Глава 55. Поимка

      Переговоры заняли меньше времени, чем Шикамару ожидал.      Итачи ездил в Туман первым — неофициально, через старые каналы. Вернулся через неделю и доложил кратко: Мэй Теруми выслушала, задала правильные вопросы, торговалась по срокам возврата Самехады и по деталям логистики. В итоге согласилась. Условия её устраивали — она получала больше, чем могла получить войной, и при этом сохраняла лицо перед остальными деревнями.      С Гаарой Шикамару поговорил сам — через официальный визит по делам Амегакуре. Казекаге выслушал, подумал немного и сказал да. Без торга, без условий. Просто да.      Шикамару доложил Цунаде. Та дала добро на следующий этап.      Сам Шикамару в операции не участвовал.      Это было осознанное решение — не из осторожности, просто незачем. Он несколько лет менял траекторию будущего, вкладывал в Наруто и Саске, строил команду, которой можно доверять настоящую работу. Пусть теперь работают.      Поисками занимались Наруто и Кисаме.      Наруто в режиме мудреца давал сенсорику другого масштаба — природная энергия охватывала пространство, которое обычные сенсоры не могли почувствовать даже теоретически. Кисаме добавлял Самехаду — меч чуял большие объёмы чакры как хорошая охотничья собака чует след. Вместе они покрывали территорию, которую по-другому пришлось бы прочёсывать месяцами.      Трёххвостый нашёлся первым — в большом озере между Страной Воды и Страной Земли. Спокойный, без джинчурики, по сути просто огромный зверь, который жил в воде и никуда не торопился.      Шестихвостый — сложнее. Джинчурики по имени Утаката был беглецом из Тумана, двигался непредсказуемо, появлялся и исчезал. Наруто нашёл его след через три недели после Трёххвостого — у побережья Страны Воды.      Установили наблюдение. Начали готовить операцию.

     ***

     Трёххвостого решили брать первым.      Логика была простой — без джинчурики проще. Просто зверь, пусть и огромный. Не нужно было думать о том, что будет с человеком внутри.      Команда собралась у озера на рассвете.      От Конохи — Наруто, Саске, Кисаме, Итачи и мастер фуин Риоши. Риоши был бывшим членом Корня АНБУ — тихий, точный, с тем профессиональным спокойствием человека, который делал сложные вещи много раз. Шикамару нашёл его в архивах после расформирования Корня и предложил работу. Тот согласился без лишних слов.      От Песка — Гаара, Темари и мальчик шести лет. Дальний родственник Гаары, из боковой ветви клана. Маленький, серьёзный не по возрасту, явно понимавший что-то о том, что с ним сейчас произойдёт.      Гаара представил его как Сеши.      Наруто присел перед мальчиком на корточки.      — Не бойся, — сказал он. — Я сам через это прошёл. Будет странно сначала. Потом привыкнешь.      Мальчик смотрел на него серьёзно.      — Мне не страшно, — сказал он.      Наруто усмехнулся.      — Тогда всё в порядке.      Трёххвостый не хотел подниматься.      Он был на глубине — спокойный, неподвижный, огромный. Кисаме прыгнул в озеро первым — Самехада выла от такого количества чакры рядом. Потом Наруто, потом Саске.      Итачи остался на берегу с Риоши и командой Песка — наблюдал, держал периметр.      Из воды шли волны — сначала редкие, потом чаще, потом поверхность озера начала вспучиваться. Трёххвостый поднялся медленно, тяжело — с тем недовольством существа, которое привыкло к тишине и не понимает, зачем его беспокоят. Три огромных глаза смотрели на берег без злобы. Просто непонимание.      Потом один из хвостов ударил по воде — и волна высотой в несколько метров покатилась к берегу.      Бой был шумным, его было слышно на расстоянии нескольких километров. Трёххвостый давил массой, водой, хвостами — мощно, но предсказуемо, как бывает предсказуемой сила без хитрости. Наруто с режимом мудреца читал движения раньше, чем они начинались. Саске с Вечным Мангекё держал контроль над пространством. Кисаме работал в воде как у себя дома — единственный из троих, для кого стихия была преимуществом, а не помехой.      Через полчаса Трёххвостый лежал на берегу — не мёртвый, просто обессиленный. Три огромных глаза медленно закрылись.      Риоши сделал своё дело быстро и чисто.      Мальчик не вскрикнул. Просто закрыл глаза, потом открыл — с тем изменившимся выражением, которое бывает у джинчурики в первые секунды после запечатывания. Как будто что-то внутри стало больше, чем тело.      Гаара смотрел на него молча. Темари стояла рядом.      — Как ты? — спросил Гаара.      — Тяжело, — сказал мальчик. — Но терпимо.      Гаара кивнул — с тем видом человека, который знает это чувство изнутри и не собирается говорить, что станет легче. Просто кивнул.

     ***

     Утаката был другим делом.      Они нашли его у побережья — одного, на камнях над морем. Сидел, смотрел на воду. Когда команда появилась, не побежал и не принял боевую стойку. Просто обернулся и смотрел на них — с тем спокойствием человека, который давно устал от того, что несёт внутри, и которому уже всё равно, чем это закончится.      Наруто попробовал говорить с ним — долго, терпеливо, как умел только он. Утаката слушал молча. Потом сказал что-то тихо — Шикамару не слышал в пересказе полностью, только итог. Он не хотел возвращаться в Туман. Но у него не было сил продолжать бежать.      Бой был — короткий, без полной силы с его стороны. Как будто он просто выполнял необходимое движение, чтобы это наконец закончилось. Наруто держался, Саске закрывал пространство, Итачи работал через гендзюцу — мягко, не ломая, просто поддерживая нужный уровень.      Когда Риоши закончил, Утаката лежал неподвижно. Не от боя — просто лежал, глядя в небо. Потом закрыл глаза и перестал дышать.      Никто ничего не сказал.      От Тумана была команда поддержки и новый сосуд.      Её звали Кимико Хошигаке.      Двенадцать лет, из бокового клана Хошигаке — того же клана, что и Кисаме. Тёмные волосы, акульи черты, смягчённые возрастом. Смотрела прямо, без страха, с той тихой уверенностью, которая бывает у людей, принявших решение заранее и не сожалеющих о нём.      Кисаме увидел её и остановился.      Просто стоял несколько секунд — молча, с тем выражением, которое у него появлялось редко. Не узнавание — что-то другое. Как смотрят на что-то, что напоминает о том, чем мог бы быть сам.      Потом отвернулся и продолжил работу.      Риоши закончил. Кимико открыла глаза — с тем же изменившимся выражением, что и мальчик из Песка.      Мэй Теруми смотрела на неё с тем видом, который у Мизукаге означал одновременно удовлетворение и ответственность.      Обратный путь команды Конохи был тихим.      Наруто шёл рядом с Кисаме — молча, что для него было необычно. Потом сказал:      — Она из твоего клана.      — Бывшего клана, — поправил Кисаме.      — Всё равно.      Кисаме не ответил. Шёл и смотрел вперёд — туда, где дорога уходила в лес и больше ничего не было видно.      Итачи шёл позади и молчал — с тем видом, который означал, что он всё заметил и не будет комментировать.

     ***

     Шикамару получил доклад через два дня после окончания операции — от Итачи, кратко и по существу. Оба биджу запечатаны. Оба джинчурики живы и в порядке. Туман и Песок получили своё и ушли.      Он передал доклад Цунаде.      Та прочитала, отложила и посмотрела на карту.      Туман. Коноха. Песок — теперь с биджу.      Ива без биджу. Облако с Восьмихвостым.      — Ооноки это не понравится, — сказала она.      — Нет, — согласился Шикамару. — Но теперь у него меньше союзников.      Цунаде помолчала.      — Ты думаешь, что этого достаточно?      — Думаю, что это меняет расчёты. — Шикамару смотрел на карту. — Эй злится. Ооноки считает. Когда он досчитает — они либо придут за переговорами, либо не придут. Но без Тумана им будет сложнее.      — А если не придут?      — Тогда воюем. Но уже с Туманом и Песком на нашей стороне.      Цунаде смотрела на него долго — с тем выражением, которое Шикамару не всегда мог прочитать полностью. Потом сказала:      — Ты семнадцатилетний джонин, который только что перекроил политику пяти великих деревень.      — Я предложил, — поправил Шикамару. — Вы решили.      — Да, — сказала Цунаде. — Я решила.      Пауза — короткая, но с весом.      — Иди, — сказала она.