Часть 11

Джинни не смогла открыть подарок Блейза сразу, так как на протяжении недели, не было ни дня когда она смогла бы остаться в комнате одна, а он ей прямо дал понять что открывать его нужно наедине, потому она с нетерпением ждала выходных. Субботнее утро в Гриффиндорской башне выдалось на редкость тихим. Большая часть студентов, закутавшись в шарфы, умчалась в Хогсмид за сливочным пивом и подарками. Джинни проводила Гермиону и Лаванду, отказавшись идти с ними, сославшись на боль в горле после тренировки на морозном воздухе. Как только подруги ушли, она бросилась к своему шкафу. Сверток, перевязанный шелковой лентой, ждал её в самом дальнем углу. Джинни положила его на кровать. Стоило ей развязать узел, как сработали чары невидимого расширения, небольшая коробка вдруг увеличилась втрое, и крышка мягко откинулась. Джинни замерла, боясь даже дышать. Внутри, в облаке тончайшей папиросной бумаги, лежало платье. Оно было не зеленым или красным, а нежнейшего розового оттенка, того самого, который идеально подчеркивал бы её яркие волосы и белую сливочную кожу. Ткань была невероятно нежной. Рядом в отдельном чехле стояли туфли, обтянутые той же тканью, а на самом дне мерцал гребень, украшенный маленькими розовыми камнями. Она прижала ладонь к губам. Это было не просто платье, это было целое состояние. Джинни быстро схватила телефон, её пальцы дрожали от адреналина и возмущения. Ginger_Fire: Забини, ты с ума сошел? Это… это невероятно дорого. Я не могу это принять. Забирай обратно. Ответ пришел почти мгновенно, будто он только и ждал её сообщения. Blaise_Z: Оно создано для тебя, лисичка. Не порти мне удовольствие от созерцания прекрасного. Будь моей парой на балу. Ginger_Fire: Нет. Blaise_Z: Я уверяю тебя, ты ничего мне не должна. Просто пару танцев и твою улыбку. Неужели я прошу слишком много? Джинни закусила губу, глядя на нежный шелк. Внутри всё предательски ныло от желания надеть эту красоту и войти в зал под руку с невыносимым и притягательным слизеринцем. Но гордость и страх удерживали её. Ginger_Fire: Я оставлю платье у себя… пока. Но на бал с тобой просто так не пойду. Ginger_Fire: Через две недели игра, Слизерин против Гриффиндора. Если змеи выиграют, я пойду с тобой. Если выиграем мы, я верну тебе платье. Blaise_Z: Ставки приняты. В таком случае, я пришлю тебе к платью еще и подходящее белье, лисичка. Хочу знать, что под этим шелком скрывается еще один мой подарок. Джинни вспыхнула до самых корней волос. Она представила его самоуверенную ухмылку и то, как он будет смотреть на неё в этом платье. Ginger_Fire: Хорошо… Но вы не выиграете. Гарри в отличной форме. Blaise_Z: Если я выиграю, Уизли, я жду от тебя не только поход на бал, но и поцелуй. Настоящий. Сердце Джинни пропустило удар. Это было опасно. Это было безумно. И это было именно то, чего она втайне хотела. Ginger_Fire: Ладно. Но на этом остановимся, а то ты слишком быстро повышаешь ставки, змеёныш. Blaise_Z: До встречи на поле, лисичка. Готовь губы. Джинни отбросила телефон на подушки и снова посмотрела на платье. Она знала, что Гриффиндор силен, но внутри неё вдруг проснулось странное, почти пугающее желание… чтобы Слизерин в этот раз оказался чуть быстрее.

***

Спустя неделю погода установилась морозная, но почти без осадков, команды вернулись к активным тренировкам. Пэнси плотнее закуталась в свою дорогую мантию, морщась от пронизывающего ветра. Она сама не до конца понимала, что делает на стадионе. Красные мантии гриффиндорцев яркими вспышками мелькали в воздухе. Сквозь свист ветра доносились выкрики и глухие удары. Пэнси заметила, что на одной из нижних лавок, почти полностью занесенная снегом, сидит Полумна Лавгуд. Она выглядела как странная ледяная статуя, на её огромных разноцветных рукавицах скопился иней, а взгляд был устремлен куда-то ввысь, сквозь летящих игроков. — На кого глазеешь, Лавгуд? — Пэнси остановилась рядом, поправляя воротник. — Ищешь в небе своих невидимых зверушек или ждешь, когда кто-нибудь свалится и расшибется? Луна медленно повернула к ней голову. Её лицо было розовым от холода, но взгляд оставался совершенно безмятежным. — На Гарри, — просто ответила она. — Он сегодня летает очень быстро, как будто пытается убежать от собственных мыслей. А ты на кого? Пэнси уже открыла рот, чтобы выдать очередную едкую шутку о том, что она здесь только ради того, чтобы посмотреть на позор Гриффиндора, но, встретив эти честные, огромные глаза, слова застряли в горле. Врать Лавгуд было почему-то чертовски утомительно. — На Уизли, — буркнула Пэнси, отводя взгляд в сторону колец. — Он очень старается, — мягко заметила Луна. — Хотя его защитное поле постоянно искрит из-за неуверенности. Не бойся, подойди к нему после тренировки. Нарглы сегодня сонные, они не будут тебе мешать. Пэнси нервно дернула плечом, возвращая себе привычный ядовитый тон: — Не ты ли, Лавгуд, недавно доставала Теодора вопросами на тему «зачем парни целуются»? Теперь решила подработать свахой для Слизерина? Луна пожала плечами, и снег посыпался с её капюшона. — Разве это не любопытно? — спросила она с искренним интересом. — Люди делают столько странных вещей, чтобы почувствовать тепло. Иногда нужно просто спросить, чтобы понять структуру процесса. — Странная ты, Лавгуд, — выдохнула Пэнси, но в её голосе уже не было прежней злости. — Совершенно ненормальная. — Спасибо, — улыбнулась Луна. — Это самый приятный комплимент за сегодня. Пэнси промолчала. Она снова перевела взгляд на поле, где Рон Уизли, спрыгнув с метлы, начал что-то эмоционально объяснять Гарри, размахивая руками и стряхивая снег с рыжих волос. Сердце Пэнси кольнуло странное предвкушение, то самое «плохое решение», о котором она говорила в Большом зале, внезапно показалось ей единственно верным. Тренировка закончилась, тяжело дыша и оставляя за собой облака пара, начали спускаться на заснеженное поле. Когда гриффиндорцы направились к раздевалкам, Пэнси, пересилив желание развернуться и убежать, двинулась наперерез. — Уизли! Можно тебя? — её голос прозвучал чуть более резко, чем она планировала, от волнения. Команда мгновенно затормозила. Симус и Дин переглянулись и начали картинно перешептываться, толкая друг друга локтями. Рон замер, сжимая древко метлы, и недоверчиво уставился на слизеринку. На его лице читалось явное подозрение, но он коротко кивнул друзьям: — Идите, я догоню. Когда они остались одни, Рон шмыгнул носом и зажав метлу под мышкой стал снимать перчатки. — Чего тебе, Паркинсон? Очередная порция гадостей про мою форму или хочешь пожаловаться на качество снега? Пэнси молчала, рассматривая свои дорогие сапоги. В голове крутились советы Нотта и Малфоя, странные слова Луны. Она чувствовала себя так, будто стоит на краю обрыва без палочки. — Пригласи меня на бал, — выпалила она на одном дыхании. Рон застыл. Его челюсть медленно поползла вниз. — Эм… Я? Ты серьезно? — он нервно хохотнул, оглядываясь по сторонам в поисках скрытых камер или притаившихся в кустах слизеринцев с телефонами. — Зачем? В смысле… ты уверена? Это что, прикол такой? Лицо Пэнси мгновенно вспыхнуло пунцовым, но не от смущения, а от жгучей обиды и злости на саму себя. — Забудь, блять! Нахрена я это вообще затеяла! — она резко развернулась, собираясь уйти прочь по сугробам. — Стой! — Рон сделал шаг вперед и поймал её за локоть. — Прости. Стой. Я просто… я правда растерялся. Он неловко взъерошил свои и без того спутанные рыжие волосы. — Ты красивая девушка, Пэнси. Правда. И у меня нет пары… я еще не успел позвать никого. То есть, я думал, но не решился. Я… я с удовольствием пойду с тобой. Приглашаю тебя. Пэнси медленно повернулась к нему. Гнев в её глазах сменился настороженностью. Она пристально вглядывалась в его веснушчатое лицо, пытаясь найти там издевку, но видела только искреннюю, немного глуповатую растерянность. — Надеюсь, … я не пожалею об этом, — тихо произнесла она, восстанавливая дыхание. Рон криво ухмыльнулся, и в его взгляде вдруг мелькнул тот самый азарт, который делал его отличным вратарем. — Пойти на бал с королевой Слизерина… — протянул он, задумчиво прикусив губу. — Может, это и стоит того, чтобы рискнуть напороться на розыгрыш. Буду считать это приключением. — Уж поверь, Уизли, — Пэнси наконец позволила себе легкую улыбку. — Я так это и воспринимаю… Она кивнула ему и, больше не сказав ни слова, пошла в сторону замка, чувствуя, как внутри всё дрожит от смеси ужаса и безумного восторга. Она только что сделала «плохое решение», которое обещало стать самым ярким событием её жизни.

***

Вечером Клер отчаянно пыталась сосредоточиться на эссе по зельеварению уже битый час, но Теодор Нотт явно задался целью сорвать её учебный план. Он сидел рядом с ней на всех уроках и после, увязался за ней по пути в библиотеку. Сначала это были просто случайные касания, его пальцы будто невзначай задевали её запястье. Затем его рука уверенно легла ей на колено, медленно поднимаясь выше. Клер замерла, пытаясь дописать предложение, когда Тео наклонился и коснулся губами чувствительной точки на её шее, прямо под ухом. Она шумно выдохнула и отложила перо, понимая, что сопротивление бесполезно. Повернув голову, она встретилась с его темным, насмешливым и невыносимо горячим взглядом. — Ты не отстанешь, да? — прошептала она, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — Нет, не отстану, — Тео чуть подался вперед, обдавая её кожу теплым дыханием. — Я тебя хочу. Здесь, сейчас и, честно говоря, это эссе меня волнует гораздо меньше, чем то, как расстегивается твоя мантия. Клер на мгновение закусила губу, принимая решение. — Ладно, — выдохнула она. — Пошли в Выручай-комнату. Если она пуста, мы займемся сексом. Месячные у меня закончились и самочувствие отличное. Пошли? Тео на секунду опешил. Он привык к её сдержанности. Его брови взлетели вверх. — Что, сейчас? — Да, Тео, прямо сейчас. Если после этого ты клянешься сесть и наконец закончить своё эссе по зельям, — она начала закрывать чернильницу. — Я просто никогда не ходила в Выручай-комнату для… личных целей. Только пару раз на вечеринки, и то там было слишком много людей. Я даже не знаю, как заставить её выдать то, что нужно. Теодор довольно улыбнулся. Это была улыбка человека, который только что выиграл главный приз, сам того не ожидая. Он вскочил с места и начал сгребать её пергаменты и книги в сумку как можно быстрее, словно боялся, что она сейчас передумает. — Идем, Нолан, — он перекинул её сумку через плечо вместе со своей и схватив её за руку, потянув к выходу. — Я покажу тебе, как работает магия намерения. Поверь, тебе понравится её «личный» режим гораздо больше, чем шумные пьянки Гриффиндора. Они почти бежали по пустым коридорам. Клер чувствовала, как внутри всё сжимается от предвкушения и легкого страха перед неизвестностью. Когда они оказались перед пустым участком стены напротив нужного гобелена, Тео остановился. — Просто думай о том, что нам нужно место, где нас никто не найдет. Где тепло, безопасно и где есть большая кровать, — прошептал он, трижды проходя мимо стены. На гладком камне начала проступать дверь, тяжелая, дубовая, с изящной серебряной ручкой. Тео обернулся к Клер, его глаза лихорадочно блестели в свете факелов. — Заходи. Клер сделала шаг внутрь следуя за Тео. Дверь Выручай-комнаты закрылась, и замок на ней бесследно исчез, превращая стену в монолит. Внутри было именно так, как им было нужно, мягкий полумрак, горящий камин, отбрасывающий длинные тени на тяжелые бархатные портьеры. В центре стояла кровать. Тео бросил сумки у входа. Он видел, как Клер замерла у края постели. Несмотря на то, что они уже проводили время вместе, изучая друг друга руками и губами, сегодня всё ощущалось иначе. Воздух между ними буквально вибрировал. — Ты дрожишь, Нолан, — Тео подошел к ней со спины, мягко обнимая за талию. Его ладони были теплыми. Клер обернулась. Её щеки пылали, а взгляд метался по его лицу. — Мне… мне немного стыдно, Тео. Глупо, да? Мы ведь уже видели друг друга без одежды и даже трогали. Но сейчас я чувствую себя такой беззащитной. Мне страшно. Теодор бережно взял её лицо в ладони, заставляя смотреть на себя. Его зеленые глаза, обычно полные сарказма, сейчас были темными и бесконечно нежными. — Расскажи мне, чего именно ты боишься. — Я боюсь боли, — прошептала она, опуская голову ему на грудь. — Девочки говорили, что это… ну, неприятно. И я до ужаса боюсь забеременеть. Мой отец… он простой человек, Тео. Но если я принесу ему такую новость, это разобьет его сердце, потому что он мне доверяет. Теодор крепче прижал её к себе, успокаивающе поглаживая по спине. — Послушай меня. Насчет защиты, я знаю необходимые чары. Ты в полной безопасности. А насчет боли… — он приподнял её подбородок и поцеловал её щеку. — Мы не будем торопиться. Если ты почувствуешь, что не готова, или если станет неприятно мы остановимся. Я обещаю тебе. Он начал раздевать её. Сначала мантия, затем пуловер… Когда она осталась в одном белье, Тео на мгновение замер, любуясь ею. В его взгляде было восхищение, от которого её стыд начал медленно таять. Его губы и пальцы нежно касались её кожи, пока её страх не вытеснился желанием. Когда он, наконец, вошел в неё, медленно, давая ей привыкнуть, — Клер судорожно выдохнула, впившись пальцами в его предплечья, зажмурившись от резкой боли. Тео мгновенно замер и не двигался, несмотря на то, что его собственное тело требовало продолжения движения. Он просто лежал, прижимаясь лбом к её лбу. — Тише… — шептал он хрипло. — Я с тобой. Хочешь прекратить? Клер отрицательно качнула головой. Прошло немного времени и она расслабилась. Боль притупилась, сменившись странным, распирающим теплом, которое начало пульсировать внутри. Она приоткрыла глаза и робко двинула бедрами, призывая его продолжить. Теперь его движения стали увереннее и глубже. Страсть захлестнула их обоих, стирая границы. Когда Клер достигла пика, она прошептала его имя, и Тео догнал ее через мгновение, чувствуя, как магия Выручай-комнаты резонирует с их ощущениями. Позже, когда они лежали обнявшись под одеялом, Тео перебирал её волосы, глядя на угасающие угли. — Какие планы на Рождество, Нолан? — тихо спросил он. — Поеду к отцу, — ответила Клер. — Он ведь живет один. Я для него, весь мир. А ты? — Я бы предпочел остаться в школе, — признался Теодор. — Поместье Ноттов в праздники не особо праздничное. Отец приглашает только «нужных» людей, и всё это похоже на парад лицемерия. Но ты ведь живешь в Лондоне… может, мы встретимся? Пригласишь меня к себе домой на ужин или обед? — Приходи, — Клер улыбнулась, прижимаясь к его плечу. — У нас нет домовиков и портретов предков, зато мы с отцом обычно заказываем неплохую еду из местного ресторанчика. Только мне нужно сначала сказать ему о тебе. Он ведь не знает как изменилась моя жизнь в этом учебном году, думает, что я только учусь. Она помолчала, а затем, посерьезнев, посмотрела ему в глаза. — Тео… ты позвал меня на бал. Будет пресса, нас наверняка сфотографируют вместе. Твой отец увидит это. Он будет в ярости, что наследник рода Ноттов выбрал девушку моего круга. Тебе ведь уже приходили вопилки от него. Ты уверен, что готов к этому? Теодор замер. Он представил лицо своего отца, холодное, полное разочарования в сыне, который «предает традиции». А затем он посмотрел на Клер, теплую, настоящую, только что подарившую ему себя. — Пусть злится, — твердо сказал он, притягивая её к себе так близко, как только мог. — Мне плевать на его планы и на то, что напишут в газетах. Он замолчал на секунду, а затем вновь поцеловал её: — Я люблю тебя, Клер. И это важнее любой чистоты крови или социального статуса. Она уткнулась носом в его шею и тихо шепнула: — И я тебя, Тео.

***

Кабинет зельеварения был готов к очередному эфиру. Гермиона поправила воротник мантии, бросила быстрый взгляд на Драко, тот стоял рядом, засунув руки в карманы брюк, с видом человека, который снизошёл до этого, чисто от скуки и нажала «Пуск». — Всем добрый день! — её голос был ровным и уверенным. — Сегодня мы с мистером Малфоем покажем вам рецепт базового успокоительного зелья. На первый взгляд всё просто, но есть несколько нюансов, о которых не пишут в учебниках. — Потому что в учебниках пишут зануды, — вставил Драко, глядя прямо в камеру. — А мы тут, чтобы вы не повторяли их ошибок. Гермиона сделала вид, что не расслышала. — Начнём с корня валерианы. Его нужно нарезать тонкими кружочками, под углом… — Или просто раздавить, — Драко взял свой корень и с хрустом раздавил плоской стороной ножа. — Сок выйдет быстрее, реакция пойдёт активнее. Грейнджер сейчас скажет, что это варварство, но по факту зелье получается ничуть не хуже. — Оно получается хуже, — спокойно возразила она, не отрываясь от своей идеально ровной нарезки. — Малфой просто не умеет ждать. Чат оживился. SlythStudent: Малфой, а вы всегда так делаете? Можно мне на ваши эфиры ходить, у Грейнджер скучно. PotionMaster_77: А у меня вообще не получается. Через раз то густо, то пусто. Гермиона заметила вопрос и ответила, продолжая резать: — Главная ошибка, торопиться с добавлением ингредиентов. Если корень плохо отдал сок, зелье не загустеет. Проверить можно каплей на стекле, если держит форму, вы делаете всё правильно. Ravenclaw_Watcher: А какой концентрации зелье использовать когда нужно успокоиться? — Восьмипроцентный, — ответил Драко вместо неё. — Шестипроцентный даёт слишком слабый эффект, его придётся пить стаканами. Hufflepuff_Healer: А если добавить лаванду, успокоительный эффект усилится? — Усилится, — кивнула Гермиона. — Но лаванда меняет цвет. Вместо прозрачного получится бледно-фиолетовый. На качестве это не скажется, но Снейп не оценит, если сдаёте экзамен. Granger_Fan: Гермиона, ты сегодня особенно красиво выглядишь. А заколка у тебя новая? Гермиона машинально коснулась волос. Заколка с изумрудом, подарок Драко, была на месте, она носила её уже несколько дней, почти не снимая. — Спасибо, — коротко ответила она, возвращаясь к котлу. — Мама подарила. JewelryHunter: Эй, Грейнджер, твои родители маглы, а заколка гоблинской работы. Откуда у маглов гоблинское серебро? Чат на секунду затих. Новые вопросы не появлялись, только этот, настойчивый, повис в ленте. Гермиона замерла. Она не знала, что сказать. Она почувствовала, как щёки начинают розоветь, и в этот момент Драко шагнул ближе к камере. — Я думаю, — его голос был спокойным и ленивым, но с той ноткой, которая не терпела возражений, — девушке виднее, кто ей дарит подарки. У нас эфир о зельях, а не о ювелирке. Следующий вопрос. Он даже не посмотрел на Гермиону. Сделал вид, что ничего особенного не произошло. Чат переваривал сказанное несколько секунд, а потом посыпались новые сообщения. PotionMaster_77: Так вы про лаванду расскажите подробнее! Когда добавлять? SlythStudent: Малфой ты её прикрывашь, да? Интересно… — Лаванду добавляем на финальном этапе, — Гермиона, взяв себя в руки, продолжила эфир как ни в чём не бывало. — За пять минут до снятия с огня. Иначе эфирные масла испарятся, и смысла не будет. Драко, отойдя от камеры, вернулся к котлу. Он не смотрел на неё, но его губы чуть заметно дрогнули в улыбке. Ravenclaw_Watcher: А если перегреть на этапе выдержки, зелье можно спасти? Granger_Fan: Гермиона, ты не ответила про заколку… — Перегретое зелье не спасти, — отрезал Драко, перехватывая инициативу. — Выливайте и начинайте заново. Лучше потратить лишние полчаса, чем получить мутную жижу, от которой будет только хуже. SlythStudent: Вы с Грейнджер сегодня слишком слаженно работаете. Что-то случилось? Hufflepuff_Healer: А мне нравится. Так и надо, межфакультетская дружба. — Ничего не случилось, — Гермиона взяла паузу, помешивая зелье. — Просто сегодня хороший день. Драко бросил на неё короткий взгляд. — И… занудный эфир подходит к концу, — добавил он, возвращаясь к привычному тону. — Зелье готово, Грейнджер сейчас скажет что-нибудь умное, и мы попрощаемся. — Зелье готово, — повторила она. — Настаивать два часа в прохладном месте. Хранить в тёмном флаконе. Срок годности, три месяца. Спасибо, что были с нами. Она нажала «Завершить». В кабинете повисла тишина. — Ты могла сказать правду, — негромко заметил Драко, собирая ингредиенты. — Ты сам знаешь, что наши отношения ,секрет. — Так и есть. Гермиона подняла на него глаза. — Спасибо, что прикрыл. — Я не тебя прикрывал, Грейнджер. Я прикрывал нашу репутацию. Если бы кто-то узнал о заколке, начались бы сплетни, а мне не нужны лишние вопросы отца. Она кивнула. — Конечно, Малфой. Он вышел первым. Гермиона осталась стоять у котла. «Девушке виднее, кто ей дарит подарки», — повторила она про себя. Виднее. Улыбнулась и пошла следом.