Глава 4. Тень прошлого

      Гермиона и Драко вышли из камина в её гостиной. Комната встретила их привычным уютом: книжные полки до потолка, на столе — раскрытый фолиант по магической юриспруденции, в вазе на подоконнике — свежие лилии, подарок от Джинни. Здесь всё казалось уютным, простым и родным, ведь так и должно быть - это её дом, здесь жила её душа, которую в данный момент частично придётся раскрыть новому старому знакомому в лице Драко Малфоя. К такому жизнь Гермиону явно не готовила, не к появлению такого гостя в её личном пространстве, не после вчерашней сцены.       — Уютно, — Драко огляделся, слегка приподняв бровь. — Не похоже на жилище героини войны. Больше напоминает библиотеку с кроватью.       — Зато всё под рукой, — Гермиона сняла мантию и аккуратно повесила её на крючок. — И никаких мрачных подземелий и фамильных портретов, которые норовят тебя оскорбить.       Драко усмехнулся, звучало это слишком естественно в данной ситуации:       — Признаю, в этом есть свои плюсы.       Она подошла к столу, провела рукой по корешкам книг, пытаясь всячески избежать контакта с серыми манящими глазами своего собеседника.       — Нужно составить план. Сначала выяснить, кто подлил зелье. Потом — зачем. И главное — как это связано с моими реформами.       — Логично, — Драко присел на край стола, чуть облокотившись на него руками. — Но начнём с простого: кто имел доступ к твоему бокалу?       Гермиона задумалась. Это был вроде бы такой просто вопрос, но он и правда заставил задуматься: когда она успела потерять бдительность и оставить свой бокал свободным для других гостей?       — Официанты, конечно. Джинни, когда подливала коктейль. Рон… он стоял рядом, когда я отвлеклась. Виктор… и ты, кстати, тоже был поблизости.       Драко вскинул руки в знак протеста и защиты. Самый обычный жест, но Гермиона на доли секунды стала исследовать его тело глазами. Стоило признаться, что он был хорош собой.       — Эй, я не стал бы травить тебя любовным зельем. Это слишком… нелепо.       — Знаю, — она улыбнулась, заставляя себя отвести взгляд в сторону. — Но мы должны рассматривать все варианты.       В дверь постучали. Гермиона вздрогнула, но тут же расслабилась, почувствовав знакомое магическое присутствие. Гостей она явно не хотела видеть в такое раннее время, да ещё и когда в её квартире стоит Драко Малфой. Тяжелый выдох:       — Это Джинни, — она открыла дверь.       Джинни влетела в комнату как буря, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы, с растрепавшимися рыжими локонами. Подруга выглядела взволнованно, ох уж эта вечная забота и гиперопека со стороны семейства Уизли.       — Гермиона! Я так волновалась! Целитель сказал, что ты в порядке, но я должна была убедиться сама!       — Всё хорошо, — Гермиона обняла подругу, пытаясь загородить вид на другого своего гостя в квартире. — Просто какое‑то зелье.       — Любовное, — уточнил Драко, оставаясь на месте.       Джинни резко обернулась, выражение её лица быстро сменилось на недоверие и презрение:       — Малфой? Что ты здесь делаешь?       — Помогает, — Гермиона поспешила вмешаться и остудить пыл рыжей ведьмы. — Мы пытаемся выяснить, кто это сделал.       — Помогает? — Джинни скрестила руки на груди, всё ещё продолжая скинаровать Малфоя взглядом. — С каких пор Малфои помогают Грейнджер?       — С тех пор, как кто‑то решил подставить нас обоих, — спокойно ответил Драко, его выражение лица было скучающим. — Думаешь, мне нравится, что по всему Лондону шепчутся, будто я соблазнил Гермиону с помощью зелья?       Джинни помолчала некоторое время, потом вздохнула:       — Ладно. Извини. Просто… всё это так странно.       — Понимаю, — Гермиона взяла подругу за руку, пытаясь успокоить её окончательно. — Но сейчас нам нужна твоя помощь. Ты была рядом, когда мне подлили зелье. Что заметила?       Джинни нахмурилась, вспоминая:       — Я подливала тебе «Лунный бриз» минут за десять до того, как ты начала… э‑э… вести себя необычно. Потом ты отошла поговорить с Роном, бокал остался на столе. К нему мог подойти кто угодно.       — Рон, — задумчиво произнесла Гермиона, пытаясь восстановить в памяти хотя бы какие-то кусочки вчерашнего вечера. — Он стоял рядом. Но зачем ему это?       — Ревность — мощный мотиватор, — заметил Драко с некой злобой в голосе. — Особенно когда ты не уверен в себе.       — Не говори так о Роне, — Джинни нахмурилась, её голос звучал уже чуть грубее. — Да, он ревнив, но не стал бы подливать любовное зелье! Это опасно!       — А если он не знал, что это было именно оно? — предположила Гермиона. — Что, если кто‑то убедил его, что это какой‑то безобидный напиток?       В комнате повисла тишина. Грейнджер будто бы только что сделала Рона крайним в её вчерашнем поведении. Она не хотела такого вывода, лишь один из возможных вариантов. Никто не знал, что ответить на данный вопрос, ведь никто даже и не мог предположить, что такие события затронут Гермиону лишь за один несчастный приём в Министерстве.       — Значит, ищем того, кто мог манипулировать Роном, — подытожил Драко, нагло прерывая тишину. — Или того, кому выгодно выставить нас с тобой в дурном свете.       — И кто это может быть? — Джинни посмотрела на них обоих. — Кто‑то из противников твоих реформ, Гермиона? Или… кто‑то из старых знакомых семьи Малфоев?       Драко помрачнел:       — Есть пара кандидатур. Мой двоюродный дядя, например, всегда считал, что я позорю род, сближаясь с… — он запнулся, — с теми, кого раньше презирал.       — Ты имеешь в виду меня? — Гермиона изумлённо подняла бровь.       — Да, — он посмотрел ей прямо в глаза, удивительно, но в них не было никакого презрения. — И я больше не считаю, что это позор.       Джинни удивлённо приоткрыла рот, но промолчала. Наверное, это был лучшим решением в данный момент. Ей не следовало продолжать выуживать информацию по данной теме лично у Драко.       Гермиона почувствовала, как внутри что‑то теплеет. Ранее такого чувства у неё не было.       — Спасибо, — тихо сказала она, эта благодарность явно была направлена не Джинни за её молчание. — Значит, у нас два направления: проверить, не влиял ли кто‑то на Рона, и выяснить, кто из твоего окружения мог это подстроить.       — Я поговорю с Роном, — вызвалась Джинни. — Постараюсь аккуратно выяснить, не подходил ли к нему кто‑то подозрительный вчера.       — А я навещу дядюшку, — Драко скривился. — Ненавижу эти семейные визиты, но придётся.       — Будьте осторожны, — Гермиона посмотрела на обоих, задерживаясь взглядом на слизиринце чуть дольше. — Если кто‑то действительно решил нас скомпрометировать, он может пойти на что угодно.       — Не волнуйся, Грейнджер, — Драко слегка улыбнулся и оттолкнулся от края стола. — Я не позволю, чтобы с тобой что‑то случилось. Не после того, как мы начали это расследование.       — Хорошо, — она кивнула. — Держите меня в курсе. И… спасибо вам обоим.       Джинни обняла её:       — Мы со всем разберёмся. Я уверена.       Драко кивнул и, не проронив больше ни слова, направился к камину, бросил летучий порох и исчез в зелёном пламени, напоследок бегло взглянув на гриффиндорку.       Когда он ушёл, Джинни тут же повернулась к подруге, не имея желания больше сдерживаться:       — Гермиона… ты правда ему доверяешь?       Слова прозвучали неуверенно, обеспокоено и немного надломленно от подруги, от чего девушка невольно вздрогнула. Доверяет Малфою? Звучало как приговор. Гермиона посмотрела на место, где только что стоял Драко, и ответила не сразу:       — Думаю, да. По крайней мере, сейчас у нас общая цель. И, кажется, он действительно хочет помочь.       — Ладно, — Джинни вздохнула. — Но я всё равно буду настороже.       — Конечно, — Гермиона слабо улыбнулась, взглянув на подругу уже более убедительнее, чем раньше. — Так и должно быть.       Она подошла к окну. За стеклом начинался дождь, капли стекали по стеклу, словно слёзы. Но внутри неё росло странное ощущение — не страха, а решимости. Она найдёт того, кто это сделал. И пусть путь будет трудным, она больше не одна. Не одна.