Часть 20. Анатомия падения

      Николай понимал: Джим — это не просто умирающий человек, это биологический образец. В мире дунхуа алхимики изучали яды, чтобы создать противоядие. Здесь, в мире гнили, он должен был стать патологоанатомом апокалипсиса. Чтобы защитить лагерь, ему нужно было знать врага на клеточном уровне. Пока Рик и Шейн были заняты распределением палаток и семейными разборками, Николай обустроил свой «кабинет» в отдалении, за скалистым выступом. Он убедил Моргана помочь перенести Джима в небольшую палатку, которую объявил «карантинным боксом». — Морган, никого не впускай. Если Шейн придет качать права — скажи, что здесь риск воздушного заражения. Он туповат в медицине, поверит, — бросил Николай, натягивая чистые перчатки. Джим лежал на раскладушке, его дыхание было тяжелым, с металлическим свистом. Николай достал свой набор: скальпель, зажимы и несколько пустых флаконов из-под физраствора. — Прости, Джим. Я не могу тебя спасти, но я могу сделать так, чтобы твоя смерть не была напрасной, — прошептал Николай. Он начал осторожный осмотр места укуса. Его интересовала скорость некроза тканей. Он сделал неглубокий надрез рядом с раной. Кровь была неестественно темной, почти черной, и густой, как сироп. «Вирус меняет вязкость крови и подавляет иммунный ответ за считанные часы», — отмечал он про себя. — «Это не просто болезнь. Это цепная реакция. Если я пойму, как блокировать этот процесс хотя бы на время, мы получим шанс при укусах в конечности». Николай взял образец ткани и поместил его в спиртовой раствор. Его руки работали с хирургической точностью, но в голове крутились мысли о защите лагеря. Вечером того же дня Николай вышел к общему костру. Рик, Шейн и Дэйл обсуждали дозоры. — Послушайте меня, — Николай прервал их спор. — Я осмотрел «подозрительных». Инфекция распространяется быстрее, чем мы думали. Но главная проблема не в грузовике. Главная проблема — в шуме. Он указал на работающий в отдалении армейский генератор. — Этот гул для них — как колокол на обед. Если мы не укрепим периметр прямо сейчас, через два дня здесь будет не лагерь, а шведский стол. — И что ты предлагаешь, док? — Шейн скрестил руки на груди, в его глазах читался вызов. — Строить здесь Великую Китайскую стену? — Нет, — Николай подошел к карте карьера. — Нам нужны ловушки. Не просто заборы, которые они повалят массой, а рвы и заграждения, которые будут дробить толпу. Шейн, ты говорил, что ты инструктор? Так начни обучать людей пользоваться холодным оружием. Стрельба привлечет еще больше тварей. Нам нужны копья и топоры. Николай посмотрел на Шейна, потом на Рика. — Армия бросила этот пост не просто так. Они знали, что фильтрация провалена. Мы должны превратить этот карьер в крепость. Рик, ты займись организацией патрулей на дальних подступах. Дэйл, твой фургон — это наблюдательный пункт, нам нужно круглосуточное дежурство с биноклями. — А Джим? — спросил Рик, глядя в сторону карантинной палатки. — Джим... — Николай на секунду замялся, вспомнив черную кровь на скальпеле. — Джим борется. Но мы должны быть готовы к любому исходу. Николай вернулся к своей палатке. Он знал, что первая волна придет скоро. И в этот раз у него не будет «магического посоха» или системы помощи. Только его знания, его воля и те несколько образцов вируса, которые он спрятал в своей сумке. «Если я смогу выделить активный агент...» — Николай посмотрел на свои руки. — «Я стану не просто лекарем. Я стану тем, кто управляет самой смертью в этом мире».