Часть 48. Или правильное решение

Фэй была искренне рада приезду Микасы. Во-первых, потому что соскучилась. Во-вторых, Микаса каким-то невероятным образом сумела принести с собой ощущение дома, даже находясь далеко от Парадиза. Но главным плюсом было то, что теперь у Леви появилась новая жертва, и Фэй наконец смогла немного выдохнуть. Конечно, отвлекала его не только Микаса. За ней потянулись остальные. Сначала приехал Армин, следом Жан и Конни, потом и Райнер с Энни. В какой-то момент их дом начал напоминать не тихое семейное жилище, а штаб разведкорпуса на пенсии. Леви не был в восторге. Каждый раз, когда в дверь стучали очередные гости, его лицо становилось всё мрачнее, но и выгнать их он не мог, ведь это всё еще были его люди. К тому же, Микаса жила у них, что означало, что все дороги всё равно вели в его дом. Леви ничего не оставалось, как терпеть, много слушать и изредка разговаривать, вспоминая старые времена, ну и отвечать на бесконечные вопросы о его здоровье. Фэй наблюдала за его страданиями несколько дней, испытывая легкое злорадство от его мучений, после чего приняла единственное разумное решение. Сбежать. — Раз уж вы тут все собрались, — объявила она за завтраком, — я буду заниматься чайной. — Конечно, — Леви немедленно прищурился, смотря на неё, как на предательницу. — Что? — удивленно спросила она, наивно хлопая ресницами. — Фалько и Габи могут помочь. — Им тоже интересно увидеть Микасу, — пожала Фэй плечами, на что услышала его недовольное фырканье. Ребята тогда только переглянулись с улыбкой, Микаса же сделала вид, что её интересует хлеб на столешнице, но сам Леви не нашелся ответом, потому что знал: лучше Фэй никто не справится в его чайной, поэтому пришлось сдаться. Он прекрасно понимал, что она сбегает от необходимости сидеть в одной комнате с шестью бывшими разведчиками одновременно, но найти подтверждение тому он не мог, ограничиваясь лишь недовольным взглядом. Так прошла почти неделя. Фэй работала одна. Открывала чайную с утра, закрывала вечером. Разговаривала с клиентами, следила за поставками, считала деньги, проверяла запасы, готовила чай и продавала выпечку, чувствуя себя абсолютно счастливой, ведь вокруг не было толпы солдат и их воспоминаний о войне. Были только деньги и клиенты. Всё, как она любила. Леви заходил к ней всего пару раз, проверяя, как идут её дела. Он всегда находил повод поворчать на неё, но в итоге все равно уходил обратно домой, понимая, что придраться не к чему. Порой появлялись Фалько и Габи, желая вкусить выпечку бесплатно, но даже это было терпимо. В целом, всё было прекрасно. Она работала с самого утра, возвращаясь все позднее и позднее, когда дом затихал достаточно, чтобы Фэй могла быстро уснуть, мечтая лишь о том, что завтра снова окунется в привычную среду. Недостатком было то, что между ней и Леви не было никакой близости уже третий месяц. Сначала из-за его операции, потом из-за последствий от его операции, теперь же из-за гостей. К тому же, он стал раздражать её своим мальчишечьим поведением, ведь ему казалось, что быть недовольным по пустякам было лучше, чем признать, что его тяготила надежда и ожидание, когда он снова сможет встать с коляски. Но помимо него, была еще одна проблема. Небольшая. Настолько, что Фэй сначала пыталась её игнорировать, делая вид, что её просто не существует. Но сегодня окончательно поняла, что эта проблема никуда не исчезнет сама собой. И чем дольше она будет делать вид, что всё нормально, тем хуже станет. Это случилось на третий день её самостоятельной работы в чайной. Она сидела на обеденном перерыве, наслаждаясь долгожданной тишиной. Огромным плюсом было то, что Фэй могла спокойно развалиться за столиком, дегустируя самые дорогие сорты чая, периодически выходя на перекур, не будучи при этом в ужасе от того, что Леви может её обнаружить. Когда колокольчик над дверью зазвенел, Фэй лениво подняла взгляд, ожидая увидеть кого угодно, но не её. Она застыла, не зная, как вообще реагировать на гостью, когда та зашагала вперед. Фэй быстро вскочила со стула, приглаживая нервно руками брюки, когда Луиза подошла к ней впритык. — Привет, — неловко попыталась Фэй поздороваться. Вместо приветствия она ощутила обжигающий удар по щеке, от которого аж голова дернулась. Она прижала ладонь к лицу, округлив глаза от удивления, все еще не веря, что могла так просто, посреди дня, получить по морде. Фэй понимала, что провинилась гораздо лучше, чем Луиза могла себе представить, поэтому и не спешила ей ответить. Некоторое время в чайной стояла тишина. Фэй всё ещё держалась за щёку. Та горела и пульсировала. Луиза ударила гораздо сильнее, чем можно было ожидать от такой хрупкой девушки. — Ну ничего себе, — пробормотала Фэй. — Сразу видно, что ты тренировалась ради этого дня. — Не вздумай отшучиваться! — прошипела Луиза. — Пытаюсь спасти ситуацию, — пожала Фэй плечами, выравниваясь, даже пару раз дернула челюстью, проверяя не потеряла ли вообще чувствительность. — У тебя плохо получается. — Это я уже поняла. Луиза смотрела на неё так, словно видела в ней какое-то жуткое отродье, которое стоило бы прибить на месте. Фэй никогда не считала себя хорошим человеком, но и настолько плохо к себе не относилась. Сколько бы не совершала ошибок, Луизу она действительно не хотела ранить. — Ты хоть понимаешь, что сделала? — Да, — медленно выдохнула Фэй. — Нет, не понимаешь. — Луиза... — Нет, — в её голосе впервые прозвучала настоящая злость. — Я месяцами думала, что со мной что-то не так. Фэй замерла, припоминая, что внушение избавило её от воспоминаний, но не от чувств. И сейчас, судя по всему, воспоминания вернулись, складываясь в цельную мозаику. — Я думала, что схожу с ума, — Луиза нервно засмеялась, смех получился несчастным. — Потому что воспоминания не сходились друг с другом. Одни говорили одно. Другие другое. Люди рассказывали о тебе какие-то вещи, которые не совпадали с тем, что помнила я, а потом всё начало возвращаться. Постепенно. По кускам. Фэй отвела взгляд, задумываясь о том, что происходило с людьми, когда её гипноз начинал трещать, и память пыталась собрать всё воедино. Что они чувствуют, когда понимают, что она украла часть их жизни? Подчинила чужое сознание, поиграв с их волей. — Я искала тебя, — вдруг вздохнула Луиза, падая на стул. — Искала? — Да. — Зачем? — не понимала Фэй. — Потому что хотела понять, — Луиза сжала кулаки. — Почему? — вопрос прозвучал очень тихо, почти шепотом, и эта дрожь в её голосе была хуже любой пощечины. — Почему именно я? Почему со мной поиграли как с какой-то игрушкой, если я была искренней? Фэй открыла рот, но тут же его закрыла, так как не нашла ответа, потому что хорошего не существовало. Она хотела защитить Луизу. Хотела, чтобы та не помнила её, поэтому разорвала все связи перед побегом, чтобы сделать как лучше. Но теперь, глядя на девушку напротив, она понимала, насколько высокомерно это звучит. Она решила за другого человека. Как делала всегда. — Я думала, так будет безопаснее, — Фэй присела на стул, чувствуя лишь вину. Луиза же горько усмехнулась. — Для кого? Фэй окончательно замолчала, потому что честный ответ ей не понравится. Для неё. В первую очередь для неё самой, чтобы было проще уйти, исчезнуть и не оглядываться назад. Луиза тоже это поняла, судя по её лицу. — Я думала, ты погибла, — наконец произнесла Фэй устало. На этот раз уже Луиза растерялась. — Ты думала, что я погибла? — Во время Дрожи Земли, — кивнула она. — И поэтому ни разу не попыталась узнать? Фэй болезненно поморщилась, потому что ни это было настоящей причиной. Она попросту забыла о Луизе, стоило ей сесть на дирижабль. — Нет. Луиза покачала разочарованно головой, а потом помотрела на неё долгим взглядом, после чего тихо сказала: — Знаешь, что самое обидное? — Фэй уныло молчала. — Я всё равно была рада, когда поняла, что ты жива. Это прозвучало как очень честное признание, и Фэй почувствовала себя ещё хуже. — Луиза... — Не надо, — она поджала губы, уставившись на свои колени. — Я правда... — Не надо, — Луиза вытерла глаза быстро, не желая показывать слёзы, после чего посмотрела на чайную, натянув улыбку. Словно оценивала жизнь, которую Фэй успела построить без неё. Она видела, что это тоже причиняло ей боль, ведь для Луизы, судя по всему, исчезновение Фэй стало одним из самых тяжёлых воспоминаний последнего года. А для самой Фэй всего лишь одним из многих. Она медленно поднялась и подошла к чайнику, налив две чашки. Поставив одну перед Луизой, Фэй встретилась с её подозрительным взглядом. — Это взятка? — Да. Луиза моргнула, а Фэй потёрла всё ещё горящую щёку. — И попытка извиниться. Впервые за весь разговор уголок губ Луизы дрогнул, но Фэй подумала, что прошлое всё-таки начало её догонять. И лучше бы она встретила разъярённых клиентов, проигравших деньги, а не Луизу, ведь последняя была той, кого ей меньше всего хотелось обижать. Фэй понимала, что ничем хорошим это не кончится еще тогда, когда впервые позволила себе привязаться к Луизе, задержавшись в их маленькой квартире дольше обычного. Еще тогда она поймала себя на мысли, что ждёт её возвращения домой, потому что она её любила, не давая ей окончательно сойти с ума от собственной бесполезности. Луиза была слишком хорошей, доброй и искренней. А такие люди рядом с Фэй обычно долго не задерживались, потому что Фэй была человеком, который исчезал, лгал, манипулировал и предавал, когда это касалось её выживания. И сейчас, сидя напротив Луизы и всё ещё чувствуя пульсирующее жжение после пощёчины, она приняла, что всё закончилось ровно так, как и должно было закончиться. — Я до сих пор поверить не могу, что ты это сделала. Фэй опустила взгляд в чай. Пар медленно поднимался вверх, а её мозг цеплялся за какую-то бессмысленную мысль. Леви лучше об этом не знать. Вообще. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Потому что если Леви узнает, что она сейчас спокойно пьёт чай со своей бывшей любовницей в его чайной... Нет. Лучше не представлять. Особенно сейчас, после операции и трёх месяцев раздражения, восстановления и его отвратительного характера. Фэй была уверена, что если бы он увидел эту сцену, то его колено внезапно исцелилось бы только ради того, чтобы он мог лично выпнуть её за дверь. Поэтому она была искренне благодарна судьбе за то, что Леви был сейчас дома. И ещё больше благодарна за отсутствие клиентов, потому что объяснять происходящее кому-либо ещё ей хотелось меньше всего. — У меня не было другого выхода, — наконец сказала она. Луиза коротко и безрадостно рассмеялась. — Как и всегда. Фэй раздражённо выдохнула, не зная, как бы прозвучать достаточно серьезно, чтобы это не казалось слишком громкими словами. — Я была шпионом, — наконец произнесла она, причем еще так тихо, словно боялась, что её услышат. — И если бы кто-то узнал, что ты связана со мной... Тебе бы причинили боль. Луиза закатила глаза. — Только не надо. — Что? — Не выставляй себя героиней, — её голос стал жёстче. — Не выставляй себя самоотверженной мученицей. — Я не... — Дрожь Земли закончилась давно, — Луиза поставила чашку на стол. — А ты даже не попыталась узнать, жива ли я. Фэй замолчала, потому что возразить было нечего. Она действительно не пыталась, не искала и не проверяла, вычеркнув прошлую жизнь из головы, пошла дальше. — Как я должна была тебя искать? — ухватилась за первую попавшуюся мысль Фэй, пока Луиза молчала. — Никаких документов, записей. Особенно на людей из гетто. После войны половина архивов исчезла. Я действительно думала, что ты погибла. Луиза медленно кивнула. — Это меня невероятно утешает, — сарказм в её голосе был настолько резким, что Фэй поморщилась. — Ты ожесточилась. Луиза посмотрела на неё так, словно услышала величайшую глупость в своей жизни. — Неужели? — она усмехнулась горько. — После конца света тяжело не ожесточиться, Фэй, — она наклонилась вперёд. — Особенно если несколько месяцев прожила с человеком, который оказался предателем. Эти слова ударили сильнее пощёчины. Но Фэй лишь закатила глаза, потому что устала от этого разговора и чувства вины. Да, облажалась. Да, было горько. Да, ошиблась. Но сделала бы это снова и снова. — Что дальше? — сдалась Фэй, понимая, что больше сил на этот диалог у неё не было, тем более обеденное время подходило к концу. Луиза смотрела на неё несколько долгих секунд, словно пыталась в ней что-то отыскать. Раскаяние. Боль. Любовь. Сожаление? Она медленно откинулась на спинку стула и устало покачала головой, недоверчиво. — Да чёрт с тобой. Фэй нахмурилась, не ожидая такой реакции. — Что? — Я хотела посмотреть тебе в глаза, — Луиза поднялась и взяла пальто. — Но поняла, что там всё так же пусто, как и всегда. Ты просто такая, какая есть. Ты не умеешь любить, Фэй. Только использовать, чтобы быть любимой. На этот раз Фэй ничего не ответила, хотя услышанное не причинило ей боль, скорее облегчение. Лучше пусть ненавидит, чем прицепится опять. Луиза направилась к двери, не обернувшись и не попрощавшись. Колокольчик тихо звякнул, когда она исчезла, оставив Фэй одну. До самого закрытия чайной Фэй почти не думала об этом разговоре, работая и обслуживая клиентов. Она делала всё, чтобы занять голову, пока окончательно не решила, что просто не будет никому об этом рассказывать. Это была неприятная встреча из прошлого. И пусть там и останется. Поэтому домой она вернулась с самым обычным выражением лица. Стоило открыть дверь, как Фэй мгновенно пожалела об этом, потому что дом превратился в настоящий кошмар. Было шумно. Конни орал так громко, словно находился на другом конце улицы. Жан спорил с Райнером. Армин пытался всех успокоить. Микаса готовила чай, переглядываясь с Энни, которая смотрела на всех так, словно мечтала сбежать. Посреди этого хаоса сидел Леви с очень несчастным выражением лица. Настолько раздражённый, что уже даже не пытался скрывать это. Он заметил Фэй, а она заметила его. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, после чего Леви очень медленно закрыл глаза, будто просил о помощи. Фэй посмотрела на толпу людей и снова на него, затем искренне улыбнулась, ведь как бы плохо ни прошёл её день, его день явно был хуже. Эта мысль принесла ей удивительное облегчение.

***

К концу недели Фэй окончательно убедилась, что чайная спасает ей жизнь, потому что дома творился хаос, самый настоящий, бесконечный и очень громкий. Каждый раз, когда она возвращалась вечером, ей казалось, что кто-то из бывших разведчиков успел размножиться за день. Людей становилось только больше. Откуда они брались — оставалось для неё загадкой. Когда Фэй открывала дверь, то слышала голос Конни ещё до того, как переступала порог. Леви же, сидя посреди этого бедлама, был похож на человека, который находился на грани, размышляя о массовом убийстве, именно поэтому Фэй всё чаще задерживалась в чайной. Она работала медленнее, убиралась тщательнее и дольше пересчитывала кассу, лишь бы не возвращаться домой раньше времени. Когда на исходе очередного дождливого дня колокольчик над дверью снова звякнул, она даже не сразу подняла голову, а когда подняла, то тяжело вздохнула. Луиза. Рыжеволосая девушка остановилась у входа, посмотрела на неё, а Фэй тут же прищурилась. — Если ты опять пришла дать мне пощёчину, то предупреждаю, в этот раз я готова. Луиза закатила глаза. — Не сомневаюсь, — увидев её приподнятую в вопросе бровь, добавила: — Я догадываюсь, что шпионов учат хотя бы базовой самообороне. Фэй немедленно вспомнила все свои тренировки. Все пропущенные удары и падения, и с наигранной уверенностью кивнула. — Да. — Правда? — улыбнулась Луиза. — Конечно, — кивнула Фэй. — И насколько хорошо ты дерёшься? Она дёрнула подбородком, слегка скривив лицо. — Очень хорошо. Луиза посмотрела на неё таким долгим взглядом, что Фэй стало неловко. — Ты сейчас врёшь? — Возможно. — Я так и думала. Фэй недовольно цокнула языком, прямо как Леви, а Луиза снова улыбнулась. Казалось, что она устала злиться. Некоторое время они молчали, потом Луиза всё же подошла ближе. — Как твоя жизнь теперь проходит? Фэй удивленно моргнула, так как вопрос оказался неожиданным. Она ожидала обвинений, претензий и очередного выяснения отношений, но не этого. — Нормально. — Содержательно, — кивнула Луиза. — У меня чайная. — Вижу. — Дом. — Угу, — все еще слабо улыбаясь, качала головой она. — Работа, — все менее уверенно продолжала Фэй. — Раздражающий мужчина. Луиза подняла бровь, делая вид, что упоминание мужчины в её жизни не задело её. — Раздражающий? — Невыносимый. — Понятно. Они снова замолчали. Дождь за окнами тихо барабанил по стеклу. В чайной никого не было, последняя пара посетителей ушла ещё полчаса назад. Новые из-за погоды появляться явно не собирались. Луиза некоторое время смотрела на улицу, после чего неожиданно сказала: — Вообще-то я подумала... Фэй насторожилась, когда услышала явное сомнение в её голосе. — Что? — Может, сходим куда-нибудь? — выпалила неуверенно она. — Куда? — Выпить. Фэй глупо моргнула, словно не поняла услышанное. — Выпить? — Да, — Луиза пожала плечами. — Прошлая встреча прошла не очень хорошо. — Это мягко сказано, — усмехнулась Фэй, сдерживая своё желание прикоснуться к щеке. — Поэтому я подумала, что можно попробовать ещё раз. Фэй некоторое время смотрела на неё с подозрением и сомнением, потом перевела взгляд на часы. До закрытия оставалось чуть меньше двух часов. Клиентов не было, дождь усиливался, а дома... Фэй представила дом. Конни, Жана, Армина, Микасу, Райнера, Энни, Фалько и Габи, и Леви. И почувствовала физическое желание немедленно оказаться где угодно, только не там, потому что дико уставала от гула внутри небольшого дома. Луиза наблюдала за её лицом, начиная понимать ход мыслей. Фэй снова посмотрела на часы, на пустую чайную и на дождь за окном. Ноябрь подкрадывался всё ближе. Серый, холодный и мокрый. Такой же, как и всегда. Фэй вдруг вспомнила, что скоро её день рождения. Погода опять решила испортить ей настроение дождём. Она тяжело вздохнула и посмотрела на Луизу с осторожностью, но уже без прежней враждебности. — Ладно. Луиза удивлённо моргнула. — Ладно? — Давай куда-нибудь сходим, — сдалась Фэй, бурча себе под нос. — Серьёзно? — Пока я не передумала. На лице Луизы появилась легкая улыбка, пока Фэй доставала ключи от кассы, думая о том, что это, вероятно, очень плохая идея. Следовательно... Есть все шансы, что вечер получится интересным.

***

Они пришли в тот самый бар, куда Фэй когда-то привёл Леви. Там все также пахло вином, табаком и чужими духами. По правде говоря, из всех мест в Либерио именно здесь Фэй чувствовала себя наиболее естественно. Она не скучала по прошлой жизни и не хотела вернуться, просто понимала правила этого мира. Фэй хорошо знала эти взгляды и местных людей. Они всегда были одинаковые. Когда мужчины начали поглядывать в их сторону, Фэй лишь закатила глаза. Она давно привыкла. На ней была закрытая тёмная рубашка, брюки с высокой талией и пальто. Никаких вырезов или украшений. Ничего вызывающего. Но именно это почему-то всегда работало лучше всего. Фэй давно заметила, что мужчин сильнее привлекает то, что нельзя получить сразу, поэтому на неё смотрели порой даже чаще, чем на проституток, хотя рядом сидящая с ней Луиза действительно могла бы работать в таком месте. Красивые рыжие локоны, мягкие черты лица, пышная фигура и голубые глаза. Даже сейчас несколько человек за соседними столиками поглядывали на неё, на что Фэй невольно усмехнулась, вспоминая, почему когда-то вообще позволила этим отношениям случиться. У неё всегда был хороший вкус на женщин. Они заказали вино, потом ещё. И только к третьему бокалу Луиза расслабилась настолько, чтобы начать разговор. Она покрутила ножку бокала между пальцами, посмотрев на Фэй. — Почему ты вернулась в Либерио с вашего острова Дьяволов? — Тише, — шикнула на неё Фэй, оглядываясь по сторонам. — Что? — Ещё громче крикни, что я с Парадиза, — она недовольно отпила вина. — Меня тут и так рассматривают со всех сторон. — Почему? — удивилась Луиза. — Потому что, в отличие от остальных женщин здесь, я в брюках. Луиза невольно рассмеялась, а Фэй отпила еще вина. — И всё же, ты вернулась ради того мужчины, с которым живешь? Фэй немного замешкалась, потому что причина действительно была только в нем. — Да. — Не с тем ли коротышкой? — прищурилась Луиза, на что Фэй медленно прикрыла глаза. — Да. Луиза вдруг расхохоталась так звонко, что она поморщилась невольно, вновь глядя вокруг себя. — Я знала, что между вами что-то было. Еще тогда всё поняла. — С каких пор ты такая проницательная? — удивилась Фэй, на что Луиза пожала плечами. — Тогда ты слишком глупо улыбалась рядом с нами, словно я с родственниками тебя познакомила. Луиза едва не подавилась вином. — Неправда. — Правда. — Я думала, между нами любовь, поэтому доверилась, — вдруг грустно прошептала Луиза, и на секунду между ними повисла неловкая тишина. Фэй посмотрела в бокал, поджимая губы, потому что она всегда знала, что не любила её так, как Леви. Луиза сделала ещё один глоток, после чего спросила: — И как тебе твоя новая жизнь? Фэй задумалась, хотя и быстрее, чем ожидалось, ответила: — Спокойная. — Не ожидала услышать это от тебя, — хмыкнула Луиза. — Почему? — Не ожидала, что ты выберешь чайную, мне казалось, что ты всегда искала приключения, и тебя тянуло к чему-то ночному, запретному и опасному. Глупости. Наверное. — Теперь я продаю чай, — пожала она плечами. — Очень опасно, — покачала головой Луиза. — Иногда клиенты пытаются украсть печенье, — попыталась оправдаться Фэй. — Ужас. Фэй усмехнулась, Луиза тоже. На секунду стало легче, почти как раньше. — Твоя чайная? — все также мягко улыбаясь, поинтересовалась она. — Технически нет. — А чья? — Леви. — Но ты там работаешь. — Получаю двадцать процентов прибыли, — почти с гордостью ответила Фэй, в глубине души понимая, что это было маловато для неё. — Иногда двадцать два. Луиза покрутила бокал. — Вы женаты? Фэй вздохнула, потому что только недавно перестала об этом думать. — Нет. — Помолвлены? — удивилась Луиза. — Нет. — Тогда я не понимаю. — Что именно? — Фэй посмотрела на неё с недоумением. — Ты живёшь с мужчиной. — Да. — Работаешь у него, — она лишь кивнула на это. — И вы не женаты. Странно. Фэй отпила вина, принимая непринужденный вид. — Я не спешу замуж. Луиза тихо усмехнулась. — Ну да, ты никогда не любила серьёзные отношения. — Это не так, — нахмурилась Фэй, а Луиза посмотрела на неё насмешливо, но по доброму. — Ты всегда боялась выбирать. Черт подери, даже Луиза знала её слишком хорошо. — Такая уж я, — вздохнула она, понимая, что другого ответа у неё нет. — Зачем ты вообще заводила со мной отношения, если понимала, чем всё закончится? Фэй замолчала, потому что если она ответит, то будет слишком больно. Вместо этого она покрутила покрутила бокал в руках и тихо произнесла: — Потому что я ужасный человек, — Луиза не отвела взгляд и ей пришлось продолжить. — И мне нравилось быть любимой. Луиза закрыла глаза и горько усмехнулась. Фэй казалось, что она постарела буквально за минуту. — Почему я вообще удивляюсь? — она покачала головой. — Ты всегда была эгоисткой. Фэй посмотрела в окно, на дождь и размытые силуэты прохожих в свете фонарей. Поздно уже. — Да, — она сделала глоток вина. — Возможно. Была. Есть. И, наверное, останусь. Луиза посмотрела на неё с печалью, все еще надеясь найти ту девушку, которую когда-то любила. Они могли стать чем-то важным друг для друга, но это время давно прошло. И никакое вино уже не могло вернуть его обратно.

***

Хотя вино всё-таки помогло. Не настолько, чтобы исправить прошлое, но достаточно, чтобы исчезло напряжение. Вторая бутылка сделала своё дело. Голоса стали мягче. Фэй даже поймала себя на том, что скучала по подобным вечерам. Не столько по Луизе, как по ощущению свободы и спонтанности. По возможности сидеть в каком-нибудь сомнительном заведении до поздней ночи и не думать ни о чём серьёзном, потому что тогда она принадлежала только самой себе и могла в любой момент сорваться куда угодно, не объясняясь и не отчитываясь, без предупреждения. Когда Луиза предложила продолжить вечер у неё дома, Фэй неожиданно не нашла причин отказаться. Хотя причины были. Время перевалило за поздний вечер. Леви наверняка заметил её отсутствие, как и Микаса. Возможно, дома её уже ищут. Какого черта вообще? Она взрослый человек, который сидит со старой знакомой, и она не обязана сообщать о каждом своём шаге. Да и в конце концов, Луиза больше не была её бывшей девушкой. Теперь это просто человек из прошлого. Поэтому она согласилась. К третьей или четвёртой бутылке разговор окончательно стал другим. Они сидели на диване в скромной квартире Луизы. За окном приятно шумел дождь. На столике стояли пустые бокалы, когда Луиза рассказывала о Дрожи Земли, госпитале, раненых и бесконечных смертях. — Большинство людей из гетто погибли. Фэй медленно кивнула. — Это было ожидаемо. От этих слов Луиза помрачнела, но спорить не стала. Слишком хорошо понимала, что Фэй права. — Меня спасли эльдийцы. Я была в одном из поездов. Фэй выдохнула, неожиданно для себя почувствовав облегчение, потому что всё-таки была рада, что Луиза выжила. Даже если их история закончилась плохо. Они ещё какое-то время вспоминали прошлое, старые шутки, бар, в котором работали, квартиру и старых знакомых, потом Луиза неожиданно спросила: — Почему ты выбрала такую жизнь? — Какую? — Фэй подняла бровь, наливая еще вина в бокалы. — Эту, — она обвела рукой пространство вокруг. — Спокойную. Фэй рассмеялась. — Спокойную? — Да, — она благодарно кивнула, принимая бокал из её рук. — Луиза, я половину жизни не могла выйти из своей зоны комфорта, — улыбнулась Фэй, подгибая под себя ноги, более удобно устраиваясь на диване. — Не придумывай. — Это правда, — засмеялась Луиза, вздергивая подбородок вверх. — У тебя была такая способность. — И что? — все еще не понимая, ответила Фэй, заражаясь её улыбкой. — Я думала, ты захочешь большего. Фэй покрутила бокал в руках, потом пожала плечами. — Мне нравилась безопасность. — И всё? — И изобилие. Луиза невольно усмехнулась. — Вот это уже больше похоже на тебя. — Спасибо. — Не за что. На какое-то время повисла спокойная тишина, и Фэй вдруг поняла, что Луиза сидит слишком близко. Настолько близко, что она чувствовала её дыхание. Даже уловила запах её цветочных духов. Подняв взгляд, она встретилась с ней глазами. Всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы Луиза потянулась вперёд и коснулась её губ коротким поцелуем. Неожиданным и отчаянным. Родившимся из понимания, что надежды уже нет. Фэй застыла, и почему-то ответила ей, хотя и не хотела этого. Просто не ожидала этого. Слишком много было воспоминаний и чувства вины, чтобы на несколько долгих секунд, или минут, она потеряла способность двигаться. Когда она осторожно отстранилась, то посмотрела на Луизу устало, с сожалением. — Прости. Луиза уже всё поняла, поэтому даже не спросила. Фэй поднялась первой. — Мне пора. — Фэй... — Не стоило этого делать, — голос её звучал мягко, хотя она старалась придать ему твердости и уверенности. — И пожалуйста... — Фэй замолчала, но потом всё-таки договорила: — Больше не приходи в чайную. Луиза долго смотрела на неё, в её глазах появились слезы, губы задрожали, а Фэй почувствовала себя отвратительно, потому что ей всегда было тяжело обижать женщин. — Прости, — Фэй покачала головой. — Не за что извиняться, — сквозь слезы пошептала Луиза. — Есть. Луиза отвела взгляд, выглядя по-настоящему сломленной. — Я просто никогда никого не любила так, как тебя. Фэй устало прикрыла глаза, задерживая дыхание. Вот поэтому она и не хотела этого разговора. Не хотела этой встречи и возвращения прошлого, потому что всегда знала, чем всё закончится чужой болью. — Прости, — повторила она, на этот раз куда искреннее, потом схватила пальто и быстро вышла за дверь. И только оказавшись на улице, поняла, что ливень стал ещё сильнее. Холодные капли моментально промочили волосы и одежду, но Фэй старалась этого не замечать, лишь шла вперед быстрым шагом, стараясь не думать ни о Луизе, ни о том, что произошло. А ещё где-то на краю сознания крутилась другая мысль. Считается ли это изменой? Фэй признавала отношения с женщинами, но все равно думала, что поцелуй с мужчиной был бы серьезнее. Да и совесть не особо мучила. Измена — это не пару секунд поцелуя из-за расстерянности. Но она все равно пошла домой к своей бывшей любовнице, зная, что закрыла чайную раньше времени, не предупредила Леви, который, к тому же, ждет её дома. Нечего было меня доставать. Зато Фэй вдруг подумала с улыбкой, что все-таки была однолюбом. Был бы это Леви, спустя столько времени, она бы не смогла ему отказать, полностью растворившись в его прикосновениях. Главное, чтобы он об этом никогда не узнал. А еще Фэй неожиданно осознала, что когда вернётся домой, будет уже далеко за полночь. И Леви определённо это заметит. И судя по его характеру в последние месяцы, заметит очень громко. По крайней мере, всегда сможет вернуться к Луизе. Богини, Фэй. Ты просто отвратительна!

***

Возвращаясь домой, Фэй была уверена, что её ждёт скандал. Время было далеко за полночь, дождь промочил её насквозь и от неё несло вином. А еще она прекрасно знала характер человека, который сейчас должен был сидеть дома и ждать её дурацких оправданий. Поэтому, когда она открыла дверь и её встретила тишина, Фэй даже остановилась на пороге. Очень подозрительно. Она сняла мокрое пальто, повесила его возле двери и огляделась. В доме было темно и спокойно. Никаких голосов и лишних гостей. Настоящее чудо. Фэй осторожно выглянула в коридор. Пальто Микасы висело на месте, обувь стояла возле стены. Куртка Леви тоже никуда не исчезла. Значит, все были дома. Но почему тогда никто не выбежал её искать? Фэй нахмурилась, но все же решила не искушать судьбу. Быстро пробравшись в ванную, она умыла лицо, смывая остатки дождевой воды, и вымыла руки, долго смотря на своё отражение в зеркале. Когда она вышла обратно на кухню, то выпила стакан холодной воды, осознавая, что еще и ужасно хочет есть. Но взглянув на часы, решила, что голод можно пережить, так как готовить сейчас она не собиралась. Фэй тихо направилась в спальню, осторожно приоткрыв дверь. Леви лежал на кровати под одеялом, на боку, лицом к окну. Он был неподвижным, поэтому Фэй облегчённо выдохнула. Наверное, спит. Отлично. Она быстро подошла к шкафу. Достав домашнюю одежду, принялась переодеваться, когда из темноты раздался тяжёлый вздох. — Ну и где ты была? Фэй закрыла глаза, будучи пойманной с поличным. Вот и всё. Она медленно выдохнула, решив все-таки закончить переодеваться, после чего забралась к нему под одеяло. Там было настолько тепло, что ей захотелось немедленно уснуть, но Леви уже повернулся к ней лицом. Даже в тусклом свете фонарей за окном она прекрасно видела его недовольное выражение. — Волновался? Леви фыркнул, на некоторое время замолчав. — Скорее подумал, что тебе настолько всё надоело, что ты решила вообще не возвращаться домой. Фэй невольно улыбнулась, радуясь тому, что его голос был не таким злым, каким она себе представляла. — Там был дождь, — начала придумывать она, предпочитая заходить с правдивого факта. — М-м. — Поэтому я задержалась в чайной. Леви посмотрел на неё долго и внимательно, чтобы у неё засосало под ложечкой. — Я был в чайной. Фэй замерла, прикрывая глаза, потому что не ожидала, что настолько облажается в своей дурацкой лжи. — Что? — медленно спросила она. — Она была закрыта. Тишина стала неприятной, когда она тяжело вздохнула. Поймали. Нашла кому лгать. — А зачем ты был в чайной? — Хотел принести тебе зонт, — Фэй почувствовала лёгкий укол совести, а Леви тяжело выдохнул, поморщившись. — От тебя несёт вином. И сигаретами. Фэй перевернулась на спину, смиренно посмотрев в потолок, но потом сдалась. — Ладно. Я была в баре. И выпила там немного, потому что мне не хотелось домой. На этот раз Леви посмотрел на неё внимательнее, но Фэй пожала плечами. — Здесь опять была бы целая армия бывших разведчиков. Все вспоминали бы погибших, а я просто хотела отдохнуть, потому что ты просто невыносим в последнее время. Леви неожиданно кивнул. — Я не осуждаю. Фэй удивлённо посмотрела на него, переворачиваясь обратно на бок, даже подложила руки под голову. — Нет? — Нет, — он поджал губы, расслабляясь в лице. — Главное, что с тобой всё в порядке. Он волновался. — Ты переживал, что со мной что-то случилось? Цокнув языком, Леви перевернулся на спину и возвел глаза к потолку. — В свете недавних событий? — он пожал плечом. — Да, — Фэй старалась не перебивать, хотя он и долго думал над словами. — После того как выяснилось, что люди начинают вспоминать твои прошлые шалости... — он усмехнулся. — Я предпочитаю знать, что тебя никто не убил. Что-то внутри неё болезненно сжалось. Это что-то было очень тёплым, причем настолько, что Фэй резко придвинулась ближе и свернулась клубком, уткнувшись лбом ему в плечо. — От тебя всё ещё несёт вином. Она счастливо улыбнулась, прижимаясь к нему еще ближе. — Я обязательно исправлюсь. Леви некоторое время молчал, прежде чем неожиданно сказать: — Не нужно. Фэй удивленно подняла голову, не поверив в услышанное, ведь он всегда хотел видеть её более лучшей версией себя. — Что? — Не нужно быть кем-то другим, — он пожал плечами. — Будь такой, какая есть. Она смотрела на него несколько секунд, но потом фыркнула. — Поэтому ты издевался надо мной последние три месяца? Леви прикрыл глаза, пряча улыбку. — Возможно, — он вздохнул. — Мне жаль. Фэй так удивлённо моргнула, что Леви даже поморщился. — Не смотри на меня так. — Ты извинился. — Я сказал, что мне жаль. — Ты извинился. — Замолкни. Она тихо рассмеялась, обнимая его свободной рукой. — Как нога? Леви замолчал, на этот раз надолго. Фэй даже подумала, что он не ответит, но потом услышала: — Сегодня я смог встать. Она резко выпрямилась, в который раз уже. — Что? — Недолго. — Леви! — Тише. Леви невольно усмехнулся, потому что её глаза буквально засветились. — Было лучше, чем ожидал, — он задумался. — Не болело так сильно. В комнате вновь стало тихо. Фэй смотрела на него, на эту осторожную надежду, которую он всё ещё пытался скрывать, а потом неожиданно подалась вперёд и поцеловала его в щёку, после чего и вовсе впилась поцелуем ему в губы, изголодавшись по его прикосновениям, особенно после сегодняшнего. Леви успел положить ладонь ей на затылок, сжав её волосы между пальцами, даже на секунду ответил, но потом резко отвернулся. — Нет. — Что нет? — От тебя всё ещё несёт алкоголем. Фэй возмущённо открыла рот, толкая его в плечо. — Леви! — Либо иди чистить зубы, либо ложись спать, — холодно фыркнул он. — Ты невозможен, — закатила глаза она, вновь прижимаясь к его плечу. — В твоём случае лучше ложись спать. Фэй тихо рассмеялась, уткнувшись носом в его шею. — Хорошо. Он хмыкнул, но следом Фэй прошептала: — Я люблю тебя. Леви ничего не ответил, лишь медленно провёл ладонью по её волосам, убаюкивая её нежными и теплыми касаниями, позволяя почувствовать долгожданную безопасность. Вместе с этим Фэй ощутила такой прилив совести, что грудь сдавило от боли. Она вспомнила Луизу и их поцелуй. Она действительно была ужасной лгуньей. Но вместе с этим пришла и странная уверенность, словно это должно было произойти, ведь она сколько угодно могла скучать по свободе, внезапным приключениям и возможности исчезнуть куда угодно без объяснений, но именно здесь она чувствовала себя дома. В этой кровати, рядом с этим невозможным человеком. Даже когда он раздражал её своим ворчанием и сухостью. С Леви было так спокойно, так тепло. И как бы он не показывал своё недовольство её выходками, он все равно любил её такой, какая она есть. И Фэй могла ответить ему взаимностью. Только ему.