Remake_Lost

Маэдрос пролистывал комментарии. Под их треками множились отзывы: кто-то называл это «музыкой распада», кто-то — «голосом самой Бездны». Слушатели начали прикреплять свои собственные каверы, ремиксы и «ответы» на их звуковую энтропию. Майтимо лениво вел курсором по списку, пока его взгляд не зацепился за файл с лаконичным названием «Remake_Lost». Он нажал на воспроизведение, ожидая услышать очередную любительскую поделку, но с первых же секунд его прошиб ледяной пот. Гитара в записи звучала грязно, захлебываясь в помехах, но поверх неё летел голос. Мелькор, сидевший рядом, подрагивающими пальцами проворачивая винт маленьких тисков (Майтимо избегал смотреть, лишь догадываясь, какие части тела в них зажаты) медленно повернул голову к монитору. Он не узнал исполнителя, но Маэдрос... Маэдрос узнал. Это был голос Маглора. Брат не пел — он кричал. Это был чистый, безупречный квенья. — Майтимо! — донеслось из динамиков сквозь скрежет дисторшна. — Где ты?! Голос срывался, дрожал от запредельного отчаяния и того самого фамильного безумия Феанорингов. Маглор звал его так, словно сам стоял на краю такой же пропасти, на берегу моря, которое тысячи лет не могло его забрать. Маэдрос вцепился в край стола обеими руками. Попадание в эту странную квартиру вернуло ему телесную целостность — его правая кисть, когда-то оставленная на скалах Тангородрима, теперь была на месте, целая и сильная. И сейчас пальцы этой руки до белизны сжали пластик стола. — Это он, — прошептал Маэдрос, и в его глазах, не знавших слез тысячи лет, блеснула влага. — Это Маглор, мой брат. Он жив... он там, в сегодняшнем мире. Он услышал нас. Маэдрос работал в лихорадочном оцепенении. Он заперся в своей комнате и пел, прижал микрофон почти к самым губам. Это не был дуэт с Мелькором — это был сольный крик, чистый, лишенный дисторшна и инфернального гула. Пальцы правой руки, некогда потерянной и вновь обретенной в этой странной квартире, уверенно перебирали струны светлой гитары. Спустя несколько часов трек ушел в сеть. Голос Маэдроса, высокий и вибрирующий от сдерживаемых рыданий, летел над цифровой бездной. Он не выбирал слов — он изливал их, как кровь. — Макалаурэ, брат мой! — звал он на чистейшем языке эльдар. — Где ты? Как перенес ты эти тысячи лет? Я здесь, я слышу твой плач в этом железном мире! Он спрашивал о пустоте, о пепле в волосах и о том, не остыла ли их клятва в холодных туманах современности. Это был не просто ответ на «римейк» — это был мост, перекинутый через эпохи. Когда кнопка «Опубликовать» сработала и файл отобразился в списке, Маэдрос замер, не дыша. Теперь оставалось только ждать, когда на другом конце провода, где-то в шуме настоящих прибоев и больших городов, Маглор нажмет на «Play».