3.

      День проходит слишком быстро под гнетом судорожных тревог и мыслей. Попытки отвлечься кажутся бесполезными и ужасно далекими от желаемого покоя выходного дня.       Он усаживается у телевизора, уютно обкладываясь подушками и всяким мягким барахлом, так что его диван превращается в цветастое месиво, уж чрезмерно отличное от обычного минималистичного дизайна. Пестрая картина быстро начинает его бесить, пусть в его взбудораженном и одновременно раздраженном настроении как таковой вины пледов и одеял нет.       Терпения хватает на пол часа случайного сериала. После этого он, точно недовольный кот, едва не спрыгивает с насиженного места и уходит в кухню.       Там в трансе переставляет посуду с места на место, бубня под нос собственные едва не конспирологические теории о таком внезапном присоединении Пугода к проекту. Это забывается через пару секунд, когда под ноги летит неловко задетый локтем стакан.       Приходится забраться на столешницу и лишь после последовать за совком и веником. Санчез беззвучно материться, параллельно пытаясь понять, не наступил ли он случайно на мелкий осколок. Его движения вновь становятся выверенными, привычно размеренными, когда дело доходит до уборки. Уборка разбитого стакана перерастает в полноценное мытье кухни.       Швабра скользит по полу, оставляя за собой влажные следы разводов. Приятная утомленность медленно распространяется по телу, когда он перемещается обратно в гостиную, спальню, ванную, прихожую…       Он вообще не любит это чувство ожидания в относительно свободный день. Даже если это было что-то интересное или долгожданное. Просто день не клеился. Все падало из рук, все посторонние дела сразу казались скучными или отвлекающими, приходилось буквально считать минуты и оглядываться на часы ровно в одни и те же промежутки.       В этом есть какая-то ирония, потому что Санчез почти просыпает встречу. Короткий отдых после незапланированной уборки превращается в пятнадцатиминутный сон и клятвенные заверения самого себя, что ещё пару минут и придется вновь вернуться к ожиданию. Просыпается он от закатного солнца, проникающего в квартиру сквозь панорамные окна.       Яркий лучик задерживается на его лице, слепя даже сквозь закрытые веки. Ресницы трепещут, а после он подскакивает на кровати, оглядываясь вокруг с ошалелым выражением лица. Приятная нега тяготит тело и фоновое желание вернуться ко сну плотно укрепляется в сознании.       Первым делом руки тянуться к телефону, где большими цифрами горит «19:27». В голове прокручиваются всевозможные сценарии, где он слезно умоляет Барси не злится, но резкое облегчение накрывает его при виде сообщения «Опоздаю». Прежнее напряжение не оставляет после себя и следа, сменяясь радостью совпадения.       Сборы занимают от силы пять минут, а выловить такси среди тысячи мчащихся куда-то машин дело не сложнее открытия банки пива. Приоткрывая дверь такси, он сразу называет знакомый адрес. Ехать ему минут двадцать, так что он успеет точно к тому моменту, когда друг решит свои дела, а Санчез соберется с духом.       Встреча была как раз таки самым приятным моментов будущего времяпрепровождения, пока волнующие подробности добычи ценной информации и её дальнейшие подробности – это тема, которая вызывала у него легкий интерес. Если легким можно назвать его едва не начавшийся сердечный приступ, связанный с новостями о такой огромной сьемке, и каста этого фильма.       Их прошлый район встречает желтое такси темными проулками и улицами, сомнительными личностями, но, в то же время, странно-домашним видом. Закатное солнце обрамляет стеклянные высотки вдалеке и на небольшие трех-четырехэтажные домики остаются лишь мимолетные лучики, играющие с грязными лужами и бродячими котами.       Дети в потрепанной одежде резвились с ними, пытаясь поймать яркое пятнышко, пока то неумолимо уменьшалось или исчезало за потрескавшимися стенами.       Каждый раз при очередном визите сюда, Санчеза накрывает ностальгия. Как и по их первому году жизни здесь, так и по той далекой родине. Тот же мрачноватый пейзаж с налетом обычной жизни.       Вот то же белье, которое сушится на маленьких балкончиках, вот те же импровизированные клумбы, пусть совсем другого толка, отличные от старых произведений искусства из шин.       Бар на углу их дома, где они жили в квартирке с видом на точно такой же многоквартирник, а отопление работало через раз, остался таким же, как и в прошлом месяце.       Неоновая вывеска моментами моргает, явно нуждаясь в ремонте, но вместо раздражения это вызывает лишь ироничную усмешку. Что-то в этом мире не меняется.       На удивление, Барси уже болтает с человеком за барной стойкой, обмениваясь заученными на сто раз шуточками. Подходя ближе, Санчез кладет руку на плечо друга и краюшками губ улыбается бармену.       - Мне как всегда.       - Мне тоже. – Голд поворачивается к нему, ухмыляясь и хитро сверкая фиолетовым отливом глаз.       Санчез садится рядом, бодро постукивая пальцами по стойке. На языке вертятся вопросы, хотя кажется таким неправильным начинать с этого дружескую встречу. Но Барси знает его, как облупленного, так что начинает с самого волнительного.       - Прежде всего, я узнал это от хорошего знакомого – Модди Чата. Он бывший агент Пугода, так что ему можно доверится.       - Мг, они же из-за личных конфликтов прекратили работу, если я правильно помню.       - Там все мутно ужас. Он сам рассказывать не хочет, никаких других подробностей нет. Единственное – это как раз заявление о несостыковках в отношениях.       - Странно, конечно. А он откуда это знает, если они больше не работают?       Санчез хмуриться, совсем не понимая их связь. Это точно была не общеизвестная информация, а поделиться с кем-то нынешний агент Пугода не мог. Уж слишком велик риск распространения, а затем увольнения.       - Говорит, свои источники. Мы сначала просто об этом фильме говорили, а потом он и рассказал, что мол, так и так, там и Пугод сниматься будет, перспективный проект.       Перед ними поставили два бокала. Санчез тут же потянулся за своим Аперолем, отвлекаясь от темы. Барси уже отпил светлое пиво из кружки с тихим довольным вздохом.       - И больше ничего не говорит?       - Не, он потом сразу как-то подсуетился, словно не то сказал. Видимо, правда личные терки у них.       - Хм… И роль правда Пугода?       Барси кивнул, отпивая из бокала ещё.       - Я переговорил с ещё парой людей, пока все так или иначе подтверждают это. Хотя даже для съёмочной команды ещё ничего не объявили.       Недолгое задумчивое молчание повисло между ними, пока Голд вновь не заговорил, кажется, вспомнив новую деталь.       - Говорят, что после номинального подтверждения актерского состава, где ту роль играл другой актер, то Пугод почти сразу подался, наперекор прям-таки. Да даже сам этот проект для него нетипичен.       - Думаю, он просто решил взбудоражить фанатов. Они явно не ожидают его появления среди кучи звезд.       - Может. Он в целом редко снимается с кем-то именитым – это явно будет событием для комьюнити.       - Интересные съемки будут, конечно.       - Лучше не скажешь.       Вечер обещал быть долгим и это была лучшая его часть.