Часть 6

Утро в Большом зале было пропитано тем особым видом воскресного хаоса, когда половина студентов еще не проснулась, а вторая уже планирует, как провести день так что-бы не вспоминать об учебе и лишь единицы собирались делать домашку. За гриффиндорским столом Гарри и Рон вели ожесточенный спор о том, можно ли считать заколдованный мяч для тенниса достойной заменой снитчу на тренировке. Невилл меланхолично мазал джем на тост, стараясь не слушать их. Лаванда, старательно вырисовывая стрелки перед маленьким зеркальцем, казалась отрешенной от мира, пока её не вырвал из транса голос Клер. Клер, сидевшая за соседним столом рядом с Луной, выглядела непривычно хмурой для утра выходного дня. Она наклонилась к подруге: — Луна, — шепотом, но довольно настойчиво начала Клер. — Ты в порядке? Ты же понимаешь, что наша комната рассчитана на двоих, а не на меня одну и твои астральные проекции? Тебя снова не было всю ночь. Лаванда, чье ухо всегда было настроено на частоту «чужие секреты», мгновенно замерла с подводкой в руках. — В смысле «не было»? — она повернулась к ним через проход между столами, округлив глаза. — Луна, ты что, нашла секретную комнату с джакузи и не сказала остальным? Или ты теперь тоже ходишь на свидания по ночам, а я узнаю об этом последней? Луна медленно повернула голову, глядя на Лаванду так, будто та только что сообщила, что у неё на голове вырос кактус. — В джакузи слишком много хлорки, это пугает нарглов, — мягко пояснила Луна. — Я была у Хагрида. У его книззла депрессия из-за фаз луны, мы слушали тишину. Тишина в лесу в три часа утра гораздо качественнее, чем в спальне Когтеврана. Там кто-то постоянно храпит в углу. — Это я храплю? — возмутилась Клер. — Я не храплю, Лавгуд! Я могу иногда долго сидеть за компьютером, но храпеть… — Твои мысли иногда очень громкие, Клер, — Луна невозмутимо потянулась за пудингом. — Но если тебе одиноко, я могу оставить в своей кровати пару магических ловушек для снов. Они уютно светятся. К тому же у меня есть предчувствие, что совсем скоро ты будешь рада моему отсутствию. — С чего бы это? И спасибо, я обойдусь без светящихся ловушек, — фыркнула Клер, но в её глазах промелькнуло облегчение от того что отсутствие Луны было связано с её любовью исследовать замок по ночам, а не с проблемами. В это время на другом конце зала, за столом Слизерина, Теодор Нотт, чей взгляд был прикован к Клер с такой интенсивностью, что казалось мог поджечь край её мантии, внезапно почувствовал тычок в бок. — Тео, прекрати, — лениво бросил Драко, не отрываясь от «Пророка». — Ты смотришь на неё так, будто собираешься либо сделать предложение прямо сейчас, либо сожрать вместе с мантией и очками. Выбери что-то одно, желательно после кофе и мыслительного процесса. — Она сидит с Лавгуд, — хрипло отозвался Тео. — О чем можно говорить с Лавгуд в восемь утра в воскресенье? — О качестве тишины в лесу и о нарглах, очевидно, — вставил Блейз Забини. Он выглядел так, будто вообще не ложился, но при этом сиял, как начищенный галеон. Его внимание было сосредоточено исключительно на Джинни Уизли, которая сидела за столом полубоком к нему, её уши горели так ярко, что это было заметно даже с другого конца зала. Под столом у Блейза в руках был телефон. B_Zabini: Твой брат так смотрит на меня, будто подозревает, что я украл его любимую облезлую крысу. Скажи ему, что я предпочитаю рыжих лисиц. Джинни почувствовала вибрацию и, прикрываясь чашкой чая, бросила быстрый взгляд на экран. Ginger_Fire: Если ты не перестанешь пялиться, я прокляну тебя. B_Zabini: Если для этого ты подойдешь поближе, то я только этого и жду, лисенок. Джинни не выдержала и на секунду обернулась. Блейз поймал её взгляд и едва заметно подмигнул. Джинни тут же уткнулась в тарелку, чувствуя, как лицо обдает жаром. — Джин, ты чего? — Гарри подозрительно посмотрел на подругу. — Ты какая-то… дерганая. Опять WitchTok до пяти утра смотрела? — Да, — быстро соврала Джинни. — Там было… видео про рецепты зелий. Очень захватывающе. — Ага, — влез Рон, жуя бекон. — Судя по твоему виду, это было зелье для превращения человека в помидор. Гермиона, которая до этого момента делала вид, что полностью погружена в книгу, захлопнула её с громким стуком. Она перевела взгляд с красной Джинни на самодовольного Забини, а затем на Малфоя, который внезапно оторвался от газеты и посмотрел прямо на неё. — Воскресенья в этой школе становятся всё утомительнее, — громко произнесла она, обращаясь к пустоте, но Драко на том конце зала едва заметно усмехнулся в свою чашку. Библиотека в воскресенье утром была практически пустой, мадам Пинс без труда дала Клер доступ к закрытой секции, зная что она постоянная посетительница. Девушка стояла на верхней ступеньке узкой деревянной лестницы, прижатой к стеллажу с литературой по древним рунам. В воскресенье она не стала надевать мантию, на ней были простые джинсы и короткая серая толстовка. Она потянулась к тяжелому фолианту на самой верхней полке. Ткань толстовки задралась, обнажая полоску бледной кожи на пояснице и четкую линию позвоночника. Тео подошел абсолютно бесшумно. Он остановился у подножия лестницы, заложив руки в карманы брюк, и просто смотрел вверх. В полумраке библиотеки его взгляд казался тяжелым, почти осязаемым. Он не двигался, наблюдая за тем, как она тянется за книгой, как напрягаются мышцы её спины и как она тянется на носочках. Клер, почувствовав чужое присутствие, резко обернулась. Её пальцы соскользнули с корешка книги, и она едва не потеряла равновесие на узкой ступеньке. — Черт! — выдохнула она, хватаясь за стойку стеллажа. — Осторожнее, — низким голосом произнес Тео не отводя взгляда. Клер поспешно спустилась вниз. Тео был выше, и его близость в этом узком пространстве ощущалась как физическое давление. Он сделал полшага вперед, сокращая дистанцию до минимума. Клер прижалась спиной к полке, чувствуя, как под кофтой всё еще горит кожа там, где он только что на неё смотрел. — Ты меня напугал, Нотт, — быстро проговорила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты что, следил за мной от самого Большого зала? Тео проигнорировал вопрос. Он наклонил голову, изучая её лицо. Его взгляд остановился на её губах, и на мгновение в проходе стало нечем дышать. — Вчера, — начал он, и его голос стал еще тише, вибрируя где-то у неё под кожей, — у меня так и не вышло поцеловать тебя. Он протянул руку и медленно, кончиками пальцев, коснулся края её толстовки там, где она недавно задиралась. Клер сглотнула, чувствуя, как кожа на спине, которую он только что видел, все еще горит, будто он коснулся её физически. Она подняла на него взгляд. В полумраке секции его зрачки расширились, почти полностью поглотив зеленую радужку. — Здесь куча свидетелей, Тео, — прошептала она, хотя сама видела, что в их ряду только стеллажи и тени. — Пинс… она же как дементор, появится из ниоткуда, если услышит лишний вздох. — Пинс сейчас занята тем, что вычитывает первокурсника за каплю варенья на пергаменте, — Тео сделал еще полшага, лишая её последнего пространства. — А свидетели… Он медленно поднял руку. Клер замерла, ожидая, что он коснется её лица, но его пальцы вместо этого легли на корешки книг за её головой. Он буквально взял её в кольцо из дерева и собственного тела. — Знаешь, что самое паршивое в свиданиях в Хогвартсе? — он наклонился к самому её уху, обжигая дыханием. — То, что всегда находится кто-то третий. Либо Филч, либо твои подруги, либо здравый смысл. Но сейчас мне плевать на всё из этого списка. Клер почувствовала, как её пальцы сами собой сжимают ткань его джемпера. — Ты очень самоуверен для того, кто вчера просто сбежал, когда нас прервали. Тео коротко, горько усмехнулся. — Я не сбежал. Я спасал твою репутацию «правильной когтевранки». Но сегодня… — он перевел взгляд на её губы, и Клер поняла, что сейчас никакой мадам Пинс не удастся их остановить. — Сегодня я планирую закончить начатое. Он преодолел последние миллиметры, и когда его губы накрыли её, Клер почувствовала, как по телу прошла мощная волна, выбивающая воздух из легких. Это не было похоже на робкое прикосновение на первом свидании, это был выплеск всего того напряжения, которое они копили в переписках, в долгих взглядах через Большой зал. Он целовал её жадно, требовательно, и когда его язык коснулся её губ, Клер сама приоткрыла рот, впуская его. Вкус Тео был именно таким, каким она его себе представляла, горьковатый привкус крепкого кофе, едва уловимая нотка дорогого табака и что-то его личное, от чего у неё кружилась голова. Тео зарылся пальцами в её волосы на затылке, фиксируя её голову, заставляя полностью отдаться этому ощущению. Клер почувствовала, как его язык настойчиво сплетается с её, исследуя, дразня, заставляя её рассыпаться в его руках. Внизу живота завязался тугой ноющий узел, и она непроизвольно прижалась к нему плотнее, чувствуя твердость его тела через слои одежды. Она ощущала его желание всей кожей, в том, как тяжело он дышал ей в губы, в том, как его ладонь, соскользнув с книжной полки, уверенно легла ей на талию, сминая толстовку и притягивая её так близко, что между ними не осталось даже воздуха. Клер ответила с той же страстью, её руки обвили его шею, пальцы запутались в его коротких кудрявых волосах, притягивая его еще ближе, если это вообще было возможно. Мир вокруг перестал существовать. Не было мадам Пинс, не было тяжелых фолиантов на полках, не было правил школы. Был только этот влажный, глубокий поцелуй, вкус его слюны, горячее дыхание и осознание того, что он хочет её так же сильно, как и она его. Звук шагов и знакомых голосов ворвался в их пространство так внезапно, что Клер едва не вскрикнула. Голоса приближались со стороны соседнего прохода. — …я тебе говорю, Блейз, если твоя мать узнает про твои попытки в обход неё заключить тот договор, то она испытает одно из своих зелий на тебе, — донесся ленивый, растянутый голос Драко. — Драко, делами нашего поместья я уже давно сам занимаюсь, мать… её интересует только её новый очередной муж, который врядли протянет долго, — весело отозвался Забини. — Где же я видел эту долбаную книгу…? Тео среагировал мгновенно. Он резко отстранился, его рука соскользнула с талии Клер, оставив на её коже ощущение обжигающего холода. Он успел перехватить край её кофты, помогая одернуть её вниз, прежде чем они оба превратились в две неподвижные статуи среди книжных полок. Клер судорожно выдохнула, прижав ладони к пылающим щекам. Её губы горели, а сердце колотилось так сильно, что казалось, оно вот-вот проломит ребра. Она лихорадочно схватила первый попавшийся фолиант с полки, делая вид, что крайне заинтересована «Словарем древних проклятий». Тео выпрямился, поправляя воротник джемпера. Его взгляд всё еще был затуманен темным желанием, но лицо уже принимало привычное выражение обычного безразличия. — Ну и где ты видел этот манускрипт по зельеварению? — громко спросил Драко, и через секунду его фигура показалась в конце их прохода. Драко замер, переводя взгляд с тяжело дышащей Клер на Тео, который выглядел слишком спокойным для человека, который просто искал книгу. Следом за ним показался Блейз. Малфой приподнял бровь, оценивая мизансцену, растрепанные волосы Клер, её пустой взгляд в книгу, которую она держала вверх ногами, и Тео, чьи пальцы всё еще слегка подрагивали. — О, Нотт, — Драко усмехнулся, и в этой усмешке было слишком много понимания. — Не знал, что ты стал таким фанатом… древних рун. Блейз понимающе хмыкнул, бросив быстрый взгляд на Клер, которая, кажется, забыла, как дышать. — Мы, пожалуй, пойдем, — Забини подмигнул Тео, демонстративно разворачивая Драко за плечо в обратную сторону. — Кажется, нужная книга «потерялась» в другом крыле. Пойдем, Драко, не будем мешать людям… грызть гранит науки. Когда их шаги и приглушенный смех затихли, в проходе снова воцарилась тишина, но она уже не была той интимной и жаркой, что минуту назад. Клер медленно закрыла книгу и посмотрела на Тео. — Это было слишком… — прошептала она, пытаясь привести в порядок мысли. Тео облокотился на стеллаж, глядя в ту сторону, где исчезли его друзья, а затем снова перевел взгляд на неё. В его глазах всё еще плясали искры. — Слишком — это когда они застукали бы нас через пять минут, — он усмехнулся и протянул руку, осторожно поправляя выбившуюся прядь её волос. — А сейчас это было просто… слегка не вовремя. — Тео… — её голос прозвучал тихо, с легкой хрипотцой, которая выдавала ее состояние. Она посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь найти в них опору, которой ей сейчас не хватало. — Ты нравишься мне. Очень. Но… мы слишком спешим, наверное? Она замолчала на секунду, закусив губу, и тут же добавила, словно сама сомневаясь в собственных словах: — Или нет? Я не знаю. В сети всё кажется таким понятным, там мы контролируем каждое слово. А здесь… — она неопределенно махнула рукой на пустой проход библиотеки, — здесь я даже не успела подумать, как уже оказалась на грани. Тео замер, его рука все еще покоилась на полке рядом с ее головой. Его взгляд медленно смягчился, теряя ту хищную остроту, которая была в нем минуту назад. Он не отстранился, но его поза стала менее напряженной. — В сети нет запахов, Клер, — негромко ответил он, внимательно изучая ее лицо. — И там я не чувствую, как бьется твой пульс под моей ладонью, какие горячие твои губы. Поэтому в реальности всё всегда кажется «слишком». Он убрал руку от стеллажа и засунул ее в карман брюк, давая ей пространство. — Если ты хочешь замедлиться, мы замедлимся, но говори об этом прямо, я не умею читать мысли. Я не хочу… — он запнулся, подбирая слово, — Давить. Он криво усмехнулся, и в этой улыбке проглянул тот самый Тео, который писал ей сообщения до четырех утра. — Но если ты спросишь мое мнение, — он сделал шаг назад, окончательно разрывая их интимный круг, — то «слишком быстро», это когда мы совершенно не успеваем понять, кто мы друг другу. А я, кажется, уже частично понимаю. Клер выдохнула, чувствуя, как напряжение в груди немного отпускает. Она невольно улыбнулась ему в ответ, хотя щеки всё еще горели. — Тогда пошли заниматься… Флитвик дал новое задание по рунам и я хочу сделать его поскорее, мне не помешает помощь, — пробормотала Клер, — Я потом, если хочешь, помогу тебе с чем захочешь. — С чем захочу, значит? — переспросил он, и в его голосе снова зазвучала та самая низкая, бархатистая нотка, от которой у Клер предательски подкосились ноги. Она почувствовала, как жар заливает лицо, шею и даже кончики ушей. Сказать такое Нотту, стоя в темном углу библиотеки сразу после того, как он целовал её, было верхом неосторожности. — Я имела в виду… — Клер лихорадочно начала поправлять волосы, стараясь не смотреть ему в глаза. — Я имела в виду предметы! Учебные дисциплины! Ну там… Нумерология или защита от темных искусств. Ты же знаешь, у меня по ним «Превосходно». Тео негромко рассмеялся. — Расслабься, Нолан. Я понял, — он сделал шаг в сторону выхода из прохода, приглашающим жестом указывая на основной зал. — Хотя должен признать, твоя формулировка была гораздо интереснее, до того как ты уточнила. Он дождался, пока она поравняется с ним, и они медленно пошли в сторону столов, стараясь выглядеть как два случайных студента, решивших вместе погрызть гранит науки. — Руны, так руны, — продолжил Тео, уже более деловым тоном, хотя искра азарта в его глазах никуда не делась. — Помощь мне действительно не помешает. За столом у окна царила уютная атмосфера. Гермиона сосредоточенно выписывала что-то в свиток, Джинни внимательно проверяла какие-то таблицы, а Лаванда, решив, что воскресенье все же время для отдыха, ушла вглубь библиотеки искать свежий выпуск «Ведьмополитена». Но спокойствие длилось недолго. Блейз Забини, чья походка всегда напоминала кошачью, лениво направился к их столу. Рядом шел Драко, который всем своим видом показывал, что он здесь исключительно за компанию с Блейзом, а не потому, что ему захотелось в очередной раз задеть Грейнджер. Увидев приближающегося Блейза, Джинни вдруг резко, с грохотом отодвинула стул. Её щеки вспыхнули так мгновенно, что чуть не пролила чернила на старинные книги. — Ой! — выпалила она, лихорадочно запихивая перо и чистый пергамент в сумку. — Гермиона, я… я совсем забыла! Я же обещала ребятам отработать один трюк на поле. — Квидичч в десять утра в воскресенье? — Гермиона удивленно подняла глаза от книги. — Джинни, ты же только что говорила, что хочешь разобрать параграф о… — Всё, я побежала! Увидимся! — Джинни даже не взглянула в сторону Блейза, хотя прошла в паре сантиметров от него, обдав его ароматом своих волос и панического смущения. Блейз проводил её взглядом, в котором читалось неприкрытое торжество. Он прекрасно понимал, почему она бежит. Вчерашний созвон не стирался из памяти так просто. — Какая стремительная леди, — промурлыкал Забини, вальяжно опускаясь на освободившееся место Джинни. — Грейнджер, ты на нее так плохо влияешь? Девушка буквально искрит. Драко сел напротив Гермионы, демонстративно не замечая её вопросительного взгляда. — Оставь её в покое, Забини, — холодно отозвалась Гермиона, захлопывая фолиант. — Она просто… ценит свое время. В отличие от некоторых. Зачем вы здесь? Библиотека, это место для учебы, а не для демонстрации новых мантий. — Как грубо, — Драко слегка наклонился вперед, кладя руки на стол. — Мы вообще-то пришли обсудить стратегию. Наш последний совместный эфир в WitchTok набрал неплохие охваты. Нужно закрепить результат. Есть идеи, или ты всё еще планируешь продвигать свои скучные лекции о сборе трав? Гермиона прищурилась. Спор с Драко о контенте был её воздухом в последнее время. — Да, потому что именно это мы и должны делать… — начала она, загораясь спором. — …Тогда нас посмотрит ровно полтора человека, включая твоего кота, — перебил её Малфой. — Нужно что-то острое. Пока эти двое углубились в обсуждение сценария, перекидываясь терминами и споря о ракурсах, Блейз понял, что его миссия здесь закончена. Малфой был надежно пристроен, а его главная цель только что скрылась в направлении квидиччного поля. — Ладно, дети, не подеритесь из-за лайков, — Блейз поднялся, поправив идеально сидящий пиджак. — У меня внезапно возникло непреодолимое желание проверить, не нужна ли кому-то помощь с мазью для метлы. Он подмигнул ошарашенной Гермионе и, не дожидаясь ответа, вышел из библиотеки, насвистывая какой-то итальянский мотив. Драко даже не обернулся, он уже вовсю писал на полях пергамента Гермионы план их следующего эфира. Блейз не торопился. Он шел к полю для квиддича размеренным, уверенным шагом, прокручивая в голове их ночной созвон. Он уже понял о Джинни то, что её дерзость в сети всегда подпитывалась безопасным расстоянием, но в реальности она была живым огнем, который легко мог обжечься о собственное смущение. Когда он вышел к трибунам, небо над полем было пронзительно синим. Джинни была там, маленькая, но стремительная фигурка на метле. Она закладывала крутые виражи, явно выплескивая адреналин, и в этом полете была такая свобода и сила, что Блейз на мгновение засмотрелся. Он вальяжно устроился в первом ряду трибун, закинув ногу на ногу, и просто ждал. Он был уверен, что через пару минут она приземлится, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, и ему не нужно будет даже ничего говорить. Джинни сделала очередную петлю и, кажется, заметила его. Она замерла в воздухе на секунду, зависнув над центральным кругом. Блейз поднял руку в приветственном жесте, на его губах играла самодовольная усмешка. Но вместо того чтобы пойти на снижение, Джинни резко дернула рукоять метлы вверх. — Серьезно? — хмыкнул Блейз, наблюдая, как она набирает высоту. Джинни не просто не спустилась. Она развернула метлу в сторону замка и, пригнувшись к самому древку, понеслась на безумной скорости. Блейз вскочил, когда понял, что она не тормозит перед стеной. В последний момент она юркнула прямо в открытое окно одного из коридоров третьего этажа, скрывшись в недрах Хогвартса. Это было технически безупречно и абсолютно отчаянно. — С ума сойти, — прошептал Блейз, качая головой. — Она готова разбиться о каменную кладку, лишь бы не говорить со мной о вчерашнем… Он достал телефон, чувствуя, как азарт внутри разгорается с новой силой. B_Zabini: Это было эффектно. Но влетать в окна замка, чтобы не встретиться со мной взглядом? Ты теперь собираешься избегать меня вечно? Он видел, как статус сменился на «в сети». Ответ пришел почти мгновенно, он представлял, как она сейчас тяжело дышит, прислонившись к холодной стене коридора и пряча метлу за спину. Ginger_Fire: Пока у меня получается. Блейз тихо рассмеялся, его пальцы быстро заскользили по экрану. B_Zabini: Учти, лиса, замок большой, но окон в нем ограниченное количество. Рано или поздно тебе придется приземлиться и я обязательно буду там. В теплицах пахло влажной землей, цветами и чем-то пряным, что успокаивало. Солнечный свет пробивался сквозь стекла, рисуя на полу причудливые узоры. Лаванда зашла тихо, почти бесшумно, надеясь, что Невилл не прогонит её. Он стоял у дальнего стола, бережно пересаживая рассаду. Его движения были уверенными и мягкими, совсем не такими неуклюжими, как на младших курсах. — Привет, — тихо сказала Лаванда, останавливаясь у входа. — Нужна помощь? Невилл обернулся и улыбнулся. — Привет. Помощь всегда нужна. Лаванда подошла ближе. Она не надела защитные перчатки, просто закатала рукава своей светлой кофты. Ей хотелось почувствовать что-то настоящее, физическое, чтобы вытеснить тревожные мысли. Она просто начала подавать ему горшки, а затем запустила пальцы в рыхлую, теплую землю, помогая укреплять корни. Они работали в тишине. Невилл не спрашивал, почему она пришла. Он просто рассказывал ей о том, что мандрагоры в этом году на редкость ворчливые, и что одна из них вчера пыталась укусить профессора Стебль за мизинец. Когда они закончили с целым рядом саженцев, Лаванда подняла руки, рассматривая грязь под ногтями и на ладонях. Её идеальный нежно-розовый маникюр был безнадежно испорчен. — Ну вот, — Невилл негромко рассмеялся, вытирая пот со лба испачканным предплечьем. — Посмотри, что мы наделали. Лаванда Браун, королева стиля, собственноручно уничтожила свой маникюр в компании навозных червей и рассады. Если это попадет в WitchTok, твой рейтинг упадет до уровня подземелий. Лаванда посмотрела на свои руки, затем на его доброе, испачканное лицо, и искренне рассмеялась. — Знаешь, — она улыбнулась. — Думаю, черви, это не самые неприятные существа, с которыми я общалась за последнее время. А маникюр… его можно переделать. Земля под ногтями отмывается проще, чем некоторые другие вещи. — Это точно, — мягко ответил Невилл, забирая у неё пустой горшок. Его пальцы на секунду коснулись её руки, мимолетно, поддерживающе. — Главное — вовремя сменить почву на более здоровую. Идем, там в углу есть бадьян и теплая вода. Если поторопимся, успеем к обеду, пока Рон не съел все пироги за гиффиндорским столом. Они пошли к крану в конце теплицы, и Лаванда поймала себя на мысли, что здесь, среди молчаливых растений и спокойного Невилла, ей впервые за день не хочется проверять уведомления в телефоне. В библиотеке тем временем спор Драко и Гермионы начал переходить из стадии «взаимные колкости» в стадию «продуктивный хаос». Вокруг них высились стопки книг, а пергамент был испещрен схемами и пометками. — Послушай, Малфой, если мы снова будем просто показывать эстетичные ракурсы тебя и сомнительные шуточки, мы потеряем аудиторию, которой нужно что-то реальное, — Гермиона решительно постучала пером по столу. — Я предлагаю сделать выпуск о том, как период сбора магических растений влияет на молекулярную стабильность и качество конечных ингредиентов. Это научный подход! Она приготовилась к долгой обороне. Она уже придумала минимум пять аргументов, почему это не «нудятина», и ждала, что Драко сейчас закатит глаза или начнет насмехаться над её одержимостью учебой. Но Драко, лениво подперев подбородок рукой, вдруг кивнул. — Хорошо. Давай сделаем это, — произнес он абсолютно легко, почти буднично. Гермиона замерла с открытым ртом. Она даже подалась вперед, подозрительно прищурившись. — Что? Ты… ты не споришь? — растерянно переспросила она. — Ты не скажешь, что это убьет даже профессора Бинса, а он и так призрак…? — Нет, — Драко едва заметно пожал плечами, не отводя от неё взгляда. — На самом деле, это будет интересно. Грейнджер, признай, ты иногда выдаешь действительно стоящие идеи. Если подать это через призму того, как студенты портят свои зелья, используя «уставшие» коренья, это зайдет. Гермиона выдохнула, чувствуя странную смесь облегчения и легкого недоумения. Она привыкла выгрызать каждую победу в споре с ним, а тут он просто…взял и согласился? — Ну… хорошо. Тогда я подготовлю список контрольных растений и график лунных фаз, — она быстро застрочила на пергаменте, её лицо сияло от того, что она наконец-то протолкнула «образовательный контент». — Это будет лучший эфир за месяц, вот увидишь! Она была так увлечена своей маленькой победой, что совершенно не заметила скрытой усмешки, промелькнувшей на губах Драко. Он смотрел не на её расчеты, а на то, как азартно блестели её глаза и как непослушная кудряшка выбилась из её прически, пока она что-то усердно подчеркивала. — Иди, готовь свой список, — небрежно бросил он, скрывая за этой интонацией всё то, о чем он на самом деле думал. — Посмотрим, насколько твои теории выдержат проверку. Вечер в гостиной Слизерина тянулся лениво. Камин потрескивал, отбрасывая блики на кожаные кресла и темные стены. Драко сидел у огня, вытянув ноги и вертя в пальцах палочку. На его губах застыла та самая полуулыбка, которую Блейз научился распознавать за годы дружбы, это было искреннее предвкушение. Забини, только что вернувшийся из своих бесплодных попыток выловить Джинни в коридорах, тяжело опустился в соседнее кресло. — Выглядишь подозрительно умиротворенным, Малфой, — заметил Блейз, прищурившись. — Обычно такое выражение лица у тебя бывает либо после хорошего секса, либо когда ты придумал, как довести кого-то до белого каления. Но здесь никого нет. Малфой даже не повернул головы, продолжая смотреть на танцующее пламя. — Почти угадал, — лениво отозвался он. — Я тут прикинул план нашего следующего эфира с Грейнджер. Она думает, что мы будем занудно перебирать сушеные коренья и обсуждать влияние лунных фаз на качество зелий. Она уже, небось, накрахмалила свой лучший воротничок ради этого «научного прорыва». — И? — Блейз приподнял бровь. — И я уже придумал, как добавить в этот гербарий хорошую порцию перца, — Драко усмехнулся. — Она так увлечена своей ролью «просветительницы», что даже не заметит, как я превращу это в шоу, где она будет краснеть через каждое слово. Это будет легендарно. Забини молча наблюдал за другом несколько секунд, а затем медленно покачал головой. — Слушай, Драко, — Блейз подался вперед, понизив голос. — Ты уверен, что всё еще хочешь с ней воевать, а не просто трахаться? Потому что со стороны твои «стратегии» выглядят как очень затянутая и очень дебильная прелюдия. Драко резко замер. Его пальцы сжали палочку чуть сильнее, а взгляд, наконец, метнулся к Блейзу, холодный и острый. — Не неси ерунды, — отрезал он, хотя в глубине его зрачков на мгновение промелькнуло нечто, что он не успел скрыть. — Я развлекаюсь как могу. Грейнджер, идеальная игрушка. Она реагирует на каждый выпад, она злится так искренне, что это почти искусство. Это просто игра, Забини. — Ну-ну, — Блейз усмехнулся, откидываясь на спинку кресла. — Смотри только, чтобы в этой игре ты сам не оказался тем, кто запутается в её правилах. Потому что пока что она единственная, кто заставляет тебя так тщательно планировать все свое свободное время. Драко ничего не ответил, снова отвернувшись к камину. Но его «умиротворенность» поубавилась. Чуть позже Драко лежал в своей постели с пологом, глядя на зеленые отсветы от озера на стенах. Слова Блейза про «дебильную прелюдию» застряли в голове, как заноза. «Просто игра», — повторил он про себя. Он достал телефон и зашел в профиль Гермионы. На последнем видео, где она серьезно объясняла что-то про перегонку сока, было тысячи лайков. В темноте, без свидетелей, он просто смотрел на её лицо на экране. — Игрушка, — прошептал он, пробуя слово на вкус. — Моя идеальная, кудрявая игрушка. Скоро они будут снимать очередной «научный контент». И он сделает всё, чтобы Грейнджер забыла все свои формулы и бесилась так чтобы эти кудри подскакивали когда она злится.