Часть 43. Или утренние дела

Когда Леви открыл глаза, солнце поднялось уже достаточно высоко, чтобы он понял, что проспал дольше обычного. Хотя и лег поздно, все равно ожидал, что проснется раньше. Уж точно не самым последним. Хотя стоило отдать должное Фэй, которая, судя по тяжести и онемевшему плечу, всё еще сладко спала, не обращая внимания на суету вокруг себя. Леви слегка приподнялся, стараясь не делать резких движений, чтобы осмотреть комнату. Как и ожидалось, все уже давно проснулись. Оньянкопон ушел, Жан и Конни уже были у выхода, о чем-то шепчась с Армином, а Энни совершенно игнорировала двух спящих на диване, громко передвигая посуду. Пусть не старается. Её стряпню есть не буду. Леви раздраженно взглянул на Фэй, которая спала так крепко, что даже очередная Дрожь Земли её не побеспокоила бы. Её умиротворенное лицо с приоткрытым ртом, из которого уже успело стечь достаточно слюны, чтобы намочить его рубашку, не дернулось, когда послышался свист чайника. — Проснись, — недовольно пробурчал он, толкая Фэй свободной рукой. Плечо занемело, а ладонь, которую она так и не выпустила из своих рук, и вовсе потеряла чувствительность от этой мертвой хватки. Фэй недовольно поморщилась, облизывая губы, и что-то простонала во сне, после чего наконец открыла глаза, затем сразу же их закрыла, не справившись с ярким светом в комнате. — Фэй, отпусти мою руку и дай мне встать, — устало произнес Леви, слабо дергая плечом, что наконец возымело на неё эффект. Она вновь открыла глаза, некоторое время смотря на него непонимающим взглядом, затем резко отодвинулась, только потом поняв, что все еще держала его за руку. Она поспешила высвободить свои пальцы, вытирая свободной рукой рот. — Прости, — хрипло сказала Фэй, садясь на кровати и оглядываясь. — А сколько времени? — Без понятия, но явно больше десяти, — вздохнул Леви, устало поднимаясь следом. Взглядом мгновенно нашел коляску, про себя думая, что костыли сейчас были бы удобнее в использовании, чем это чертово издевательство на колёсах. — О, вы уже проснулись? — Армин первым заметил копошение на диване, успев закрыть дверь за Конни и Жаном, которые уже что-то хотели сказать, увидев их пробуждение. Леви подарил Арлерту самый недовольный взгляд из всех возможных, поэтому тот мгновенно сдулся, пряча глаза. — Мы уходим, — буркнул он, поднимаясь на здоровую ногу и притягивая к себе коляску, в которую недовольно упал. — Может, позавтракаете? — решил опять попытать удачу Армин, но увидев отрицательный кивок, перевел взгляд на Фэй. — Хорошо вчера посидели, правда? Фэй же громко зевнула, потягиваясь, и тоже встала, поправляя смятые брюки. Она медленно прошлась до кухни, кивнув Энни, и та без слов протянула ей стакан воды. Фэй благодарно кивнула и выпила его залпом. — Отлично посидели, но больше так не будем, — наконец ответила Фэй, вытирая рот от воды. — Спать рядом с храпящими солдатами, то еще удовольствие. — Да ты сама храпишь, — не удержался Леви, на что она отреагировала удивленно, еще и трагично прижала ладонь к груди, словно он её сильно оскорбил, а затем хмыкнула и гордо прошла в ванную. Леви сам хотел в ванную. Ему срочно нужно было умыться, справить нужду и почистить зубы хотя бы пальцем, потому что во рту все еще стоял мерзкий привкус выпитого ночью алкоголя, а просить у Леонхарт стакан воды он был не намерен. — Воды? — неожиданно поинтересовался Армин, и тут он уже не мог отказать.

***

Стоило им выйти на улицу, как Леви готов был рвать и метать, потому что ему не нравилось, как начинался этот день. Во-первых, было слишком поздно для утра, во-вторых, земля все еще была влажной, и колеса застревали в почве. Он медленно прикрыл глаза, представляя как долго придется отмывать их от кусочков грязи и травы, когда услышал щелканье зажигалкой. Подняв усталый взгляд на источник звука, Леви обнаружил уже курящую Фэй, которая, судя по лицу, только этого и ждала весь день. Она глубоко втянула в себя дым и не выдыхала так долго, что он даже подумал, что она умирает, но следом из её рта вырвалось большое облако дыма, и Леви вновь поморщился от мерзкого аромата её сигарет. — Ты должна бросить, — коротко сказал он, продолжая маршрут, так как не желал ждать её, но Фэй и сама не спешила останавливаться, наслаждаясь сигаретой на ходу. — Кто сказал? — лениво бросила она, нарочито идя за его спиной. — Я не буду терпеть эту вонь. Фэй на это ничего ему не ответила, словно просто проигнорировала его недовольство, не воспринимая его всерьез. Ему аж пришлось к ней развернуться, от чего она чуть не врезалась в него, удивленно подняв брови. — Ну что? — Выбрасывай, — серьезно сказал он, глядя на неё снизу вверх. Фэй недоверчиво усмехнулась, оглядевшись по сторонам, затем еще раз подняла брови, все еще не веря в то, что он ей приказал что-то сделать. — Совсем спятил? — наконец спросила, теряя свою ленивую расслабленность. — Мы, кажется, больше не в армии, чтобы ты мне приказывал. Леви прищурился, понимая, что, возможно, сейчас пожалеет о своем ультиматуме, но он не станет молча наблюдать за её ужасной привычкой. И так насмотрелся на таких в Подземном городе. — Либо ты выбрасываешь эту хрень и прощаешься со своей идиотской привычкой, либо мы не сработаемся, какие бы чеки ты мне не приносила, — увидев её резко похолодевший взгляд, слегка напрягся, потому что рушить всё из-за сигареты казалось дикой глупостью, поэтому решил все же добавить: — Я половину своей жизни провел среди курящих отбросов, в городе, в котором и так было недостаточно кислорода. Я не хочу каждый раз дышать этой вонью, находясь рядом с тобой. И... мне не нравится думать, что ты скоро начнешь кашлять и задыхаться, как те люди. Он почувствовал странное смущение от этого признания, потому что в нем действительно было больше, чем просто нежелание дышать табачным дымом. Леви искренне волновался о её здоровье, о том, как это повлияет на неё, если продолжит в том же духе. Когда окончательно привыкнет, то уже и не слезет с этого дерьма. Ему не нравилось, что в его лице на секунду отразился страх, когда она еще раз затянулась. Подумал, что вот так просто разойдутся в разные стороны, потому что Фэй была слишком свободолюбивой, чтобы отказывать себе в чем-то по чужой просьбе, но неожиданно для него она тяжело вздохнула. Затем просто выбросила окурок себе под ноги, затушив его ботинком, и спокойно пожала плечами. — Идем домой? Или так и будешь ворчать? Леви и сам не понял, почему застыл, но внутри него разлилось странное тепло с облегчением, хотя лицом постарался этого не показать. Фэй же угрюмо направилась вперед и ему пришлось уже следовать за ней, а не наоборот.

***

Фэй всё-таки обиделась. Хоть и не настолько, чтобы хлопать дверьми или устраивать скандал, когда они вошли в дом, но достаточно для того, чтобы не хотеть с ним говорить. Её задели не сигареты или разговор о курении. За свою жизнь она выслушала достаточно нравоучений, чтобы научиться пропускать их мимо ушей. Проблема была в том, что Леви не попросил её, а поставил условие, словно имел на это полное право. Фэй не любила, когда кто-то пытался ограничивать её свободу, особенно мужчины. Возможно, причина крылась в годах, проведённых в борделе, где каждый второй мужчина чувствовал себя хозяином её жизни. И каждый раз, когда кто-то начинал указывать ей, как жить, внутри поднималось сопротивление, способное разрушить всё вокруг себя. К тому же, они больше не в армии, чтобы он ей указывал! Однако спорить она не собиралась. Фэй слишком хорошо изучила Леви, чтобы понимать, чем закончится подобный разговор. Он упрётся, не желая сдаваться, а она на это упрётся лишь сильнее. Потом всё и вовсе превратится в безобразную ссору, после которой они будут неделями избегать друг друга, а этого ей хотелось меньше всего. Но была ещё одна причина её скверного настроения. Стоило ей закрыть глаза, как память услужливо возвращала события прошлой ночи. Тёплый полумрак гостиной Армина, дождь за окнами, его дыхание совсем рядом, и её собственную руку, которая первой потянулась к его. От этого воспоминания хотелось застонать и накрыться подушкой с головой, потому что никто её не заставлял. Леви не просил об этом и явно не делал ничего такого, что могло бы оправдать её поведение. Она сама придвинулась ближе, сама переплела их пальцы и уснула, прижавшись к его плечу, словно между ними всё ещё оставалось что-то, кроме старых воспоминаний о былых чувствах. Фэй слишком долго убеждала себя, что всё прошло, и она переболела этим человеком ещё тогда, на Парадизе, ведь время, расстояние и война должны были сделать своё дело. Но стоило ей снова оказаться рядом с ним, как стало очевидно, что некоторые вещи никуда не исчезают. Они просто засыпают где-то глубоко внутри и терпеливо ждут своего часа. Вчера, пока ребята смеялись, рассказывая истории и перебивая друг друга, её взгляд постоянно возвращался к Леви. Она могла слушать Армина, разговаривать с Оньянкопоном, спорить с Жаном, но всё равно продолжала искать глазами его фигуру в комнате. Ей казалось, что она не сможет привыкнуть видеть его таким, каким он был теперь. Но вчера перестала замечать большую часть этого. Она видела просто Леви. Такого родного, понятного, как будто бы это была часть неё, а не человек, разбивший ей сердце в прошлом году. Но этот чертов ультиматум! Фэй не могла так просто выкинуть из головы, что он ей приказал, поставив перед выбором, который был очевиден. Ну какой идиот променяет неплохую новую жизнь ради сигарет? Поэтому, пока они возвращались домой, Фэй приняла решение, что будет пока его игнорировать. И, возможно, даже покажет, что бросать вредную привычку сложно не только для курильщика, но и для окружающих. Пусть посидит и подумает над последствиями своих решений. Когда они вошли в дом, Леви сразу направился на кухню. Даже не помыв руки, поспешил поставить чайник, только после этого начал раздеваться. Еще вчера Фэй бы болтала без остановки, но сегодня ей не хотелось говорить. На кухне стояла непривычная тишина, которую она не спешила нарушать, чтобы Леви наверняка это заметил. Фэй молча достала хлеб, остатки сыра, какие-то овощи и быстро соорудила несколько бутербродов. У неё не было на полноценный прием пищи ни сил, ни желания. Она даже не села за стол, просто начала есть, еще стоя над плитой, параллельно положив пару бутербродов на вторую тарелку для Леви. Как бы она не обижалась, все равно не была настолько жестокой, чтобы заставлять его готовить самостоятельно. Фэй взглянула в окно: на улице было светло, но неуютно. После вчерашнего дождя было душновато, хотя небо опять затянули серые облака. Леви тем временем возился с чайником дольше обычного. Фэй прекрасно понимала, что он тянет время, раздумывая о том, что можно было бы сказать, но она не планировала давать ему время на долгие размышления. Доев, Фэй быстро сполоснула тарелку, зная, что Леви еще раз её вымоет, и отошла. Ей казалось, что ее несколько дней подряд таскали по разным городам без возможности нормально поесть и поспать. Глаза жгло от усталости, а в голове стоял неприятный шум после рома, тело требовало лечь горизонтально и выпасть из этого мира хотя бы на несколько часов, поэтому, когда Леви наконец сел за стол с чашкой чая, Фэй направилась в свою комнату. — Приятного аппетита. Леви нахмурился. Судя по выражению его лица, он ожидал чего-то большего после всей этой долгой тишины, но Фэй не хотелось лишней драмы. — И это всё? — А что ещё? — удивилась она, уже на входе в свою комнату. — Все нормально? — с сомнением спросил он, на что её брови скептически поднялись. — Я устала, — честно ответила Фэй. — Хочу побыть одна. На секунду ей показалось, что Леви хочет что-то сказать, но она не дала ему такой возможности, развернувшись и исчезнув в своей комнате. Оказавшись внутри, она позволила себе тяжело выдохнуть, прислоняясь спиной к двери, и несколько секунд стоять с закрытыми глазами. Из кухни доносились приглушённые звуки посуды, но они сейчас казались далёкими и неважными. Нужно было принять душ. Фэй честно пыталась убедить себя сделать хоть что-нибудь полезное, но потом посмотрела на кровать и поняла, что ляжет спать грязной. Плюхнувшись на кровать, она лежала поверх одеяла в уличной одежде, даже не потрудившись нормально устроиться. Голова неприятно гудела, и она уже понимала, что потом пожалеет о дневном сне. Наверняка, проснётся разбитой, с больной шеей и ещё более дурным настроением. Это были проблемы будущей Фэй. Нынешняя же умрет, если не поспит хотя бы пару часов.

***

Фэй не вышла из комнаты ни через час, ни через два и даже ни к ужину. После вчерашнего вечера и сегодняшей обиды из-за сигарет тишина казалась благословением, которое он не планировал нарушать так просто. Но чем больше проходило времени, тем менее спокойно ему становилось. К вечеру Леви уже несколько раз невольно ловил себя на том, что прислушивается к звукам из-за двери её комнаты. Возможно, шагам или хоть какому-нибудь шелесту, но оттуда не доносилось ни звука. В конце концов он всё-таки не выдержал и подъехал к двери. Постучал несколько раз, но ответом послужила ему тишина. — Фэй. Леви нахмурился, подождал ещё немного, прежде чем открыть дверь. Комната встретила его полумраком. Но он быстро разглядел её спящую фигуру, свернутую калачиком поверх одеяла. И выглядела она так, словно не планировала просыпаться до самого утра. Фэй просто спала. — Серьёзно? — пробормотал он себе под нос, глядя на часы. За окном уже давно начинало темнеть, а она всё ещё спала, даже ни разу не пошевелилась. Леви тихо закрыл дверь и вернулся в гостиную. Он решил, что если ночью она будет шататься по дому, как призрак, потому что проспала весь день, то это уже её проблемы. Приняв душ и поужинав чем-то менее вкусным, чем утренние бутерброды Фэй, он тоже лег спать, чувствуя себя менее сонным и спокойным, чем вчерашней ночью. Неужели так приятно стало от её присутствия рядом? Фэй, как и ожидалось, проснулась только утром, но, к его удивлению, выглядела она бодро. К тому же, когда он вышел из комнаты, на столе уже стоял завтрак, а сама Фэй сидела за столом с кружкой чая. Она была в другой одежде и слегка растрепанными после душа волосами, но выглядела при этом удивительно спокойной. — Доброе утро, — сказала она так добродушно, что Леви остановился, с подозрением посмотрев на неё. — Доброе, — неуверенно произнес он, медленно приближаясь к столу. — Приятного аппетита, — вновь улыбнулась Фэй, заставив его прищуриться. — Спасибо. И всё? Она специально ведет себя так, словно ничего не произошло? Будто не он вчера заставил её бросить курить, после чего не получил от неё ни слова. И ни она всю ночь у Армина вела себя так странно, что ему казалось, что её подменили. И вовсе не её рука переплелась с его пальцами, чтобы уснуть поскорее спокойным сном. Это смущало его, ведь он знал, как выглядит злая или обиженная Фэй, но эта спокойная версия казалась ему очень подозрительной. Почти как жаркий день перед грозой.

***

В чайной день начался неожиданно удачно. Фэй с самого утра умудрилась продать несколько дорогих наборов чая и даже уговорила какую-то пожилую женщину взять банку редкого сорта, который никто не покупал с самого открытия чайной. В середине дня она гордо заявила, что уже завтра должна будет забрать новую вывеску, которая привлечет ещё больше людей и повысит их прибыль в несколько раз. Леви слышал эту речь уже раз десять, поэтому только молча кивнул. Он и сам ждал, когда мастер закончит работу, чтобы посмотреть была ли она права. К обеду поток покупателей закончился и наступило привычное затишье. Проклятое время, когда солнце висело высоко над улицами, люди прятались от жары, а чайная погружалась в ленивую тишину. Леви разбирал бумаги, пересчитывая прибыль, и изредка бросал подозрительные взгляды на скучающую возле окна Фэй, когда дверь в чайную тихо открылась. Колокольчик привычно звякнул, отвлекая их обоих от своих занятий. Фэй мгновенно оживилась, еще и настолько резко, что Леви сразу насторожился. В дверях стоял Оньянкопон, пребывающий, судя по широкой улыбке, в очень хорошем настроении. — Привет! — Фэй вскочила со стула, направляясь к нему. — Рад видеть тебя, прекрасная дама, — Оньянкопон как обычно наклонился к её руке, чтобы поцеловать, чему она в этот раз уже не сопротивлялась. — И я тебя! — Как дела? — Оньянкопон кивнул Леви. — Неплохо, — Леви внимательно посмотрел на него. — А ты здесь зачем? Оньянкопон уже открыл рот, но ответить не успел. — У нас дела! — моментально перебила его Фэй, хватая его за предплечье, что очень не понравилось Леви, потому что она редко к кому прикасалась. Какого черта происходит? Он медленно перевёл взгляд на неё. Фэй широко улыбалась. — Какие ещё дела? — Тайные, — усмехнулась она, загадочно пожав плечами. — Фэй, — предупреждающе позвал он, но она демонстративно проигнорировала вопрос и повернулась к Оньянкопону. Тот выглядел так, словно изо всех сил старался не засмеяться. — Мы можем идти? — с сомнением спросил он. — Конечно, — кивнула Фэй и снова посмотрела на Леви. — Ты же не против, если я уйду на час-полтора? Леви застыл. Его взгляд медленно переместился с её лица на Оньянкопона и обратно. Внутри что-то неприятно сжалось, а в голове моментально возникли вопросы. Какие ещё дела? Почему она ему ничего не сказала? И какого чёрта она выглядит настолько счастливой? Рядом с ним? Часть его до безумия хотела узнать ответы на свои вопросы, хоть и понимал, что, вероятно, их не дождется. Да и нельзя было выглядеть совсем жалким, потому что иначе покажет всю свою ревность, на которую не имел права. Он уже устроил ей взбучку по поводу курения, нарвавшись на полное игнорирование его присутствия после, и не мог еще и начать запрещать ей общаться с другими людьми. С каких пор он превратился в такого собственника? С каких пор начал переживать о том, что на неё смотрят другие мужчины? Но нет. Он видел разницу между просто вниманием к ней, и когда она сама обращала его на кого-то другого, кроме него. Это уже безумие. Ему не нравилось, как сильно он реагировал на неё последние дни. Она одним своим присутствием лишила его всего спокойствия, которого так долго добивался. И теперь волновался о каждой её реакции, будущем действии, думал всю ночь о том, почему Фэй молчала, почему не захотела поговорить с ним. Хотя и сам не был способен начать разговор первым. — Хорошо, — наконец кивнул Леви, понимая, что ему и самому нужно время, чтобы все хорошо обдумать. Фэй же заметно расслабилась. — Правда? — Да. — Спасибо! Она уже направлялась к двери, когда он решил добавить: — Чайная не развалится без тебя. — Вот видишь, — она оборожительно ему улыбнулась, и от этой улыбки ему стало тошно. — Я знала, что ты справишься, — прежде чем он успел ответить, она выскочила наружу вместе с Оньянкопоном. Дверь закрылась, и колокольчик снова звякнул, после чего наступила тишина. Леви смотрел на закрытую дверь ещё несколько секунд, потом медленно отвернулся, пытаясь вернуться к бумагам, но не получалось, потому что внутри что-то скулило. Он ненавидел это чувство всей душой, потому что хотел её внимания, хотел её целиком, но он отказался от неё сам. Именно Леви сказал ей, да и себе тоже, что между ними больше быть не может. И теперь не имел никакого права злиться, если она решила проводить время с другим мужчиной. Особенно с таким, как Оньянкопон. Разумным, надёжным и не сломанным.

***

Фэй чувствовала себя превосходно. Ей было настолько хорошо, что легкая обида на Леви окончательно ушла. Она отлично выспалась, проспав больше, чем могли себе позволить приличные люди. Успела приготовить завтрак, спокойно собраться на работу и даже выполнить маленькое непослушание, о котором Леви никогда не должен был узнать. Пока он спал, она тихо вышла на улицу, выкурив всего одну сигарету. Может, две. Тёплый утренний воздух, первая затяжка и ощущение свободы моментально подняли ей настроение. После этого Фэй вернулась домой с невинным видом, собираясь вести себя примерно. По крайней мере до тех пор, пока Леви ничего не заподозрит. В чайной дела тоже шли хорошо. Она успела сделать несколько удачных продаж, даже разговорить пожилую покупательницу, которая в итоге купила сразу два набора чая, один из которых был довольно-таки редким и невостребованным. К обеду настроение у неё стало совсем прекрасным, ведь сегодня должен был состояться первый урок вождения. От одной только мысли об этом внутри всё приятно дрожало. Фэй уже успела вообразить, как приедет к чайной на собственной машине, заставив Леви потерять дар речь. Эта картина настолько ей нравилась, что она возвращалась к ней снова и снова. А когда в дверях появился Оньянкопон, Фэй буквально подскочила со стула, даже не думая о том, как это выглядело со стороны для самого Леви. Через несколько минут они уже ехали через город, и некоторое время спустя оказались на окраине Либерио. Дорога здесь была пустой, но достаточно широкой для будущих маневров. Редкие дома стояли далеко друг от друга, а широкая грунтовая площадка рядом с дорогой казалась идеальным местом для обучения. Оньянкопон заглушил двигатель и повернулся к ней. — Здесь будет безопаснее. Фэй уже смотрела на руль, рычаги и педали. Ей казалось, что её посадили за штурвал дирижабля. — Ну что? — нетерпеливо спросила она. — Что делать? Как ехать? — Ты точно уверена, что тебе это нужно? — Оньянкопон рассмеялся. — Конечно, — она поджала подбородок, глядя на него, как на безумного. — Всё ещё можно просто вызывать экипаж или такси в крайних случаях, — пожал плечами он, широко улыбаясь. — Нет, — Фэй энергично замотала головой. — Я не могу упустить такую возможность. — Удивительная ты женщина, Фэй, — некоторое время Оньянкопон просто наблюдал за её энтузиазмом, потом всё-таки кивнул. — Хорошо. Начнём с самого начала. Фэй мгновенно посерьёзнела, готовясь получить величайшее знание в своей жизни. Это было волнительно, поэтому руки уже тряслись на руле. — Смотри вниз, — сказал он, и Фэй послушно посмотрела. — Видишь три педали? — Вижу. — Слева сцепление. Посередине тормоз. Справа газ, — Оньянкопон указывал пальцем на педали под её ногами и Фэй некоторое время разглядывала их. — Я, конечно, понимала, что педали существуют, но почему их три? — Иначе было бы скучно, — Фэй подозрительно посмотрела на него, а Оньянкопон невозмутимо продолжил: — Сцепление выжми до конца. Фэй поставила ногу на левую педаль, нажала и удивлённо моргнула. — Оно тяжёлое. — Конечно тяжёлое, — кивнул он. — Я думала, оно будет легче, — у неё аж брови на лоб поползли. — Поздно паниковать, — улыбнулся он, немного выравниваясь в кресле, пока она старалась выглядеть достаточно уверенно за рулем. Фэй недовольно цокнула языком и всё-таки продавила педаль до конца, и Оньянкопон кивнул. — Теперь ключ, — он указал на замок зажигания. — Поверни от себя. Фэй повернула его слишком быстро и отпустила, когда ничего не произошло. Она в полном недоумении взглянула на него, выглядя максимально опечаленной. — Ещё раз. Фэй тяжело вздохнула, и снова выжала сцепление, повернув ключ. На этот раз двигатель ожил и машина задрожала, заставив её моментально выпрямиться. — Уже лучше, — Оньянкопон указал на длинный рычаг справа. — Это коробка передач. Фэй посмотрела на неё с подозрением, потому что раньше её не видела. Ей казалось, что машина будет куда проще в использовании. — Сейчас у тебя нейтральная передача. Машина будет стоять сколько угодно, пока мы на ровной поверхности, или пока поднят ручной тормоз, — он указал еще на один рычаг, о котором Фэй даже не догадывалась. — Сцепление, — Фэй снова нажала педаль. — Теперь рычаг немного к себе и вперёд. Она попыталась, но не получилось. Он упрямо остался на месте. — Не выходит, почему? — Сцепление не отпускай, выжми в пол, — спокойно, даже с легким весельем, произнес Оньянкопон, заставив её нахмуриться еще сильнее. Фэй снова нажала, и на этот раз передача вошла с характерным щелчком. — И что теперь? — Теперь самое интересное, — он неожиданно с щелчком опустил то, что называл ручным тормозом, и Фэй сразу насторожилась. — Правой ногой найди газ и медленно отпускай сцепление. Попытайся одновременно давить на газ, пока плавно отпускаешь сцепление. Фэй начала отпускать педаль, нога тут же задрожала от напряжения. — Я чувствую себя идиоткой, — нервно пробормотала она. — Все чувствуют себя идиотами на первом уроке. Теперь немного газа. Она осторожно нажала правой ногой и двигатель загудел громче. Машина вздрогнула, а Фэй напряглась, в ужасе вцепившись в руль. — Она двигается! — слишком высоким голосом воскликнула она. — Отлично. Не переставай работать педалями. Машина медленно поползла вперёд, всего на несколько метров. Фэй уже начала улыбаться, представляя себя величайшим водителем человечества, а потом слишком резко бросила сцепление, из-за чего машину дёрнуло и двигатель мгновенно затих. Наступила такая неожиданная тишина, что Фэй ненадолго застыла, после чего медленно повернулась к Оньянкопону. Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. — Почему? Оньянкопон сидел с абсолютно спокойным лицом, когда мягко улыбнулся: — Поздравляю. — С чем? — Ты только что заглушила свою первую машину. — Я её сломала? — Фэй в ужасе уставилась на руль. — Нет, — он громко рассмеялся, но ей от этого не стало легче, потому что ожидания не совпали с реальностью. Она грустно выдохнула и закрыла лицо руками, ясно представляя, сколько понадобится времени для того, чтобы освоить вождение. — Хорошо. Теперь давай всё заново, — все также спокойно и тепло улыбаясь сказал Оньянкопон, на что Фэй согласно закивала и снова потянулась к ключу.

***

Фэй возвращалась в чайную почти вприпрыжку. Ей приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не улыбаться во весь рот каждому прохожему. Да, занятие оказалось намного сложнее, чем она представляла. Если бы кто-то ещё вчера сказал ей, что для того, чтобы заставить машину проехать несколько метров, потребуется одновременно следить за ногами, руками, рычагами, звуком двигателя и ещё каким-то мифическим ощущением сцепления, она бы решила, что над ней издеваются. Но машина всё-таки поехала. Пусть и ненадолго, и пришлось еще много-много раз захглогнуть, причем настолько глупо, что даже Оньянкопон хватался за голову. Она поехала. Фэй до сих пор чувствовала приятное возбуждение от воспоминания, как огромная железная коробка подчинилась ей и медленно покатилась вперёд. Это было похоже на магию после лошадей, телег и бесконечных пеших прогулок. С рулём она вообще сразу подружилась, хорошо почувствовав дорогу и габариты машины, поэтому повороты давались ей очень легко. Проблемой были только проклятые педали. Дурацкое сцепление! Фэй была уверена, что создатель сцепления был таким же мудаком, как и первый король Парадиза. Хотя все равно настроение было просто отличным. Фэй чувствовала настоящий азарт, словно нашла что-то свое, что-то очень интересное и интригующее, еще и полезное. Ей ужасно хотелось рассказать обо всём Леви, как она тронулась с места, как заглохла, как едва не сломала коробку передач, и как скоро она научится водить, облегчая их жизнь в сотни раз. Она никогда не видела женщин за рулем. Ей так хотелось быть первой, кто будет разъезжать по материку на своей машине, удивляя не только близких, но и случайных прохожих. Черт, как бы ей пошла машина. Но Фэй не была из тех, кто делился успехами до того, как их добился. Она искренне хотела сделать Леви сюрприз, чтобы увидеть его лицо, когда он узнает. Войдя в чайную, Фэй пришлось постараться, чтобы выглядеть нормально, тем более после загадочной встречи с другим мужчиной, что, как ей казалось, не могло уйти от Леви незамеченным. Хотя, судя по всему, старалась она зря, потому что он даже не поднял головы от бумаг. Он выглядел всё таким же мрачным, молчаливым и сосредоточенным, от чего Фэй слегка замедлилась, все-таки ожидая каких-то вопросов от него, но их так и не последовало. Она даже немного растерялась, но вскоре просто пожала плечами. Ну и ладно. Меньше шансов случайно проболтаться. Оставшаяся часть дня прошла спокойно. Покупателей было немного, но несколько продаж все же удалось сделать. Фэй была настолько занята собственными мыслями, что время пролетело удивительно быстро, и только когда они закрыли чайную и вернулись домой, она наконец позволила себе расслабиться. В голове уже выстраивался привычный вечерний план: переодеться, приготовить ужин, возможно, даже немного помечтать перед сном, как будет ездить на собственной машине по улица Либерио. Она уже собиралась пройти в свою комнату, когда услышала голос Леви, о котором из-за своих переживаний совсем забыла. — Нам нужно поговорить. Фэй остановилась слишком резко, потому что что-то в его тоне заставило её насторожиться. Она обернулась, посмотрев на него. Леви всё ещё сидел в коляске посреди гостиной, абсолютно неподвижный. — О чём? — она слегка нахмурилась, делая шаг ему навстречу. Он ответил не сразу, словно собираясь с мыслями, а потом совсем тихо сказал: — Сядь. — Это настолько серьёзно? — Да. Фэй почувствовала неприятный холодок где-то внутри, когда нехотя подошла ближе к нему и села на диван напротив. Заглянув в его сосредоточенное задумчивое лицо, она заметила, как странно он себя ведёт. Чайник не стоял на плите, куртка всё ещё лежала на спинке кресла. Даже руки не помыл. Вообще не сделал ни одной из тех мелочей, которые всегда выполнял, едва переступив порог дома. За эти несколько дней Фэй успела изучить его привычки достаточно хорошо, чтобы понять, что случилось что-то серьёзное. Она внимательно посмотрела на него, всё ещё находясь под впечатлением от прошедшего дня. На её лице, наверняка, оставался легкий румянец, в глазах — блеск от восторга, который подарило ей первое вождение. На контрасте с его бледным серьезным лицом, ей стало как-то совсем неловко от своей слишком очевидной радости. Леви выглядел так, словно собирался вынести приговор. Он смотрел на неё так долго, что она физически ощутила, как счастье медленно покидает её лицо. Фэй нервно прикусила губу. — Леви... Он глубоко вдохнул, казалось, что каждое слово, которое он собирался сказать, давалось ему с трудом. Наконец он поднял взгляд, встретившись с ней глазами, и произнёс: — Я думаю, тебе стоит уехать.