Глава 52. Кисаме

      Предложение пришло от Итачи — тихо, без предисловий, во время одного из вечерних совещаний в кабинете Шикаку.      — Кисаме, — сказал Итачи.      Шикамару поднял взгляд от карты.      — Объясни.      — Он один. Организации нет, лидеров нет, плана нет. Кисаме был предан идее, а не людям — но идея держалась на Пейне и частично на мне. Пейн мёртв. Я в Конохе. — Итачи помолчал. — Он в экзистенциальном кризисе сейчас. Это возможность.      — Ты думаешь, что он послушает тебя.      — Я знаю, что послушает. Кисаме уважал меня больше, чем кого-либо в Акацки. Он единственный, кто следил за моим здоровьем и никогда не пытался использовать мою слабость. — Пауза. — Он не доверяет системам. Он доверяет людям. Конкретным людям.      Шикамару думал несколько секунд.      — Цунаде не примет его официально.      — Знаю. Но неофициально — другой вопрос. Он не станет обычным джонином. Просто человеком, который работает в тени на Коноху.      — Самехада, — сказал Шикаку. — Туман потребует меч обратно.      — Туман сначала должен узнать, где он, — сказал Итачи.      Шикаку посмотрел на него. Потом на сына.      — Это твоё решение, — сказал он Шикамару.      Шикамару помолчал ещё немного.      — Поговори с Цунаде, — сказал он Итачи. — Без деталей, просто принципиальное согласие. Потом — ищи Кисаме. Возьми Саске.

     ***

     Цунаде выслушала Итачи.      Долгое молчание.      — Кисаме Хошигаке, — сказала она наконец. — Шиноби S-класса. Семь Мечников Тумана. Он убивал высокопоставленных шиноби, охотился на джинчурики, работал на террористическую организацию пятнадцать лет.      — Да, — сказал Итачи.      — И ты хочешь, чтобы я разрешила ему жить в Конохе.      — Не жить — работать. Официально его не будет существовать. Никаких записей, никакого присутствия в реестрах. Только миссии, которые никто другой не сможет выполнить.      Цунаде смотрела на него.      — Если это выйдет наружу…      — Не выйдет, — сказал Итачи. — Он умеет хранить тайны. Это его профессия.      Долгая пауза.      — Принципиально — согласна, — сказала она наконец. — Детали — твои и Шикамару. Я не хочу знать подробностей.

     ***

     Кисаме нашёлся через две недели.      Итачи знал примерный район — Кисаме двигался вдоль побережья Страны Воды, без цели, без направления. Именно так выглядит человек, у которого исчезло всё, ради чего он действовал.      Итачи и Саске нашли его на рыбацкой пристани заброшенного порта — он сидел на краю деревянного настила и смотрел на воду. Самехада была рядом, прислонена к столбу. Не в руках — просто рядом, как кладут что-то привычное, когда не знают, что с собой делать.      Кисаме не обернулся, когда они подошли.      — Итачи-сан, — сказал он. — Я слышал, что вы вернулись в Коноху.      Итачи сел рядом. Саске остался стоять чуть позади — молча, просто присутствуя.      — Слышал правильно, — сказал Итачи.      Долгое молчание. Вода плескалась у свай.      — Значит, вы всё это время врали мне, — сказал Кисаме. Не со злостью — просто констатировал. — Весь наш путь был ложью.      — Нет, — сказал Итачи. — Моё уважение к тебе было искренним. Оно остаётся таким.      — Но план Пейна…      — Был ложью с самого начала, — сказал Итачи. — Не моей. Я выполнял другую работу — изнутри. Ты знаешь, что я никогда не говорил тебе, что верю в него?      Кисаме молчал.      — Ты ненавидел систему, — продолжил Итачи. — Туман, ложь, приказы убивать своих ради секретов, которые никому не нужны. Я понимал это. Именно поэтому никогда не пытался убедить тебя в правоте Пейна — просто шёл рядом.      — Тогда зачем вы вообще были в Акацки?      — Потому что другого способа шпионить изнутри не было.      Кисаме повернул голову и посмотрел на него — первый раз с момента их появления. Взгляд был тяжёлым, оценивающим.      — Шпионили на Коноху.      — Да.      — Всё время.      — Да.      Долгая пауза.      — Я убивал людей ради этой организации, — сказал Кисаме.      — Знаю.      — И что мне теперь с этим делать?      Итачи смотрел на воду.      — Я нашёл человека, который убрал из Конохи то, что делало её такой же системой, как Туман. Данзо мёртв. Корень ликвидирован. Коноха не идеальна — но в ней больше нет человека, который отдаёт приказы убивать своих ради политики. — Пауза. — Тебе больше не нужно убивать товарищей, Кисаме. Есть место, где это не требуется.      Кисаме долго молчал.      — Мир без лжи, — сказал он наконец. — Это звучит как сказка.      — Не мир без лжи, — поправил Итачи. — Просто место, где лжи немного меньше, чем в других местах. Это не так красиво звучит, но честнее.      Кисаме чуть усмехнулся — едва заметно, но усмехнулся.      — Вы не изменились, Итачи-сан. Всё такой же точный.      — Стараюсь.      Пауза.      — Если вы там — я готов посмотреть на это своими глазами, — сказал Кисаме. — Только посмотреть пока. Не обещаю ничего.      — Этого достаточно, — сказал Итачи.      Саске за их спинами молчал весь разговор — просто стоял и слушал.

     ***

     Кисаме появился в Конохе через три дня — ночью, через один из тоннелей, которые Итачи знал ещё со времён Акацки.      Шикамару встретил его в пустом складском здании у южной границы клановых кварталов.      Помещение было тёмным — специально. Шикамару не зажигал света: в темноте его сенсорика работала острее, и это был разговор, в котором стоило видеть всё. Кисаме вошёл без предупреждения — просто появился в дверях, заполнив проём целиком. Самехада за спиной. Акулья кожа в темноте была почти незаметна, что, вероятно, и было смыслом.      Они смотрели друг на друга несколько секунд.      Теоретически Шикамару знал, как выглядит Кисаме. На практике — другое дело. Не страшно, просто требовало секунды, чтобы привыкнуть к масштабу. Самехада за спиной смотрела в его сторону с тем интересом, который бывает у существ, привыкших к большим запасам чакры. Шикамару намеренно держал излучение в норме — не демонстрировал, просто держал ровно.      — Нара Шикамару, — сказал Кисаме. — Итачи много говорил о вас.      — Не так много, как вы думаете, — сказал Шикамару.      — Достаточно. — Кисаме смотрел на него — не враждебно, именно оценивающе, с той профессиональной внимательностью человека, который привык быстро решать, стоит ли доверять собеседнику. — Вы убили Данзо.      — Это предположение.      — Это вывод из доступных данных. — Кисаме чуть наклонил голову. — У вас хорошее чутьё. Я уважаю людей с чутьём.      Шикамару не стал ни подтверждать, ни опровергать. Перешёл к делу.      — Условия. Официально вас не существует. Никаких записей, никакого присутствия в реестрах деревни. Вы не живёте в жилых кварталах — есть место в секторе, который не отмечен на официальных картах. Миссии — только через Итачи или через меня. Самехада остаётся при вас.      — Туман потребует меч обратно, — сказал Кисаме.      — Туман должен сначала выяснить, где вы. Пока этого не произошло — меч у вас. Когда произойдёт — будем решать по обстоятельствам.      Кисаме смотрел на него.      — Вы не обещаете много.      — Я обещаю то, что могу выполнить. — Шикамару встретил взгляд спокойно. — Это честнее.      Долгая пауза. Самехада за спиной Кисаме тихо шевельнулась — Шикамару почувствовал это через сенсорику, не увидел.      — Итачи-сан сказал то же самое почти дословно, — сказал Кисаме наконец. В голосе не было иронии — скорее что-то похожее на проверку пройденного. — Значит, вы действительно похожи.      — Мы просто оба точные.      Кисаме снова чуть усмехнулся — с тем же едва заметным движением, что на пристани, судя по тому, что рассказывал Итачи.      — Хорошо, — сказал он. — Я принимаю условия. Пока.      — Этого достаточно, — сказал Шикамару.      Они вышли из здания порознь.      Шикамару шёл домой через тёмные улицы клановых кварталов и думал о Самехаде.      Она была проблемой на горизонте — Туман рано или поздно начнёт искать. Но горизонт был достаточно далеко, чтобы успеть подготовиться.      Но сейчас — Итачи и Кисаме вместе. Тандем, о существовании которого официально никто не знал. Это меняло расклад — не громко, не заметно снаружи, просто в нескольких важных точках деревня стала другой.      За окном кухни горел свет — мать ещё не спала. Из-за двери доносился голос отца — тихий, ровный, говорил сам с собой или со свитком, не разобрать.      Шикамару разулся у порога и пошёл спать.      Завтра снова будет работа.