Глава 4 – Союзники и враги

      Тени прошлого       Новость разлетелась быстрее, чем совиная почта. Но в данном случае её разнёс не Филч и не привидения, а сам Джеймс Поттер — по чистой случайности и собственной глупости.       — Ты что, совсем спятил?! — голос Сириуса Блэка громыхал в гостиной дома на Годриковой впадине так, что люстры задребезжали. — Рассказать Гарри всё? Про Снейпа? Про то, как мы его… — он запнулся, словно не мог выговорить слово «травили». — И ты думаешь, он теперь спокойно сдаст СОВ и забудет?       — Я не надеялся, что он забудет, — Джеймс стоял у камина, скрестив руки на груди, и смотрел на друга с усталым упрямством. — Он имел право знать. — Право? — Сириус взъерошил и без того растрёпанные чёрные волосы. — Джеймс, ты своими руками разбудил в нём то, что мы двадцать лет хоронили! Ты видел его глаза? Он теперь полезет спасать этого… — он не договорил, переведя дух.       — Снейпа, — тихо закончила Лили. Она сидела в кресле у окна, обхватив себя руками, и смотрела на Сириуса спокойно, но в этом спокойствии чувствовалась сталь. — Его зовут Северус Снейп, Сириус. И Гарри — не ты. Он не будет ненавидеть просто так.       Сириус резко обернулся к ней.       — А что он будет делать? Пойдёт в Министерство, украдёт маховик времени и отправится в прошлое? — он горько рассмеялся. — Знаешь, это звучит как раз в духе Поттера. Яблоко от яблони…       — Сириус, прекрати! — рявкнул Джеймс. — Гарри ничего такого не замышляет. Мы поговорили, он всё понял. И клянусь, я бы не рассказывал, если бы не этот проклятый призрак, который выполз наружу спустя двадцать лет!       — Призрак, — повторил Сириус, и его лицо вдруг стало очень серьёзным. — Ты сказал, что Снейп — призрак. И он сидит у Чёрного озера, где… где всё случилось.       — Да.       — И Гарри его видел.       — Да.       — И он до сих пор там.       — Сириус, к чему ты ведёшь? — насторожилась Лили.       Блэк посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на страх.       — К тому, что если призрак Снейпа всё ещё торчит у озера, значит, он чего-то ждёт. Или кого-то. — Он перевёл взгляд на Джеймса. — Ты уверен, что Гарри не попытается ничего сделать? Ты проверил?       — Он уехал в школу и готовится к экзаменам, — неуверенно сказал Джеймс. — Гермиона Грейнджер не даст ему дурить.       — Гермиона Грейнджер — умница, но если Гарри что-то вбил себе в голову, она скорее поможет ему, чем остановит, — отрезал Сириус. — Я знаю эту породу. Слишком умные, чтобы не придумать гениальный план, и слишком верные, чтобы не ввязаться.       Он прошёлся по комнате, остановился, резко развернулся.       — Я лечу в Хогвартс.       — Что? — Джеймс сделал шаг вперёд. — Сириус, сейчас ночь!       — Тем лучше. Дамблдор всё равно не спит, он всегда не спит. Я скажу ему, что хочу проведать крестника перед экзаменами. И присмотрю за Гарри сам.       — Ты просто хочешь убедиться, что он не поможет Снейпу, — тихо сказала Лили.       Сириус замер.       — А что в этом плохого, Лили? — спросил он, и его голос дрогнул. — Этот человек испортил тебе жизнь. Испортил нам жизнь. И теперь, через двадцать лет, он даже мёртвый умудряется всё разрушить? Нет. Я не позволю.       — Он испортил жизнь себе сам, — ответила Лили, не повышая голоса. — И мы ему в этом помогли.       Сириус не нашёлся, что сказать. Он только сжал челюсти, развернулся и вышел в ночь, даже не попрощавшись.       Джеймс хотел догнать его, но Лили покачала головой.       — Пусть идёт. Может быть, он увидит то, что мы все увидели слишком поздно.       Хогвартс, полночь       Гарри не спал. Он лежал в кровати в спальне гриффиндорцев, слушая, как мирно похрапывают Невилл и Симус, и думал о том, как они с Гермионой проникнут в Министерство. План был пока расплывчатым: сначала сдать экзамены, потом найти способ попасть в Лондон, потом…       — Гарри, — раздался шёпот. Он приподнялся на локте и увидел, что над ним нависает призрачная фигура. На секунду сердце ухнуло вниз — ему показалось, что это снова Снейп, но нет. Это была Почти Безголовый Ник.       — Сэр Николас? — удивился Гарри. — Что случилось?       — Внизу тебя ждёт твой крёстный, — торжественно прошептал призрак. — Он сказал, что это срочно и что ты должен спуститься немедленно.       Гарри выскользнул из постели, натянул джинсы поверх пижамы, сунул ноги в кроссовки и, стараясь не шуметь, вышел из спальни. Общая гостиная Гриффиндора была пуста, только угли в камине догорали алым. Сириус стоял у окна, глядя на звёздное небо.       — Сириус? — Гарри подошёл ближе. — Что ты здесь делаешь? Сейчас же…       — Твой отец всё мне рассказал, — перебил Сириус, оборачиваясь. — Про то, что вы с Грейнджер видели призрака Снейпа. Про то, что он тебе сказал. И про то, что ты теперь знаешь всю эту грязную историю.       Гарри напрягся.       — И ты примчался сюда посреди ночи, чтобы убедиться, что я не натворю глупостей?       — Именно, — Сириус подошёл к нему вплотную. — Гарри, посмотри на меня. Я знаю, что ты чувствуешь. Тебе кажется, что если ты ничего не сделаешь, то предашь того, кого все предали. Но это неправда. Ты ничего не должен Снейпу. Он сам выбрал свою судьбу.       — Он был ребёнком, — тихо сказал Гарри. — Как я. Как вы тогда.       — И он выбрал тёмную магию, Пожирателей, ненависть, — отрезал Сириус. — Гарри, я видел его в школе. Он мог бы стать кем угодно, но он выбрал тьму. И Лили это поняла. Мы все это поняли.       — Вы не дали ему шанса, — голос Гарри дрогнул. — Папа сам сказал. Вы травили его с первого дня. А когда он потерял единственного друга, он сломался. Разве это выбор?       Сириус молчал, и его лицо в полумраке казалось высеченным из камня.       — Я не для того приехал, чтобы спорить, — наконец сказал он. — Я приехал, чтобы остановить тебя, если ты задумал что-то опасное. А судя по твоему взгляду, ты именно это и задумал.       — Даже если так, ты не имеешь права меня останавливать, — упрямо сказал Гарри.       — Имею. Я твой крёстный. Я отвечаю за тебя перед твоими родителями.       — Мои родители сами рассказали мне правду. Они не хотят, чтобы я жил во лжи.       — Ложь — это когда тебе не говорят, что твой отец был задирой? — Сириус усмехнулся, но в усмешке не было веселья. — Гарри, повзрослей. В мире полно несправедливости. Ты не сможешь всех спасти.       — А я и не хочу всех. Только одного.       Повисла тишина. Сириус смотрел на Гарри долгим тяжёлым взглядом, а потом вдруг спросил:       — Вы с Грейнджер уже что-то придумали?       Гарри промолчал, но пауза была красноречивее слов.       — Так я и думал, — вздохнул Сириус. — Ладно. Где ваша мантия-невидимка? Я забираю её.       — Что? Нет!       — Пока я здесь, вы никуда не полезете, — Сириус уже двинулся к выходу из гостиной, но Гарри преградил ему путь.       — Ты не имеешь права! Это моя мантия, отец передал её мне!       — А я имею право не дать тебе сломать себе жизнь из-за мертвеца, который сам во всём виноват! — Сириус повысил голос, и в этот момент портрет Полной Дамы за их спинами возмущённо прошептал:       — Молодые люди, в коридоре кто-то ходит! Угомонитесь!       Оба замерли. Сириус схватил Гарри за плечо и прижал к стене, прислушиваясь. Шаги стихли.       — Мы не закончили, — прошипел Сириус. — Но продолжим завтра. А сейчас — спать.       Он развернулся и вышел через портрет, не оглядываясь. Гарри остался стоять, сжимая кулаки.

***

      На следующее утро Гермиона нашла его в библиотеке. Гарри сидел за дальним столом, подперев голову рукой, и смотрел на конспект по зельям, но не видел ни одной строки.       — Твой крёстный приехал? — спросила она, опускаясь на соседний стул. — Я слышала от профессора МакГонагалл. Он остановился в гостевой комнате.       — Он хочет забрать мантию, — мрачно сказал Гарри. — И всё остальное, что может помочь нам попасть в Министерство.       — Он знает про маховик? — испуганно прошептала Гермиона.       — Не знает. Но подозревает, что мы что-то задумали. И он настроен решительно. Сказал, что не даст мне сломать жизнь из-за «мертвеца, который сам во всём виноват».       Гермиона поморщилась.       — Это жестоко.       — Это Сириус. Он ненавидел Снейпа с первого курса. И даже смерть не заставила его изменить мнение.       — Но ведь твой отец изменил мнение, — заметила Гермиона. — Он признал свою вину.       — Папа — да. А Сириус… он всегда был более упрямым. И он считает, что защищает меня.       — Значит, нам нужно быть умнее, — Гермиона понизила голос. — Мантия у тебя?       — В спальне, под подушкой. Но он будет следить.       — Тогда мы не будем использовать мантию. По крайней мере, пока.       Они склонились над картой Хогвартса, которую Гермиона тайком скопировала из библиотеки. Красными чернилами она отметила выходы из замка, путь к Хогсмиду и ближайший камин, подключённый к сети летучего пороха.       — Если мы выйдем ночью, Сириус может нас перехватить. Нужно отвлечь его.       — Чем?       — Не знаю. Может, попросить кого-то из старшекурсников… Но это рискованно.       Они проговорили до самого обеда, так и не придумав надёжного плана. А когда вышли из библиотеки, их уже ждал Сириус — он стоял, прислонившись к колонне, и в руках у него была знакомая серебристая ткань.       — Искали это? — спросил он, помахивая мантией. — Забрал из твоей спальни, пока ты был на завтраке. Невилл любезно впустил меня.       Гарри похолодел.       — Ты не имел права…       — Имел, — спокойно сказал Сириус. — Мантия останется у меня до окончания экзаменов. А потом я верну её твоим родителям. Всё, разговор окончен.       Он повернулся и зашагал прочь. Гермиона схватила Гарри за рукав.       — Не сейчас. Если мы устроим сцену, он вообще запрёт нас в башне.       — Что же делать? — Гарри чувствовал, как внутри закипает беспомощная ярость.       — Будем действовать без мантии, — твёрдо сказала Гермиона. — У меня есть идея.

***

      Идея оказалась до безумия простой — и оттого гениальной. В ту же ночь, когда весь замок уснул, Гарри и Гермиона вышли из гостиной Гриффиндора без всякой невидимости, но с картой Мародёров, которую Сириус по недосмотру не забрал (он просто не знал, что она у Гарри). Они двинулись не к выходу из замка, а в подземелья, к кабинету зелий, который пустовал после ухода профессора Слизнорта на ночь.       — Там есть камин, — шептала Гермиона, показывая на карте. — Если мы сможем его зажечь, то попадём прямо в каминный зал Министерства.       — А если нас увидят? — спросил Гарри.       — Мы скажем, что заблудились. В конце концов, мы студенты, а не преступники.       Но едва они свернули в коридор, ведущий к подземельям, как впереди зажёгся факел, и из тени выступил Сириус. Он был без мантии, с палочкой наготове, и вид у него был такой, словно он ждал их целую вечность.       — Карта, — сказал он, протягивая руку. — Я знал, что она у тебя. Отдай.       — Сириус, пожалуйста, — начал Гарри. — Выслушай нас.       — Я слушал вчера. Ответ тот же. — Сириус шагнул вперёд. — Вы не понимаете, во что ввязываетесь. Маховик времени, о котором вы читали в Запретной секции — это не игрушка. Он охраняется не просто заклинаниями, а сущностями, которые стерегут временные потоки. Если вы попытаетесь его взять, вы исчезнете. Навсегда. Не умрёте — просто перестанете существовать.       Гарри и Гермиона переглянулись.       — Откуда ты знаешь? — спросила Гермиона.       — Я… — Сириус запнулся, и на его лице промелькнуло странное выражение. — Я пытался это сделать. После того, как Снейп умер. Я хотел вернуться, остановить себя, не дать этому случиться.       Тишина повисла в коридоре. Гарри не верил своим ушам.       — Ты… пытался? — переспросил он.       — Дамблдор меня отговорил. Он сказал, что маховик в Отделе тайн — последний в своём роде, и что его охраняет древняя магия, которая может уничтожить неосторожного. Он не позволил мне даже попытаться. — Сириус опустил палочку. — Я хотел спасти его, Гарри. Не потому, что я его любил — я ненавидел его до самой смерти. Но потому, что я понимал: если бы не мы, он бы не бросился в озеро. И я готов был рискнуть всем, чтобы исправить это. Но Дамблдор сказал: «Некоторые ошибки нельзя исправить. Их можно только пережить».       — И ты просто смирился? — спросил Гарри.       — Нет, — горько усмехнулся Сириус. — Я пил. Дрался. Чуть не убил одного человека в кабачке. Лили меня спасла. Она пришла и сказала: «Если ты хочешь искупить вину — живи. Не смей умирать, потому что это самое лёгкое». И я жил. Но каждый раз, когда я смотрел на это озеро…       Он не договорил. В этот момент из темноты раздался голос — тихий, шипящий, похожий на шорох сухой листвы.       — Ты лжёшь, Блэк.       Все трое обернулись. Из стены выплыл призрак — бледный, с длинными сальными волосами и пустыми глазами. Северус Снейп смотрел на Сириуса, и в его взгляде не было ни ненависти, ни злобы — только бесконечная усталость.       — Ты никогда не пытался меня спасти, — сказал призрак. — Ты хотел спасти себя от чувства вины. Это разные вещи.       — Снейп… — Сириус сжал палочку, но не поднял. — Что ты здесь делаешь?       — Я всегда здесь, — ответил Снейп. — Вы просто меня не видели. А теперь, когда ваш крёстный задумал идиотскую авантюру, я решил появиться. — Он перевёл взгляд на Гарри. — Ты хочешь отправиться в прошлое. Зачем?       — Чтобы спасти вас, — твёрдо сказал Гарри.       — Я не просил меня спасать.       — А я не спрашивал разрешения.       Снейп приподнял бровь — этот жест был так похож на живого, что Гарри на мгновение забыл, что перед ним призрак.       — Упрямство Поттеров, — пробормотал Снейп. — Передаётся по наследству. Хорошо. Допустим, ты доберёшься до маховика. Допустим, ты вернёшься в 1976 год. Что ты собираешься делать? Схватить меня за шиворот и не дать прыгнуть в воду? А на следующий день? Или ты думаешь, что, отменив один день, ты отменишь всё, что было до него?       Гарри растерялся.       — Я… я хочу, чтобы вы не умерли.       — Я и так не умер, — горько усмехнулся Снейп. — Я здесь. Я каждый день вижу это озеро. Вижу, как приходят студенты, как смеются, как влюбляются. Я вижу, как Лили иногда смотрит в сторону замка из окна своей спальни. И я знаю, что она плачет. Думаешь, это лучше, чем просто умереть?       — Но если мы спасём вас…       — Если ты спасёшь меня, меня не станет здесь, — перебил Снейп. — Не будет призрака. Не будет твоей матери, плачущей по ночам. Не будет твоего отца, который двадцать лет носит в себе вину. Но появится что-то другое. Мир, в котором я выжил. И кто знает, что я сделал бы потом? Может, стал бы Пожирателем смерти? Может, убил бы кого-то из твоих родителей? Ты готов рискнуть их жизнями ради того, чтобы я не утонул?       Гарри молчал. Он не знал, что ответить.       — Он прав, — тихо сказал Сириус. — Мы не знаем, как изменится время. Это не игра.       — Но мы должны попытаться! — воскликнула Гермиона. — Нельзя просто сдаться, потому что страшно! Вы оба — взрослые волшебники, вы могли бы помочь, но вместо этого вы отговариваете нас!       Снейп посмотрел на неё. В его глазах мелькнуло что-то, похожее на уважение.             — Грейнджер, — сказал он. — Ты очень похожа на Лили. Та же смелость. Та же вера в то, что всё можно исправить.       Он перевёл взгляд на Гарри.       — Хорошо. Я покажу вам, где находится маховик. Но не потому, что верю в успех. А потому, что если я этого не сделаю, вы всё равно полезете и погибнете. По крайней мере, так у вас будет хоть какой-то шанс.       — Снейп, ты с ума сошёл? — Сириус шагнул к нему. — Ты хочешь отправить детей в Отдел тайн?!       — Я хочу дать им выбор, — спокойно ответил призрак. — Того, чего не было у меня.       Он взмахнул рукой, и в воздухе замерцала серебристая карта — не похожая на ту, что была у Гарри. На ней светились уровни Министерства магии, а самый глубокий, девятый уровень, был отмечен алым.       — Отдел тайн, — сказал Снейп. — Вход через телефонную будку в Лондоне, но это для посетителей. Для тех, кто знает, есть другой путь — через камин в кабинете Непрерывного Надзора. Туда ведёт сеть, не подключённая к общему мониторингу. Я покажу.       — Постой, — Сириус выступил вперёд. — Если вы всё равно собираетесь лезть, то я пойду с вами.       — Зачем? — удивился Гарри.       — Затем, что вы без меня там не пройдёте, — Сириус усмехнулся, но на этот раз в усмешке не было горечи. — Я много лет пытался забыть этот день. Может, пришло время наконец встретиться с ним лицом к лицу.       Снейп прищурился.       — Блэк идёт спасать Снейпа. Это, должно быть, самое невероятное событие за последние двадцать лет.       — Не обольщайся, — огрызнулся Сириус. — Я иду, чтобы присмотреть за Гарри. А если ты вдруг оживёшь, я лично утоплю тебя обратно.       — Учитывая, что я уже мёртв, это будет сложно.       — Заткнитесь оба, — неожиданно твёрдо сказала Гермиона. — Если мы идём, то идём сейчас. Через два дня экзамены, и нас будут искать.       Они посмотрели на неё, и в этот момент Гарри понял: пути назад нет.

***

      В ту же ночь они двинулись в Хогсмид — без мантии, но с картой и призраком, который указывал дорогу. Снейп парил над землёй, его серебристая фигура почти не светилась в темноте, и Гарри казалось, что если бы не холодок, который он чувствовал спиной, он бы и не заметил призрака.       В Хогсмиде Сириус вывел их к маленькой лавке, которая, по его словам, принадлежала старому знакомому, который не задавал лишних вопросов. Камин был старый, закопчённый, но работал.       — Куда? — спросил Гарри, глядя на зелёное пламя.       — Министерство магии, атриум, — ответил Снейп. — Оттуда — в лифт. Но будьте осторожны. В Отделе тайн есть то, что вы не сможете победить магией.       — Что именно? — спросила Гермиона.       — Страх, — просто сказал Снейп. — Истинный страх. Он высасывает силы быстрее, чем любое проклятие. Когда вы войдёте в Зал Времени, вы увидите то, чего боитесь больше всего. Если поддадитесь — вы пропали.       Гарри сглотнул. Он знал свой самый большой страх.       — Пошли, — сказал Сириус и шагнул в огонь первым.

***

      Атриум Министерства ночью был пуст. Фонтаны не работали, пол был выметен, и только золотые статуи волшебников тускло поблёскивали в свете ночных ламп. Гарри, Гермиона и Сириус вышли из камина, отряхиваясь от сажи, и направились к лифтам.       — Девятый уровень, — прошептал Сириус, нажимая кнопку.       Лифт медленно пополз вниз. Гарри чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, и старался дышать ровно. Рядом с ним Гермиона сжимала палочку так, что побелели костяшки.       Двери открылись. Они оказались в длинном тёмном коридоре, в конце которого виднелась массивная чёрная дверь без ручек и замочных скважин.       — Отдел тайн, — сказал Снейп, появляясь из стены. — Дверь не открывается обычной магией. Только тот, кто знает, чего ищет, может войти.       — И что же мы ищем? — спросил Гарри.       — Маховик времени, — ответил Снейп. — Сосредоточься на нём. Представь его. Как он выглядит, как вращается, какую силу в себе несёт.       Гарри закрыл глаза. Он вспомнил тот маховик, который Гермиона использовала на третьем курсе — маленькую золотую песочницу на цепочке. Но тот был детской игрушкой по сравнению с тем, что хранилось здесь. Он представил нечто большее — тяжёлый, древний артефакт, который мог повернуть время вспять на годы.       Дверь перед ними бесшумно открылась.       Внутри было темно. Очень темно. И холодно. Гарри сделал шаг, и его нога провалилась в пустоту — он едва успел ухватиться за Сириуса.       — Свет, — скомандовал Блэк, и кончик его палочки вспыхнул.       Они стояли в огромном круглом зале, стены которого были уставлены старинными часами, маятниками и песочными часами всех форм и размеров. В центре возвышался постамент, а на нём — золотой шар, окружённый вращающимися кольцами. Это было похоже на модель солнечной системы, но вместо планет по орбитам двигались крошечные песочные часы.       — Это он, — прошептала Гермиона. — Маховик времени последнего поколения.       Но едва она сделала шаг вперёд, как воздух вокруг них сгустился. Из темноты начали появляться фигуры — тени, не имеющие лиц, но обладающие формой людей. Они двигались медленно, но неотвратимо, и от них исходил ледяной ужас.       — Страхи, — сказал Снейп. — Не поддавайтесь.       Одна из теней приблизилась к Сириусу. Блэк замер, его лицо исказилось. Гарри увидел, как в глазах крёстного отразилась сцена — Сириус стоял у Чёрного озера, а из воды на него смотрело мёртвое лицо Снейпа.       — Это не по-настоящему! — крикнул Гарри, но Сириус, казалось, не слышал. Он поднёс палочку к виску, и Гарри понял, что сейчас случится непоправимое.       — Риддикулус! — взмахнул Гарри палочкой, но заклинание не сработало. Тени были не боггартами.       — Это твои собственные страхи, — раздался голос Снейпа. — Их нельзя победить магией. Только разумом.       Сириус замер, его рука дрожала. Но потом он медленно опустил палочку.       — Я уже пережил это, — прошептал он. — Я видел его мёртвым. Я видел, как Лили плачет. Я не боюсь этого. Я боюсь, что никогда не смогу этого исправить.       Тень заколебалась и начала таять.       — Иди к маховику, — сказал Снейп. — Быстро.       Гарри рванул к постаменту. Песочные часы на кольцах вращались всё быстрее, и когда он протянул руку, золотой шар сам скользнул в его ладонь. Он был тяжёлым, горячим, и от него исходила вибрация, похожая на биение сердца.       — Теперь назад, — крикнул Сириус. — Живо!       Но в этот момент дверь за их спинами с грохотом распахнулась. На пороге стоял человек в чёрной мантии, с бледным лицом и длинными светлыми волосами. Гарри никогда не видел его раньше, но что-то в его облике было зловеще знакомым.       — Отдайте артефакт, — сказал незнакомец низким, холодным голосом. — Он принадлежит Министерству.       — А вы кто? — спросил Сириус, загораживая Гарри.       — Меня зовут Корбан Яксли, — ответил тот. — И я действую по поручению тех, кто не желает, чтобы история изменилась.       Он поднял палочку, и в ту же секунду Сириус выбросил руку вперёд.       — Протего!       Заклинания столкнулись, и комната озарилась вспышкой. Гарри понял, что времени на раздумья нет. Он схватил Гермиону за руку, крикнул Сириусу: «Держись!» — и крутанул маховик.       Мир взорвался светом.

***

      Он стоял на берегу Чёрного озера. Вокруг была весна. Воздух пах молодой травой, а замок на скале казался чуть-чуть другим — без новых башенок, без тех изменений, которые случились за двадцать лет.       — Гарри, — прошептала она. — Кажется, у нас получилось.       — Где Сириус? — спросил он.       — Здесь, — раздался голос за спиной. Сириус Блэк выходил из-за дерева, держась за плечо — оно было обожжено, но не сильно. — Я успел прыгнуть за вами. Яксли остался там.       — Мы в прошлом, — сказала Гермиона. — Но когда?       — Судя по деревьям и погоде — март, — ответил Сириус. — Но какой именно год…       Они не успели договорить. На берегу, метрах в двадцати от них, появилась фигура. Молодой человек в мантии Слизерина с длинными тёмными волосами, которые ветер трепал по плечам. Он сидел на траве, смотрел на воду и, казалось, ничего вокруг не замечал.       Гарри узнал его сразу. Это был Северус Снейп — живой, семнадцатилетний, сжимающий в руке палочку.       — Он собирается сделать это, — прошептала Гермиона. — Мы успели.       — Подождите, — сказал Сириус, хватая Гарри за руку. — Не подходите к нему резко. Вы не знаете, что произойдёт, если он увидит нас.       — Но мы должны его остановить! — воскликнул Гарри.       И в этот момент Снейп поднял палочку и направил её себе в грудь.