Часть 45. Или новый день

Пробуждение было приятным. Такого Фэй не испытывала слишком давно. Лежать на его плече, ощущать его руку на талии и вслушиваться в мирное дыхание, следить глазами за его равномерно вздымающейся и опускающейся грудной клеткой. Она с некой грустью посмотрела на новый шрам, пересекающий его грудную клетку. Видимо, остался после взрыва громового копья. И все равно она не могла почувствовать того страха, который испытала тогда, в их первую встречу. Сейчас перед ней лежал её Леви. Тот самый, родной и все такой же хмурый, даже во сне. Единственной значимой переменой в нем было то, что он спал дольше неё. Возможно, организм позволил себе расслабиться, не будучи больше в вечной тревоге из-за очередной опасности. Ей до безумия хотелось покрыть каждый сантиметр его кожи короткими поцелуями, чтобы вновь ощутить его под собой, то, каким горячим и открытым он мог быть с ней. Улыбнувшись собственным мыслям, Фэй немного пошевелилась и тут же поморщилась. Тело отвыкло от таких физических нагрузок. Бедра болели. А между ними и вовсе ощущалась липкость от засохших выделений. Надо срочно в душ. Аккуратно привстав, она постаралась перелезть через него, надеясь, что не разбудит его своими движениями, тем более ей не хотелось с самого утра светить голым задом. Наконец справившись с задачей, Фэй застыла у кровати, проверяя чуткость его сна, однако Леви лишь нахмурился и продолжил спать. Схватив полотенце со стула, она осторожно вышла из комнаты, по пути вспоминая кое-что, что, видимо, заставит её тревожиться до самой менструации. Я позволила ему кончить в меня. Твою мать! Встав под горячие струи воды, Фэй не знала, куда себя деть, находясь между чувством искреннего счастья и беззаботности, и ощущением приближения плохих последствий после такого необдуманного секса. Чертова страсть окончательно вытолкнула здравый смысл! Идиотка, Фэй! Отмывшись от вчерашней ночи, она наконец вылезла из ванной и протерла рукой запотевшее от горячего пара зеркало. Отражение было мутноватым, но она могла ясно рассмотреть горящие глаза, искусанные губы и невероятно довольное лицо. Хмыкнув, Фэй завернулась в полотенце и пошлепала босыми ногами на кухню. Одновременно ей казалось, что она совсем выжила из ума, и при этом более логичной вещи в этом мире и не видела, когда поставила чайник на плиту и открыла холодильник, чтобы приготовить что-нибудь вкусное и такое же теплое и уютное, как это утро. Пожарив довольно-таки быстро блинчики с яйцами, она нарезала сыр и заварила чай, уже представляя его сонное лицо, когда она принесет это всё в постель. Он убьет тебя, если ты притащишь еду в комнату. Совсем что ли? Отмахнувшись от собственных мыслей, Фэй поставила тарелки на поднос, проверяя узел полотенца, обмотанного вокруг тела на прочность, а затем довольной походкой направилась в свою комнату. Заглянув в неё, она увидела, что Леви все еще спал, от чего её брови поднялись в удивлении. Надо же. Как долго он спит. Даже шум на кухне не разбудил? Нахмурившись, Фэй поставила поднос на тумбу возле кровати, и подозрительно прищурилась, рассматривая его. Если бы не его едва слышное сопение, в ее голову бы уже наверняка закрались дурные мысли. Решив, что негоже ему столько спать, она наклонилась к его лицу и оставила легкий поцелуй на его щеке, на что он лишь поморщился, не желая просыпаться. — Это еще что такое? Давай просыпайся! — возмутилась Фэй, садясь на него сверху. — Не хочу, — буркнул он, давая ей понять, что уже давно не спал. — Почему? — удивилась она, видя, что она даже не открыл глаза. — Потому что придется вставать и идти в чайную, и всё это закончится, — наконец он тепло на неё посмотрел, но тут же повернул голову в сторону подноса и слегка удивился. — Завтрак в постель? Ты хочешь тараканами обзавестись? Фэй закатила глаза и упала лицом куда-то в область его шеи, наслаждаясь его запахом. — На кухне же их нет, значит, и здесь не появятся. Да и один раз можно, — она могла увидеть как его кожа покрылась мурашками от её горячего дыхания возле его уха. — И почему всё закончится? Я никуда не уйду, если ты не передумал, — Фэй резко выровнялась и с неким страхом посмотрела в его лицо, на что он отрицательно покачал головой. — Я же сказал, что если ты захочешь уйти, я переломаю тебе ноги? — он выгнул бровь в вопросе, на что она фыркнула. — Если догонишь. Леви сузил глаза, прикусив губу в раздумии, а затем подарил ей такую редкую ухмылку. — Так значит, завтрак, а потом в чайную? — он выровнялся в спине, придерживая Фэй одной рукой. Она задумчиво на него посмотрела, затем на еду на тумбе, а потом снова на него и неопределенно пожала плечами, хитро улыбаясь. Леви поймал этот взгляд и вопросительно на неё посмотрел. Сама же Фэй резко качнула бедрами, все еще сидя на нем. На ней было лишь одно полотенце, поэтому он мог ощутить как было тепло между её ногами. Его бровь слегка дернулась, когда он медленно опустил свою руку с её спины на бедро, пробираясь пальцами под полотенце. Фэй продолжала смотреть прямо ему в глаза, ожидая, когда его ладонь наконец ощутит её наготу. Она видела, как он задержал дыхание, проводя пальцами по лобку. Слегка приподнявшись, она позволила ему просунуть руку дальше и сильно прижалась собой к его пальцам. Леви прикрыл глаза, слегка приоткрыв рот, когда ощутил знакомую влагу на своей коже. Фэй слегка дернула бедрами, медленно подводя его пальцы ко входу, а когда они наконец проникли в неё, то едва слышно застонала, насаживаясь на них еще сильнее. Свободной рукой сдавила его плечо и слегка наклонилась вперед, продолжая свои движения, как какой-то ритуальный танец. Прикусив губу, продолжала подниматься и опускаться на нем, прекрасно видя, с каким желанием он наблюдал за эмоциями на её лице. — Завтрак остынет, — решил напомнить ей Леви, на что она фыркнула, резко переползая с него так, чтобы упасть на бок, спиной к нему. — Тогда решай, что выберешь: основное блюдо или десерт? — обернувшись через плечо, Фэй посмотрела на него самым развратным взглядом, на что он закатил глаза, поворачиваясь всем корпусом к ней. Одним движением стянул с неё полотенце, оставляя обнаженной, а затем с силой притянул к себе, обрушиваясь влажными поцелуями на её шею и плечи. — Даже зубы не дала почистить, — пробурчал он между поцелуями, пока сама Фэй выгибалась под ним, совершенно не слыша, что он там ей говорит. Тяжело вздохнув, Леви скинул с себя одеяло и придвинулся еще ближе, находя самую удобную для своего колена позицию. Спустив белье, прижался к её бедру твердым членом и громко задышал, делая поступальные движения вверх и вниз. — И я душ не принял, — прошептал он едва слышно, на что Фэй недовольно застонала, самостоятельно нащупывая рукой его член, чтобы в следующую секунду приставить его к влажному входу. — Черт... Не теряя времени, она медленно насаживалась на него, позволяя себе привыкнуть. Ей казалось, что приятнее чувства в мире нет. Ощущать его обнаженную грудь, прижавшуюся к её спине, позволять его руке гладить её бедро, пока вторая, просунутая под талию, сжимала грудь с каким-то безумным голодом. Оперевшись ладонью о подушку, Фэй слегка выгнулась в спине, двигаясь то вперед, то назад. Богини, как же она любила эту позу. Словно услышав её мысли, Леви вновь опустился зубами на её плечо, ускоряя свои движения. Знакомые шлепки наполнили комнату, и она громко застонала. Все это было настолько привычно, настолько правильно. То, как он чувствовал её желания, как реагировало её тело, наслаждаясь каждым его прикосновением, как быстро она намокала, принимая его в себя, как нечто идеально подходящее ей, словно их тела и души были изначально созданы друг для друга. Даже то, каким он порой бывал быстрым, резким, будто его стиль борьбы был таким же и в постели. Она знала, что иначе он не мог, что ему нужна была эта скорость, эта интенсивность, эта грубость даже в самых простых позах. Изменился? Ничего подобного. Даже нога ему не помешала вскоре полностью навалиться на неё, сжимая и шлепая её ягодицы с той же силой, что и раньше. Вот только поцелуи стали глубже, дольше. Кожа покрылась мурашками от обилия влаги из-за его поцелуев, укусов и зализывания покрасневшей от них кожи. Фэй обожала то, как он водил руками по её спине, щипая, сжимая и прижимая к себе. Когда его ладонь привычно погрузилась в её волосы, притягивая еще ближе к себе, она лишь смиренно застонала, подчиняясь ему полностью. Ей казалось, что он умудрился набрать еще больше веса, иначе не могла понять, почему под ним было так чертовски тяжело и так липко, так влажно, так хорошо и горячо. Подмахивая ему бедрами, она закатывала глаза от каждого нового толчка внутри неё. — Раздвинь ноги, — неожиданно прошептал он ей прямо в ухо, от чего Фэй жалобно застонала. — Еще шире. Бедра и так болели после вчерашнего, но Леви никогда не жалел её ни на тренировочном поле, ни в постели. Раздвинув ноги настолько, насколько могла, она даже не поняла сначала, почему ему так захотелось положить её в позу чертовой лягушки, пока не ощутила насколько глубоко он стал входить в неё. Ритмичные шлепки сводили с ума. Фэй начала выгибаться сильнее, чтобы потереться о покрывало, комком лежавшее под ними. Ощутив очередное сжатие его ладони на своей ягодице, она застыла. Он неожиданно вышел из неё и потерся головкой о её клитор, вынуждая брови приблизиться от этого резкого движения по самой чувствительной точке. — Гхм... Да... Так, — Фэй вжалась лицом в подушке, стараясь при этом приподнять бедра, чтобы ощутить его на себе и в себе, лишь бы не останавливался. Его рука с силой сжала её шею со спины, вдавливая еще сильнее в кровать, словно в попытке её остановить, как какую-то кошку, которую хватают за холку, чтобы та застыла. Но Фэй лишь злобно застонала, игнорируя его попытки её притормозить. Пошел к черту. Ей нужна была эта разрядка прямо сейчас. Неожиданно Леви навалился на неё всем весом и резко вошел во всю глубину, заставляя сдавленно крикнуть от резкости его движений, а затем, просунув руку под её живот, чтобы нащупать клитор, с прежней скоростью начал в неё вбиваться, вынуждая её вскрикивать каждый раз, пока наконец не дошла до своего пика, дрожа всем телом от долгожданного оргазма. Но даже полностью расслабившееся тело не освободило её от новых и новых толчков, которые казались еще сильнее из-за чувствительности её сокращающихся мышц. Ей оставалось только задыхаться в подушку, думая лишь о том, что если бы она знала, что он все еще мог так трахаться, то они бы сошлись в первый же день её приезда.

***

В чайной было спокойно. Даже уютно и сонливо, особенно, когда солнце достаточно поднялось, но ещё не начало припекать, а воздух внутри пропитался ароматами чая, деревом и чем-то совсем уж личным. Наверное, так чувствовалась гармония. Фэй была в лучшем расположении духа. Как будто день с самого утра сложился так, как надо, и она даже боялась подумать, что что-то могло его испортить. Они всё-таки позавтракали вместе. Блинчики и яичница уже успели остыть, но Фэй было плевать после испытанного оргазма. Она сидела напротив Леви, прямо на кровати, пила свой чай и чувствовала себя абсолютно счастливой. Потом они все же отправились в чайную, и там уже завертелись дела. Она продала немного чая перед тем, как пришли поставщики, которые получили много заказов от Фэй, пока Леви сверялся с листами. Он ей не мешал, пока она применяла все свои женские чары для того, чтобы выбить скидку получше, лишь иногда недовольно хмыкал, но увидев результат, замолчал. Как будто он и так не знает, что самый особенный в её жизни. В конце концов, она держала его член во рту после того, как он почти выгнал её из дома. К середине дня в дверях чайной появились гости. Фэй подняла голову и сразу узнала парня. Фалько. А вот девчонку рядом, она видела впервые. Темноволосая, быстрая, как какой-то безумный вихрь влетела в помещение и понеслась прямо к Леви. — Капитан! — голос звонкий и радостный, да такой, что Фэй аж поморщилась от звона в ушах. Фалько же только широко улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу в дверях. Фэй отступила на шаг, взяла тетрадь и стала считать деньги, чтобы занять руки. Она смотрела на них краем глаза и чувствовала, как внутри что-то тёплое сменяется осторожностью. Чужие люди. Свои для него, но не для неё. Тем более дети. — Привет, Габи. Леви на удивление не отстранился. Позволил себя обнять, но мельком, будто обозначив свои границы допустимого, но Габи, судя по всему, и этого хватило. Она оторвалась от него с горящими глазами, готовая рассыпаться в благодарностях и ещё бог знает в чём, но взгляд её споткнулся о стойку. Фэй стояла там, прищурившись, и делала вид, что целиком поглощена подсчётом выручки. Пальцы перебирали купюры чуть медленнее, чем нужно, но она упрямо не поднимала головы. — Ой, а… — Габи сбавила тон, растерянно моргая. Фэй приподняла бровь, ничего не сказав сначала, но потом все же сдалась: — Я Фэй. — А, — Габи слегка засмущалась и перевела взгляд на Леви, пытаясь вернуть себе прежнюю бодрость: — У вас новая помощница? Леви качнул головой, почти незаметно. — Нет, это Фэй. С Парадиза. Мы давно знакомы. Неожиданно для Фэй, Габи аж вспыхнула, её щёки стали розовыми, а глаза широко распахнулись. — А, — выдохнула она громче, чем собиралась. — Это та самая? Которая… ну… разбила вам сердце? — Заткнись, — ровно сказал Леви. — Да ладно, — Фэй хмыкнула, и наконец оторвала взгляд от кассы. — Неужели прям разбила? Габи замялась, виновато перебирая пальцами край своей куртки, а потом вдруг выпалила: — А она красивая. Фалько, который наконец решил вмешаться, подошел ближе, схватил Габи за локоть и зашипел: — Габи, просто замолчи. Было видно, что парнишка буквально умолял свою подружку остановиться, но та уже улыбалась во весь рот, глядя на Фэй с восторженным выражением лица. Фэй хотела нахмуриться, чтобы сохранить лицо, сделать вид, что ей всё равно на эту болтовню, но смех подступал сам собой. Она закусила губу изнутри, но уголки рта всё равно предательски поползли вверх. Потому что, чёрт возьми, это было даже мило. Не каждый день узнаёшь, что Леви обсуждал её с кем-то. Значит, говорил о ней. Фэй сделала вид, что поправляет прядь волос, на самом деле пряча усмешку. — Так, — она облокотилась на стойку, прищурилась с притворной строгостью. — И что же вы там такого наслушались от капитана? Мне аж любопытно. Габи, которая уже справилась со смущением и снова сияла, открыла было рот, но Фалько дёрнул её за рукав. — Габи, прекрати, — прошипел он. — Да ладно тебе! — Габи высвободилась и шагнула ближе к стойке, сверкая глазами. — Капитан просто… ну, он немного рассказывал. Очень немного! Но я поняла, что вы, наверное, важный для него человек. Раз он до сих пор… — Габи, — голос Леви прозвучал тише, чем обычно, но в нём читалось такое предупреждение, что Фалько вздрогнул. Фэй же не сдержалась и тихо рассмеялась. — Ладно, не будем его мучить, — она перевела потеплевший взгляд на Габи, и та, с облегчением выдохнув, тут же затараторила, перескакивая с темы на тему: — А у вас как дела? Мы давно не виделись! Мы с Фалько тут помогали детям в портовых районах. Организовали небольшую столовую, раздаём еду, одежду. Фалько вообще молодец, такой полезный. Но вообще это скука смертная. А вы? Как вы тут? Капитан, а у вас тут уютно! Леви, скрестив руки на груди, слегка повёл плечом. Фэй заметила, как дёрнулась его челюсть, от чего она поняла, что он явно был не в восторге от того, что Габи вывалила эту историю про «разбитое сердце». Но он сдержался, бросая короткий взгляд в сторону Фэй, и ответил сквозь зубы: — Всё нормально. Развивается чайная, — и резко замолчал, будто это был достаточно исчерпывающий ответ на все возможные вопросы. Фэй подавила очередную улыбку. «Развивается чайная». Ну конечно. Красноречие у Леви было поистине королевским. — Продажи неплохо идут, — добавила она, чтобы хоть как-то заполнить паузу. — Вот заказали новые виды чая, к обеду, вероятно, заберу вывеску, так что, вроде как, не жалуемся. Фэй взглянула на Леви, который стоял всё с тем же непроницаемым лицом, но она-то видела, что он все еще был смущен. Ну как ребенок! И от этого на душе у Фэй стало вдруг так тепло и спокойно, как не было даже этим утром.

***

Леви сам не заметил, как дни полетели. Ещё неделю назад, когда Фэй только приехала, казалось, что время застыло. Каждый час тянулся, как во времена разведки. А теперь он не понимал, куда всё девается, почему вдруг стало так просто. Куда делись их диалоги? Попытки разобраться в их отношениях. Ему даже казалось, что она нарочно старается говорить меньше, ведь стоило ему хоть немного стать серьезнее, как Фэй затыкала его поцелуем, а дальше все превращалось в секс двух людей, безумно соскучившихся друг по другу. И всё равно её было мало. Даже когда они молча пили чай, или когда она возилась на кухне, взяв на себя обязанности их единственной возможности питаться нормальной едой. Даже когда она весь день проводила в его чайной, а потом и вовсе переехала в его спальню, так как там было удобнее спать и не только. Её было физически мало, и Леви не понимал, откуда в нем появился этот голод. Почему ему было так страшно нарушить это спокойствие? Словно всё это было временным, что в любой момент он мог всё испортить, или она просто передумает и решит сбежать. Хотя она никогда не сбегала. Только, когда сам её оттолкнул. Поэтому теперь он чувствовал на себе груз настоящей ответственности под названием "не облажаться". Они повесили новую вывеску на чайную и она сработала. Клиентов стало куда больше, но Фэй умудрялась справляться и с новым потоком, заставляя при этом и его хотя бы изредка улыбаться клиентам. Под улыбкой он имел в виду — не бурчать на них и говорить, чтобы приходили еще. А еще Фэй всё так же пропадала на занятиях с Оньянкопоном. Леви знал, что это глупо, что она доказала ему всем, чем можно, что желала только его, но каждый раз, когда она выходила за дверь с этой своей лёгкой улыбкой, внутри что-то скреблось. Ревность. Мерзкая, липкая. Он её ненавидел. Она была ниже его достоинства, поэтому он сдерживался. Стискивал челюсть, отворачивался к окну, считал до десяти, но не лез, не запрещал и не задавал лишних вопросов, пока однажды не выдержал. К обеду в чайной как обычно ни души. Еще и дождь за окном, слякоть. Фэй сидела за столом, пила чай и смотрела в никуда, ожидая прихода Оньянкопона. Леви сжал подлокотники кресла и посмотрел на неё, на её спокойное лицо и на часы. — Раз уж в чайной нет клиентов… может, я с вами пойду? — вопрос был неожиданным настолько, что Фэй слишком медленно повернула к нему голову, округлив глаза в ужасе. — Что? — Мне казалось, у тебя нет проблем со слухом, — буркнул он, отводя взгляд в сторону. Её удивление быстро сменилось какой-то странной радостью, словно он только что предложил не прогулку до машины, а поездку на край света. Леви подумал, что, наверное, зря в это ввязался. — Замечательная идея, но ты уверен? — с плохо скрываемым весельем спросила Фэй. — Да, — он даже не моргнул. — Я хочу видеть, как ты обучаешься. Она посмотрела на него так, что стало очевидно, что она поняла настоящую причину его любопытства, но вслух сказала только: — Ну, как знаешь, — пожала плечами и отвернулась к окну, все еще хитро улыбаясь. Леви думал, что он справится, что это просто поездка, что он посидит сзади, посмотрит, убедится, что ничего особенного там не происходит, и успокоится. Как же он ошибался. Спустя двадцать минут он уже крупно пожалел о своём решении. Оньянкопон вывез их куда-то за город на пустую дорогу. Фэй пересела за руль. Леви с заднего сиденья видел, как она поправила зеркало, как крутанула руль туда-сюда, проверяя ход. Выглядит уверенно. Но он-то помнил, как она летала на УПМ, используя газ на полную, даже когда не была уверена, куда лететь, и как её техника пилотирования держалась на чистом везении и попытках выжить, не расшибившись о ближайшее дерево. Сейчас же он был в зоне риска. Причем худшей, чем когда-либо. Возле титанов он хотя бы мог защититься. У него были лезвия, скорость и опыт. Он мог убежать, убить. Хотя бы попытаться. Но в этой железной коробке он был в ловушке. Еще и с Фэй за рулём. Она повернула ключ, и машина дернулась, задрожав, от чего у него засосало под ложечкой. Леви вцепился здоровой рукой в кресло Оньянкопона и закрыл глаза, молясь про себя, чтобы они оба не подохли такой тупой смертью. — Ты уверена, что можешь ей управлять? — с сомнением спросил он, еще раз осмотрев все приборы вокруг неё. Фэй отмахнулась, даже не посмотрев в его сторону. — Секундочку. Прозвучало неубедительно. Он видел, как она нажала на какие-то педали. Машина загремела противно, а потом неожиданно случился рывок. Их качнуло вперёд, назад, снова вперёд, а следом послышался резкий удар тормозов. Леви едва не поцеловал лобовое стекло носом. Он даже не понял, как успел выставить руки. Повернув голову, посмотрел на Фэй обезумевшим взглядом. — Ты что творишь, женщина? — Да расслабься, — она даже не покраснела. — Сейчас поедем. — Ты уверена? — он отсел назад, вжался в сиденье, будто это могло спасти. Оньянкопон с переднего сиденья засмеялся. Леви скосил на него взгляд, полный ненависти. Фэй тем временем снова крутанула ключ. Машина взревела, но на этот раз поехала без резких рывков. Просто покатилась вперёд. Леви смотрел на её руки на руле. На то, как она сжимает его слишком сильно, всматриваясь вперёд и высунув кончик языка. Зачем? Мне не хватало приключений? Титанов было мало? В окне проплывали пустые поля. Дорога была прямая, как струна, всё было достаточно спокойно, но Леви всё равно вцепился в сиденье и молился всем богам, которых не признавал. Он наблюдал за тем, как она сидит за рулём, уже более уверенными движениями обхватывая его. Спустя какое-то время она выглядела вполне расслабленно, смотрела на дорогу, чуть прищурившись, с лёгкой улыбкой на губах. С каждым новым проеденным метром они ускорялись. Сначала Леви думал, что ему просто кажется, что это плавный разгон, безопасный, но стрелка на приборной панели ползла вверх, и он уже не мог делать вид, что всё в порядке. В какой-то момент внутри него поселился ужас, от которого похолодели пальцы и пересохло во рту. Потому что Фэй уже летела со скоростью, на которой, блядь, титаны бегают. А она просто сидела и улыбалась, и рулила действительно неплохо. Леви ненавидел это признавать, но потенциал у неё был. Она чувствовала машину и дорогу, входила в повороты без паники. Может, через пару лет из неё вышел бы толк. Но он никогда не сядет с ней в машину, если она будет вести её таким образом. Фэй же откровенно веселилась. Ей было комфортно настолько, что она даже откинулась на сиденье чуть расслабленнее, словно ехала не сто двадцать по пустой дороге, а пила чай на кухне. — Потрясающие результаты за эти дни, — сказал Оньянкопон с переднего сиденья одобрительно. — Ты быстро учишься, Фэй. Она отмахнулась, но улыбнулась шире, поворачиваясь к нему лицом. — Руки на руле держи, — рявкнул Леви сзади. — И на дорогу смотри! — Хорошо, хорошо, — пропела она, даже не думая сбавлять скорость. Леви стиснул челюсть, вцепляясь в сиденье так, что костяшки побелели, и молча проклинал тот момент, когда вообще открыл свой рот, предлагая поехать с ними. К концу поездки его укачало. Он, человек, который летал на УПМ в любую погоду, которого не тошнило ни на кораблях, ни в повозках, ни в самых диких кульбитах. Но от резких маневров Фэй, особенно когда она решила, что резкое торможение перед финишем будет хорошей идеей, ему стало дурно. Она остановилась и посмотрела на него через плечо. — Ну как? Леви медленно выдохнул и посмотрел на неё, на её глаза, блестящие от азарта. — Ты меня укачала, — сказал он глухо. — Никому не удавалось. — Это комплимент? — Фэй рассмеялась, запрокинув голову. — Нет. Больше я с тобой никуда не поеду. Она только улыбнулась в ответ. Леви знал эту улыбку, которая означала «посмотрим». И сам он понимал, что если она все же купит машину, ему придется привыкнуть.

***

Вечером, после работы, Фэй сияла. Она возилась с чашками, что-то напевала под нос, а потом вдруг повернулась к нему и сказала: — Давай пойдем не домой. — А куда? — Леви поднял бровь. — Ну, — она пожала плечами, делая вид, что это спонтанная мысль, хотя он видел, что она уже всё давно решила. — Зайдём куда-нибудь. В бар. Он слегка нахмурился. Бар. Он не любил бары. Даже раньше, когда мог ходить, не особо жаловал. А теперь — тем более. Быть в коляске среди пьяных, громких людей, которые будут пялиться, или же делать вид, что не пялятся. — Я не был там в коляске, — сказал он глухо. Фэй отмахнулась, даже не посмотрев на него. — Ну и что? Что теперь, всю жизнь кататься между чайной и домом? — она сказала это так легко, будто не понимала, что озвучила то, чего он боялся. Леви замолчал, потому что вдруг подумал, что ведь это оно. Стоило Фэй почувствовать счастье, покой и стабильность, как ей сразу хотелось большего, новых приключений и острых ощущений. Чего-то такого, что находится только за пределами их маленького уютного мира. И он не был уверен, что сможет это ей дать. Но глядя на её светлое лицо и широкую улыбку, он не мог сказать нет, лишь пожал плечами, сделав вид, что это пустяк. — Хорошо. Давай зайдём. Точнее, заедем. Фэй прищурилась, откладывая чашку обратно на стол, и фыркнула: — Ха-ха-ха. Очень смешно. — Я старался, — без улыбки ответил Леви. Она собралась слишком быстро, словно мечтала об этом событии всю свою жизнь, что только вызывало больше сомнений. Чёрт с ним, со страхом. Если она хочет, то попробуем. Хуже, чем с титанами, всё равно не будет. Но это чувство его не отпускало. Он только начал свыкаться с мыслью, что всю жизнь проведёт в этой коляске. Но теперь, когда рядом с ним шла она… Слишком красивая для него. Леви боялся. Боялся наткнуться на чужие взгляды, которые люди даже не замечают, но он их всегда чувствовал, словно он чудовище, поймавшее красавицу в свои когти и не желающее её выпускать. Леви знал, что это глупо, но одно лишь знание не лечило. Но потом он подумал, что Фэй сама сделала выбор остаться с ним. Если он продолжит до последнего тревожиться, если будет каждый день ждать подвоха, и начнёт её отталкивать раньше, чем она устанет, то история повторится. Он опять её оттолкнёт, сделав больно обоим. И они вновь будут страдать просто потому, что ему было страшно. Леви тяжело выдохнул. Пусть лучше всё идёт своим чередом, а он просто продолжит жить. Так, как и должен был жить. Без этих дурацких мыслей в голове. Или с ними, но молча. Бар встретил их запахом сигарет и пота. Липким, густым, въевшимся в стены. И он был не особо уютным, но при этом страшно знакомым. Оглядевшись по сторонам, он быстро осознал, что это был бар-бордель. Девушки легкого поведения уже сидели на диванах, поправляя платья, и смотрели на каждого входящего оценивающе. Он тут же перевёл взгляд на Фэй. Она, кажется, тоже поняла это, и вдруг засмеялась. — Ну и местечко ты выбрал, — сказала она, чуть склонив голову. — Я выбрал? — Леви даже приподнял бровь. — Это ты хотела приключений. — Не таких. — Других не будет, — он сделал паузу. — Ну что, остаёмся? Фэй посмотрела на него, на девушек, на бармена, который уже сверлил их взглядом, и вновь на него. — А давай, — сказала она с вызовом. — Интересно же. Леви подумал, что с ума сошёл, да и она тоже, хотя ей было не привыкать. Скорее она пришла в хорошо знакомое ей место. Такие вещи просто так не исчезают в человеке. Он задумчиво посмотрел на неё, понимая в очередной раз, что Фэй была красивая. Слишком красивая даже среди обилия не менее красивых и нарядных женщин. В своих чёрных брюках, в расстёгнутой рубашке, с этими дурацкими кудрями, которые лезли ей в лицо. Леви смотрел на неё и видел, как она привлекает ненужное мужское внимание. Местных проституток им, видите ли, мало. Теперь они решили на Фэй смотреть. Леви на всякий случай провёл рукой по лодыжке. Нож был на месте. Пальцы нащупали знакомую тяжесть, и он чуть расслабился, потому что хоть он и выглядел беззащитным в этой дурацкой коляске, но всегда был готов. Один резкий выпад, и любой, кто посмотрит не так, получит ножом между рёбер. Или в челюсть. Или куда получится, но обязательно больно. Он был всегда готов. Они сели за столик. Довольно близко к сцене, чтобы привлечь еще больше внимания, как ему показалось. Фэй же уверенно плюхнулась на стул, положила ногу на ногу и осмотрелась с видом хозяйки этого заведения. Она оценивающе проследила взглядом за местными девушками, иногда одобрительно кивая, а иногда презрительно качая головой. Леви лишь закатил глаза, но вскоре подошла официантка, привлекая его внимание к себе. Молодая, уставшая, с накрашенными глазами и ярко-красной помадой на губах, почти такой же, какая была на Фэй в тот день, когда они разрушили Либерио. — Что вам принести? — Вино, — сказала Фэй, лениво махнув рукой. — Красное. — Мне ром, — спокойно ответил он, даже не удивляясь выбору Фэй, хотя она посмотрела на него с усмешкой. — Ром? — А что не так? — он вопросительно поднял брови. — Не знаю, напоминает кое-что. Фэй тихо рассмеялась, и официантка куда-то ушла, а Леви снова поймал на себе чужой взгляд. Мужик за соседним столиком, с мятым лицом и жирными руками, смотрел на Фэй так, будто она была десертом, который ему не подали. Леви медленно перевёл на него взгляд, но ничего не сказал, лишь продолжал смотреть. Тот быстро отвернулся, сделал глоток из своей кружки и стал вдруг очень занят изучением столешницы. — Ты кого-то высматриваешь? — спросила Фэй, подперев щеку рукой. — Нет, — сухо ответил он, все еще с недовольством смотря на мужика. — А смотришь так, будто цель нашёл. — Я всегда так смотрю, — Леви наконец повернулся к ней. — Правда, — она склонила голову. — Всегда. И улыбнулась ему так, что Леви на секунду забыл, где они находятся, и что он вообще хотел только что проломить кому-то череп. Она сидела, крутила в пальцах край скатерти, потом подняла глаза и спросила: — Когда-то мы тоже были в баре. — Это был паб. И там было всё намного приличнее, — Леви недовольно поморщился, на что Фэй отмахнулась. — Тебе стоило хоть раз прийти со мной в бордель. Он поднял брови. Причем так резко, словно она предложила ему спрыгнуть с моста. — Ни за что. — Почему нет? — она даже обиделась, правда всего на секунду. — Там всегда было уютно. — Ага, — усмехнулся он, — и цены кусающиеся. Фэй усмехнулась в ответ. Леви видел, что она готова сказать что-то такое, от чего ему станет неудобно. — Ну да, — она подалась вперёд, понизила голос, будто рассказывала страшную тайну. — Ты же Мари отдал всё своё состояние в один из своих одиноких вечеров. — Я думал, ты не будешь об этом напоминать, — он недовольно скривился, вспоминая подробности той ночи. — А я думала, это был твой первый опыт с женщиной, — она смотрела на него с прищуром, в уголках губ затаилась улыбка. Леви цокнул языком. Повернул голову, будто разглядывал что-то на сцене, но Фэй видела, что он смутился, судя по напряжённой челюсти и неподвижным плечам. — Сложно назвать это опытом, — выдавил он. — Ну да, ну да, — она откинулась на спинку стула, сложив руки на груди. — Мари рассказывала. Леви резко повернулся к ней. — А разве не должно было быть хоть немного конфиденциальности в ваших стенах? — он прищурился. — Не слишком ли много говорите о своих клиентах? — Нет, — Фэй покачала головой, спокойно, даже ласково. — Мы не говорим о клиентах. Мы говорили о тебе. Он замолчал, лишь холодно посмотрел на неё, а она не отводила взгляд, хотя в нем было что-то тёплое, словно они вернулись обратно в прошлое. — Мария… — начал было Леви. — Мари много чего рассказывала, — перебила Фэй мягко. — Не бойся. Ничего постыдного. — Я не боюсь, — сказал он слишком быстро, на что Фэй улыбнулась, кусая губы. Она отвернулась к сцене, сделав вид, что поверила, а вот Леви сидел и думал о том, как много она на самом деле знает. Он чувствовал себя почему-то голым. — Ну, знаешь, — Фэй отпила вино, которое им наконец принесли, помолчала несколько долгих секунд, покрутив бокал в пальцах. — Та история позволила мне немножко поменять мнение о тебе. Леви насторожился. Он всегда настораживался, когда она говорила «знаешь» и замолкала посреди фразы. — Я думала, что тебе вообще плевать, — продолжила она, не глядя на него. — На женщин. На секс в целом, — он молчал, позволяя ей продолжить. — Пока не попробовала его с тобой. Леви вновь цокнул языком и отвернулся к стойке, сделав вид, что ему интересно, как бармен протирает стаканы. — Слишком много думаешь, — буркнул он. — Да ладно, — Фэй улыбнулась в край бокала. — Разве я не единственная, с кем ты был таким… раскрепощённым? Он сначала не ответил, надеясь, что её что-нибудь отвлечет и она забудет об этом разговоре, но вскоре сдался и нехотя ответил: — Возможно. Фэй хмыкнула, причем очень довольно, убеждаясь в своем предположении. — Я ещё разговаривала с Элис, — сказала она небрежно, вспоминая между делом. Леви побледнел по-настоящему, причем так, что даже в тусклом свете бара Фэй заметила перемену на его лица, даже её брови взлетели. — Что? — выдохнул он. — Да, кстати, — она смотрела на него с прищуром, в её взгляде читалось любопытство, очень опасное любопытство. — Я не понимаю, почему ты её так… — она поискала слово, — отшил. Леви дёрнул головой, не довольный её внезапаным интересом к его прошлому. — Всё не так. — Почему? — Фэй подалась вперёд, облокотившись на стол. — Почему не так? Она довольно-таки красивая. И рыжеволосая. Мне кажется, в твоём вкусе, — она задумчиво замолчала, склонив голову. — Почему всегда рыжие? Леви посмотрел на неё убийственным взглядом, от которого обычно люди отступали, но Фэй лишь ухмыльнулась, подняв бокал, и сделала глоток, не отводя от него глаз. — Ты… — начал он, сжав челюсть. — Я что? — она моргнула невинно. — Ты невыносима. — Знаю, — она кивнула. — А Элис — нет? Леви шумно выдохнул, откинулся в коляске и уставился в потолок, моля всех богов, чтобы у этого бара неожиданно случился пожар, или чтобы его прямо сейчас проглотила земля. Леви сразу опрокинул стакан. Ром обжёг горло, и он поморщился. Фэй медленно пригубила вино, покрутила бокал, глядя на тёмную жидкость, и вдруг спросила: — А ты знаешь, что Элис была очень влюблена в тебя? — Леви не шелохнулся. — Несмотря на то, что ты был довольно-таки… безэмоциональным в постели, — закончила Фэй, и в голосе её звучала усмешка. Он тяжело вздохнул и потёр переносицу. — У неё было чисто, — сказал он глухо. — В медицинском крыле. Фэй рассмеялась слишком искренне и громко, запрокинув голову. — Именно об этом я и подумала, когда узнала о ваших отношениях. — Не было никаких отношений, — Леви фыркнул, дёрнул плечом. — Просто она липла ко мне, а я думал, что так будет правильно. Все это делали. — он замолчал на секунду. — Но никакого удовольствия это не приносило. Фэй допила вино. Поставила бокал на стол и сцепила пальцы в замок, строя из себя какого-то мозгоправа, который выслушивал историю его никчемной жизни с особым интересом. — И какой у тебя вообще был опыт? — Ты же знаешь, что небольшой, — Леви поднял на неё усталый взгляд. — Мари, Элис, — она начала загибать пальцы. — С Петрой я так поняла, у тебя… — Не надо, — перебил он. — Не надо что? — Перечислять. — Я не сужу, Леви. Мне просто интересно, — Фэй пожала плечами, как обычно не понимая, что слишком нагло лезла в его душу. — Мари была ошибкой, — сказал он тихо. — Элис была попыткой быть нормальным. Петра… — он замолчал, сжал челюсть. — Петра просто была рядом. Ты и сама знаешь, что между нами ничего не было. — А я? — спросила Фэй тихо, словно ей было мало того, что он и так безумно любил её, согласившись на пьянку в борделе, приняв её в своем доме, несмотря на все сомнения и страхи остаться ни с чем. Леви долго смотрел на неё, мечтая, чтобы она хоть немного пожалела о своём вопросе. — Не пытайся добиться от меня красивых слов. У меня это никогда не получалось, — сказал он сухо, после чего отвернулся к сцене, давая понять, что разговор окончен. Фэй не стала продолжать. Только налила себе ещё вина и тяжело вздохнула. В какой-то момент они замолчали. И Леви подумал, что это, наверное, самый удачный момент, чтобы спросить. Пока она расслабленна, пока между ними нет этой привычной обороны. — Почему ты раньше не рассказывала, что встретилась с отцом? — спросил он, замечая как Фэй замерла. — Это же было ещё до нашего расставания, — добавил тихо. Она посмотрела на него осторожно, будто проверяла, что именно он хочет услышать, но вскоре нахмурилась. — Я боялась сказать, что он нашел меня, и что обучал погружению в Пути, — она пожала плечами, делая вид, что это пустяк. — До нашего расставания я от него отказалась. Он попросил провести его на корабль, поэтому я поплыла с вами. Уговорила Ханджи, чтобы пустила меня с вами. — Только из-за этого? — искренне удивился Леви, смутно вспоминая, что она ему говорила что-то о страхе его больше не увидеть. Обманула! — Только из-за этого, — равнодушно кивнула она. — Так бы я осталась на Парадизе. — А твой отец? — Леви решил не заострять внимания на том, что когда-то она ему соврала. — Заставил, — Фэй отвела взгляд. Леви нахмурился. Недовольно, между его бровей пролегла глубокая складка, потому что он не понимал, как её могли заставить что-либо делать без её согласия, особенно с её способностями. — И ты решила меня обмануть? — Он угрожал, — сказала она тихо. — Мне? — с сомнением спросил он. — Нет. Не только тебе, — Фэй грустно покачала головой, и Леви замолчал. Внутри всё похолодело, когда он посмотрел на её напряженное лицо, понимая, что ответ ему не понравится, но всё же ему хотелось знать правду. — Почему ты не сказала тогда? — спросил он жёстче, чем хотел. — Потому что ты бы полез, — Фэй подняла на него глаза. — Ты бы попытался защитить меня. А он… — она вздохнула, — он умеет бить туда, где больнее всего. Я не хотела так рисковать, было проще провести его на корабль. Леви сжал подлокотник коляски так, что даже костяшки побелели. — Ты решила за меня. — Я решила за нас, — поправила она. — Разница есть. Они смотрели друг на друга. В полутьме бара, под тусклым светом, пока играла медленная музыка, которую никто из них не слушал. — Насколько он был опасен? — вдруг спросил Леви. Его голос был ровный, но Фэй услышала, что в нём что-то затаилось. Она посмотрела на него слишком серьёзно. — Через Пути он мог управлять толпами, — сказала она тихо. — Он мог приказать любому из разведчиков навредить тебе или Ханджи. Всем. Он грозился лишить Хисторию власти. — Тогда почему ему нужна была твоя помощь? — Леви даже не дёрнулся, только глаза стали темнее. — Потому что он не мог внушать тебе, Микасе и Эрену, — Фэй вздохнула, проводя пальцем по краю стола. — Знал, в любой момент может получить по заслугам, поэтому решил, что так будет безопаснее, если использует меня. — Но ты не… — Не подчинилась сначала, только помогла выбрать с острова, — закончила она за него. — Да. Но потом, в Либерио… — Фэй пожала плечами, её взгляд ушёл куда-то в сторону. — Мы снова встретились. Он пришёл в бар, где я работала, и тогда я решилась обучаться Путям. Погружаться в них. Она замолчала, а Леви ждал. Ей было также неприятно всё это рассказывать, как и ему о своей скромной личной жизни. — Тогда я стала терять свою человечность, — наконец сказала она чужим, отстранённым голосом. — Каждый раз, когда заходила туда, когда слушала его и училась, часть меня оставалась там. Я не замечала сначала, а потом стало поздно, — она подняла на него глаза, в них была странная печаль. — Я не хотела быть монстром, Леви. Я просто хотела, чтобы эти чувства, которые сделали меня слишком слабой, ушли. Я не могла спокойно жить, зная, что была бесполезной для тебя. Он молчал долго, затем кивнул. — Прости меня, — сказал он тихо. — Ты никогда не была бесполезной. Я просто боялся это признать. Фэй удивилась, даже открыла рот, хотела что-то сказать, но передумала, лишь благодарно пожав губы. Они некоторое время просто молчали. В баре кто-то смеялся за соседним столиком, и это было так нормально, что совсем не вязалось с тем, о чём они говорили. В какой-то момент бутылки опустели. Леви чувствовал лёгкое тепло в груди, язык слегка заплетался, но это было даже приятно, пока не началось представление. На маленькую сцену вышли девушки. Красивые, длинноногие, с блестками на платьях и распущенными волосами. Они танцевали медленно, лениво, под какую-то тягучую музыку. Фэй смотрела скорее с любопытством, чем с интересом, пока одна из них не спрыгнула со сцены, направляясь прямо к их столику. Леви готов был заново попасть под громовое копье, когда увидел цвет её волос, а следом почувствовав на себе прожигающий взгляд Фэй. Девука подошла вплотную к Леви и села на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и посмотрела на него огромными глазами, полными восторга. — Вы же… — голос у неё дрожал, — вы же тот самый капитан? Леви слегка отпрянул, даже чуть сжался, проверяя, насколько быстро сможет дотянуться до ножа. — Да, — кивнул он после паузы. Девушка ахнула, прижав ладони к груди, и посмотрела на него так, словно увидела божество. — Я помню вас, — заговорила быстро, сбивчиво, проглатывая слова. — На той битве. Вы просто… вы герой. Вы… я восхищена. Если бы не вы, мы бы погибли. Леви нахмурился и повернул голову куда-то в сторону, лишь бы не видеть это лицо, пылающее искренним восторгом. — Не так всё, — сказал он глухо. — Не так, как ты думаешь. Девушка сердило замотала головой, совсем по-детски. — Нет! Вы Леви Аккерман. Вы самый настоящий герой. Вы спасли нас. Он бросил виноватый взгляд на Фэй, которая подозрительно молчала. Она лишь сидела, сжимая свой бокал, и смотрела на эту сцену со стороны. На восторженную девушку, которая не видела, как Леви сжал челюсть, окаменев в попытке не нагрубить. — Я никого не спасал, — сказал Леви тихо. — Я просто убивал. — Но вы спасали! — не сдавалась девушка. — Вы убили столько титанов, вы… — Уйди, — перебил он устало. — Пожалуйста. Девушка растерялась и посмотрела на Фэй, будто искала поддержки, но та лишь пожала плечами, поджав губы. — Извините, — пробормотала она и быстро ушла обратно к сцене. Наступила тишина. Только музыка играла где-то далеко. Фэй осторожно поставила бокал на стол. Леви же взял бутылку, налил себе ещё и выпил, бросая на неё осторожный взгляд. Фэй же явно стало не по себе. Она смотрела на Леви, на эту девушку, которая только что ушла, и будто думала о том, что увидела что-то такое, чего не представляла в своей голове. Хотя ему приходилось жить с этим первые несколько месяцев. Он не считал себя героем. Скорее случайной жертвой обстоятельств, которой хорошо удавалось рубить затылки огромных тварей. Ему нравилось, что Фэй видела в нем обычного мужчину. Того, кто ворчит по утрам, не выносит беспорядка, того, в кого она влюбилась по неизвестным ему причинам. Она толком не видела его в битвах, разве что за стеной Мария. Не видела, как он убивает титанов. Никогда не смотрела на него сквозь кровь и грязь. Для неё он был просто человеком, с которым обращались как с легендой. И теперь она тоже видела слишком много взглядов на нем. Он замечал, как она осматривалась по сторонам, как девушки шептались за соседними столиками, смущаясь и толкая друг друга локтями. Одна из них даже поправила волосы, когда Леви повернул голову в их сторону. Неожиданно Фэй зажмурилась, сжала край стола и сказала: — А не пора ли нам домой? Леви посмотрел на неё насмешливо, не ожидая от неё ревности, ведь раньше причин для неё не было, и она всегда была в центре внимания. Возможно, потому, что он ей это позволял, отходя на задний план. — Серьёзно? — он забавно поднял брови, издеваясь над ней. — Да, — серьезно закачала головой Фэй, прожигая его взглядом. — Почему? — К тебе слишком много внимания, — буркнула она, не отрывая от него глаз. Он хмыкнул, что Фэй не понравилось, от чего она недовольно прищурилась, а Леви лишь с весельем опрокинул очередной стакан. — Наконец-то ты почувствовала это на своей шкуре, — пожал плечами он, вытирая рот тыльной частью ладони. Ему стало по-настоящему весело. Может, и не уйдет. Он ведь, черт возьми, герой. Фэй широко открыла глаза и уставилась на него, приближаясь к нему на опасное расстояние. — Домой. Быстро. Леви усмехнулся едва заметно, покачав головой, и поставил стакан на стол, кивнув: — Хорошо. Но в его голосе было столько самодовольства, что он мог с уверенностью сказать, что Фэй явно хотелось треснуть его чем-нибудь, но она пока ещё точно не решила чем.