Часть 17

Утро в квартире Ноланов началось с привычных действий. Стивен Нолан привык вставать раньше Клер. С того дня как не стало его жены и он должен был заботиться о дочери, он всегда вставал рано, чтобы приготовить завтрак. Запах свежемолотого кофе и поджариваемого бекона постепенно наполнял квартиру. Стивен взглянул на часы. Обычно в это время Клер уже выходила сонная на кухню и пила с ним кофе или чай, но сегодня за дверью её комнаты царила абсолютная тишина. Он знал, что Тео был в её комнате и родительское беспокойство за дочь все сильнее брало верх над чувством такта. — Наверное, отсыпаются после вчерашнего стресса, — пробормотал он себе под нос, вытирая руки полотенцем. Он подошел к комнате Клер и осторожно постучал костяшками пальцев по дереву. — Клер? Тео? Завтрак почти готов. Ответа не последовало. Более того, Стивена насторожила странная, абсолютая тишина, ни скрипа кровати, ни сонного бормотания. Тревога кольнула сердце: «А вдруг парню стало хуже? А вдруг случилось еще что-то? Кажется отец мальчишки полный отморозок… Могут ли маги проникнуть в дом беззвучно?» Он приоткрыл дверь на пару сантиметров, собираясь негромко позвать дочь еще раз, но тут же замер и резко отшатнулся назад. Увиденная сцена выжглась на сетчатке за одну секунду. Клер лежала на спине, её голова была запрокинута, а копна темных волос разметалась по подушке. Пижамная футболка задралась почти до пдбородка, обнажая бледную кожу живота и грудь. Она не спала, её тело выгибалось в тягучей дуге наслаждения, а пальцы впивались в простыни. Тео не было видно, он полностью скрылся под одеялом между её разведенных ног и движения под тканью не оставляли сомнений в том, чем именно он занят. Стивен бесшумно прикрыл дверь и вернулся на кухню. Сердце колотилось где-то в горле. Он схватил кружку с кофе и сделал большой глоток, едва не обжегшись, опираясь руками о столешницу. — Черт… — прошептал он себе под нос, чувствуя, как лицо заливает краска. — Совсем взрослая. Стивен, она уже совсем взрослая. Он механически перевернул бекон на сковороде, понимая, что «серьезный разговор о планах на жизнь» за завтраком только что стал в сто раз неловче. В его представлении волшебники должны были заниматься чем-то возвышенным или странным, а тут всё оказалось до боли обыденным. — Хоть они и волшебники, а потребности у этих подростков обычные, вполне себе не волшебные… черт, — пробормотал он, глядя на сковороду. Теперь перед ним стояла сложнейшая задача: как вести себя когда они выйдут из комнаты? — Кофе. Мне определенно нужно больше кофе, чтобы переварить эту из… «магию», — пробормотал Стивен, потирая переносицу. — И сигарета… мне нужна сигарета… не курил пять лет, нужно купить сегодня сигарет…

***

Спустя полчаса дверь спальни Клер наконец скрипнула, и в коридоре послышались шаги. Стивен, который к этому моменту уже успел выпить три чашки кофе и перечитать одну и ту же страницу газеты раз десять, выпрямился и изо всех сил вцепился в кружку натягивая вежливую улыбку. В кухню вошли Клер и Тео. Клер буквально светилась, её щеки горели румянцем, а волосы были влажными после быстрого душа. Тео, несмотря на припухшую скулу и яркую ссадину на лбу, выглядел куда более живым, чем вчера. Во фланелевой пижаме Стивена, которая была ему явно велика в плечах, он больше не напоминал побитого аристократа, скорее обычного парня, который, наконец, выспался. И не только… — Доброе утро, папа! — весело провозгласила Клер, чмокнув отца в щеку. — Пахнет божественно. Мы просто умираем от голода. — Доброе утро, сэр, — вежливо добавил Тео, усаживаясь на стул. Голос у него был чуть охрипшим и Стивен, вопреки своей воле, тут же вспомнил, почему он мог охрипнуть. Образ выгнутой спины дочери и одеяла, под которым скрывался этот вежливый мальчик, вспыхнул в мозгу ярким воспоминанием. — Доброе… доброе, — пробормотал Стивен, уставившись в свою тарелку с таким усердием, будто пытался прожечь в ней дыру взглядом. — Ешьте. Всё остывает. Он механически пододвинул к ним блюдо с беконом и тостами. Клер тут же принялась сооружать бутерброд, а Тео с аппетитом принялся за яичницу. Стивен чувствовал себя так, будто у него на лбу крупными буквами написано: «Я ВСЁ ВИДЕЛ». — Кофе будете? — резко спросил Стивен, вскакивая со стула. — Да, пожалуйста, — Клер удивленно посмотрела на отца. — Пап, ты в порядке? Ты какой-то дерганый сегодня. — В полном! — Стивен слишком громко брякнул кофейником о подставку. — Просто… много мыслей. Работа, праздники, новый проект… Он повернулся к ним спиной, делая вид, что очень занят наливанием напитка. В голове набатом стучала фраза: «Обычные человеческие потребности… они подростки… вспомни себя» Тео, почувствовав некоторую неловкость, решил взять инициативу в свои руки: — Сэр, я помню о нашем разговоре. Насчет планов. Я готов обсудить это, как только… — Да-да, — перебил его Стивен, не оборачиваясь. — Обсудим. Обязательно обсудим. Но давай сначала вы поедите. Набирайтесь сил… они вам, как я погляжу, очень нужны. Клер подозрительно прищурилась, а Тео на мгновение замер с вилкой в руке, но Стивен уже взял себя в руки. Он глубоко вздохнул, развернулся и поставил перед ними кружки, надев на лицо маску абсолютного спокойствия. — Сэр, — Тео первым нарушил молчание когда все уже допивали кофе. — Я знаю, что выгляжу сейчас жалко. У меня нет денег даже на кольцо, и, честно говоря, сейчас у меня нет вообще ничего. Клер хотела что-то вставить, но Тео мягко коснулся её руки под столом, призывая дослушать. — Мы с Клер вчера много говорили. Она предложила мне опору, и я… — он запнулся, проглотив гордость, — я принял её помощь. Но я клянусь вам, что как только мы закончим школу, я перехвачу эту ответственность. Я хочу быть с Клер. Я буду работать столько, сколько потребуется. Чтобы доказать серьезность моих намерений… я готов дать Непреложный обет. Прямо сейчас. Перед вами. Стивен нахмурился, переводя взгляд с Тео на дочь. — Непреложный обет? — медленно повторил Стивен. — А что это такое? Это что-то значит в вашем магическом мире? — Да, сэр, — твердо ответил Тео. — Я хочу, чтобы вы знали, что мои намерения относительно вашей дочери серьезны. Я готов рискнуть жизнью, чтобы доказать это. — Тео, ты что обалдел? Ни в коем случае!!! Она резко повернулась к отцу. — Папа, ты не понимаешь! Непреложный обет, это не просто обещание. Если волшебник нарушает данное слово, он умирает. Мгновенно. Это самая серьезная клятва в нашем мире. Стивен замер. Его взгляд стал внимательным. Он долго изучал лицо Тео, пытаясь найти там хоть тень лукавства, но видел только непоколебимую решимость человека, которому нечего терять. — Умирает, значит? — Стивен медленно откинулся на спинку стула. — Жестко. Стивен побарабанил пальцами по столешнице, а затем кивнул, словно принял решение. — Ладно, парень. Раз ты сам предложил… Давай свой обет. Клянись в том, что никогда не ударишь Клер и не причинишь сознательно физического вреда и не предашь ее доверия ради своей выгоды. Клер, до этого молча наблюдавшая за ними, вскочила со стула. Её лицо побледнело от ужаса. — Папа, ты что?! — почти закричала она. — Ты хоть понимаешь, что ты просишь? Это магия! Если он в пылу ссоры когда-нибудь скажет мне что-то резкое или случайно заденет мои чувства, он может умереть, если магия решит что так он нарушил обет. Ты не имеешь права требовать такого! Стивен даже не повернул головы в сторону дочери. Его взгляд был прикован к Тео. — Клер, — спокойно и очень веско произнес Стивен, — сегодня утром я видел его у тебя между ног. Мне решать на что я имею право, а на что нет. Мой главный приоритет — ты. Я не требую от него никогда не ссориться с тобой, я хочу защитить тебя. В кухне мгновенно стало так тихо, что было слышно, как гудит холодильник. Клер замерла с открытым ртом, её лицо в одну секунду превратилось из бледного в пунцовое. Она медленно опустилась обратно на стул, не в силах вымолвить ни слова. Тео, кажется, перестал дышать. Кровь прилила к его ушам, а ссадина на лбу стала казаться еще ярче на фоне внезапно побледневшей кожи. — Так что давай без этих твоих «папа, ты что», — продолжал Стивен, по-прежнему глядя на Тео. — Раз вы решили играть во взрослые игры в моем доме, то и отвечать будете по-взрослому. Я не знаю ваших магических законов, но я знаю одно, мужчина должен отвечать за свои поступки. И если ты, Тео, готов поставить свою жизнь на то, что будешь достойным человеком для моей дочери, я приму твою клятву. — Я готов, — тихо, но абсолютно уверенно сказал Тео. Он протянул руку ладонью вверх. — Клер, достань палочку. Ты будешь свидетелем обета. Клер смотрела на них обоих с какой-то смесью ярости и отчаяния, но, увидев взгляд Тео, молящий и одновременно решительный, — она дрожащими пальцами достала из кармана халата свою палочку. — Я ненавижу вас обоих в этот момент, — прошептала она, но её рука не дрогнула, когда она накрыла их сцепленные ладони кончиком палочки. Тонкая вспышка ослепительно-золотистого света вырвалась из древка палочки, обвивая руки Тео и Стивена, связывая их невидимой нитью. Стивен не отвел взгляда. Он видел, как в глазах Тео отразился блеск магического огня, и понял, этот мальчик, возможно, потерял всё золото, но не честь. Стивен, кажется, решил лучше за одно утро прояснить все что его волнует. — Ладно, с клятвами и планами разобрались. Теперь о насущном. Раз уж вы… хм… так активно проводите время, как вы предохраняетесь? Клер, которая только начала возвращаться к своему обычному цвету лица, снова вспыхнула. — Папа! Ты серьезно? — Абсолютно серьезно, — Стивен остался непоколебим. — Я взрослый человек, Клер. Я знаю от куда берутся дети и как не просто их воспитывать… особенно если ты сам ещё не стоишь крепко на ногах. У вас как с этим? Тео, стараясь сохранять остатки аристократического достоинства, хотя его уши всё еще пылали, откашлялся. — Сэр, в магическом мире существуют специальные противозачаточные чары. Достаточно сложная формула, но я владею ею в совершенстве. Это… надежно. Это делаю я. Стивен недоверчиво прищурился, переводя взгляд с одного на другого. — Чары? То есть, ты просто машешь палкой, шепчешь что-то на непонятном языке, и «бац», никакой беременности? Звучит как сказка, если честно. В моем мире всё, что звучит слишком просто, обычно ломается в самый неподходящий момент. — Папа, это проверенная магия, — вмешалась Клер, пытаясь защитить Тео. — Ей сотни лет. — Сотни лет люди и на телегах ездили, а потом пересели на машины, — отрезал Стивен. Он вздохнул и потер переносицу. — Послушайте, я не против внуков. Когда-нибудь. Но сначала вы оба закончите школу. Сдадите свои эти… ЖАБА или как их там. Встанете на ноги. Мне не нужно, чтобы ты, Клер, шла на экзамены с токсикозом, а ты, Тео, вместо учебы и карьеры думал о подгузниках. Стивен посмотрел на Тео в упор. — Сходите в аптеку за углом и купите презервативы. Обычные, магловские, из латекса. Деньги если тебе нужно Клер я дам. Тео, это будет твоим первым вкладом в «безопасность семьи», сходить в аптеку и купить презервативы. Надеюсь ты Клер, сама пояснишь ему что с ними делать. — отец посмотрел на дочь. — Я понял, сэр. Я… я все сделаю. — Вот и отлично, — Стивен хлопнул его по плечу, на этот раз чуть дружелюбнее. — Допивайте кофе и… идите за покупками или куда ты там хотела его сводить, Клер. Мне нужно подключиться ненадолго в zoom, у меня встреча с коллегами. Когда Стивен вышел, на кухне воцарилась оглушительная тишина. Клер спрятала лицо в ладонях и тихо застонала. — Тео, прости… Он… он просто очень прямолинейный. Тео посмотрел на пустую тарелку, затем на Клер, и вдруг тихо рассмеялся. — Знаешь, — он взял её за руку, — мне нравится твой отец, жаль что мой не такой. Пойдем за латексом, Клер. Я хочу прислушиваться к советам Стивена Нолана. После завтрака Клер принесла Тео одежду отца: джинсы и теплую толстовку, куртку и белье. — Белье и носки новые. Отец не любит ходить по магазинам и одежду ему чаще я покупаю, заказываю в интернете с запасом, так как пока я в Хогвартсе он сам не пойдет по магазинам, каким бы взрослым и самостоятельным он не был. Джинсы и куртка ношенные, но чистые после стирки, других нет. Одевайся мы пойдем купим тебе все новое. Тео с некоторым сомнением принял стопку одежды. Джинсы оказались плотными и грубыми на ощупь и сидели непривычно, а толстовка была мягкой. Вещи пахли каким-то магловским средством для стирки. — Спасибо, Клер, — тихо сказал он, переодеваясь. Одежда Стивена сидела на нем чуть мешковато, придавая Тео вид обычного лондонского студента. Когда он взглянул в зеркало, на него смотрел человек, которого он едва узнавал. Они провели в торговом центре несколько часов. Для Тео это было сродни исследованию другой планеты. Огромные пространства, эскалаторы, сотни людей. Клер уверенно вела его мимо витрин, выбирая качественные, но практичные вещи. Они купили всё, от нескольких пар обуви и зимнего пальто до зубной щетки и учебных принадлежностей. Тео с интресом рассматривал обычную шариковую ручку, не смотря на то что часто видел как Клер или та же Гермиона писали такими в школе вместо перьев. Клер расплачивалась своей картой, и каждый раз, когда терминал пищал, Тео чувствовал укол вины, смешанный с огромной благодарностью. Вернувшись в квартиру, Тео первым делом направился к тумбочке, где лежал его телефон на зарядке. Как только экран загорелся, аппарат начал вибрировать от бесконечного потока уведомлений. — Ого, — выдохнул он, усаживаясь на край кровати. — Кажется, магический мир стоит на ушах. Он нажал на иконку видеозвонка в групповом чате. Спустя пару секунд экран разделился. — Нотт! — голос Драко прозвучал громче чем обычно. — Ты жив? Твой старик сегодня утром ввалился к нам. Он был в ярости. Орал на весь холл, что ты «неблагодарная тварь» и «предатель крови». Он официально объявил моему отцу, что лишил тебя наследства. — Мне тоже прилетала сова, — добавил Блейз. Он был на фоне окна в своей библиотеке в поместье Забини. — Старый козел требовал сказать, не прячешься ли ты в поместье Забини. Тео, где ты вообще? Ты в безопасности? Тео глубоко вздохнул и притянул к себе Клер, которая как раз присела рядом с пакетами. — Спокойно. Я в порядке. Я у Клер дома, — он слегка повернул телефон, показывая светлую комнату Клер. Блейз присвистнул, а Драко на мгновение замолчал, внимательно изучая обстановку за спиной друга. — Значит, всё-таки решился, — медленно произнес Малфой, и в его голосе Тео услышал странную смесь уважения и скрытой зависти. — Осваиваешься в мире маглов? — Ну да, типа того, — усмехнулся Тео, поправляя воротник новой толстовки. — Здесь нет домовиков, зато меня не пытаются убить за неправильный выбор невесты. — Рад за тебя, — Драко отвел взгляд. — Мой отец тоже будто белены объелся. Весь вчерашний вечер запирался с Гринграссом. Они обсуждают условия помолвки так активно, будто Дафна и я племенные лошади для разведения, они уже даже распланировали когда и сколько детей мы должны родить. В Мэноре сейчас тошно находиться. — Парни, мне тоже не до смеха, — перебил Блейз, нервно поправляя манжеты. — Если честно, мне малость страшно. Сегодня вечером я отправляюсь в «хижину» Уизли. Собираюсь официально просить руки Джинни у Артура и Молли. Учитывая обстоятельства, боюсь, меня ждет нелегкий разговор. Тео негромко рассмеялся, чувствуя, как уходит ночное оцепенение. — Удачи, Блейз. Уизли, люди простые. Главное, не называй их дом «хижиной». — Постараюсь, — хмыкнул Забини. — Ладно, созвонимся поздно вечером. Расскажу, остался ли я цел и отдадут ли за меня Джинни. — Созвонимся, — подтвердил Драко. — Береги себя, Тео. Когда экран погас, Тео откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. — Ну что? — Клер ухмыльнулась. — Готов читать инструкцию к презервативам? — Готов, — Тео улыбнулся в ответ. — Пол дня в магловском магазине показали мне, что маглы любят все усложнять, так что я немного волнуюсь. Он достали из пакета электробритву и электрическую зубную щетку и стал их рассматривать. Такую же щетку он видел в ванной у Клер.

***

Гермиона прибыла в «Нору» ранним утром, едва дождавшись приличного времени для визита. Едва она переступила порог, как её тут же затянуло в водоворот привычного хаоса. Молли Уизли, выглядевшая одновременно и заботливой, и крайне взвинченной, заключила её в удушающие объятия. — О, Гермиона, дорогая! Слава Мерлину, ты здесь! — Молли тут же начала поправлять на ней шарф, попутно впихивая в руки тарелку с куском пирога. — Может, хоть ты на неё повлияешь? Джинни совершенно потеряла голову! Этот Забини… его мать выходила замуж семь раз, и все мужья умирали! Семь мужей, Гермиона! Семь! И все умерли. Это же подозрительно! Умоляю, поговори с ней, образумь её! Джинни, спускавшаяся в этот момент по лестнице, закатила глаза так сильно, что, казалось, еще немного и она увидит собственный мозг. — Мама, если ты не перестанешь пересказывать сплетни из «Пророка» столетней давности, я скажу ему «да» не задумываясь и перееду в поместье Забини прямо сегодня! — отрезала она, проходя мимо братьев, которые хмуро косились на неё из-за кухонного стола. Не дожидаясь ответа, Джинни схватила блюдо свежеиспеченных пирожков, взяла Гермиону за локоть и потащила вверх по лестнице. — Идём. Пока Перси не начал читать нотации о «чести семьи», он сегодня в ударе… лучше бы жену свою трахал, так же самозабвенно, как мне лекции читает, — бросила она через плечо. Захлопнув дверь своей комнаты и наложив заглушающее заклинание, Джинни свалилась на кровать и указала подруге на кресло. — Ну как ты? — спросила она, вгрызаясь в пирожок. — Как вчерашний день прошел? Гермиона тяжело вздохнула, снимая пальто. — Как обычно, — тихо ответила она. — Мама приготовила праздничный ужин, расспрашивала о школе, об оценках… Мы пекли имбирное печенье. Она снова спрашивала о Викторе Краме и очень расстроилась, когда узнала, что мы окончательно расстались. Весь вечер заглядывала мне в глаза, спрашивала, почему я такая грустная… Гермиона замолчала, глядя в окно на заснеженный сад. — А я не смогла ей сказать про Драко. Просто не смогла. Как объяснить маме, что я влюблена в человека, который годами меня унижал? И что сейчас между нами… ну, не пойми что. Между нами вообще творится что-то странное. Эфиры, постоянные перепалки, секс… и я уже не понимаю, где там заканчивается игра и начинается что-то настоящее. Я чувствую себя так, будто иду по канату над пропастью, Джин. Знаю точно, только то… что мне больно… Джинни сочувственно кивнула, проглатывая кусок. — Понимаю тебя. Это было самое непонятное Рождество в моей жизни. Мать и отец меня допекали вопросами о том, насколько у нас с Блейзом всё серьезно, «не использует ли он меня», «не играет ли». А мы с ним, если честно, и сами поговорить толком не успели… Всё как-то на бегу, на эмоциях. В итоге я просто ем, нервничаю и летаю на метле в саду до темноты, чтобы никого не слышать. Джинни нервно поправила одеяло и добавила тише: — А сегодня еще и Забини придет. Вечером. Сказал, что хочет официально поговорить с родителями. Я даже не представляю, чем это закончится. Либо помолвкой, либо дракой. Гермиона слабо улыбнулась, впервые за утро почувствовав, что она не одна в этом безумии. — По крайней мере, скучно нам в эти каникулы точно не будет.

***

На кухне «Норы» было шумно. Перси и Билл с женами уехали по домам, но Фред и Джордж решили ещё побыть в родительском доме до конца праздников. Рон, Гермиона, Джинни и близнецы играли во взрывающиеся карты и шахматы и отлично проводили время обсуждая Хогвартс. Как только Блейз Забини переступил порог, в гостиной воцарила тишина и все взгляды были направлены на него. — Так, а ну-ка марш отсюда! — строгий шепот Молли Уизли заставил всю компанию вздрогнуть. Она решительно зашагала по коридору, на ходу вытирая руки полотенцем. — Фред, Джордж, даже не думайте разворачивать свои Удлинители ушей! Рон, Гермиона, идите погуляйте! Живо! Это серьезный разговор, и вам тут делать нечего. — Но мама!.. — попытался возмутиться Рон. — Этот слизеринский… — Никаких «но», Рональд! Наверх! — Артур Уизли появился в дверях гостиной, и его обычно мягкий голос прозвучал так твердо, что спорить никто не решился. Вся четверка, недовольно ворча и толкаясь, поплелась вверх по лестнице. Когда за ними захлопнулась дверь, в комнате наконец воцарилась тишина, нарушаемая только тихим потрескиванием дров в камине и завыванием зимнего ветра за окном. — Присаживайтесь, мистер Забини, — Артур указал на свободный стул, усаживаясь напротив. Молли бережно поставила охапку белых лилий принесенных Блейзом в вазу, но её взгляд оставался настороженным. — Добрый вечер, мистер Уизли, миссис Уизли, — Блейз опустистился на стул. — Я знаю, что мой визит выглядит неожиданным, но после публикации статьи Скиттер… — Честно говоря, Блейз, — перебил его Артур, поправляя очки, — мы с Молли в полном замешательстве. Мы прочли эту статью в газете и эти многочисленные посты в WitchTok, но до дня выхода статьи мы даже не подозревали, что вы с Джинни общаетесь. Она ни разу за все эти годы не обмолвилась ни словом о вас. — Да, дорогой, — кивнула Молли, внимательно изучая лицо юноши. — Вы, конечно, оба… чистокровные… против этого никто ничего не имеет, хотя для нашей семьи это вообще не имеет значение. Но давай смотреть правде в глаза, наша семья, мягко говоря, не богата. Вы учитесь на разных факультетах, у вас совершенно разный круг общения. Мы были уверены, что гриффиндорцы и слизеринцы вашего потока только и делают, что обмениваются колкостями. Джинни, стоявшая у двери и скрестившая руки на груди, густо покраснела, но промолчала. Блейз спокойно выдержал взгляд Молли. — Вы абсолютно правы, миссис Уизли. Мы действительно не… встречались и не показывали свое общение в привычной форме, — Блейз говорил открыто, без привычной слизеринской маскировки. — Но правда в том, что я влюблен в вашу дочь уже очень давно. И мне как раз безумно нравится этот её взрывной, чисто гриффиндорский характер. Знаете, я окончательно пропал во время наших совместных тренировок по квиддичу еще на пятом курсе. То, как она держится на метле, её упрямство, её огонь, в моем окружении таких девушек просто нет. Артур удивленно приподнял брови, обменявшись взглядом с женой. — Но напрямую, мы стали общаться только в этом семестре, — продолжал Блейз, слегка повернув голову к Джинни. — Мой первоначальный план был простым и правильным, я собирался ухаживать за Джинни оставшиеся полгода до лета, а предложение сделать уже после выпуска, когда мы оба сдадим ЖАБА. Но эта стерва Рита вынудила меня действовать на опережение. Я просто не мог допустить, чтобы кто-то в прессе или в школе порочил имя вашей дочери. Молли немного помолчала, её пальцы нервно потеребили край скатерти. Страшилки из «Пророка» о леди Забини и её семи умерших мужьях всё еще сидели в голове, поэтому она осторожно спросила: — А твоя мать, Блейз? Леди Забини… Извини за прямоту, но что она думает о девушке из семьи Уизли? Блейз негромко и очень тепло рассмеялся: — Моя мама полностью одобряет мой выбор, миссис Уизли. Более того, она в восторге. Забини уважают женщин с характером, а у Джинни его хватит на троих. Мама сказала, что с радостью примет её в нашем доме. Артур тяжело вздохнул, побарабанил пальцами по дереву стола, а затем перевел взгляд на дочь, которая по-прежнему хранила молчание. — Послушай, парень, — веско произнес глава семейства. — Твои слова звучат достойно мужчины. Но вам ведь всего по восемнадцать. На носу каторжное полугодие, подготовка к экзаменам. Зачем спешить прямо посреди зимы? Может, стоит отложить эту официальную помолвку до лета? До выпускного? Пообщаетесь поближе после каникул, узнаете друг друга лучше в спокойной обстановке. К черту эту Скитер, мы защитим Джинни от сплетен. Блейз замолчал на секунду. Его рука скользнула в карман мантии, и на стол перед Артуром и Молли мягко опустилась бархатная коробочка. Крышечка откинулась, и в уютном полумраке кухни, на фоне мигающих рождественских гирлянд, вспыхнул глубоким багровым огнем роскошный фамильный рубин в окружении чистейших бриллиантов. — Я решил не тянуть, сэр, — твердо ответил Забини, глядя Артуру прямо в глаза. Артур и Молли долго смотрели на сверкающее кольцо, а затем одновременно повернулись к дочери. На кухне повисла такая тишина, что было слышно, как за стеной тихо тикают волшебные часы Уизли. — Что ж… — Артур первым нарушил молчание, и в его голосе послышалась усталая, но теплая мудрость. — Мы с Молли… мы не можем решать за Джинни. Она уже взрослая девушка. Если она согласна… пусть будет так, как она решит. Джинни подошла ближе к столу. Она долго, пристально и совершенно молча смотрела на Блейза. Её внимательные глаза изучали его лицо. Блейз замер, почти перестав дышать, под этим взглядом его слизеринская уверенность на мгновение дрогнула. И вдруг, к огромному удивлению родителей и самого Блейза, Джинни решительно протянула руку к коробочке. — Я принимаю твое предложение, Блейз, — четко произнесла она, но тут же подняла указательный палец, останавливая его победную улыбку. — Но у меня есть одно жесткое условие. Даже если летом мы поженимся, никаких детей минимум пару лет. Молли Уизли от неожиданности едва не уронила чашку с чаем: — Джинни! О чем ты говоришь?! Каких детей, вам еще школу закончить надо! — Мама, дослушай, — Джинни ухмыльнулась, и в её глазах вспыхнул тот самый азартный огонь. — Сегодня утром я получила официальное приглашение в «Холихедских Гарпий». В основной состав, на позицию ловца. Так же, как и Рон, кстати, получил приглашение в мужскую команду. — Что?! — Молли всплеснула руками, переводя ошарашенный взгляд с дочери на мужа. — И вы с Роном молчали?! Джинни, подожди… А как же твои планы по стажировке в Мунго? Артур, ты слышал? А как же планы на Аврорат для Рона, о которых вы твердили весь прошлый год?! Джинни дернула плечом и посмотрела на Блейза с лукавой, чисто гриффиндорской ухмылкой: — Я точно не буду учиться варить лечебные зелья и протирать штаны на министерских стажировках, мама. Я стану ловцом «Гарпий». И Блейзу придется с этим смириться, если он действительно влюблен в мой характер. Ну так что, Забини? Твое кольцо всё еще в силе, или ты передумал жениться на будущей звезде квиддича, у которой контракт на два года вперед? Блейз на мгновение лишился дара речи, переводя взгляд с сияющего рубина на девушку. А затем на его лице расплылась улыбка. Он поднялся, взял её за руку и уверенно надел кольцо на её палец. — Твои условия приняты, — тихо, но так, чтобы слышали родители, ответил Блейз. — Я готов ждать столько, сколько нужно. Но нам определенно не будет скучно.

***

Когда после чаепития и битого часа разговоров в которых уже учавствовали и близнецы и Рон и Гермиона, Блейз и Джинни вышли наконец, на крыльцо, они остались наконец одни. Снег падал крупными хлопьями, оседая на перилах и рыжих волосах Джинни. Блейз взял ее за руки. — А теперь давай серьезно, Забини, — тихо произнесла она. — Хватит спектаклей для моих родителей. Зачем всё это? Кольцо, клятвы перед братьями… Что ты задумал змеёныш? Блейз шагнул к ней, сокращая расстояние до минимума. — Я серьезно, Джинни, — его голос стал низким, вибрирующим. — Настолько серьезно, что мне самому страшно. Он не дал ей ответить. Блейз притянул её к себе за талию, сминая пальцами ткань её домашнего свитера, и с жадностью коснулся ее губ. Джинни, всегда такая дерзкая и колючая, вдруг обмякла в его руках. Её пальцы вцепились в его пальто. — Я… — она прерывисто выдохнула ему в губы, прижимаясь всем телом. — Я хочу тебя, Блейз. Черт возьми… Но не вздумай… слышишь? Не вздумай смеяться над этим… — И не подумаю, Уизли, — прошептал он, зарываясь лицом в её волосы. — Когда я получил то первое фото… помнишь? Случайный снимок когда ты ошиблась чатом… Я просто… я тогда пропал. Но на самом деле я пропал раньше, когда ты показала мне фак в поезде и еще раньше, когда ты чуть не спихнула меня с метлы во время игры в прошлом году… Салазар… я могу продолжать бесконечно… Их уединение прервал тихий скрип двери. На крыльцо вышла Гермиона, кутаясь в теплую шаль. Она замерла, увидев их, и неловко кашлянула. — Простите, — она отвела взгляд, кусая губы. — Но меня Молли прислала. Сказала, что вы «замерзнете до смерти», хотя я подозреваю, что она просто отправила меня для контроля. Джинни отстранилась от Блейза, поправляя волосы, хотя её глаза всё еще блестели. Блейз же остался совершенно спокойным, лишь собственнически приобнял невесту за плечи. — Герм… — Джинни улыбнулась. — Слушайте, — Гермиона прервала её. — Давайте позовем Клер и сходим в кино завтра вечером? Все вместе. Нам нужно немного отвлечься от… драм, хочется нормальных каникул. Блейз приподнял бровь: — Кино? Это что-то магловское? — Магловский кинотеатр, Блейз, — пояснила Гермиона. — Огромный экран, темнота и история, которую показывают без магии. — Кстати, о Ноланах, — Блейз вдруг стал серьезным. — У них сейчас Тео живет. Нотт официально лишен наследства, его старик в ярости. Тео прячется в Кэмдене у своей девушки. — Охренеть новости, — удивилась Джинни. — Ладно, решено. Спишемся через Witch Tok касательно всех деталей. Блейз кивнул, собираясь аппарировать, но на пороге обернулся к Гермионе. В его глазах промелькнула странная искра. — Я приведу с собой Малфоя. Ему… ему полезно посмотреть… историю без магии… Гермиона замерла, не зная, что ответить, а Блейз, коротко кивнув на прощание, исчез в ночи с тихим хлопком. Джинни обняла Гермиону за плечи и они пошли внутрь спеша согреться.

***

Позже вечером, Блейз Забини, уже вернувшийся в свое поместье начал групповой звонок в Witch Tok. Экран его телефона разделился. С одной стороны возник Драко, полулежащий в кресле у камина в своей комнате. С другой, Тео. Нотт сидел на кровати Клер, прислонившись спиной к подушкам, а сама Клер уютно устроилась у него под боком, заглядывая в экран. — Господа, поприветствуйте выжившего, — Блейз ухмыльнулся. — Я официально обручен. — И как все прошло? Тебя не пытались убить? — Драко улыбался во весь рот. — Забини, я заплатил бы тысячу галлеонов, чтобы увидеть, как тебя четвертуют Уизли. — Нет, все прошло прилично, — усмехнулся Блейз. — Кольцо на пальце, Джинни. Я получил то что хотел. Но я звоню по делу. Мы тут с Джинни и Грейнджер собираемся в кино. Тео, они зовут и тебя с Клер. Джинни сказала, что напишет Клер. — Да, она мне написала пару минут назад, — Клер высунула голову из-за плеча Тео, помахав в камеру. — Я за! Тео, ты обязан это увидеть. Кинотеатр тебе понравится. Тео улыбнулся, приобнимая её крепче. — Кино так кино. После того как я сегодня освоил электрический чайник и электорощетку и не взорвал Кэмден, мне уже ничего не страшно. — Драко? — Блейз перевел взгляд на Малфоя. — Ты как? Или боишься, что магловские картинки ослепят твой аристократический взор? Драко на мгновение нахмурился, глядя куда-то в сторону. — Ладно, — подозрительно быстро согласился он. — Посмотрю, чем развлекаются маглы. Только если Грейнджер не будет комментировать все как она обычно это делает. — О, она будет, — захохотал Блейз. — В этом же весь кайф. Забини внимательно посмотрел на Тео, который выглядел непривычно расслабленным в обычной футболке, в комнате Клер, заваленной книгами. — Слушай, Нотт, — Блейз хитро прищурился. — А мы ведь тебе завидуем. Посмотри на него, Драко. Парень в раю. Сидит в комнате любимой девушки, никаких семейных нотаций и претензий. Только он, Клер и… чем вы там занимались до звонка? — Да-да, — подхватил Малфой, и на его лице появилась привычная ухмылка. — Тео, признайся, вы теперь как кролики? — Идите к черту, оба, — Тео засмеялся, чувствуя, как Клер легонько ткнула его локтем в бок. — Завидуйте молча. — Ладно… мы рады за вас но не от всего сердца, — Блейз подмигнул. — Созвонимся завтра. — Созвонимся, — ответил Тео, отключаясь. В комнате снова стало тихо. Тео отложил телефон и посмотрел на Клер. — Они правы. Я чувствую себя счастливым рядом с тобой. — Тебе понравится кинотеатр, обещаю, — Клер улыбнулась, выключила свет и положила голову ему на плечо.