11. Слёзы

Стоя в душе, Энни надеялась, что с горячей водой уходит не только пот от утренней пробежки, но и все сожаления, что томились в сердце. Сожаления о кадетке, сожаления о том, что она так и не успела сказать отцу при жизни. Даже сожаления о чёртовых мужиках из баров, поцелуи с которыми ужасно звонким эхом отдавались в пустоте её сердца. Да, она ничего приятного не испытывала, когда в очередной раз заводила какого-нибудь парнишку за угол к уборной, чтобы пообниматься и жадно прильнуть к его губам, но в то же время ощущала, что она — пустая оболочка. Оболочка, которая не способна ни на что, кроме как быть формой, но не содержанием. Энни ощущала собственную ничтожность, слабость и бесполезность. «Что, Бертольд? Если бы ты увидел эту сторону меня, то ещё бы выбрал все те слова, которые высрал в тот вечер?» Ярость подступала к горлу, и чтобы хоть как-то её заглушить, Леонхарт подкрутила вентиль с горячей водой ещё сильнее. Уже почти кипяток лился по её плечам и телу. От ощущения, что по коже течёт более обжигающая вода, чем то, что творится внутри тела, Энни смогла выравнять дыхание и успокоиться.  Девушка укуталась в полотенце, а затем одела свеже-постиранную одежду — топ, белую толстовку и зелёные штаны из футера. Когда Энни выходила из ванной комнаты, она продолжила вытирать мокрую голову полотенцем. Девушка скользнула на кухню, чтобы включить капельную кофемашину. Отложив полотенце на подоконник, Леонхарт принялась за приготовление завтрака. — Чёрт! Энни почувствовала резкую и острую боль в ступне. Она одёрнула ногу и заметила, как с неё капает кровь. На полу лежал осколок тарелки, которую в пятницу, будучи в ярости, уничтожила Леонхарт.  Или осколок стакана, который два года назад её отец разбил рядом с ней? Мир в глазах начал плыть и ускользать из рук. Энни подняла маленький окровавленный кусочек керамики, вспоминая события того дня. Дня, когда она впервые подняла руку на отца. Дня, когда она впервые заявила, что не безвольная. Дня, когда вместо гнева её тело наполнила другая неизведанная ей эмоция — отчаянье и сожаление. Сожаление о несбывшихся мечтах, где отец её любит так, как нормальные родители любят своих детей. Мечтах, где она принята. Где её ждут и ценят такой, какая она есть. Реальности уже не существовало, Энни окатило ледяным душем, ядерной смесью из эмоций, которые невозможно было считать. Картинки того дня просто встали перед глазами. «Что, если бы я послушалась? Если бы не спорила с отцом? У нас были бы хорошие отношения? Какая я эгоистка. Мы же даже не попрощались. Он до конца дней ненавидел меня. Я никогда не буду прощённой им».  Дышать становилось всё тяжелее и тяжелее, а картинка перед глазами уплывала, будто она смотрит на свои руки не собственными глазами, а через съёмку оператора какого-то фильма.  «Тебе итак досталось». — Хитч? — Энни одёрнулась, когда услышала голос подруги. Но на кухне никого не было.  Точно, Хитч. Энни зажмурила глаза так сильно, что чёрная картинка заискрилась. Она надеялась вспомнить подругу, чтобы прийти в себя, но сделала только хуже. Перед Энни родился образ Дрейс, которая с сожалением смотрит на неё. От этого к горлу подступили слёзы, а шею изнутри прожигало пронзительной болью и ощущением пересушенности.  Тогда Энни почувствовала, как по её щеке растекается влажная дорожка от слезы. Девушка одной рукой коснулась щеки — она плачет. Впервые со дня их с отцом ссоры. С этим осознанием плотину внутри неё прорвало. Энни отложила кусок тарелки и схватилась руками за голову, прислонившись спиной к столешнице.  Дальше всё было как в тумане. Из глаз текли уже вовсе не слёзы, а настоящие ручьи. Реки солёной воды. Эта вода лилась по щекам, по шее, некоторые капли даже ощущались за шиворотом толстовки. Энни навзрыд выплакивала всё, что было внутри неё, пока перед глазами плыли разные картинки: бездыханное тело отца на похоронах, улыбающаяся Хитч, вечно поникший Бертольд, задира-Райнер. «Я всё равно не могу больше ничего сделать». — Хитч? Это ты? — Энни снова оглядела кухню в надежде, что ей не кажется. Истерика не останавливалась, а ощущение внешнего мира было полностью утеряно. В данную минуту для Энни не существовало ничего, кроме сожалений и слёз, с которыми пришлось встретиться в одиночку. В голове промелькнула мысль, что она даже не понимает, как долго уже плачет. Ухватившись за этот проблеск адекватности в сознании, как за последнюю соломинку надежды, Энни еле заставила себя налить стакан воды и начать жадно заглатывать воду.  С равномерными глотками стабилизировалось и дыхание, возвращая девушку в реальность. Слёзы продолжали течь, но уже будто бы сами по себе, без участия Энни. Она посмотрела на собственное отражение в капельной кофеварке — «Боже, как же я плохо выгляжу…» Мир под ногами начал возвращаться, давая девушке ощутить его реальность. Энни пальцами ступеней пощупала пол, а руками начала хаотично трогать разные предметы вокруг себя, как бы давая понять мозгу — «Эй, ты сейчас тут, тут всё в порядке, давай, успокаивайся!» Как её взгляд зацепила красная трясущаяся точка на столешнице. «Прицел?» Энни резко опустилась на пол, прячась за подоконник. Это движение было на рефлекторном уровне, который был подкоркой девушки. К чему только не готовили машину Энни Леонхарт. Отрезвление от слёз пришло моментально. Девушка сглотнула их остатки, прочищая нос и принялась думать. «Ну, я никому дорогу не переходила, откуда прицел? Да и у кого есть доступ к моему окну кроме как из… университета?» Осознание пришло молниеносно и холодным стыдом пробило тело — «Это же он?… Он всё видел?… Опять?» Сомнений не оставалось. Хоть они и не были знакомы с блондином, но она была стопроцентно уверена, что такое движение — в его формате. Энни медленно поднялась из-за подоконника, оборачиваясь к окну. Взгляд устремился в кабинет парня, где тот сидел и искал Энни. Когда она вылезла и посмотрела на него, на его лице появилась облегчённая улыбка, на что Энни в ответ тоже неосознанно легонько подняла уголки губ. Парень резко отвернулся к столу и взял какую-то бумажку. Брови были сведены к переносице, а во взгляде читалось какое-то упорство. Мальчишка поднял лист А4 и прислонил к стеклу.  ВСЁ ОК? ПОМОЧЬ? От осознания абсурдности происходящего, Энни нервно засмеялась, на что поймала небольшое облегчение в лице парня. Она подняла палец, давая знак — «Подожди». Энни быстро зашла в прихожую, вытащила скетчбук из сумки и начала вырисовывать большие буквы, всхлипывая и утирая остатки слёз. Пока она их писала, то обратила внимание, что парень не отводит глаз от неё. ТИПА ТОГО СПАСИБО  Она прислонила скетчбук к стеклу, наблюдая за тем, как парень читает. Как только тот счёл её посыл, то отвернулся к бумагам и начал писать ответ. Энни обратила внимание, что сегодня на нём были джинсы, белая футболка и вязаный жилет зелёного цвета. Пока Леонхарт его изучала, она не успела заметить, что он уже что-то пишет на двух листах. Парень прислонил их к стеклу.  НАДО  РАЗВЕЯТЬСЯ МОЖЕТ ПО КОФЕ? Как только Энни прочла его “сообщения”, то ошеломлённо подняла взгляд на него. Эмоции парня ей считать не удалось. «Ты зовёшь меня прогуляться?!» Тело пробило приятным волнением, а мозг снова отказался функционировать. Энни пальцем указала на себя, а потом на него, задавая немой вопрос: «Вместе?». Парень закивал в ответ, убирая бумажки от стекла. Он поднял один палец, прося Энни немного подождать. Через минуту на стекле появились новые послания на листах А4.  СЕЙЧАС НЕ МОГУ ДАВАЙ В 19:10? — Это же всё не взаправду? — нарушила тишину на кухне Энни риторическим вопросом. Ей казалось, что сейчас она проснётся, а всё это окажется плодом её фантазии. И дело даже было не в том, что он предложил ей встретиться. А в том, что абсурдность происходящего выходила за рамки её воображения.  Энни посмотрела ему прямо в глаза и активно закивала. Девушка перелистнула страницу скетчбука и наспех написала ответ. КОФЕЙНЯ НА 1 ЭТАЖЕ Как только блондин из окна напротив прочёл её предложение, то поднял большой палец вверх, давая понять, что поддерживает план. Он нежно улыбнулся и склонил голову набок, поднимая брови в милом выражении лица. От этого внутри Энни разлилось чувство комфорта, и она ответила ему улыбкой.  Не задерживаясь в разглядываниях друг друга, тот поднял ноутбук, давая понять, что они ещё успеют сегодня пообщаться, а пока он вообще-то на работе. Леонхарт кротко кивнула и ушла в прихожую. Девушка посмотрела на своё отражение в зеркале. «Что это вообще сейчас было?» Встряхнув голову, Энни посмотрела на часы — 13:26. Леонхарт начала думать, как же ей подготовиться к прогулке… свиданию? Пока девушка размышляла о том, как привести себя в порядок, что ей надеть и о чём они будут говорить, шлейф эмоций от утренней истерики медленно растворялся в воздухе.

***

  Капли горячего душа пробуждали в Армине все клеточки тела. Несмотря на то, что он поспал меньше обычного, Арлерт ощущал большую бодрость. Всё-таки, встреча с морем довольно терапевтично влияла на него. Давала какие-то другие внутренние силы, которые не заменишь едой или сном. Ощущая этот заряд в теле, он собирался в университет. Сегодня его выбор пал на более расслабленный образ: джинсы, футболка и вязаный жилет. Арлерт был рад, что погода сегодня позволяла надеть что-то с коротким рукавом под плащ.  По дороге в университет Армин вспоминал девушку из дома напротив университета. В мыслях крутились разные сценарии, как можно заговорить с ней. Он был настроен решительно. Арлерт постарался отбросить все мысли о том брюнете и сконцентрироваться на том, что может сделать сам. Парень хотел сегодня как-то повзаимодействовать с ней. Он не хотел остаться в её глазах безынициативным. Да и в своих тоже. В своих, наверное, даже больше. В лифте он пересёкся с Ханджи, та пошутила, что Арлерт выглядит больно задумчивым. Это ненадолго вернуло парня из стратегических мыслей о знакомстве с блондинкой в реальность.  — Да? А… Ну… Наверное… — Арлерт смущённо почесал затылок. Он не знал, что нужно ответить и как правильно ответить. Вся его “оперативная память” ушла на другие размышления. — Да, не парься ты так! Она ответит! — Ханджи похлопала парня по плечу, когда внутри Арлерта резко растеклась тревога, будто его застали за чем-то непристойным. «У меня всё на лице написано? Она знает про девушку из окна напротив?» — Ханджи, я не… — Да, расслабься, я же шучу! — Ханджи широко улыбнулась. — Расслабься, Арлерт! Будь попроще, мы не жизни спасаем! После этих слов двери лифта открылись на их этаже. Армин облегчённо выдохнул воздух из грудной клетки, вместе с которым ушло и напряжение из тела. Они перекинулись ещё парой слов и пошли к своим кабинетам. Перед тем, как открыть свой, Армин немного замедлился, размышляя, увидит ли он сегодня её. Арлерт зашёл в кабинет и бросил взгляд в окно — пусто. Ожидаемо. Он присел за стол, открыл ноутбук, который тут ждал его с пятницы, и начал заниматься рабочими делами, которые с головой затянули его, давая позабыть о мире вокруг. Через какое-то время Арлерт вспомнил о девушке и поднял взгляд на окно — она была там, стояла у столешницы и… Армин не мог разглядеть, но по её позе и движениям, подсознательно складывалось впечатление, что что-то не так. Парень отодвинулся от стола, подкатываясь на стуле ближе к стеклу и начал замечать — она… плачет? В теле будто бы кто-то начал перемешивать все внутренности, а по коже окатил страх. Армин резко поднялся со стула и начал стучать по стеклу, желая обратить внимание девушки на себя. На секунду ему показалось, что у него даже это получилось, потому что та резко одёрнулась и начала осматриваться по кухне. Но поскольку девушка не обратила на него внимание, то и следовало, что не замечала его. Она резко зажмурилась, будто бы желая закрыться от всего мира. Армин продолжал стучать по стеклу. Бесполезно. Мысленно он проклял архитекторов здания за то, что была общая система вентиляции в здании, отчего не было открывающихся окон. — Думай, Армин! — парень довольно громко и чётко обратился к себе вслух. Шестерёнки в голове зашевелились, как сумасшедшие. Он должен был помочь ей сейчас. Он не мог смотреть на то, как девушка навзрыд плачет, а он, как безвольный, просто стоит в стороне. Сейчас уже неважно, светит ли ему что-то с ней — он должен был поступить по-мужски. Глазами Арлерт начал осматривать кабинет в надежде на то, что хоть что-то сможет ему помочь обратить её внимание на себя. Идея пришла сама — парень схватил маркер и пустой лист бумаги из принтера. Армин начал быстро писать, а затем прислонил лист к стеклу. ВСЁ ОК? ПОМОЧЬ? Безрезультатно. Девушка не обращала внимание на него, ему даже виделось, что она просто забыла про его существование, оказавшись под волной отчаяния и слёз. Армин мысленно ругал себя за то, что его такая “гениальная” голова настолько бессмысленна, когда ситуация действительно того требует. Взгляд упал на открытый рюкзак, что лежал на полу. Армин принялся искать в нём что-то, сам не зная что. Наткнулся на заколку-ракушку, а затем нырнул рукой в маленький карман — в руке оказалась зажигалка, мелочь и указка. «Точно!» Арлерт вернулся к окну и направил указку в окно напротив девушки. Мощности этой небольшой вещицы хватило, чтобы маленькая красная точка начала блуждать по её кухне. Девушка облокотилась руками на столешницу, тогда Армин направил указку прямо перед её глазами. Через секунду девушка уже скрылась за подоконником. «Блин, ну и придурок! Теперь ты её напугал…» Армин от обиды со всей силы закусил губу, понимая, что, в его голове план был хорошим, но со стороны — увидеть красную точку у себя дома — не самый приятный опыт. В этот момент снизу медленно начал подниматься силуэт девушки, которая смотрела прямо ему в глаза. Армин облегчённо выдохнул, понимая, что всё в порядке, а главное — она сейчас в порядке. Арлерт быстро схватил бумажку с посланием и поднёс к стеклу. Прочтя слова, незнакомка нервно посмеялась. «Наверное, она как и я в шоке?» Девушка подняла один палец вверх, как бы прося Армина подождать, и удалилась в глубине квартиры. Затем она вернулась с чем-то в руках и начала писать ему ответ, вытирая слёзы с щёк. ТИПА ТОГО СПАСИБО  Увидев эти слова, Армин облегчённо выдохнул и отвернулся к столу, чтобы написать ответ. Одного листка не хватило, поэтому он сразу поднял оба. НАДО  РАЗВЕЯТЬСЯ МОЖЕТ ПО КОФЕ? Пока она читала его листы, Армин обратил внимание, как от истерики, которая была ещё пять минут назад, почти ничего не осталось. От этого осознания ему стало легко. Девушка в шоке посмотрела ему в глаза и начала пальцем показывать то на себя, то на Армина, как бы уточняя, это ли он имел ввиду. Армин активно закивал в ответ, убирая бумажки со стекла, а затем быстро написал новые. СЕЙЧАС НЕ МОГУ ДАВАЙ В 19:10? Внутри Армина всё замерло. Вдруг откажет? А если нет? То что делать? Он увидел, что девушка что-то произнесла вслух, но считать послание не смог. Волнительная тряска начала заполнять его тело откуда-то из пяток, пробираясь до плеч.  Но бояться не стоило. Она посмотрела ему прямо в глаза и с улыбкой закивала. Сердце Армина пропустило удар. В этот раз приятный. Девушка перелистнула страницу скетчбука и наспех написала ответ. КОФЕЙНЯ НА 1 ЭТАЖЕ Армин прочёл это и поднял большой палец вверх. Конечно, он понимал, какую кофейню на первом этаже она имеет ввиду. От осознания произошедшего внутри Армина просто всё успокоилось. Весь страх и всю тревогу будто смыло волной её улыбки, которая сейчас смотрела прямо на него.