Часть 9. Или «Вас за язык никто не тянул»

Фэй была счастлива тому, что все-таки ушла с Ханджи и Моблитом. Вскоре после их ухода из штаба, Эрвина заключили под стражу, а на разведчиков, включая капитана Леви, открыли охоту. Не хотелось бы сейчас с ними прятаться в лесу. Ханджи оставила Фэй гулять по Тросту, следя за обстановкой, пока сама разбиралась с торговцами. Она была мысленно благодарна майору, что хотя бы здесь не пригодится её дар внушения. Пока она оценивала местные товары, занимаясь своей неспешной прогулкой, ей в руки сунули листовку. Стоило лишь взглянуть на неё, как Фэй едва не расхохоталась. Наконец-то, его изобразили именно таким, какой он и есть. С листовки на неё смотрело очень смешное лицо капитана. Изображенный на бумаге уродец смотрел на неё также хмуро, как и всегда. Фэй решила, что сохранит этот шедевр в дальном кармане своего плаща. Уже к ночи, вновь встретившись с Ханджи, они направились в сторону скрывающегося отряда. Новость о случившемся перевороте дошла быстро. Хотя Фэй и не сомневалась, что после её мучительной мигрени, ни один из командующих не мог не поддержать безумные затеи Смита. Она слишком хорошо постаралась, чтобы допустить мысль о неудаче. Фэй недовольно шагала сквозь высокую траву, то и дело цепляясь сапогами за кочки и мысленно проклиная вообще всё происходящее. Ночной ветер трепал волосы, а впереди слишком бодро шагала Ханджи вместе с Моблитом, будто это не они несколько дней подряд носились по стране, устраивая государственный переворот. — Ну почему я не могу просто остаться в замке? — раздражённо пробормотала Фэй, в очередной раз отмахиваясь от травы. — Переворот удался, обвинения сняли, все счастливы. Разве нет? Ханджи даже не обернулась сразу. — Слишком опасно. Пока Эрен и Хистория Рейсс не вернутся в штаб, расслабляться нельзя. Центральная полиция всё ещё дёргается, аристократы тоже. — Прекрасно, — буркнула Фэй. — Обожаю жить в состоянии вечной погони. Моблит только тяжело вздохнул, явно уже привык к их разговорам. Вскоре впереди показался лес, а за ним и разведчики. Фэй сразу заметила Леви. Хмурый, раздражённый и явно уже успевший кого-то избить. Он стоял чуть в стороне от остальных и что-то холодно выговаривал полицейскому, сидевшему на земле. У того было разбито лицо, а возле сапога Леви темнело несколько выбитых зубов. Где выбитые зубы, там и капитан. Хотя я даже ни разу не видела его в действии, если не считать двух ударов кулаками по лицу пленника, которого я все же смогла от него спасти. Вокруг находились ребята из нового отряда: напряжённые, уставшие и с оружием наготове. Только когда они разглядели Ханджи, по группе прошёл общий выдох облегчения. — Это свои, — бросил кто-то. Ханджи махнула рукой почти весело: — Ну что, ребятки, поздравляю! Переворот удался! Ребята сначала зависли от такой новости, а потом закричали от радости. И только Леви отреагировал максимально сухо: — Ясно. Рискованный план все-таки удался. Фэй осталась стоять чуть в стороне, пока капитан зачитывал в центре какую-то бумагу, не особо стремясь лезть в общую радость. Но именно поэтому и заметила одну странную вещь. Пока остальные смотрели на Ханджи, задавали вопросы и шумели, Леви перевёл взгляд на неё. Взгляд был не случайным и не изучающим. Если бы он умел показывать эмоции, то наверняка одобрительно ей кивнул, но ей хватило и долгого взгляда. Она тут же скривилась и демонстративно перевела взгляд на полицейского с разбитым лицом. — Капитан, — пробормотала она. — Вы опять кому-то зубы выбил? Леви холодно взглянул на связанного полицейского: — Он пытался выстрелить в моих людей. Еще легко отделался. Фэй лишь закатила глаза, смиряясь с тем, что это уже стало чем-то нормальным. Никто его не осуждал, так что и она не собиралась строить из себя праведницу, тем более, что приключение их явно не заканчивалось.

***

Повозка мерно покачивалась на разбитой дороге, колёса тихо скрипели, а лошади тяжело фыркали после долгого пути. Внутри было тесно, но удивительно спокойно после последних нескольких дней, ведь мир на короткое мгновение решил перестать разваливаться, даря долгожданную передышку. Фэй сидела у самого края лавки, подтянув колено к груди, и лениво смотрела куда-то мимо дороги. Разговор Ханджи и Леви проходил тоже мимо неё. Она улавливала отдельные слова: «центральная полиция», «Рейсс», «подготовка», «столица», но даже не пыталась вслушиваться. Слишком устала. Иногда её взгляд цеплялся за Микасу, сидевшую напротив. Та выглядела мрачнее обычного. Почти неподвижная, с тяжёлым взглядом и напряжёнными плечами. После охоты полиции, похищения Эрена и всей этой бойни даже Микаса казалась вымотанной. Фэй понимала это слишком хорошо. Голова гудела всё сильнее. Тело ломило от недосыпа, а мерное покачивание повозки действовало хуже любой колыбельной. Она не спала больше суток. В какой-то момент глаза начали закрываться сами собой. Голоса вокруг стали тише, дальше, но вдруг в бок резко ткнули локтем. Фэй дёрнулась и недовольно разлепила глаза. Рядом сидел Леви. — Не спи, — сухо бросил он. — Ты сейчас свалишься с повозки. Она несколько секунд сонно смотрела на него, пытаясь понять смысл сказанного. Потом перевела взгляд вниз, на дорогу, и поняла, что нихрена подобного не произойдёт, но и сидеть нормально она уже тоже не сможет. Путь обещал быть долгим, а организм окончательно решил, что ему плевать на разведкорпус, перевороты и титанов. Поэтому Фэй молча сползла с лавки прямо на пол повозки, под удивлённые взгляды Ханджи и Микасы, устроилась у самой стены, прислонившись головой к деревянной лавке, подтянула ноги и мгновенно вырубилась. Настолько быстро, словно сознание просто отключили. Леви медленно посмотрел вниз, слыша тихое сопение: — Она, должно быть, издевается. Ханджи тут же встряла: — Не трогай её. Разговор с Закклаем, если верить Эрвину, вышел тяжёлым. Она едва сознание не потеряла, и времени на отдых у неё не было. Пусть поспит. Леви раздражённо цокнул языком, но спорить всё-таки не стал. Не то, чтобы они тут все отдыхали, пока она прохлаждалась в столице, но ему стоило больших усилий признать, что Эрвин не просто так в ней нуждался, и была большая вероятность того, что они на свободе только благодаря ей. А ведь могла и обыграть Эрвина, подставить, но сдержала слово. Это заслуживало уважения. — Ладно, — буркнул он. — Может, ещё успеет принести пользу. Ханджи неожиданно усмехнулась: — Леви, без неё переворот вообще мог не удаться. Ни Пиксис, ни Закклай не были готовы поддержать Эрвина. На этот раз он действительно поднял брови, совсем немного, но Ханджи заметила, а потом Леви снова перевёл взгляд на спящую Фэй. Та выглядела слишком спокойной. Без своей вечной язвительности, недовольных взглядов и попыток спорить с каждым встречным. Просто девчонка, свернувшаяся на полу повозки от усталости. И почему-то именно сейчас она казалась намного младше. Не той наглой женщиной с мерзким характером, которая постоянно выводила его из себя, а человеком, который каким-то образом выдержал давление всего разведкорпуса, политические игры Эрвина, разговоры с Закклаем, и только после этого просто рухнул без сил. Леви с досадой напомнил себе: она ведь даже не солдат. Когда спустя несколько часов повозка наконец остановилась, Ханджи первой выглянула наружу, проверяя обстановку. Разведчики уже начинали разгружаться, слышались голоса, шаги и фырканье лошадей, потом она обернулась на Фэй: — Будить будем? Леви коротко посмотрел вниз. Фэй даже не пошевелилась за всё время дороги. Спала настолько крепко, что можно было подумать, что она и вовсе мертва. Он равнодушно отвёл взгляд. — В бойне от неё сейчас толку не будет. Пусть отсыпается, — он поправил ремни УПМ. — Да и вряд ли кто-то захочет украсть повозку со спящей девкой внутри. Ханджи тихо фыркнула, явно услышав за привычным раздражением совсем не то, что он пытался показать, но комментировать не стала, лишь подумала, что эта парочка еще успеет подружиться, хоть и не так быстро и легко, как хотелось.

***

Фэй проснулась от такого резкого толчка, что первое мгновение вообще не поняла, где находится. Повозка дёрнулась ещё раз, где-то рядом заржали лошади, послышались крики, а в лицо ударил холодный ветер. Она резко села, сонно щурясь. Волосы растрепались, шея затекла после сна на деревянном полу, а голова всё ещё была тяжёлой после бесконечного недосыпа. — Что, уже приехали? — голос вышел хриплым и совершенно недовольным. Прямо напротив неё в повозку как раз залезал Эрен. Запыхавшийся, грязный и явно на взводе. Фэй удивлённо моргнула, пытаясь понять, когда они вообще успели его вернуть. Неподалёку на лошади ехал Леви. Он бросил на неё короткий взгляд: — Ты всё проспала, — он с неким удивлением взглянул на её сонное, ничего не понимающее лицо и спросил: — Неужели ни разу не просыпалась? Фэй поморщилась и лениво потёрла шею. — Я могу долго не спать, — пробормотала она. — Но потом тело всё равно заберёт часы, которые я у него одолжила, — она сладко потянулась, чувствуя, как хрустит спина после сна в повозке, и сонно добавила: — Помню, был у нас клиент один мерзкий. Без моей помощи там было никак, а я как раз тогда не спала трое суток и... — Не время для ностальгии, — сухо перебил Леви и кивнул куда-то ей за спину. Фэй недовольно обернулась, всё ещё не до конца проснувшись, а потом застыла. ЧТО. ЭТО. ЗА. ХУЕВИНА? Вдалеке, за холмами, по земле медленно ползло что-то огромное. Настолько огромное, что первые секунды мозг просто отказывался воспринимать это как титана. Огромная бесформенная масса с перекошенным лицом буквально волочилась по земле, оставляя за собой дымящийся след. Земля дрожала даже на таком расстоянии. Фэй медленно перевела взгляд на Эрена. Тот уже стоял в повозке и что-то яростно орал в сторону чудовища. До неё долетели только обрывки: — Эй! Рейсс! Старый коротышка! Фэй сразу повернула голову к Леви. Тот встретил её взгляд таким убийственным выражением лица, что она моментально решила не уточнять, на какой именно части фразы он разозлился сильнее. — Сколько я спала? — ошарашенно выдохнула она. — И что это вообще такое? Леви раздражённо выдохнул через нос: — Настоящий король. Сыворотка вошла не туда. Теперь это аномальное чудовище. Фэй несколько секунд молча смотрела на ползущего гиганта, пытаясь переварить услышанное: — Сыворотка? — она нахмурилась ещё сильнее. — Что вообще происходит? — Потом, — коротко отрезал Леви. Его взгляд снова ушёл к титану, а Фэй лишь оставалось как-то держаться на плаву, пока мир сходил с ума.

***

Стена гудела от голосов, металла и ветра, который бил в лицо так, будто его целью было столкнуть вниз всех, кто осмелился сюда подняться. Люди бегали, кричали и передавали снаряжение, кто-то уже закреплял УПМ и проверял клинки, и среди всего этого хаоса Фэй стояла, обхватив себя руками, и смотрела вниз. Она забралась сюда, подхваченная Жаном, появившимся из ниоткуда. Не успела даже закричать, когда тот поставил её на ноги, сказав что-то, вроде: — Капитан приказал. — Я не понимаю, — произнесла она, не отрывая взгляда от края, ноги предательски задрожали. — Почему я вообще сюда поднялась? Леви подошел слишком быстро, уже в полной готовности: ремни натянуты, взгляд холодный и сосредоточенный. — Потому что ты будешь с остальными ловить остатки Рейсса, когда он начнёт разваливаться. Фэй медленно повернула голову, ей казалось, что она ослышалась. — Чего? Вы же даже не знаете, научилась ли я управлять УПМ! Я в жизни не была на такой высоте, вы сейчас серьёзно вообще? Он даже не посмотрел на неё, продолжая проверять крепления: — Более чем. Фэй усмехнулась, нервно, почти истерично, и на всякий случай отошла прям на середину стены, чтобы быть как можно дальше от пропасти, иначе ноги подведут и она просто свалится вниз. — Я? Ловить и резать, прыгая на УПМ? Где Ханджи вообще? Она бы точно сказала, что это безумная затея! Леви шагнул ближе и, не спрашивая, начал застёгивать на ней ремни УПМ, быстро и чётко, будто это вообще не обсуждается. Фэй дернулась слишком резко, что ему пришлось притянуть её ближе, сжав ремень в области живота так, что она выгнулась. — Эй! — Не шевелись, — процедил он. — Ханджи ранена, ей не до тебя. И чем больше людей, тем выше шанс на победу. — Я не буду в этом прыгать! — запротестовала Фэй. Это уже было совсем безумие. Она убьется здесь раньше, чем Рейсс доползет до стены. — Будешь, — коротко ответил он. Она попыталась отстраниться, но он уже и сам закончил, отступил на шаг и окинул её взглядом: — Давай посмотрим, чему ты научилась за все то время, что меня не было. Фэй прищурилась, складывая руки на груди в знак протеста: — А давайте не будем? — Вниз, — короткий кивок за край стены. — Быстро. И обратно. Она замерла, не веря тому, что вообще услышала. Вниз? С пятидесятиметровой стены, когда она выше метра не летала? Он вообще понимает, что предлагает мне покончить с собой под бурные овации толпы? — Нахрена мне это делать? — истерично закричала Фэй, повышая голос так, как обычно это делают девушки в борделе, если клиент оказывается уж слишком прытким. — Передашь кое-что Эрвину, — все также сухо ответил капитан. Фэй прикусила нижнюю губу и отошла от него еще на шаг. — Что именно? — с сомнением спросила она, придумывая план отступления. Да как отсюда вообще слезть? Без использования УПМ, она тут подохнет. Леви посмотрел на неё долгим, внимательным взглядом. — Поймёшь. Фэй недоверчиво покачала головой и слегка вытянулась в сторону, оценивая высоту, будто это могло облегчить ей жизнь. Но стоило взглянуть вниз, как закружилась голова. — Ни за что, — она подняла руки в знак поражения. — Вам придется меня убить. Я не спрыгну. За ними уже начали следить остальные разведчики. Фэй заметила сомневающегося Жана, который ранее поднял её сюда. Где-то вдали даже Эрен в компании Микасы и Армина отвлекся от самоизбиения. Их любопытные взгляды кричали о том, что капитану, видимо, впервые придется сдасться. Фэй не была похожа на человека, который все-таки прыгнет. — Прыгай, сейчас же. Это приказ, — все также спокойно продолжал настаивать Леви, но Фэй в ответ прыснула и посмотрела на него, как на идиота. — А это мой отказ. Придется смириться. Она видела, как его глаза опасно потемнели, но не вздрогнула. Что он мне сделает? Заставит отжиматься? Или сделает подножку, пару раз уронив на задницу? Вообще плевать. Всяко лучше, чем убиться с высоты. Всё произошло молниеносно. Фэй даже не осознала, что он мог рассматривать такой вариант. Леви оказался слишком быстро рядом с ней, а затем просто толкнул её в плечо. Ему хватило легкого нажатия, чтобы она, округлив глаза от ужаса, потеряла равновесие и полетела вниз. Мир перевернулся. Она летела лицом прямо в землю. Визг был такой, что только глухой не услышал. БЛЯ. БЛЯ. БЛЯ. БЛЯ!!! Если бы расстояние до земли было на пять метров ближе, то она бы разбилась, так и не успев прийти в себя, но в последний момент сработал инстинкт, какой-то рефлекс, когда рука дернулась и нажала на курок. Крюки выстрелили и успели врезаться в стену. Трос натянулся с такой силой, что от рывка у Фэй выбило остатки воздуха из легких. Почти у самой земли, едва не врезавшись в стену, она удержалась, зависнув с широко раскрытыми глазами. — …АХУЕТЬ! — выдохнула она. Тело колотило от адреналина, сердце вообще жило отдельно от тела, на глазах вышли слезы счастья от того, что она осталась жива. Лишь позже придет недоверие от осознания того, что её просто скинули вниз. После всего, что она сделала для Эрвина, чем пожертвовала, её просто столкнули. Наверху же тишина была другой. Ребята из отряда просто зависли, не веря в то, что их капитан столкнул Фэй со стены, при этом ни дрогнув лицом. Он был равнодушен, скорее даже просто зол, чем волновался за то, что она могла не спастись. Когда до него дошли перешептывания ребят о том, что это было слишком жестоко, он сухо произнес: — Жива же. Фэй через пару секунд всё-таки собралась, стиснула зубы, уже руководимая одной лишь злостью на капитана. Этого она ему никогда не простит. И, с явным желанием кого-то убить, выстрелила тросом вверх, возвращаясь на стену, но в последний момент передумала и резко сменила направление, подальше от ожидающего её Леви. Она полетела в сторону Эрвина. Приземлилась рядом с ним слишком резко, чуть не упав, но удержалась, выпрямилась и, тяжело дыша, взглянула ему прямо в глаза. Он видел, что произошло, поэтому ожидал худшего, но Фэй лишь коротко и злобно бросила: — Капитан просил вам кое-что передать. — Что именно? — Эрвин удивленно поднял брови, не думая, что первой её фразой станет именно эта. Она наконец привела свое дыхание в норму, задрала гордо подбородок, и прошипела: — Что он мудак полнейший. Где-то сзади закашлялись, пытаясь скрыть удивленный смех, а Фэй уже отвернулась, не дожидаясь реакции от Главнокомандующего. Однорукий калека хрен меня защитит вообще, только использовать может. Фэй вернулась к Леви не так красиво, как хотелось бы, а слишком резко, с перекосом и ударом ботинком о камень, но всё-таки удержалась, не сваливаясь обратно вниз, что уже само по себе можно было считать победой. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, руки дрожали, а в голове пульсировала только одна мысль: Я его убью. Внушу кому-нибудь задушить его во сне. Она выпрямилась, резко развернулась и пошла прямо к Леви, не особо выбирая выражения на лице, потому что сейчас ей было абсолютно плевать, как она выглядит, и что ей за это будет. — Ты совсем охренел? — голос сорвался громче, чем она планировала, но тормозить уже не было смысла. — Ты меня просто… СКИНУЛ?! Я еле держу равновесие на этой штуке, а ты меня просто сбросил вниз, как какой-то камень? Если бы я разбилась насмерть? Леви стоял как ни в чём не бывало, будто это был самый логичный шаг в мире, который вообще не требует объяснений. — Не разбилась же. — Я ЧУТЬ НЕ РАЗБИЛАСЬ! — Но не разбилась. Фэй задохнулась от возмущения, даже не зная, какие еще слова подобрать, чтобы описать всё свое возмущение. Она шагнула ближе, скрепя зубами так, что его щека немного дернулась. — Я не подписывалась на это дерьмо! Какого хуя я должна... Он даже не стал отвечать, просто достал клинки так резко, что Фэй сама заткнулась. Он решил меня добить? — Самый безопасный способ держать — вот так, — он протянул ей один клинок, а вторым продемонстрировал, как надо. Фэй замерла, глупо хлопая глазами: — Ты… издеваешься? Он проигнорировал и это, продолжая показывать хват. — Пальцы сюда. Давление отсюда, — он еще раз указал на свою кисть. Фэй не верила своим глазам и ушам, поэтому просто взорвалась от возмущения: — Да мне плевать, как его держать! Я чуть не умерла только что! — Если возьмешь слишком резко, то можно ранить себя, — он продолжал, как будто её вообще не существует, как будто она не орёт и не матерится, не дышит ему в лицо. — Поняла? Фэй стояла, открыв рот, в полном шоке от того, что её просто игнорируют. — Ты сейчас серьёзно? Он спокойно вложил клинок ей в руку, а Фэй просто не понимала, что происходит. Ты совсем ослеп, коротышка? Какого черта вообще? Почему со мной так обращаются? Что в твоей голове, мелкий уродец? — Повтори, — на секунду она испуганно проглотила слюну, думая, что озвучила свои мысли, но потом поняла, что он имел в виду его хват. Фыркнув, она резко схватила клинок, как нож, и сначала даже ничего не поняла. Слишком агрессивно его взяла, подумав, что холодный металл прикоснулся к коже неприятно, но тут же с вызовом взглянула на капитана. Плевать. Легче стать для него скучной, неинтересной мишенью, которая старается выжить как может, а потом не отсвечивать, и, может быть, он забудет о моем существовании. Он же смотрел на неё все также холодно, только взгляд перевел от лица к её руке, которая продолжала гневно сжимать оружие. Что, испугался, капитан? Думаешь, что я сейчас на тебя нападу? Она даже усмехнулась этой мысли, на что тот удивленно поднял брови, потом вдруг сказал: — Свободна. Фэй опешила. Что? Это представление было ради того, чтобы просто прогнать её? Совсем с ума сошел? Она была рада уйти, но ей стоило прояснить какого черта. — Я ничего не понимаю, — гневно закричала она, привлекая к себе внимание занявшегося работой отряда Леви. — У тебя кровь, — сухо ответил он, кивая на её предплечье. Фэй нахмурилась, проследила за его взглядом, опустила глаза, а затем совсем глупо сказала: — …о. Она чуть наклонила голову, рассматривая. Подумаешь, неудачно схватила клинок, проведя лезвием по руке. С кем не бывает? Кто знал, что он настолько острый? Голова предательски закружилась, когда она поняла, сколько крови стекло уже с руки. Она подумала, что сейчас просто умрет от кровопотери. Наверное, артерию важную зацепила. Как я могла не заметить? Земля поплыла. Фэй качнулась, но упрямо удержалась на ногах, вцепившись в воздух, как за стену. — Ой… что-то мне… не очень. Леви цокнул языком, уже откровенно раздражённый: — Это просто царапина, но я поражен, насколько ты криворукая, — он нахмурился еще сильнее. — Либо ты перевязываешь рану и идёшь в бой, — он попробовал на вкус следующее слово, произнеся его как самый вкусный десерт, — как воин, — затем он чуть наклонил голову. — Либо валишь в штаб, как последняя трусиха, которая испугалась царапины. Докажи, что ты чего-то стоишь, — Леви одобрительно кивнул ей. — Эрвин дал задание: тренировать тебя. Так покажи, что ты способна на большее, чем демонстрировать всего один врожденный талант. Фэй подняла на него неуверенный взгляд, сосредотачиваясь на каждом мотивирующем её слове. Посмотрела на уже знакомые лица вокруг: Микаса держала какую-то бочку, глядя на неё с поддержкой и сочувствием, Жан отвлекся от обливания себя водой, тоже ожидая дальнейших действий со стороны Фэй. И в этот момент в ней что-то вспыхнуло. Уверенность в своих силах. Даже усталость на секунду отступила, словно кровь, боль, слабость — всё это перестало иметь значение. Она выпрямилась слишком резко для своего состояния. Вновь посмотрела на Леви, встречая его одобрение, некую поддержку той уверенности, что отразилась на её лице. Ей казалось, что у него мелькнула даже эмоция уважения. Фэй усмехнулась, слегка криво, но с принятием ситуации и наконец сказала: — Ну… бывай, — она развернулась к остальным, даря им солнечную улыбку. — Удачи вам, ребят! Победите этого мерзкого урода, — она махнула им рукой, окровавленной, в сторону приближающегося к стене титана, все еще держа клинок в обратном захвате, который ей так старательно показывал капитан, и в следующую секунду, набравшись уверенности, она просто сиганула вниз. Спрыгнула так резко, так просто, что сначала никто даже не понял, что сейчас произошло. — Она что... просто ушла? — наконец, вымолвив Жан, которому следовало уже снова облиться водой, только теперь для того, чтобы прийти в себя от увиденного. Он был уверен, что Фэй, девчонка, которую он толком не знал, лишь понимал, что что-то в ней есть полезное и секретное, так просто не свалила бы после редкой мотивирующей речи капитана. Леви же стоял так, будто сам не до конца понял, что сейчас произошло. Он был уверен, что другого исхода, как пойти в бой, у Фэй не оставалось. Был убежден, что она сейчас перевяжет рану и для приличия пару раз попрыгает на УПМ, прибавляя себе уверенности для будущих вылазок. Он был достаточно опытным, чтобы сказать, что быстрое обучение возможно, но только в экстремальных условиях, опасных, когда человеку не остается ничего другого, кроме как научиться, чтобы выжить. Но Фэй просто сбежала. Минуту назад чуть не потеряла сознание от вида крови, боялась даже вниз посмотреть, а сейчас её и след простыл. Исчезла в неизвестном направлении. Вот идиотка! И как её теперь искать? Что, если она вообще решила сбежать от Эрвина? Не подумал даже об этом. Ему хотелось чем-то ударить себя, да посильнее. Переоценил. Доверился. Идиот. Он даже не злился, просто был растерян, боясь представить, какой будет реакция Эрвина, когда он узнает, что Леви её не просто упустил, а отпустил.

***

Фэй сидела на ящике, как на своем личном троне, болтая ногами и неспеша жуя яблоко в карамели. Она лениво наблюдала за тем, как отряд спускается и собирается после всей этой мясорубки. Её рука была криво перевязана, бинт уже чуть потемнел, но она вообще не обращала на это внимания, куда больше её сейчас занимал вкус и то редкое ощущение, что она, чёрт возьми, жива, сидит, ест и никуда не бежит. — Ну вы, ребят… — протянула она с набитым ртом, заметив отряд Леви, прищурившись на них с каким-то почти ленивым уважением. — Вообще огонь. Прям красиво было. Все эти пируэты в воздухе. Как вы вообще держались? Вы буквально летали по воздуху, я не ожидала. Конни сразу же завис на месте, увидев ту самую загадочную девушку, с которой только один раз смог перекинуться парой слов. Он прищурился, сделал шаг ближе, потом ещё. — Эй… — протянул он, подозрительно. — А ты это откуда вообще взяла? — он кивнул на яблоко в её руке. - Ты ж без сумок, вроде, ты где деньги носишь? Мы во время полетов вообще ничего удержать на себе, кроме одежды, не можем. Фэй приподняла бровь и посмотрела на него как на дурака, который сейчас спросил что-то максимально глупое. Может, уже сказать ребятам, что я тут не просто так? Эрвину вообще плевать на мою сохранность, так чего мне волноваться о его секретах? — А мне не надо, — вдруг честно сказала она, откусывая еще. — Я просто беру. Конни моргнул, когда рядом показалась Саша, та самая девочка с хвостиком. — ВЫ ВОРУЕТЕ? — удивленно спросила она, а Фэй почувствовала себя оскорбленной. — Не ворую я, я умею хорошо просить. — Это как? — встрял уже Жан, который все это время хранил молчание. Микасы нигде не было с её двумя дружками. И Леви где-то пропадал. — А вот так, — она уже хотела встать и показать на ком-то свой талант, как появился тот, кого, видимо, нельзя было вспоминать. Леви был очень зол. Он вытер вспотевший лоб рукавом своей серой кофты, глядя на неё так, что захотелось убежать как можно дальше, кинув перед собой яблоко, чтобы Саша отвлекла его как-то. — Заткнись, — сразу же сказал он. — Даже не думай что-то разболтать, пока Эрвин не даст добро. Фэй подняла руки, сдаваясь, ведь не хватало ей еще тут настроение себе испортить, сцепившись с ним. Леви же посмотрел на её кое-как перевязанную руку, на яблоко в карамели, на довольное лицо, и разозлился сильнее прежнего: — Ты вообще понимаешь, где находишься? Фэй даже не сразу отреагировала, сначала спокойно дожевала, только потом подняла на него взгляд: — Да, — она пожала плечами, замечая, как ребята стали расходиться, бросая её с ним один на один. — Внизу. Леви прищурился, теряя остатки самообладания: — Ты должна была... — Я была внизу. Вы дали выбор: остаться и умереть бойцом, либо выжить, но стать трусом. Я выбрала то, что выбрал бы любой человек, не являющийся солдатом. Наконец, Фэй заметила, что у капитана дернулся глаз. Охуеть, как же сильно я его раздражаю. Он сделал шаг ближе, а Фэй оступила назад, его голос стал тише, но от этого становилось лишь страшнее: — Ты свалила с задания, ослушалась приказа оставаться на видном месте, сказала Эрвину, что я мудак, теперь сидишь здесь и пытаешься рассказать моим ребятам, кто ты такая и почему ты здесь. Фэй прищурилась в ответ, имея тысячу и один аргументов в свою защиту, но лишь закатила глаза. Он все равно будет злиться. А очередной тренировки с подножками, я не выдержу. Надо как-то другим путем пойти. Её желудок немного свело от голода, так как яблоко только раззадорило аппетит, но вспомнив еду в штабе, стало совсем грустно. Леви снова не спустит с неё глаз, и она даже не сможет нигде найти нормальной еды, разве что самой в штабе приготовить себе что-то, но это почти нереально. Хотя... — Так накажите меня, — она пожала плечами, а у него вырвалось скептичное "ха?". — Что вы там, обычно, делаете, когда кто-то провинился? Поставьте мне дежурство где-нибудь в туалете и, наконец, лишите своей компании. — Хочешь драить сортиры? Если скажу, что да, то он посчитает это подозрительным, надо подкинуть идею про кухню, но так, чтобы не догадался, чего я хочу. — Ну выбор невелик, верно? — она тяжело вздохнула, надевая маску сожаления. — Драить конюшню или туалет. Сторожить вы меня точно не отправите. Остается еще кухня, но лучше туалет. Там хотя бы быстрее будет... Вот оно! Глазки то загорелись, когда я назвала худший для себя вариант. Капитан прищурился, словно пытался разгадать её мотивы, потом слегка дернул бровями, придумывая ей самое ужасное наказание. — Не хочу, чтобы ты так быстро отделалась, — он сложил руки на груди и выпрямился в спине. — Раз уж так не хочешь готовить, то туда и пойдешь. Ожидаю, что хоть там ты научишься управляться с острыми предметами. Фэй постаралась придать своему лицу самый настоящий ужас. — Но, капитан, — она даже напрягла голос, чтобы звучал очень печально. — Я же... — Сама попросила наказать тебя, так что вперед и с песней, — он указал подбородком на толпу разведчиков, среди которых уже был тот самый Томас, её верный пес. Фэй с досадой прикрыла глаза и покачала головой, затем печально кивнула и пошла в сторону разведчиков. Стоило ей отвернуться, как лицо преобразила довольная улыбка. Ну что за идиот. Как ребенка маленького, вокруг пальца обвела.

***

Конечно же, дежурной на кухне она была не одна. Даже идиот понимал, что один человек не накормит роту солдат. В помощники ей поставили Микасу, которая, видимо, тоже чем-то не угодила капитану во время вылазки, и Конни. Капитан предупредил её, чтобы держала язык за зубами. Если узнает, что она что-то выболтала, то полет со стены ей покажется легким приключением. Фэй продолжала делать вид, что все прекрасно поняла, и очень расстроена своим наказанием, оставив Леви крайне довольным. Правда, ровно до того момента, как за ним закрылась дверь кухни. Потому что стоило капитану уйти, как Фэй мгновенно перестала изображать страдающую жертву. Наоборот, огляделась вокруг с таким видом, словно получила в личное распоряжение маленькое королевство. Кухня разведчиков была тесной, жаркой и слегка прокуренной. В углу шумел большой котёл с водой, на столах валялись овощи, мешки с мукой и какие-то банки с засолкой. И чем дольше Фэй смотрела на всё это, тем сильнее понимала одну простую вещь: Сегодня она наконец нормально поест. — Так, — деловито произнесла она, закатывая рукава. — Раз уж меня приговорили к каторге, каторга будет хотя бы вкусной. Конни непонимающе моргнул: — В смысле? А обычно не вкусно что ли? — В прямом. Картошку сюда. Морковь сюда, — она указала на разные большие тарелки, похожие на тазики. — Лук чистите нормально, а не как дикари. И двигаемся активно, быстрее закончим — быстрее сделаем вид, что очень много и усердно трудимся. Ребята кивнули ей, переглянувшись. Совершенно растерянные взглядом, но уверенные в действиях. Дисциплина — это прекрасное качество, когда приходится командовать. Микаса молча придвинула к себе нож и начала чистить лук с такой скоростью, с какой даже Леви не летал, ловя куски Рейсса. Вообще-то, она была удивлена, когда увидела коротышку в деле. Даже дар речи потеряла. Если остальные были похожи на птиц, то этот был скорее редким чудовищем, который не знал, что такое гравитация. Ну да ладно. Сейчас важен вкусный ужин. Фэй не планировала становиться кухаркой, но и есть помои ей надоело. Тем более в еде, что-то, да понимала. Не потому что часто готовила, а потому что любила вкусно поесть. К тому же, когда рядом Софи, у которой прирожденный талант к готовке, было бы абсурдно не научиться готовить. Пусть будет разовой акцией, а дальше пойму, как достать денег, учитывая, что зарплату мне не платят, и пополнюсь необходимой для выживания провизией. Фэй быстро оценила запасы и неожиданно пришла в почти хорошее настроение. У разведки, как оказалось, были не только сухари и каша. В кладовой нашлись банки с тушенкой, немного муки, масло, несколько мешков картофеля и даже сушёные травы. Этого уже хватало, чтобы сделать что-то человеческое. Она поставила вариться промытый картофель в кожуре, отдельно закинула овощи на сковороду, чтобы в конце туда добавить тушенку, и превратить это овощное мессиво в сытный соус, а потом неожиданно для всех принялась месить тесто. — Ты ещё и печь умеешь? — с подозрением спросил Конни. — Я много чего умею, — сухо бросила Фэй. — В отличие от некоторых. Ту картошку, что сварилась, положи на печь, пусть чуть подсохнет, и сбрызни маслом, — она кивнула подбородком на кастрюлю. — Только не переборщи, а то капитан заметит, если увлечемся. Через полчаса кухня уже пахла так, что даже проходящие мимо солдаты начали подозрительно заглядывать внутрь. В печи поднимались небольшие булочки, в котле густел соус, а рядом Фэй ещё умудрялась проверить готовность картошки. — Это будет лучший ужин за всю историю Разведкорпуса, — с восторгом заявил Конни. — И последний, — буркнула Фэй, стирая фартуком пот со лба. Она сама себе довольно усмехнулась. Ей нравилось это ощущение контроля намного больше, чем бесконечные разговоры про перевороты, титанов и политику. Здесь всё было проще. Если у тебя есть еда, руки и мозги, то и люди будут счастливы. Хотя плевать ей на людей. Она пожертвовала своим временем ради вкусного ужина для самой себя. Все равно Леви нашел бы способ проучить меня за самовольный побег с задания. Так хотя бы пользу принесу своему организму. Всяко лучше, чем круги по площадке наматывать. — Нет, серьёзно, что ты вообще тут делаешь? — Конни, у которого уже не осталось никакой работы, продолжал коситься на неё всё подозрительнее. Фэй подняла взгляд: — На кухне? — В разведке, — он вновь переглянулся с Микасой, которая гипнотизировала взглядом поднимающиеся булочки в духовке. — И почему капитан с тебя глаз не спускает? Относится к тебе как к опасному преступнику, хотя Ханджи говорила, что ты хорошая. Микаса молча продолжала наблюдать, но Фэй прекрасно видела: слушает она очень внимательно. И вот сейчас Фэй решила, что пора. Пора сделать маленькую гадость Эрвину, за его бесконечные интриги, и Леви, просто потому что он раздражал её самим фактом существования. Поэтому она совершенно спокойно произнесла: — Потому что я умею внушать людям мысли. Гипнотизировать. На кухне стало тихо, а потом Конни засмеялся, косясь нервно на Микасу, которая уже тоже смотрела на Фэй. — Не верю, — наконец сказал Конни. — Правда? — лениво отозвалась Фэй, прислоняясь к столику поясницей. — Тогда как, по-твоему, Эрвин провернул переворот почти без крови? Конни растерянно уставился куда-то в пол, когда она продолжила: — Могу доказать, но не на Микасе. Она не поддаётся внушению, как и капитан. Хотя, наверное, это звучит для вас недостаточно правдиво, — она пожала плечами. Конни наоборот нахмурился ещё сильнее, а потом вдруг щёлкнул пальцами: — Это, наверное, потому что они Аккерманы. — У Леви есть фамилия? — удивилась Фэй, и не только наличию фамилии у капитана, но и тому, что Конни быстро поверил ей. Микаса ответила первой: — Долго объяснять. Но у носителей этой фамилии есть особая сила, — она задумчиво посмотрела куда-то за спину Конни. — Они сильнее других людей, быстрее и выносливее. Конни тут же кивнул, не давая Фэй вставить и слова: — И жуткие. Прости, — он виновато опустил голову, замечая недовольство Микасы. В этом был смысл. Два самых сильных солдата человечества, если верить словам Эрвина, которые не поддавались внушению. Лично, правда, не удостоилась чести увидеть их в действии, не считая полета над останками Рейсса. — Получается, вы с капитаном родственники? — поинтересовалась она, отмечая, что у них действительно было что-то общее. Оба мрачные. — Дальние, как мне кажется, — спокойно ответила Микаса. Фэй лишь кивнула. — Так, погоди, — наконец вмешался Конни. — А как именно ты это делаешь? Ну, — он замешкался, — внушаешь мысли? Ну наконец-то. Додумался проверить. Не такой уж и глупый. — Смотрю людям в глаза и говорю, что делать. Подойди, — она улыбнулась доверительно, на всякий случай проверяя, нет ли рядом коротышки. Микаса заинтересованно проследила за удивленным другом, который, долго не думая, выполнил её просьбу и с неким смешком взглянул Фэй в глаза. Она задумчиво посмотрела на его лицо, мягко проникая в сознание парня, цепляя его внимание так, что вскоре ему стало не до смеха. — Станцуй для меня свой лучший танец, — мягко попросила она, едва сдерживаясь от желания рассмеяться. Где-то за спиной Конни фыркнула Микаса, но сразу же замолчала, когда он стал прыгать с ноги на ногу и замахал руками. Он попытался крутануться, едва не снёс локтем миску с картофелем и при этом выглядел абсолютно искренне сосредоточенным на процессе. Фэй пришлось отвернуться на секунду, чтобы не засмеяться прямо ему в лицо, а потом она щёлкнула пальцами: — Всё, довольно. Конни резко остановился. Несколько секунд просто стоял посреди кухни, тяжело моргая, будто только что очнулся после странного сна, потом медленно огляделся вокруг себя. — Так, погодите... Я реально это делал? — Фэй пожала плечами, поджав губы. — ОХРЕНЕТЬ ПРОСТО! — Конни уставился на Микасу почти с детским восторгом. — Я даже не понял, почему мне вообще захотелось это делать! Это охренеть, Микаса! Ты видела?! Та осторожно кивнула, но теперь смотрела на Фэй уже совсем по-другому, не как на странную девчонку с тяжёлым характером, которую Эрвин зачем-то таскает за собой, а как на что-то потенциально опасное, и Фэй это заметила сразу, поэтому её улыбка чуть поблекла. — Ребятки, — уже спокойнее сказала она, подходя к духовке, которую пора было выключать, — вы только помните, что Эрвин очень старается держать это в секрете. И если капитан узнает, что я вам тут устроила представление… Она выразительно покосилась куда-то в сторону двери, Конни мгновенно побледнел: — А, да. Точно. Мы молчим.

***

Конечно же, Фэй знала, что к ужину ребята из отряда Леви будут знать об её способностях. Она не сомневалась, что дальше их скромного круга, информация не вылезет, но все равно было приятно, что хоть кто-то узнал о ней больше. Ей надоело выглядеть странной неумехой, которую штыняет капитан. Когда все наконец собрались на ужин, атмосфера в штабе ощутимо изменилась. Даже самые уставшие разведчики выглядели чуть живее обычного. По залу тянулся такой приятный запах тёплого хлеба, жареного картофеля и соуса с мясным ароматом, что люди переглядывались почти с подозрением. Сидя за уже привычным столом, Фэй заметила, как Ханджи с научным интересом рассматривала свою тарелку, словно перед ней лежал не ужин, а новый вид титана. — Это что-то новенькое, — пробормотала она, осторожно ткнув вилкой картофель. — И пахнет очень хорошо. Фэй с удовольствием отломила кусочек идеально пропечённого картофеля. Снаружи тот покрылся тонкой маслянистой корочкой, слегка хрустящей от соли, а внутри оставался мягким и горячим. Следом она попробовала густой соус из тушёнки и овощей, и поймала себя на очень странной мысли. Как же приятно есть еду, приготовленную с любовью. Пусть даже эта любовь была исключительно к самой себе. Булочки тоже вышли удачными. Пустые, без начинки, но мягкие внутри и с тонкой хрустящей корочкой. Такие хотелось есть руками, пока они ещё горячие. Фэй краем глаза заметила лёгкое замешательство на лице Эрвина. Да что ж такое-то? Эти люди вообще пробовали нормальную еду? Так смотрят, будто в тарелках яд. Но командору явно понравилась еда, и сам факт этого неожиданно принёс ей какое-то мелочное удовольствие. Ханджи же уже вовсю оживилась: — Так, а кто вообще сегодня дежурил на кухне? Это правда очень вкусно. Вроде бы, как обычно, но насыщеннее. — Аккерман со Спрингером, — Леви даже головы не поднял от тарелки, спокойно очищая картошку от кожуры, что слегка взбесило Фэй. Самое вкусное срезает. — Да? — удивилась Ханджи. — Кто-то из них явно разбирается в готовке. Фэй спокойно прожевала картофель и только потом лениво добавила: — Я там тоже дежурила. Теперь уже Эрвин поднял взгляд: — С чего это вдруг? — Она сама выбрала себе наказание. Теперь понимаю почему, — тихо пробурчал капитан, он наконец посмотрел на неё. — Хотя всё равно сомневаюсь, что это её заслуга. Овощи явно чистила не она, с её погаными навыками держать нож. Он явно пытался её задеть. И Фэй почувствовала, как внутри мгновенно поднимается привычное уже желание начать спорить, но потом она вдруг подумала о другом. Если сейчас признать, что это всё готовила она, её начнут просить делать это снова. Мысль о регулярной готовке на весь разведкорпус вызывала почти физическое отвращение. Слишком много работы, поэтому Фэй неожиданно смиренно пожала плечами: — Я хорошо мыла посуду и внимательно слушала Микасу. Она отлично готовит. А Конни придумал рецепт соуса. Хорошие ребята. Моблит едва не подавился, а Ханджи подозрительно прищурилась. Эрвин почти сразу понял, что она врёт. Фэй увидела это по его глазам мгновенно. Он прекрасно уловил её мотив и потому не стал ничего говорить, зато Леви посмотрел на неё уже совсем иначе: подозрительно. Потому что он слишком хорошо знал свой отряд. Пока жил рядом с ними, попробовал их стряпню и отлично понимал, что ни Конни, ни Микаса не способны приготовить что-то настолько нормальное. Единственными людьми в отряде, кто вообще умел делать съедобную еду, были Жан и Саша, но последнюю было опасно подпускать к кухне без присмотра. Леви медленно перевёл взгляд на картофель, потом на булочки, потом снова на Фэй. Значит, обвела меня вокруг пальца, чтобы вкусно пожрать? Он не позволил ни единой эмоции появиться на лице. Ни удовольствию, ни одобрению. Хотя еда была вкусной. Настолько, что даже его раздражало это признавать, а Фэй лишь лениво отмахнулась от разговора и снова сосредоточилась на ужине, с абсолютно спокойным видом доедая уже вторую булочку.