую дерзость без внимания (тем более, люстра в случае чего стоила примерно с зарплату учителя за десять лет), поэтому послали в Кэт столпы чёрного пламени в ответ, но та ловко перенаправила их в камни с помощью огромного потока ветра. — Мне надо было подумать об таком возможном варианте развития событий чуть раньше, не так ли? — обречённо спросил сам себя Ворон, смотря как его собственное пламя уничтожает единственный способ победить Луну Великую. Луна рассмеялась. Посмотрев на Светосвода, стоящего рядом с ней, она отметила, что тот тоже улыбался. Быть может, именно поэтому он вступил в «Адский глаз» — чтобы просто хорошо посмеяться над ними. Как говорится — смех продлевает жизнь, хотя Светосвод был высшим магистром, так что ему это было не особо нужно. — Не расстраивайся, Врани, — с крайне печальным видом произнесла Кэт, но Луна прекрасно знала, что она просто насмехается над Вороном. — Ошибки помогают нам совершенствоваться и становиться лучше. — Хватит звать меня «Врани»! Внезапно Ворона и Самэтти, не ожидавших такого бесчестного удара в спину, крепко обвили зеленые лозы растений, а вокруг них образовался сиреневый куб. Виновником этого проишествия оказался Книг. Луна удивлённо посмотрела на него — он казался ей слишком мягким и нерешительным для таких действий. — Учти, когда мы будем рассказывать о нашей доблестной победе самому Розокорону, ты не будешь полностью присваивать её себе, — заявила Кэт, спрыгнув на землю рядом с Книгом. — Но ты молодец — просто знай это, хорошо? А теперь иди и забери Луну у заблудившегося патриарха, пока я веселюсь с Магикой. Ну и Огонька поищи заодно, я уже начинаю переживать за его противника. Книг послушно побежал спасать Луну, Магика, естественно, попыталась помешать ему, но Кэт мастерски помешала ей помешать Книгу, поэтому ему всё же удалось добраться до шара с Луной, которую охранял Светосвод. Ну как охранял… Духовный маг с совершенно невозмутимым видом уничтожил свой собственный шар и вручил девочку её спасителю (возможно, он просто тоже их шипперит). Тут еще, как назло недозавоевателям мира, в зал вернулись Огонёк и Ад, причем второй так и не сумел догнать первого (эх, возраст берёт свое, даже если тебе всего лишь двадцать шесть лет), но зато восстановил свою прекрасную огненную шевелюру. Увидев Книга, держащего Луну за руку, Ад бросил Огонька и моментально оказался за спиной у Книга и Луны, после чего он умудрился схватить Луну и притянуть её к себе левой рукой. В его правой руке опасно колыхалось горячее пламя огня. — Сейчас ты умрёшь, — «благородно» предупредил Ад, поднося пламя огня всё ближе к Луне, напрасно пытающейся вырваться из его крепкой хватки. — А ты не двигайся, — приказал он Книгу, — и, возможно, её смерть будет не такой ужасной. Так как Книг застыл с выражением ужаса на лице и никак не мог ей помочь, Луна поняла, что ей нужно действовать самостоятельно и прямо сейчас, ведь Ад был не Вороном и точно не блефовал, когда говорил об её убийстве. И у неё был всего лишь один способ помешать Аду осуществить задуманное. Да, крайне ненадёжный и не факт, что рабочий, но единственный. — Globus lucis! — закричала Луна, поднося свои руки как можно ближе к глазам Ада. Случилось чудо — её безумный план сработал. Внезапный свет навремя ослепил огнемага, и он выпустил её. Луна вместе с Книгом тут же побежала как можно дальше от Ада. — Господи, не могу поверить, что это действительно сработало! — Госпожа Судьба сегодня явно на нашей стороне, — облегчённо выдохнул Книг. — Пора сваливать, — объявила Кэт, отбиваясь от Магики. Книг, Огонёк и Луна были только за, а поэтому меньше чем через пять секунд все четверо подростков были на спине Раскэ, который уже успел расправиться со своим противником — тот лежал на полу возле самой дыры в стене в бессознательном состоянии. — Чёрт, они сваливают, — простонал Ворон, сумевший избавивиться от всех зелёных лоз и сиреневого куба. — Это потому что мы «злые злодеи», мешающие государственному строю Эстании, — пояснила Самэтти, заботливо взъерошивая чёрные волосы возлюбленного. — А они всегда проигрывают, не так ли? — А я говорил, что нам стоит заняться зоозащитничеством, — напомнил отошедший от гипноза Клык. Все, кроме Светосвода и Магики, с раздражением уставились на него. — С тобой мы ещё поговорим, Клык, — устало произнёс Ворон. — А теперь превращайся в орла и лети исправлять свои ошибки.

***

— Спасибо, что спасли меня, — поблагодарила Луна своих спасителей, одновременно наблюдая за красивыми видами с высоты птичьего полёта. Убежище «Адского глаза», как оказалось, находилось высоко в горах — не особо комфортное место для жизни, зато ни один ИДИООТ сюда ни за что не полезет. — Да, чего только не сделаешь ради бесплатной рабочей силы, на которую можно свесить все заботы по дому, — пошутила Кэт. — А если серьёзно, я же предупреждала тебя: не выходи за магический барьер. Нельзя быть такой беспечной в стране, где насильников и убийц больше, чем нормальных копов. Это тебе еще повезло, что ты на «Адский глаз» наткнулась, над этими идиотами все князья потешаются. — Ага. То есть они реально назвали себя «Адским глазом»? Что за дурацкое пафосное название? — рассмеялась Луна. — Вот только я ни за какой барьер не заходила — Магика, похитившая меня, лично призналась, что каким-то образом взломала его. А ещё она сказала, что этот барьер оставляет желать лучшего. Думаю, нам стоит сообщить совиному директору об этом. — Магика, значит? — нахмурившись, спросила Кэт. — Не нравится мне всё это. В течение многих лет «Адский глаз» был компанией из шести человек, над которыми все дружно ржали, а тут внезапно появляются два новых члена: один высший магистр и патриарх (вероятно, уже бывший), а другая взламывает сильнейшие магические барьеры так, как будто они ничего не значат. Что-то тут нечисто, — она задумчиво покосилась на Скалистые берега, оставшиеся позади. Луна же совсем не разделяла её тревогу. Ни Магика, ни Светосвод не выглядели злыми, так что какая им разница? — Кстати, а где Лунни? — внезапно Луна поняла, что её фамильяра нет рядом. — Не волнуйся, она сейчас бродит рядом с лицеем и ловит мышей. Знаешь, Луна Великая и ты, ну точнее, та, кем ты была в своей так называемой прошлой жизни, тоже обучались в нашем лицее, так что Лунни эту территорию знает наизусть, — сообщил Огонёк. — Я не знала этого, — искренне сказала Луна. — Спасибо, — по правде говоря, она старалась не думать о своей прошлой жизни и о том, что ей дважды было двенадцать. Это было слишком странно и трудно для неё. Например, была ли она и её прошлая жизнь идентичными копиями друг друга или они всё же различались характерами, взглядами и предпочтениями, так как выросли в совершенно разных мирах? — Чёрт, я у них свой меч оставила! — неожиданно вспомнила Кэт. — Он же на заказ делался! Таких в мире больше нигде нет! Может вернуться, пока не поздно? — Нет! — хором запротестовали Луна и Книг. — Ладно, в другой раз как-нибудь заберу. Но ты должна понять, Луна, этот мир опасен, и никакой принц на белом коне тебя не спасет. Луна заметно покраснела. Откуда Кэт узнала про её мечты о принце на белом коне? Может быть, она не одна такая? Или Кэт все же умеет читать мысли? — Да, ты не одна такая, — Кэт точно умела читать мысли. — Да и зачем кому-то принц, если есть я? — встрял Огонёк. — Будущий Лорд Пороховых, защитник обиженных и угнетённых! И конь у меня есть, правда, рыжий, а не белый, но, признайтесь, так даже лучше. Кстати, это случайно не твоё? — он протянул Луне её жёлто-оранжевый рюкзак. — Нашел в одной из комнат во время догонялок с Адом. — Спасибо, Огонёк! — обрадованно воскликнула Луна. По правде говоря, она и думать забыла о своём рюкзаке. Какое-то время они летели молча. Луна обдумывала всё, что произошло с ней в плену. — Вы случайно не знаете, где же сейчас моя сестра? Почему она не пришла за мной, хотя «Адский глаз» пытался связаться с ней с помощью Всевидящего Ока? — Никто не знает, Лунита Орлова, — нерешительно подал голос Книг. — Вашу сестру не видели уже много лет. — Но почему? — спросила Луна. — И ты можешь обращаться ко мне на «ты», эм… я не помню твоего имени. — Я Книг. И я бы хотел ответить на ва… твой вопрос, но этого тоже никто не знает. — Поговаривают, что она отшельница, которая терпеть не может, когда к ней пристают, — вставила Кэт. — Как же я её понимаю. — Это неправда, — возмущённо прошептал Книг. — Луната Великая — великий добрый маг, который с радостью поможет всем и каждому. Должна быть какая-то веская причина, раз она перестала выходить на контакт. Она ведь не может просто так взять и бросить всех, включая свою собственную сестру. — Ты её идеализируешь, — сказала Кэт. — А она, может быть, уже давно померла от рук какой-нибудь магистры или вообще сгорела заживо в дьявольском огне. Всё может быть, — она с непонятной Луне грустью уставилась на вечернее небо, будто вспоминая о чём-то. — Нет, — отрезал Книг. — Такого точно не может быть, иначе бы… а знаете, не важно. — А мы скоро домой приедем? — спросила Луна, решив сменить тему. — Минут через тридцать, — ответила Кэт. — Раскэ, конечно, быстрая птичка, но тысячу километров за минуту пролететь не может. — Тысячу километров?! Да какая у этого соворла скорость?! — Примерно тысяча двести километров в час. Ну это ещё ничего, помню встречала одного птенца — так он вообще до двух с половиной тысяч в час разгонялся, — сообщила Кэт. — Класс, — восхищённо прошептала Луна. Чуть меньше, чем через тридцать минут она действительно заметила вдалеке сиреневую местами дырявую стену силового поля Маграда. Радость длилась недолго — одновременно вместе с этим Кэт заметила огромного орла, преследующего их. — Чёрт побери, Клык! — выругалась она. — Этот придурок почему-то становится гораздо умнее, когда подолгу пребывает в звериной сущности. Раскэ, лети! Раскэ громко ухнул и, напрягшись изо всех своих птичьих сил, за минуту долетел до магического лицея, где был вынужден совершить экстренную посадку, столкнувшись с Совелием Сапсанычем и Фаустом, вышедшими на вечернюю прогулку, а также с Лунни, мирно спавшей на тратуаре. Клык приземлился рядом спустя всего несколько секунд, снова став человеком. — Оставь их в покое, ты, странный преследователь с большим запасом дикой энергии, — приказал Совелий Сапсаныч, на автомате вставая между своими учениками и Клыком. По мнению Луны, это выглядело крайне мило — как будто сова защищала своих едва вылупившихся птенцов. — Ну и как ты меня остановишь? — насмешливо спросил Клык. Совелий Сапсаныч глубоко вздохнул, и в следующий миг на его месте оказалась огромная трёхглазая ушастая сова. И если Огонёк и Кейтилин отреагировали на его внезапное превращение совершенно спокойно, то Книг и Луна впали в полное оцепенение. — Оставь. Их. В покое, — демоническим голосом произнесла сова, размахивая своими гигантскими крыльями. — Хороший аргумент, — оценил Клык, после чего позорно сбежал прочь. Демоническая сова довольно ухнула и вновь стала Совелием Сапсанычем. Это не помогло Луне прийти в себя — ей по-прежнему казалось, что всё в этом мире потеряло какой-либо смысл после фееричного превращения Совелия Сапсаныча в сову-демона. — Ну, рассказывайте, что у вас произошло? — строго спросил Совелий Сапсаныч, сурово глядя на своих учеников. — И Огонь, твой отец тебя потерял, поэтому я сказал ему, что ты посещаешь мои дополнительные занятия по оренскому, так что жду тебя в следующий четверг, — Огонёк застонал. — Почему вы нас так не любите? — жалобно произнёс он. А Луна просто стояла и, пребывая в глубоком шоке, а вместе с ним и в чудесном блаженстве, невинно думала, какие же у Совелия Сапсаныча красивые карие глаза, особенно в виде птицы… — Мне нужно в душ, — заявила Луна, когда она вместе с Кэт, Раскэ и Луннни наконец-то добралась домой после длительного разговора с Совелием Сапсанычем. — У вас, магов, ведь есть душ? — Конечно, мы что, варвары какие-то? — Кейтилин отвела уставшую сожительницу в ванную комнату, находящуюся на втором этаже. Там была огромная золотая (позже выяснилось, что на самом деле это был просто покрашенный акрил) ванна с фиолетовыми шторами, на которых были нарисованы фиолетовые летучие мыши. Плитка на стенах тоже была фиолетовой, правда гораздо светлее штор. Также в ванной был небольшой комод, естественно, фиолетового цвета. «Кэт явно любит фиолетовый», — подумала Луна, залезая в ванну. Она закрыла шторы и потянулась к шлангу, как вдруг поняла, что вместо него была серебряная живая змея с двумя зелёными глазами. На её испуганный вопль тотчас же явилась Кэт. — Ну что там у тебя? — Змея. — Все так и должно быть. Просто поглать её брюхо, и из неё пойдет вода. — Я бы удивилась, но боюсь, мой лимит шока на сегодня исчерпан, — устало произнесла Луна, гладя брюхо живой змеи, после чего изо рта рептилии действительно полилась вода. Пробыв в ванне минимум минут сорок, Луна, так сказать, «смыла с себя весь стресс» этого дня, после чего она вылезла из ванны, оделась и пошла искать кухню, чтобы поужинать. Кухню она отыскать не смогла, но, к счастью, случайно отыскала комнату Кейтилин, которая в это время собирала пазл с семейством орлов. Лунни сидела рядом с ней, молча наблюдая за процессом. Оторвавшись от своего хобби, Кэт сопроводила Луну с её питомцем до кухни. Лунни достался какой-то специальный кошачий корм «Лунный Кот» (видимо, в Эстании все, что содержало слово «луна» и от него производные, автоматически становилось успешным), Кэт забрала себе булочку с сыром и яблочный сок, а Луне по остаточному принципу досталась варёная картошка десятилетней давности. Тут из-за окна, закрытого занавесками, послышались какие-то восторженные крики. Кэт подошла к окну, раздвинула занавески, но тут же задвинула из обратно, едва увидя то, что происходило на улице. — Что там происходит? — спросила Луна. — Фанаты твоей сестры припёрлись, — пояснила Кэт. — Самые неадекватные. — Сестра Луны Великой вернулась, сестра Луны Великой вернулась! — донеслось из-за окна. — Но как они узнали? — Ботаник проговорился, он же врать по природе не умеет, — тут же ответила Кэт, накладывая на кухню противозвуковые чары. — Как и я, — заметила Луна. — Как и ты, — согласилась Кэт.

***

Этой ночью Луне вновь приснился странный сон, но теперь в нём не было ни луны, ни леса, ни реки. Вместо них во сне была маленькая девочка, очень похожая на неё, только с длинными волосами, которая разговаривала со стариком, неспеша ехавшим куда-то на златорогом козле. Потом к ним подошли другие люди; один из них ехал верхом на жирафе. И тут их всех внезапно окутало тёмное пламя, они закричали от ужаса и боли, и лишь девочка осталась нетронутой, печально смотря на горящих людей, но даже не пытавшись им помочь. Вдруг в чёрном огне появился силуэт крылатого человека с косой в руке, а сам огонь, полностью поглотив несчастных людей, изобразил силуэт орла. — Два рода были прокляты по чистой случайности, — зловеще объявил орёл. — Лишь некоторые из них смогли простить, а ту, что повелевала смертью, ждали годы мучений. Проклятие смерти для несущих смерть! После этого всё исчезло, и Луна оказалась в полной зловещей пустоте. И тут она услышала голос. — Интересно, очень интересно, новые фигуры всегда так заманчивы, но так ли хороша она? Будет ли от неё польза? На какую клетку она решит встать, какую сторону доски выберет? Король, пешка, конь, слон, ладья или же сама королева, как и её сестра?.. Этот мир удивляет меня всё больше и больше, право же, это поистине удивительная партия. Перед Луной возникло странное существо. Оно было с ногами, но одновременно и без ног, имело руки, не имея их, смотрело глазами, пусть у него никогда и не было глаз. Оно было и полностью оранжевым, и полностью белым. И Луна всю свою оставшуюся жизнь пыталась понять, каким же оно было на самом деле, но так и не смогла. — Кажется, кто-то зашёл не в тот район, в место далеко за пределами власти Лунаты Великой. Тебя здесь не должно быть, девочка. Смертным нельзя посещать места для бессмертных, — сказало существо, и Луна тут же проснулась, дрожа от страха из-за этого жуткого, кошмарного сна. Её телефон показывал ровно три часа ночи. Лунни вновь не было рядом. Луна хотела было пойти к Кэт и всё ей рассказать, но в последний момент передумала. Во-первых, Кэт, наверное, уже крепко спала, и будить её было бы крайне невежливо. А во-вторых, Луна не хотела показаться трусливой, особенно перед Кэт, которая несколько часов назад так круто и смело сражалась с «Адским глазом». Луна легла спать, и вскоре заснула вновь. Больше ей страшные сны в эту ночь, к счастью, не снились, оставив место прекрасным снам про принцев на белых конях. А на следующее утро она ничего не помнила.