Часть 20. Хозяева клетки

      Воздух внутри блока «С» был тяжелым, пропитанным запахом хлорки, плесени и застарелого страха. Фонари Рика и Дэрила выхватывали из темноты ряды решеток и брошенные матрасы. Шейн шел впереди, держа дробовик наготове, его движения были скупыми и точными. Маадыр следовал за ним, сжимая свое мачете. Они нашли их в столовой. Пятеро мужчин в оранжевых робах, забаррикадировавшихся за тяжелыми столами. В их глазах застыло недоверие и дикая, животная настороженность людей, которые провели десять месяцев в бетонной коробке. — Стоять! — рявкнул Томас, крупный латиноамериканец с татуировкой на шее, выставляя вперед самодельную пику. — Это наша территория! Мы здесь закон! Рик поднял руку, призывая своих к спокойствию. — Мы не ищем драки. Нас много, мы вооружены. Нам просто нужно место для жизни. — Место для жизни? — Томас сплюнул. — Это тюрьма, легавый. Здесь нет места «просто так». Проваливайте, пока мы вас не вскрыли. Шейн сделал шаг вперед, его лицо превратилось в каменную маску. Он не кричал, не угрожал — он просто снял дробовик с предохранителя. Звук щелчка в тишине столовой прозвучал как смертный приговор. — Ты не понял, парень, — голос Шейна был тихим и вибрирующим от скрытой мощи. — Мир снаружи сгорел. Стены больше не защищают тебя от закона, они защищают тебя от того, что бегает во дворе. И сейчас «закон» — это мы. Томас дернулся, его банда напряглась. Атмосфера накалилась до предела. Казалось, через секунду прольется кровь. — Подожди, Шейн, — Маадыр вышел из-за спины гиганта. Он прошел мимо Рика, мимо Дэрила и остановился в трех метрах от заключенных. Томас посмотрел на «Бет» с презрением, которое быстро сменилось замешательством. Девочка не дрожала. Она смотрела на него так, будто видела насквозь — все его преступления, все его страхи. — Ты думаешь, что ты вожак, потому что у тебя самая длинная железка? — спросил Маадыр. Его голос был спокойным, почти отеческим. — А ты кто такая, малявка? — огрызнулся Томас. — Потеряла папочку? — Я та, кто видел, как рушатся горы, — ответил Маадыр. — Послушай меня, человек из клетки. В степи, когда волки приходят к юрте, люди не дерутся за то, кто будет сидеть во главе стола. Они решают, кто будет держать копье, а кто — кормить лошадей. Вы прожили здесь десять месяцев на консервах и страхе. Вы не видели того, что видели мы. Вы не умеете убивать тех, кто уже мертв. Маадыр указал мачете на окна, забитые досками. — Там — тысячи голодных пастей. Без нас вы сгниете здесь за неделю. Мы предлагаем вам сделку. — Какую еще сделку? — подал голос Аксель, самый щуплый из заключенных. — Мы делим тюрьму, — Маадыр посмотрел на Рика и Шейна, те кивнули. — Один блок — ваш. Остальное — наше. Мы даем вам часть оружия и учим убивать «ходячих». Вы даете нам доступ к генераторам и складу. Мы не лезем к вам, вы не лезете к нам. Томас рассмеялся, обнажив желтые зубы. — И почему я должен соглашаться? Мы можем просто прирезать вас ночью и забрать всё оружие. Шейн усмехнулся, и в этой усмешке была пугающая уверенность. — Попробуй. Я не сплю. А эта девчонка... — он кивнул на Маадыра, — она видит в темноте лучше, чем ты в полдень. Если ты дернешься — ты умрешь раньше, чем поймешь, что твоя голова больше не на плечах. Маадыр подошел к Томасу еще ближе. Он взял пику Томаса за острие и медленно отвел её в сторону. «В пустой миске нет чести, Томас. Есть только голод. Мы принесли вам шанс снова стать людьми, а не крысами в подвале. Выбирай: или ты завтра идешь с нами зачищать блок "D" как союзник, или мы выставляем вас за ворота прямо сейчас. К твоим "друзьям" во дворе». Томас посмотрел на своих людей. Те переглядывались. Они были истощены, напуганы и больше не хотели сражаться с вооруженными до зубов профессионалами. — Ладно, — Томас опустил пику. — Один блок. И еда. — И порядок, — добавил Шейн, вставая рядом с Маадыром. — На этой территории приказы отдаем мы. Один косяк — и ты летишь к мертвецам. Понял? Томас нехотя кивнул. Конфликт был исчерпан, но Маадыр чувствовал: Томас — это змея, которая просто затаилась. Ему нельзя доверять. Когда они вышли из столовой, Рик догнал Маадыра. — Бет... Ты рисковала. Он мог ударить тебя. — Он не мог, Рик, — Маадыр вытер мачете о штанину. — Он увидел в моих глазах то, чего боится больше всего. Свою собственную смерть. Шейн! Шейн обернулся. — Да, старейшина? — в его голосе была добрая ирония. — Присматривай за Томасом. Он не из тех, кто держит слово. Если завтра в блоке "D" начнется заварушка — не жди, пока он ударит в спину. Будь быстрее. Шейн кивнул с серьезным лицом. — Я знаю, что делать. Я буду его тенью. Маадыр посмотрел на бесконечные коридоры тюрьмы. Мы зашли в клетку, — подумал он. — Но теперь мы сами — прутья этой клетки. И горе тому, кто попытается их раздвинуть.